Командор Жуть'ен бесплатное чтение
![](/img/b/102762.jpg)
Командор Жуть'ен
Оксана Чернышова
Глава 1. Сон или явь?
Лада
В очередной раз, поскользнувшись, упала. Земля мне не была рада. Нос уткнулся в пожухлую, пахнущую гнилью, листву. Встав на четвереньки, опёрлась о шершавый ствол дерева. Пошатываясь, поднялась на ноги. Шаг, ещё шаг, подальше от кровавой бойни, которую разум старательно от меня скрывал. В ушах громко стучало от прилива крови, дыхание сбилось, сердце выпрыгивало из груди от ужаса, лёгкие невыносимо пылали.
По кистям сбегали струйки крови. На глаза то и дело наворачивались слёзы. Но самое страшное было не в этом — смерть дышала мне в затылок. Даже сквозь грохот, стоящий в ушах, слышала жуткие завывания. Там, за спиной, шла битва монстров. Наш маленький палаточный лагерь разметало в пух и прах. Никто не остался в живых. В такой мясорубке никто бы и не выжил. Мне повезло, я не попала под первый удар. За несколько секунд до начала бойни я отошла от костра, нужно было наведаться в кустики. Услышала грохот, и крики своих друзей, заглушаемые звериным рёвом. Вместо того, чтобы бежать подальше от того, что творилось на поляне, бросилась в лагерь. Всё происходило как в фильмах ужаса, когда героиня и не думает о том, что через секунду погибнет. И совершает необдуманный поступок. А всё так хорошо начиналось…
— Лада, Лада, да очнись ты! — зашипела мне в ухо медсестра Наташка. — Мегера явилась. И не спится же гадине, пришла злюща-а-а-я. Мишка сказал, что сейчас на наш этаж с ночным обходом зайдёт.
— У меня перерыв, — сонно пробормотала я.
— Твой перерыв давно закончился. Так что, вставай, давай. Нужно по палатам пройтись. Может, кому обезболивающее надо вколоть?
— Может и нужно, — зевая, согласилась я с подругой.
Из-за вечной нехватки медперсонала в больнице, сюда прислали нас, студентов третьго курса мединститута. Мы, будущие врачи, проходили практику в качестве младшего персонала. Широко зевая, встала с кушетки и одёрнула белый халатик. Подошла к зеркалу, посмотрела на свои заспанные глаза. Стоило бы умыться холодной водой, чтобы прогнать дремоту. Обрывки кошмарного сна никак не хотели уходить из памяти. Осталось жутко-омерзительное послевкусие. Сердце еле успокоилось, но руки мелко дрожали. Открыла холодный кран, плеснула на лицо ледяную воду. Хорошо, что я была одна. Мне и так с трудом удалось скрыть своё состояние. Наташка, разбудив меня, тут же убежала на пост.
Открыв дверь ординаторской, устало побрела по коридору в сторону палат. В кардиологии лежали, в основном, вредные старушки, которые не берегли свои слабые сердца (хотя, такие всех переживут). Они вечно были чем-то недовольны. То борщ невкусный, то медсестра уколы делать не может, то врач бездарь, чему только таких дебилов в институте учили? То вон тот интерн с серьгой в ухе, явно не медициной интересуется. У меня создавалось впечатление, что они состояли в каком-то тайном обществе и сюда приезжали на слёт, который именовался: «Вечно всем недовольные, бабки, объединяйтесь». Замечтавшись, забрела не в то крыло. Тут были ВИП палаты, и мне их, конечно, никто не доверял. На секунду остановилась, думая, какого рожна меня сюда занесло?
Из задумчивости меня вывел характерный цокот каблучков нашей мегеры, старшей медсестры, Екатерины Сергеевны. Что-то не хотелось мне попадать под раздачу её нелестных высказываний в мой адрес. И так она меня невзлюбила с первого взгляда. Видимо, ей не нравились платиновые блондинки с коротким каре. Поэтому юркнула в первую попавшуюся палату.
Тихо прикрыв дверь, прижалась к ней спиной, старательно прислушиваясь к цокоту каблучков. Но, услышав тихое рычание, испугано напрягла глаза и увидела две красные точки стремительно приближающиеся ко мне. Набрав побольше воздуха в лёгкие, хотела заорать, но, на открывшийся уже рот тут же опустилась мужская сильная ладонь. И тихий проникновенный голос прошептал в ухо:
— Не ори, она услышит.
Кто она? Кто этот мужик, который так божественно пахнет? Вместо испуга я получила рой мыслей в голове и мощную приливную волну внизу живота. Я начала задыхаться от нехватки кислорода. Идиот закрыл мне ладонью не только рот, но и нос. Заёрзала под незнакомцем, и мыча, слабо замотала головой. Воздуха катастрофически не хватало. Ноги мои стали ватными в голове зашумело. Если бы он не держал меня своим телом, точно упала бы к его ногам.
— Упс! Прости, — мужик выпустил из плена мой нос, но рот так и остался зажат его ладонью. — Кричать будешь? — я слабо замычала, говоря о том, что не буду. — Ну, смотри, — глубоким бархатным голосом сообщил мне маньяк, — хоть один писк и твоя нежная шейка будет сломана. Кивни, если поняла, — после моего кивка, мужчина ослабил хватку. Я шумно вдыхала желанный воздух, сердце колотилось, как сумасшедшее, а ноги дрожали. Тем не менее, страха не чувствовала ни капли. Низ живота тянул от приливной волны, а соски стали каменными и болезненно упирались в ткань белоснежного халата.
И как, скажите, пожалуйста, этот урод меня смог возбудить? И голос его мне понравился, такой таинственный и проникновенный. Ух, вот так, наверное, действовал на своих жертв и Джек Потрошитель.
«Лада, да когда же ты научишься разбираться в людях?» — задала самой себе вопрос.
Маньяк повёл носом и уткнулся мне в шею.
— Девочка, ты так вкусно пахнешь, я аж возбудился от твоего запаха. Да и зверю ты нравишься, поэтому останешься жива, — это он проурчал, что ли? Как зверь.
«Вот спасибо, дяденька-маньяк, что вы меня не съедите», — мысленно поблагодарила сумасшедшего. Лица я не могла рассмотреть, но в глазах горел тлеющий красный огонёк, который до чёртиков меня привлекал.
«Я точно заразилась маньячным вирусом», — мысленно озвучила вердикт.
— Закрой, красавица, глаза и считай до десяти. Кажется, так на вашей планете делают.
Как только я выполнила распоряжение, психически больной пациент убрал от моего лица руку. Я же от нахлынувшей волны страха громко икнула. Возбуждения как не бывало. От окна послышался тихий смех, шуршание открываемой створки и дуновение ветра. Считать до десяти смысла уже не было, сумасшедший выбросился из окна седьмого этажа.
Подбежав к окну, выглянула наружу, ожидая увидеть мёртвое тело на подъездной дорожке. Но там никого не было. Я старательно осмотрела освещённое уличными фонарями пространство. Никого…
— К-хм, к-хм, — послышалось со стороны двери. — И что ты, Зорина, делаешь в ВИП палате? Куришь?
— Нет, проветриваю, — ничего более умного придумать не смогла. — Тут давно не проветривали, запах стоит затхлый.
— Закрыла окно и живо по своим палатам, — Екатерина Сергеевна включила свет, и он болезненно резанул по глазам. — Ещё раз увижу в этом крыле, вылетишь, — зашипела на меня словно она была не человек, а змея, — без подписанной практики. Поняла меня?
— Да, — коротко ответив ей, вылетела из палаты, чуть не задев старшую медсестру плечом.
Уходя, я всё же оглянулась, дверь в палату осталась широко открыта, и я увидела, как женщина, снова открыв окно, выглядывает наружу.
Глава 2. Возле института
Лада
Ночное дежурство далее протекало в штатном режиме. Больше никто на меня не нападал и не покушался на мою жизнь. Я всё списала б на усталость и слишком яркое воображение, но странное поведение нашей мегеры убедило меня в обратном. Екатерина Сергеевна, всякий раз проходя мимо меня, к чему-то усиленно принюхивалась и бросала странные взгляды. Я на неё натыкалась в совершенно разных местах. В общем, наша грымза не давала мне прохода и всё время норовила сунуть свой длинный нос во все доступные щели. Я с облегчением вздохнула, когда смена подошла к концу. Покинув больницу, тщательно осмотрела дорожку, на которую ночью приземлился парень. Но следов не обнаружила. Пожав плечами, отправилась домой. И без странных парней проблем достаточно.
До конца практики оставалась всего пара дней, и мы с группой решили отметить это знаменательное событие. Мы выжили в условиях жёсткого прессинга и не сдались на милость пациентов. А это дорогого стоило (кто связан с медициной или работой с людьми, поймёт меня). Мой лучший друг Вадим, староста группы, предложил отправиться на выходные с палатками в лес. Он знал отличное место. Гидрометцентр обещал безоблачную погоду, чем мы и решили воспользоваться.
Как же мне хотелось расслабиться и забыть об учёбе, о больнице и мучающих меня ночных кошмарах! А ещё надеялась, что в лесу забуду ночного маньяка и его обволакивающий сознание голос. Я представила красивого парня, который утаскивал меня в свое подземное логово. Б-р-р-р, жуть и в тоже время чертовски всё это было волнительно. Похоже, сумасшествие заразно.
Родители звали на дачу, но я отказалась. Дачу я всегда ненавидела лютой ненавистью. Как подумаю, что нужно весь день на солнцепёке полоть сорняки, травить колорадского жука, таскать воду для полива из колодца, так у меня начинались панические атаки. Нет уж, увольте, на такое я не подписывалась. Ну, не моё это — копошение в земле в поисках клада. Видимо, я ещё не вошла в тот возраст, когда люди получают кайф, выращивая огурцы и помидоры. У меня в комнате на подоконниках стояли только живучие кактусы и, то, потому, что им не нужен был особый уход. Иногда, я их даже поливала и подкармливала удобрением. Колючие заразы от такой заботы счастливо цвели и радовали родительский глаз. Особенно мамилярки нравились папе.
И всё же я любила природу, особенно лес. В нём мне было комфортно и интересно. Поэтому, с энтузиазмом поддержала поход с палатками в лесную чащу. Была, конечно, вероятность знакомства с клещами и комарами, но на этот случай я припасла специальные спреи. Так что, как в той рекламе говорилось: «Сейчас мы идём к вам!»
Утром встала, быстро позавтракала, убегая, чмокнула маму в щёку. На маршрутке доехала до здания института. Небольшая группа из семи человек, основной костяк нашей банды, уже была на месте. Очевидно, все ждали только меня. Пересчитала всех по головам. Не хватало моей подружки Наташки. Она привыкла вечно опаздывать.
Хотя, я тоже не отличаюсь особой пунктуальностью, что безумно злит мою сестру. Она своих опозданий никогда не замечает. Хотя Вадим к этому относится более философски.
Увидев в толпе Антона, скривилась. Его тупые сальные шутки уже порядком надоели. Качок-переросток весь свой маленький мозг положил на анаболики. Антошка всё никак не мог успокоиться. Видите ли, я ему нанесла психологическую травму, отказавшись с ним встречаться. Ну, конечно, он же у нас мачо и любимец молодого преподавательского женского состава. А я посмела ему отказать. Непорядок. Прибью того, кто пригласил его в поход.
— О, а вот и наша Лада прибыла. Такая же надёжная и быстрая, как весь наш автопром. Где твоя Лада-Калина? Сдала на металлолом? — Антон заржал в голос, но быстро замолчал, его никто не поддержал.
— У меня нет машины, Антон. Предпочитаю ездить на автобусе. Быть, так сказать, поближе к народу. Тебе будет тоже полезно спуститься с небес на землю, к простым смертным. Всё же, выбрал профессию врача.
— Ну, ты ж знаешь, лапонька, кто у меня батя? У нас династия врачей, — от слова «лапонька» невольно поморщилась. Чем привела в дикий восторг Антошку.
— Бедные пациенты, не дай Бог, у тебя лечиться.
— Ой, да брось, — Антон стал серьёзным, — не так уж я и плох.
Что верно, то верно. Действительно, он был умным парнем, но, похоже, вседозволенность и деньги его изрядно испортили. Всё, что он хотел, он имел везде, всегда, в любых позах и местах. И ещё я заметила у него огромный недостаток, Антон был заядлым игроком. Он не входил в круг мужчин, которые мне нравились. Цветы и подарки я всегда возвращала, либо оставляла на преподавательских столах.
— Так что, крошка, едем вместе? Папа подогнал мне новый джипик. Всё, как ты любишь, всё по высшему разряду, — и нажав на брелок, завёл свой чёрный гелик.
— Не мой цвет, Тошенька.
Назвала его так, как ему не нравилось. У парня свело скулы, однако, он не ответил мне колкостью. Надо же, впечатлена выдержкой нашего золотого мальчика.
Не знала, что ему папик подогнал новенькую тачку. Этот золотой мальчик отчего-то зациклился на моей персоне. Мне это слегка льстило, но зная подленькую натуру «Тошеньки», сильно не обольщалась по этому поводу. Наверняка, на меня поспорил, и у него подходили сроки выплат по счетам. Иначе, не подкатывал бы ко мне так напористо.
— Извини, Антон, я не изменяю Вадиму, — невинно захлопала ресничками.
— А жена-то его знает, что он ей под боком изменяет?
— Кто сказал, что я изменяю? Я, вообще-то, шейх и у меня гарем любимых жён. Ну, что, любимая жена, — Вадим меня собственнически приобнял, — готова к приключениям?
— Конечно, дорогой, с тобой хоть на край света, — сладким голосом пропела я.
Надеюсь, старшая сестра меня не убьёт за такие вольности? Многие одногрупники не могли понять наших с Вадимом отношений. А всё просто, — мы дружим с детства, только в институте это не афишируем. Вадим старше меня всего на год. А с сестрой мы погодки. Она похожа на папу, а я вот — на маму. Поэтому, если внимательно не присматриваться, то с первого раза и не поймёшь, что мы родные сёстры.
Вадим, забрав мой рюкзак, двинулся в сторону машины. Я не оглядываясь пошла за ним следом. Поравнявшись, спросила у него:
— Обязательно было брать этого идиота? Что он вообще делает в нашей компании?
— Он же неровно дышит на тебя, вот и увязался. Чего на меня напала? — пробурчал парень. — Это твоя подруга его пригласила.
— А где она, кстати?
Проверила звонки и сообщения. Натаха только утром со мной поздоровалась смайликом и пропала из сети. На неё это было не похоже.
— По пути её захватим, она на вокзале предков провожает. Те уезжают на отдых на Чёрное море. Ты же знаешь, её отец не терпит, когда она по телефону трещит.
Да, это было верно. Отец Наташи военный в отставке, и у него свои принципы. Как сказал, так и должно быть, и ему глубоко плевать, что дочь уже пару лет как совершеннолетняя.
— Мы едем с вами, — безапелляционно заявила стройная блондинка Каролина.
Рядом с ней был скромный заучка, ботаник Сеня. Он слушался её всегда и делал всё, что скажет красавица. А Каролинка этим вовсю пользовалась. Красота плюс ум — равно сданная сессия. Парни закинули вещи в багажник. Я села на переднее сиденье, Каролина расположилась сзади. Вадим завёл машину, и мы двинулись в сторону железнодорожного вокзала.
Глава 3. Лес у дороги
Лада
Наташку подобрали возле железнодорожного вокзала. У подруги висела на плече лёгкая белая сумочка, рюкзак она с собой не взяла. Стройная, шикарная брюнетка в потёртых джинсах, красной майке, на бёдрах повязана клетчатая рубашка. На ногах бежевые кроссы. На голове чёрная бандана. Потрясающая девушка. Однако, Наташка была увлечена учёбой, и парни около неё не задерживались. Как, впрочем, и около меня.
Вадим притормозил, и Наташа открыла заднюю дверцу машины. Каролина чуть подвинулась, освобождая место на заднем сидении. У нас у всех были походные наряды, как раз для прогулок по лесу.
— Привет, Натах. Родаки, конечно, не в курсе о походе в лес? — спросил Вадим.
— Ага, догадливый. Недаром ты у нас староста группы. А чего Лада такая смурная?
— Ты по затылку определила? — буркнула я недовольно.
— По голосу, — засмеялась Наташа. — А-а-а-а, — протянула она гласную, — ты из-за Тошеньки на меня злишься?
— Какая ты догадливая. Ведь знаешь же, что терпеть его не могу, — мой голос звенел от злости. — Так, нет же, взяла и пригласила.
— Девочки, тише, тише, не ссорьтесь, — вставил свои пять копеек Сеня.
— Заткнись, — мы с Натахой в один голос отбрили заучку.
Тут уже в разговор вмешалась до этого молчавшая Каролинка:
— А чего вы на моего Сенечку наехали? Он прав! Чего вы собачитесь? Золотой мальчик, Лада, взял на себя все расходы, бухло, и мяса закупил на шашлыки. Так что, пару дней уж как-нибудь проживёшь в его обществе. Тебя никто не заставляет с ним общаться. Ты с ним в одной группе и он имеет право находиться там, где и мы. Так что, хватит тебе уже, не так уж он и плох, — но, услышав недовольное ворчание Сени, добавила: — хотя и не так хорош, как мой любимый Сенечка, конечно же, — Каролина звонко чмокнула парня в щёку.
Настроение моё было испорчено окончательно. Я молча уставилась в окно. Мы уже выехали из города и проезжали мимо приютившейся возле трассы деревеньки. Как обычно это бывает, дородные тётки устроились вдоль дороги, продавали молоко, овощи и фрукты. Гелик Антона остановился возле одной такой бабульки. Вадим съехал на обочину, Наташа и Каролина выпорхнули тут же из машины. Подруга открыла дверь с моей стороны.
— Лада, ну не злись ты так на меня. Каролинка подбила меня на это, — бессовестно сдала подруга сокурсницу. — Вот и пригласили Тошку, он все расходы взял на себя. Простишь? — подруга печально надула губки. — Ну, откуда у бедных студентов деньги на жратву?
— Ладно уж, корыстные вы мои. Если что, пошлю его в лес поганки собирать.
— Ой, девочки, — послышался голос Любы. — Там тётка такое рассказала, что у меня аж мурашки по телу до сих пор бегают. Такой кошмар! Что-то мне расхотелось в лесу ночевать.
— Что случилось? — подруга тут же переключилась на свежие деревенские новости.
— В лесу медведь разодрал туристов. Они тоже с палатками отдыхали. Может, ну его, тот лес, девочки? Страшно чего-то мне там оставаться на ночь.
— Чего ты дрейфишь, Любонька? Всё будет пучком, — невольно скривилась, услышав голос Антона. — Нас много, мы шумные. Тем более, что медведь уже сытый. Я малины купил, угощайтесь девчонки. Сладкая, м-м-м, пальчики оближешь, — протянул он лукошко, наполненое красными ягодами.
— Принцесса, — обратился он ко мне, — чего ты такая смурная? Тоже медведя испугалась?
— Сейчас не зима и еды много. Тогда почему он задрал туристов? — задала я резонный вопрос.
— Ты думаешь, это правда? Как по мне, так это деревенские страшилки. Не ходите, дети, в лес. В лесу серенький волчок укусит деток за бочок.
— Вадим, а ты что думаешь? — спросила я.
— Я думаю, если собрались отдохнуть, то нужно ехать. Когда ещё выберемся? Тем более, мы будем в другой стороне от медвежьих угодий, — ответил парень.
— Девчонки, кому нужно в кустики, сходите. Нам ехать ещё часа три. Маршрут придётся поменять. Девочки направо, мальчики налево, — хохотнул Антон. — Всё, как в жизни.
Я вместе с девчонками пошла познавать лесные красоты. Решила отойти подальше от дороги. Мне почудилось, что кто-то копошится в кустах. Обернулась и присмотрелась. И вместо того, чтобы драпать со всех ног, решила посмотреть на того, кто там шумит. Про медведя я и забыла. Подумала, что ёжик или зайчик, а может и щенок бездомный.
Из кустов на меня прыгнул черный, огромный, волосатый мужик? Я и испугаться толком не успела, как на мой рот легла крепкая ладонь.
— И что такая красавица делает в лесу? Ты случайно не красная шапочка?
За короткое время на моём счету это был уже второй сумасшедший. Почему не тот же? Да, потому, что он вонял мокрой псиной. Невольно поморщилась. Он хоть руки мыл последние несколько месяцев? Судя по всему, нет.
— Да, ладно, — возмутился мужчина. — Не может того быть. Я неделю назад мылся в ручье. Не может от меня так вонять. «Сумасшедший бомж», — вынесла я вердикт. И надо было ему напороться именно на меня!
— Полегче, красавица. Думаешь, легко в лесу целый месяц добычу выслеживать, да жрать, что придётся? Ты знала, сколько мерзости у вас тут водится?
Честно, не знала, и знать не хотела. Мне теперь придется лицо антисептиком протирать, чтобы чесотку не подхватить. Наверняка, у него блохи или вши имеются.
— Не нравишься ты мне, — заявил оскорблённый бомж. — Не женюсь на тебе.
— Лада, — послышались крики друзей. — Лада? Ты где?
Я попыталась укусить парня. На что он тихо рассмеялся.
— Надеюсь, больше не увидимся, красавица. Я опасный мужчина. Закрой глаза, — я лишь их больше раскрыла, пытаясь запомнить его. — Закрой, иначе я тебя поцелую, — пригрозил он.
Вот, чего-чего, а мне ещё поцелуев неведомо от кого не хватало. Я тут же их закрыла. Мой рот освободили послышался шелест кустов и тихий смех. В последнее время мне на мужиков катастрофически не везло. Хотя, надо отдать должное, голоса у них очаровательные.
— Лада, — послышалось рядом. — Лада, — обеспокоенный голос Вадима.
На негнущихся ногах вышла из-за дерева.
— С тобой всё в порядке? Ты белее мела. Кого-то увидела? — икнув, разрыдалась.
Вадим вынес меня к машине на руках. Тут же собрались вокруг нас ребята. Я между истерическими всхлипами рассказала им о случившемся. Антон вызвался прочесать лес и поймать выродка, который меня так напугал. Парень налил мне полстакана водки, которую я залпом выпила. Через пару минут истерика прошла. Видимо, начал действовать согревающий душу алкоголь.
Девчонки заявили, что им не нравится такое начало нашего путешествия, и что нужно возвращаться домой. Мнения разделились, и окончательное слово, как пострадавшей в боях с бомжом, оставили за мной.
Глава 4. Море по колено
Лада
Правильно ведь говорят, что пьяному море по колено. Так что после выпитого меня потянуло в бой. Громко икнув, завопила:
— А, хрена им, с лысой горы! Решили в лес — значит в лес! И нечего нас запугивать. М-м-мы сами кого угодно реаневи-р-р-у-е-в. Вот! — и я пошла к чёрному Гелику
— Ладушке, похоже, больше наливать не стоит, — вынес вердикт Антон. — И в машине моей не поедешь, дорогуша. Вдруг тебе по дороге поплохеет. Вон, с Вадимом поедешь. У него машина старая, её не жалко использовать для таких целей.
— Ой, больно надо, — громко икнула я. — Заводи свою колымагу. Мы едем в соседнее село на дискотеку, у-у-у-у, — направилась к машине Вадима, пританцовывая. — Врубай музон погромче!
Вадим усадил меня обратно на переднее сиденье и под голову положил подушку. Всё же Лерке повезло с таким мужем. Заботливый, добрый. Вот бы и мне такого же, горячего, потного мужика, божественно пахнущего, а можно и двух сразу. Чего там мелочиться?!
— Заверните, беру обоих, — пробормотала вслух. Чего-то меня не в ту степь понесло. Засыпая, услышала тихий смех.
— Лада! Лада, хватит дрыхнуть. Пошли, шашлык остынет! — Наташка пыталась меня растолкать.
— Ацтань, еще немножко дай поспать. Мне снились такие мужчины. М-м-м, пальчики оближешь!
— От шашлыка пальцы будешь облизывать. Вставай, давай, пьянь болотная. Кто на голодный желудок водяру хлещет? — возмущалась подружка.
— Это не я. У меня был стресс, — ответила ей, но глаза всё же открыла.
Сколько ж я проспала? Солнце уже катилось к закату. Выйдя из машины, сладко потянулась. Хорошо-то как: птички чирикают, комары жужжат, ветер поёт свою песню, шевеля листвой. Красота!
Мне опять почудился знакомый смех. Тот самый, который слышала в больнице. Я осмотрелась, но никого не увидала. Показалось?
Пожав плечами, всё списала на слуховые галлюцинации. Машины ребята поставили на грунтовой лесной дороге, одну, за одной. В этой части леса я ещё не была. А значит, есть на что посмотреть. Бодрым шагом догнала подругу.
— Я отсюда уже чувствую запах шашлыка.
— Да, Антон ответственно подошёл к этому делу, — в голосе Наташи проскользнула нотка грусти, — у него даже был складной мангал в машине, — подруга выразительно посмотрела на меня.
— И? Что с этого?
— Разве не понимаешь, ради кого он старается?
— Ради себя любимого, конечно. Явно не ради природы. Проще использовать готовые угли, чем в лесу искать топливо, — фыркнула я.
— Вот, ты всегда так, — с досадой произнесла расстроенная чем-то Наташа.
— Так, это как? — удивилась я.
— Да ну тебя, Лада. Такой парень рядом с тобой. Богатый, красивый, а какое у него тело шикарное, — интересно она его голым видела, что ли? Раз даже слюни от восторга потекли по подбородку, — а ты и пальцем не хочешь пошевелить.
— Наташ, ты ли это? Ты мне сколько раз говорила, что он тот ещё мудила, а теперь уверяешь меня в обратном? Что вообще происходит, подруга? Мне такой подарок по жизни не нужен. Забирай себе. Уверена, у тебя с ним будет бурная, но не долгая жизнь.
— Злая ты, Лада. Он тобой интересуется, а не мной, — это что, сейчас я услышала в голосе подруги сожаление?
— Эй, остановись! — легонько дернула её за руку, — что у тебя произошло с Антоном? Рассказывай! — Теперь я не успокоюсь, пока обо всём не узнаю.
— А нечего рассказывать, нравится он мне. Знаю, он не идеален, но сердцу не прикажешь. Я люблю его, — подруга заплакала.
Опачки, а я этого и не знала. Вернее, знала, что многие девчонки капали на Антона слюной, но чтобы в их ряды попала Наташа, для меня было полным сюрпризом.
— Ой, дурында, нашла, кого любить. Он же бабник, и спит с кем хочет, и когда захочет.
— Знаю, но я люблю его. И в сексе — знаешь, как он хорош.
— Ну, с такой-то практикой по жизни уверена, что он опыта поднабрался, — подруга всхлипнула. — Знаю, злая я.
— Лада, вот опять ты, — возмущённо воскликнула Наташка.
— Ну, всё, всё! Больше не буду, — притянула к себе подругу и крепко обняла. Подруги на то и нужны, чтобы плакаться на плече.
— Почему он на тебе так зациклился? А?
— Ну, наверное, потому что я единственная с потока, которая через него не прошла. Вот и вся разгадка. В этом нет тайны.
— Ой, гляньте, девки обнимаются. А я всё думал, почему я тебя не интересую. Теперь загадка разгадана, тебе просто не нравятся мальчики!
— Мальчики мне действительно не нравятся, мне нравятся настоящие мужчины. И вообще, Антон, может причина в том, что ты озабоченный дебил и во всём видишь извращения? На себя в начале посмотри, а потом о людях выводы делай, — отлепившись от подруги, пошла в сторону уже виднеющейся поляны.
Проходя мимо парня, который стоял на моём пути, задела того плечом. Его отбросило от меня, и он с силой ударился об ствол дерева. Наташа тут же начала ему помогать вставать, осматривая, не повредил ли он себе при ударе что-либо. Я же услышала тихое рычание около своего плеча, резко повернувшись, опять никого не увидела.
Антон, отлепившись от древа, отстранил от себя Наташу. И на меня впервые посмотрел с неподдельным восхищением.
— Ни хрена себе, Зорина. Откуда в таком тщедушном тельце столько силы?
— Восточные танцы, Коршунов, восточные танцы, — конечно, причина была не в них. Только, что я могла сказать, если сама в непонятках?
Кажется, пора записаться к психологу на приём. Что-то не нравится мне творящаяся вокруг меня чертовщина. Явно, переутомление от учёбы. Так недолго и головой тронуться.
Выйдя из леса, восхитилась картинкой. Поляна впечатлила размерами — она была огромной. Читала как-то в жёлтой прессе об этом месте. О творящихся тут в последнее время странных вещах. Один очевидец клялся, что видел даже летающую тарелку. И понесло же нас именно сюда. Поляну узнала по поваленной на землю огромной ели. На фотке она и была. Трудно было бы спутать с другим местом. На стволе оставлены кем-то борозды от огромных когтей. Похоже, зря я дала своё согласие на продолжение поездки. Ох, зря!
Глава 5. Голубое сияние
Лада
Ребята уже установили палатки. Две близкие подружки, Люба и Катя, суетились возле небольшого костра. Сеня с Кариной накрывали на импровизированный стол. На земле расстелили покрывала, накидали по краям подушки. Поставили блюда с нарезанными помидорами и огурцами. Картошечка, в большой кастрюле шашлычок. Для любителей есть прямо с шампуров мясо ещё готовилось. За ним присматривал Вадим.
Я же, вместо того, чтобы помогать ребятам, отправилась в сторону ели, хотела получше рассмотреть борозды. Может, это не животное оставило следы, а лесники так решили подшутить над отдыхающими? Дотронулась до коры.
— Что думаешь, кто оставил следы? — ко мне подошёл Сеня.
— Явно не медведь, тут зверь был гораздо крупнее. Но не думаю, что такие водятся у нас на Земле.
— Инопланетяне, что ли? Летающие тарелочки и другая хренотень? — к созерцанию оставленных неизвестно кем следов, присоединился и Антон.
— Может и они, — не стала спорить с парнем. — Я уже не знаю, что и думать. Но следы не медвежьи. Это точно. Скорей всего, чья-то шутка.
— Ребята, — крикнул нам Вадим, — хватит от работы отлынивать. Есть пора.
Сеня тут же отправился к костру, я же осталась на месте, с задумчивостью глядя на вырванный с корнем ствол. Ветки во многих местах были обрублены или перекушены.
— Лада, ты прости меня за нападки. Ты мне нравишься, но я ещё молод, не нагулялся, — я скептически посмотрела на парня, который внезапно появился за спиной. Похоже, что ждал. — Не готов я к серьёзным отношениям.
