Чудовище бесплатное чтение

Глава 1

День был ужасно суматошным, как и все последние шесть лет после рождения моей любимой дочурки. Встать в шесть утра, выпить кофе на ходу, одевая дочку в садик, к семи передать ребенка воспитательнице, к восьми попасть на работу, выполнить все задачи к 18:00, не застрять в пробке и успеть забрать дочку. Быстро отвести её на занятия в музыкальной школе или на танцы, в зависимости от дня недели, по дороге поиграть с моей лапочкой в рифмы, слова или прослушать невероятное количество особо важных происшествий в её жизни случившихся за этот день. Забежать в магазин за продуктами, пока идут занятия, дотащиться до дома, делая вид, что сумка с продуктами почти невесомая благодаря помощи моего белокурого чуда, приготовить ужин, покормить, умыть, уложить спать и обязательно прочитать новую сказку. И, поставив будильник на шесть утра, упасть замертво, убедившись, что дочка спит. И вот не поверите, самое сложное из всего этого было не заснуть самой во время сказки. Иногда говоришь и понимаешь, что несёшь полную чушь, приплетая к известной сказке уже возникающий в твоей голове сон. Чувствуешь, что ребёнок толкает тебя с вопросом: «Мама, а почему колобок бежит за поездом?» А потому что тебе так стало сниться! А завтра новый день. И мужа у меня нет. И бабушек, желающих помочь мне на моём жизненном пути, тоже. Но это всё и не важно, так как самый важный человечек в моей жизни есть и сладко сопит рядом, слава богу.

Я засыпала, составляя в голове план на следующий день. Как обычно, засыпающее сознание наполнилось образами. Мои друзья часто удивлялись, когда я рассказывала им очередной свой сон: яркий, цветной, с чередой удивительно законченных событий. Иногда меня переспрашивали, где я прочитала эту историю, а это всего лишь моя серая жизнь так набавляла мне ярких красок, чтоб с утра я снова улыбалась. Вот и сейчас мне слышались мужские голоса.

– Господин, очередной гость прибыл.

Говоривший ужасно шепелявил и немного завышал тон на конце фразы. Высокие тона ничуть не раздражали, а, наоборот, действовали успокаивающе. Второй голос был ближе к низкому баритону. Мужчина был явно раздражён.

– Вот зачем мне очередная головная боль! Всё равно ничего не получится. Все они только приходят в себя, впадают в панику и тут же срываются обратно.

Горечь и обида были практически осязаемы. Я легла удобнее на бок, кое-как устроившись на почему-то большой и мягкой подушке. Что за сон? Терпеть не могу огромные подушки!

– Гос-сподин, нельзя отказываться. Это единственное живое общение для Вас. Ваша сущность все чащ-ще одерживает верх.

– Эта оказанная мне «милость» только сильнее меня убивает. Издёвка Совета, чтобы моё наказание было ощутимее. А общаться мне есть с кем.

– Господин, я бестелесен. Ваши слуги – обычная нежить, креаматы. Они так вас боятся, что говорить о полноценном общении не приходится. Да, условия сделки не ахти, но нужно использовать любой шанс.

– Не могу больше, Тьюри, за двести лет ни одного шанса. Я не вижу в этом никакого смысла.

Какой странный сон. Обычно, являясь сторонним наблюдателем, я всё вижу, а сейчас я пребывала почти в бодрствующем состоянии и только слушала свой сон. Ужасно захотелось посмотреть на говоривших. Почему-то жалко стало того, кто не мог использовать какой-то там шанс. Но в то же время хотелось узнать, чем там всё закончится. Вот я и боялась открыть глаза и проснуться окончательно. Голоса стихли, я почувствовала прохладный ветерок и натянула тёплое одеяло, закутавшись почти по макушку. Дождусь, когда прозвенит будильник, тогда встану.

– Господин, гость нас, кажется, слышит.

Голос раздался настолько близко, что я вздрогнула и открыла глаза. Ну вот! Такой сон угробила! Я потянулась – и в буквальном смысле опешила: это была не наша комната и, подозреваю, не наша квартира. И, если уж быть абсолютно честной, не квартира вовсе. Комната не меньше 30 квадратных метров. Бежевые стены, четыре темно-коричневых витиеватых плафона и один чуть большей формы на потолке, в центре комнаты-зала. Высота стен – метров пять, из мебели огромнейшая кровать, на которой я со своим далеко не маленьким ростом в 178 см могла лечь и вдоль, и поперек, и при этом до края вытянутой рукой не достать. Два огромных зеркала на противоположных стенах по обе стороны кровати. Небольшой туалетный столик, два стула, больше напоминающих кресло, шторы шоколадного цвета с золотой бахромой. Вот и всё, что я увидела. Значит, всё ещё сплю. Забавно, а где же эти «господин» и «Тьюри»? В комнате никого не было.

