Рябиновые бусы бесплатное чтение

-1-

Яркие лучи солнца переливаясь, играли солнечными зайчиками на кронах деревьев. От этого листья были то серебристыми, то светло-зелеными, то изумрудными. Сегодня здесь было особенно светло от обилия солнечного света, от белых стволов раскидистых красавиц берёзок. А аромат стоял в берёзовой роще такой, что голова шла кругом. И травы в этом году были какими-то особенными, не такими как прежде. Гуще они выросли в этом году, выше, а уж о том, как хорошо было лежать в них и наблюдать за бесконечными облаками в голубой выси июньского неба можно было даже не говорить. Полинка с Зоей, пришли сюда как это делали все годы. С того самого момента как стали помнить себя, поляна эта в Дальней роще, была их любимая. Каждый год строили они здесь шалаш, и играли в разные девчоночьи игры. А когда подросли, то уже не только играли, но и мечтали о том, как дальше жить будут, кем станут, когда повзрослеют. Вот и в этом году, тоже шалаш был построен, только в игрушки они уже не играли, а всё больше делились своими планами на будущую жизнь. Говорили, как и водиться между подружками, о мальчиках тоже, куда же без этого, если им по шестнадцать исполнилось. Самый возраст о мальчиках говорить. Зоя лёжа на спине, смотрела на большое пушистое облако, проплывающее у них над головами, прикусив стебелёк зверобоя, спросила Полину.

– Поль, а тебе Сашка Зоричев нравится?

Полина приподнялась на локте и посмотрела на подругу.

– А с чего это ты вдруг о неё вспомнила?

– Да я недавно заметила, как он смотрел на тебя, когда мы на речке купались.

– Ну и как он на меня смотрел?

С любопытством спросила Полина подругу.

– Да как-то по-особому, не могу объяснить, ну в общем мне показалось он к тебе неравнодушен.

– Скажешь тоже, неравнодушен. Он к Витке в соседнее село на свидание ходит, у них любовь, а у нас просто дружба, по-соседски.

– А мне он нравится.

Неожиданно призналась Зоя.

Полина села и уставилась на Зою.

– И давно он тебе нравиться стал?

– Да нет недавно, с прошлой недели, когда на танец меня в клубе пригласил.

– И ты прямо решила что влюбилась в него?

– Да я и сама толком понять не могла, только знаешь сниться он мне почти каждую ночь. А во сне целуемся мы с ним, прямо по-взрослому.

– А ты знаешь, как целуются по-взрослому?

– Нет конечно, откуда, но в кино ведь это мы с тобой видели.

– Ой Зоя, не забивай себе разной ерундой голову, рано нам с тобой ещё об этом думать, нам ещё год в школе учиться, потом в институт поступать. А Сашка что, он из армии месяц назад вернулся, ему, наверное, уже жениться пора. Да и ветреный он какой-то непостоянный, то к Витке, в Домановку ходит, то с Танькой с нашей улицы встречается. Когда только успевает, ведь всего месяц дома?

– Поль, а тебе кто-нибудь из парней нравится?

Полина легла обратно в траву.

– Не знаю Зой, одно время Колька Озеров из параллельного класса нравился, потом Мишка мой сосед по парте, но это давно было, ещё в седьмом классе. Я тебе говорила об этом, помнишь.

– Помню, ну а сейчас, неужели никто не нравиться. Ты ведь красивая Поль, многие ребята хотели бы с тобой дружить.

– Скажешь тоже, красивая, рыжая я, а рыжие кому могут нравиться.

– Конечно красивая, вон у тебя косы какие, ниже пояса, а глаза, зелёные, как у русалки. Я иногда посмотрю тебе в глаза и мне кажется, что ты колдунья.

– А конопушки на носу?

– А что конопушки, они очень милые и совсем тебя не портят.

И фигурка у тебя что надо, ножки стройные. Я бы, будь у меня такая фигурка, на артистку бы пошла учиться, а ты врачом хочешь стать.

– Да врачом хочу быть, и что тут такого?

– Да ничего, просто это не для меня, я крови боюсь. А вот готовить люблю, поэтому пойду, наверное, на повара учиться.

– Ну знаешь, повар тоже профессия достойная, выучишься. Станешь работать в каком-нибудь ресторане, потом на конкурс в Москву, например, поедешь, победишь там и прославишься на всю страну. Люди будут огромные очереди в ресторане отстаивать, только чтобы твой пирог фирменный попробовать. Я очень люблю твой пирог с вишней.

Засмеялась Полина.

– Да ну тебя, болтушка, любишь ты пофантазировать.

Отмахнулась от подруги Зоя.

– Ой Зойка, время уже к вечеру, а я забыла грядки с луком прополоть, вот мамка мне задаст, когда с поля вернётся.

Встревожилась Полина.

– Да не переживай ты, пошли поскорее и всё выполем, тётя Фрося с работы придёт, а у тебя всё готово, я помогу тебе. А то вечером одной на танцы в Домановку идти я побоюсь, если тебя мать не пустит. А мне Сашку увидеть очень хочется.

Подружки спрятали в шалаш одеяло, закрыли вход ветками и поспешили домой.

-2-

Быстро управившись с грядками, Зойка убежала домой помогать старшей сестре, поливать капусту. А Полина пошла к колодцу за водой, нужно было наносить большую кастрюлю, на следующий день, мать планировала затеять большую стирку. Наполнив вёдра водой, Полина перекинула коромысло через плечо и стала медленно подниматься в гору. Шла она осторожно, чтобы не расплескать воду. Вдруг, как из-под земли, перед ней с рёвом выскочил на своём мотоцикле Гошка Кучеров, обдав клубами пыли и бензиновой гарью. Полина едва успела отскочить в сторону, зацепившись ногой за высокую траву, он не удержалась и полетела на землю, вёдра разлетевшись в разные стороны, окатили её водой, с головы до ног. Она встала, подобрала вёдра и коромысло, а потом бросив их села в высокие лопухи, что росли по обочине деревенской улицы, и расплакалась, от обиды. Всё это видел Сашка, он возвращался домой от друга, жившего на соседней улице. Зоричев подошёл к ней, поднял на ноги, и сказал грубовато, как старший брат.

– Домой ступай, я воды сам принесу, а дурака этого, Гошку, вечером поймаю и хорошенько растолкую что к чему.

Полина с благодарностью посмотрела на Сашку.

– Спасибо тебе Саш, а то я ногу ушибла когда падала, теперь болит сильно.

– Давай я гляну что там у тебя с ногой.

Сашка присел на корточки и приподнял подол сарафана.

– Ой не надо.

Проговорила Полина, отводя в сторону руки Сашки. Она, покраснела до кончиков своих рыжих волос. Веснушки на её щеках и вздёрнутом носике стали совсем не видны, потому что лицо полыхало как маков цвет.

– Да чего ты, Полька, стесняешься меня что ли. Я же тебя с детства знаю как облупленную, вспомни, сколько раз я тебе коленки зелёнкой мазал, когда ты их сбивала где-нибудь. И вообще, ты для меня как младшая сестра. Я всегда у родителей младшую сестрёнку просил, но получил только двух братьев, вот ты мне её и заменила.

– Я знаю Саш, только теперь не надо, теперь я сама смогу коленки свои лечить.

Ответила ему Полина, и прихрамывая заспешила к дому.

Ей было неловко от того что Сашка, попытался задрать подол сарафана.

– Он что не замечает что я уже не маленькая девочка, что прошло то время, когда я с ободранными коленками по селу бегала.

Полина вспомнила как однажды, когда ей было лет шесть наверное, Сашка смастерил для неё бусы, из ягод рябины, что росла под окнами у Зоричевых. Бусы эти, порвал тогда всё тот же Гошка Кучеров. Как же она плакала, а Саня, вытер ей слёзы и сказал, так серьёзно сказал.

– Не реви, вот вырасту и настоящие тебе куплю, а таких, из рябины сколько хочешь ещё сделаю.

И на следующий день принёс новые бусы, но ей всё равно было жалко те первые, они ей казались самыми красивыми, какие только могут быть.

– Ну вот ты и вырос Санька, а бусы, наверное, Вите подаришь, или Таньке, про то что мне обещал, уже, наверное, и не помнишь.

