Египетский талисман бесплатное чтение

Stefan Gemmel

Im Zeichen der Zauberkugel 3: Der ägyptische Zankzauber

First published in Germany under the h2

Im Zeichen der Zauberkugel 3: Der ägyptische Zankzauber

Ой-ой…

Дрожащими руками Алекс открыл дверь. Какая катастрофа поджидает его на этот раз? В последнее время, возвращаясь домой, мальчик каждый раз ощущал тревогу. Да и как можно было оставаться спокойным? Он каждый день сталкивается с хаосом в таких количествах, что хватило бы на семнадцать жизней.

Причина хаоса таилась от внешнего мира в доме Алекса. Это был Сахли, арабский мальчик из волшебного шара. После того как Алекс нашёл и освободил его, жизнь перевернулась с ног на голову. Если бы пару недель назад ему сказали, что он подружится с арабским юношей, которому несколько сотен лет от роду, и что они вместе станут бороться с могущественным джинном, Алекс от души рассмеялся бы. Но именно так всё и вышло. Теперь Сахли был его лучшим другом, и они вместе пытались освободить дедушку Алекса, Аврелия, из ловушки злого джинна Аргуса.

Но Сахли не только помогал Алексу, но и приводил его в отчаяние. Мальчик из шара с большим трудом осваивался в современном мире. Каких-то вещей он вообще не понимал, а какие-то пытался уладить с помощью своего колдовства. И каждый раз Алекс чувствовал, что вот-вот поседеет.

Отпирая входную дверь, Алекс ощутимо нервничал и надеялся лишь на то, что Сахли до сих пор в своём укрытии и что он там спит или сидит тихо и мечтает о родном доме. Сахли уже доставил Алексу множество неприятностей. Алексу довелось пережить затопленную ванную комнату, поющую масляную картину в гостиной и целые горы сливочного масла на кухонном полу. Однако самым большим сюрпризом стала посудомоечная машина, которая громко бранилась и бешено плевалась пеной, потому что постоянно терпела поражение в игре «Не сердись!»[1]. Каждый раз, когда Алекс объяснял своему лучшему другу, что к чему (например, что это ПОСУДОМОЕЧНАЯ МАШИНА, а не ИГРОВОЙ АВТОМАТ), Сахли становилось очень неловко за то, что он натворил из-за волшебства или незнания. И он всякий раз извинялся. Разумеется, Алекс понимал, что для Сахли всё в этом мире новое и чужое и одновременно волнующее и интересное. Но при всём понимании Алекс знал: надолго его нервов при такой жизни точно не хватит.

Алекс открыл дверь и прислушался. Кажется, всё было тихо. Затем он решился заглянуть в дом, надеясь, что всё находится на своих местах! Он осторожно поставил за порог одну ногу, затем другую. Он был так напряжён, что уже собирался шагнуть третьей ногой, как вдруг осознал, что ноги у него всего две.

В доме стояла тишина. Возможно, Сахли ещё спит, подумал Алекс, и в его душе забрезжила надежда. Потому что спящие духи из волшебного шара хаоса не устраивают.

Алекс снял куртку и всё-таки кое-что услышал. Кто-то рыдал. Печально и надрывно. Отчаянно и беспомощно.

– Так это же… – он прислушался. – Это же Сахли! – Он уже собрался бежать к нему, как вдруг чей-то голос его остановил:

– Оставь его в покое!

Алекс обернулся и увидел Кадабру. Чёрная кошка подошла к нему, высоко задрав хвост. За ней семенила мышка Бим. Алекс улыбнулся. Не только потому, что был рад их видеть. Его забавляло, что за последнее время такие явления, как говорящая ясновидящая кошка и наглая маленькая мышка, стали для него совершенно обыденными.

Бим по воле случая стала волшебным ассистентом кошки – без неё Кадабра не могла заглядывать в будущее.

Алекс опустился перед кошкой на корточки и озабоченно спросил:

– Это что, Сахли рыдает там, наверху?

– Да! – мурлыкнула в ответ Кадабра. – Пусть рыдает – так он, по крайней мере, ничего не натворит.

– Да что ты такое говоришь! – искренне возмутился Алекс. – Я просил вас за ним присматривать. И вот я прихожу домой и… – Он отвлёкся и взглянул на мышку. – Ты что-то прячешь от меня, Бим?

Та замерла, напряжённо косясь через плечо на лапки, которые спрятала за спиной.

– Я? Нет! Да и зачем мне?

– Покажи! – Алексу некогда было играть в эти игры. Ему нужно было к Сахли. И вместе с ним – к дедушке. А с дедушкой обратно в свою прежнюю жизнь. Он был напряжён и очень взволнован. И совсем ни к чему ему этот…

– …опалённый хвост? – Алекс уставился на дымящуюся кисточку на кончике поломанного мышиного хвостика. Ему всё стало ясно. – Кадабра, ты тайком училась колдовать и снова развела огонь?

Кошка пустилась было в пространные объяснения, но Бим её прервала:

– Она не виновата. Она чудесная. За последнее время Кадабра многому научилась и теперь прекрасно колдует, и у неё крайне редко что-то загорается, но…

– Замолкни, старая Хромоножка! – прошипела разъярённая Кадабра и бросила на мальчика извиняющийся взгляд.

– Прекрати гримасничать. Ты совсем не похожа на существо, жаждущее извиниться. А скорее на существо, случайно слопавшее собачий корм. Кошачьи морды не предназначены для того, чтобы бросать извиняющиеся взгляды, – решительно заявил Алекс.

Сверху снова донеслись рыдания. Алекс чувствовал себя как на американских горках.

– Ох, как же с вами всеми сложно! Поговорим об этом после, – бросил он и поспешил в свою комнату. Взлетев по лестнице, он распахнул дверь и тут же увидел Сахли. Охваченный горем друг сидел на полу и обливался слезами. А заметив Алекса, зарыдал ещё сильней.

– Алекс! Ты не поверишь, что произошло!

В этот момент Алекс заметил, что Сахли что-то держит в руках. Он не узнал предмет, но то, как Сахли прижимал его к себе, не предвещало ничего хорошего. Сахли раскачивал маленькую чёрную вещицу, как мать, убаюкивающая своего ребёнка.

Алекс указал на руки Сахли.

– Что у тебя там?

Сахли снова всхлипнул.

– Я совершил кое-что ужасное. Он мог бы стать моим другом!

– Другом? – Алекс присел на корточки рядом с Сахли. – Расскажи мне, что случилось?

– Я услышал голос, – начал Сахли. – Сегодня утром. Он доносился из этой комнаты. Я пришёл сюда, потому что думал, что ты зовёшь меня. Но потом я с удивлением обнаружил, что голос доносится из шкафа. Вот из этого.

Алекс вскинул брови:

– Голос? В моём шкафу?

Сахли кивнул.

– Ты мне не говорил, что знаешь другого духа.

Алекс закатил глаза:

– Сахли, чем больше ты говоришь, тем меньше я понимаю. Покажи, наконец, что у тебя в руках!

Сахли всхлипнул. Вздохнул. Затем раскрыл ладони.

– Видишь? Вот о ком я говорю. О духе из ящика. Это его я слышал. Он торчал там, внутри. В этом ящике. И я хотел его спасти. Как ты спас меня из моего шара. Я использовал все свои магические способности, но ничего не получилось. Я только расплавил ящик и теперь больше не слышу голос. Очевидно, я сильно навредил волшебнику. Откуда он у тебя вообще?

Алекс с облегчением сел на пол. Он прикладывал огромные усилия, чтобы не расхохотаться и не обидеть тем самым Сахли – тот ведь искренне горевал.

– Откуда он у меня? Мне подарила его бабушка. Три года назад, на Рождество.

Сахли изумился:

– Твоя бабушка дарит духов шкафов? Они что – из коллекции колдовских предметов твоего дедушки?

Алекс всё ещё сидел, прикусив губу. Затем выхватил из рук Сахли маленький чёрный ящичек.