Сказав всё это, Антон, не дожидаясь ответа, резко развернулся и пошёл к ребятам. Интересно, что сейчас было? Это меня так культурно отшили? А где же дух соперничества и всё такое? Я широко улыбнулась. Значит, всё же, золотой мальчик решил отступить от поставленной перед собой цели. Мудрый поступок, что же на него так повлияло?
Шашлыки удались на славу. Все ели с удовольствием. Начало смеркаться. Антон принёс мощные фонари, зажгли спирали от комаров. Вадим достал гитару и полились походные песни. Друг для меня несколько раз исполнил песню "А мы не ангелы". Она мне нравилась в исполнении Би-2, а как пел её Вадим, слушать была готова бесконечно.
Но девчонки праведно возмутились, что есть и другие хорошие песни. Много раз уже жалела, что мне на ухо наступил медведь, да и петь не умела. Хотя голос у меня красивый сексуальный, особенно, когда общалась по телефону с мужчинами. Вадим сколько раз говорил, что с таким голосом мне нужно работать в секс-индустрии. За это не раз получал от меня подушкой по голове.
Беременная сестра лишь крутила пальцем у виска. Лера в это время, обычно сидела в глубоком кресле и вязала. Узнав о нашем походе в лес, отпустила Вадима присматривать за младшей сестрой. Да и самому парню нужно было отдохнуть. Ведь скоро родится ребёнок и всем будет не до весёлого времяпрепровождения.
Люба и Катя поднялись с насиженных мест, видимо, девочки решили отойти в кустики. Несколько удивилась, что через какое-то время следом за ними пошёл и Антон. Решил, наверное, присмотреть, чтобы с девчонками ничего не случилось.
Странно, но я как бы смотрела за парнем не своими, а чужими глазами. Он пересёк поляну и скрылся за деревьями. Я тенью последовала за ним. Девчонки ждали его за деревом и, взяв его за руки, направились чуть дальше вглубь леса.
На небосклоне светила яркая полная луна, хорошо освещая лес и ребят. Ко мне пришла мысль, что я чётко всё вижу из-за ночного зрения. Нисколько этому не удивилась.
Компания остановилась около огромного дерева. Антон прижал Катю спиной к стволу и с жаром впился в её губы. В это время Люба прижалась к его спине, потираясь о него всем телом. Пальцы её в это время расстёгивали бляшку ремня.
Парень чуть отстранился от Катерины, стягивая с той майку. Бюстгальтер полетел вслед за ней на землю. Девушка выгнула спину, выпячивая вперёд роскошную грудь. Пока Антон любовался ею, она пощипывала пальцами свои ярко розовые соски. Парень не выдержал такого зрелища и засосал приведённый в боевую готовность сосок прелестницы. Девушка громко всхлипнула от накативших на неё эмоций.
Катя впилась пальцами в ткань Антоновой футболки и потянула вверх, Люба же справившись с ремнём, стянула с Антона джинсы; переступив через них, он остался перед голодными до секса девчонками в одних лишь боксёрах. Член от возбуждения поднялся и упирался в ткань. Нехилое такое хозяйство просилось на свободу.
— Кто хочет сладенького? — Антон довольно хохотнул, когда обе девушки ринулись стягивать с него бельё. Он довольно зажмурился, когда два язычка начали ласкать его член.
Люба вылизывала яички, Катерина же в это время ласкала налившуюся от крови крупную головку парня.
— Не спешите, сучки, а то быстро кончу. Поиграем в мою любимую игру, девчонки?
Обе девушки отстранившись, встали с колен, и пританцовывая, медленно начали снимать с себя одежду. Оставшись в костюме Евы, девчонки занялись приготовлениями.
Расстелив на земле майки, они встали в коленно локтевую позу, аппетитно выставив вверх накачанные попки и выбритые "киски". Лепестки нижних губ набухли и покрылись смазкой, которая блестела в ярком свете луны.
Мне на ухо проурчали:
— Любишь подсматривать, принцесса? Ай, ай, какая плохая девочка!
— Нет!
— Что нет? Ты что заснула, Лада? — обеспокоенно спросил Вадим. Он поднимал телефон вверх, водя рукой из стороны в сторону, видимо, искал сеть.
— А? Ты что-то мне говорил? — спросила парня, а сердце бешено колотилось в груди. Не могла успокоиться после сна. Слишком яркие эмоции и переживания, что уж скрывать, от такого зрелища возбудилась. Да и сон ли это был?
— Связи тут нет, хотя поляна свободна от деревьев. Нужно Лере позвонить. Хотел пожелать ей спокойной ночи. В её положении нельзя нервничать, а я давно не выходил на связь.
— Хорошо, — чуть успокоилась, — пожелай сестрёнке сладких снов и от меня.
— Вадим, я с тобой, мне нужно сообщение родителям отправить. А то отец меня прибьёт, как приедет. Он там, наверное, мне кучу гневных посланий оставил.
Наташа отправилась вместе с Вадимом к автостраде искать сеть.
Антона и подружек не было видно, Каролина с Сеней увлеченно беседовали, сидя на поваленной сосне. Я же поняла, что пора мне найти уединённое местечко. Пошла в противоположную сторону от места, где мог находиться Антон с горячими девчонками.
В пятый раз, зацепившись за корень, посетовала на то, что у меня нет ночного зрения. А ведь как было б хорошо, не цепляться за корни и не натыкаться на стволы. Отойдя от поляны на достаточное расстояние, прислушалась. Темноты я не боялась, но всё равно было страшновато находиться одной в лесной чаще. Ни уханья совы, ни шелеста листвы не услышала. Я как будто попала в вакуум. А ведь только минуту назад все эти лесные звуки были.
Повернулась к поляне и обомлела, откуда-то сверху с неба, на наш лагерь лился голубой яркий свет. Он метался по поляне, как будто кого-то искал.
Что это? Послышался ужасный треск поваленных деревьев и жуткий звериный вой. Секундное оцепенение прошло, и я ринулась в сторону нашего лагеря. Там происходило что-то ужасное. Я должна была помочь своим друзьям. Не знаю, как, но должна.
Глава 6. Пара
Жуть’ен
Мы с братом прибыли на планету Земля, получив информацию о беглых преступниках. Захолустная планетка на задворках Млечного пути. Действовать должны были скрытно, по причине того, что людишки думали, будто они одни на этой планете, да и в других мирах происходило так же. Глупое заблуждение. Но что взять с аборигенов? Хотя в развитии технологий они всё же продвинулись за последний век. В этом им помог потерпевший крушение корабль интов. Они влились в общество людей, постепенно меняя их экономику и развивая добычу ресурсов на планете. Ценные ресурсы постепенно вывозились с этой планеты. Инты меняли историю, как им заблагорассудится. Человеческий век короток, и с изменением истории не возникало никаких проблем. Рьяные археологи находили следы пребывания на Земле в древние времена инопланетных рас. Но это было всё недоказуемо, на грани фантастики.
Так что мы с братом — фантастические монстры, которые обитали на своём корабле, мотаясь по мирам в поисках нарушителей всеобщего закона. Получив имперский заказ, прибыли на планету пару месяцев назад по земному времени. На Земле поселилась парочка торунтов, змееподобных тварей, которые меняли свой облик, высасывая из жертв костный мозг. Мы должны были пресечь их размножение на Земле. Планета — не кормушка для змеёнышей, тут и своих монстров хватало с головой, чтобы ещё и паразитам позволять кормиться людьми.
Самка торунта хорошо устроилась; приняв облик старшей медсестры, она безнаказанно питалась пациентами. Последним крупно везло, если они уходили из больницы на своих ногах. Непонятно, что тянуло людей именно в эту больницу, она была переполнена пациентами до отказа. Видимо, самец разработал какой-то план, который я и должен был разгадать. У брата было своё задание, он у нас любитель грубой силы, вот и выслеживал неизвестного нам пока хищника, нападавшего на туристов, отдыхающих в лесу. В общем, работы было — непочатый край.
Дверь в палату, в которой скрывался, тихо отворилась и в неё проскользнула стройная девушка. В ноздри ударил запах, на который тут же среагировал зверь, сидящий внутри меня. Он готов был визжать и скулить от радости. Глаза мои полыхнули алым, что очень сильно напугало человеческую самку. Она набрала в лёгкие побольше воздуха для оглушительного визга. Но я был быстрее. Мне незачем было привлекать внимания самки торунта. Еле сдерживал рвущегося внутри зверя. Он как щенок, повизгивал от радости и счастья. Я готов был облизать её с головы до ног. Да что такое с моей сущностью? Раньше такого не было.
Девушка трепетала подо мной (а я наслаждался её телом), но с каждым разом всё слабее были её попытки вырваться. И тут до меня дошло, что она попросту теряет сознание. Какой я идиот (как говорят на этой планете), я перекрыл ей доступ кислорода. После того как с ней заговорил, понял что голос её возбуждает. Приятно-то как, до этого момента я ещё никого из самок не возбуждал голосом. Удивительно, но я захотел овладеть девчонкой тут и сейчас, поставить на ней метку хозяина. Совсем уже дошёл до ручки на этой планете. Так недолго и до каменного века скатиться.
Как же она вкусно пахнет, м-м-м, готов её съесть (в переносном смысле, конечно же). Молоденькая платиновая блондинка с прелестной фигуркой и аппетитной грудной клеткой. Потом пришла в голову трезвая мысль:
«Меня же отправят на рудники за совращение малолетних. На Земле она, может, и вошла в совершеннолетний возраст, но никак не по меркам империи. Хотя, о чём это я? Она останется тут, а я выполню задание и улечу с этой планеты. Кто она? Лишь видение, мимолётно вскружившее голову, зацепившее сознание, не более того». Так я себя успокаивал.
Не хотелось уходить от неё, но необходимость заставила. Приближалась старшая медсестра, а у той нюх похлеще сыскной собаки. И так оставил свой запах на девчонке, чем подверг её опасности. Не смог удержаться уткнулся носом ей в шею. Малышка божественно пахла. Но стук каблуков по полу меня поторопил. Открыв створки окна, спрыгнул вниз, приземлился уже приняв облик чёрного пса.
Ответил на мысленный зов Мрака, на Земле он сменил имя и стал Марком.
— Ен, что с тобой случилось? Мой зверь почувствовал боль твоего. Ты в порядке, брат?
— Да, всё нормально. Просто, кажется, я встретил на этой богом забытой планете свою истинную пару.
— Что? Этого не может быть! Нет, только не тут, — возопил Марк.
— Сам не верю в это. Я не знаю, как смогу улететь без неё. Я оставил её там, в больнице, рядом с самкой торунта. И теперь мой зверь рвётся обратно, чтобы защитить её и спасти.
— Разберись с самцом, Ен, самка пока не опасна. Наверняка, уже перекусила кем-то.
Голос Марка стих, на этой планете было очень тяжело поддерживать телепатическую связь. Земле чуждо такое общение. Она недовольно ворчала и глушила телепатические волны.
Да, если вы, земляне, не знали, официально вам сообщаю, ваша планета живая, дышащая, а вы на ней — паразиты, от которых она время от времени пытается избавиться. Хотя… Чем мы лучше вас? Зная, что причиняем ей вред, сами нарушаем баланс, добывая полезные ископаемые.
Ладно, всё это полемика. Пора приниматься за дело, и так много времени потратили на простенькое задание. И всё же, нужно было её укусить. С другой стороны, правильно что не оставил на ней такой след, нечего девочку подвергать опасности.
Что же мне теперь с тобой делать, голубоглазая, белокурая незнакомка?
Глава 7. Битва титанов
Лада
Я бежала, наступая на ветки и не заботясь о том, что меня кто-то услышит. Жуткий рёв и скулёж оглашали лес. Так что, если меня кто и хотел бы услышать, то за этой какофонией всё равно не смог бы.
От страха замирало сердце, а поджилки тряслись. Я легла на живот и последние метры до края поляны проползла по-пластунски по пожухшей прошлогодней листве. Сразу вспомнились ночные кошмары, в нос ударил запах прелой листвы. Трясясь от страха, выглянула из-за дерева на поляну, где располагался наш лагерь.
В круге голубого сияния бились два монстра. Таких огромных я ещё не видела. Они явно были не с нашей планеты. В природе, нашей, по крайней мере, таких нет. Но тогда — откуда они к нам прибыли?
У одного пасть как у доисторической акулы с несколькими рядами кипенно-белых зубов. Длинное тело на коротких массивных лапах. Огромные, острые как бритва когти, каждый размером со ствол средней ели, на голове два рога. И длинный шипастый хвост. Такой я видела у динозавров, на картинках в энциклопедии. Сам монстр был бирюзового цвета. Эта зверюга плевалась в своего врага ядовито-зелёной слизью. Огромный волк-переросток ловко уворачивался от вспененных плевков. Он то отступал на безопасное расстояние, то делал обманные прыжки в сторону врага, то опять отступал. Тем самым приводя в бешенство рогатую акулу.
Самое удивительное было в том, что за льющийся свет они не заходили, видимо, тот служил энергетическим барьером.
Чёрный волк в прыжке оттолкнулся лапами от полупрозрачной голубой стены и атаковал неприятеля. Я не знала, за кого болеть. Оба были смертельно опасны. Но волк почему-то мне нравился больше, возможно потому, что был привычнее глазу. По другому не объяснить. Наш лагерь был полностью разрушен, от него не осталось и следа.
Я лихорадочно осматривала поляну, искала тела своих друзей. Увидела на противоположной стороне Севу и Каролину, прячущихся за поваленной елью. У обоих были неестественно огромные испуганные глаза. Слезы беспрерывно лились из её глаз, превращаясь в грязные дорожки. Каролина то и дело размазывала тёкшую по щекам тушь. Макияж для Хэллоуина.
Я подняла руку, привлекая к себе внимание, но ребята ничего не замечали вокруг себя, они смотрели на развернувшуюся битву в нашем лагере, которая набирала обороты.
Волку удалось схватить зубастика за хвост, и тот с громким звуком схлопнулся, превратившись в маленького пушистого бирюзового щенка, размером с годовалого ребёнка. Волчара отступил на безопасное расстояние и, наклонив голову, с удивлением посмотрел на преображение акулы. Щеночек радостно завилял хвостиком, и наконец подпрыгнув, открыл пасть. Секунда — и на волка набросился огромный зубастый рот. Я даже за сердце схватилась от потрясения, смерть волка была предрешена.
И с облегчением выдохнула, когда он смог спастись. Между волком и пастью появилась стена, отгораживая чёрного от неминуемой смерти. Врезавшись со всей дури об энергетический щит, пасть захлопнулась, и опять появился милый скулящий щенок. Видимо, наверху кому-то эта игра изрядно надоела. Щенка окутало голубое сияние. Секунда — и всё исчезло. Как будто ничего и не было. Гробовая тишина опустилась на лес.
Не веря своим глазам, через пару ударов сердца поднялась на ноги. Это было моей роковой ошибкой. Нужно было и дальше лежать в укрытии.
С ног меня сбила неизвестно откуда взявшаяся старшая медсестра Екатерина Сергеевна. Причём, женщина была в белом халате и в шапочке. Я упала на спину, она же оседлала меня сверху. Я после монстров не пришла ещё в себя, а тут на мою голову вдобавок и грымза свалилась.
Не успела даже пикнуть, как она занесла руку для удара. Мне показалось, что у неё в руке была игла, но и тут я ошиблась. С открытой ладони появился шип, который за секунду удлинился и упёрся в мою грудную клетку. Неумолимая смерть приближалась ко мне и последнее, что я должна была запомнить — ненавистная мне старшая медсестра, у которой проходила злополучную практику в больнице.
Чёрная тень снесла с меня Екатерину Сергеевну, которая на моих глазах превратилась в змееподобное чудовище с десятком голов, из пасти которых торчали удлиняющиеся шипы. Я застыла в ужасе, не могла пошевелиться. Уверенная в том, что нахожусь в кошмарном сне, и мне нужно срочно проснуться.
— Беги, — рыкнул огромный волк, пристально глядя на меня.
И когда одна из голов метнулась ко мне я, завизжав, подскочила. В лес, подальше от всего этого, подальше от смерти, дышащей мне в затылок. Хватит с меня приключений, хватит. Я хочу домой, к маме. Хотелось забиться в норку и плакать. Но жажда жизни оказалась сильнее страха, я с упорством переставляла ноги.
По кистям стекала кровь, где-то поранилась об ветку. В ушах слышался стук сердца, а сзади шла битва монстров. Это всё нереально, я либо сошла с ума, либо … этого просто не может быть?
В очередной раз поднявшись, опёрлась о ствол дерева, оставляя кровавый след на коре. Сквозь грохот в ушах услышала шорох. Нужно было бежать в противоположную сторону. Развернулась и упёрлась в широкую мужскую грудь.
Мужчина всадил мне в тело что-то острое. Я застонала, ноги подкосились. Последнее, что увидела — жуткие когти и падающие на землю змеиные головы.
***
По лесу пронеслась заунывная волчья песнь. Голубое сияние окутало хрупкую окровавленную фигурку, бездыханно лежащую на земле. Эли, разум корабля, вызвала бригаду зачистки. Отряд быстрого реагирования зачищал память людей, которые ранее контактировали с Зориной Ладой Евгеньевной. О ней была стёрта вся когда либо опубликованная информация в соц сетях. О ней забыли все близкие и знакомые. Она попросту никогда не появлялась на свет на третьей планете от Солнца.
Глава 8. Лада
Марк
Я почувствовал боль Ена и связался с ним телепатически. Планета не любила такие волны и в ответ посылала свои. После телепатической связи пару минут чувствовал сильнейшую головную боль. Но я готов был это стерпеть. Главное — узнать, что брат в порядке. Хуже всего неведенье. Его зверь был тяжело ранен, он испытывал сильную боль. Но кто мог ранить Ена? Он был гораздо крупнее и сильнее торунтов, они обычно селились парами. Змеёныши не отличались особенными навыками боя. Даже если бы он дрался с обоими сразу, он легко мог их одолеть. Тут было что-то другое.
Ответ брата меня ошарашил. Пара? Они огромная редкость в нашем мире. А чтобы тут, на Земле, — это вообще невозможная роскошь. Я в это отказывался верить. Связался с Эли и попросил присматривать за ним. Он мог натворить сгоряча что-нибудь недопустимое.
— Эли? — обратился я к встроенному чипу, разум корабля тут же ответил.
— Да, дорогой, — Эли тепло ко мне относилась, и когда обращалась ко мне напрямую, то называла дорогим. Я спас её сущность, и с тех пор ко мне она испытывала нежные чувства. Такое, конечно, запрещено по отношению к электронному мозгу, но это было нашей маленькой тайной.
— Присмотри за Еном и его парой. Мне же нужно разобраться с возникшей проблемой. Я никак не могу идентифицировать ту тварь. Она постоянно меняет облик и оставляет совершенно разные следы.
— Мрак, дорогой, пришли мне те образцы, которые смог достать, а я попробую пробить по всем базам, которые у нас есть. Не думаю, что такое создание нигде не засветилось.
— Спасибо, куколка, до связи.
Людям далеко до таких технологий. Эта планета населена аборигенами, которые искренне удивляются, что у них все ещё водятся оборотни и йети. Ведь и те и другие — сказочные герои. Иногда так и хочется превратиться на глазах у многотысячной толпы, чтобы они поняли, что есть и другая сторона этого огромного мира. Но и тогда они всё спишут на галлюциногенный газ, находящийся в воздухе, несвежий гамбургер, на отравление угарным газом, а видео признают фотомонтажом. Ведь в этом мире есть только разумные люди — и больше никого. Так спокойнее.
Спал как обычно, под кустом, когда услышал шорох, и тут же подскочил. Это оказалась та любопытная девушка, мысли которой я чётко слышал. Такое было впервые. Мысленно я мог общаться только с братом. Не знал, что люди так громко думают. Она гадала, кто я — зайчик или щеночек. Как мило! Я серый волк, деточка, и сейчас тебя съем. Уж больно вкусно ты пахнешь. Девчонка испугалась и попятилась. Глаза-то у неё какие красивые, большие, глубокого голубого цвета. В такие можно нырнуть как в озеро и больше не вынырнуть.
Я с любопытством рассматривал чудесную девочку. Её запах раззадорил мой аппетит (не в смысле еды, конечно). В голову полезли неприличные мысли насчёт того, как давно я был с самками. И что бы я с удовольствием сейчас с этой блондинкой сделал. Но у девушки было совершенно другое мнение насчёт меня и моих действий.
Да, ладно, — лажа какая, запах ей мой не понравился, нос морщит, — не может того быть, я неделю назад мылся в ручье. Не может от меня так вонять. Принюхался — самый обычный естественный запах оборотня.
— Полегче, красавица. Думаешь, легко в лесу месяц добычу выслеживать, да жрать, что придется? Ты знала, сколько мерзости у вас тут водится?
Девушка не знала и не хотела этого знать, она начала представлять какие мерзкие насекомые на мне живут. А я между прочим ей о другом говорил. Обидно, как-то.
— Не нравишься ты мне, — заявил оскорблённый я. — Не женюсь на тебе.
К нам приближались её друзья. Звали её по имени. Лада! А ей подходило это имя. Действительно, ладная такая, есть за что подержаться. Не могу больше! Как же от неё головокружительно пахнет! Мы тут уже пару месяцев, а меня так и не привлекла ни одна самка. Для оборотня важен запах самки, для того чтобы с головой окунуться в водоворот удовольствия.
Я уходил, с сожалением оставляя за спиной испуганную красавицу по имени Лада. Не стал связываться с Еном и тревожить его. У него и так голова забита тревогой и переживанием. Мне же нужно было заняться оборотнем, который постоянно от меня уходил. У зверюги повышался градус агрессии. Я чувствовал это (подсознанием). Ночью он умудрился перед моим носом задрать бедных туристов. Кровавое зрелище впечатлило даже бывалого меня. Столько агрессии, столько неконтролируемой злобы выплеснулось у оборотня! Что это был оборотень, сомнений не было, но слишком уж какой-то странный…
Ен сам со мной связался. Он уничтожил самца змееголова в логове. Теперь вёл охоту за самкой. Эта тварь, почувствовав смерть вожака, решила удариться в бега. Ушла в лес, и там брат её потерял. Все дороги вели в этот чёртов лес. У торунтов, видимо, там был спрятан корабль. Не дай бог — с отложенными яйцами, которые готовы к активации. Эли предложила связаться с интами, чтобы их группа зачистки была начеку. Два неконтролируемых монстра в одном лесу — это уж слишком.
Ен, ведя поиски, опять натолкнулся на свою пару. На близком расстоянии мы могли беспрепятственно с ним общаться. Тем более, когда были в полубоевых формах. Ен сшиб с ног парня, который смеялся над блондинкой. Той самой, которую я встретил в лесу. Неужели она и есть пара для Ена?
Жуть’ен еле сдерживал ярость, у него было огромное желание разорвать глотку наглецу. Не знал, что брат такой ревнивец. Мы раньше запросто могли с ним делить одну девушку на двоих, доводя до беспамятства. В голову полезли жаркие сцены с блондинкой. Да что, свет на ней клином сошёлся, что ли?
Обойдя периметр и убедившись, что оборотня поблизости нет, лёг на землю, и включив невидимость, поближе подполз к девушке. К милой Ладе. Брат в это время ушёл в лес. Удивительно, но он сумел к ней подключиться, когда она заснула, и теперь она видела всё, что видел и он. А посмотреть было на что. Не сдержавшись, вмешался:
— Любишь подсматривать, принцесса? Ай, ай, какая плохая девочка!
— Нет! — крикнула принцесса и проснулась, разрывая связь.
Я же метнулся в кусты. Почувствовал, что за мной наблюдают. Опять оборотень активизировался. Похоже, что пришло время кормёжки. Мне удалось выманить зверюгу на открытое пространство. Это была большая поляна. По оценкам Эли это было самое оптимальное место для захвата. Она оказалась как всегда права. Эли удалось окружить поляну энергетическим щитом. Теперь я был абсолютно спокоен. Ловушка захлопнулась. Но не смог удержаться, чтобы не принять участие в битве. Уж слишком долго я выслеживал эту мерзкую тварь, чтобы так просто она от меня ушла. А оборотень умеет удивлять. Интересно, что за настоящее обличие у этой мерзавки? Почувствовал запах самки. Ещё молодой и необученной.
— Как же ты сюда попала, милая? — обратился я к ней мысленно, когда она приняла форму годовалого бирюзового щенка.
Однако «милая» не желала идти на сближение и общаться со мной. Вместо этого попыталась меня сожрать. Нехорошую девочку в сознание привела Эли, во время выставив щит. Ей надоели опасные игры и она отправила щенка в сверхкрепкую камеру с многоуровневой защитой. Очень не хотелось бы лететь с такой необученной мерзавкой вместе на корабле, но и оставлять её на Земле было нельзя.
Я встрепенулся. Нужно было помочь брату уничтожить самку торунта.
— Иди, — мысленно крикнул брату. Мы одновременно почувствовали, что девочка в опасности. Ещё один самец змееголов? А самка не дура, решила подстраховаться.
Ен не успел. Сердце Лады пробил шип змееголова. Она упала на землю тогда же, когда с последним змееголовом было покончено. По лесу разнесся волчий вой. Мой. Я оплакивал нашу пару. Теперь мне это было ясно, как лунная ночь.
Глава 9. Сердце Марка
Жуть’ен
Мой зверь взвыл, когда увидел, что сердце Лады остановилось. Шип змееносца пробил грудную клетку. Моя жизнь более не имела смысла. Оставалось только перед смертью захватить с собой побольше врагов. Оглянулся, но врагов уже не было, змееносец мёртв. Создатель, как же больно! Если бы не брат, который меня вовремя остановил, не знаю что бы и было. Марк схватил меня за шею, упёршись лбом о мой лоб. Он говорил и говорил, прошла пара ударов сердца прежде, чем до меня начали доходить его слова.
— Она будет жить, брат, будет жить. Эли ввела её в искусственную кому. Но нам нужно на корабль, инты побеспокоятся о зачистке, — Марк всё это говорил быстро, времени, действительно, было немного. Малышка медленно умирала. — Эли, — обратился Марк к разуму корабля, — срочно на корабль, тут мы закончили.
Как только Эли доставила нас на место, сразу же засыпал её вопросами.
— Командор! — голос Эли был напряжённым. — Девушке нужна пересадка сердца. Шип змееносца был отравлен. Ткани умирают, я приостановила процесс, но вечно сдерживать его не смогу.
Я замер, но взяв себя в руки спросил:
— Что нужно, Эли?
— Сердце, командор, ваше как раз подойдёт. Вы универсальный донор, с высокой регенерацией.
— Я согласен, — не задумываясь, дал ответ.
Это был действительно выход. Правда, девочка уже не будет прежней, как впрочем, и я. У меня останется лишь только сердце зверя, пока не восстановится человеческое. А это значит, что я буду долгое время в отключке. Но, думаю, это я уж как-нибудь переживу. Её жизнь важнее маленьких неудобств.
— Маленьких? — возмутился брат. Он — то знал, чем чреват мой поступок. — Ты важен для корабля, Ен. Ты не можешь это сделать. Я тебя заменю, отдам ей своё сердце. Мне не привыкать иметь дело с болью, тебе же нужен ясный разум, на тебе завязан корабль. Ты отвечаешь за нас, ты отвечаешь за груз.
— Но, Мрак, — попыталась вмешаться в разговор Эли.
— Я справлюсь, Эли. Я был зверем чаще, чем Ен.
— Хорошо, — согласился разум корабля. — Тогда в операционную.
Эли переместила нас в операционную, где на столе лежало мертвенно бледное тело Лады, накрытое белым полотном. Подойдя ближе, взял её за холодную ладонь и поднёс к губам, нежно целуя хрупкие пальчики. Поэтому Марка слушал вполуха.
— Да, Эли, у меня есть условие. Девчонка должна быть совершеннолетней по меркам империи. Ну и ещё, Эли, она не должна так уж сильно быть похожей на землянку. Мне нравятся её глаза, голубые как чистые озёра. Пусть её волосы будут такими же голубыми.
— Марк? — до меня дошёл смысл сказанных слов. — Брат, — позвал я брата, — что ты от меня скрыл?
За своей болью я ничего вокруг не замечал. Я прислушался к эмоциям брата. А ведь Марку было так же хреново, как и мне. И брат решил отдать своё сердце Ладе, чтобы она жила. Самому же ему придётся месяца два находиться в теле зверя, пока регенерация восстановит человеческое сердце. Процесс болезненный и мучительный.
— Ничего, Ен, кроме того, что она мне тоже пара, — наконец отозвался он.
Вот что скрывал от меня единокровный, вот чего я не заметил под грузом своих проблем. Но как же так? Лада пара мне и моему брату? Эли выпроводила озадаченного меня из медблока.
— Я сообщу вам, командор, о результатах пересадки, — пообещала она.
Вот и всё. Теперь оставалось ждать. Два дорогих сердцу человека сейчас находились в умелых «руках» искусственного разума корабля. Мы всё ещё находились на орбите планеты Земля. Под маскировочным защитным щитом. Я не рискнул уводить корабль в гиперпространство.
Нужно было проверить оборотня, который Марку доставил столько хлопот. Отправить отчёт имперской службе. Связаться с интами и урегулировать вопрос оплаты. Всё же хвосты они нам подчищали. Мы не имели права забирать человека с Земли. Её нужно было зарегистрировать как нашу пару, но это если…
«Никаких «если»! Она выживет!» — одернул я себя мысленно.
На экран поступил вызов от имперского адмирала Фотье де Сандура. Склизкий тип, из-за которого мне пришлось уйти в вольные старатели.
Ну, как в вольные? Работу я получал от имперской службы, хоть и не состоял у них в подчинении. Охотников за головами везде не любили. Следующим мог стать любой, кто преступит всеобщий закон. И тогда мы обязательно придём за нарушителем, рано или поздно. Никаких гарантий, что это не будет кто-нибудь из них.
— Командор Жуть’ен! — без приветственной речи начал говорить Сандур, что было проявлением неучтивости и отступлением от этикета. — Вы устроили на Земле полномасштабное побоище. Задействовали неподвластные вам силы. За одно стирание памяти аборигенам вас лишат лицензии, — вопил он.
Я сидел в командорском кресле и скучающе смотрел на экран, где разорялся Фотье, брызжа слюной и размахивая руками. В этот момент мне было глубоко плевать, что эта пиявка хочет. Хотеть и мочь — разные всё же вещи, у него такой власти не было.
— Вы меня вообще слушаете, Жуть’ен? — видимо, всё же, рассмотрел мою скучающую мину.