Невольно Полина вспомнила недавний разговор с Зоей.

– А действительно, почему мне никто из мальчишек не нравится? Зойка почти каждый месяц в кого-то влюбляется, вот сейчас, призналась, что в Сашку втюрилась. А я ко всем равнодушна, может не встретился тот, кого полюблю по-настоящему.

Полина вспомнила какие сильные у Сашки руки, как он легко словно пушинку, поставил её на ноги. А потом вспомнила как он приподнял подол её сарафана, и по телу у неё пробежали мурашки. Не успела она дойти до дома, как Саня с двумя вёдрами воды уже стоял у их калитки.

– Рыжик, принимай воду, показывай, куда вёдра поставить.

Крикнул он через забор.

– Неси сюда, вот в эту кастрюлю выливай.

Откликнулась Полина. Саня прошёл под навес, где была сложена летняя печка, вылил воду в стоящую на ней большую кастрюлю, поставил вёдра на скамейку.

– Ну вот и всё, а ты расстраивалась.

Он легонько щёлкнул Полину по носу.

– Не грусти рыжик, заживут твои коленки. На танцы сегодня в Домановку пойдёшь?

– Пойду, я Зойке обещала.

– Это какой Зойке, Поповой что ли, подружке твоей?

– Да, ей.

– А вы всё так же дружите?

– Дружим, и всегда дружить будем.

– Вечным Полька, ничего на земле не бывает, вот окончите школу, разъедитесь по разным городам, и забудете друг о друге.

– Не забудем, мы в один город поедем учиться.

– Ну раз так, то это хорошо.

– А ты что теперь после армии делать станешь, женишься наверное?

– Женюсь, я, с какого перепугу ты так подумала?

– Ну ты же по девчатам как кот по крышам гуляешь, какая нибудь да окольцует.

– Нет Полинка, жениться я не собираюсь, во всяком случае в ближайшие четыре года. Я в военное училище поступать буду, в Рязань поеду. Понял пока служил, что армия это моё, так-то вот.

Он хотел снова щёлкнуть её по носу, но Полина отстранилась и обиженно проговорила.

– Сань, ну что ты со мной как с маленькой.

Сашка улыбаясь спросил её.

– А ты что, выросла уже?

– Да, выросла.

С вызовом ответила она.

Зоричев осмотрел Полину долгим оценивающим взглядом, а потом задумчиво произнёс.

– А ведь и правда, выросла, а я и не заметил.

-3-

В Домановке Зойка болтала без умолку, про то какой Сашка красивый, как она мечтает, чтобы он снова пригласил её на танец. Но танцевал он только с Витой, а потом они как-то незаметно исчезли с освещённого пятачка, у дома Бухариных, где собиралась молодёжь со всех ближайших сёл. Когда возвращались домой, к ним подкатил Гошка и предложил подвезти.

– Сам катись на своей тарахтелке.

Ответила ему Полина.

– Поль, ну прости меня, я не думал, что так получиться, просто пошутить хотел.

– Дурак ты Гошка, и шутки у тебя дурацкие. Поэтому катись отсюда, пока крапивы не получил.

Полина подхватила Зою под руку, и быстро зашагала с ней в сторону Журавлёвки.

– Поль, а ведь Гошке ты нравишься, вот он и старается обратить на себя внимание, пускай даже так по-дурацки.

– Зато он мне не нравится.

– Прямо-таки совсем не нравится?

– Совсем. Ну подумай сама, как может нравиться человек, который тебя постоянно обижает. Вспомни, сколько он мне гадостей уже сделал. Лягушку в портфель подбрасывал, мышь в карман пальто сажал, в лужу меня по весне столкнул, сегодня вечером вот на драндулете своём чуть не сшиб. Я так считаю, если человек тебе не безразличен, то для него только хорошее хочется делать, а не пакости разные.

– Поль, но он же мальчишка, ему стыдно наверное признаться что любит тебя, вот и старается задеть посильнее чтобы ты на него внимание обратила.

– Зой, я смотрю ты к нему в адвокаты нанялась. Хватит, не говори мне ничего больше о Кучереве, иначе мы с тобой поссоримся.

– Хорошо, не буду, ссориться с тобой из-за Гошки я не хочу. Давай лучше о Сашке поговорим.

– А что о нём говорить, Санька как Санька. Кстати, жениться пока не собирается, сказал что военным хочет быть, в военное училище поедет поступать.

– Правда, ну тогда я точно в него по самые уши влюблюсь, я военных просто обожаю. Поль, а ты заметила, как он изменился пока служил. Таким мужественным стал, высокий, плечи широкие. А глаза, заметила какие у него глаза?

– Глаза как глаза, обыкновенные.

– Нет Поль они у него не обыкновенные. Они у него цветом как сталь, как раз такие и должны быть у военного, я прямо вижу его в форме.

За разговорами подружки не заметили, как пришли домой. Распрощавшись с Зойкой у дома Поповых, Полина поспешила в свой переулок. Подходя ближе к дому увидела что на лавочке перед палисадником Зоричевых, кто-то сидит. В темноте виднелся огонёк сигареты.

– Поздновато возвращаешься, Рыжик.

Окликнул её Саня.

– Зато ты рано домой заявился, я думала тебя Витка только под утро отпустит.

– Ей завтра в город рано, поэтому я проводил её и домой пошёл.

– Надо же, мог бы и к Таньке на Луговую заглянуть, раз время свободное появилось, чего ему зря пропадать.

– А ты я смотрю язвой растёшь, тебе палец в рот не клади. Или это у вас у всех так получается?

– Как?

– Да как только девчонке шестнадцать исполниться, так характер у неё портиться. Ты ведь раньше такой не была.

– Я и сейчас не такая, просто тебе показалось.

– Да уж показалась, ты как ежик колючки распускаешь, смотри, все женихи от тебя разбегутся, если так себя вести будешь.

– Не твоя забота, мои женихи, ты лучше за своими невестами смотри, чтобы они тебе волосья не вырвали, когда узнают, что ты целый хоровод имеешь.

– Ну вот, а ещё говоришь, что не язва. Язва, как есть язва, и будешь ты старой девой, если не исправишься.

Хохотнул Санька и хотел щёлкнуть Полину по носу. Но она отклонилась в сторону, потом подскочила и со всей силы отвесила ему подзатыльник.

– Вот тебе, чтобы знал, не маленькая я уже, и нечего тут со мной сюси-пуси разводить. Учить он меня вздумал, сама разберусь какой мне быть.

И резко развернувшись зашагала к своей калитке.

– Ох Полька, быть тебе старой девой, если ещё и драться будешь.

Захохотал ей вслед Сашка.

На утро, пока мать готовила завтрак, Полина попросила её.

– Мам, можно сегодня после того как тыкву прополю, мы с Зойкой на речку пойдём.

– Можно.

Ответила Фрося, ласково посмотрев на дочь.

– Только рассаду вечером полить не забудь. А то я вас болтушек знаю. Как соберётесь вместе, так до самой темноты проговорить можете. О чём только говорите, о женихах наверное?

– Мам, ну какие женихи, мы с Зойкой о жизни разговариваем.

Краснея отозвалась Полина.

– Да ладно, о жизни, а то я такой как вы не была. В ваши годы только про парней и разговоры вести, потом не до того станет.

Фрося подошла и обняла дочь.

– Ох Полюшка, выросла ты у нас, мы с отцом и не заметили. Всё кажется, Игнат меня только вчера из больницы с тобой привёз, а уже шестнадцать годков пролетело. Вот на следующий год школу окончишь, и улетишь от нас, совсем мы с ним одни останемся.

– Мам, а почему вы больше никого не родили, был бы у меня сейчас братик или сестрёнка, и вам бы с папкой грустить не пришлось.

– Мы хотели, да только с сердцем у меня нелады, вот врачи и запретили. Но я всё равно родить хотела, Игнат не позволил, бережёт он меня. Ладно егоза, зови отца, давай завтракать, а ты как справишься с прополкой, можешь до вечера быть свободной. Идите на речку, только смотрите там, осторожней.

– Спасибо мам.

Прощебетала Полина, и поцеловала мать в щёку.

-4-

Они загорали с Зойкой на берегу речки, когда туда пришла компания парней и девчат постарше, среди них был и Сашка.