– Это рация, – объяснил он. – Радио. Чтобы держать друг с другом связь, требуются два таких предмета. Это что-то вроде телефона.

– Телефон я знаю, – задумчиво произнёс Сахли. – Про мобильный ты мне тоже рассказывал.

– Верно! Рация – из той же серии. Хотя и выглядит иначе.

Постепенно Сахли успокоился.

– Значит, это не дух из шкафа?

Тут Алекс решился-таки захихикать.

– Нет, не дух из шкафа. Всего лишь рация, которую забыли выключить. Должно быть, она поймала сигнал какого-нибудь проезжавшего мимо водителя-дальнобойщика.

Сахли вздохнул, будто у него камень с души свалился.

– Ты живёшь в очень сложном, непрозрачном мире, – сказал он, и Алекс кивнул.

– Я ещё никогда не думал о моём мире в таком ключе, но, наверное, ты прав.

Только Сахли собрался ответить, как их разговор прервали.

– В чём он прав?

На пороге стояли близняшки Салли и Лив, сводные сёстры Алекса. Прежде он называл их двухкомпонентной бомбой, поскольку они действовали ему на нервы с удвоенной силой. Но потом всё изменилось. Теперь они представляли собой половину команды Алекс-Сахли-Лив-Салли.

– Это долгая история, – отмахнулся Алекс, и девочки тут же всё поняли.

– Хаос? – спросила одна.

– Катастрофа? – подхватила другая.

Алекс кивнул.

– Как обычно.

Сёстры подсели к мальчикам на пол.

– Это как раз кстати, – заявила Салли.

– Потому что именно об этом мы и хотели с вами поговорить, – добавила Лив.

Мальчики удивлённо посмотрели на близняшек.

– Ты уже подумал над тем, что будет завтра? – спросила Лив.

– Гм… понедельник?

Салли закатила глаза.

– Гениально. Поздравляю! И что происходит в понедельник?

Алекс взглянул на свой школьный рюкзак.

– Ну, первый учебный день. И что дальше?

– Что дальше? – повторила Салли.

– Что дальше? – подхватила Лив.

– И… Гм… Что дальше? – в смятении спросил Сахли.

Но Алекс догадался, на что намекают девочки.

– Ой-ой! – громко воскликнул он.

– Идеальная формулировка, – шутливо произнесла Салли.

– Безупречный подбор слов, – захихикала Лив.

Сахли в недоумении смотрел то на Алекса, то на близняшек.

– Наверное, сегодня день такой: я ничегошеньки не понимаю.

Алекс повернулся к нему:

– Сегодня последний день каникул, и завтра у нас снова начинаются занятия в школе. То есть ты будешь оставаться дома один всю первую половину дня, а иногда и до вечера.

– И что? – спросил Сахли.

– Оглянись вокруг, – ответил Алекс. – Стоит мне на час отлучиться из дому, как по возвращении я натыкаюсь на полнейший хаос. Что же будет, если мы уйдём на несколько часов? И родители чаще всего приходят домой раньше нас. Как же мы сумеем сохранить твоё присутствие в тайне, если ты постоянно попадаешь в неприятности?

Наконец, до Сахли дошло:

– Ой-ой!

Салли и Лив громко рассмеялись. Они хихикали, пока Алекс не произнёс фразу, заставившую их мгновенно замолчать.

– Ты будешь ходить со мной в школу.

Близняшки изумлённо вскинули брови.

– Что?

Алекс задумался.

– Ну, он мог бы… Как мой друг из… Нет! Он мог бы сойти за школьника из арабских стран, прибывшего в Германию по обмену. Или как будто он переехал сюда с родителями…

Салли подняла руку:

– Стоп!

– Ты же это не серьёзно, – сказала Лив. – Взять его с собой в школу?

Салли так энергично покачала головой, что её косички запрыгали из стороны в сторону.

– Наши учителя, конечно, ко всему привыкли. И к Нине, которая постоянно опрокидывает свой пакет с соком собственным школьным ранцем. К Артуру, который то и дело слишком глубоко засовывает себе в нос ластик. И к Роне, которая как-то случайно исписала супердорогую доску водостойким маркером, но…

– …но с учеником, который умеет колдовать и может перевернуть мир вверх дном, повертеть им и вновь вернуть в первоначальный вид – с таким учеником не справятся даже наши закалённые учителя, – договорила за неё Лив.

Алекс не знал, что делать.

– Оставлять его дома невозможно, но и брать с собой тоже! Отличная перспектива!

Сахли поднял палец.

– Можно я тоже кое-что скажу?

Все как по команде посмотрели на него.

– Позвольте мне пойти с вами. Я буду вести себя тихо. Не буду колдовать и задавать вопросов и не буду ничего трогать. А то, что вы говорили про ластик и доску – этого я вообще не понял. Позвольте мне пойти с вами в школу. Алекс ведь будет рядом!

Салли закатила глаза.

– Да уж, как будто это поможет.

Тут из-за угла выскользнули Кадабра и Бим. Они слышали окончание разговора.

– Значит, вы действительно хотите взять его с собой в школу? – переспросила Кадабра.

А Бим лишь испуганно пропищала:

– Ой-ой!

В лабиринте пирамиды

Путешествия во времени! Если и было что-то, что Аргус терпеть не мог, так это путешествия во времени. Всё кружилось и вертелось. Где бы он ни приземлился, там было жарко и светло. Больше он ничего не мог разглядеть. Всё расплывалось у него перед глазами, как будто его крутило в воронке или в вихре. Ему стало плохо. И это несмотря на то, что перед дорогой он выпил травяной чай от укачивания.

Старый джинн отнял руки от громадной пряжки на поясе, за которую крепко держался во время перемещения, и попытался обрести равновесие. Однако прошло некоторое время, прежде чем вихрь в голове улёгся, и он, наконец, смог оглядеться. Палящее солнце на безоблачном небе подсказывало ему, что он прибыл в нужное время и в нужное место. Но стоило ему опустить взгляд, как он с ужасом заметил, что время, возможно, было и правильное, а вот место уж точно нет. Он сидел на шаткой деревянной конструкции на головокружительной высоте. Под ним велись какие-то строительные работы. Аргус слышал удары молота по долоту. Нет, инструментов было множество, и они колотили одновременно. Но Аргусу не хотелось ещё раз смотреть вниз. У него кружилась голова. Желудок выворачивало. Он быстро вытащил из мешочка на поясе нужную траву, но опоздал. Та скудная пища, которую он съел за сегодня, вырвалась наружу. Аргус изверг из себя коричневый соус – высокой дугой, похожей на радугу, только лишённую всех цветов.

Аргус услышал, как его рвота шлёпнулась где-то внизу, и тут же послышался разгневанный голос:

– Эй! Что это значит? Ты с ума сошёл?

Джинн всё-таки переборол себя и посмотрел вниз. Там стоял мужчина в белой набедренной повязке. В руках он держал деревянный молот и медное долото, которыми только что обтёсывал светлый камень. По крайней мере, когда-то его одежда была белой, а камень – светлым. Однако теперь и на ткани, и на огромном валуне виднелись тёмно-коричневые разводы.

– Простите, – выдавил из себя Аргус. – Я не сдержался!

Но по всей видимости, эти слова рабочего не успокоили.

– Какое бесстыдство!

Он отбросил в сторону долото с молотом и, пыхтя от ярости, пошёл прочь – вероятно, чтобы переодеться.

– Великие боги! Владыка небес и подземного царства! Его следовало бы бросить на съедение крокодилам. Вот интересно, изрыгнули бы они его так же, как изрыгнул свою еду этот… Этот…

Конец предложения Аргус не расслышал, за что был благодарен судьбе.

Надо было спускаться. Цель его путешествия находилась не так высоко. Совсем наоборот: то, что он искал, было сокрыто в глубине. В самой глубине. Вот туда ему и нужно было попасть.