— Да, слушаю. Это всё? Я, знаете ли, занят.
— Ваш корабль обязан покинуть орбиту планеты в течение суток. И вы должны передать оборотня имперскому исследовательскому судну. Координаты вам отправлены, — Фотье недовольно скривился.
— Как скажете, — меня мало заботил сейчас оборотень. Как, в прочем, и Фотье. Поэтому, не прощаясь, прервал вызов. У нас с ним неучтивость обоюдная.
— Эли, как проходит операция? Нам нужно будет покинуть орбиту Земли в течение суток. Стабилизируешь пациентов?
— Да, командор.
— Хорошо. Я тогда наведаюсь в отсек для буйных преступников. Что-то не нравится мне личный интерес Фотье к молодому оборотню.
Глава 10. Кая
Жуть’ен
На корабле был специальный отсек, который в случае непредвиденных ситуаций мало того, что полностью блокировался, так ещё мог и отсоединиться от корабля. Очень удобно, когда на своём борту перевозишь опасных преступников или бактериологическое оружие, которое угрожает мирам.
Нам с братом приходилось браться за разные виды работ. Корабль нужно было содержать, платить вольнонаёмным, оказывающим нам разного рода услуги. Закупку топлива и продовольствия, техническое обеспечение тоже никто не отменял. Новейшие разработки оружия непременно должны были пополнять наш арсенал. На всё это, и ещё какие-нибудь непредвиденные и незапланированные мероприятия и приобретения нужны были кредитки.
Несмотря на такие трудности, нам с братом нравилась такая вольная жизнь. О собственных семьях мы с ним никогда не думали. Девочек на ночь, чтобы сбросить напряжение или провести время в приятной компании и расслабиться, нам вполне хватало. А что изменится сейчас, когда на борту появилась наша пара? Как перевернётся наша жизнь? Как изменимся мы сами? Мне сейчас ужасно хотелось быть рядом с ней, а вместо этого иду в отсек к неизвестному науке монстру.
Пройдя необходимые проверки вошёл в коридор, где находилась камера оборотня. Вернее, это была молодая самка, которая постоянно меняла облик. Такого я ещё не видел. Останься она на Земле и наберись сил, со временем очень сильно проредила бы население планеты. Прямо вижу перед собой лозунг: «Боитесь перенаселения планеты? Оборотень вам в помощь!»
Я застал миленькую картину: рыжеволосая девочка-подросток сидела на полу в позе лотоса и ловила в верхних мирах дзен.
— До верхних миров я еще не добралась, опыта слишком маловато, — ответила девушка хрустальным звенящим голосом.
А по ней и не скажешь, что она чуть не разорвала Марка на части. А ведь съела бы и не подавилась. Женщины страшны, когда голодны.
— Я всеядная, — успокоила меня девчушка и широко улыбнулась, показывая острые белоснежные зубки. А так посмотришь на её облик и скажешь, что она рыжеволосый кудрявый ангелочек. Крылышек только не хватает.
— Мысли читаешь? — задал я уже очевидный вопрос.
— Слишком громко думаете, командор, — хмыкнула она.
— Может, расскажешь мне, кто ты? И откуда? Как тебя зовут? Ведь твоя родная планета не Земля? — я сел на пол и принял такую же позу лотоса, как и она.
— Я оборотень. Зовут меня Кая и я собственность исследовательской лаборатории Уроборос. Слышали о такой?
— Змей, кусающий свой хвост.
— Да, я родилась в одной из их лабораторий.
Девочка подняла своё запястье, и я увидел чёткий символ бесконечности. Чёрная восьмёрка в круге.
— Ничем не смывается и не выводится. Пробовала резать руку, но он опять проявляется. Видимо, вложен этот знак собственности в ДНК. Своих генетических родителей я не знаю, и процесс превращения пока контролирую плохо.
— Обязательно было есть людей на Земле? Ты была в лесу, а там много зверей, — рыжеволосая девчонка проурчала.
— Мне нужно питаться, чтобы вырасти и отомстить, а люди — отличный генетический материал для меня. Кстати, у вас нет на борту людей? Я была б не против перекусить.
Решил перевести тему разговора в более мирное русло, уводя девочку в другом направлении.
— Нет, только оборотни. Красивое имя Кая, кто тебя так назвал?
— Нравится? Я сама себя так назвала. В одних культурах имя означает госпожу, в других — скала. И то и другое мне подходит.
— Какой у тебя возраст, Кая?
— Пара месяцев, кажется.
— И столько много знаешь? — удивляло то, что девочка развита не по годам. Э … по месяцам. Никак не ожидал, что ей будет лишь пара месяцев.
— Ты мне солгал. У вас есть человек на корабле. Она ранена, кажется, — возмутилась девчонка.
— Какой же она человек, когда у неё сердце оборотня?
— Верно, — Кая к чему-то прислушалась. — Иди, командор, ты нужен ей. Она сильно напугана. Ей безумно страшно. Операция окончена.
— Эли? — обратился я к разуму корабля.
— Да, командор, я только что закончила, Кая меня опередила, и первой сообщила вам эту новость.
— Доброй ночи, Кая, — попрощался я с девочкой, резво вставая.
— Подожди, Жуть’ен, — голос её стал более взрослым. Я остановился и посмотрел на подростка. — Я знаю, ты должен отдать меня имперским войскам, — я ждал, что она попросит не отдавать её, но ошибся: — Спасибо! Пусть тебя это не тревожит, это правильное решение.
После этих слов я начал сомневаться в правильности моего решения. Ну, и у меня не было выбора, хотел я этого или нет, но с Каей придётся расстаться.
— Эли, в медблок, — и уже мысленно по закрытому каналу связи обратился к разуму корабля: — Усиль охрану и покорми девочку. Судя по всему, она позарез нужна империи, да и «Ураборос» думаю, тоже будет рад её заполучить обратно.
Про эту организацию было очень мало известно. Обычно их подопытные никогда не покидали лаборатории без их ведома. Жаль, что у меня мало времени, хотелось больше узнать о Кае. Но в любом случае, похоже, мы вляпались по самые уши.
Я вошёл в медблок. В одной камере интенсивной терапии лежала Лада, в другой огромной камере находился Марк. И оба были без сознания. Показатели у обоих в пределах нормы.
— Спасибо, Эли, — поблагодарил разум корабля. Это было, конечно, не обязательно, но я знал, что ей будет приятно. Я уже давно начал замечать, что после спасения её от стирания, она изменилась. Стала более человечной, что ли?
— Всегда пожалуйста, Ен.
— Что за музыка? — спросил у Эли. Снова проверяя медицинские показания.
— Земная. Включила, чтобы Ладе было спокойнее.
— Когда она очнётся? — подошёл к камере брата, Эли вколола ему огромную дозу обезболивающего, но я знал, насколько это ужасная боль. Сам провалялся как-то на регенерации, тогда мне оторвали лапу. Я был лишён всего лишь лапы, а не сердца. И это было безумно больно. Сердце сжалось от сострадания.
— По моим расчётам — через пару дней. Раньше не стоит выводить её из состояния комы.
— Сколько у нас времени осталось до того, как покинем орбиту Земли?
— Четыре часа пятьдесят пять минут и семь секунд командор, — я кивнул.
Подвинул кресло и сел рядом с медкамерой, в которой лежала девушка. Почти пять часов я буду ей петь старые песни своего племени. Нам пела их мама, когда мы с братом тяжело болели.
Глава 11. Пробуждение
Лада
Мне снился добрый сон. Что-то приятное и успокаивающее. Кто-то пел мне странные песни, от которых мне становилось легче. Что-то до боли знакомое и родное. Но вспомнить, откуда знаю мелодию и мотив, так и не смогла. Эти песни не дали мне провалиться в пропасть и красивый мужской голос отогнал от меня тьму. Боже, неужели это был только сон?
Я потянулась всем телом. Очень удобная кровать. Открыла глаза и тут же села. Я в больнице? Ничего не понимаю. Мы же с ребятами собирались в лес, как я тут очутилась? Похоже, заснула в ВИП палате.
«Ой, мамочки, грымза меня прибьёт, если узнает, что заснула на дежурстве», — запаниковала я.
Комната была скудно обставлена. Стены светло-бежевого оттенка. Такой же светлый пол. Единственное окно закрыто жалюзи. Узкий платяной шкаф. По-быстрому заправила кровать. Осмотрела себя. На мне был бледно голубой пижамный костюм. Странно. Откуда он, и куда, интересно, делся мой медицинский халат? Подошла к шкафу, открыла дверь и увидела ещё пару висевших в нём таких же пижамных костюмов. Только цвета были другие. Бледно-розовый, и бежевый. Я чуть не подпрыгнула от страха, когда дверь отворилась и в неё вошла красивая стройная брюнетка в белом медицинском костюме. В руках у неё был планшет.
— О, Вы уже проснулись? Что-то ищете? — поинтересовалась она.
— Одежду свою ищу. Я Вас раньше в больнице не видела. Вы новый доктор?
— Верно, не видели. Может, присядете? Нужно поговорить, — сказала она, заинтриговав меня. После её слов стало как-то тревожно.
— Да, конечно, доктор? — я ждала, когда она подтвердит моё предположение. Она подождала, пока я присяду на край кровати, потом ответила:
— Меня зовут Эли, и я искусственный разум корабля «Арагон», которым командует командор Жуть’ен.
— Это что, шутка такая? Вы пациентка, а я прохожу практику в психиатрической больнице? — возмутилась я.
— Не совсем так, — Эли улыбнулась. — Видимо, всё, что я вам скажу, вы воспримете либо как шутку, либо как полное помешательство. Я загрузила все значимые работы по темам человеческой психологии в свою память и сделала вывод, что ни одна из мною изученных работ не даст никакой гарантии того, как человек себя поведёт в той или иной ситуации. Но, в любом случае, Вам придётся смириться с неизбежностью. Начнем, пожалуй, с Вашей внешности.
— А что с моей внешностью не так? — после её слов мне просто стало жизненно необходимо посмотреть сию же минуту в зеркало.
— Сами посмотрите, — Эли встала со стула и подошла к зашторенному окну. Шторка отъехала в сторону, и на месте окна появилось зеркало. Через мгновение вся стена превратилась в зеркало.
Я ахнула, увидев свои голубые волосы и сильно повзрослевшее лицо. Ладно, волосы мне перекрасили, пока я спала, но лицо? Что с моим лицом?
— Что с моим лицом? — уже вслух произнесла я. — Я же выгляжу лет на тридцать!
— На двадцать семь, если быть уж точной, — пояснила мне Эли.
— Да какая разница, двадцать семь или тридцать? Я же стала старухой! Ничего не понимаю! Я попала в аварию и пролежала десять лет в коме?
Других пояснений таким радикальным изменениям я попросту не находила.
— Вы чувствуете себя на двадцать семь лет? — в голосе странного доктора чувствовалось любопытство.
— Нет, я себя чувствую как обычно. Вроде бы. Нет, не знаю. Со мной что-то не так! — дотронулась до груди. До меня начало доходить, что не так. Света в помещении не было, но я видела всё как днём. И ещё, сердце как будто стучало быстрее. — Я вам не верю. У нас нет таких технологий, даже если я и проспала десять лет, то вы лжёте. Обычные люди не путешествуют на космических кораблях, — за эту идею и ухватилась. Тут явно пахло подставой из реалити шоу.
— А кто сказал, что командор — человек? — мило улыбнулась … улыбнулось … Не знаю, как назвать это нечто передо мной.
Дверь открылась и в неё без стука вошёл прекрасный мужчина. Даже слово «красивый» меркло перед ним. Необыкновенного цвета глаза, большие ресницы, прямой нос, чуть пухлые губы, которые так и притягивали к себе. А эта трёхдневная щетина, по которой хочется провести ладонью. Невольно сглотнула. Совсем сбрендила? Ну, красивый мужик, так что теперь, на него слюной капать? Интересно, насколько он силён? Явно, проводит много времени в спортзале, таская железо. И каков он в сексе? Невольно облизнула вмиг пересохшие губы.
Жаль, что через свободную холщовую рубашку не видны кубики на животе. Мужчина очаровательно улыбнулся, и я вспомнила его голос, когда он со мной заговорил.
— Добрый день, Лада. Я вижу Вы уже встали. Как себя чувствуете?
— А Вы с какой целью интересуетесь? — спросила хрипловатым голосов. И тут же отругала себя за неучтивость. — Здравствуйте, — исправилась я.
— Вы наша гостья, и я за Вас переживаю. Всё ли у Вас в порядке? — так же вежливо продолжил спрашивать мужчина.
— Нет, я не в порядке. Кто Вы, и где я? — насупила брови, что явно огорчило незнакомца. Он, кстати, так и не назвался.
— Прошу прощения, что сразу не представился. Но ваша необыкновенная внешность меня сразила наповал.
— Угу, а меня-то как она сразила! Не представляете даже.
Удивилась сама себе. Раньше за собой столько резкости не замечала. Так и хочется наступить себе на ногу за несдержанность. Но меня можно было понять. У меня шок. К тому же, я стала взрослой женщиной.
— Понимаю Вас, Лада. Меня зовут командор Жуть’ен, но Вы можете называть меня Ен.
— Может, всё же расскажете, Ен, что происходит? Что со мной случилось?
— Давайте я Вам лучше покажу? — предложил он.
— Я бы с удовольствием, но я не могу ходить в пижаме по зданию, — показала на свой внешний вид.
— Эту проблему Вам поможет разрешить Эли. Я зайду за Вами через тридцать минут. Уверен, Вы проголодались. Приглашаю пообедать со мной?
Что верно, то верно, мой желудок при слове «пообедать» радостно заурчал. Ен, развернувшись, вышел за дверь. А я поняла, что непроизвольно рядом с ним задерживала дыхание. Уж слишком он вкусно пах. Я неимоверным усилием воли заставляла себя не кусать ни в чём не повинного парня. Я точно свихнулась: то слюной капаю на незнакомого мужика, теперь вот хочется его укусить. Неужели я всё же серьёзно больна? И у меня началась развиваться прогерия? Боже, да что со мной? Я ведь не помню, как сюда попала.
Глава 12. Воспоминания
Лада
Как только закрылась дверь за Еном, самым потрясным мужчиной на Земле, активизировалась странная Эли. У меня было чувство, что я попала в страну Оз, где главная героиня Элли. Только вопрос, — а кто же я в этой сказке? Женских персонажей там было не так уж и много…
— Я изучила современную моду. Сопоставила с той одеждой, в которой была ты, и пришла к неутешительному выводу — одеваешься, Лада, совершенно не по моде, — в голосе Эли слышались нотки возмущения.
— Зато у меня наверняка модный цвет волос. Убила бы того, кто со мной такое сотворил, — взяв прядь, посмотрела на неё, недовольно поморщилась. Я не относила себя к радикально настроенным девицам, которые любили проводить разного рода цветовые эксперименты со своими волосами.
— Надеюсь, у тебя это желание не буквальное? Потому, как тот, кого ты хочешь убить, находится в состоянии, как бы тебе мягче сказать, между жизнью и смертью.
— О чём это ты?
— Марк отдал тебе своё человеческое сердце, чтобы сохранить твою жизнь.
— Шутишь? — недоверчиво спросила я. Но глянув на невозмутимое лицо Эли отчего-то, поверила, что она не шутит.
— Тогда каким образом этот парень ещё жив? Люди не могут жить без сердца!
— Человек не может, — туманно ответила Эли.
Пока я говорила, она подошла к стене и открыла невидимую панель. С чуть слышным шелестом дверь плавно отъехала в сторону. Включился свет. Девушка вошла в большую гардеробную. Я прошла за ней следом. Чего там только не было! Как и у любой молоденькой девушки, попавшей в шмоточный рай, от восторга загорелись глаза.
— Что предпочитаешь, платья или брючные костюмы? — спросила она и повела рукой, показывая вокруг.
— Костюм, — всегда чувствовала себя комфортно в джинсах и майке. — А лучше майку, джинсы и кросы.
— Ты неисправима, — голосом мамы ответила Эли, и я непроизвольно вздрогнула.
— Ты умеешь пародировать голоса? — что-то ситуация становилось всё более странной.
— Я умею говорить на многих языках, и совершено разными голосами. Однако, предпочитаю пользоваться настройками, которые сделал Мрак. Как он в последнее время себя называет — Марк.
— Эли, скажи мне правду, ты прикалываешься надо мной? Это всё шутка, и мы находимся в реалити-шоу со скрытыми камерами?
— Скрытых камер тут действительно полно, но я не захожу в зону личной гигиены. Людям и оборотням не нравится, когда за ними наблюдают.
— Я уже не в первый раз слышу про оборотней. Ты почитатель детских сказок, страшилок? Эли, ты можешь мне подробнее рассказать, где я нахожусь на самом деле? Кто ты? Кто такой в действительности Ен? И кто такой Мрак, который Марк? Хотелось бы увидеть этого Марка.
— Ты действительно хочешь увидеть, кто такой Марк на самом деле? — переспросила девушка.
— Да, хочу, — я зашнуровала кросы. Посмотрев на себя в зеркало, поняла, что себе нравлюсь. Пусть я и старше выгляжу, зато решительный блеск в глазах, бесшабашность и отвага так и плещутся в этих невероятно притягательных глазах.
Эли мягко притронулась к моей руке. Я моргнула, это было всего лишь мгновение, но, ой, мамочки, я очутилась в совершенно другом месте. Как такое возможно? Помещение было огромным, светлым, чистым. Ни единой пылинки или соринки. И ещё я поняла, что этот зал является и операционной, и реанимационной одновременно. Помещение было поделено на зоны. Странная аппаратура, похожая на КТ аппараты. Капсулы для людей, которые на данный момент были пусты. Живых существ, кроме нас с Эли я не наблюдала. С недоумением посмотрела на застывшую девушку. Язык не поворачивался её назвать искусственным разумом.
— И где Марк, который отдал мне сердце, как ты говоришь? Я никого тут не вижу!
Вся обстановка в помещении говорила мне, что тут находилось высокотехнологическое оборудование. Может, тут расположилась тайная правительственная организация? Но тогда возник вопрос, зачем им понадобилась обыкновенная третьекурсница медицинского института? В чём прикол? Я нужна современной науке?
— Вот и Марк.
Эли чуть взмахнула рукой (прямо волшебница). И перед моим взором предстала огромная камера, в которой лежал большущий волк. Волк — переросток. Волков таких размеров на Земле нет. Только в саге «Сумерки». Отсюда вывод: либо я сошла с ума, либо нахожусь в хорошо охраняемой правительственной лаборатории, из которой мне живой не выбраться. Недаром я постарела на десять лет, по крайней мере, визуально. А это значит, над людьми проводят ужасные эксперименты.
— Что скажешь? — задала вопрос Эли.
— Охренительно, — только и смогла выдавить из себя.
Я подошла ближе к камере. Стекло на вид было прочным. Не знаю, что меня сподвигло на это. Приложила ладонь к стеклу. Зверь спал или был без сознания, но не подавал признаков жизни. Однако, как только моя рука коснулась гладкой холодной поверхности стекла, волк резко открыл глаза. Я не успела ни испугаться, ни отпрянуть. Его глаза затягивали меня всё дальше и дальше, пока не почувствовала отголоски чужой боли. Зверь страдал, ему было жутко больно. Но страдал он молча, ни единый звук не был слышен.
Волк всё дальше и дальше уводил меня. И память, которая была потеряна, обрушилась на меня водопадом образов и переживаний. Боли и страданий, радости и смущения. Я вспомнила всё, что было со мной вплоть до порога своей смерти. Вспомнила до мельчайших подробностей момент своей неминуемой смерти. Странно и страшно было видеть свои собственные глаза, которые стали тусклыми и чужими. Бледное лицо с заострившимися чертами и белыми губами. Затем, переместилась внутрь себя, если можно так сказать. До этого всё видела как бы со стороны. Сквозь пелену боли увидела темноволосого парня, который давал чёткие указания обо мне. Так вот кто виновник моих радикальных изменений?
Контакт прервался и я рухнула вниз без сил. Но пола моё тело не достигло. Меня подхватили сильные руки. Головокружительный запах ударил в ноздри, и я расслабилась, когда сквозь вату забытья услышала такой знакомый и любимый (уже любимый, так быстро?) голос Ена:
— Эли, чёрт бы тебя побрал. На кой … (дальше шла нецензурная речь) ты её сюда притащила? В мою каюту её, живо.
Почувствовала, что меня опустили на кровать. И всё смолкло. Как одеялом накрыла вязкая пугающая тишина. Не знаю, сколько я пролежала с закрытыми глазами, слушая эту тишину. Минутку или час, пока кто-то тихонько не прилёг рядом со мной. Мне стало уютно и засыпая, я почувствовала себя защищённой. Похоже, что все эти новости, и особенно, встреча с волком, забрали у меня остатки сил.
Глава 13. Принятие
Лада
— Ты не спишь? — услышала голос Ена. Он дожидался моего ответа.
— Нет, не сплю, — но глаза так и не открыла. Вслушивалась. Пыталась определить чуть слышные звуки: тихо урчала система подачи кислорода. Услышала стук своего сердца и в унисон с моим бьющееся сердце Ена.
— Как ты себя чувствуешь? — я прислушалась к себе.
— Не знаю. Я, как бы, умерла? — сказала вопросительно. — А что теперь будет с родителями, с беременной сестрой? — задала тревожащий меня вопрос. Я ведь пропала и родные там, наверное, сходят с ума.
Открыв глаза, повернула голову. Ен лежал рядом со мной, подперев голову рукой, и смотрел на меня. В комнате освещение было приглушено, поэтому для глаз переход от сна к бодрствованию не был болезненным.
— Они тебя не помнят. Для них ты никогда не существовала. Прости, но так было нужно. Ты умирала, а мы с братом этого не могли допустить.
— Почему? Боже, но почему, я? Я жила обычной жизнью. И всё началось тогда, когда я зашла в ту злополучную палату. Да?
— Да, так и есть. Твой запах свёл зверя с ума. Я такой же, как брат, Лада. Мы оборотни и в своей боевой трансформации очень опасны, — тихим, глубоким голосом успокаивал меня мужчина.
— Мне сложно во всё это поверить, — на глазах выступили слёзы. — Как же так? Целая жизнь прожита. И все исчезло в мгновение ока.
— Я знаю, — он дотронулся до моей щеки, стирая слезинку.
Я вздрогнула, как будто он меня ударил, а не погладил. Мужчина тут же убрал руку. А мне стало, невыносимо жаль, что он так сделал. Почему, не понимаю. Почему я так остро на него реагирую? Я хочу, чтобы он был рядом и в то же время отталкиваю его.
«Может, потому что он причина всех твоих бед?» — нашептывал голос разума.
— Скажи, почему я выгляжу старше? И, что за необходимость была менять мою внешность?
— Дело в том, что у нас, у оборотней, другие законы, чем у людей. У вас совершеннолетие наступает в восемнадцать лет, в каких-то странах на Земле в двадцать один. У нас же оптимальный возраст вступления в брак это двадцать семь лет. Считай, что это была плата за подаренную вторую жизнь.
Я резко села на кровати.
— То есть, вы притащили на Землю эту гадость, устроили разборки, убили меня, а я должна платить за всё за это, молодостью? Своей жизнью на Земле? Вы лишили меня дома и родных! Я никогда не увижу племянницу! Вы взяли и вычеркнули меня из жизни! Да и, вообще, на кой ляд я вам сдалась? Я самая обычная девчонка! — у меня началась истерика, плечи мелко подрагивали, а из глаз ручьями потекли слёзы. Я тихонько всхлипнула.
Он тоже присел на кровати. Смотрел пристально, не отрывая от меня взгляда. Был очень острожным в движениях. Сторонился прикасаться ко мне. Ведь реакции людей непредсказуемы. В его глазах было столько боли и понимания. Но, похоже, сделать он ничего с этим уже не мог. Марк, отдав мне своё сердце, сделал меня другой. Человек ли я теперь? Если верить всем этим рассказам, то Ен и Марк оборотни? И я тоже, по-видимому.
Ен хотел дотронуться до моих волос, но передумал. Боялся моей реакции. Рука так и зависла в воздухе.
— Я понимаю, у тебя много вопросов и на всё, что смогу ответить, честно отвечу. С чего начать? — он переплёл свои пальцы, стараясь удержать руки в замке. А сам уставился на них так, как будто видел впервые. Я из-за опущенных мокрых ресниц тайком любовалась его лицом, его глазами, торсом. Какие же у него красивые бездонные глаза! Резко отвернулась и уставилась на пустую стену. Кулачком вытерла набежавшую слезинку. По ощущениям — немного успокоилась.
— Начни с того, кто я для вас?
— Ты наша пара. Не пленница, не посторонняя, попавшая в беду девушка, а именно пара. Как очнётся Марк, на первой же планете или станции, где будет брачное агентство, зарегистрируем тебя как нашу пару. У тебя нет документов. Ты нелегал, так сказать. А с такими разговор короток. Хотя мы никогда и не дадим тебя в обиду, лучше избегать такого внимания.
«Ну, зашибись! Человек с прошлым, но без планеты и без документов. Вот теперь я кто — нелегал!»
— Это обязательно?
— Да, ваша планета под запретом, люди скажем так, низшие существа в пищевой цепочке. Это вы у себя на планете высшие, но не в империи. Пока не зарегистрируем тебя как нашу пару, на тебя будут претендовать многие охотники до экзотики. Прости за сравнение, но ты — уникальная игрушка в чужих лапах. Если бы тебя не изменила Эли, мы должны были тебя удочерить. На это, конечно, пойти мы с Марком не могли. Понимаешь меня? — Ен всё же протянул ко мне руку, я от него непроизвольно отшатнулась. Столько всего произошло. И моё тело реагировало на инстинктивном уровне.
— Мне нужно подумать. Пожалуй, отложим совместный обед. Можно мне сюда доставить еду?
— Да, конечно. Я понимаю, — моё поведение сильно огорчило мужчину. Я это чувствовала всем существом. Ну, а чего он ждал? Что я с криками радости повисну у него на шее и мы помчимся в розовые дали любви для оборотней? У меня шок. И я реально не могла есть в его присутствии, не сейчас. Ен встал, чтобы покинуть комнату.
— Ен? — обратилась к нему.
— Да, Лада?
— Почему вы меня не вернули на Землю?
— Мы не можем этого сделать. Звери не позволят, прости.
Он покинул каюту, а я вспомнила, что это его личная зона. И получается, я выставила хозяина из его спальни. А он даже не возмутился по этому поводу. Ладно, у нас есть Эли. Пришло время с ней поболтать.
— Эли? — позвала я, не ожидая ответа. Так просто решила попробовать, а вдруг…
— Да, Лада, — прозвучало из динамиков.
— Можно доставить сюда что-нибудь поесть. Я голодна.
— Да, конечно. У меня много разных блюд. К тому же, я предусмотрительно закупила продукты на планете.
— Как, интересно, и кто их доставлял? Служба доставки? — скептически хмыкнула я.
— Да, ты права. Есть и служба доставки, — у меня отвисла челюсть от удивления, представив, как к кораблю доставляют заказ. Но быстро взяла себя в руки.
— Так, что у нас есть на обед? Или ужин?
— По земному времени сейчас обед. Есть суп с грибами и сыром. Есть… — и Эли начала перечислять блюда, которые сейчас, сегодня в наличии. Они, похоже, ограбили какой-то ресторан.
— Так, стоп. Остановимся на салате и мясе, ну и ещё борще со сметаной. Мама его вкусно готовила, всегда, — стало грустно, опять накатили слёзы. Но пришло время признать, что пока мне не светит попасть домой. Где бы я ни была, чётко дали понять, что обратно меня не вернут.
— Эли, я хочу видеть, что происходит за бортом корабля. Ты можешь мне показать?
— Мы в гиперпрыжке. Смотреть там особо не на что. Земли уже не видно.
Но, всё же она выполнила мою просьбу, и стена, став прозрачной, показала летящие на меня с головокружительной силой яркие точки. От неожиданности я покачнулась и села на кровать. Благо, стояла от неё недалеко.
— Эли? Это всё, правда, да? Я на космическом корабле? — сердце билось изнутри в грудную клетку как сумасшедшее. Была в глубине души призрачная надежда, что я в какой-то лаборатории. И мне вешают лапшу на уши. Только надежда умерла, без права на возрождение.
— Да, Лада. Всё, что тебе говорили, это правда.
Вот и всё, прощай Земля… Да здравствуют космические просторы… Новая жизнь, новые приключения…
Глава 14. Ужин
Лада
Я легла на кровать, и раскинув руки, бездумно уставилась в потолок. Какой-то он скучный, безжизненный.
— Эли? — позвала разум корабля.
— Да, Лада.
— А ты можешь на потолке спроецировать звёзды. Например, Млечный путь?
— Да, конечно.
Через пару секунд знакомые созвездия засияли надо мной. Красотища!
Мне совершенно нечем было заняться в этом месте. Лежать и пялиться на Млечный путь, от вида которого сердце кровью обливалось? Что я знаю о других звёздах? Или — что знаю о жизни оборотней, да и вообще, о мирах?
— Эли, — позвала опять разум корабля.
— Слушаю.
— Скажи, а ты могла бы мне достать книги или планшет с информацией, где я почитаю об оборотнях, о мирах, о законах?
— Тебе человеческой жизни не хватит, Лада, чтобы всё изучить, — я заметно погрустнела, — но есть другой способ ускорить усвоение информации. В предплечье я вшила тебе чип, который напрямую связан с твоей нервной системой, по ней могу передать информацию, если желаешь. Чип следит за твоими показателями, он как стимулятор для сердца, но с гораздо большими функциями, — попутно успокоила меня Эли. — С непривычки ты будешь быстро уставать. Но с помощью него ты и получишь всю интересующую тебя информацию. Но и это всё равно займёт много времени.
— Этого добра у меня сейчас навалом, подключай.
— Хорошо. Закрой глаза и постарайся расслабиться, — выполнила указания Эли.
И информация мощным потоком начала вливаться мне в мозг. Не думаю, что я столько бы всего усвоила, если бы не вшитый микрочип. Оказывается, полезная вещь, эти высокие технологии. Мне было всё интересно, хотелось знать как можно больше, но всё неожиданно прервалось.
— Лада, — обратилась ко мне Эли, — пора ужинать. Ен спрашивает, составишь ли ты ему компанию?
Почему бы и нет? Пора уже налаживать отношения с хозяином корабля и с будущим супругом. Так странно, не думала, что на мою руку будут претендовать два брата-оборотня.