– Рыжику привет.

Крикнул Сашка и помахал им с Зойкой рукой.

– Он что, специально решил меня бесить? Зачем меня Рыжиком называет, да ещё при всех? Ух, прибила бы его за эти слова.

Тихо проговорила Полина, обращаясь к подруге.

– Ну ты же сама говорила, что вы просто друзья, вот он по-дружески тебя Рыжиком и зовёт.

– Зой, я и без него знаю, что рыжая и некрасивая, зачем каждый раз напоминать мне про это, да ещё при этих двух городских фифах, смотри как заливаются.

– Поль, у тебя прямо комплекс какой-то по поводу цвета своих волос. Ну сколько можно тебе говорить, что волосы у тебя красивые. Я просто уверенна, что эти две девицы, сейчас завидуют тебе. Ты только посмотри на их мышиные хвостики, и сразу всё станет понятно.

Разговор подруг прервали подошедшие одноклассники.

– Ну что загораем, отдыхаем?

Обратился к ним Миша Морозов, Полин сосед по парте.

– Отдыхаем, на то они и каникулы, чтобы отдыхать.

Откликнулась Зойка.

– А мы мяч принесли, может сыграем в волейбол.

Предложил Гошка, вечный обидчик Полинки.

– Конечно сыграем.

Ответила Зойка за себя и за подругу.

Они, оставив свои вещи на песке у воды, пошли к двум большим ивам, там между деревьев, была натянута волейбольная сетка. Разбившись на команды. Ребята принялись играть. Азарт захватил Полину с такой силой, что она не заметила, как отбивая подачу, наступила босой ногой на сучок и поранила ногу. Вскрикнув от боли, она упала на траву и схватилась за маленькую крепкую ступню из которой хлестала кровь. Сашка почуяв неладное, подбежал к ним.

– Полька, что случилось.

Присел он перед ней на колени.

– Не знаю, ногу обо что-то поранила.

Ответила Полина, размазывая по щекам слёзы.

Сашка осмотрел ступню, рана оказалась глубокой.

– Да тут в медпункт надо, потерпи немного.

Он стащил с себя тельняшку, оторвал от неё большой кусок и принялся бинтовать ногу. Потом подхватил Полину на руки и пошёл в сторону села, крикнув на ходу Зойке.

– Попова, вещи Полинины домой забери.

Полина вспомнила что она в одном купальнике и попросила.

– Саш, погоди, дай я хоть оденусь, разве можно в таком виде на улице села показаться, мамка узнает, браниться станет. Скажет совсем стыд потеряла, телешом по деревне гуляешь.

Сашка остановился.

– Зойка, принеси её сарафан или халат, ну что там у неё.

Подбежала Зойка, подала Полине халат. Она быстро набросила его на себя.

– Ну теперь всё, можем идти?

Спросил её Сашка. Полина в ответ кивнула головой. Нога болела так, что она едва сдерживала себя, чтобы не реветь в голос.

– Поль, вот почему ты такая?

Задал вопрос Сашка

– Какая?

Переспросила она его.

– Да вот такая, вечно с тобой приключения случаются. Я на тебя в детстве, наверное, ведро зелёнки извёл, раны да ссадины твои смазывая. Ты, когда под ноги научишься смотреть, а не носиться по селу сломя голову.

– Ты что, мораль мне снова читать надумал, пусти, сама пойду.

Возмущённо заговорила Полина. От обиды даже боль в ноге показалась уже не такой сильной.

– Да сиди, ты, Зинка. Лучше обхвати меня руками за шею, так удобнее и тебе и мне будет.

– Какая ещё Зинка?

Полина с удивлением посмотрела на Сашку.

– А то ты не знаешь какая? Коза бабки Поликарпихи, упрямей её во всём селе, наверное, не сыщешь. Вот и ты такая же.

Полина прыснула от смеха и уткнулась Сашке в плечо.

Они пришли на медпункт, Сашка посадил Полю на кушетку и позвал Любашу Петрову, она работала у них в селе фельдшером.

Люба осмотрела ногу и сказала.

– Рана глубокая, я сейчас конечно её обработаю, но тут швы накладывать нужно. Беги Сань, машину ищи, в Обоянь её везти нужно.

Санька побежал на улицу, и вскоре к медпункту подкатил газик, за рулём которого сидел его друг, Иван Бабушкин. Он снова подхватил Полинку на руки и понёс к машине. Держась за шею Саньки, она с горечью произнесла.

– Ну вот, искупались и позагорали, зачем я пошла играть в этот мяч. Мама теперь расстроится, а рассаду, как я поливать буду.

Сокрушалась Полина, пока Сашка нёс её к машине

Он мельком взглянул на неё и пробубнил.

– Давай сначала с ногой разберёмся, за рассаду потом поговорим

-5-

В районной больнице, Полинке наложили на рану швы, и велели каждый день ходить в свой медпункт на перевязку. Сашка хотел снова взять её на руки чтобы нести к машине, но она заупрямилась.

– Ты что, собрался меня всё оставшееся время, на руках носить. Пусти, сама дойду.

Но наступив на ногу, вскрикнула от боли.

– Ну вот, я же сказал Зинка, Зинка и есть.

Он подхватил её и понёс.

– Сиди тихо, а то брошу посреди улицы.

Пригрозил Сашка.

– Что я мамке скажу, какая из меня теперь помощница.

Сокрушалась Полина.

– Да не причитай ты, полью я твою рассаду, и на перевязку буду каждое утро тебя возить. Вон, у Ивана мотоцикл возьму и буду возить.

Кивнул головой Сашка в сторону Бабушкина. Они благополучно добрались до дома. Сашка посадил Полинку во дворе на лавочке, а сам пошёл в огород к Алтуховым полил сначала рассаду у них, потом занялся своим огородом. Через час после того как Полина и Сашка вернулись домой, к ней прибежала Зойка. Увидев забинтованную ногу подруги, запричитала.

– Полька, ну ты меня без ножа зарезала, я ведь без тебя на танцы ходить не смогу, а ведь мне так нужно Сашку видеть, ну хоть издалека.

Полина усмехнувшись, ответила Зойке.

– Спасибо тебе подруга, пожалела. Нет чтобы посочувствовать, я может теперь хромой останусь, а у неё одно на уме. Дался тебе Зоринский. Если видеть его хочешь, сюда приходи, он ко мне в таксисты нанялся, обещал каждое утро на перевязку возить.

– Правда?

Обрадованно воскликнула Зойка.

– Правда, приходи и любуйся на своего ненаглядного. Ну а на танцы пока правда, ходить не сможем, нога сильно болит, так что уж извини.

Потом посмотрела на подругу и добавила.

– А ты знаешь Зой, что я сейчас подумала. Вот снова всё из-за Гошки произошло, не притащи он этот дурацкий мяч, ведь ничего бы не случилось. Нет ему нужно было прийти на речку, и вот результат, я с пораненной ногой.

– Поль, ну это ты уже хватила. Причём тут Гошка, он ведь только мяч принёс, играть то он тебя не заставлял, ты сама согласилась, и сучок это под ноги тебе не подбрасывал. Так зачем ты винишь его.

– Ой Зой, я и сама не знаю, обидно просто, каникулы, а я теперь как верёвкой к дому привязана, кто знает сколько нога заживать будет. Теперь ни на речку, ни к шалашу нашему не сходить. А на танцы тем более.

Зоя, сидела рядом с Полиной на скамейке, чертила прутиком берёзки какие-то замысловатые фигурки на песке, а потом подняла голову и сказала.

– Поль, а мне кажется, что я всё же права.

– В чём Зоя?

– Не безразлична ты Сашке, вон как перепугался за тебя, тельняшку свою порвал, чтобы ногу тебе завязать, на руках по всей деревне носил. Да и ты к нему тоже неравнодушна.

– Не мели ерунды, он меня в сёстры себе определил, вот и носится со мной как ёжик с яблоком. Слышала бы ты как он со мной разговаривает, козой меня обзывает и по носу норовит щёлкнуть. Я ему вчера за это такой подзатыльник отвесила. И вообще, он тебе нравится, а разве мы можем с тобой соперничать из-за какого-то там Зоричева.