Поэтому он стал слезать с деревянного каркаса, стараясь не запутаться в своей длинной бороде и широком одеянии. Другие рабочие не обращали на него внимания. Все они были заняты тем, что пытались с точностью до сантиметра подогнать друг к другу громадные каменные блоки, рядом с которыми они восседали на деревянных лесах – чтобы вписать эти блоки в пирамиду.

Пирамида Джосера. Первая пирамида, возведённая египтянами – это Аргус знал совершенно точно. Разумеется, прежде чем предпринять это путешествие во времени, он собрал всю нужную информацию. Джосер, фараон третьей династии, заказал строительство этого гигантского сооружения, архитектором которого стал гениальный зодчий Имхотеп.

На данный момент были готовы лишь первые ступени. Аргус смотрел на бесчисленных рабочих в белых повязках. Их было так много, что пирамида напоминала гигантский муравейник. Казалось, в нём царят неразбериха и путаница, но, присмотревшись ближе, Аргус понял, что колоссальная стройка идеально организована. Каждый рабочий точно знал, что ему делать. Каждое движение руки было выверено и идеально вписывалось в общий процесс. Это было захватывающее и даже трогательное зрелище. Но Аргусу было некогда любоваться стройкой. Ему требовалась помощь, чтобы осуществить свой план. Его собственной магии больше не хватало, чтобы справиться с этим ужасным Сахли, юношей из шара, и его отвратительным другом Алексом. Им уже дважды удалось перехитрить Аргуса. Пришло время положить этому конец! Аргус собирался сделать всё, чтобы Сахли снова оказался запертым в своём шаре. И ещё надо было придумать наказание для Алекса. Но в первую очередь не допустить, чтобы эти двое ещё хоть раз подобрались так близко к дедушке Алекса, Аврелию.

Однако это можно было сделать лишь с помощью магии. Поскольку в данном случае заклинания Аргуса были бессильны, он решил воспользоваться другим колдовством.

Для этого он сюда и явился.

Аргус направился к пирамиде. Было забавно видеть её такой маленькой. Он ведь отлично знал, что пройдёт совсем немного времени – и это грандиозное сооружение отбросит на пустыню гигантскую тень.

Глядя на толпу работающих мужчин, Аргус поначалу ничего не мог придумать. Пока не оказался непосредственно перед пирамидой. Рядом с ним несколько египтян толкали громадный каменный блок, а другие рабочие по ту сторону камня тянули за верёвки, которыми тот был опутан. Третья группа рабочих подкладывала под камень брёвна, чтобы его можно было вкатить по длинному каменному пандусу, как на колёсах. Это была безумно тяжёлая работа – подтащить каждый каменный блок к ступеням пирамиды.

– Стой! – один из солдат, охранявших стройку, преградил Аргусу путь. – Куда идёшь?

Аргус решил, что и без того потерял слишком много времени. Он протянул к мужчине одну руку и быстро прошептал заклинание. Солдат отступил в сторону, пробормотав:

– Ну, если вы по поручению фараона, то это, конечно, другое дело.

Аргус ухмыльнулся. Такое колдовство было одним из самых лёгких. Люди такие внушаемые!

– Спасибо, – произнёс он и вошёл в пирамиду.

Джинн знал, куда идти, хотя и не был здесь очень давно. Нужно было направляться в северную часть, потому что именно там находилась лестница, ведущая внутрь пирамиды, глубоко под земляной пол. Туда, где начинались потайные ходы. И правда, долго искать не пришлось: он почти сразу разглядел первые ступени. А также группу солдат, охранявших выход на лестницу. Но и здесь короткого заклятия путаницы оказалось достаточно, чтобы заставить стражников освободить ему путь.

Джинн посмотрел вниз. Казалось, что лестница бесконечна. Словно начерченная по линейке, она вела прямиком в недра под пирамидой.

Аргус встал на первую ступень. Приятная прохлада, хлынувшая из глубины, слегка охладила его после зноя пустыни. Касаясь руками серых стен справа и слева, чтобы не споткнуться, он стал погружаться во мрак.

Он шёл так долго, что уже начал дрожать от холода, ведь эти каменные стены не ведали о царящей на поверхности жаре. Он то и дело натыкался на рабочих, которые прорубали в лабиринте под пирамидой всё новые ходы или украшали уже готовые залы. О тишине и покое не могло быть и речи. Всюду раздавались крики и удары молотов.

Наконец, он нашёл дорогу, которую искал. Хотя назвать это дорогой было трудно. Аргус забрался в крошечное отверстие, располагавшееся непосредственно под гробницей. Здесь начинался длинный узкий тоннель, с таким низким потолком, что Аргусу пришлось ползти по нему на четвереньках, что было очень непросто, учитывая его длинное широкое одеяние. Впрочем, джинн знал, как справиться с этим неудобством. В конце концов, он далеко не в первый раз пробирался в эту комнатушку!

Но он всё равно жаловался на временные трудности:

– И что я вытворяю! Не берегу я себя, не берегу! Этот Сахли никакой не дух из шара. Он – дух бедствия! Дух мучений!

Как хорошо, что скоро это закончится.

– Приветствую тебя! – услышал Аргус ещё до того, как добрался до конца тоннеля. – Я тебя ждал.

Джинн устремил взгляд вперёд, навстречу слабому свету. Этот подземный зал был крохотным, не зал, а небольшая комната. Аргус мгновенно узнал красный орнамент на стенах, иероглифы и искусно расписанные арки, между которыми можно было различить цифры, многочисленные наброски и целые картины.

Аргус с трудом дополз до конца тоннеля и выскользнул наружу. Приветливые руки подхватили его и помогли подняться на ноги.

Выпрямившись, Аргус поймал на себе взгляд древнего старика. Тот был очень худощав и намного ниже Аргуса. На нём была белая набедренная повязка, как у рабочих, трудившихся снаружи на пирамиде, но, несмотря на царящий в подземелье холод, мужчина, казалось, не испытывал надобности в другой одежде. Его голова была выбрита налысо, а в ушах красовались длинные золотые серьги-кольца.

Он дружелюбно поклонился Аргусу.

– Приветствую тебя, джинн, снова явившийся ко мне издалека! – провозгласил он. – Ты поспешил ко мне через пространство и время, ко мне, Нетфен-Ара-Оку, коменданту этого лабиринта, высшему жрецу Ири-Пат, доверенному могущественного Имхотепа, архитектора царственного фараона Джосера.

Аргус посмотрел на мужчину сверху вниз. «Если он продолжит, – подумалось ему, – то минует несколько дней, прежде чем я, наконец, смогу объяснить цель моего визита». Но он, разумеется, знал, что верховный жрец дорожит всеми своими титулами. Также он знал, что и от своих гостей тот ожидает представлений, доказывающих их величие. Только вот Аргус об этом как-то не подумал.

– Благодарю тебя, Нетфен-Ара-Ок, и очень рад тому, что мне позволено находиться рядом с тобой, – ответил он и, запинаясь, продолжил: – Я, Аргус, джинн… – Список его званий и достижений был не таким бесконечно длинным, как у его собеседника, и не таким благозвучным, но Аргус почувствовал вызов. Ведь каждый объявленный титул добавит ему веса в глазах мага. Так что ему пришлось приложить усилия и слегка приукрасить своё имя. – Аргус, повелитель пустыни, властитель пространства и семени… – Ох, он кое-что перепутал, подумав о семенах трав и о чае от укачивания. Он хотел сказать, «времени». Какая разница! Он продолжал: –…Аргус, мастер заклинаний и заклинатель мастеров… – Да, так хорошо. И далее: – Владыка огня без дыма и волшебного шара без духа… – Нет, снова вышло неловко. Он подумал о Сахли и… Ну, неважно. Далее: – И… Э-э-э… И… Э… – Он поклонился. – …и гость этой пирамиды. – Аргус снова поклонился. Он справился. Особенно если старик не слишком внимательно вслушивался.

Египтянин выглядел довольным.