— Скажи Ену, что я согласна, и пусть зайдёт за мной через, — прикинула, сколько времени мне потребуется на скорые сборы, — тридцать минут.
— Хорошо, я ему передам, — в голосе Эли мне послышалось облегчение.
Вошла в душ, разделась и встала под струи… воздуха, они уносили частички грязи. Очень жаль, что такая роскошь, как вода, тут редкий гость. Ладно уж, что-нибудь придумаем, любила, как говорится «попеть» в душе, это успокаивает.
Короткое чёрное платье с расклешённой юбкой, плотные чёрные колготки и высокие ботфорты. В сочетании с голубыми волосами всё смотрелось бомбически. Я повертелась у зеркала и осталась собой довольна, интересно бы посмотреть на реакцию Ена.
Стук в дверь оповестил меня, что Ен стоит около двери. Пора, последний штрих — неяркая губная помада с клубничным вкусом.
Я подошла к двери, и она тут же отъехала в сторону. Ен, замер с чуть приоткрывшимся ртом. Но надо отдать ему должное, оборотень быстро взял себя в руки. Мужчина протянул мне небольшой букетик фиалок. Я лучезарно улыбнулась. Приятно, когда мужчины дарят цветы. На первом ужине, ну, или свидании, как на это посмотреть.
— Ты прекрасна.
— Спасибо, — поблагодарила его. — Идём?
— Да, да конечно.
Мужчина отошёл в сторону, пропуская меня. Интересно, как они ухаживают за своими женщинами? Нужно будет просмотреть об этом информацию. Ну а пока я сама взяла его под руку, потому как Ен всё не решался сделать это. Мужчина, видимо, хотел начать беседу первым:
— Чем занималась? Спала? — я была уверена, что он прекрасно знал, чем я занималась. Но, видимо, не решил, как начать разговор со мной.
— Нет ничего интереснее, как продолжить изучать мир. Этим и занималась. Оказывается, предусмотрительная Эли поместила в меня чип. Говорит, чтобы лучше усваивала информацию. Но, как выяснилось, у чипа разные спектры действия, один из которых — универсальный переводчик. Чувствую себя Ватиканской библиотекой. Сколько часов я провела за обучением?
— Пять, — ответил Ен.
— Верно, пять, — как-то голос его был грустным. А он что, думал, буду молча сидеть и крестиком вышивать? Плохо оборотни знают женщин с Земли.
Пока мы шли, осматривала корабль. Ни единой пылинки вокруг не обнаружила.
— Что бы ты хотела на ужин? Эли много всего наготовила. Хотела тебе угодить.
Ен избегал темы разговора о моей судьбе. Я понимала, ему сложно, ведь общих интересов у нас с ним не было. Я не охотница, не оборотень (возможно, пока). Во мне он видит лишь хрупкую девушку, которой посчастливилось стать его парой. А мне хочется большего, чем быть… кем?
— Ен, расскажи мне, как это — быть охотником за головами?
Мы вошли в столовую, где был приглушённый свет, и играла лёгкая земная музыка. Небольшой стол, накрытый белой скатертью, букет цветов и зажжённые свечи. Отодвинув стул, Ен подождал пока присяду. Сел напротив меня.
— Какое будешь вино? Красное или белое?
— Красное сладкое, отец из винограда делал очень крутое вино, — тяжело вздохнула, ком подкатил к горлу.
— Я понимаю, Лада, тебе тяжело, Эли об этом предупреждала. Может, стоило… — он не договорил.
— Стоило — что, Ен? Стереть и мне память? Тебе было бы здорово — никогда не знать своего брата?
— Нет, прости. Конечно, нет, — Ен поджал губы. — Просто, ты на всё, что касается дома и Земли, на всё реагируешь слишком бурно. Ты спрашивала, как быть охотником? — видимо мужчина решил перевести тему разговора. — Наша работа — это большой риск, как для здоровья, так и для жизни.
Ен говорил и говорил, я смотрела и любовалась. И слушала, конечно, и восхищалась мужеством и отвагой, и его, и Марка. И для себя решила, что тоже стану такой, как они. Я не собиралась сидеть у окошка и ждать… в общем, их ждать. Пока не могла смириться с тем, что стану женой.
— Лада? Ты меня слушаешь?
— Да, да, конечно, знаешь, я тоже хочу себе такого же зверька.
— Создатель упаси нас от этого монстра. Да ты что, он нам весь корабль сжуёт.
Заиграла музыка и мне захотелось потанцевать. Ужин был великолепным, Эли постаралась на славу. Я подскочила и потащила Ена танцевать. Положила его руку на свою талию, вторую взяла в свою руку, и мы медленно закружились.
Мне вскружило голову выпитое вино и близость такого шикарного мужчины. У меня полвечера свербела в голове одна мысль. Безумно хотела его поцеловать. Почувствовать его губы на своих губах. А его руки на своём обнажённом теле.
Глава 15. Страсть
Лада
Музыка закончилась. Ен, взяв мою руку, поцеловал тыльную сторону ладони.
— Спасибо, за чудесный вечер. Очень приятные у вас на Земле обычаи.
— Ты изучал наши обычаи? — удивлась я.
— Да, конечно, перед тем, как выполнить задание мы всегда тщательно к этому готовимся. Нестись сломя голову на территорию, которую не знаешь, не только глупо, но и смертельно опасно.
— Да, столько всего мне предстоит узнать, — уныло ответила я.
— Уже поздно, я провожу тебя до твоей каюты? Ты устала, наверное.
— Она была твоей, — я нервно хохотнула.
— Теперь она по праву твоя. Всё, что есть на корабле, принадлежит и тебе.
— Официально пока нет, запрос об этом только послан, — вмешалась в разговор Эли.
— Эли, — повысил голос Ен. — Будь добра, прекрати. — Эли тактично промолчала.
— Я провожу тебя? — опять спросил Ен. Кивнула в ответ головой.
Я всю недолгую дорогу думала над словами Ена. Это что, получается, как только мы заключим брак, корабль будет и в моей доле? Но зачем это делать?
— Ты задумалась над чем-то?
— Разве вы не читаете мои мысли?
— Твои мысли, — Ен, на секунду замолчал, — можем и читать, но мы стараемся глушить их. Это твоя личная территория. Ты со временем научишься ставить блок. Для этого нужно время и практика. Мы пришли, Лада.
Ен поднёс к губам мою ладонь, по моему телу прошла волна тепла. Он отстранился от меня, дрожа всем телом.
— Пожалуй, мне пора. Доброй ночи!
— Постой, — сильнее сжала его ладонь.
— Ты понимаешь, что если я сейчас не уйду, то…
— Угу, — лишь только пробубнила я. И, не ожидая от себя такой прыти, прижалась к его губам.
Не отрываясь от моих губ, Ен подхватив меня на руки, занёс в комнату. Я уцепилась руками за его шею, терзая в приступе обуявшей меня страсти его мягкие податливые губы. Поставив меня на пол, прижал спиной к стене. Я хотела почувствовать его тело, но мешала рубашка. Схватив за воротник, обеими руками, порвала ткань. Мои пальцы впились в каменные мускулы.
«Удивляться, откуда во мне столько дури, буду завра», — мимолётно подумала я.
Ен был более осторожным, он попросту снял с меня платье. Мужчина припал губами к соску, и я застонала. Мои руки безостановочно гладили его спину. Я заскулила от желания, как же я хотела его почувствовать в себе. Резкий разворот и мои ноги стоят на ширине плеч. Колготки постигла печальная участь, Ен уже перестал сдерживать себя. Моментально снял ботфорты, и со всей силы зашвырнул в угол. Сегодня только необузданная страсть, нежность оставим на потом, когда голод будет утолён. Я выгнулась в пояснице, когда Ен припал к венериному холмику. Молния сладострастия прострелила моё тело от пяточек до макушки. Юркий язык прикоснулся к жаждущим ласки нижним губкам. Я широко раздвинула ноги, Ен ласкал мои бёдра сильными и в то же время нежными пальцами.
— Хочу тебя, сейчас, возьми меня, — взмолилась я.
Ен мучительно медленно поднимался, целуя каждый кусочек моей покрытой испариной кожи. Во мне пылал пожар, вечный голод, уходящий корнями в самые истоки человеческого зарождения. Тогда и зародились пары, тогда и появилась страсть на грани и любовь навсегда. Во мне с этой страстью проснулись чувства. Я умерла и возродилась заново, словно Феникс восстала из пепла. И с каждым движением Ена во мне лопалась струна, меняя и делая совершенно другой.
— Малышка, ты как? Я смотрю у тебя, зубки прорезались?
От его слов моё затуманенное сознание прояснилось, и я обнаружила, что крепко держу Ена зубами за плечо. Капли крови стекали по предплечью.
— О боже! — я от него отпрянула и зажала рот рукой. — Прости, прости, я не хотела. Я совершенно слетела с катушек. Прости, — слезы брызнули из глаз. Ен меня крепко обнял, не замечая боли и укуса.
— Ты же не в курсе, да, что поставила метку собственности на мне, тем самым окончательно привязав к себе. Теперь заключение брака — лишь документальная формальность.
— Нет, тебе нужно обработать рану. Нужно обработать плечо, — я отодвинулась от любимого, именно так я его теперь ощущала. И пыталась вскочить с кровати, чтобы найти что-нибудь, для перевязки.
— Тише, тише, малышка, ничего уже нет.
Мужчина стёр кровь, и на месте укуса я увидела лишь светлый полумесяц.
— Это, как? — я была в шоке, до этого раздела не успела дойти, изучая жизнь оборотней.
— Только у истинных пар есть такие же. Посмотри на своё плечо.
На правом моём плече красовался точно такой же шрам. Это означало, что и Ен меня укусил. Но в порыве страсти я не заметила боли. По моим щекам всё ещё лились слёзы.
— Тише, голубка, моя, тише. Не плачь, — любимый поцеловал мои влажные щёки.
А я прильнула к нему всем телом. Он гладил меня по волосам, держа на руках. И тихо пел песню, песню оборотней с далёкой снежной планеты.
Открыла глаза и не поняла, где нахожусь. Я лежала обнажённая на холодном полу возле камеры Марка. У волка были открыты глаза и он, не скрывая своего любопытства, рассматривал меня. Я в смущении закрылась руками. Все стратегически важные зоны, похоже, он уже видел.
— Эли, — пискнула я.
— Да, Лада.
— Почему я тут нахожусь?
— Ты сама сюда пришла, Лада. Я в этом не видела ничего предосудительного. Люди часто ходят во сне.
— Нет, не часто. И раньше лунатизмом я не страдала.
— Луна далеко Лада в ст…, - но я её перебила.
— Верни меня обратно в комнату.
— Как скажешь, Лада.
Эли вернула меня в комнату, Ен сладко спал, я тихонько зашла в душ. Мне нужно было умыться и подумать о своих неконтролируемых перемещениях.
Глава 16. Корабельная жизнь
Лада
— Эли, включи, пожалуйста, воду, мне это нужно, — решила подумать над тем, что со мной в последнее время происходит.
Услышала шорох открываемой двери, и тут же попала в плен сильных, требовательных рук. И я точно знала, что это руки не Ена. Ночью он был со мной нежен. Набрала в лёгкие воздуха, чтобы заорать. Но резкий рывок развернул меня, и мои губы накрыл жёсткий, властный поцелуй, от которого меня пробрало от макушки до пяточек. По телу пошла дрожь возбуждения, я узнала запах и поморщилась. Запах мокрой псины. От меня он всё же отлепился.
— Да ладно, неужели от меня так ужасно пахнет? — спросил Марк. Меня он из своих рук так и не выпустил.
— Ты когда в последний раз мылся?
Марк почесал щетину, явно подсчитывая в голове, когда у него в последний раз были водные процедуры.
— Давно, очень давно, потерпишь моё присутствие? А потом займёмся горячим сексом.
— Нет, не потерплю!
Дверь открылась, и я увидела заспанного Ена.
— Лада, с тобой всё в порядке? Я проснулся от того, что ты разговаривала.
— Да, тут был Марк, — в душе я была совершенно одна, — но сейчас никого нет. — Что со мной происходит, Ен? — мои губы начали дрожать, а на глаза набежали слёзы.
— Не хочу тебя пугать, но похоже, ты начинаешь меняться. Видимо, такая серьёзная операция не прошла для организма незаметно. А с Марком я поговорю, чтобы не доставал тебя. Иди ко мне, малышка. Он напугал тебя?
— Немного, — меня всё ещё продолжало трясти.
Возбуждение, страх, непонимание — всё смешалось в одну кучу.
— Иди ко мне, ты вся дрожишь, — Ен вывел меня из кабинки, и подхватив на руки, отнёс в постель. Укутав в покрывало, крепко прижал к груди.
— Ен, расскажи, что со мной будет? Ты знаешь, я сегодня проснулась возле камеры с Марком.
— Эли мне об этом уже сказала. Похоже, что сердце оборотня тебя меняет. Эли не может сказать, насколько этот процесс затронет тебя. В истории оборотней такого не было.
— Я стану такой же, как и вы? — спросила я.
— Если даже и да, то мы поможем тебе в этом. Будем вводить постепенные физические нагрузки. У меня к тебе будет просьба, малыш.
— Какая? — с любопытством посмотрела в серьёзные глаза Ена.
— Ты можешь проводить по нескольку часов в день у камеры Марка? Ему становится гораздо лучше после твоих визитов. Но, когда тебя долго нет, ему, похоже, срывает «крышу».
— Я заметила это. Хорошо, буду там, в то время, когда Эли подключит меня к информационным файлам.
— Спасибо, родная. Ты не против, если я тебя поцелую?
В этом весь Ен: осторожен, внимателен и безумно нежен. Я купалась в ласковых лучах силы, исходящей от него. И в то же время вспоминала напористого, нетерпеливого Марка. Мне стало интересно, каково быть вместе с ними в одной постели? От таких мыслей густо покраснела. А внизу живота почувствовала приливную волну. Раньше мне такое и в голову не приходило, чтобы с двумя мужчинами сразу.
За завтраком решила спросить у Ена о дальнейших планах. Ведь мы куда-то летим?
— Да у нас невыполненный контракт, должны доставить в назначенное место оборотня, с которым дрался Марк. Ещё нужно будет в конторе отчитаться за змееголовов. К тому времени Марк должен уже принять человеческий вид, и зарегистрируем тебя как пару.
Не могу сказать, что я чувствовала по поводу предстоящего замужества, слишком всё как-то быстро. Стремительно уносилось и время, я становилась другой, более уверенной в своих силах, более раскрепощённой. Уже прошло больше месяца, как я на корабле, день расписан по минутам: зарядка, завтрак, занятия с Элис (практически, школьная программа), спортзал, обед, опять занятия, ужин. Жаркая ночь с Еном и так день за днём. Скучать не приходилось, а в свободные часы я рисовала Землю.
Ен уже несколько дней был чем-то обеспокоен, но не говорил, чем. Я видела, что его что-то тревожит.
— Ен, всё в порядке? — тревога передалась и мне.
— Не совсем. Изменили координаты, мы прибудем раньше, чем планировали.
— Но Марк, он же ещё будет оборотнем? — спросила я.
— Да, будет, и это мне не нравится. Через два дня мы прибываем на контрольную точку, откуда заберут пойманного оборотня. Прошу тебя, будь в это время рядом с Марком, — попросил меня Ен.
Два дня пролетели незаметно. Настал день X.
Жуть’ен
С младшим братом пришлось серьёзно поговорить, он сильно напугал малышку, когда решил её навестить. Мысленный контакт становился всё более стабильным. Лада была смущена и растеряна, ведь быть оборотнем непросто, а судя по всему, с ней явно что-то происходило. Что вызвало брожение в бессознательном состоянии по кораблю? Её сила возросла, и секс каждую ночь становился всё более яростным и напористым.
Я был счастлив, когда она наградила меня меткой. Теперь она моя, лишь только моя. Пока моя. Нам с братом не впервой делить одну самку на двоих, но тут совершенно другой случай. Я сдерживал себя, боясь причинить ей боль. Она не готова ещё к той энергии, которая выплёскивается во время секса. К той бушующей первобытной силе, которая захлёстывает с головой и сносит напрочь все границы. Не сейчас, ещё не время.
— Ен, мы прибыли к точке контакта, — сообщила мне Эли. — Какими будут дальнейшие распоряжения?
— Всё как обычно, усиль охрану медблока, там будет сегодня находиться Лада.
— Конечно, командор.
Стыковка прошла в штатном режиме. Имперский корабль прибыл вовремя. Во главе группы была Мариса. Оборотень, с которой я учился, и которая пошла по головам, лишь бы добиться своего. И она добилась. Одной из этих голов был и я…
— Здравствуй, Ен, рада тебя видеть, — Мариса хищно улыбнулась. — А ты, судя по высшему классу корабля, не бедствуешь.
— А ты хотела, чтобы было наоборот? — безразлично спросил я. Я был молод и глуп, а она воспользовалась моей слабостью. Но то — дела минувших дней.
— Ты даже не поцелуешь меня в щёчку? И не пригласишь на кофе? — решила поиздеваться?
— Нет, не приглашу. Забирай девочку и выметайся, у меня всё по расписанию, — вызверился я.
— Ен, я тебя не узнаю. Ты всегда был таким обходительным, — Мариса обошла меня и принюхалась, — это твой брат — вечный бунтарь и горячий самец. Вы как нежность и боль в одном флаконе. От тебя пахнет самкой. Странно пахнет, интересный запах.
— Мариса, ты сюда прибыла вынюхивать или ты по делу?
— И то и другое, Ен, и то, и другое. А где твой брат? Хотела его увидеть, он, наверняка, будет рад нашей встрече.
— У него сейчас обеденный сон, Мариса. И лучше бы вам не встречаться, голову свою поберегла бы.
— Угрожаешь, Ен? Ты не на том уровне, малыш, — Мариса сморщила носик. — Где ваша девочка, Ен?
— Ваша девочка в камере. Все пункты соблюдены.
Девочку-оборотня усыпили, проверив показания, Эли сняла защиту с камеры. На неё надели ошейник и сковали по рукам и ногам. Охрана состояла сплошь из оборотней. Я провожал их взглядом, Каю перевозили в специальной камере. Девочка, почувствовав на себе мой взгляд, не открывая глаз хищно улыбнулась. Я невольно улыбнулся в ответ.
Глава 17. Ревность
Лада
Я сидела, как и попросил меня Ен, в медблоке. Там, где он находился, явно что-то происходило, я поняла это по тому, как Марк смотрел на дверь и злобно рычал. У Ена и Марка была сильная телепатическая связь. Я таким похвастаться не могла. Однако, тревога Марка передалась и мне. Мы тут сидим, а там, может, Ен в опасности?
— Эли, — позвала разум корабля, — как там Ен?
— Всё в порядке, Лада, не волнуйся. Я немного занята, но за ним присматривал. Не волнуйся, — повторила она.
Но её слова меня совершенно не успокоили. Прошло два часа, когда наконец-таки открылась дверь, и в медблок зашёл командор. Бросилась к нему в объятья и почувствовала на нём чужой женский запах. Марк заворчал, увидев мою реакцию.
— Прости, не стал принимать душ, сразу же сюда пришёл, знал, что будете переживать, — любимый заметил моё напряжение, — нужно было смыть этот въедливый запах оборотня, — нахмурился он.
— И кто она? — чуть слышно спросила, скрежеща зубами.
— Встретил старую знакомую, которая по молодости лет пыталась нас с Марком растоптать. У неё всё по-прежнему, такая же одержимая.
— Она опасна? — рассказ меня встревожил.
— Она очень опасна, но надеюсь, мы в ближайшие сто лет её больше не увидим, дорогая. Эли, что у нас с братом? — перевёл он разговор.
— Регенерация проходит в ускоренном режиме, но ещё нужно дней пятнадцать. Через это время он сможет принять человеческий облик.
— Когда мы доберемся до станции «Саури»?
— Через пять дней, командор.
— Я думаю, что вначале зарегистрируем брак мы с Ладой, — Ен обратился к брату. Марк заворчал: — Знаю, брат, но лучше так, чем никак. А потом, когда ты примешь человеческий облик, помоешься, побреешься, чтобы не пугать нашу девочку. Вот только тогда пройдёшь регистрацию и ты.
Пока Ен разговаривал с Марком, стояла, тихонечко прижимаясь к нему всем телом и принюхивалась. Что-то мне подсказывало, что самка с таким резким запахом просто так не отстанет от моих суженых. Во мне поднималась волна негодования, которую я старательно в себе глушила.
— Малыш, — обратился Ен, целуя меня в макушку, — ты дрожишь. Я пойду, пожалуй, смою с себя этот мерзкий запах. Ты будешь тут или пойдёшь со мной?
Бросила короткий взгляд на Марка и решила остаться. Расположилась на диване и закрыла глаза, расслабилась. Постаралась прогнать отвратное чувство. И впервые за долгое время молчания ко мне подключился Марк:
— Не волнуйся ты так, принцесса, она та ещё сука, прости за мой французский. Но нас она не достанет.
— Скажи, Марк, ведь она в тебе заинтересована, не в Ене?
— Хм, ты меня поражаешь, малыш. С чего такой вывод сделала?
— Ты бунтарь, ты хам, ты…
Марк меня перебил:
— Так, стоп, стоп. Я понял, в общем, я клёвый, да?
— Ну, тебе виднее. Я лишь только видела немытого бомжа, — слегка пожала плечами и посмотрела на него с прищуром, — от которого всегда при встрече воняло мокрой псиной.
— Обещаю, принцесса, я исправлюсь.
— Ладно, пойду тоже. Появилось желание смыть въедливый запах вашей бывшей.
Ен принимал душ в нашей общей каюте. Скинув с себя одежду, тихонько открыла дверь и тут же попала в жаркий плен его объятий. В последнее время мужчина, чтобы снять стресс, пользовался водными омовениями, на это ворчала Эли, но не спорила. Всё было в пределах допустимой нормы. Тем более, скоро прибудем на базу, где и приобретём всё необходимое для жизни на корабле.
Мои мысли улетели прочь, как только до моей кожи дотронулись нежные пальцы Ена. Мягкие губы прикоснулись к мочке уха, свои руки я закинула на его шею. Любимый, подхватив меня под попу, посадил себе на талию. Губы становились всё нетерпеливее. Он провёл языком по шее, наслаждаясь моим вкусом. Шумно втянул носом воздух и проурчал:
— Моя, — с хрипотцой в голосе. Чуть погодя добавил: — Наша.
Втянул мокрый сосок в рот, чуть его прикусывая, я выгнулась в пояснице. Мне хотелось поглотить его всего без остатка, чтобы ни одна «коза» на него не по зарилась. Не знала, что я такая собственница. Укусила любимого за плечо, он, зарычав, вошёл в меня на полную длину. Движения были рваными от нетерпения, сильными. Он забыл о нежности, он забыл о ласке. Сейчас это мне тоже было не нужно. Я хотела почувствовать его силу и мощь. Желала, чтобы он меня заполнил собой. Через некоторое время, содрогнувшись, в меня излился. Но на этом ничего не закончилось.
— Как же я тебя хочу, девочка моя. Никому тебя не отдам, никому. Ты только моя, только наша.
Он всё еще находился во мне, большой, горячий, трепещущийся. Такой сильный, выносливый, нежный и любимый.
Ен внёс меня в спальню на себе. Положив на кровать, начал слизывать капли воды. Он урчал нежные слова, а я млела от его прикосновений. Как же хорошо, как же свободно я себя чувствую с ним. Я приняла своего мужчину и не одна сука не сможет у меня забрать ни его, ни Марка.
Он резко меня развернул, и я оказалась в коленно-локтевой позе. В таком положении проникновения глубже, и я быстро достигаю оргазма. Взлетаю, словно наполненный гелием воздушный шарик, достигаю головокружительных высот и там взрываюсь ярким фейерверком.
Сегодня секс был более, чем страстным, и более головокружительным, может причина в ревности? Мы говорили друг другу, что не сможем жить порознь. Мы теперь единое целое, мы теперь семья.
Потная и счастливая заснула на крепкой, родной груди. Проснувшись, обнаружила, что любимого возле меня не было. Ну, оно и понятно, на корабле уйма дел. Приняв душ, на этот раз обошлась воздушным, надела спортивные штаны, майку и отправилась в спортзал. Ежедневные тренировки были важны для всё возрастающей силы. Мне нужно было её тратить, а в этом помогал бег и занятия по самообороне. Эли мне всегда давала противников гораздо больше и массивнее, чем я сама. В корабельных буднях мы и не заметили, как пролетели эти пять дней.
Я стояла на смотровой площадке и любовалась огромной орбитальной станцией. Корабли всех размеров и форм то и дело причаливали к станции, и наоборот, отчаливали. Строение станции было поистине грандиозным, но, по словам Ена, они видели и гораздо больше. А это так, рядовая, стандартная. Мне не терпелось ступить на неё, прикоснуться к той жизни, которой не знала. Ведь скоро увижу инопланетян. Было и интересно, и страшно. Не все же такие лапочки как мои оборотни. Они, если не в боевой форме, похожи на обычных людей. Хоть и отличались силой, габаритами и быстротой реакций. А другие представители рас, какие они?
Увидела подлетевший дискообразный космический корабль. С восторгом и любопытством смотрела на это чудо. Странно всё. Всё еще никак не могла привыкнуть к тому, что у меня другая жизнь, что и я теперь другая.
Глава 18. Церемония
Лада
— Лада, как ты и заказывала, белый костюм готов. Хотя, я всё же посоветовала бы тебе классический вариант, как принято на Земле, — я поморщилась.
— Мы, не на Земле, Эли. Уверена, что на такие вещи, как брак, тут смотрят совершенно по другому. Я знаю, что на каждой станции, у каждого народа, ритуал проводится по-своему. Мы с Еном выбрали скромную церемонию, нам сейчас не до праздника. Я нелегал, и меня вначале нужно зарегистрировать, как полноправного члена империи.
— Знаю, я же и подбирала информацию для ознакомления, но всё же, это первое твоё замужество и оно должно тебе запомниться на всю жизнь, — искусственный разум волновался больше, чем я. Дожила!
— Чем тише оно пройдёт, Эли, тем для всех будет лишь только лучше.
— Согласна с тобой, Лада, после встречи с этой мымрой Ен и Марк сильно обеспокоены, — заметила, что Эли употребляет слова и выражения, почерпнутые с Земли.
— Не знаешь, что у них с этой Марисой было?
— Нет, это ещё до меня. Но, судя по их реакции, ничего хорошего от неё ждать не стоит.
— Да, это я уже и сама поняла, Эли.
— Лада, есть заколка для волос, белая лилия, думаю, к твоему белому костюму она очень подойдёт.
Элис открыла шкатулку с драгоценностями и вытащила лилию, усыпанную мелкими бриллиантами. Я заворожённо на неё уставилась, страшно было надевать такую красоту, о цене даже старалась и не думать.
— Сама сделала, нравится? — спросила у меня девушка.
— Она великолепна. Эли, ты чудо! У тебя золотые руки и сердце, — обняла Эли. Иногда искусственный разум принимал облик симпатичной девушки. Мне было так проще с ней общаться.
— Рада, дорогая, что она тебе нравится. К двери подошёл Ен, мне открыть?
— Да, да, конечно, — моё сердце радостно забилось в груди, а на лице появилась счастливая улыбка.
Мужчина выглядел сногсшибательно: черный костюм, белая рубашка и недельная щетина. Уголки губ чуть разъехались в улыбке, когда он увидел меня в скромном наряде невесты. Глаза его загорелись, красный отблеск глаз меня сильно возбуждал. Сидящий в нём зверь при виде меня радостно поскуливал. Я это чувствовала, и испытывала к нему похожие эмоции. Он из-за спины вытащил белоснежный букетик орхидей.
— Идём? Всё уже подготовлено, нас ждут в офисе. Вначале регистрация брака. Потом оформление документов в этом же офисе. Я покажу тебе станцию, тут очень красивые музей и парк. Затем будет ужин при свечах, в самой лучшей ресторации. Они предоставляют столики с видом на Галактику.
Ен с Эли всё распланировали, я была не против. Взяв в левую ладонь букетик, правую вложила в большую ручищу оборотня. На секунду щекой прижалась к плечу Ена, от него безумно вкусно пахло. И скоро этот большой, сильный и обходительный мужчина станет моим навсегда, а я буду принадлежать ему. И никто не посмеет меня сделать безвольной игрушкой.
Наш корабль стоял в отдельном боксе, спустившись по трапу, осмотрелась. Ничего интересного не увидела, ангар как ангар, единственное, что везде сновали круглые роботы, которые обслуживали корабль. Ими, я знала, руководила Эли. Я даже безошибочно определила их класс и модель. Могла собой гордиться, занятия с Эли не прошли даром.
Ен повёл меня к шахте лифта. Прозрачные силовые стены отгораживали любопытных от края бездны. Щит так же не давал проникать посторонним звукам. Любимый озвучил конечную точку, и лифт стремительно понёсся к пункту назначения. Мужчина сильнее сжал мою ладонь, я чувствовала его тревогу.
Я несколько приуныла, мне так хотелось посмотреть на инопланетян. Но, похоже, он намерен был вначале оформить бумаги. Лифт остановился, и с тихим шелестом убрались защитные панели. Мы вышли и сразу же попали в большое светлое помещение. Улыбчивая приветливая девушка-оборотень провела нас в зал регистрации. Двери открылись и мы вошли. На постаменте стоял седовласый оборотень, одетый в чёрную с серебром рясу. В этом мужчине чувствовалась мощь и сила, он был очень опасен. Ен, при виде него, заметно напрягся, а бицепсы тут же затвердели, да так, что затрещал пиджак в области плеч.
— Приветствую вас, дети с созвездия Волка. Добро пожаловать в нашу скромную обитель. Мы рады, что истинная любовь вас нашла, несмотря на время и расстояния. Ваши сердца решили навек соединиться, и вы готовы по своей воле вступить в брак и стать мужем и женой?
— Да, — сквозь зубы прошипел Ен.
— Да, — в моём голосе было удивление.
Я не могла спросить у Ена, что происходит, нельзя было прерывать церемонию лишними словами.
— Как гарант власти и глава клана, прошу всевышнего признать ваш брак. По старому обычаю.
Говоривший спустился к нам, он держал в одной руке чашу с изображением волков, а в другой кинжал. Ен отодвинул меня за спину, но я всё же высунула нос из-за его спины. Незнакомый оборотень был явно доволен собой.
— Это забытый древний обычай, отец, и мы вправе отказаться! — я чувствовала коктейль из сильных чувств, бурлящих сейчас в Ене.