– Ты права, не можем, но если он вдруг тебе понравиться, то я мешать не стану, для меня ты важнее. Да я ещё и не уверена сильно, нравится мне он или не очень.

– Зойка, ты в своём репертуаре, у тебя семь пятниц на неделе. Ты уж давай, определись, кто из парней тебе по сердцу, а то чем ты лучше Сашки.

Они посмотрели друг на друга и расхохотались.

Вечером, когда Фрося возвращалась с работы, у калитки своего дома её встретила Сима Сухотина.

– Фроська, что там у Польки твоей случилось?

Полюбопытствовала она.

– Да ничего не случилось, на речку они с Зойкой собирались.

У Фроси от волнения заколотилось сердце.

– А ты что-то знаешь? Если знаешь не томи, говори.

– Да её Сашка Зоричев, сосед ваш, по всей деревне на руках сегодня носил. Ой Фрось, доиграется твоя Полька, он парень уже взрослый, а она зелёная ещё. Смотри притащит в подоле, срам на всю деревню будет.

– Тьфу на тебя Симка, я грешным делом подумала уж не утопли они там на речке. А ты мне тут такое морозишь. Сашка Полинку с пелёнок оберегает, он мне маленькую её нянчить помогал. Ничего дурного между ними не и быть не может, так что пустые твои слова.

Ответила ей Фрося и пошла к своему дому.

– Ну как знать, как знать.

Осталась при своём мнении Сима.

Дома увидев пораненную дочь, Фрося схватилась за сердце.

– Мамочка, не переживай, всё нормально, меня Сашка с Иваном Бабушкиным в больницу отвезли, там швы наложили и домой меня отпустили. Успокойся мамочка, нога очень скоро заживёт, вот увидишь.

– Ох Полина, ты ведь уже не маленькая, пора бы научиться вести себя по осторожней. Сколько раз тебе говорила, не бегай босая. А ту тебя в одно ухо влетает, в другое вылетает.

Сашка, как и обещал, каждое утро возил Полину на перевязку. Через неделю нога начала подживать, но он всё равно носил её на руках. Вот и сегодня утром, шутя подхватил и понёс к мотоциклу. Она обвила руками его за шею, и что-то весело рассказывала. Непослушный завиток волос выбился из косы, и едва слышно касался его щеки. От этого, на душе у него стало как-то хорошо и тревожно. Он взглянул Полине в лицо, и увидел уже не маленькую, соседскую девчонку, которая вечно попадала в разные истории, а красивую юную девушку. Она умолкла, почувствовав в нём какую-то перемену, а потом тихо сказала.

– Саш, не смотри на меня так, не надо.

И высвободившись из его рук, поковыляла к мотоциклу.

-6-

Сашка с силой провёл ладонью по лицу.

– И правда, что это я, вздумал на девчонку пялится. Она ведь зелёная совсем. Пускай с ровесниками дружит, а мне сейчас о другом думать надо, как в училище поступить. Хоть и демобилизовался я с хорошей характеристикой и рекомендацию мне в части дали, но этого мало, нужно ещё и экзамены выдержать. Так что нечего смущать девчонку Зоричев, у неё сейчас юность беззаботная, а тебе нужно о дальнейшей жизни думать.

Он догнал Полину и как можно беспечнее произнёс.

– Ну что ты опять колючки выпускаешь, прямо и взглянуть на тебя нельзя. Не думал, что из тебя царевна Несмеяна вырастет.

– Смотри, кто тебе не даёт, только вот так, не надо.

Сашка не стал переспрашивать, как он не должен на неё смотреть. Зачем смущать девчонку, вон и так красная как рак. Нога у Полины скоро зажила, и теперь Сашке не нужно было каждое утро спешить к Алтуховым, чтобы отвезти её на перевязку. Он стал старательно готовиться к поступлению в военное училище. Просиживая подолгу за учебниками, всё же иногда ловил себя на том, что в голове не формулы и правила, а рыженькая соседская девчонка, что так некстати подросла за эти два года пока его небыли дома.

– Зоричев, ты совсем обалдел, что ли, угомонись, не для тебя Полина. Она совсем несмышлёныш, ей ещё в школе учиться, потом

в институт поступать. Не стоит ей сейчас голову всякой ерундой забивать, типа любовь-морковь. Зубри лучше математику с физикой, а то пролетишь на экзаменах как фанера над Парижем, и конец тогда всем твоим мечтам.

Старался усовестить себя Сашка. Но Полинка, эта несносная девчонка, так и норовила попасться ему на глаза, то в огороде с ней столкнётся, то у колодца. А после этих встреч, он часто не мог уснуть, думая о рыжей бестии. И чтобы избавить себя от непрошенных мыслей, все ночи напролёт проводил то у Витки в Домановке, то у Татьяны, что жила через две улицы от них. Наступивший июль, он принял как избавление от своих непонятных чувств к Полине. Перед тем как уехать в Рязань, они столкнулись с ней на лугу, где Полинка сгребала скошенное отцом сено, а Сашка пришёл туда, чтобы нарезать лозы для плетения корзин, мать попросила. Увидев Полинку, он подошёл к ней.

– Привет, царевна Несмеяна.

Шутливо произнёс он, стараясь за этим напускным юмором скрыть своё смущение.

– Привет.

Отозвалась Полинка, продолжая свою работу.

– Как нога, не болит?

– Зажила.

Односложно отвечала она.

– А я завтра уезжаю, пришло время экзамены сдавать.

– Счастливого пути, желаю тебе удачи.

– Спасибо и на этом. Поль, я тебя чем-то обидел?

Она подняла глаза и посмотрела Сашке в лицо.

– С чего ты вдруг так подумал?

– Да разговаривать со мной не хочешь, не смотришь на меня.

– Глупости всё это, ничем ты меня не обидел, просто некогда мне, с сеном нужно управиться. Вон видишь туча какая надвигается, вдруг дождь пойдёт. Тогда весь папкин труд даром пропадёт.

– Ну так давай помогу.

Сашка протянул руку к граблям и хотел отобрать их.

– Не надо, я сама справлюсь, а ты иди своими делами занимайся.

Вырвав грабли из рук Сашки ответила Полина.

Он поднял вязанку лозы, забросил её на плечи и пошёл в сторону своего огорода. Потом обернулся и попросил.

– Ты хот проводить меня, завтра утром выйди за калитку.

– Тебя и без меня есть кому провожать. Смотри как бы зазнобы твои не передрались во время проводов.

Колко ответила она. Сашка, засмеялся.

– Язва, как есть язва. Быть тебе Полька старой девой.

Зоричев скрылся за кустами лозняка, а Полинка уронив грабли без сил опустилась на кучу сена, закрыла руками лицо и расплакалась. Вот уже почти месяц, она ловит себя на мысли, что нравится ей Сашка. А поняла это, когда он, неся её к мотоциклу так пристально посмотрел в лицо. Взгляд его, тогда просто как током ударил. Ей захотелось обнять его и припасть к губам, своими губами, ласкать ладошками лицо, прижаться к его широкой груди. Она едва сдержала тогда себя от этого. И после старалась не попадаться ему на глаза, но это плохо получалось. Жили то рядом, сады их только невысокий плетень разделяет. Вот и тянуло её, подсмотреть за Сашкой из-за старой груши, что росла у них за домом. Видела, как он утром зарядку во дворе делает, как играет каждый мускул на его загорелом теле. Ругала себя за эти подглядывания, но удержаться не могла, и каждое утро как на заклание шла на свой наблюдательный пост. А потом после своих шпионских вылазок, ночами напролёт думала о нём. И в мыслях, отваживалась на самые смелые ласки, о которых только читала в любовных романах. Как ей хотелось поделиться своими непонятными чувствами хоть с кем-нибудь. Но было не с кем. Маме про такое рассказать не отважилась, а Зойке не могла. Ведь она знала, что подружке тоже он нравится, поэтому считала предательством свои чувства к Зоричеву.

– Уезжает завтра, вот и хорошо, видеть больше не буду, может и забуду всё. Обязательно забуду.

Успокаивала себя Полина, сидя на пахучем клевере.