– Ты явился один, не так ли? Магический амулет подсказал мне, что тебя ко мне привёл исключительный случай.

Аргус не стал терять времени и перешёл к делу. Изъясняться на таком высокопарном языке было нелегко. Обычно он не разговаривал столь помпезно. Но сейчас у него не было выбора.

– Так и есть, мой египетский друг. Мне нужно поймать и приручить духа из волшебного шара. К сожалению, я не располагаю необходимыми средствами. Моя магия, она… Э… Ой… Нет, она не слишком слаба, вовсе нет! – Он совсем запутался и наговорил лишнего себе во вред, а ведь по шапке встречают – вернее, по тюрбану. – Скорее, моя магия не подходит для этого наглого сморчка, хоть я владею и чёрной, и белой магией. Я могу творить как добро, так и зло и…

Старик поднял руку:

– Вовсе не магия бывает чёрной или белой, доброй или злой, – ответил он. – Мы в Египте говорим: хорошим или плохим бывает тот, кто творит волшебство. А само оно – нейтрально.

Аргус снова поклонился, сам не понимая зачем.

– Разумеется, я об этом знаю, мой достопочтенный коллега. Честно говоря, я хотел лишь сказать, что…

– …что твой маленький ястреб вылетел, и ты не можешь его поймать без моей магической помощи, – договорил за него египтянин. – Я прав или мы и дальше будем ходить вокруг да около?

К лицу Аргуса прилила кровь.

– Не будем, мой мудрейший соратник. Так оно и есть. Ты попал в точку. Мне нужна твоя помощь.

Нетфен-Ара-Ок осмотрел свою комнату.

– Почему здесь? Почему со мной? Почему не с кем-то другим из нашего магического круга?

Аргус собрался снова поклониться, но в последний момент остановился.

– Вы, египтяне, знамениты своим отточенным искусством колдовства. Вы – первый народ, который стал записывать свои формулы на замечательных свитках из папируса. Взять хотя бы Книгу мёртвых, которая станет знаменитой через тысячи лет.

– Понимаю. Ты явился, чтобы попросить у меня какое-то особенное заклятие?

– Да, именно так, мой умнейший собрат. Вы, египетские верховные жрецы и мудрейшие мистики, обладаете заклятием, на данный момент новым, но доказавшим свою эффективность в будущем.

Нетфен-Ара-Ок ухмыльнулся.

– Ты имеешь в виду заклятие раздора, не так ли?

Аргус изумился.

– Именно на него я и намекал, мой наперсник-провидец. Как ты узнал?

Старик со скучающим видом отмахнулся.

– Неужели мы будем попусту болтать, пока всё это дело не порастёт тростником, или как?

– Нет, нет, мой нетерпеливый товарищ. Позволь объяснить: с помощью этого заклятия я собираюсь разлучить двоих друзей. Сахли, дух из шара, которого я хочу поймать, нашёл себе приятеля. Из совершенно другого времени. Этот паренёк доставляет мне не меньше хлопот, чем сам Сахли. Они оба идеально дополняют друг друга и понимают друг друга так хорошо, что многие заклятия на них не работают.

– Я знаю, о чём ты говоришь, – ответил Нетфен-Ара-Ок. – Ты пришёл за заклятием раздора. За заклятием размолвки. Заклятием ссоры. – Он ненадолго задумался и добавил: – Придумал: я дам тебе любовное заклятие.

Аргус не поверил своим ушам. Он тут столько разглагольствовал, исторгая бесконечные лавины слов, а старый жрец его так и не понял?

– Нет, мой сбившийся с толку друг, – приготовился объяснять он по новой, – всё как раз наоборот. Не любовь мне нужна. А ссора.

Нетфен-Ара-Ок громко рассмеялся.

– Поверь, я отлично знаю, что тебе нужно. Тебе нужно любовное заклятие, чтобы разлучить друзей. Послушай: мальчишеская дружба может длиться всю жизнь. Но юноши, как правило, дружат до тех пор, пока…

– …пока один из них не влюбится! – постепенно до Аргуса стало доходить. Он снова поклонился своему коллеге. – Неплохой план, мой хитроумный коллега. Значит, ты сделаешь так, что один из мальчишек влюбится в девочку. Так сильно, что эта любовь разрушит их дружеский союз!

Настал черёд Нетфен-Ара-Оку поклониться.

– Правильная девушка, появившаяся в неправильное время, разрушила уже множество мужских дружеских союзов и разрушит ещё столько же в ближайшие столетия. Любовь и ненависть зачастую идут рука об руку. Моё заклятие раздора – средство на все времена. Смотри!

Он протянул руку назад и вытащил из тёмного угла амулет. На нём была изображена женщина с коровьими рогами, стоящая на одном колене.

– Это Хатхор, богиня любви, – объяснил Нетфен-Ара-Ок.

Аргус подошёл ближе, чтобы лучше разглядеть амулет.

– Богиня любви… – прошептал он.

– О, она вовсе не только богиня любви, – поправил его старик. – Она также богиня неба, музыки, танца и много чего ещё. Но прежде всего, и для тебя – она богиня любви.

– Понимаю, мой высокообразованный собеседник.

Нетфен-Ара-Ок вложил амулет в руки Аргуса.

– Слушай внимательно: я передаю тебе этот амулет. Позаботься о том, чтобы он попал к твоему духу из волшебного шара. Как амулет будет у него, он влюбится без памяти. Его сердце отключит голос разума, а чувства заглушат мысли.

Аргус кивнул.

– Но поскольку амулет он получит от меня…

– …то девочка, в которую влюбится твой дух…

– …окажется для него совсем неподходящей! – рассмеялся Аргус.

Нетфен-Ара-Ок тоже улыбнулся, представив себе, что может произойти.

– Как будто Луна захочет обняться с Солнцем или Южный полюс – навестить Северный. Как будто море возжелает обнять пламя.

Нетфен-Ара-Ок, сияя, смотрел на Аргуса, и Аргус усмехнулся ему в ответ. Они прекрасно друг друга поняли. Именно такой амулет и нужен был Аргусу. Не зря он совершил это путешествие. Более того: он чувствовал, что Нетфен-Ара-Ок относится к нему со всей серьёзностью, как к могущественному джинну. Все его неудачные словесные обороты, с помощью которых он намеревался произвести на египтянина впечатление, были излишними. Аргус не сдержался и обнял Нетфен-Ара-Ока, хотя знал, что у магов такое не принято. Но кто бы увидел их здесь, в недрах пирамиды, глубоко под землёй, в самом дальнем уголке лабиринта?

Джинн развернулся, чтобы уйти, но Нетфен-Ара-Ок удержал его, схватив за руку.

– Подожди! Есть кое-что ещё, мой дорогой гость, – сказал он и снова потянулся куда-то в темноту. Аргус напряг зрение, пытаясь разглядеть, что там – ещё одна дверь, шкаф или сундук? Но не увидел ничего – всё скрывал непроницаемый мрак. Нетфен-Ара-Ок удивлял его с каждой секундой всё больше.

И тут египетский жрец извлёк из мрака кошку. Шерсть животного была иссиня-чёрной, за исключением крошечного, напоминавшего звёздочку пятнышка на лбу.

– Возьми с собой этого зверя, – попросил Нетфен-Ара-Ок.

Аргус покачал головой.

– Спасибо, но точно такая же кошка в последний раз принесла мне несчастье.

Египтянин улыбнулся.

– Это не кошка. А кот. Особенный. Он принесёт тебе удачу.

– Я не понимаю…

Нетфен-Ара-Ок опустил животное на пол.

– Возьми его с собой в качестве спутника. Сообщника. Он будет выполнять роль маленького солдата в твоей борьбе против этих мальчишек. У них есть кошка, и она им помогает. Поэтому тебе тоже полезно иметь животное, которое помогало бы тебе. И таким животным станет мой кот.

Аргус стал потихоньку понимать, что к чему.

– Хорошее предложение. А имя у него есть, у этого кота?