— Лишь только этот обычай, сын мой, может подтвердить истинность вашей пары. Ну, и даст толчок для того, чтобы её признал клан. Против этого, сын мой, никто не сможет пойти, ни одна паршивая шавка, даже Мариса, дочь моя.
Я совсем запуталась. Ен называл седовласого оборотня отцом, оборотень называл Марису дочерью. Что-то я совсем запуталась в их отношениях, и меня это всё больше напрягало.
— Твоя дочь, Аату…, - но оборотень его перебил.
— Я последняя инстанция, Жуть’ен, я решаю, брать твою девочку в семью, или нет.
Аату протянул на вытянутой руке кинжал. Ен, взяв его в ладонь, с силой сжал. Кровь обильно полилась в чашу.
— Теперь ты, дочь моя. Не бойся, выходи, я тебя не обижу. Ты же не овечка, а будущая волчица.
Об этом ритуале я ничего не знала, но тут и дураку понятно, что после смешения крови в чаше, мы должны из неё отпить. Протянула Ену свою ладонь, что-то как-то не решилась резать добровольно свою руку.
— Прости, — прошептал Ен и полоснул кинжалом по моей ладони.
Глава 19. Нет выбора
Лада
Было больно, но терпимо, моя кровь тонкой струйкой полилась в кубок. Я не упала в обморок от вида крови, не закричала от боли, могла собой гордиться. Ен смотрел на меня с беспокойством, взяв из внутреннего кармана белоснежный платок, перевязал ладонь. Я глянула на него с благодарностью.
— Если получим благословение создателя, то не останется ни следа от раны. Но зато появится татуировка на запястье. Нас признают истиной парой, ведь сам создатель одобрит наш союз. Древняя сказка для оборотней, такого уже лет триста, а то и пятьсот не происходило.
Аату забрал у Ена кубок, размешал содержимое и дал отпить из него Ену и мне. Пару секунд ничего не происходило, потом появилась резкая боль, и я с удивлением увидела чуть светящиеся серебряные символы на правом запястье.
— Поздравляю, ваш брак одобрен создателем, и Лада принимается в стаю. Ей выдадут документы, и она станет полноправным членом империи.
Счастливый муж притянул меня к себе. Я, радостно улыбаясь, прижалась к его сильному могучему торсу. От него исходили волны спокойствия и любви.
— Поздравляю, жених может поцеловать невесту. Браво, браво! — за спиной услышала красивый голос девушки и многочисленные хлопки. Мы резко повернулись в сторону говоривших. — Как же так, братец, ты не позвал свою семью и друзей, меня и этих уважаемых оборотней. Мы огорчены.
Девушка яркая, красивая, с густыми чёрными как смоль, прямыми волосами. Я ей явно проигрывала по всем параметрам. Зелёные глаза сверкали, словно драгоценные камни. Острые ровные белоснежные зубы, стройный стан, высокая грудь. На ней был чёрный комбинезон, который подчеркивал все изгибы её натренированного тела. Что-то мне подсказывало, что это и была Мариса. И по её издевательской улыбке и словам сразу стало понятно, что от её визита ничего хорошего ждать не стоит.
— Что тебе тут нужно, Мариса? Это частное бракосочетание, — грозно произнес Ен.
— Ну, отца-то ты моего пригласил, обидно как-то, братец. А как же Мрак, Ен? Он не пожелал жениться на этой, — муж грозно рыкнул на Марису, — в общем, этой девочке?
— Меня Лада зовут, а Вас, я так понимаю, Мариса? — постаралась придать голосу ледяные нотки.
Мариса лишь снисходительно улыбнулась. Она откровенно рассматривала меня, и на лице у неё было брезгливое выражение, так смотрят на слизняков и мерзких тварей.
— Правильно понимаешь, деточка, и я твоему муженьку сводная сестричка. Он тебе не успел рассказать грустную сказочку о своём с братом спасении? Его клан был стёрт с лица планеты, а папенька сжалился над маленькими щеночками и принял в семью. Папенька же у нас добренький и он может позволить себе спасать детёнышей врагов. Да, папенька?
— Зачем пожаловала, дочь моя? Как ранее сказал Ен, это частное бракосочетания, — а у Марисы с Аату не самые тёплые, оказывается, отношения.
— Пришла арестовать государственного преступника. А для правосудия нет границ, и времени, как ты знаешь, отец, — она сделала на этом слове акцент, — и место для этого не помеха.
Ен напрягся, задвинул меня за свою спину. Но я не могла быть в неведении, поэтому, конечно же, чуть сдвинулась в сторону. Мариса сложила руки на груди и, не скрывая, наслаждалась происходящим. Молчание затягивалось, Ен молчал, а я не знала, о чём шла речь. Слово взял Аату.
— Поясни, Мариса, о чём идёт речь? Обвинения серьезные.
— С исследовательского судна сбежал молодой оборотень, которого передал Ен. Пленник был очень ценным, так как все мы знаем, откуда девчонка сбежала. Она очень агрессивна, корабль развеяла на молекулы.
— И при чём тут Ен? — спросил ледяным голосом Аату.
— А при том, он знал, что она не спала, хоть и получила три дозы снотворного. Хотя, это нам так сказали. Так что, на ваше имущество с братом накладывается арест. Поздравляю, Ен, у тебя теперь нет ни свободы, ни жены, ни так тобой любимого корабля.
Мариса щелкнула пальцами, и в воздухе повисло изображение Ена и его улыбка, когда мимо него проплывала мед капсула с девочкой.
— Где Мрак, Ен? Он не вышел, когда я была на корабле, его нет и сейчас. Не думаю, чтобы он добровольно пропустил твою женитьбу.
— Он в мед капсуле, у него было серьёзное ранение. Ему там находиться ещё дней десять, Мариса. Оставь в покое Марка.
— Марк, значит, какое милое имя. Твой братец задолжал мне незабываемую ночь. Он скрылся, оставив меня неудовлетворённой. А ты же знаешь, как это опасно, я всегда добиваюсь того, кого хочу.
— Избавь меня от ваших любовных игр. Марк изменился, он стал другим.
Мариса бросила к ногам Ена наручники. Девушка светилась от счастья. А у меня ком в горле застрял. И непрошеные слёзы заструились по щекам.
— Наденешь сам, или тебе помочь, любимый братец?
Ен, молча наклонившись, поднял с пола наручники и так же, молча, защёлкнул на одном запястье и на другом. Повернув голову, с болью посмотрел на меня.
Аату, подойдя неслышно ко мне, взял за плечи и отвёл в сторону. Я, видимо, находилась в шоке, не замечала, как по моим щекам струятся слёзы. Семейная жизнь закончилась, даже не начавшись. И я теперь одна в этом незнакомом мире, без защиты и средств к существованию.
— Отец, присмотри за Ладой, пока меня не будет. И за Мраком. Не выпускай его, пока полностью не восстановится.
Мариса не прощаясь покинула помещение. Ена под конвоем повели к выходу.
— Пойдём, дочка, тебе нужно покинуть станцию и галактику, пока за тебя не взялись. Ты пока не оборотень, но уже и не человек. Тебе нужно научиться владеть собой, своими эмоциями и перерождением. А я уверен, оно будет, ведь в тебе бьётся сердце моего приёмного сына, верно?
Аату всё это у меня спрашивал, ведя по коридорам. Мы подошли к лифту и он, взяв меня под руку, вошёл в него. Я всю дорогу молчала, не проронив ни слова. Видимо, мозг, боясь эмоциональных перегрузок организма, полностью отключил внешние эмоции. У меня такая реакция на стресс, потом мне будет плохо и больно, но не сейчас. Никакой истерики, никакой паники, только голые инстинкты. А инстинкты мне говорили о том, что нужно убираться отсюда, как можно дальше, но вопрос, — куда? Я лишь песчинка в окружившей меня плотным кольцом буре.
Глава 20. Барбус
Лада
Когда мы вышли к ангарам, я всё же сумела справиться с навалившейся апатией.
— Аату, куда мы идём? — в моём голосе была тревога.
— Я уверен, что Ен со всем разберётся, а Мрак поправится. Но за десять дней с тобой может случиться что угодно. Я знаю свою дочь слишком хорошо. Если она что-то вбила себе в голову, то не остановится ни перед чем. В отца пошла, — не без гордости сказал оборотень. — Я не буду мешать ей. Ну, а ты помеха, Лада. Стоишь на её пути. Она тебя может убить, я же хочу оградить её от такого соблазна. Ты ей не соперница, пока не соперница. А в убийстве слабого врага чести нет. Мы, старики, живём по законам предков. Молодежь давно отступила от правил. У тебя ещё не было перерождения, и ты опасна как для себя, так и для других. У нас есть школы для оборотней. Но и туда ты не отправишься, там молодняк, совсем дети. Так что, думаю, пошлю тебя в пансионат, где восстанавливаются бойцы. Они тебя и научат всему, что нужно знать оборотням. Ты же хотела стать охотником за головами? — откуда он это знал? — Считай, что вытащила счастливый билет. Если там не подохнешь и выживешь, значит, будешь достойна стать членом семьи.
Возле небольшого корабля нас уже ждал огромный детина. Белокурый, лохматый, со шрамами на лице и месячной щетиной. А я думала, что на оборотнях всё заживает как на собаках. Быстрая регенерация восстанавливала даже жизненно важные органы.
Марк там в камере остался, а я даже не смогу с ним попрощаться. Мне так и не ответили, куда меня увозят. Я не верила насчёт пансионата. Раз старик решил меня убрать с дороги, то явно, отправляет не в увеселительное учреждение. Поёжилась, когда оборотень осмотрел меня с ног до головы.
— Барбус, она жена Жуть'ена, его истинная пара. Так что, если хочешь жить, держи своего друга в штанах, — предупредил старик. Хоть за это спасибо.
— Больно надо, она щуплая и слишком ухоженная, а значит, слабая. Мне слабая самка не нужна, мой дружок уже занят старик, — хмыкнул парень.
— Рад за тебя, мальчик. Отправляешься немедленно, отвечаешь за неё своей головой. Она должна выжить, информация уже отправлена твоему инку. Доставишь её и сдашь в руки Геи, отчитаешься мне лично, — приказал Аату.
— Двигай кормой, цыпа, чего рот разинула? — грубо обратился ко мне парень.
Я вздрогнула всем телом. И с этим мужланом я должна лететь на одном корабле, неизвестно куда? Да застрелите меня сразу, чтобы не мучилась. А я ещё жаловалась, что от Марка плохо пахло, и у него плохие манеры. Да этот детина фору ему даст, не мылся, наверное, с рождения. Я застыла в нерешительности. За что? За что мне всё это? Я начинала ненавидеть Марису, а заодно и её папашу. Барбус первым зашёл по трапу. Я нехотя побрела за ним следом.
Корабль был настоящей помойкой. В углах мусор, и какие-то давно проржавевшие железки, в которых, как мне показалось, кто-то копошился. Брезгливо поёжилась. Я в своём кипенно-белом наряде смотрелась здесь как бельмо на глазу. Причём, на весь глаз.
Барбус, повернувшись ко мне, опять осмотрел с ног до головы и, увидев на голове моей лилию, пробасил:
— Спрячь её, а то мои жёны тебе ночью за эту цацку перережут горло. Им всё равно, чья ты жена. Ты тут никто и звать тебя никак. И ещё, снимай с себя эти тряпки, надевай комбез. Он кинул мне нечто оранжевое в масляных пятнах.
— Вы не могли бы отвернуться? — попросила дрожащим голосом.
— Не мог бы. Одевайся, времени нет, через пару минут отчаливаем. Не задерживай вылет, цыпа.
Скинула с себя туфли, расстегнула пояс и молнию, к моим ногам упали белые штаны. На мне были ажурные белые трусики, которые надевала специально для мужа. А сейчас на них пялится чужой, посторонний мужик. Натянула по быстрому комбинезон до пояса, мне ещё предстояло снять жакет. Порадовалась тому, что не послушала Эли и не надела свадебное платье. Точно, Эли! Господи, как я могла про неё забыть. На секунду замерла, нервно облизав губы языком. Мысленно обратилась к разуму корабля: «Эли, Эли, ты меня слышишь?» — но в ответ была тишина.
Барбус был очень быстр, он вдавил меня в перегородку корабля. Мужчина тяжело дышал. Жутко испугалась и, взвизгнув, полоснула свободной рукой по его щеке. Я ни в жизнь не достала бы до его лица, если бы он ко мне не наклонился. Разорвав на мне пиджак, отбросил в сторону. Оборотень не замечал, что по щеке обильно текла кровь. Однако, его взгляд был прикован не к моей груди, а к руке. Схватив меня за запястье, внимательно рассмотрел вязь из символов, которая светилась.
— Клан серебряных волков. Надо же, а ходили слухи, что их всех истребили под самый корень. Одевайся, времени две минуты.
Странная реакция Барбуса меня удивила. Но меня порадовало, что он ко мне потерял интерес как к женщине.
У хозяина корабля было три жены, дородные грудастые тётки. У меня сложилось впечатление, что они были из одного помёта. Уж слишком похожи друг на друга. Явно сёстры, такие же грязные и плохо пахнущие. Невольно поморщила нос, когда одна громко рыгнула. С ними я явно не найду общего языка. Под стать своему мужу. Как там говорилось в пословице: «Два сапога — пара». Так тут их получается несколько больше. Но суть от этого не меняется.
— Пристегнитесь, отчаливаем с этой цивилизованной помойки. Прежде, чем закинем тебя, цыпа, мне нужно наведаться в одно место, отдать кое-кому товар. Срок твоей передачи старик не озвучил, так что, попутешествуешь пока с нами. Ты же не против, цыпа?
Я промолчала, выбора у меня всё равно не было. А разговаривать с этими людьми, у меня и подавно не было никакого желания. Я закрыла глаза и постаралась не дышать глубоко, меня жутко тошнило. А запах слева и справа был хуже, чем в нечищеном свинарнике. Корабль отстыковался от станции и тут же набрал скорость. Меня вжало в кресло, и от перегрузки я отключилась.
Глава 21. Не верь глазам
Лада
Голова безумно болела, ныло плечо, и вообще, во рту сплошная гадость, словно песок жевала. А может, так оно и было, хотелось прополоскать рот. С трудом разлепила веки. Мои руки и ноги были распяты, кандалы и неподъёмные цепи на запястьях неприятно звякнули, когда попыталась пошевелить руками. Кольца, впаяны намертво в переборку корабля. Где я? И почему прикована?
Сфокусировала взгляд и увидела одну из жён. Женщина вольготно развалилась в кресле и насторожённо смотрела на меня. Я попыталась сплюнуть, а она ухмыльнулась.
— А, проснулась, красавица, ну ты и дала нам всем жару. Спонтанно перекинулась, думали и нам хана, и кораблю. Благо, пока мы тебя отвлекали, Барбус хорошо приложил тебя об пол. Муженёк наш силён, ох и силён! Да, и опыт у него есть, с необученными оборотнями раньше работал. С молодняком, так сказать.
Что она несёт? Какой оборотень? Какой пол? Да если бы он меня об пол приложил, я бы не выжила. Она увидела моё недоумение.
— Аа-а-а, так это что, твоё первое превращение? Да ладно… И так быстро всё получилось. Аату, сволочь, промолчал о твоей силе.
— Может, отпустишь? Пить хочу, — женщина с сомнением, и как мне показалось, с опаской посмотрела на меня. Но потом всё же решилась.
— Как надумаешь перекидываться, раздевайся, а то, на тебя комбезов не напасёшься. Почти новый был.
Я только сейчас обратила внимание, что голая. Захотелось провалиться под пол. Это меня в таком виде и приковывали, пока была без сознания? Изверги!
Женщина приказала инку меня отпустить, тот выполнил всё моментально. Тяжело опустилась на грязный пол. Почуяв что-то, вовремя подняла голову, резко вскинула руку и еле успела поймать летящую в меня одежду.
— Гляди, поймала. Меня, кстати, Дорой кличут, — оборотень дала комбинезон, ещё лучше прежнего. Видимо, совсем новый, ничего, что заплатки стояли на коленях и был он практически весь в масляных пятнах. — Тебя, знаю, Лада зовут? — я коротко кивнула головой. Старалась как можно быстрее одеться. — А ты, смотрю, не больно разговорчивая, да? — снова кивок. — Хм! И много ругательств знаешь. Муж инку велел всё записать, чтобы ни одно матерное слово не забыть. Ты, кстати, на каком языке ругалась?
— Очевидно, что на русском, — буркнула я.
— А мне ваш язык понравился, такую тираду выдала, когда обратно превратилась. Заслушались все, даже инк.
А вот это смутно, но помнила. Только цепи тогда от натуги звенели и звук гнущейся переборки хорошо отпечатался в памяти. Может, и правду говорила до этого Дора, может, я и в оборотня превращалась? Сердце Марка, кровь Ена на бракосочетании, вот и получился замечательный коктейль оборотня. Да ещё, похоже, благословлённый создателем. Дела, Лада, поздравляю! Теперь ты не человек. Боже, но почему я? За что мне всё это? Вытерла со щеки непрошеную слезу и всхлипнула.
— Эй, ты чего? Не реви, никто же не умер. На наше счастье. А Барбус обещал, как ты очухаешься, со зверем твоим научить общаться. А то, видимо, ты как ликан, нихрена не помнишь, когда превращаешься. Зверя своего нужно воспитывать и всё время держать под контролем, — Дора притянула меня к себе и обняла.
— Я думала, что вы плохие, — всплакнула я на плече у женщины.
— Ну и правильно думала, имидж в нашей профессии — это всё. Не верь глазам своим, девочка. Доверяй чувствам и инстинктам. Ладно, пошли, красавица, а то знаю я, после превращения всегда жрать охота.
На первый взгляд грубые, грязные и плохо пахнущие оборотни приняли меня сразу же в семью и оказались славными людьми. Как я уяснила, тут любили силу, мужество, отборные ругательства и пожрать. За общим столом познакомилась и с другими жёнами, Моной и Лоной, они действительно были сёстрами тройняшками. И все втроём безумно любили своего мужа. Я сразу же запуталась, кого из них как зовут, когда они поменялись местами. Узнавала только по разным пятнам на комбезах.
— Барбус, — рыкнула на мужа Мона, — руки мыл? Ты что, хочешь потом на толчке всю ночь провести? — Тот, ворча себе под нос, пошёл мыть руки.
— Дора, — позвала женщину, которая раскладывала овощи по тарелкам.
— Да, Лада?
— Скажи, а почему вы не моетесь?
— Ну, мы хотим завести детишек, и для этого усиливаем свой естественный запах. Барбусу пришлось пойти на воздержание, поэтому он и ходит такой злой.
— Дора, — поворчал Барбус, — обязательно девчонке об этом знать?
— Девочка замужем, дорогой, и должна знать, что оборотням не так просто детей заводить. Тут целый ритуал нужен. У меня голова чешется, того и гляди, чего завелось.
— Дора, — крикнули на неё сёстры в один голос, — мы за столом сидим, и так тошно на себя смотреть.
Получалось у них забавно — говорить фразы одновременно. Переругиваясь и друг друга подкалывая, уселись за стол. Ужин был вкусный, да такой, что пальцы облизнула. И тут обратила внимание, что все молчат.
— Что? — спросила я.
— Не шевелись, — прошептал Барбус, — и не кричи, он очень не любит ультразвук.
От страха икнула. Откуда-то сверху в мою пустую тарелку шлёпнулся розовый комок, у которого появились глазки, много таких глазок, бисеринок. И все они мне усиленно подмигивали.
— Думай о приятном, — прошептала Дора.
И я подумала, о розовом пушистом коте. Безумно скучала о своём Марсе. Хотя, он тот ещё котяра, характерный. Хлопок — и в тарелке появился толстопоп, только розовый.
— Это кто? — спросила у семейства Барбуса.
— А это детёныш перевёртыша, биологический эксперимент. Поговаривают, что он сбежал из одной правительственной лаборатории. Он уже с нами много лет на корабле. Кличем его Тото.
Память тут же услужливо преподнесла мне информацию о сбежавшем оборотне. Страшном оборотне с Земли, с неё-то все мои беды и начались…
Глава 22. Толстопоп
Лада
Протянула руку к Тото и осторожно прикоснулась к шёрстке, послышалось чуть слышное рычание. А котик-то характерный, значит, поладим.
— А что он ест? — поинтересовалась у хозяев.
— Да всё подряд, у него желудок лужёный, обычно скидываем ему всякий хлам, он там и роется.
— Бедный мой мальчик, совсем тебя не кормят? — встала из-за стола, взяла обалдевшего Тото на руки, и пошла к пищевому автомату. — Так, и что у нас тут есть вкусненькое? Инки, — обратилась к искусственному интеллекту корабля. — А что у нас едят перевёртыши?
— Перевёртыши предпочитают есть сырое мясо, когда находятся в звериной шкуре. Но наш перевёртыш жрёт всё подряд, того и гляди, что эта скотина и корабль проглотит. Тварь нечистая.
Я от такой тирады инка на секунду даже подвисла. Рот мой открылся а Тото зашипел.
— Ну, инки, просто нужно найти то, что ему нравится, вот и всё, — примирительно сообщила разуму корабля. — А что у нас есть на корабле вкусненькое? Я заметила, что он украдкой, когда на тарелку упал, вылизал её. Давай попробуем дать ему мясное рагу.
— Барбус, чего это девчонка удумала, кормить нашей едой всяких там приживал?! — возмутился инк.
— Дай, что она сказала, — отрезал капитан. — Много разговаривать стал.
А вот с этим я была полностью согласна. Никакого уважения к гостям. Была бы моя воля, я бы Тото с собой забрала. Толстопоп очень обрадовался мясному рагу, чавкал с пребольшим удовольствием, аж за ушами трещало. С этой минуты он от меня практически не отходил.
— Так, девчули, — обратился Барбус к своим жёнам. — Мы уединимся с Ладой, нужно девочку поучить превращениям, а то не хватало нам тут ещё одного неуправляемого зверя, Тото достаточно. Мы будем внизу, — и обратился ко мне: — пошли, Лада. Там, куда ты направляешься, умение управлять своим зверем и гневом тебе пригодится.
— Барбус, пожалуйста, поосторожнее с девочкой. А то ещё перевозбудишься, а нам потом отрабатывать, — Лона и Мона, радостно хихикнули одновременно.
— А ну, цыц, никакой дисциплины на корабле! — притворно возмутился мужчина.
— Что они имели ввиду, Барбус? — голос мой дрогнул. Мы с ним спускались по лестнице в нижний отсек корабля.
— Ну, знаешь ли, молодые волки не могут строить карманы во времени и убирать туда одежду. Поэтому, все учатся превращению голышом. Люди мы бедные, звёзд с небес не срываем, как твой муженёк и братец его. Поэтому, каждая тряпка у нас на счету. А посему, что?
— Что? — похоже, ответ я уже знала. Придётся оголяться перед этим большим дядькой.
— Ты, это, не переживай. Клан серебряных волков — легенда. А легенду я уважаю, да и зачем ты мне сдалась? У меня своих три волчицы-красавицы. Да и тощая ты дюже, даже подержаться не за что.
Ну, это уже было оскорбительно, конечно, у меня и бюст красивый и фигура спортивная. Но всё же, не стала обижаться на этот счёт, мне только ещё одного спонтанного превращения не хватало. Мало ли, что я делаю, когда отпускаю зверя погулять. А драться с приютившим меня хозяином не хотелось.
Мы вошли в большое пустое помещение с толстыми стенами. Это было видно по корабельным переборкам. Железо во многих местах погнуто и на нём остались глубокие царапины.
— Иди в тот конец, я буду тут. У тебя способности приобретённые? Кто-то из братьев тебя кусал?
— Да, но это было позже. Вначале мне Марк отдал своё сердце, Ен поставил метку, а потом на бракосочетании выпила смешаную кровь.
— О, как круто, однако. Сердце волка, душа волка, кровь волка. Да у тебя все звёзды сошлись, чтобы стать оборотнем. Знаешь, ты уникальна, не слышал про такое никогда. Не удивительно, что ты получила метку серебряных волков. Ладно, время идёт. Ты должна включить все свои чувства, свои и своего зверя. Он молодой, непослушный, он не хочет никому подчиняться, но ты должна подчинить его себе. Ты главная, не он. Он лишь твоё звериное отражение. Нельзя допускать, чтобы твой зверь бродил без контроля. Иначе, твоя судьба будет незавидной. Тебя попросту выкинут из цивилизованного общества. Лишат имперского гражданства, и несмотря на то, что ты пара, сошлют на планету, где царит сплошной беспредел. Я не хочу, чтобы твоя жизнь была загублена. У тебя сейчас срабатывает инстинкт самосохранения, ты боишься боли, и разум твой прячется. Тебе нужно пережить боль. Первое превращение всегда ужасно. С каждым последующим разом это будет более тонкий росчерк мимолётной боли.
— Как мне это сделать? — спросила я.
— А как в прошлый раз превратилась? Что ты чувствовала?
— Гнев и несправедливость, пришла лютая ненависть и я отключилась.
— У тебя есть враги? — задал он очередной вопрос.
— А у кого их нет? Дочь Аату подойдёт? — задала встречный.
— О, ещё как подойдёт, у этой стервы нет ничего святого. Спать с одним и со вторым, потом предать обоих братьев. Пытаться натравить их друг на друга. Так что, стерва ещё та. Будет больно, держи её изображение в голове, уцепись за него, образно, конечно же.
— А обратно как я превращусь?
— А для этого вспоминай что-то хорошее. Например, того, кого любишь. Ну что, приступим? — я кивнула. — Тогда раздевайся.
Пока раздевалась — и краснела, и бледнела, кожа моя покрывалась пупырышками. Белья на мне не было. Сразу комбинезон. Сняв его, встала и закрыла стратегические зоны руками. Барбус лишь усмехнулся и спросил:
— Мне вот интересно, как ты будешь прикрываться, когда будешь стоять на четвереньках?
Вот же гадство, мне еще и позу придётся принимать недвусмысленную.
— Запомни, ты меня не интересуешь, у меня есть ревнивые жёны.
Барбус лихо скинул с себя комбез и став на четвереньки начал медленное превращение.
Разум решил спрятаться от страха, пришлось его выгонять из тёмных закоулков. Сейчас шла война за лидерство, лично я не собиралась допускать, чтобы меня лишили имперского гражданства. И так в подвешенном состоянии находилась.
«Мариса, ты меня лишила спокойного, счастливого будущего, гори в аду», — проскочила мысль.
И на меня нахлынула дикая, всепоглощающая боль.
— Вот так, молодец! — послышался в голове голос Барбуса. — Умничка девочка, если хочешь повыть, вой. Это помогает.
А выть действительно хотелось, с надрывом во всю глотку. По прошлому, настоящему и неизвестному будущему. По одиночеству. Ведь в обличии волка это особенно сильно ощущалось. Мой зверь скучал по Ену и Марку, по любимым моим оборотням.
Глава 23. Примирение
Лада
Я начала задыхаться, настолько сильными оказались эмоции. Хотелось всё крушить, зверь во мне бесновался. Ему нужны были жертвы.
— Тише, девочка, тише, — услышала я в голове голос Барбуса, — ты справишься, дыши. Своих врагов ты знаешь в лицо. Запоминай чувства своего зверя, чтобы всегда понимала, чего он хочет, — он прошёлся до стены и обратно. — А теперь вспомни тех, кого любишь. Кто тебе дорог. Это поможет вернуться обратно.
Вспомнила, но легче не стало. Похоже, я морально истощилась. Меня била крупная дрожь. Эмоции зашкаливали и я, скуля, заплакала. Почему же так больно? Каждая мышца болела, душа выла, и я вместе с ней. Барбус вынес из трюма меня на руках, сама идти не могла. Дара, подскочив к нему, накрыла моё дрожащее тело одеялом.
— Дара, готовь снадобье, у неё началась волчья лихорадка. Тяжёлая будет ночка. За девочкой организуй уход. Взрослым приобретать волчью сущность сложно.
Ночь действительно была тяжёлой. Сёстры сменяли друг друга у моей постели, поили меня горькими отварами. А мне было то жарко, то холодно. Старалась крепко сжимать зубы, чтобы не стучали и не бились друг о друга. Где же Ен и Марк? Они нужны мне, как воздух и прохладная вода.
— Пить, — простонала я. И мне опять подсунули горький отвар.
Всё было как в тумане, слышала отрывки фраз, то проваливаясь в сон, то опять из него выплывая. Я тонула, и в отчаяньи цеплялась за образы братьев. Зверь немного успокаивался, когда вспоминала парней. Тогда и мне становилось легче. Мы болели вместе со зверем. Это называлось — примирение друг с другом. Звериная сущность и человек — эксперимент века.
Очнулась утром, уставшей и разбитой. Утро на корабле — вещь, конечно, относительная, и всё же, по моим земным биочасам, это было утро.
— Ты как? — спросила Лона, когда я открыла глаза.
Так странно, и почему я раньше сестёр не отличала? У каждой волчицы я почуяла свой особенный запах, да и лица у них разные. Про характеры вообще молчу.
— Кажется, лучше, — прохрипела, голос сел от крика или от воя, а может и от того и от другого.
— Мона тебе бульон приготовила, сейчас принесу. Может, ты что-нибудь хочешь вкусненького, так ты скажи.
— А где Тото? — спросила у Лоны и услышала мявк. Кот сидел на полке и смотрел на меня во все четыре глаза. Похоже, ещё пару себе отрастил, чтобы видеть лучше. Мне было всё равно. — Иди сюда, мой хороший, напугала, наверное, тебя?
— Да разве его напугаешь! Он сам кого угодно напугает. Тот ещё толстопоп. Пытались выгнать зверя из твоей комнаты, но куда там, — схлопнулся, и был таков. Потом опять появился, облюбовал себе полочку, предварительно всё на ней сожрав. Благо, там ничего особо ценного не стояло. А иначе — несдобровать прожоре, — Лона погрозила кулаком в сторону Тото.
— Лона, принеси, пожалуйста, мясного рагу для Тото, — женщина вышла из каюты, ворча себе ругательства под нос.
Как только Лона скрылась за дверью, Тото, спрыгнув с полки, забрался ко мне на кровать. Ткнулся головой в ладонь. Улыбнувшись, погладила его за ушком.
— Тото, ты читаешь мысли или образы? Ты же понимаешь, что ты мне нравишься.
Кот посмотрел внимательно четырьмя глазищами и замурчал. Видимо, я ему тоже понравилась. Так он и лежал рядом со мной, пока не появилась Дора.