-7-

Этим утром Полинка проснулась очень рано. Первые солнечные лучи едва лишь начали скользить по просыпающейся земле. Над небольшой речушкой, что петляла позади огородов, заклубился молочный туман, медленно покидая низину. В воздухе носился сладкий аромат медуницы и луговых недавно скошенных трав. Под ласковыми лучами солнца, роса на траве сверкала алмазными россыпями. И тишина стояла такая, что если нечаянно задеть рукой солнечный лучик, который несмело пробивался сквозь непролазную крону старой груши, он зазвенит как скрипичная струна, на всю округу.

Она спустилась с крылечка, и босиком пробежала по прохладной от росы траве, под навес. Там в летнее время было у них что-то наподобие кухни. Полинка поплескалась у медного рукомойника. Рядом около ног вертелась кошка Пуся. Она наклонилась и погладила её мягкую пушистую шёрстку.

– Что проказница, молочка захотела? Ну подожди немного, сейчас мамка Зорьку подоит, и получишь своё лакомство.

Она взяла со стола сорванный только что с грядки огурец, и с аппетитом захрустела им. В это время, с полным подойником молока подошла мать.

– А ты что это ни свет ни заря подскочила. Спала бы ещё, лето быстро пробежит, в школу пойдёшь, тогда уже не поспишь.

– Да я уже выспалась мам, и вообще, в такое утро грех в постели валяться, смотри как хорошо кругом.

– Да, красота, летом благодать, не то что зимой.

– А я и зиму люблю, люблю слушать как вьюга в печке завывает. Смотреть как снег хлопьями за окном летит.

– Ещё бы ты не любила зиму, ведь в такую метель родилась, света белого видно не было. Мы с отцом заблудились, когда он меня в больницу повёз, думали, что уже всё, сгинем в этой круговерти. Спасибо на бригаду ремонтников наткнулись. Они с дальней фермы возвращались, вот и помогли нам на дорогу выбраться.

– Знаю, вы мне с папой эту историю уже не один раз рассказывали. Мам, а как ты думаешь, то что я вот так на свет появилась, может и на жизнь мою отражается. Вечно у меня всё несётся как ком с горы.

– Не знаю дочка, может отразилось, а может и нет. Самой нужно быть немного спокойнее, не носится как дым по кочерёжке.

А ты всё стараешься, охватить необъятное.

– Мам, но ведь в жизни столько интересного, вот и хочется везде успеть, всё попробовать.

Полинка разговаривала с Фросей, а сама всё прислушивалась, к звукам, доносившимся с соседнего двора. Она всё же решила проводить Сашку в город, вот и старалась не прозевать тот момент, когда он выйдет за калитку.

– Мам, что мне сегодня по дому сделать, какая работа есть?

– Я бельё постирала, в большом тазу вон у забора стоит, так ты снеси его к колодцу и прополоскай как следует, а то я не успела.

Мать ещё что-то говорила, но Полинка уже не слышала её, потому что с соседнего двора донеслись голоса. Это все Зоричевы вышли, чтобы проводить Сашку.

– Мам, погоди немного, я сейчас, надо мне.

Скороговоркой проговорила Полина и выскочила со двора. Сашки за калиткой ещё не было.

– Это хорошо, что ещё не вышел.

Подумала Полина. Она пробежала до поворота в их проулок и спряталась под большим кустом сирени, что рос у ограды бабки Поликарпихи.

– Здесь подожду его, тут нас никто не увидит, я только счастливого пути ему пожелаю и всё.

Решила Полина, скрываясь за большой веткой.

Сашка попросил своих домочадцев, не провожать его дальше калитки.

– Давайте здесь во дворе попрощаемся, а то долгие проводы, лишние слёзы.

Он обнял мать и отца, а потом подошёл к братьям, Тишке и Гришке, они были близнецами, потрепал по нестриженым вихрам и попросил.

– Вы за Полинкой Алтуховой приглядывайте, чтобы её не обижал никто.

– Да, её обидишь, она сама кого хочешь обидит.

Откликнулся Гришка.

– И вообще она старше нас на целый год.

– Ну и что, что старше, она же девочка, а девочек нужно защищать и оберегать.

– Ладно, будем.

Успокаивая брата ответил Гришка.

– Саш, а ты случайно не втюрился в Польку, раз так о ней заботишься.

С нагловатой улыбкой спросил брата, Тишка.

– Не мели ерунды, просто я с детства за ней приглядываю, вы же знаете, вот и хочу, чтобы её никто не обижал.

– Не волнуйся, не обидят, если что мы вдвоём так накостыляем, мало не покажется.

– Ну вот и ладушки, надеюсь на вас.

Ребята подошли к Сашке и обняли его.

– Удачи тебе, брат.

– Ты как экзамены сдашь, телеграмму дай.

Попросила мать, передником утирая непрошенную слезу.

– Обязательно, мам, только ты не плачь, пожалуйста.

– Я не буду сынок, не буду. Просто грустно, только из армии пришёл, дома совсем не побыл и снова уезжаешь, ведь долго не увидимся если поступишь, до самой зимы.

– Катерина, что значит если, обязательно поступит.

Проговорил Семён подходя к сыну.

– То, что по стопам старшего брата решил пойти, молодец. Юрка вон уже до капитана дослужился. Я ведь тоже хотел военным стать, да мать одну оставить не смог. Дед твой после войны недолго пожил, умер, когда я только школу окончил. Вот и пришлось мне семерых братьев и сестёр помогать матери на ноги ставить. Зато вы, сыновья мои, мечту мою давнюю осуществите. Так что Сашка, не подведи, удачи тебе сын.

Они обнялись.

– Спасибо тебе батя, за то, что веришь в меня. Я буду военным, чего бы мне это не стоило. А теперь всё, до встречи.

Он отворил калитку и вышел на улицу. Посмотрел на соседний двор, но там никого не было.

– Значит не захотела проводить меня, Полюшка. А может это и правильно, зачем лишний раз нам встречаться, теребить душу.

Он быстрым размашистым шагом пошёл к автобусной остановке. Поравнявшись с двором бабки Поликарпихи вдруг услышал.

– Саша.

Он остановился и обернулся на голос. Из-за куста вышла Полинка.

– Я проводить тебя пришла Саша.

Тихо проговорила она. Сашка улыбнулся.

– Пришла всё же, а я уже подумал, что ты видеть меня не хочешь.

– Удачи тебе, я кулаки держать буду, чтобы ты экзамены на отлично сдал.

– А может поцелуешь меня на удачу.

Попросил Сашка. Полина несмело подошла к нему, приподнялась на цыпочки и чмокнула куда-то около уха.

– Спасибо.

Поблагодарил он, а потом наклонился, и нежно чуть коснулся губами её губ. Полинка от этого робкого и невинного поцелуя загорелась как мак, ойкнула и побежала домой.

-8-

Хорошо что родители, пока она прощалась с Сашкой, успели уйти на работу. А то бы непременно стали расспрашивать, куда это она так неожиданно убежала, и почему вернулась такая взволнованная.

Полинка забежала в свою комнату, закрыла дверь на крючок и плюхнулась на кровать.

– Он меня поцеловал, боже он меня поцеловал. Как я могла допустить такое. Я предала Зойку, теперь я предательница.

Думала она, а сердце сладко замирало в груди, от того что произошло. Она вышла из комнаты, подошла к большому зеркалу, что висело на стене в прихожей, и посмотрела на себя. Потрогала кончиками пальцев губы, и улыбнулась своему отражению.

– Неужели я нравлюсь Сашке, ведь не просто же так он меня

поцеловал.

А потом вспомнила, как он смотрел на неё, когда возил на перевязку, и снова покраснела.

– Бесстыдница, о чём только думаешь, рано тебе думать о таком. Как вот теперь в глаза подруге смотреть станешь.

И решила для себя.

– Всё что утром случилось, забыть нужно, не было ничего и всё. Ты просто пожелала счастливого пути и удачи соседу, а он тебя за это в благодарность поцеловал как младшую сестрёнку.

– Глупая, какая же я глупая. Умом всё конечно правильно рассудила. А как быть с тем, что сейчас у тебя вот здесь твориться.

Сказала Полинка, и приложила руку к груди, беседуя со своим отражением в зеркале. В это время в дом зашла Зойка.

– Ты одна?

Удивилась она.

– Конечно одна, кто ко мне в такую рань придёт, ну кроме тебя конечно.