– Млабрабаст, семнадцать тысяч пятисот двенадцатый.

Аргус вскинул брови.

– Млабрабаст? Что за имя такое?

– Этот кот – семнадцать тысяч пятисот двенадцатый потомок нашей богини-кошки Бастет. Прямой потомок! Следовательно, он из семейства Бастет. Младший брат Бастет и…

Аргус не выдержал и расхохотался.

– Ах, МЛАдшийБРАтБАСТет – Млабрабаст. А если бы это была кошка?

– Тогда бы она звалась Мласебаст, а точнее – Мласебаст пятнадцать тысяч двести тридцать восьмая.

Аргус рассмеялся.

– От всей души благодарю тебя за подарки, – сказал он. – За кота и амулет!

Он спрятал украшение в карман на поясе и развернулся, чтобы уйти. Подхватив одной рукой кота, а другой взявшись за пряжку, он отправился в обратный путь. Его сердце радостно трепетало. Он знал: это коварное любовное заклинание позволит ему достичь своей цели. Наконец-то он снова обретёт власть над Сахли. И над Алексом. И помешает им освободить Аврелия. Дедушка Алекса ни в коем случае не должен покинуть свою тюрьму. Никогда! И подумать страшно, с чем придётся столкнуться чёрным магам этого мира и их магическому кругу, если коварный учёный вырвется на свободу.

Аргус громко рассмеялся. Этого не произойдёт, ведь он хорошо подготовился.

Но вдруг его радость померкла, и им овладела тревога: ему предстояло отправиться в путешествие во времени. Желудок тут же сжался. Путешествие во времени! Аргус утешал себя тем, что оно, скорее всего, станет для него одним из последних. Сейчас он отправится к Алексу и Сахли, победит их, а после вернётся в свою пустыню, где сможет спокойно жить дальше. Это утешило старого джинна.

Радовало его и кое-что ещё. Он знал, что оба друга сидят сейчас у Алекса дома и совершенно не догадываются о том, что их ждёт.

Друг по переписке

Алекс и Сахли сидели у Алекса дома и совершенно не догадывались о том, что их ждёт.

Был понедельник.

Первый школьный день после каникул для Алекса, Салли и Лив. И самый первый учебный день в жизни Сахли. Алекс опустился на корточки рядом со своим школьным рюкзаком и с мольбой посмотрел в глаза сидящей возле него Кадабры.

– Ты уверена, что не можешь заглянуть в будущее и узнать, не совершаем ли мы большую ошибку? – спросил он.

Кадабра прекрасно понимала, что он имеет в виду, но поспешно пробормотала:

– Я заглядываю в будущее лишь на две минуты вперёд – и всё равно где-нибудь что-нибудь загорается. Поэтому я не могу сказать, останетесь ли вы в ближайшие дни целыми и невредимыми и не исчезнет ли с лица земли школа. На это моих сил не хватит, и…

– Но она становится всё лучше! – пропищал кто-то за спиной Кадабры, и в поле зрения появилась Бим. – Не правда ли, моя большая, чёрная шерстяная гора? Мы продолжаем усердно тренироваться и делаем большие успехи. Все мои друзья-зверушки завидуют тому, что у меня есть такая особенная подруга, и…

– Я не твоя подруга, – шикнула на неё Кадабра. – Хотя мы и связаны друг с другом после того, как Сахли по невнимательности наколдовал мне такого волшебного ассистента. Но я – мастер. А ты здесь… Ты здесь лишь для того, чтобы я могла хоть немного колдовать. Но к дружбе это не имеет никакого отношения, понятно? – Она посмотрела на мышку сверху вниз в надежде, что та обидится и уйдёт. Но Бим только улыбнулась и сказала:

– Верно. То, что нас соединяет, гораздо сильнее любой дружбы.

Кадабра поспешно отвернулась, чтобы больше не видеть обожающий взгляд мышки, и прошипела:

– Как же ты меня раздражаешь!

В этот момент близняшки сбежали вниз по лестнице.

– Скорее! Мы опаздываем! – хором выкрикнули они. И, словно эхо, из кухни донёсся голос мамы Алекса:

– Да, вам пора! Хорошо провести время!

Близняшки уже выбежали из дома. Алекс притащил портфель, чмокнул маму в щёку и тоже вышел на улицу.

– Хорошо провести время, – пробурчал он и закрыл за собой дверь.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, обходя вокруг дома.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, незаметно помогая Сахли соскользнуть по водосточному жёлобу из его комнаты в сад.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, когда автобус, наконец, остановился.

– Вот бы всё прошло хорошо, – сказал он, когда они искали себе свободное место.

– Вот бы всё… – начал он, когда Лив вдруг потянула его за рукав.

– Да замолчи, наконец. Весь автобус на тебя смотрит!

И правда. Все взгляды были направлены на Сахли, и Алекс поспешно прокричал:

– Привет, народ! Классно отдохнули?

Некоторые ответили ему: «Конечно!», «Да-да!» или «Так себе». Но в основном все продолжали удивлённо разглядывать Сахли.

– Позвольте представить, – сказал Алекс. – Это Сахли. Мой друг. Друг по переписке. Из Аравии.

Как хорошо, что он вместе с близняшками заранее придумал, что говорить.

Вчера Алекс повторил эти предложения так много раз, что произнёс бы их без запинки даже во сне:

– Он изучает немецкий язык у себя на родине и написал письмо в один детский журнал, в котором рассказал, что ищет друга по переписке. А поскольку я очень люблю писать письма, мы переписываемся уже несколько месяцев. Теперь он приехал сюда, чтобы познакомиться с нашей страной. Как ученик по обмену.

Автобус наполнился криками школьников, слившимися в многоголосый хор. Реакция была самой разной – от «Ну-ну!» до «Класс! Так издалека?». У Алекса камень с души свалился. Одноклассники поверили в его историю и спустя несколько мгновений вернулись к своим прежним разговорам. После нескольких недель каникул у каждого было чем поделиться с друзьями.

Алекс и Сахли сели на самый первый ряд кресел, прямо за водителем.

– Ну? – поинтересовался Сахли, стараясь подмечать вокруг каждую деталь.

– Всё прошло хорошо, – ответил Алекс. Он заметил, что уже немного успокоился. Более того: он полностью расслабился. Он радовался, видя, с каким интересом Сахли наблюдает за всем происходящим. Многие школьники кивали ему или даже махали руками. Иногда кто-то звал его по имени: «Эй, Сахли! Я – Фабиан» или «Привет! Меня зовут Лаура».

Опасения Алекса частично развеялись. Когда автобус остановился и Салли с Лив прошли мимо, шепнув: «Вот видите, всё получается!», Алекс окончательно успокоился и уже с любопытством, а не с ужасом ждал, что преподнесёт ему этот день.

* * *

Когда за ними закрылась входная дверь, Бим повернулась к Кадабре:

– А мы? Что нам теперь делать? Может, немного поупражняемся в колдовстве?

Кадабра с радостью согласилась бы, но не могла же она так просто признать правоту мыши! Поэтому этим утром они вначале поели и поспали. После сна снова немного поели, но потом Бим решительно заявила:

– Кадабра, вперёд! Давай потренируемся. Как-никак мой хвостик всё ещё достаточно длинный. Я совсем не против спалить ещё пару сантиметров и с удовольствием сделаю это для тебя.

Кадабра закатила глаза. Однако не потому, что её снова взбесил её волшебный ассистент. Нет, просто единственный носок, продолжавший висеть на верёвке за домом, вспыхнул. Бим оцепенела как крошечная метла и тоже закатила глаза.

Затем раздался голос Кадабры, хриплый и приглушённый:

– Обман. Ссора. Обман и ссора. Задира. Встанет на пути у Сахли. И снова ссора. Но… Но… Ссора: Алекс и Сахли поссорятся.

После этого Кадабра пришла в себя. На верёвке догорели последние нитки шерстяного носка. Бим в ужасе подняла глаза на кошку.