— Ой, девочка моя, я так рада, что ты здорова. Выглядишь ты, конечно, паршиво: бледная, тёмные круги под глазами, кожа да кости. Но главное, ты покорила своего зверя.
— Да, пришлось найти общий язык. У нас единая цель, — вернуться к Ену и Мраку. Думаю, они тоже по мне скучают.
— Конечно, а как же, по другому и быть не может. Знаешь, у истиных пар, говорят, и любовь ярче, и привязанность сильнее. Так что — можешь даже не сомневаться, они по тебе тоже тоскуют. Ну, хватит о печальном болтать, поешь, а то бульон остынет. Ах, да. На, Тото, и тебе принесла поесть.
Дора поставила миску возле кровати. Дождавшись, когда начну есть я, Тото подошёл к своей еде.
— Глянь, ты ему понравилась. Ну, надо же! Не думала, что он к кому-то привяжется.
Выпив бульона, поняла, что жизнь налаживается, и пора себя привести в порядок. А посему, сначала душ, а затем прогулка по кораблю.
Мрак
От Ена и Лады долго не было вестей. Брат обещал, как только пройдёт бракосочетание, сразу же сообщит мне. Но ни ответа, ни привета. Эли не получала известий, она не знала, где находятся Ен с Ладой. Похоже, её кто-то блокировал, и мне это не нравилось. В этой барокамере я был как в клетке. Ещё десять дней я должен находиться тут, у Эли чёткие указания не выпускать меня отсюда.
«Эли», — позвал разум корабля.
— Да, Марк?
«Вести есть?» — общался с Эли мысленно, потому как всё еще находился в шкуре зверя.
— Нет, Ма-а-а-рк. Мара-к, Мо-о-рк … Со мной что-то не так. Я теряю контроль над частями корабля, — взволновался разум.
«Эли! Выпусти меня из этой чёртовой гробницы!»
— Про-о-сти, Мра-к, — голос Эли потухал. И она окончательно замолчала.
Я-то, кажется, догадывался, что происходит, на такое способны лишь имперские спецы. Их технологии с нашими ни в какое сравнение не шли. У нас на пару порядков ниже оборудование. Мариса. Стерва! Это явно её проделки! Мне оставалось сидеть и ждать развития событий. Выйти отсюда не смогу, система автономна. Корабль разрушится, а я всё ещё какое-то время буду жив. Освещение пару раз мигнуло и перешло в аварийный режим. Помещение медблока окрасилось в кроваво-красный цвет.
Я услышал цокот каблуков, и в помещение вошла та, от которой у зверя стояла шерсть дыбом. Красивая, стройная и довольная собой, значит, принесла дрянные известия.
— Здравствуй, любимый, — а голос такой елейный. Тьфу! Аж, противно от этой приторности. — Ен не соврал, и ты действительно в шкуре зверя. Так приятно, что ты пленник на корабле. Мой пленник! Корабль разберут по шурупчикам, перетряхнут тут всё, найдут каждый укромный уголок. И ты каждый день будешь наслаждаться моим обществом. Уж об этом я позабочусь.
«Где Ен и Лада?» — мысленно спросил у неё?
— А, ты что-то сказал, дорогой? Не слышу тебя, — Мариса приложила ладонь к уху. — Ты добавлен, милый, в чёрный список, — и она отрубила телепатическую связь со мной.
Мариса счастливо рассмеялась, видимо, наслаждалась моей болью и неведением. Больная сука! Всё пошло наперекосяк, когда отказал ей. Она хотела, чтобы я стал её парой. Она же в мои планы не входила. Каюсь, вначале по молодости и неопытности, влюбился в неё, рассорился с братом.
Он предупреждал, какая она. Как, оказалось, он уже попробовал вкус её ненависти. Но кто же слушает старших братьев, наученных горьким опытом? Нужно же на свои капканы наступить, чтобы шандарахнуло. Хорошенько так, изо всей силы. Вот она стоит, рядом, довольная собой, и смеётся в лицо. Оскалился, выражая злобу, чем ещё больше её повеселил. Она светилась от счастья. Подойдя близко к камере, прошептала:
— Я предупреждала тебя, Мрак, если не будешь со мной, то ни с кем не будешь. Ты пошёл против меня, а значит, против системы. У тебя есть десять дней на обдумывание своей судьбы. Да, кстати, поздравляю тебя, твой брат Ен и его молодая жена в браке жили — ни долго, ни счастливо.
Отвернувшись от меня, сообщила в ручной коммутатор:
— Запускайте спецов, пусть всё перевернут тут с ног на голову, ничего не жалейте. Корабль отступников должен быть разобран по винтикам.
Глава 24. Новости
Лада
Пришла в себя очень быстро. Зверь понял, что для достижения общей цели лучше пойти на примирение, поэтому к вечеру я уже гуляла вместе с Тото по кораблю. Старую привычку — рыться в хламе — кот так и не оставил. И при каждом удобном случае, когда мы останавливались передохнуть, он находил себе занятие. Тото был моей отдушиной. Не знаю, почему его недолюбливал Инки. Похоже, действительно переживал за сохранность корабля.
— О, ты уже встала? — пробасил Барбус. Я коротко кивнула. — Отлично, тогда утром после завтрака тренировка, а сегодня отдыхай, девочка, — дотронулся легонько до плеча. — Я переживал. Но ты сильная, по тебе видно. Ты справилась, молодец!
— Спасибо, — искренне ему улыбнулась.
— Если хочешь, возьму тебя на планету. Сделка ерундовая, и там будет не опасно. Так — что?
— О, — оживилась я, — с большим удовольствием, Барбус, спасибо! — и повисла у него на шее.
Он неуклюже похлопал меня по спине.
— Ну, будет тебе, будет. Ешь лучше, отдыхай, в общем, поправляйся. Тото, зараза, — заорал мне на ухо громила. — Фу! Я сказал, фу, а ну выплюнь, мне этот ключ нужен.
Барбус, оставив меня, погнался за Тото, который с рычанием утаскивал разводной ключ в тёмный угол. Жизнь на этом корабле умиляла. Она кардинально отличалась от ранее мною виденого.
Закололо в сердце, и зверь заворочался внутри. Ен и Марк, они там, наедине с этой стервой Марисой.
— Инки, — обратилась к разуму корабля.
— Слушаю, Лада.
— Скажи, есть какие-нибудь официальные новости о командоре Жуть'ене?
— Эм, да, есть. Но боюсь, они тебе не понравятся.
— Включай, — приказала Инку. Перед моими глазами в воздухе повис экран, я опёрлась спиной о стенку корабля.
— Добрый день, дорогие граждане империи, — приветствовала зрителей миловидная девушка с ярко-розовыми волосами, закрученными в тугие спиральки, которые подпрыгивали при каждом движении головы. Очевидно, розовый цвет сейчас был в моде. На ней была ярко-жёлтая обтягивающая кофточка с большим вырезом, из которого выпрыгивали упругие груди. Всё внимание зрителей, уверена, привлекала к себе именно эта деталь её гардероба. — Был арестован всем известный командор Жуть’ен. Его обвиняют в предательстве империи и пособничестве подрывающей авторитет объединённого протектората галактик организации с громким названием Уроборос. Проводится расследование, конфискован корабль командора. Так же, разыскивается девушка, которая была замечена рядом с командором. — На весь экран была спроецирована моя фотография, где я иду с Еном под руку, лицо крупным планом. А я ничего так смотрелась, но от этого легче мне не стало. — О ней нет информации, если кто знает о её местонахождении, просьба сообщить властям за вознаграждение.
— Чёртов тупой Инки, — пробасил рядом со мной Барбус. — Почему я об этом не знаю? Я бы подставил девчонку. Мне потом братья голову отвинтили бы.
— Ты не интересуешься новостями, Барбус. Угрозы для жизни Лады нет, поэтому не счёл необходимым сообщать об этом.
— Меняем курс, летим, как и было запланировано до этого — в Горный ручей, у Геи ты будешь в безопасности. Она за новобранцев всегда горой стоит. И если не будет прямого приказа императора, то фиг, кто тебя оттуда вытащит. Она скорей глотку перегрызёт тому, кто позарится на тебя без официального документа. Балбес, — это он уже про себя, — идиот, как я мог так сплоховать? Чуть не попался.
Барбус, ворча себе под нос, отправился на капитанский мостик.
А мне придётся практиковаться как можно больше, владение собой и перекидывание в зверя очень пригодится. Но это уже завтра, с утра, как и сказал Барбус.
Жуть’ен
Это как же нужно меня ненавидеть, чтобы так подставить? Мариса постаралась этому делу придать огласку. Всё не может забыть Мрака, а я словно кость поперёк горла ей стою. Пришлось рассказать всё. Обвинения были серьёзными. Империя не прощала изменников. Каторга на ядерных рудниках была наградой за предательство.
Защитника ко мне не пустили, делом занимались спецы императора. Их, конечно же, интересовала девчонка-оборотень. Создавалось впечатление, что императорские ищейки знают гораздо больше, чем хотят показать. Также, много вопросов задавали о Ладе. Кто она, откуда? Утаить информацию не получилось бы, тут могла помочь только правда.
Она наша с братом пара, она моя жена, она императорская подданная. Совершенно неприспособленная к этому жестокому миру. Вся надежда была на Аату и его милосердие. Он же спас нас с братом и не позволил убить, когда был уничтожен мятежный клан серебряных волков?
Где же ты сейчас, моя девочка? Зверь тосковал вместе со мной. У Лады были все предпосылки к тому, чтобы стать оборотнем. И этот тяжёлый путь обращения она проходит сама, без нас. Без близких людей, без зверей, которые ей помогли бы адаптироваться в этом мире.
Открылась дверь допросной, и вошла улыбающаяся Мариса.
— Тебя переводят в Азмус. Приказ императора. До особых распоряжений. Поздравляю! Говорят, что оттуда редко кто выходит с нормальной психикой.
— За что ты меня так ненавидишь, Мариса?
— Ты знаешь, за что. Рядом с тобой нашли тело брата. Он умер, прикрывая тебя, ты не достоин такой жертвы.
— Твой отец…
— Мой отец слаб, вы с братом живы только из-за того, что вам позволили жить. И за твои бывшие заслуги перед императором, конечно же, — злорадно усмехнулась.
«Ты близка с императором, Мариса? Поэтому у тебя сейчас такая власть?» — обратился к ней телепатически.
«Ты тоже скоро будешь с ним близок, застенки Азмуса совсем рядом возле него. Или ты думаешь, что он прощает детей смутьянов, которые являются угрозой его престолу?» — она тоже начала говорить мысленно, мощно вторгнувшись ко мне в голову.
«Это смешно, у меня нет ни армии, ни средств для ведения войны».
«Ты с братом должен был умереть. Моя семья, спасая и опекая вас, подверглась наказанию и долгое время была в опале. Так что, не спрашивай меня, почему я такой стала. Либо вы, либо благополучие моей семьи. Одного брата я уже потеряла. А второй сейчас — адъютант его величества, за которым приходится присматривать. Не всё так просто в этом мире, Ен».
Мариса потянулась через стол и припала к моим губам. Язык бесцеремонно вторгся в рот и она передала мне капсулу.
«Будет тяжко — умри, Ен».
Я зарычал, а Мариса, звонко рассмеявшись, покинула допросную.
Глава 25. Горный ручей
Лада
Как сказал Барбус, до Горного ручья пара дней пути. Это время пролетело стремительно. Я то и дело тренировалась в трюме корабля. Перекидывалась в волка, привыкала к сущности зверя. На первых порах под руководством Барбуса, потом самостоятельно. Он рассказал, как прятать одежду во временной карман. В начале ничего не получалось, но потом постепенно поняла технику. Повторяя бесконечное количество раз, закрепляла в голове изученное. Когда начинаешь учиться чему-то новому, обычно хочется на всё плюнуть и бросить на полпути, но с практикой приходит и умение. И однажды наступает момент, когда невольно гордишься первыми успехами.
— Ну, что, готова? — Барбус зашёл в каюту без стука.
Дора выдала мне чистый комбез, практически без пятен, она так же сшила мне нательное бельё. Лона собрала рюкзак с необходимыми мелочами, а Мона приготовила контейнер с едой. Тото куда-то пропал и как его ни звала, и чем ни приманивала, чтобы попрощаться, он так и не вышел. Малыш, видимо, обиделся.
Открыв ящик стола, достала лилию и положила в карман рюкзака. Ту самую, которую подарила мне Эли. Грустно расставаться с людьми, к которым привязалась. За то недолгое время, проведенное на корабле, они стали мне семьёй. Доброта Барбуса и его жён была так необходима мне, потерянной в чёрном космосе Землянке. Они не дали впасть в отчаянье и скатиться в бездну жалости к себе. Дали стимул жить в новом, холодном, бездушном мире. Показали на примере, что есть и добрые люди.
Барбус помог забраться в челнок, который и доставил меня на полигон Горного ручья.
— Ну что, девочка, держись. Будет совсем худо — вспоминай о том, что тебе есть за кого бороться, и ради кого жить.
Мне показалось, что Барбус украдкой стёр непрошеную слезу со щеки. Я же, не сдерживая слёз, обняла этого небритого и с виду грубого оборотня.
Когда приземлялись, в иллюминатор видела бескрайние леса, горы и озёра с реками. Но нигде не видела городов. Сплошь красивая зелёная планета без намёка на цивилизацию.
— Ты опоздал, Барбус, что-то задержало в дороге?
— У меня не было временных рамок, Гея. Да и девочка должна была привыкнуть к зверю, — Гея подняла бровь и с долей интереса посмотрела на меня.
Женщина была крупной и имела завидное тело, увитое сплошными мышцами. Узнать, что это женщина, можно было лишь по голосу. Коротко остриженные чёрные как смоль волосы, угловатые черты лица, волевой подбородок и холодные серые глаза. Если не присматриваться, можно было сказать, что это мужчина. Главного признака женственности — груди, как таковой, тоже не было. Невольно сглотнула, подступивший к горлу ком.
— Где обещанная партия новобранцев?
Барбус пожал плечами.
Глава 1. Сон Лада В очередной раз, поскользнувшись, упала. Земля мне не была рада. Нос уткнулся в пожухлую, пахнущую гнилью, листву. Встав на четвереньки, опёрлась о шершавый ствол дерева. Пошатываясь, поднялась на ноги. Шаг, ещё шаг, подальше от кровавой бойни, которую разум старательно от меня скрывал. В ушах громко стучало от прилива крови, дыхание сбилось, сердце выпрыгивало из груди от ужаса, лёгкие невыносимо пылали. По кистям сбегали струйки крови. На глаза то и дело наворачивались слёзы. Но самое страшное было не в этом – смерть дышала мне в затылок. Даже сквозь грохот, стоящий в ушах, слышала жуткие завывания. Там, за спиной, шла битва монстров. Наш маленький палаточный лагерь разметало в пух и прах. Никто не остался в живых. В такой мясорубке никто бы и не выжил. Мне повезло, я не попала под первый удар. За несколько секунд до начала бойни я отошла от костра, нужно было наведаться в кустики. Услышала грохот, и крики своих друзей, заглушаемые звериным рёвом. Вместо того, чтобы бежать подальше от того, что творилось на поляне, бросилась в лагерь. Всё происходило как в фильмах ужаса, когда героиня и не думает о том, что через секунду погибнет. И совершает необдуманный поступок. А всё так хорошо начиналось… – Лада, Лада, да очнись ты! – зашипела мне в ухо медсестра Наташка. – Мегера явилась. И не спится же гадине, пришла злюща-а-а-я. Мишка сказал, что сейчас на наш этаж с ночным обходом зайдёт. – У меня перерыв, – сонно пробормотала я. – Твой перерыв давно закончился. Так что, вставай, давай. Нужно по палатам пройтись. Может, кому обезболивающее надо вколоть? – Может и нужно, – зевая, согласилась я с подругой. Из-за вечной нехватки медперсонала в больнице, сюда прислали нас, студентов третьго курса мединститута. Мы, будущие врачи, проходили практику в качестве младшего персонала. Широко зевая, встала с кушетки и одёрнула белый халатик. Подошла к зеркалу, посмотрела на свои заспанные глаза. Стоило бы умыться холодной водой, чтобы прогнать дремоту. Обрывки кошмарного сна никак не хотели уходить из памяти. Осталось жутко-омерзительное послевкусие. Сердце еле успокоилось, но руки мелко дрожали. Открыла холодный кран, плеснула на лицо ледяную воду. Хорошо, что я была одна. Мне и так с трудом удалось скрыть своё состояние. Наташка, разбудив меня, тут же убежала на пост. Открыв дверь ординаторской, устало побрела по коридору в сторону палат. В кардиологии лежали, в основном, вредные старушки, которые не берегли свои слабые сердца (хотя, такие всех переживут). Они вечно были чем-то недовольны. То борщ невкусный, то медсестра уколы делать не может, то врач бездарь, чему только таких дебилов в институте учили? То вон тот интерн с серьгой в ухе, явно не медициной интересуется. У меня создавалось впечатление, что они состояли в каком-то тайном обществе и сюда приезжали на слёт, который именовался: «Вечно всем недовольные, бабки, объединяйтесь». Замечтавшись, забрела не в то крыло. Тут были ВИП палаты, и мне их, конечно, никто не доверял. На секунду остановилась, думая, какого рожна меня сюда занесло? Из задумчивости меня вывел характерный цокот каблучков нашей мегеры, старшей медсестры, Екатерины Сергеевны. Что-то не хотелось мне попадать под раздачу её нелестных высказываний в мой адрес. И так она меня невзлюбила с первого взгляда. Видимо, ей не нравились платиновые блондинки с коротким каре. Поэтому юркнула в первую попавшуюся палату. Тихо прикрыв дверь, прижалась к ней спиной, старательно прислушиваясь к цокоту каблучков. Но, услышав тихое рычание, испугано напрягла глаза и увидела две красные точки стремительно приближающиеся ко мне. Набрав побольше воздуха в лёгкие, хотела заорать, но, на открывшийся уже рот тут же опустилась мужская сильная ладонь. И тихий проникновенный голос прошептал в ухо: – Не ори, она услышит. Кто она? Кто этот мужик, который так божественно пахнет? Вместо испуга я получила рой мыслей в голове и мощную приливную волну внизу живота. Я начала задыхаться от нехватки кислорода. Идиот закрыл мне ладонью не только рот, но и нос. Заёрзала под незнакомцем, и мыча, слабо замотала головой. Воздуха катастрофически не хватало. Ноги мои стали ватными в голове зашумело. Если бы он не держал меня своим телом, точно упала бы к его ногам. – Упс! Прости, – мужик выпустил из плена мой нос, но рот так и остался зажат его ладонью. – Кричать будешь? – я слабо замычала, говоря о том, что не буду. – Ну, смотри, – глубоким бархатным голосом сообщил мне маньяк, – хоть один писк и твоя нежная шейка будет сломана. Кивни, если поняла, – после моего кивка, мужчина ослабил хватку. Я шумно вдыхала желанный воздух, сердце колотилось, как сумасшедшее, а ноги дрожали. Тем не менее, страха не чувствовала ни капли. Низ живота тянул от приливной волны, а соски стали каменными и болезненно упирались в ткань белоснежного халата. И как, скажите, пожалуйста, этот урод меня смог возбудить? И голос его мне понравился, такой таинственный и проникновенный. Ух, вот так, наверное, действовал на своих жертв и Джек Потрошитель. «Лада, да когда же ты научишься разбираться в людях?» – задала самой себе вопрос. Маньяк повёл носом и уткнулся мне в шею. – Девочка, ты так вкусно пахнешь, я аж возбудился от твоего запаха. Да и зверю ты нравишься, поэтому останешься жива, – это он проурчал, что ли? Как зверь. «Вот спасибо, дяденька-маньяк, что вы меня не съедите», – мысленно поблагодарила сумасшедшего. Лица я не могла рассмотреть, но в глазах горел тлеющий красный огонёк, который до чёртиков меня привлекал. «Я точно заразилась маньячным вирусом», – мысленно озвучила вердикт. – Закрой, красавица, глаза и считай до десяти. Кажется, так на вашей планете делают. Как только я выполнила распоряжение, психически больной пациент убрал от моего лица руку. Я же от нахлынувшей волны страха громко икнула. Возбуждения как не бывало. От окна послышался тихий смех, шуршание открываемой створки и дуновение ветра. Считать до десяти смысла уже не было, сумасшедший выбросился из окна седьмого этажа. Подбежав к окну, выглянула наружу, ожидая увидеть мёртвое тело на подъездной дорожке. Но там никого не было. Я старательно осмотрела освещённое уличными фонарями пространство. Никого… – К-хм, к-хм, – послышалось со стороны двери. – И что ты, Зорина, делаешь в ВИП палате? Куришь? – Нет, проветриваю, – ничего более умного придумать не смогла. – Тут давно не проветривали, запах стоит затхлый. – Закрыла окно и живо по своим палатам, – Екатерина Сергеевна включила свет, и он болезненно резанул по глазам. – Ещё раз увижу в этом крыле, вылетишь, – зашипела на меня словно она была не человек, а змея, – без подписанной практики. Поняла меня? – Да, – коротко ответив ей, вылетела из палаты, чуть не задев старшую медсестру плечом. Уходя, я всё же оглянулась, дверь в палату осталась широко открыта, и я увидела, как женщина, снова открыв окно, выглядывает наружу. Глава 2. Возле института Лада Ночное дежурство далее протекало в штатном режиме. Больше никто на меня не нападал и не покушался на мою жизнь. Я всё списала б на усталость и слишком яркое воображение, но странное поведение нашей мегеры убедило меня в обратном. Екатерина Сергеевна, всякий раз проходя мимо меня, к чему-то усиленно принюхивалась и бросала странные взгляды. Я на неё натыкалась в совершенно разных местах. В общем, наша грымза не давала мне прохода и всё время норовила сунуть свой длинный нос во все доступные щели. Я с облегчением вздохнула, когда смена подошла к концу. Покинув больницу, тщательно осмотрела дорожку, на которую ночью приземлился парень. Но следов не обнаружила. Пожав плечами, отправилась домой. И без странных парней проблем достаточно. До конца практики оставалась всего пара дней, и мы с группой решили отметить это знаменательное событие. Мы выжили в условиях жёсткого прессинга и не сдались на милость пациентов. А это дорогого стоило (кто связан с медициной или работой с людьми, поймёт меня). Мой лучший друг Вадим, староста группы, предложил отправиться на выходные с палатками в лес. Он знал отличное место. Гидрометцентр обещал безоблачную погоду, чем мы и решили воспользоваться. Как же мне хотелось расслабиться и забыть об учёбе, о больнице и мучающих меня ночных кошмарах! А ещё надеялась, что в лесу забуду ночного маньяка и его обволакивающий сознание голос. Я представила красивого парня, который утаскивал меня в свое подземное логово. Б-р-р-р, жуть и в тоже время чертовски всё это было волнительно. Похоже, сумасшествие заразно. Родители звали на дачу, но я отказалась. Дачу я всегда ненавидела лютой ненавистью. Как подумаю, что нужно весь день на солнцепёке полоть сорняки, травить колорадского жука, таскать воду для полива из колодца, так у меня начинались панические атаки. Нет уж, увольте, на такое я не подписывалась. Ну, не моё это – копошение в земле в поисках клада. Видимо, я ещё не вошла в тот возраст, когда люди получают кайф, выращивая огурцы и помидоры. У меня в комнате на подоконниках стояли только живучие кактусы и, то, потому, что им не нужен был особый уход. Иногда, я их даже поливала и подкармливала удобрением. Колючие заразы от такой заботы счастливо цвели и радовали родительский глаз. Особенно мамилярки нравились папе. И всё же я любила природу, особенно лес. В нём мне было комфортно и интересно. Поэтому, с энтузиазмом поддержала поход с палатками в лесную чащу. Была, конечно, вероятность знакомства с клещами и комарами, но на этот случай я припасла специальные спреи. Так что, как в той рекламе говорилось: «Сейчас мы идём к вам!» Утром встала, быстро позавтракала, убегая, чмокнула маму в щёку. На маршрутке доехала до здания института. Небольшая группа из семи человек, основной костяк нашей банды, уже была на месте. Очевидно, все ждали только меня. Пересчитала всех по головам. Не хватало моей подружки Наташки. Она привыкла вечно опаздывать. Хотя, я тоже не отличаюсь особой пунктуальностью, что безумно злит мою сестру. Она своих опозданий никогда не замечает. Хотя Вадим к этому относится более философски. Увидев в толпе Антона, скривилась. Его тупые сальные шутки уже порядком надоели. Качок-переросток весь свой маленький мозг положил на анаболики. Антошка всё никак не мог успокоиться. Видите ли, я ему нанесла психологическую травму, отказавшись с ним встречаться. Ну, конечно, он же у нас мачо и любимец молодого преподавательского женского состава. А я посмела ему отказать. Непорядок. Прибью того, кто пригласил его в поход. – О, а вот и наша Лада прибыла. Такая же надёжная и быстрая, как весь наш автопром. Где твоя Лада-Калина? Сдала на металлолом? – Антон заржал в голос, но быстро замолчал, его никто не поддержал. – У меня нет машины, Антон. Предпочитаю ездить на автобусе. Быть, так сказать, поближе к народу. Тебе будет тоже полезно спуститься с небес на землю, к простым смертным. Всё же, выбрал профессию врача. – Ну, ты ж знаешь, лапонька, кто у меня батя? У нас династия врачей, – от слова «лапонька» невольно поморщилась. Чем привела в дикий восторг Антошку. – Бедные пациенты, не дай Бог, у тебя лечиться. – Ой, да брось, – Антон стал серьёзным, – не так уж я и плох. Что верно, то верно. Действительно, он был умным парнем, но, похоже, вседозволенность и деньги его изрядно испортили. Всё, что он хотел, он имел везде, всегда, в любых позах и местах. И ещё я заметила у него огромный недостаток, Антон был заядлым игроком. Он не входил в круг мужчин, которые мне нравились. Цветы и подарки я всегда возвращала, либо оставляла на преподавательских столах. – Так что, крошка, едем вместе? Папа подогнал мне новый джипик. Всё, как ты любишь, всё по высшему разряду, – и нажав на брелок, завёл свой чёрный гелик. – Не мой цвет, Тошенька. Назвала его так, как ему не нравилось. У парня свело скулы, однако, он не ответил мне колкостью. Надо же, впечатлена выдержкой нашего золотого мальчика. Не знала, что ему папик подогнал новенькую тачку. Этот золотой мальчик отчего-то зациклился на моей персоне. Мне это слегка льстило, но зная подленькую натуру «Тошеньки», сильно не обольщалась по этому поводу. Наверняка, на меня поспорил, и у него подходили сроки выплат по счетам. Иначе, не подкатывал бы ко мне так напористо. – Извини, Антон, я не изменяю Вадиму, – невинно захлопала ресничками. – А жена-то его знает, что он ей под боком изменяет? – Кто сказал, что я изменяю? Я, вообще-то, шейх и у меня гарем любимых жён. Ну, что, любимая жена, – Вадим меня собственнически приобнял, – готова к приключениям? – Конечно, дорогой, с тобой хоть на край света, – сладким голосом пропела я. Надеюсь, старшая сестра меня не убьёт за такие вольности? Многие одногрупники не могли понять наших с Вадимом отношений. А всё просто, – мы дружим с детства, только в институте это не афишируем. Вадим старше меня всего на год. А с сестрой мы погодки. Она похожа на папу, а я вот – на маму. Поэтому, если внимательно не присматриваться, то с первого раза и не поймёшь, что мы родные сёстры. Вадим, забрав мой рюкзак, двинулся в сторону машины. Я не оглядываясь пошла за ним следом. Поравнявшись, спросила у него: – Обязательно было брать этого идиота? Что он вообще делает в нашей компании? – Он же неровно дышит на тебя, вот и увязался. Чего на меня напала? – пробурчал парень. – Это твоя подруга его пригласила. – А где она, кстати? Проверила звонки и сообщения. Натаха только утром со мной поздоровалась смайликом и пропала из сети. На неё это было не похоже. – По пути её захватим, она на вокзале предков провожает. Те уезжают на отдых на Чёрное море. Ты же знаешь, её отец не терпит, когда она по телефону трещит. Да, это было верно. Отец Наташи военный в отставке, и у него свои принципы. Как сказал, так и должно быть, и ему глубоко плевать, что дочь уже пару лет как совершеннолетняя. – Мы едем с вами, – безапелляционно заявила стройная блондинка Каролина. Рядом с ней был скромный заучка, ботаник Сеня. Он слушался её всегда и делал всё, что скажет красавица. А Каролинка этим вовсю пользовалась. Красота плюс ум – равно сданная сессия. Парни закинули вещи в багажник. Я села на переднее сиденье, Каролина расположилась сзади. Вадим завёл машину, и мы двинулись в сторону железнодорожного вокзала. Глава 3. Лес Лада Наташку подобрали возле железнодорожного вокзала. У подруги висела на плече лёгкая белая сумочка, рюкзак она с собой не взяла. Стройная, шикарная брюнетка в потёртых джинсах, красной майке, на бёдрах повязана клетчатая рубашка. На ногах бежевые кроссы. На голове чёрная бандана. Потрясающая девушка. Однако, Наташка была увлечена учёбой, и парни около неё не задерживались. Как, впрочем, и около меня. Вадим притормозил, и Наташа открыла заднюю дверцу машины. Каролина чуть подвинулась, освобождая место на заднем сидении. У нас у всех были походные наряды, как раз для прогулок по лесу. – Привет, Натах. Родаки, конечно, не в курсе о походе в лес? – спросил Вадим. – Ага, догадливый. Недаром ты у нас староста группы. А чего Лада такая смурная? – Ты по затылку определила? – буркнула я недовольно. – По голосу, – засмеялась Наташа. – А-а-а-а, – протянула она гласную, – ты из-за Тошеньки на меня злишься? – Какая ты догадливая. Ведь знаешь же, что терпеть его не могу, – мой голос звенел от злости. – Так, нет же, взяла и пригласила. – Девочки, тише, тише, не ссорьтесь, – вставил свои пять копеек Сеня. – Заткнись, – мы с Натахой в один голос отбрили заучку. Тут уже в разговор вмешалась до этого молчавшая Каролинка: – А чего вы на моего Сенечку наехали? Он прав! Чего вы собачитесь? Золотой мальчик, Лада, взял на себя все расходы, бухло, и мяса закупил на шашлыки. Так что, пару дней уж как-нибудь проживёшь в его обществе. Тебя никто не заставляет с ним общаться. Ты с ним в одной группе и он имеет право находиться там, где и мы. Так что, хватит тебе уже, не так уж он и плох, – но, услышав недовольное ворчание Сени, добавила: – хотя и не так хорош, как мой любимый Сенечка, конечно же, – Каролина звонко чмокнула парня в щёку. Настроение моё было испорчено окончательно. Я