– Так я же слышала, как ты разговаривала, думала здесь кто-то есть.

– Это я роль для драм кружка репетировала. Ты не забыла, что Тамара Владимировна сказала, к учебному году чтобы каждый свою роль знак назубок. Спектакль сразу после начала занятий. Вот я и репетирую. А ты свою роль выучила?

Полинке было неприятно врать подруге, но она решила что эта ложь будет только во благо их дружбе. Не могла она рассказать ей о том, что было между ней и Сашкой.

– Да успею я, выучу, до сентября ещё почти два месяца. Это же ты у нас отличница, даже летом тебе не лень заниматься, а я лучше пока отдохну как следует.

Беспечно откликнулась Попова.

– Кстати, Сашка, сосед твой как поживает? Увидеть его очень хочется, я поэтому и пришла к тебе так рано.

– Опоздала, он сегодня в Рязань уехал, я видела, как его все Зоричевы провожали.

Ответила ей Полина. Зойка расстроилась.

– Вот соня, нужно было рано утром к вам прийти, хоть бы из-за плетня на него посмотрела. А теперь жди вот, когда он снова дома объявиться.

После этих слов Полина поняла, что правильно поступает, не говоря ей о своих чувствах к Сашке. Она постаралась перевести разговор, и стала расспрашивать Зойку, о предстоящей свадьбе сестры. Марина давно встречалась со своим одноклассником, ждала его из армии, потом ждала, когда Максим закончит учёбу в сельскохозяйственном техникуме. И вот наконец этой весной он стал дипломированным специалистом и вернулся в колхоз на должность агронома первого участка. Свадьбу по настоянию бабушки, назначили на Покров 14 октября, благо в этом году он выпал на субботу. Старая Матрёна поучала внучку.

– Маришка, на Покров замуж выйдешь, всю жизнь с мужем счастливо проживёшь. Одно только плохо, обвенчаться нельзя, ты вот комсомолка, а благоверный твой, так и вовсе партийный уже.

Всё это и поведала Зойка Полине.

– Ты знаешь Зой, а я тоже хотела бы в церкви венчаться. Ведь это так красиво, венцы, свечи, и рядом с тобой один единственный, с которым ты будешь всю жизнь.

Зойка пристально посмотрела на подругу.

– Полька, с чего это вдруг тебя так понесло, неужто влюбилась в кого. Ану признавайся, кто этот счастливец, которому удалось завоевать твоё такое неприступное сердечко. Нет, дай сама догадаюсь. Это Артём Дробышев, что приехал к бабке, Пелагее которая живёт на Взгорках.

– Зой, отстань со своей ерундой, никто мне не нравится, это я просто так сказала, оно ведь и правда красиво.

– А тебе откуда знать, как это, у нас ведь в селе церковь ещё после революции сломали, поэтому не видели мы с тобой настоящего венчания ни разу.

– А в фильме «Анна Каренина», помнишь сцену венчания Лёвина и Китти. Мы ведь с тобой вместе этот фильм смотрели.

– Да, в фильме красиво, вот в жизни бы это увидеть.

Мечтательно проговорила Зойка.

– Кто знает, может и увидим когда.

Задумчиво проговорила Полина.

Зоричевым через две недели пришла телеграмма, Сашка успешно сдал экзамены, и стал курсантом первого курса Рязанского воздушно-десантного училища. Об этом Полине сказал Тишка, а ещё рассказал о том, что перед отъездом брат поручил им с Гришкой защищать её от обидчиков.

– Так что ты теперь под нашей охраной, и никто тебя не обидит.

Полина, улыбнувшись ответила.

– Спасибо конечно, но я и сама за себя постоять смогу если что.

– Конечно сможешь, ты у нас девчонка боевая, но мы брату слова дали, и должны его сдержать. Так что не упрямься Полька, но мы теперь с братом твоя охрана.

Пролетело лето, к концу подходили школьные каникулы, наступала осень. По утрам было уже не так жарко. Теперь день чаще начинался с прохлады. Лёгкий тихий ветерок пробуждал природу. Но скоро уже совсем скоро всё это изменится. Застучат по крышам серые осенние дожди и нагонят тоски на сердце. А пока в тихом дуновении кружатся начинающие желтеть листья в утреннем танце. Полина и Зойка, нарядные, в форме и белых кружевных передниках, с букетами, в последний раз в своей жизни пошли на первое сентября в школу. Этот год для них станет трамплином перед будущей взрослой жизнью. Когда пришли в школу, то узнали новость, оказывается их классная руководительница, вышла замуж и уехала, а на её место прислали молодого учителя истории, его и назначили новым классным руководителем 10 «А».

-9-

Стоя на линейке, старшеклассницы во все глаза смотрели на нового историка. Смуглый темноволосый молодой человек, смущался, чувствуя на себе любопытные взгляды девушек.

– Полька, смотри какой парень.

Восторженно шептала Зойка, дёргая подругу за край передника.

– Он не парень, он учитель, стой спокойно. А то Калерия Михайловна задаст нам после линейки, смотри как в нашу сторону зыркает.

Отвечала ей Полина. А когда выяснилось, что Валерий Эдуардович будет их классным руководителем, то зависти девчонок из 10-«Б», не было придела. На перемене после первого урока, девчонки стайкой собрались во дворе школы, под старыми липами.

– Везёт вам, такой классный руководитель достался, молодой, красивый, он с вами на все мероприятия пойдёт, не то что наша старая калоша, Марья Павловна. Только и знает одно, учите правила и формулы, это вам в жизни пригодиться. Вот где мне в жизни химия её пригодиться, я в машиностроительный техникум собираюсь поступать.

Тараторила Оля Метёлкина.

– А мне химию как раз и нужно зубрить, я в медицинский пойду.

Отозвалась Варя.

– Зой, а ты что молчишь, на тебя это не похоже. Хоть пару слов скажи.

Толкнула в бок подругу Полинка. Зойка посмотрела на всех отстранённым взглядом, и молча отошла в сторонку.

– Не трогайте вы её девочки, она по Сашке Зоричеву сохнет, вот и не замечает никого вокруг.

Шутила всю та же Оля.

Две недели занятий пролетели незаметно. И вот однажды, возвращаясь домой, Зойка посмотрела на Полинку и сказала.

– Поль, а я влюбилась кажется.

– Мне про это известно. Но про Сашку я ничего не знаю, мне он не пишет.

– Да причём тут Сашка, я в историка влюбилась.

Полина с удивлением посмотрела на неё, а потом спросила.

– Ты это серьёзно?

– Серьёзней некуда.

– А как же Сашка, ты ведь всё лето по нему вздыхала, говорила, что жить без него не можешь.

– Да глупости всё это было, показалось мне тогда.

– А теперь не кажется?

– Нет, теперь всё очень серьёзно. Понимаешь, я даже все уроки учить стала, мне стыдно двойки получать, а то что обо мне Валерий Эдуардович подумает. И в краеведческий кружок запишусь, чтобы его почаще видеть и рядом быть.

– Ну ты подруга даёшь, раз уроки учить стала значит это действительно серьёзно. Раньше за тобой такого не замечалось.

Рассмеялась Полина.

– А ты не смейся, я серьёзно говорю. Поль, а давай в кружок вместе запишемся, а то я боюсь, что все заметят, то что историк мне нравится и подумают, что я сама к нему набиваюсь.

– Ну хорошо, давай запишемся. Чего ради счастья подруги не сделаешь. Только я слабо представляю себе, что буду делать в этом кружке.

Но Полина ошибалась, Валерий Эдуардович, сумел так заразить

всех интересом к истории края, что в кружок записалась чуть ли не вся школа. До самых холодов они по выходным обходили близлежащие сёла и хутора. Записывали рассказы бабушек и дедушек, собирали различные старинные предметы быта, что к Новому году в школе открыли музей. Зойка стала для Валерия Эдуардовича первой помощницей, самые трудные задания, он поручал только ей.

Наступили зимние каникулы, и Сашка Зоричев тоже приехал домой. Они столкнулись с Полиной в проулке, когда она возвращалась домой от Поповых. Было, морозно, снег скрипел под ногами. Крупные снежинки, медленно падая переливались в лучах солнца. Небо было пронзительно голубое и очень высокое. Деревья стояли заснеженные, словно укрытые сказочным нарядом. Ребятня весело галдя, каталась с горки, около колодца. Их звонкие голоса разносились на всю округу. Полинка задумавшись о чём-то о своём медленно шла вдоль улицы.