– Сахли и Алекс поссорятся? И задиру ты тоже видела? – с каждым словом, что она торопливо произносила, её голос становился всё более пронзительным. – Мы должны предупредить их, Кадабра. Бежим к Алексу и Сахли!

Она проворно взобралась на спину кошке, и та рванула с места. Но путь до школы был слишком долгим для коротких кошачьих лапок.

Говорящий водяной столб

Иснова всё перевернулось. В голове. В желудке. Вокруг него.

Интересно, со всеми ли путешественниками во времени происходит то же самое, думал Аргус, пытаясь с закрытыми глазами усмирить этот круговорот внутри своего тела. Вряд ли с такими проблемами сталкивается он один. Однако жалоб от магов он ещё ни разу не слышал. Но неважно: скоро всему этому придёт конец. Это было одно из его последних…

– Что это такое?! – запнулся он. Что-то было не так. Джинн попытался открыть глаза, но всё снова завертелось так быстро, что он поспешно их закрыл.

Он напряг остальные органы чувств. Запахи были не такими, как в доме Алекса. Звуки – тоже. И ощущения. Нет! Здесь пахло верблюдами. Раздавался свист гуляющего по пустыне ветра, и Аргус чувствовал лишь одно: невыносимый зной.

Джинн и с закрытыми глазами мог бы сказать, где он находится: в своём логове в оазисе.

Медленно, очень медленно он всё-таки открыл глаза. Через какое-то время вызванная путешествием дурнота улеглась, и он смог оглядеться. Сияющее голубое небо, палящее солнце, вдали – характерные острые башни арабского города, а вблизи – хорошо знакомый ему оазис, где как раз утоляли жажду два верблюда.

Аргус держал в руках Млабрабаста, кота с белым пятнышком на лбу. Кот тоже изумлённо оглядывался.

– Почему мы здесь? – Джинн озадаченно покачал головой, и Млабрабаст последовал его примеру. Аргус наклонился и опустил кота на песок. – Подожди меня тут, хорошо? – сказал он, и кот уютно свернулся калачиком под одной из пальм.

Аргус посмотрел на него, но тут же отвернулся. Он достал один из красных драгоценных камней, питавших его магическую силу. Камень был ярко-алым от напряжения, будто раскалённым.

– Ради всех двугорбых верблюдов, я не понимаю, – выругался джинн. – Моя магия должна была доставить меня к Алексу и Сахли, но здесь…

Его прервали.

– Аргус!

Кто-то звал его по имени.

– Аргус!

Кто-то с высоким, скрипучим голосом.

– Аргус!

С голосом, который звучал одновременно дружелюбно и властно.

– Сюда, ко мне!

У Аргуса снова скрутило живот. Но на этот раз не от болезни, вызванной путешествием. Теперь он знал, кто его зовёт, и уже подозревал, почему его принесло сюда, в пустыню, а не в дом Алекса.

Он медленно подошёл к своему дому. По крайней мере, к тому, что когда-то им являлось: к подземной пещере. Когда-то внушительная и устрашающая, теперь она была завалена обломками. С тех пор как Сахли с Алексом побывали здесь и всё тут разгромили, Аргус посещал своё логово крайне редко. Слишком больно было смотреть на то, что осталось от его родного дома.

– Аргус!

Опять этот голос. Джинн опустил ладонь на красный драгоценный камень на поясе, протянул руку и тем самым открыл доступ к подземным руинам. Песок под ногами пришёл в движение, собрался в вихрь и открыл его взору деревянный люк с трещиной посередине. Аргус поднял его и начал спускаться по каменным ступеням. При взгляде на пещеру его снова охватила печаль. Но грустить было некогда. Его звали, и он должен был повиноваться этому голосу. Хотя в разрушенной пещере он был один. Его гость не показывался. Поэтому Аргус обратился к нему сам:

– Я здесь, величайший из магов. Я услышал твой зов.

Прежде его пещера славилась великолепным эхо. Но теперь голос джинна стих даже прежде, чем он успел договорить. Но он не сомневался, что его услышали. И действительно: где-то что-то зашевелилось. Крошечная лужица в углу пещеры подёрнулась рябью. Эта вода осталась ещё от ледяной тюрьмы, в которой Аргус до недавнего времени держал дедушку Алекса.

Теперь маленькая лужица пришла в движение. Как будто вбирая в себя все капли, которые к этому времени впитались в землю или испарились, она принялась расширяться и расти, пока не стала размером с ковёр. На ней обозначились крошечные волны. Наконец, волны слились воедино. Они взгромоздились друг на друга и сформировали водяной столб, который всё рос и рос, пока не стал ростом с Аргуса. Затем у водяного столба появились глаза, нос, а с боков выскочили уши. Он обрёл лицо. Следом сформировалась голова, которая с лёгкостью поворачивалась на шее. Пронзительный взгляд прощупывал Аргуса, и было заметно, что джинну очень страшно.

Аргус медленно склонил голову в знак приветствия.

– Приветствую тебя, высший маг, здесь, в моём…

– Довольно, Аргус! – пробулькал водяной столб, и Аргус поспешно поднял глаза. – Ты меня не приглашал. Я пришёл сюда сам и даже изменил направление твоего путешествия во времени, чтобы мы могли здесь встретиться. Нам нужно поговорить!

– С радостью, высший…

– Слушай меня! Ты – сплошное разочарование! Более того: ты – опасность! Я доверил тебе Аврелия, а ты потерпел неудачу. Ты позволил обвести себя вокруг пальца этим… Этим… Детям!

Аргус снова низко поклонился.

– Знаю, высший маг. Мне очень жаль. Но я…

– Молчи! – раздался крик из воды, и Аргус снова выпрямился. Собеседник ему не нравился. А больше всего раздражало, что любые слова высшего мага звучали дружелюбно благодаря его скрипучему, дребезжащему голосу. Каким бы свирепым он ни был, как бы ни бесновался, Аргуса не покидало ощущение, будто они сидят за чашечкой чая и беседуют о погоде. Джинну это было неприятно. Отвратительно. Но сейчас не следовало об этом думать, потому что голос снова обратился к нему:

– Аргус, тебе известно, что в магическом круге тебя считают моим преемником. Или, по крайней мере, считали. Потому что ты в шаге от того, чтобы упустить этот шанс. Ты ведь знаешь, как опасен Аврелий? Знаешь, какую опасность он может представлять для нашего магического круга, если мы его не остановим? Знаешь, что само наше существование, наши волшебные силы и способности – всё это находится под угрозой из-за Аврелия.

Аргус снова попытался поклониться.

– Мне это хорошо известно, высший…

– Молчать! Я ещё не закончил. Угроза, исходящая от Аврелия, это ещё не всё. Его внук Алекс тоже опасен. А на его стороне ещё и Сахли. Юный джинн, магическая сила которого уже очень велика. К счастью, он совсем не догадывается о том, какими гигантскими способностями обладает.

Аргус склонился ещё ниже.

– Это верно, высший маг.

– Поэтому я тебя и спрашиваю: дорос ли ты до своего задания? Сможешь ли ты удержать Аврелия в плену и остановить друзей?

На этот раз Аргус не поклонился. Он выпрямился, твёрдо посмотрел в глаза водяному лицу и отчётливо произнёс:

– Смогу, высший маг. Целиком и полностью!

Казалось, его собеседник немного смягчился.

– Я знаю, что в тебе скрыта невероятная сила, – сказал он. – Также мне известно, что ты воспользовался помощью верховного жреца Нетфен-Ара-Ока. Очень мудрое решение с твоей стороны. Он тоже обладает огромной властью. С твоей магией и его советами ты отлично вооружён и наилучшим образом готов к сражению. Но скажи мне, Аргус: как обстоят дела с пленником? Ты нашёл для него тюрьму, которую никто не сможет взломать?

Аргус расправил плечи и с гордостью заявил:

– Так и есть. Его никто не найдёт. Никто, кроме одного члена нашего магического круга.