молча уставилась в окно. Мы уже выехали из города и проезжали мимо приютившейся возле трассы деревеньки. Как обычно это бывает, дородные тётки устроились вдоль дороги, продавали молоко, овощи и фрукты. Гелик Антона остановился возле одной такой бабульки. Вадим съехал на обочину, Наташа и Каролина выпорхнули тут же из машины. Подруга открыла дверь с моей стороны. – Лада, ну не злись ты так на меня. Каролинка подбила меня на это, – бессовестно сдала подруга сокурсницу. – Вот и пригласили Тошку, он все расходы взял на себя. Простишь? – подруга печально надула губки. – Ну, откуда у бедных студентов деньги на жратву? – Ладно уж, корыстные вы мои. Если что, пошлю его в лес поганки собирать. – Ой, девочки, – послышался голос Любы. – Там тётка такое рассказала, что у меня аж мурашки по телу до сих пор бегают. Такой кошмар! Что-то мне расхотелось в лесу ночевать. – Что случилось? – подруга тут же переключилась на свежие деревенские новости. – В лесу медведь разодрал туристов. Они тоже с палатками отдыхали. Может, ну его, тот лес, девочки? Страшно чего-то мне там оставаться на ночь. – Чего ты дрейфишь, Любонька? Всё будет пучком, – невольно скривилась, услышав голос Антона. – Нас много, мы шумные. Тем более, что медведь уже сытый. Я малины купил, угощайтесь девчонки. Сладкая, м-м-м, пальчики оближешь, – протянул он лукошко, наполненое красными ягодами. – Принцесса, – обратился он ко мне, – чего ты такая смурная? Тоже медведя испугалась? – Сейчас не зима и еды много. Тогда почему он задрал туристов? – задала я резонный вопрос. – Ты думаешь, это правда? Как по мне, так это деревенские страшилки. Не ходите, дети, в лес. В лесу серенький волчок укусит деток за бочок. – Вадим, а ты что думаешь? – спросила я. – Я думаю, если собрались отдохнуть, то нужно ехать. Когда ещё выберемся? Тем более, мы будем в другой стороне от медвежьих угодий, – ответил парень. – Девчонки, кому нужно в кустики, сходите. Нам ехать ещё часа три. Маршрут придётся поменять. Девочки направо, мальчики налево, – хохотнул Антон. – Всё, как в жизни. Я вместе с девчонками пошла познавать лесные красоты. Решила отойти подальше от дороги. Мне почудилось, что кто-то копошится в кустах. Обернулась и присмотрелась. И вместо того, чтобы драпать со всех ног, решила посмотреть на того, кто там шумит. Про медведя я и забыла. Подумала, что ёжик или зайчик, а может и щенок бездомный. Из кустов на меня прыгнул черный, огромный, волосатый мужик? Я и испугаться толком не успела, как на мой рот легла крепкая ладонь. – И что такая красавица делает в лесу? Ты случайно не красная шапочка? За короткое время на моём счету это был уже второй сумасшедший. Почему не тот же? Да, потому, что он вонял мокрой псиной. Невольно поморщилась. Он хоть руки мыл последние несколько месяцев? Судя по всему, нет. – Да, ладно, – возмутился мужчина. – Не может того быть. Я неделю назад мылся в ручье. Не может от меня так вонять. «Сумасшедший бомж»,– вынесла я вердикт. И надо было ему напороться именно на меня! – Полегче, красавица. Думаешь, легко в лесу целый месяц добычу выслеживать, да жрать, что придётся? Ты знала, сколько мерзости у вас тут водится? Честно, не знала, и знать не хотела. Мне теперь придется лицо антисептиком протирать, чтобы чесотку не подхватить. Наверняка, у него блохи или вши имеются. – Не нравишься ты мне, – заявил оскорблённый бомж. – Не женюсь на тебе. – Лада, – послышались крики друзей. – Лада? Ты где? Я попыталась укусить парня. На что он тихо рассмеялся. – Надеюсь, больше не увидимся, красавица. Я опасный мужчина. Закрой глаза, – я лишь их больше раскрыла, пытаясь запомнить его. – Закрой, иначе я тебя поцелую, – пригрозил он. Вот, чего-чего, а мне ещё поцелуев неведомо от кого не хватало. Я тут же их закрыла. Мой рот освободили послышался шелест кустов и тихий смех. В последнее время мне на мужиков катастрофически не везло. Хотя, надо отдать должное, голоса у них очаровательные. – Лада, – послышалось рядом. – Лада, – обеспокоенный голос Вадима. На негнущихся ногах вышла из-за дерева. – С тобой всё в порядке? Ты белее мела. Кого-то увидела? – икнув, разрыдалась. Вадим вынес меня к машине на руках. Тут же собрались вокруг нас ребята. Я между истерическими всхлипами рассказала им о случившемся. Антон вызвался прочесать лес и поймать выродка, который меня так напугал. Парень налил мне полстакана водки, которую я залпом выпила. Через пару минут истерика прошла. Видимо, начал действовать согревающий душу алкоголь. Девчонки заявили, что им не нравится такое начало нашего путешествия, и что нужно возвращаться домой. Мнения разделились, и окончательное слово, как пострадавшей в боях с бомжом, оставили за мной. Глава 4. Море по колено Лада Правильно ведь говорят, что пьяному море по колено. Так что после выпитого меня потянуло в бой. Громко икнув, завопила: – А, хрена им, с лысой горы! Решили в лес – значит в лес! И нечего нас запугивать. М-м-мы сами кого угодно реаневи-р-р-у-е-в. Вот! – и я пошла к чёрному Гелику – Ладушке, похоже, больше наливать не стоит, – вынес вердикт Антон. – И в машине моей не поедешь, дорогуша. Вдруг тебе по дороге поплохеет. Вон, с Вадимом поедешь. У него машина старая, её не жалко использовать для таких целей. – Ой, больно надо, – громко икнула я. – Заводи свою колымагу. Мы едем в соседнее село на дискотеку, у-у-у-у, – направилась к машине Вадима, пританцовывая. – Врубай музон погромче! Вадим усадил меня обратно на переднее сиденье и под голову положил подушку. Всё же Лерке повезло с таким мужем. Заботливый, добрый. Вот бы и мне такого же, горячего, потного мужика, божественно пахнущего, а можно и двух сразу. Чего там мелочиться?! – Заверните, беру обоих, – пробормотала вслух. Чего-то меня не в ту степь понесло. Засыпая, услышала тихий смех. – Лада! Лада, хватит дрыхнуть. Пошли, шашлык остынет! – Наташка пыталась меня растолкать. – Ацтань, еще немножко дай поспать. Мне снились такие мужчины. М-м-м, пальчики оближешь! – От шашлыка пальцы будешь облизывать. Вставай, давай, пьянь болотная. Кто на голодный желудок водяру хлещет? – возмущалась подружка. – Это не я. У меня был стресс, – ответила ей, но глаза всё же открыла. Сколько ж я проспала? Солнце уже катилось к закату. Выйдя из машины, сладко потянулась. Хорошо-то как: птички чирикают, комары жужжат, ветер поёт свою песню, шевеля листвой. Красота! Мне опять почудился знакомый смех. Тот самый, который слышала в больнице. Я осмотрелась, но никого не увидала. Показалось? Пожав плечами, всё списала на слуховые галлюцинации. Машины ребята поставили на грунтовой лесной дороге, одну, за одной. В этой части леса я ещё не была. А значит, есть на что посмотреть. Бодрым шагом догнала подругу. – Я отсюда уже чувствую запах шашлыка. – Да, Антон ответственно подошёл к этому делу, – в голосе Наташи проскользнула нотка грусти, – у него даже был складной мангал в машине, – подруга выразительно посмотрела на меня. – И? Что с этого? – Разве не понимаешь, ради кого он старается? – Ради себя любимого, конечно. Явно не ради природы. Проще использовать готовые угли, чем в лесу искать топливо, – фыркнула я. – Вот, ты всегда так, – с досадой произнесла расстроенная чем-то Наташа. – Так, это как? – удивилась я. – Да ну тебя, Лада. Такой парень рядом с тобой. Богатый, красивый, а какое у него тело шикарное, – интересно она его голым видела, что ли? Раз даже слюни от восторга потекли по подбородку, – а ты и пальцем не хочешь пошевелить. – Наташ, ты ли это? Ты мне сколько раз говорила, что он тот ещё мудила, а теперь уверяешь меня в обратном? Что вообще происходит, подруга? Мне такой подарок по жизни не нужен. Забирай себе. Уверена, у тебя с ним будет бурная, но не долгая жизнь. – Злая ты, Лада. Он тобой интересуется, а не мной, – это что, сейчас я услышала в голосе подруги сожаление? – Эй, остановись! – легонько дернула её за руку, – что у тебя произошло с Антоном? Рассказывай! – Теперь я не успокоюсь, пока обо всём не узнаю. – А нечего рассказывать, нравится он мне. Знаю, он не идеален, но сердцу не прикажешь. Я люблю его, – подруга заплакала. Опачки, а я этого и не знала. Вернее, знала, что многие девчонки капали на Антона слюной, но чтобы в их ряды попала Наташа, для меня было полным сюрпризом. – Ой, дурында, нашла, кого любить. Он же бабник, и спит с кем хочет, и когда захочет. – Знаю, но я люблю его. И в сексе – знаешь, как он хорош. – Ну, с такой-то практикой по жизни уверена, что он опыта поднабрался, – подруга всхлипнула. – Знаю, злая я. – Лада, вот опять ты, – возмущённо воскликнула Наташка. – Ну, всё, всё! Больше не буду, – притянула к себе подругу и крепко обняла. Подруги на то и нужны, чтобы плакаться на плече. – Почему он на тебе так зациклился? А? – Ну, наверное, потому что я единственная с потока, которая через него не прошла. Вот и вся разгадка. В этом нет тайны. – Ой, гляньте, девки обнимаются. А я всё думал, почему я тебя не интересую. Теперь загадка разгадана, тебе просто не нравятся мальчики! – Мальчики мне действительно не нравятся, мне нравятся настоящие мужчины. И вообще, Антон, может причина в том, что ты озабоченный дебил и во всём видишь извращения? На себя в начале посмотри, а потом о людях выводы делай, – отлепившись от подруги, пошла в сторону уже виднеющейся поляны. Проходя мимо парня, который стоял на моём пути, задела того плечом. Его отбросило от меня, и он с силой ударился об ствол дерева. Наташа тут же начала ему помогать вставать, осматривая, не повредил ли он себе при ударе что-либо. Я же услышала тихое рычание около своего плеча, резко повернувшись, опять никого не увидела. Антон, отлепившись от древа, отстранил от себя Наташу. И на меня впервые посмотрел с неподдельным восхищением. – Ни хрена себе, Зорина. Откуда в таком тщедушном тельце столько силы? – Восточные танцы, Коршунов, восточные танцы, – конечно, причина была не в них. Только, что я могла сказать, если сама в непонятках? Кажется, пора записаться к психологу на приём. Что-то не нравится мне творящаяся вокруг меня чертовщина. Явно, переутомление от учёбы. Так недолго и головой тронуться. Выйдя из леса, восхитилась картинкой. Поляна впечатлила размерами – она была огромной. Читала как-то в жёлтой прессе об этом месте. О творящихся тут в последнее время странных вещах. Один очевидец клялся, что видел даже летающую тарелку. И понесло же нас именно сюда. Поляну узнала по поваленной на землю огромной ели. На фотке она и была. Трудно было бы спутать с другим местом. На стволе оставлены кем-то борозды от огромных когтей. Похоже, зря я дала своё согласие на продолжение поездки. Ох, зря! Глава 5. Голубое сияние Лера Ребята уже установили палатки. Две близкие подружки, Люба и Катя, суетились возле небольшого костра. Сеня с Кариной накрывали на импровизированный стол. На земле расстелили покрывала, накидали по краям подушки. Поставили блюда с нарезанными помидорами и огурцами. Картошечка, в большой кастрюле шашлычок. Для любителей есть прямо с шампуров мясо ещё готовилось. За ним присматривал Вадим. Я же, вместо того, чтобы помогать ребятам, отправилась в сторону ели, хотела получше рассмотреть борозды. Может, это не животное оставило следы, а лесники так решили подшутить над отдыхающими? Дотронулась до коры. – Что думаешь, кто оставил следы? – ко мне подошёл Сеня. – Явно не медведь, тут зверь был гораздо крупнее. Но не думаю, что такие водятся у нас на Земле. – Инопланетяне, что ли? Летающие тарелочки и другая хренотень? – к созерцанию оставленных неизвестно кем следов, присоединился и Антон. – Может и они, – не стала спорить с парнем. – Я уже не знаю, что и думать. Но следы не медвежьи. Это точно. Скорей всего, чья-то шутка. – Ребята, – крикнул нам Вадим, – хватит от работы отлынивать. Есть пора. Сеня тут же отправился к костру, я же осталась на месте, с задумчивостью глядя на вырванный с корнем ствол. Ветки во многих местах были обрублены или перекушены. – Лада, ты прости меня за нападки. Ты мне нравишься, но я ещё молод, не нагулялся, – я скептически посмотрела на парня, который внезапно появился за спиной. Похоже, что ждал. – Не готов я к серьёзным отношениям. Сказав всё это, Антон, не дожидаясь ответа, резко развернулся и пошёл к ребятам. Интересно, что сейчас было? Это меня так культурно отшили? А где же дух соперничества и всё такое? Я широко улыбнулась. Значит, всё же, золотой мальчик решил отступить от поставленной перед собой цели. Мудрый поступок, что же на него так повлияло? Шашлыки удались на славу. Все ели с удовольствием. Начало смеркаться. Антон принёс мощные фонари, зажгли спирали от комаров. Вадим достал гитару и полились походные песни. Друг для меня несколько раз исполнил песню "А мы не ангелы". Она мне нравилась в исполнении Би-2, а как пел её Вадим, слушать была готова бесконечно. Но девчонки праведно возмутились, что есть и другие хорошие песни. Много раз уже жалела, что мне на ухо наступил медведь, да и петь не умела. Хотя голос у меня красивый сексуальный, особенно, когда общалась по телефону с мужчинами. Вадим сколько раз говорил, что с таким голосом мне нужно работать в секс-индустрии. За это не раз получал от меня подушкой по голове. Беременная сестра лишь крутила пальцем у виска. Лера в это время, обычно сидела в глубоком кресле и вязала. Узнав о нашем походе в лес, отпустила Вадима присматривать за младшей сестрой. Да и самому парню нужно было отдохнуть. Ведь скоро родится ребёнок и всем будет не до весёлого времяпрепровождения. Люба и Катя поднялись с насиженных мест, видимо, девочки решили отойти в кустики. Несколько удивилась, что через какое-то время следом за ними пошёл и Антон. Решил, наверное, присмотреть, чтобы с девчонками ничего не случилось. Странно, но я как бы смотрела за парнем не своими, а чужими глазами. Он пересёк поляну и скрылся за деревьями. Я тенью последовала за ним. Девчонки ждали его за деревом и, взяв его за руки, направились чуть дальше вглубь леса. На небосклоне светила яркая полная луна, хорошо освещая лес и ребят. Ко мне пришла мысль, что я чётко всё вижу из-за ночного зрения. Нисколько этому не удивилась. Компания остановилась около огромного дерева. Антон прижал Катю спиной к стволу и с жаром впился в её губы. В это время Люба прижалась к его спине, потираясь о него всем телом. Пальцы её в это время расстёгивали бляшку ремня. Парень чуть отстранился от Катерины, стягивая с той майку. Бюстгальтер полетел вслед за ней на землю. Девушка выгнула спину, выпячивая вперёд роскошную грудь. Пока Антон любовался ею, она пощипывала пальцами свои ярко розовые соски. Парень не выдержал такого зрелища и засосал приведённый в боевую готовность сосок прелестницы. Девушка громко всхлипнула от накативших на неё эмоций. Катя впилась пальцами в ткань Антоновой футболки и потянула вверх, Люба же справившись с ремнём, стянула с Антона джинсы; переступив через них, он остался перед голодными до секса девчонками в одних лишь боксёрах. Член от возбуждения поднялся и упирался в ткань. Нехилое такое хозяйство просилось на свободу. – Кто хочет сладенького? – Антон довольно хохотнул, когда обе девушки ринулись стягивать с него бельё. Он довольно зажмурился, когда два язычка начали ласкать его член. Люба вылизывала яички, Катерина же в это время ласкала налившуюся от крови крупную головку парня. – Не спешите, сучки, а то быстро кончу. Поиграем в мою любимую игру, девчонки? Обе девушки отстранившись, встали с колен, и пританцовывая, медленно начали снимать с себя одежду. Оставшись в костюме Евы, девчонки занялись приготовлениями. Расстелив на земле майки, они встали в коленно локтевую позу, аппетитно выставив вверх накачанные попки и выбритые "киски". Лепестки нижних губ набухли и покрылись смазкой, которая блестела в ярком свете луны. Мне на ухо проурчали: – Любишь подсматривать, принцесса? Ай, ай, какая плохая девочка! – Нет! – Что нет? Ты что заснула, Лада? – обеспокоенно спросил Вадим. Он поднимал телефон вверх, водя рукой из стороны в сторону, видимо, искал сеть. – А? Ты что-то мне говорил? – спросила парня, а сердце бешено колотилось в груди. Не могла успокоиться после сна. Слишком яркие эмоции и переживания, что уж скрывать, от такого зрелища возбудилась. Да и сон ли это был? – Связи тут нет, хотя поляна свободна от деревьев. Нужно Лере позвонить. Хотел пожелать ей спокойной ночи. В её положении нельзя нервничать, а я давно не выходил на связь. – Хорошо, – чуть успокоилась, – пожелай сестрёнке сладких снов и от меня. – Вадим, я с тобой, мне нужно сообщение родителям отправить. А то отец меня прибьёт, как приедет. Он там, наверное, мне кучу гневных посланий оставил. Наташа отправилась вместе с Вадимом к автостраде искать сеть. Антона и подружек не было видно, Каролина с Сеней увлеченно беседовали, сидя на поваленной сосне. Я же поняла, что пора мне найти уединённое местечко. Пошла в противоположную сторону от места, где мог находиться Антон с горячими девчонками. В пятый раз, зацепившись за корень, посетовала на то, что у меня нет ночного зрения. А ведь как было б хорошо, не цепляться за корни и не натыкаться на стволы. Отойдя от поляны на достаточное расстояние, прислушалась. Темноты я не боялась, но всё равно было страшновато находиться одной в лесной чаще. Ни уханья совы, ни шелеста листвы не услышала. Я как будто попала в вакуум. А ведь только минуту назад все эти лесные звуки были. Повернулась к поляне и обомлела, откуда-то сверху с неба, на наш лагерь лился голубой яркий свет. Он метался по поляне, как будто кого-то искал. Что это? Послышался ужасный треск поваленных деревьев и жуткий звериный вой. Секундное оцепенение прошло, и я ринулась в сторону нашего лагеря. Там происходило что-то ужасное. Я должна была помочь своим друзьям. Не знаю, как, но должна. Глава 6. Пара Жуть’ен Мы с братом прибыли на планету Земля, получив информацию о беглых преступниках. Захолустная планетка на задворках Млечного пути. Действовать должны были скрытно, по причине того, что людишки думали, будто они одни на этой планете, да и в других мирах происходило так же. Глупое заблуждение. Но что взять с аборигенов? Хотя в развитии технологий они всё же продвинулись за последний век. В этом им помог потерпевший крушение корабль интов. Они влились в общество людей, постепенно меняя их экономику и развивая добычу ресурсов на планете. Ценные ресурсы постепенно вывозились с этой планеты. Инты меняли историю, как им заблагорассудится. Человеческий век короток, и с изменением истории не возникало никаких проблем. Рьяные археологи находили следы пребывания на Земле в древние времена инопланетных рас. Но это было всё недоказуемо, на грани фантастики. Так что мы с братом – фантастические монстры, которые обитали на своём корабле, мотаясь по мирам в поисках нарушителей всеобщего закона. Получив имперский заказ, прибыли на планету пару месяцев назад по земному времени. На Земле поселилась парочка торунтов, змееподобных тварей, которые меняли свой облик, высасывая из жертв костный мозг. Мы должны были пресечь их размножение на Земле. Планета – не кормушка для змеёнышей, тут и своих монстров хватало с головой, чтобы ещё и паразитам позволять кормиться людьми. Самка торунта хорошо устроилась; приняв облик старшей медсестры, она безнаказанно питалась пациентами. Последним крупно везло, если они уходили из больницы на своих ногах. Непонятно, что тянуло людей именно в эту больницу, она была переполнена пациентами до отказа. Видимо, самец разработал какой-то план, который я и должен был разгадать. У брата было своё задание, он у нас любитель грубой силы, вот и выслеживал неизвестного нам пока хищника, нападавшего на туристов, отдыхающих в лесу. В общем, работы было – непочатый край. Дверь в палату, в которой скрывался, тихо отворилась и в неё проскользнула стройная девушка. В ноздри ударил запах, на который тут же среагировал зверь, сидящий внутри меня. Он готов был визжать и скулить от радости. Глаза мои полыхнули алым, что очень сильно напугало человеческую самку. Она набрала в лёгкие побольше воздуха для оглушительного визга. Но я был быстрее. Мне незачем было привлекать внимания самки торунта. Еле сдерживал рвущегося внутри зверя. Он как щенок, повизгивал от радости и счастья. Я готов был облизать её с головы до ног. Да что такое с моей сущностью? Раньше такого не было. Девушка трепетала подо мной (а я наслаждался её телом), но с каждым разом всё слабее были её попытки вырваться. И тут до меня дошло, что она попросту теряет сознание. Какой я идиот (как говорят на этой планете), я перекрыл ей доступ кислорода. После того как с ней заговорил, понял что голос её возбуждает. Приятно-то как, до этого момента я ещё никого из самок не возбуждал голосом. Удивительно, но я захотел овладеть девчонкой тут и сейчас, поставить на ней метку хозяина. Совсем уже дошёл до ручки на этой планете. Так недолго и до каменного века скатиться. Как же она вкусно пахнет, м-м-м, готов её съесть (в переносном смысле, конечно же). Молоденькая платиновая блондинка с прелестной фигуркой и аппетитной грудной клеткой. Потом пришла в голову трезвая мысль: «Меня же отправят на рудники за совращение малолетних. На Земле она, может, и вошла в совершеннолетний возраст, но никак не по меркам империи. Хотя, о чём это я? Она останется тут, а я выполню задание и улечу с этой планеты. Кто она? Лишь видение, мимолётно вскружившее голову, зацепившее сознание, не более того». Так я себя успокаивал. Не хотелось уходить от неё, но необходимость заставила. Приближалась старшая медсестра, а у той нюх похлеще сыскной собаки. И так оставил свой запах на девчонке, чем подверг её опасности. Не смог удержаться уткнулся носом ей в шею. Малышка божественно пахла. Но стук каблуков по полу меня поторопил. Открыв створки окна, спрыгнул вниз, приземлился уже приняв облик чёрного пса. Ответил на мысленный зов Мрака, на Земле он сменил имя и стал Марком. – Ен, что с тобой случилось? Мой зверь почувствовал боль твоего. Ты в порядке, брат? – Да, всё нормально. Просто, кажется, я встретил на этой богом забытой планете свою истинную пару. – Что? Этого не может быть! Нет, только не тут, – возопил Марк. – Сам не верю в это. Я не знаю, как смогу улететь без неё. Я оставил её там, в больнице, рядом с самкой торунта. И теперь мой зверь рвётся обратно, чтобы защитить её и спасти. – Разберись с самцом, Ен, самка пока не опасна. Наверняка, уже перекусила кем-то. Голос Марка стих, на этой планете было очень тяжело поддерживать телепатическую связь. Земле чуждо такое общение. Она недовольно ворчала и глушила телепатические волны. Да, если вы, земляне, не знали, официально вам сообщаю, ваша планета живая, дышащая, а вы на ней – паразиты, от которых она время от времени пытается избавиться. Хотя… Чем мы лучше вас? Зная, что причиняем ей вред, сами нарушаем баланс, добывая полезные ископаемые. Ладно, всё это полемика. Пора приниматься за дело, и так много времени потратили на простенькое задание. И всё же, нужно было её укусить. С другой стороны, правильно что не оставил на ней такой след, нечего девочку подвергать опасности. Что же мне теперь с тобой делать, голубоглазая, белокурая незнакомка? Глава 7. Битва Титанов Лада Я бежала, наступая на ветки и не заботясь о том, что меня кто-то услышит. Жуткий рёв и скулёж оглашали лес. Так что, если меня кто и хотел бы услышать, то за этой какофонией всё равно не смог бы. От страха замирало сердце, а поджилки тряслись. Я легла на живот и последние метры до края поляны проползла по-пластунски по пожухшей прошлогодней листве. Сразу вспомнились ночные кошмары, в нос ударил запах прелой листвы. Трясясь от страха, выглянула из-за дерева на поляну, где располагался наш лагерь. В круге голубого сияния бились два монстра. Таких огромных я ещё не видела. Они явно были не с нашей планеты. В природе, нашей, по крайней мере, таких нет. Но тогда – откуда они к нам прибыли? У одного пасть как у доисторической акулы с несколькими рядами кипенно-белых зубов. Длинное тело на коротких массивных лапах. Огромные, острые как бритва когти, каждый размером со ствол средней ели, на голове два рога. И длинный шипастый хвост. Такой я видела у динозавров, на картинках в энциклопедии. Сам монстр был бирюзового цвета. Эта зверюга плевалась в своего врага ядовито-зелёной слизью. Огромный волк-переросток ловко уворачивался от вспененных плевков. Он то отступал на безопасное расстояние, то делал обманные прыжки в сторону врага, то опять отступал. Тем самым приводя в бешенство рогатую акулу. Самое удивительное было в том, что за льющийся свет они не заходили, видимо, тот служил энергетическим барьером. Чёрный волк в прыжке оттолкнулся лапами от полупрозрачной голубой стены и атаковал неприятеля. Я не знала, за кого болеть. Оба были смертельно опасны. Но волк почему-то мне нравился больше, возможно потому, что был привычнее глазу. По другому не объяснить. Наш лагерь был полностью разрушен, от него не осталось и следа. Я лихорадочно осматривала поляну, искала тела своих друзей. Увидела на противоположной стороне Севу и Каролину, прячущихся за поваленной елью. У обоих были неестественно огромные испуганные глаза. Слезы беспрерывно лились из её глаз, превращаясь в грязные дорожки. Каролина то и дело размазывала тёкшую по щекам тушь. Макияж для Хэллоуина. Я подняла руку, привлекая к себе внимание, но ребята ничего не замечали вокруг себя, они смотрели на развернувшуюся битву в нашем лагере, которая набирала обороты. Волку удалось схватить зубастика за хвост, и тот с громким звуком схлопнулся, превратившись в маленького пушистого бирюзового щенка, размером с годовалого ребёнка. Волчара отступил на безопасное расстояние и, наклонив голову, с удивлением посмотрел на преображение акулы. Щеночек радостно завилял хвостиком, и наконец подпрыгнув, открыл пасть. Секунда – и на волка набросился огромный зубастый рот. Я даже за сердце схватилась от потрясения, смерть волка была предрешена. И с облегчением выдохнула, когда он смог спастись. Между волком и пастью появилась стена, отгораживая чёрного от неминуемой смерти. Врезавшись со всей дури об энергетический щит, пасть захлопнулась, и опять появился милый скулящий щенок. Видимо, наверху кому-то эта игра изрядно надоела. Щенка окутало голубое сияние. Секунда – и всё исчезло. Как будто ничего и не было. Гробовая тишина опустилась на лес. Не веря своим глазам, через пару ударов сердца поднялась на ноги. Это было моей роковой ошибкой. Нужно было и дальше лежать в укрытии. С ног меня сбила неизвестно откуда взявшаяся старшая медсестра Екатерина Сергеевна. Причём, женщина была в белом халате и в шапочке. Я упала на спину, она же оседлала меня сверху. Я после монстров не пришла ещё в себя, а тут на мою голову вдобавок и грымза свалилась. Не успела даже пикнуть, как она занесла руку для удара. Мне показалось, что у неё в руке была игла, но и тут я ошиблась. С открытой ладони появился шип, который за секунду удлинился и упёрся в мою грудную клетку. Неумолимая смерть приближалась ко мне и последнее, что я должна была запомнить – ненавистная мне старшая медсестра, у которой проходила злополучную практику в больнице. Чёрная тень снесла с меня Екатерину Сергеевну, которая на моих глазах превратилась в змееподобное чудовище с десятком голов, из пасти которых торчали удлиняющиеся шипы. Я застыла в ужасе, не могла пошевелиться. Уверенная в том, что нахожусь в кошмарном сне, и мне нужно срочно проснуться. – Беги, – рыкнул огромный волк, пристально глядя на меня. И когда одна из голов метнулась ко мне я, завизжав, подскочила. В лес, подальше от всего этого, подальше от смерти, дышащей мне в затылок. Хватит с меня приключений, хватит. Я хочу домой, к маме. Хотелось забиться в норку и плакать. Но жажда жизни оказалась сильнее страха, я с упорством переставляла ноги. По кистям стекала кровь, где-то поранилась об ветку. В ушах слышался стук сердца, а сзади шла битва монстров. Это всё нереально, я либо сошла с ума, либо … этого просто не может быть? В очередной раз поднявшись, опёрлась о ствол дерева, оставляя кровавый след на коре. Сквозь грохот в ушах услышала шорох. Нужно было бежать в противоположную сторону. Развернулась и упёрлась в широкую мужскую грудь. Мужчина всадил мне в тело что-то острое. Я застонала, ноги подкосились. Последнее, что увидела – жуткие когти и падающие на землю змеиные головы. *** По лесу пронеслась заунывная волчья песнь. Голубое сияние окутало хрупкую окровавленную фигурку, бездыханно лежащую на земле. Эли, разум корабля, вызвала бригаду зачистки. Отряд быстрого реагирования зачищал память людей, которые ранее контактировали с Зориной Ладой Евгеньевной. О ней была стёрта вся когда либо опубликованная информация в соц сетях. О ней забыли все близкие и знакомые. Она попросту никогда не появлялась на свет на третьей планете от Солнца. Глава 8. Лада Марк Я почувствовал боль Ена и связался с ним телепатически. Планета не любила такие волны и в ответ посылала свои. После телепатической связи пару минут чувствовал сильнейшую головную боль. Но