– Здравствуй, Рыжик.

Услышала она рядом и вздрогнула от неожиданности. Она повернулась на голос и увидела перед собой Сашку, он стоял ровно на том месте, откуда проводила она его летом. Он изменился за это время, кажется стал ещё выше и шире в плечах.

– Здравствуй Саша, на каникулы приехал?

Спросила она.

– Не на каникулы, а в дополнительный отпуск. Каникулы это у вас.

– Ну и как учёба?

– Нормально, тяжеловато поначалу было, а сейчас ничего, привык, втянулся, мне нравится. Ну а у тебя как, двоек много нахватала?

– Ни одной, правда две тройки было, по черчению, но чертить я не умею и не люблю, так что с этим ничего не поделаешь.

– Учится где после школы собираешься?

– В Харьков поеду в медицинский поступать буду.

– А подружка твоя?

– Тоже со мной поедет.

– Что, тоже в медицинский поступать будет.

– Зойка? Зойка нет, она в педагогический на учителя истории хочет поступать.

– Зойка Попова, учитель истории, звучит как-то странно. Она ведь балаболка ещё та, ну какой из неё учитель.

– И ничего не странно, она очень серьёзной стала, лучше неё историю, сейчас в школе никто не знает. На олимпиады ездит, и призовые места получает.

– Ну раз на олимпиады, тогда это серьёзно.

Заулыбался Сашка, а потом спросил.

– Поль, ты в клуб на танцы пойдёшь?

– Пойду, мы с Зойкой собирались.

– Ну тогда встретимся там, хорошо.

– Хорошо.

Согласилась Полина.

Знал бы Сашка, с какой силой стучало сейчас её сердечко.

-10-

Полинка пришла домой и заперлась у себя в комнате.

– Боже, он приехал, он пригласил меня на танцы. Что же теперь будет?

Щёки её полыхали румянцем, от предчувствия скорой встречи. Полинка вышла в прихожую и осмотрела себя в зеркале. В нём она увидела растерянную девчонку с огромными зелёными глазами в обрамлении густых ресниц.

– Ну почему я такой рыжей уродилась, конопушки эти, даже зимой на носу не исчезают. Нужно что-то делать.

Она полезла в ящик комода, где у матери кое-что хранилось.

Достала оттуда коробочку пудры и тюбик тонального крема. Повертела всё это в руках, а потом старательно принялась наводить красоту. Через некоторое время, посмотревшись в зеркало, она не узнала своего отражения. Глаза по-прежнему были всё те же, а вот вместо лица, неестественная бледная маска. За этим занятием и застала её мать. Увидев, что Полина сотворила с собой возмущённо сказала.

– Полька, это что ещё за выкрутасы, на кого ты похожа, ну-ка смой всё сейчас же. Ты зачем лицо портишь?

– Мам, не хочу я рыжей быть. И ничего я не порчу, ты же всем этим пользуешься.

– Я пользуюсь, потому что года мои уже этого требуют, а тебе рано ещё. Зачем тебе крем и пудра, если у тебя личико и без этого нежнее розового лепестка.

– Скажешь тоже, я конопушки свои с трудом переношу, всё бы отдала, лишь бы их не было.

– Глупенькая, конопушки твои не портят тебя, а наоборот, украшают. Ведь с ними твоё лицо такое милое и естественное.

Слова матери Полину не убедили. Она конечно смыла свой неудачный макияж, но осталась при своём мнении. От веснушек нужно обязательно избавиться. А время как назло словно остановилось. Она уже матери по хозяйству помогла, и воды от колодца наносила. А стрелки часов кажется застыли в одном положении и не желали двигаться. К вечеру ещё и метель вздумала разыграться. Настроение Полины совсем упало.

– Ну вот, он теперь в клуб не придёт, зачем он туда потащится по такой погоде. От отчаяния она не знала что делать

– Полина, девочка моя, да что с тобой происходит, ты сегодня прямо сама не своя.

Встревожилась Фрося.

– Мам ничего не происходит, всё как обычно.

Смущённо отвечала ей Полина.

– Да где же как обычно, вон ты по дому мечешься, места себе найти не можешь. Начинаешь что-то делать и тут же бросаешь.

– Да я за Зойку волнуюсь, обещала прийти пораньше и до сих пор её нет, и погода как назло испортилась.

– Да подметает сильно. Но ты же подругу свою хорошо знаешь, придёт твоя Зойка, куда она денется.

В это время на крылечке раздались шаги. Фрося выглянула в окно и сказала.

– Вот и подружка твоя разлюбезная пожаловала.

А потом, крикнула в приоткрытую дверь.

– Зойка, заходи скорее, а то Полька тут без тебя мечется как белка в колесе.

В комнату ввалилась румяная от ветра и мороза Зойка.

– Поль, ты чего, я же сказала, что к семи часам приду.

– Да я подумала, что по такой погоде ты передумаешь в клуб идти, а мне как назло потанцевать захотелось.

– Я передумаю? Да ты что, где же я ещё Валерия Эдуардовича увижу. Он сегодня обещал Ваньку Бабушкина в шахматы обыграть. Мне непременно там нужно быть.

– Я знаю, что обещал, но погода вон какая, метёт прямо света белого не видно.

– Метёт ну и что, тут до клуба всего три улицы пройти, так что одевайся быстрее и пошли.

– Да я уже одетая, только обуюсь, да шубку надену.

Фросю всё же беспокоила разыгравшаяся непогода и она попросила девочек.

– Вы в клубе недолго будьте, а если уж совсем понесёт, то там оставайтесь, мы с отцом за вами придём.

– Тётя Фрося, ну что вы беспокоитесь, мы ведь не в чистом поле, а в селе, вдоль заборов до дома дойдём и не заблудимся, не маленькие.

Полина оделась, и девочки вышли во двор. Прямо на крыльце их чуть не опрокинул сильный порыв ветра.

– Зой, а может в клубе и не будет никого сегодня?

Засомневалась Полина.

– Как это не будет, я думаю наши, уже все давно там собрались, так что пошли быстрее.

Девчонки с трудом преодолевая ветер и снег, дошли до Дома культуры. В окнах здания, несмотря на непогоду приветливо горел свет. Раздевшись в гардеробе, они прошли в танцевальный зал.

– Ну что я тебе говорила, смотри, вся молодежь уже тут. А ты, метель, метель, никто не придёт.

Полинка быстрым взглядом окинула присутствующих. Сашки среди них не было.

– Так я и знала, не придёт он.

Подумала Полина. В это время заиграла медленная музыка, и Коля Озеров пригласил её танцевать. А после танца Зойка утащила её в кабинет художественного руководителя. Где развернулась шахматная баталия между учителем истории и сельским шофёром. Иван играл в шахматы виртуозно, поэтому Валерий дал себе слово обыграть его, но вот уже несколько выходных, сделать этого не мог, не вышло и на этот раз. Все поздравили Ивана с очередной победой и с шумом стали возвращаться обратно в зал. Когда Полина вышла туда вместе со всеми, то сразу у двери увидела Сашку. Он о чем-то разговаривал с Витой из Домоновки.

– Надо же, не поленилась в такую погоду к нам в клуб прийти. Наверное узнала что Сашка приехал, вот и явилась.

Обиженно подумала Полина. Но долго обижаться ей не пришлось, вновь заиграла музыка и Сашка подошёл к ней.

– Полина, можно тебя пригласить.

От волнения, охватившего её, она не смогла ответить, только кивнула головой. Они вышли на середину зала и Сашка легко и уверенно повёл её в танце. Когда музыка смолкла, оп попросил.

– Поль, давай на минутку выйдем в гардероб.

Она даже не спросила зачем, просто молча пошла за ним. А там отыскав на вешалке свою шинель, Сашка достал из кармана нитку коралловых бус и протянул ей.

– Вот держи, подарок тебе привёз, помнишь, обещал, что когда вырасту, то подарю настоящие бусы.

Полина взяла их, подняла глаза на Сашку и тихо произнесла.