На лице, состоявшем из мириада капель, отразилось удовлетворение:

– Покажи мне! – приказал маг.

Аргус вдруг ощутил усталость. Изнеможение, вызванное двумя путешествиями во времени, тяжёлым грузом давило на его плечи.

– Ох, высший маг. Наставник магического круга. Путь туда долгий. Он лежит через пустыню к другому краю земли.

– Для меня это сущий пустяк, – прожурчал водяной столб и уже через мгновение снова начал изменяться. Сначала исчезло лицо. Затем вода растеклась по полу и изменила цвет. На её поверхности обозначились узоры. И вот уже на полу появился ковёр, который сам собой улёгся под ноги Аргусу. Тот сразу всё понял. Он сел, и летающий ковёр вынес его из пещеры. Лежавший под пальмой Млабрабаст проснулся и, увидев Аргуса на ковре, живо запрыгнул к нему, крепко прижавшись к ногам джинна. И вот волшебный ковёр понёс их через пустыню. Они мчались вперёд с головокружительной скоростью, и вскоре Аргус разглядел башни и стены города, в который он собирался доставить высшего мага. Это был большой и богатый город. В последнее время Аргус бывал здесь часто, потому что местные жители ещё ничего о нём не знали. Они приветливо здоровались с ним и до сегодняшнего дня не догадывались, какую опасность представлял для их города джинн вроде Аргуса.

Летающий ковёр направился к самой высокой башне на городской стене. Аргус вдруг понял: высший маг знает всё. Ему было известно, где находится тюрьма, и Аргус принялся размышлять, зачем они сюда прилетели.

Ковёр опустился на узкий балкон, прямо под позолоченным шпилем сторожевой башни. Не успел Аргус с него сойти, как ковёр уже принялся видоизменяться. Он расстелился по земле, собрался в комок размером с ладонь и окрасился в зелёный цвет. Показались лапы, потом – хвост. И наконец, перед Аргусом возникла зелёная игуана. Она склонила голову набок и скрипучим голосом произнесла:

– Ну, идём!

Аргус кивнул и повиновался. Он обернулся к Млабрабасту и сказал:

– Жди здесь!

Затем наклонился, взял игуану на руки и понёс её вниз по многочисленным ступеням.

Наконец, они достигли конца лестницы. Они стояли в центре круглой башни. Единственным входом в помещение служила деревянная дверь. Сквозь крошечную щёлочку в двери Аргус разглядел двух стоящих перед ней стражников, охранявших башню. Это были высоченные парни с внушительным оружием.

– Дальше! – дребезжащий голос вырвал Аргуса из размышлений.

Джинн кивнул, протянул руку, и когда красный драгоценный камень на его поясе засветился, пол под ним и игуаной исчез, и он увидел перед собой следующую лестницу.

Аргус стал спускаться по ней с игуаной в руках. Он отнёс высшего мага в самые глубокие штольни на земле. Под сторожевой башней располагалась гигантская система пещер. Она не могла похвастать такой идеальной отделкой, как лабиринт под пирамидой. Нет, эти тоннели были совершенно иными. Он были грубо прорублены в земле и в камне и так надёжно спрятаны, что за всю историю по ним вряд ли прошёл десяток человек.

Аргус ловко обходил все ловушки, которыми были напичканы эти пещеры: люки, сквозь которые можно было провалиться к голодным крокодилам, бездонные провалы, выстреливающие копья и падающие камни. Но Аргус знал, как пройти, чтобы ни одна из ловушек не сработала. Наконец, они достигли конца штольни. Джинн был в полном изнеможении. Он остановился напротив двух стражников, державших караул возле громадных деревянных ворот. Это были стражники-великаны – ещё выше тех, что стояли у входа в башню, и ещё лучше вооружены.

– Здесь, о высший маг, находится темница Аврелия. Я поместил его сюда, потому что преодолеть этот путь не под силу никому, кроме нас.

Игуана вырвалась из рук Аргуса и прыгнула к стене. Она вцепилась в неё всеми четырьмя лапками и снова изменила свой внешний вид. Казалось, будто она растворяется в стене, погружается в неё. Вскоре её дребезжащий голос донёсся до Аргуса с другой стороны:

– Я доволен твоим выбором, – сказал он. – Однако я немного перестраховался.

Аргус его не понял:

– Перестраховался?

– Ты не единственный, кто сегодня утром был в гостях у члена нашего магического круга. Я тоже отправился в путь и нанёс визит могущественной Шаолинь.

Постепенно до Аргуса стало доходить, о чём идёт речь.

– Я попросил её предоставить нам одного из её… Её… Ну, скажем, «друзей», – продолжал объяснять маг. – Он поможет сторожить Аврелия.

Аргус содрогнулся. Шаолинь ему не нравилась. Как и её «друзья». Однако, когда он заглянул в окошко тюремной двери, когда разглядел в просторном круглом помещении Аврелия, скованного цепями и спящего на полу, и когда увидел, как над дедом Алекса нависла громадная тень, тогда злой джинн согласился с решением высшего мага. Аргус улыбнулся, продолжая наблюдать за «другом» Шаолинь и разглядывая разделённый натрое хвост и вырывающиеся из его пасти клубы дыма.

Четыре верблюда

Когда школьный автобус остановился и двери открылись, Алекс всё ещё пребывал в прекрасном расположении духа. Но хватило одной фразы, чтобы это настроение мигом улетучилось.

– Кого это ты с собой притащил?

Сердце Алекса заколотилось как бешеное. Кальвин! Именно на него их угораздило наткнуться. На него и трёх болванов, которые всюду его сопровождали. У всех четверых на лицах блуждали высокомерные ухмылки. Все четверо стояли подбоченившись. Все четверо жевали жвачки, преувеличенно громко чавкая. У всех четверых была одинаковая одежда, одинаковая дурная слава в школе и одинаково плохие оценки за контрольные. У всех четверых всегда было всё одно и то же. Только Кальвин обладал тем, чего не было у остальных: властью. Его слово было главным. До сих пор Алексу всегда удавалось обходить Кальвина стороной. Но именно сегодня! Именно сейчас, когда он и Сахли…

– Где ты его взял? – спросил Кальвин у Алекса, обходя вокруг Сахли. – Он точно не местный.

Алекс предпочёл не ввязываться в разговор.

– Идём, Сахли!

Однако болваны Кальвина преградили ему путь.

– Куда это ты намылился? – прорычал Кальвин. – А разрешения спросить не забыл?

Алекс решил слегка подыграть:

– Он мой друг. Издалека.

Кальвин широко ухмыльнулся и демонстративно перекатил во рту жвачку:

– Значит, такому неудачнику, как ты, приходится заказывать себе друзей из-за границы. Ожидаемо. – Он подошёл к Сахли. – А разговаривать он умеет или это модель без звука?

Его болваны дружно рассмеялись.

– Откуда ты? – Кальвин грубо обратился к самому Сахли.

Сахли невозмутимо смотрел прямо перед собой и молчал. Алекс пытался утянуть его за собой.

– Идём, нам пора.

– Минуточку! Пусть вначале скажет мне, откуда приехал, – возразил Кальвин. Его друзья подошли ближе. На их лицах уже появилось предвкушение от близкой возможности кого-то поколотить. Неподалёку стояли ещё несколько их одноклассников. Но вмешиваться они не решались. Все боялись Кальвина как огня.

Наконец раздался голос Сахли:

– Я из Аравии. Прямо из пустыни.

Глаза Кальвина сузились и превратились в щёлочки.

– Из пустыни? Ты?

Алекс уже хотел ответить за друга, но Сахли с готовностью заявил:

– Я могу это доказать.

Кальвин выглядел удивлённым.

– Ты можешь доказать, что приехал сюда из пустыни?

Сахли кивнул, и Кальвин вызывающе встал перед ним:

– Ну, валяй!