я готов был это стерпеть. Главное – узнать, что брат в порядке. Хуже всего неведенье. Его зверь был тяжело ранен, он испытывал сильную боль. Но кто мог ранить Ена? Он был гораздо крупнее и сильнее торунтов, они обычно селились парами. Змеёныши не отличались особенными навыками боя. Даже если бы он дрался с обоими сразу, он легко мог их одолеть. Тут было что-то другое. Ответ брата меня ошарашил. Пара? Они огромная редкость в нашем мире. А чтобы тут, на Земле, – это вообще невозможная роскошь. Я в это отказывался верить. Связался с Эли и попросил присматривать за ним. Он мог натворить сгоряча что-нибудь недопустимое. – Эли? – обратился я к встроенному чипу, разум корабля тут же ответил. – Да, дорогой, – Эли тепло ко мне относилась, и когда обращалась ко мне напрямую, то называла дорогим. Я спас её сущность, и с тех пор ко мне она испытывала нежные чувства. Такое, конечно, запрещено по отношению к электронному мозгу, но это было нашей маленькой тайной. – Присмотри за Еном и его парой. Мне же нужно разобраться с возникшей проблемой. Я никак не могу идентифицировать ту тварь. Она постоянно меняет облик и оставляет совершенно разные следы. – Мрак, дорогой, пришли мне те образцы, которые смог достать, а я попробую пробить по всем базам, которые у нас есть. Не думаю, что такое создание нигде не засветилось. – Спасибо, куколка, до связи. Людям далеко до таких технологий. Эта планета населена аборигенами, которые искренне удивляются, что у них все ещё водятся оборотни и йети. Ведь и те и другие – сказочные герои. Иногда так и хочется превратиться на глазах у многотысячной толпы, чтобы они поняли, что есть и другая сторона этого огромного мира. Но и тогда они всё спишут на галлюциногенный газ, находящийся в воздухе, несвежий гамбургер, на отравление угарным газом, а видео признают фотомонтажом. Ведь в этом мире есть только разумные люди – и больше никого. Так спокойнее. Спал как обычно, под кустом, когда услышал шорох, и тут же подскочил. Это оказалась та любопытная девушка, мысли которой я чётко слышал. Такое было впервые. Мысленно я мог общаться только с братом. Не знал, что люди так громко думают. Она гадала, кто я – зайчик или щеночек. Как мило! Я серый волк, деточка, и сейчас тебя съем. Уж больно вкусно ты пахнешь. Девчонка испугалась и попятилась. Глаза-то у неё какие красивые, большие, глубокого голубого цвета. В такие можно нырнуть как в озеро и больше не вынырнуть. Я с любопытством рассматривал чудесную девочку. Её запах раззадорил мой аппетит (не в смысле еды, конечно). В голову полезли неприличные мысли насчёт того, как давно я был с самками. И что бы я с удовольствием сейчас с этой блондинкой сделал. Но у девушки было совершенно другое мнение насчёт меня и моих действий. Да, ладно, – лажа какая, запах ей мой не понравился, нос морщит, – не может того быть, я неделю назад мылся в ручье. Не может от меня так вонять. Принюхался – самый обычный естественный запах оборотня. – Полегче, красавица. Думаешь, легко в лесу месяц добычу выслеживать, да жрать, что придется? Ты знала, сколько мерзости у вас тут водится? Девушка не знала и не хотела этого знать, она начала представлять какие мерзкие насекомые на мне живут. А я между прочим ей о другом говорил. Обидно, как-то. – Не нравишься ты мне, – заявил оскорблённый я. – Не женюсь на тебе. К нам приближались её друзья. Звали её по имени. Лада! А ей подходило это имя. Действительно, ладная такая, есть за что подержаться. Не могу больше! Как же от неё головокружительно пахнет! Мы тут уже пару месяцев, а меня так и не привлекла ни одна самка. Для оборотня важен запах самки, для того чтобы с головой окунуться в водоворот удовольствия. Я уходил, с сожалением оставляя за спиной испуганную красавицу по имени Лада. Не стал связываться с Еном и тревожить его. У него и так голова забита тревогой и переживанием. Мне же нужно было заняться оборотнем, который постоянно от меня уходил. У зверюги повышался градус агрессии. Я чувствовал это (подсознанием). Ночью он умудрился перед моим носом задрать бедных туристов. Кровавое зрелище впечатлило даже бывалого меня. Столько агрессии, столько неконтролируемой злобы выплеснулось у оборотня! Что это был оборотень, сомнений не было, но слишком уж какой-то странный… Ен сам со мной связался. Он уничтожил самца змееголова в логове. Теперь вёл охоту за самкой. Эта тварь, почувствовав смерть вожака, решила удариться в бега. Ушла в лес, и там брат её потерял. Все дороги вели в этот чёртов лес. У торунтов, видимо, там был спрятан корабль. Не дай бог – с отложенными яйцами, которые готовы к активации. Эли предложила связаться с интами, чтобы их группа зачистки была начеку. Два неконтролируемых монстра в одном лесу – это уж слишком. Ен, ведя поиски, опять натолкнулся на свою пару. На близком расстоянии мы могли беспрепятственно с ним общаться. Тем более, когда были в полубоевых формах. Ен сшиб с ног парня, который смеялся над блондинкой. Той самой, которую я встретил в лесу. Неужели она и есть пара для Ена? Жуть’ен еле сдерживал ярость, у него было огромное желание разорвать глотку наглецу. Не знал, что брат такой ревнивец. Мы раньше запросто могли с ним делить одну девушку на двоих, доводя до беспамятства. В голову полезли жаркие сцены с блондинкой. Да что, свет на ней клином сошёлся, что ли? Обойдя периметр и убедившись, что оборотня поблизости нет, лёг на землю, и включив невидимость, поближе подполз к девушке. К милой Ладе. Брат в это время ушёл в лес. Удивительно, но он сумел к ней подключиться, когда она заснула, и теперь она видела всё, что видел и он. А посмотреть было на что. Не сдержавшись, вмешался: – Любишь подсматривать, принцесса? Ай, ай, какая плохая девочка! – Нет! – крикнула принцесса и проснулась, разрывая связь. Я же метнулся в кусты. Почувствовал, что за мной наблюдают. Опять оборотень активизировался. Похоже, что пришло время кормёжки. Мне удалось выманить зверюгу на открытое пространство. Это была большая поляна. По оценкам Эли это было самое оптимальное место для захвата. Она оказалась как всегда права. Эли удалось окружить поляну энергетическим щитом. Теперь я был абсолютно спокоен. Ловушка захлопнулась. Но не смог удержаться, чтобы не принять участие в битве. Уж слишком долго я выслеживал эту мерзкую тварь, чтобы так просто она от меня ушла. А оборотень умеет удивлять. Интересно, что за настоящее обличие у этой мерзавки? Почувствовал запах самки. Ещё молодой и необученной. – Как же ты сюда попала, милая? – обратился я к ней мысленно, когда она приняла форму годовалого бирюзового щенка. Однако «милая» не желала идти на сближение и общаться со мной. Вместо этого попыталась меня сожрать. Нехорошую девочку в сознание привела Эли, во время выставив щит. Ей надоели опасные игры и она отправила щенка в сверхкрепкую камеру с многоуровневой защитой. Очень не хотелось бы лететь с такой необученной мерзавкой вместе на корабле, но и оставлять её на Земле было нельзя. Я встрепенулся. Нужно было помочь брату уничтожить самку торунта. – Иди, – мысленно крикнул брату. Мы одновременно почувствовали, что девочка в опасности. Ещё один самец змееголов? А самка не дура, решила подстраховаться. Ен не успел. Сердце Лады пробил шип змееголова. Она упала на землю тогда же, когда с последним змееголовом было покончено. По лесу разнесся волчий вой. Мой. Я оплакивал нашу пару. Теперь мне это было ясно, как лунная ночь. Глава 9. Сердце Марка Жуть’ен Мой зверь взвыл, когда увидел, что сердце Лады остановилось. Шип змееносца пробил грудную клетку. Моя жизнь более не имела смысла. Оставалось только перед смертью захватить с собой побольше врагов. Оглянулся, но врагов уже не было, змееносец мёртв. Создатель, как же больно! Если бы не брат, который меня вовремя остановил, не знаю что бы и было. Марк схватил меня за шею, упёршись лбом о мой лоб. Он говорил и говорил, прошла пара ударов сердца прежде, чем до меня начали доходить его слова. – Она будет жить, брат, будет жить. Эли ввела её в искусственную кому. Но нам нужно на корабль, инты побеспокоятся о зачистке, – Марк всё это говорил быстро, времени, действительно, было немного. Малышка медленно умирала. – Эли, – обратился Марк к разуму корабля, – срочно на корабль, тут мы закончили. Как только Эли доставила нас на место, сразу же засыпал её вопросами. – Командор! – голос Эли был напряжённым. – Девушке нужна пересадка сердца. Шип змееносца был отравлен. Ткани умирают, я приостановила процесс, но вечно сдерживать его не смогу. Я замер, но взяв себя в руки спросил: – Что нужно, Эли? – Сердце, командор, ваше как раз подойдёт. Вы универсальный донор, с высокой регенерацией. – Я согласен, – не задумываясь, дал ответ. Это был действительно выход. Правда, девочка уже не будет прежней, как впрочем, и я. У меня останется лишь только сердце зверя, пока не восстановится человеческое. А это значит, что я буду долгое время в отключке. Но, думаю, это я уж как-нибудь переживу. Её жизнь важнее маленьких неудобств. – Маленьких? – возмутился брат. Он – то знал, чем чреват мой поступок. – Ты важен для корабля, Ен. Ты не можешь это сделать. Я тебя заменю, отдам ей своё сердце. Мне не привыкать иметь дело с болью, тебе же нужен ясный разум, на тебе завязан корабль. Ты отвечаешь за нас, ты отвечаешь за груз. – Но, Мрак, – попыталась вмешаться в разговор Эли. – Я справлюсь, Эли. Я был зверем чаще, чем Ен. – Хорошо, – согласился разум корабля. – Тогда в операционную. Эли переместила нас в операционную, где на столе лежало мертвенно бледное тело Лады, накрытое белым полотном. Подойдя ближе, взял её за холодную ладонь и поднёс к губам, нежно целуя хрупкие пальчики. Поэтому Марка слушал вполуха. – Да, Эли, у меня есть условие. Девчонка должна быть совершеннолетней по меркам империи. Ну и ещё, Эли, она не должна так уж сильно быть похожей на землянку. Мне нравятся её глаза, голубые как чистые озёра. Пусть её волосы будут такими же голубыми. – Марк? – до меня дошёл смысл сказанных слов. – Брат, – позвал я брата, – что ты от меня скрыл? За своей болью я ничего вокруг не замечал. Я прислушался к эмоциям брата. А ведь Марку было так же хреново, как и мне. И брат решил отдать своё сердце Ладе, чтобы она жила. Самому же ему придётся месяца два находиться в теле зверя, пока регенерация восстановит человеческое сердце. Процесс болезненный и мучительный. – Ничего, Ен, кроме того, что она мне тоже пара, – наконец отозвался он. Вот что скрывал от меня единокровный, вот чего я не заметил под грузом своих проблем. Но как же так? Лада пара мне и моему брату? Эли выпроводила озадаченного меня из медблока. – Я сообщу вам, командор, о результатах пересадки, – пообещала она. Вот и всё. Теперь оставалось ждать. Два дорогих сердцу человека сейчас находились в умелых «руках» искусственного разума корабля. Мы всё ещё находились на орбите планеты Земля. Под маскировочным защитным щитом. Я не рискнул уводить корабль в гиперпространство. Нужно было проверить оборотня, который Марку доставил столько хлопот. Отправить отчёт имперской службе. Связаться с интами и урегулировать вопрос оплаты. Всё же хвосты они нам подчищали. Мы не имели права забирать человека с Земли. Её нужно было зарегистрировать как нашу пару, но это если… «Никаких «если»! Она выживет!» – одернул я себя мысленно. На экран поступил вызов от имперского адмирала Фотье де Сандура. Склизкий тип, из-за которого мне пришлось уйти в вольные старатели. Ну, как в вольные? Работу я получал от имперской службы, хоть и не состоял у них в подчинении. Охотников за головами везде не любили. Следующим мог стать любой, кто преступит всеобщий закон. И тогда мы обязательно придём за нарушителем, рано или поздно. Никаких гарантий, что это не будет кто-нибудь из них. – Командор Жуть’ен! – без приветственной речи начал говорить Сандур, что было проявлением неучтивости и отступлением от этикета. – Вы устроили на Земле полномасштабное побоище. Задействовали неподвластные вам силы. За одно стирание памяти аборигенам вас лишат лицензии, – вопил он. Я сидел в командорском кресле и скучающе смотрел на экран, где разорялся Фотье, брызжа слюной и размахивая руками. В этот момент мне было глубоко плевать, что эта пиявка хочет. Хотеть и мочь – разные всё же вещи, у него такой власти не было. – Вы меня вообще слушаете, Жуть’ен? – видимо, всё же, рассмотрел мою скучающую мину. – Да, слушаю. Это всё? Я, знаете ли, занят. – Ваш корабль обязан покинуть орбиту планеты в течение суток. И вы должны передать оборотня имперскому исследовательскому судну. Координаты вам отправлены, – Фотье недовольно скривился. – Как скажете, – меня мало заботил сейчас оборотень. Как, в прочем, и Фотье. Поэтому, не прощаясь, прервал вызов. У нас с ним неучтивость обоюдная. – Эли, как проходит операция? Нам нужно будет покинуть орбиту Земли в течение суток. Стабилизируешь пациентов? – Да, командор. – Хорошо. Я тогда наведаюсь в отсек для буйных преступников. Что-то не нравится мне личный интерес Фотье к молодому оборотню. Глава 10. Кая Жуть’ен На корабле был специальный отсек, который в случае непредвиденных ситуаций мало того, что полностью блокировался, так ещё мог и отсоединиться от корабля. Очень удобно, когда на своём борту перевозишь опасных преступников или бактериологическое оружие, которое угрожает мирам. Нам с братом приходилось браться за разные виды работ. Корабль нужно было содержать, платить вольнонаёмным, оказывающим нам разного рода услуги. Закупку топлива и продовольствия, техническое обеспечение тоже никто не отменял. Новейшие разработки оружия непременно должны были пополнять наш арсенал. На всё это, и ещё какие-нибудь непредвиденные и незапланированные мероприятия и приобретения нужны были кредитки. Несмотря на такие трудности, нам с братом нравилась такая вольная жизнь. О собственных семьях мы с ним никогда не думали. Девочек на ночь, чтобы сбросить напряжение или провести время в приятной компании и расслабиться, нам вполне хватало. А что изменится сейчас, когда на борту появилась наша пара? Как перевернётся наша жизнь? Как изменимся мы сами? Мне сейчас ужасно хотелось быть рядом с ней, а вместо этого иду в отсек к неизвестному науке монстру. Пройдя необходимые проверки вошёл в коридор, где находилась камера оборотня. Вернее, это была молодая самка, которая постоянно меняла облик. Такого я ещё не видел. Останься она на Земле и наберись сил, со временем очень сильно проредила бы население планеты. Прямо вижу перед собой лозунг: «Боитесь перенаселения планеты? Оборотень вам в помощь!» Я застал миленькую картину: рыжеволосая девочка-подросток сидела на полу в позе лотоса и ловила в верхних мирах дзен. – До верхних миров я еще не добралась, опыта слишком маловато, – ответила девушка хрустальным звенящим голосом. А по ней и не скажешь, что она чуть не разорвала Марка на части. А ведь съела бы и не подавилась. Женщины страшны, когда голодны. – Я всеядная, – успокоила меня девчушка и широко улыбнулась, показывая острые белоснежные зубки. А так посмотришь на её облик и скажешь, что она рыжеволосый кудрявый ангелочек. Крылышек только не хватает. – Мысли читаешь? – задал я уже очевидный вопрос. – Слишком громко думаете, командор, – хмыкнула она. – Может, расскажешь мне, кто ты? И откуда? Как тебя зовут? Ведь твоя родная планета не Земля? – я сел на пол и принял такую же позу лотоса, как и она. – Я оборотень. Зовут меня Кая и я собственность исследовательской лаборатории Уроборос. Слышали о такой? – Змей, кусающий свой хвост. – Да, я родилась в одной из их лабораторий. Девочка подняла своё запястье, и я увидел чёткий символ бесконечности. Чёрная восьмёрка в круге. – Ничем не смывается и не выводится. Пробовала резать руку, но он опять проявляется. Видимо, вложен этот знак собственности в ДНК. Своих генетических родителей я не знаю, и процесс превращения пока контролирую плохо. – Обязательно было есть людей на Земле? Ты была в лесу, а там много зверей, – рыжеволосая девчонка проурчала. – Мне нужно питаться, чтобы вырасти и отомстить, а люди – отличный генетический материал для меня. Кстати, у вас нет на борту людей? Я была б не против перекусить. Решил перевести тему разговора в более мирное русло, уводя девочку в другом направлении. – Нет, только оборотни. Красивое имя Кая, кто тебя так назвал? – Нравится? Я сама себя так назвала. В одних культурах имя означает госпожу, в других – скала. И то и другое мне подходит. – Какой у тебя возраст, Кая? – Пара месяцев, кажется. – И столько много знаешь? – удивляло то, что девочка развита не по годам. Э … по месяцам. Никак не ожидал, что ей будет лишь пара месяцев. – Ты мне солгал. У вас есть человек на корабле. Она ранена, кажется, – возмутилась девчонка. – Какой же она человек, когда у неё сердце оборотня? – Верно, – Кая к чему-то прислушалась. – Иди, командор, ты нужен ей. Она сильно напугана. Ей безумно страшно. Операция окончена. – Эли? – обратился я к разуму корабля. – Да, командор, я только что закончила, Кая меня опередила, и первой сообщила вам эту новость. – Доброй ночи, Кая, – попрощался я с девочкой, резво вставая. – Подожди, Жуть’ен, – голос её стал более взрослым. Я остановился и посмотрел на подростка. – Я знаю, ты должен отдать меня имперским войскам, – я ждал, что она попросит не отдавать её, но ошибся: – Спасибо! Пусть тебя это не тревожит, это правильное решение. После этих слов я начал сомневаться в правильности моего решения. Ну, и у меня не было выбора, хотел я этого или нет, но с Каей придётся расстаться. – Эли, в медблок, – и уже мысленно по закрытому каналу связи обратился к разуму корабля: – Усиль охрану и покорми девочку. Судя по всему, она позарез нужна империи, да и «Ураборос» думаю, тоже будет рад её заполучить обратно. Про эту организацию было очень мало известно. Обычно их подопытные никогда не покидали лаборатории без их ведома. Жаль, что у меня мало времени, хотелось больше узнать о Кае. Но в любом случае, похоже, мы вляпались по самые уши. Я вошёл в медблок. В одной камере интенсивной терапии лежала Лада, в другой огромной камере находился Марк. И оба были без сознания. Показатели у обоих в пределах нормы. – Спасибо, Эли, – поблагодарил разум корабля. Это было, конечно, не обязательно, но я знал, что ей будет приятно. Я уже давно начал замечать, что после спасения её от стирания, она изменилась. Стала более человечной, что ли? – Всегда пожалуйста, Ен. – Что за музыка? – спросил у Эли. Снова проверяя медицинские показания. – Земная. Включила, чтобы Ладе было спокойнее. – Когда она очнётся? – подошёл к камере брата, Эли вколола ему огромную дозу обезболивающего, но я знал, насколько это ужасная боль. Сам провалялся как-то на регенерации, тогда мне оторвали лапу. Я был лишён всего лишь лапы, а не сердца. И это было безумно больно. Сердце сжалось от сострадания. – По моим расчётам – через пару дней. Раньше не стоит выводить её из состояния комы. – Сколько у нас времени осталось до того, как покинем орбиту Земли? – Четыре часа пятьдесят пять минут и семь секунд командор, – я кивнул. Подвинул кресло и сел рядом с медкамерой, в которой лежала девушка. Почти пять часов я буду ей петь старые песни своего племени. Нам пела их мама, когда мы с братом тяжело болели. Глава 11. Пробуждение Лада Мне снился добрый сон. Что-то приятное и успокаивающее. Кто-то пел мне странные песни, от которых мне становилось легче. Что-то до боли знакомое и родное. Но вспомнить, откуда знаю мелодию и мотив, так и не смогла. Эти песни не дали мне провалиться в пропасть и красивый мужской голос отогнал от меня тьму. Боже, неужели это был только сон? Я потянулась всем телом. Очень удобная кровать. Открыла глаза и тут же села. Я в больнице? Ничего не понимаю. Мы же с ребятами собирались в лес, как я тут очутилась? Похоже, заснула в ВИП палате. «Ой, мамочки, грымза меня прибьёт, если узнает, что заснула на дежурстве», – запаниковала я. Комната была скудно обставлена. Стены светло-бежевого оттенка. Такой же светлый пол. Единственное окно закрыто жалюзи. Узкий платяной шкаф. По-быстрому заправила кровать. Осмотрела себя. На мне был бледно голубой пижамный костюм. Странно. Откуда он, и куда, интересно, делся мой медицинский халат? Подошла к шкафу, открыла дверь и увидела ещё пару висевших в нём таких же пижамных костюмов. Только цвета были другие. Бледно-розовый, и бежевый. Я чуть не подпрыгнула от страха, когда дверь отворилась и в неё вошла красивая стройная брюнетка в белом медицинском костюме. В руках у неё был планшет. – О, Вы уже проснулись? Что-то ищете? – поинтересовалась она. – Одежду свою ищу. Я Вас раньше в больнице не видела. Вы новый доктор? – Верно, не видели. Может, присядете? Нужно поговорить, – сказала она, заинтриговав меня. После её слов стало как-то тревожно. – Да, конечно, доктор? – я ждала, когда она подтвердит моё предположение. Она подождала, пока я присяду на край кровати, потом ответила: – Меня зовут Эли, и я искусственный разум корабля «Арагон», которым командует командор Жуть’ен. – Это что, шутка такая? Вы пациентка, а я прохожу практику в психиатрической больнице? – возмутилась я. – Не совсем так, – Эли улыбнулась. – Видимо, всё, что я вам скажу, вы воспримете либо как шутку, либо как полное помешательство. Я загрузила все значимые работы по темам человеческой психологии в свою память и сделала вывод, что ни одна из мною изученных работ не даст никакой гарантии того, как человек себя поведёт в той или иной ситуации. Но, в любом случае, Вам придётся смириться с неизбежностью. Начнем, пожалуй, с Вашей внешности. – А что с моей внешностью не так? – после её слов мне просто стало жизненно необходимо посмотреть сию же минуту в зеркало. – Сами посмотрите, – Эли встала со стула и подошла к зашторенному окну. Шторка отъехала в сторону, и на месте окна появилось зеркало. Через мгновение вся стена превратилась в зеркало. Я ахнула, увидев свои голубые волосы и сильно повзрослевшее лицо. Ладно, волосы мне перекрасили, пока я спала, но лицо? Что с моим лицом? – Что с моим лицом? – уже вслух произнесла я. – Я же выгляжу лет на тридцать! – На двадцать семь, если быть уж точной, – пояснила мне Эли. – Да какая разница, двадцать семь или тридцать? Я же стала старухой! Ничего не понимаю! Я попала в аварию и пролежала десять лет в коме? Других пояснений таким радикальным изменениям я попросту не находила. – Вы чувствуете себя на двадцать семь лет? – в голосе странного доктора чувствовалось любопытство. – Нет, я себя чувствую как обычно. Вроде бы. Нет, не знаю. Со мной что-то не так! – дотронулась до груди. До меня начало доходить, что не так. Света в помещении не было, но я видела всё как днём. И ещё, сердце как будто стучало быстрее. – Я вам не верю. У нас нет таких технологий, даже если я и проспала десять лет, то вы лжёте. Обычные люди не путешествуют на космических кораблях, – за эту идею и ухватилась. Тут явно пахло подставой из реалити шоу. – А кто сказал, что командор – человек? – мило улыбнулась … улыбнулось … Не знаю, как назвать это нечто передо мной. Дверь открылась и в неё без стука вошёл прекрасный мужчина. Даже слово «красивый» меркло перед ним. Необыкновенного цвета глаза, большие ресницы, прямой нос, чуть пухлые губы, которые так и притягивали к себе. А эта трёхдневная щетина, по которой хочется провести ладонью. Невольно сглотнула. Совсем сбрендила? Ну, красивый мужик, так что теперь, на него слюной капать? Интересно, насколько он силён? Явно, проводит много времени в спортзале, таская железо. И каков он в сексе? Невольно облизнула вмиг пересохшие губы. Жаль, что через свободную холщовую рубашку не видны кубики на животе. Мужчина очаровательно улыбнулся, и я вспомнила его голос, когда он со мной заговорил. – Добрый день, Лада. Я вижу Вы уже встали. Как себя чувствуете? – А Вы с какой целью интересуетесь? – спросила хрипловатым голосов. И тут же отругала себя за неучтивость. – Здравствуйте, – исправилась я. – Вы наша гостья, и я за Вас переживаю. Всё ли у Вас в порядке? – так же вежливо продолжил спрашивать мужчина. – Нет, я не в порядке. Кто Вы, и где я? – насупила брови, что явно огорчило незнакомца. Он, кстати, так и не назвался. – Прошу прощения, что сразу не представился. Но ваша необыкновенная внешность меня сразила наповал. – Угу, а меня-то как она сразила! Не представляете даже. Удивилась сама себе. Раньше за собой столько резкости не замечала. Так и хочется наступить себе на ногу за несдержанность. Но меня можно было понять. У меня шок. К тому же, я стала взрослой женщиной. – Понимаю Вас, Лада. Меня зовут командор Жуть’ен, но Вы можете называть меня Ен. – Может, всё же расскажете, Ен, что происходит? Что со мной случилось? – Давайте я Вам лучше покажу? – предложил он. – Я бы с удовольствием, но я не могу ходить в пижаме по зданию, – показала на свой внешний вид. – Эту проблему Вам поможет разрешить Эли. Я зайду за Вами через тридцать минут. Уверен, Вы проголодались. Приглашаю пообедать со мной? Что верно, то верно, мой желудок при слове «пообедать» радостно заурчал. Ен, развернувшись, вышел за дверь. А я поняла, что непроизвольно рядом с ним задерживала дыхание. Уж слишком он вкусно пах. Я неимоверным усилием воли заставляла себя не кусать ни в чём не повинного парня. Я точно свихнулась: то слюной капаю на незнакомого мужика, теперь вот хочется его укусить. Неужели я всё же серьёзно больна? И у меня началась развиваться прогерия? Боже, да что со мной? Я ведь не помню, как сюда попала. Глава 12. Воспоминания Лада Как только закрылась дверь за Еном, самым потрясным мужчиной на Земле, активизировалась странная Эли. У меня было чувство, что я попала в страну Оз, где главная героиня Элли. Только вопрос, – а кто же я в этой сказке? Женских персонажей там было не так уж и много… – Я изучила современную моду. Сопоставила с той одеждой, в которой была ты, и пришла к неутешительному выводу – одеваешься, Лада, совершенно не по моде, – в голосе Эли слышались нотки возмущения. – Зато у меня наверняка модный цвет волос. Убила бы того, кто со мной такое сотворил, – взяв прядь, посмотрела на неё, недовольно поморщилась. Я не относила себя к радикально настроенным девицам, которые любили проводить разного рода цветовые эксперименты со своими волосами. – Надеюсь, у тебя это желание не буквальное? Потому, как тот, кого ты хочешь убить, находится в состоянии, как бы тебе мягче сказать, между жизнью и смертью. – О чём это ты? – Марк отдал тебе своё человеческое сердце, чтобы сохранить твою жизнь. – Шутишь? – недоверчиво спросила я. Но глянув на невозмутимое лицо Эли отчего-то, поверила, что она не шутит. – Тогда каким образом этот парень ещё жив? Люди не могут жить без сердца! – Человек не может, – туманно ответила Эли. Пока я говорила, она подошла к стене и открыла невидимую панель. С чуть слышным шелестом дверь плавно отъехала в сторону. Включился свет. Девушка вошла в большую гардеробную. Я прошла за ней следом. Чего там только не было! Как и у любой молоденькой девушки, попавшей в шмоточный рай, от восторга загорелись глаза. – Что предпочитаешь, платья или брючные костюмы? – спросила она и повела рукой, показывая вокруг. – Костюм, – всегда чувствовала себя комфортно в джинсах и майке. – А лучше майку, джинсы и кросы. – Ты неисправима, – голосом мамы ответила Эли, и я непроизвольно вздрогнула. – Ты умеешь пародировать голоса? – что-то ситуация становилось всё более странной. – Я умею говорить на многих языках, и совершено разными голосами. Однако, предпочитаю пользоваться настройками, которые сделал Мрак. Как он в последнее время себя называет – Марк. – Эли, скажи мне правду, ты прикалываешься надо мной? Это всё шутка, и мы находимся в реалити-шоу со скрытыми камерами? – Скрытых камер тут действительно полно, но я не захожу в зону личной гигиены. Людям и оборотням не нравится, когда за ними наблюдают. – Я уже не в первый раз слышу про оборотней. Ты почитатель детских сказок, страшилок? Эли, ты можешь мне подробнее рассказать, где я нахожусь на самом деле? Кто ты? Кто такой в действительности Ен? И кто такой Мрак, который Марк? Хотелось бы увидеть этого Марка. – Ты действительно хочешь увидеть, кто такой Марк на самом деле? – переспросила девушка. – Да, хочу, – я зашнуровала кросы. Посмотрев на себя в зеркало, поняла, что себе нравлюсь. Пусть я и старше выгляжу, зато решительный блеск в глазах, бесшабашность и отвага так и плещутся в этих невероятно притягательных глазах. Эли мягко притронулась к моей руке. Я моргнула, это было всего лишь мгновение, но, ой, мамочки, я очутилась в совершенно другом месте. Как такое возможно? Помещение было огромным, светлым, чистым. Ни единой пылинки или соринки. И ещё я поняла, что этот зал является и операционной, и реанимационной одновременно. Помещение было поделено на зоны. Странная аппаратура, похожая на КТ аппараты. Капсулы для людей, которые на данный момент были пусты. Живых существ, кроме нас с Эли я не наблюдала. С недоумением посмотрела на застывшую девушку. Язык не поворачивался её назвать искусственным разумом.