– Спасибо Саша, я думала ты это уже и не помнишь.

-11-

Метель утихла, и Сашка с Полиной возвращались домой по тихим заснеженным улочкам.

– Хорошо дома, мне кажется что у нас даже воздух особый.

Мечтательно проговорил Сашка.

– Да дома хорошо, только вот скоро уезжать придётся. Не хочется конечно, ну что поделаешь, я врачом хочу стать.

– Я знаю об этом, ты с самого детства, всех окрестных кошек и собак лечила. Помнишь у тебя сумка была, кожаная такая, ты в ней бинты и всякие пузырьки таскала, говорила что это докторский чемоданчик.

– Помню.

Улыбнулась Полина, ей было приятно, что Сашка даже такую малость помнит про неё.

За разговорами дошли до дома Алтуховых.

– Ну вот мы и дома, спасибо тебе Саша за то, что проводил, и особенно большое спасибо за бусы. Они такие красивые, я их беречь буду.

– Рад, что тебе понравился подарок. Знаешь, я долго выбрать не мог, а потом в комиссионке увидел эти, и сразу решил, что куплю их для тебя.

– Знаешь, а те, из рябины, тоже очень красивые были, я их до сих пор помню. Может потому что это был мой первый подарок.

Две недели отпуска пролетели как один день. Сашка с Полиной по вечерам встречались в клубе, а потом по долгу гуляли по улицам села.

Первой их исчезновения посреди танцев заметила Зойка.

– Послушай, подруга, я не пойму, ты куда это пропадаешь? В клуб значит вместе приходим, а назад если бы не Валерий Эдуардович, мне одной приходилось бы бежать.

– Ну так я специально так делаю, чтобы у тебя причина была попросить его проводить до дома.

– Рассказывай мне сказки, раньше ты почему-то так не поступала. А как только Сашка в отпуск приехал, тут и началось. Признавайся, что у вас с ним, вы ведь вместе уходите?

Полина покраснела от таких слов подруги.

– Да ничего у нас нет, просто гуляем, он мне про учёбу рассказывает, про училище.

– Что даже не целуетесь?

– Ты что, конечно нет. Ты ведь со своим Валерой тоже не целуешься.

– Сравнила, нам пока нельзя. Он учитель, а я ученица. Да он и не догадывается о том, что нравится мне. Просто я говорю ему, что историю очень люблю, а он так много знает, прямо целые лекции мне читает. Обещал меня в институт подготовить. Сказал по вечерам будет приходить к нам, заниматься будем.

– Ну ты и хитрющая Зойка, надо же что придумала.

– Ничего я не придумала, ты же знаешь, я серьёзно решила стать учителем истории. И вообще не увиливай от ответа, говори, что у вас с Сашкой.

– Да ничего, я тебе не вру, просто гуляем по улицам, разговариваем и всё.

– А я ещё летом заметила, что вы друг другу небезразличны. Говорила тебе, а ты всё отнекивалась. Правильно я сделала тогда, что не стала в Сашку влюбляться.

– Но ты же тогда твердила что любишь?

– Это мне так просто показалось, а вот уехал он я и забыла сразу, словно и не было его здесь. Вот с Валерой, совсем другое дело, мне на него смотреть хочется не отрываясь, каждое его слово в памяти хранить.

– Зой, а я рада, что нам не пришлось одного парня делить. Мне кажется, что я Сашку люблю. Знаешь, он меня за руку возьмёт, а у меня дрожь по телу. Так и хочется, чтобы он меня поцеловал. Но он почему-то этого не делает. Проводит до дома, обнимет за плечи, в глаза посмотрит, скажет до вечера и уходит.

– Ничего подруга, не грусти, всё у нас с тобой ещё будет, и поцелуи тоже.

Мечтательно проговорила Зойка, прижимаясь щекой к плечу Полины.

В последний перед отъездом Сашки вечер, они почти до рассвета бродили по заснежены сонным улочкам.

– Полина, я спросить тебя хотел.

Нерешительно проговорил Сашка, когда они подошли к дому.

– О чём?

Откликнулась она.

– Ты мне писать в Рязань будешь?

– Буду, если адрес дашь.

– Ну тогда вот, держи.

Он протянул ей сложенный пополам листок.

– Только пиши обязательно, я ждать буду.

– Я буду писать, если хочешь каждый день буду.

– Ну каждый день не надо, а то уроки делать некогда будет, а раз в неделю, буду ждать.

Полинка забрала листок и спрятала в карман.

– Ну что Полюшка, давай прощаться, я завтра рано утром уеду.

– Давай.

Как эхо откликнулась она. Сашка осторожно обнял её за плечи, слегка запрокинул голову, и приник к губам нежным и долгим поцелуем. У Полинки земля закачалась под ногами, звёзды жёлтой каруселью закружились перед глазами. Когда им обоим не хватило воздуха, она отстранилась и прошептала.

– Я люблю тебя, Саша.

-12-

Быстро пролетела зима, а за ней и весна. Полина с Зоей сдав школьные экзамены, отгуляли выпускной и уехали в Харьков поступать каждая в свой институт. Полинку к сожалению, постигла неудача, всего полбалла не добрала, и не прошла по конкурсу. А вот Зойка, разгильдяйка и лодырь в учёбе, поступила. Не зря Валерий Эдуардович занимался с ней весь год дополнительно.

– Поль, ну и что ты теперь делать будешь?

Спросила Зойка подругу.

– В медицинское училище пойду, терять год я не собираюсь. Закончу пока для начала медучилище, а потом в институт поступать буду, всё равно врачом стану.

Ответила ей Полина, и забрав документы из института отнесла их в медицинское училище. Там её зачислили по результатам институтских экзаменов. Суматошным выдалось это лето, поступление, переживания, домой девчонки вернулись только в конце июля. А Сашкин летний отпуск уже почти закончился, так что совсем немного побыли они с Полинкой вместе. Но и этого времени им хватило для того чтобы понять, они любят друг друга, и обязательно должны быть вместе. Тёплыми летними вечерами, они уходили или на опушку леса или в луга, и там в стороне от посторонних глаз, целовались до самого рассвета.

– Ты очень расстроилась из-за того, что не смогла в институт поступить?

Спросил её однажды Сашка.

– Поначалу да, а теперь успокоилась. Буду учиться пока в училище. Я думаю это даже лучше, для начала начну с малого, и буду постепенно расти до врача.

– Правильно, всё что нам в жизни выпадает, это не просто так, а для чего-то обязательно нужно.

– Ты веришь в судьбу?

Улыбнувшись спросила его Полина.

– Не знаю, иногда верю, а иногда нет. Вот в то что ты моя судьба, верю.

– И я в это верю.

Проговорила она в ответ и прижалась к его плечу.

– Знаешь, я иногда представляю нашу с тобой жизнь. Как будем жить где-нибудь в военном городке.

– Ты родишь мне детей, сына и дочь.

– Ну об этом нам ещё рано думать.

Засмущалась Полина.

– Сейчас рано, а после того как поженимся, в самый раз будет.

Проговорил Сашка, он положил Полину к себе на колени, склонился к её губам, и стал нежно целовать.

Отпуск пролетел, они и оглянуться не успели, и вот ранним августовским утром, проводила его Полина на автобусную остановку, и сама стала собираться в город.

Однажды Катерина Зоричева, встретив у калитки Фросю Алтухову, проговорила.

– Доброе утро соседка.

– Доброе.

Отозвалась в ответ Фрося.

– Если всё так дальше пойдёт, мы с тобой наверно скоро породнимся. Наши то, Полинка с Сашкой, встречаются.

– Я тоже это заметила. Она ему письма с самой зимы пишет. Почтальонку ещё в проулке встречает, думает глупенькая, что я не догадываюсь от кого ей ответы, приходят.

– Ну если у них всё сладиться, то дай Бог. Мне Полина твоя сильно по душе, на глазах девчонка выросла, не избалованная, работящая. Сразу видно, хорошая жена из неё получится. Вот окончит Сашка училище, и можно будет свадьбу играть.

– Кать, ну Полинка ведь тоже учиться будет, ей тоже учёбу нужно будет до конца довести.

– Отучится, как же без этого, За Сашкой она будет как за каменной стеной