Ещё никогда ранним утром перед школой не было так тихо. Тем временем на школьный двор подтянулись учащиеся всех классов. Вокруг Алекса, Сахли, Кальвина и его друзей собралась многочисленная публика. Все затаили дыхание. Чувствовалось, что они переживают за нового мальчика и восхищаются его смелостью, ведь он решился бросить вызов самому Кальвину.

Однако ни один из них не был готов вмешаться.

Сахли повернул голову, подмигнул Алексу, поднял правый указательный палец и громко крикнул:

– Идите! – и щёлкнул языком.

Школьники немало удивились, когда Кальвин и его друзья выстроились в ряд позади Сахли, фыркнули и запрокинули головы назад. Сахли сделал шаг вперёд, и четверо парней за его спиной последовали его примеру. Сахли снова шагнул вперёд, и группа шагнула за ним. Затем Сахли решительно тронулся в путь и как по арене провёл продолжающую фыркать группу мимо озадаченных учеников прямо к школьному пруду. Там Сахли остановился и крикнул:

– А теперь – пейте!

Четверо мальчишек, не колеблясь, опустили головы и принялись хлебать воду из пруда.

– Фу-у-у! – донеслось из рядов школьников. Но Сахли не обращал на это внимания. Он ещё раз щёлкнул языком, и Кальвин и его друзья снова выстроились перед ним.

– Вот вам доказательство того, что я родом из пустыни, – объявил Сахли. – Как вы успели заметить, с верблюдами я обращаюсь очень ловко! С верблюдами в пустыне и с верблюдами вроде вас.

Кальвин смотрел на него в недоумении.

Его друзья смотрели на него в ещё большем недоумении.

А школьники разразились громким, звонким смехом, искренним и заливистым.

Сахли же вернулся к Алексу.

– Разве нам не пора? – спросил он.

И в этот момент раздался звонок, возвещающий начало первого урока.

Волшебная сила через пространство и время

Аргус тяжело поднялся со своего ложа. В голове гудело, в желудке бушевало. Однако ему было уже не так плохо, как несколько часов назад, когда он наконец вернулся в своё логово в оазисе. В голове безостановочно крутились воспоминания о прошедшем дне, и джинн злился на себя за то, что потратил впустую так много времени. На визит к высшему магу, на посещение системы пещер под сторожевой вышкой и ещё на сон. Но сон был необходим. Ему нужно было поспать, чтобы восстановиться после такого напряжения и набраться сил для нового путешествия во времени.

– О нет! – уже от одной мысли об этом его желудок снова свело судорогой. – Опять путешествие во времени! – Его передёрнуло. Возле его ног раздалось громкое «Мяу!»

Млабрабаст, египетский кот, встал и с наслаждением потянулся. Судя по всему, он тоже отлично поспал. Теперь он смотрел вверх на Аргуса и облизывался.

– О, понимаю, – сказал Аргус. – Ты проголодался, да? – Он обвёл взглядом свою разрушенную пещеру. – Но разве я найду здесь что-нибудь для тебя? – Он посмотрел во все стороны. – Кошек у меня в гостях ещё не бывало. У меня нет… Я не знаю… Я не могу… – Он вздохнул. Оставалось надеяться, что в этот момент никто за ним не подглядывает. Однажды Аргус собирался возглавить магический круг. Стать всемогущим. Непобедимым. И вот он сидит здесь и пытается решить самые низменные проблемы, которые только могли возникнуть в его мире.

– Минуточку! – озарило джинна. – В моём мире… – повторил он свою мысль и ещё раз прошептал: – В моём мире! – Наконец лицо Аргуса просияло. – Придумал! – воскликнул он, и кот обрадовался, хотя и не знал, что задумал этот старик. Аргус наклонился к Млабрабасту, взял его на руки и сказал: – Я знаю, как помочь тебе и мне, мой маленький пушистый товарищ. Послушай: я отправлю тебя вперёд, в эпоху, в которой живёт Алекс, хорошо?

Он поднял кота выше, заглядывая ему в глаза.

– Для начала ты можешь отправиться к Сахли с Алексом и один. Этого будет достаточно. Я смогу управлять заклинанием и отсюда. А пока я буду здесь, ты там найдёшь столько кошачьего корма, сколько твоей душе угодно, уж я-то знаю!

Аргус достал волшебный амулет, который передал ему египетский верховный жрец.

– Вот, смотри, я дам тебе в дорогу подарок. Передай его черноволосому юноше. Я помогу тебе его найти. Он этому подарку обрадуется. Мы все очень обрадуемся! – Он разразился своим вороньим смехом. Млабрабаст испуганно сжался. – Вперёд, нельзя терять ни минуты! Мы доставим тебя и амулет прямо к Сахли. А потом, когда наступит нужный момент, я прибуду туда следом за тобой.

Аргус поспешно вскочил на ноги, помчался к своему столу и ловко разложил перед собой всё, что требовалось для заклинания: золотую чашу и многочисленные драгоценные камни, каждый из которых отвечал за разное колдовство. Как всегда во время погружения в магию, на пряжке его пояса вспыхнул красный драгоценный камень.

Наконец, всё было готово. Аргус мог приступить к заклинанию чаши. Он вытянул над ней руки, и серебряное дно засверкало. Джинн зажмурился и воскресил в памяти предметы, которые видел во времени Алекса. Постепенно их изображения возникли на серебряном дне чаши, и наконец там нарисовалась лужайка перед домом Алекса. Аргус резко распахнул глаза, схватил кота и швырнул его прямо в чашу. Вспыхнуло сияние, и уже в следующую секунду Млабрабаст исчез из логова Аргуса и появился на лужайке. Кот встряхнулся и, пошатываясь, направился к дому.

Аргус был очень доволен собой.

– Прекрасно! Прекрасно! – бормотал он. – А теперь пойдём дальше! – Успех заставлял его торопиться. Он восторженно потёр руки.

– Приступим к заклятию раздора! – решительно заявил джинн и поводил руками над чашей, чтобы она показала ему, где в тот момент находились Алекс и Сахли.

– Школа, – обрадовался Аргус. – Как хорошо! Там много народу. Много детей. Много девочек! Остаётся только выбрать подходящую. Девочку, которую я привяжу к магии амулета.

Он снова рассмеялся. Золотая чаша показала ему всю школу целиком. Аргус очень внимательно и не торопясь рассмотрел всех школьниц. Ему нужна была особенная девочка. Лживая. Эгоистичная. Девочка, в которую должен будет влюбиться Сахли. Потому что только в том случае, если Сахли будет ослеплён любовью и не заметит, что девочка его использует, Алекс и Сахли рассорятся. Это разрушит дружескую связь между мальчишками, и у Аргуса наконец-то появится власть над духом. А вместе с ней – и над Аврелием. А вместе с ней и над его знаниями, касающимися магического круга. А вместе с ней… Да-а, вместе с ней он снова станет преемником высшего мага круга.

– Вот! – джинн резко остановил поток образов. Он её нашёл – девочку, которая была ему нужна. На первый взгляд она казалась очень милой и даже красивой. У неё были белокурые косички, а в ушах серёжки со сверкающими кристаллами, почти такими же красными, как драгоценный камень на пряжке Аргуса. Однако взглянув ей в лицо ещё раз, джинн увидел, какая она на самом деле злобная и самовлюблённая. Очаровательную наружность девочка использовала для собственной выгоды. Она была такой подлой и коварной, что сам Аргус мог бы мгновенно в неё влюбиться, без всяких амулетов и приворотов.

Но речь шла не о нём. А о Сахли. Влюбиться предстояло ему.

С помощью последнего волшебного заклинания Аргус подтолкнул девочку сквозь время и пространство в сторону Сахли и Алекса.

И не только её. Он и Млабрабасту показал, куда идти. Аргус и без того уже потерял массу времени! Настала пора действовать!

Страх за Сахли

Алекс привёл Сахли в классную комнату. До прихода учительницы Алексу пришлось не меньше десяти раз объяснять, кто такой его спутник. Теперь он уже без запинки рассказывал историю про дружб

Продолжение книги