– Проснулась…

Холодный ветерок, как от выдоха, прошелся по шее, от чего я резко передёрнула плечами. Стало жутковато. Я снова легла на спину, зажмурила глаза и начала приговаривать: «Надо проснуться, надо проснуться…» Обычно это мне помогает: если снятся кошмары, я просыпаюсь.

– Я же говорил, что бесполезно, – рыкнул господин, – она и слова не сказала и уже уходит. Не зови меня больше!

– Господин!

– Да что, чёрт возьми, здесь происходит?!

Я снова села на кровать, подвернув по-турецки ноги под одеялом. Пижама на мне была моя любимая, брючная, из мягкой фланели с розовыми ласточками, закрытая и удобная, поэтому не вызывала у меня ни грамма стеснения. Да и перед кем? Комната всё так же выглядела пустой.

– Может, меня удостоит кто-нибудь ответом? Либо прошу покинуть мой сон и не мешать! Мне уже вставать скоро.

Оглядевшись по сторонам и не заметив никаких изменений, я собиралась снова лечь. Но тут же застыла, услышав слова невидимого мне Тьюри:

– Господин, гость нас совсем не боится.

А вот это было совсем неверное утверждение. Я уже боялась. Что там надо? Ущипнуть себя? Больно, ощутимо… Мамочки!

– Кто здесь?

Хотели паники? Получайте! Сердце забилось ещё сильнее от страха. Если это не сон, то где моя дочь?! Видимо, это я озвучила для всех.

– Не волнуйтесь, вероятно, она осталась там, где вы её оставили, – продолжал шепелявый голос, – к нам попадает только один гость.

– Она маленькая и совсем одна! – я почти закричала, и комната стала подёргиваться дымкой.

– Постойте! Успокойтесь! Вы в любой момент можете вернуться.

Меня остановили не слова неведомого мне Тьюри, а тяжелый полувздох, полустон второго мужчины. Чувство жалости подействовало на меня отрезвляюще.

– У вас пять минут, чтобы мне всё объяснить. И покажитесь уже, наконец! Раздражает.

– Не хотели вас пугать, – извинился Тьюри.

– Куда уж больше!

Пространство перед моей кроватью несколько потемнело, и из сгустка этой темноты проявился очень худой, ростом примерно меньше метра, мужчина в темно-сером балахоне. Обычное человеческое лицо, если бы не уши странной формы: широкая раковина с вытянутыми кончиками, с пушком, как у рыси. Лысый, морщинистый, но… не страшный. Он парил над кроватью, не касаясь одеяла своими туфлями с загнутыми носами, усыпанными сверкающими камнями, что странно контрастировало с обычной серой одеждой. Человечек внимательно рассматривал меня, ожидая моей реакции, и разочарованно вздохнул, ничего не заметив. Он просто моего соседа с третьего этажа не видел – вот где страшилище! А он вполне даже милый, и уши забавные.

– Что ж, попробую объяснить ситуацию, – Тьюри проплыл к краю кровати и присел на стул напротив меня. – Раз в тридцать лет нашему господину разрешено приглашать одного гостя к себе. Гость выбирается из пяти миров наугад при помощи луча. В этот раз шанс посетить замок моего господина пал на вас. Это высокая честь…

– Вот давай про честь не заливать! Иначе вы бы так не убивались из-за отсутствия у гостей желания остаться. Давай без этой вот воды, я хочу понимать, во что я влипла и как можно вернуться. У меня дома дочь одна осталась, без меня ей не выжить, и никакая честь быть гостем не может интересовать меня больше, чем её жизнь.

Человечек сконфуженно сжался и посмотрел по другую сторону моей кровати.

– Я не имею права рассказывать вам всё.

– Тогда не мешайте мне вернуться! – я упала на кровать и зажмурилась, стараясь отключиться, но низкий мужской голос второго мужчины заставил меня снова открыть глаза.

– Я здесь на вечном заключении.

– Господин! Не стоит подобное рассказывать!

– Молчи, Тьюри. Я так решил. Совет Миров за мои… поступки заключил меня в искусственный мир. Гости приносят с собой живую магию, не давая этому миру погибнуть.

Воцарилось молчание. Видимо, говоривший решил, что объяснил мне всё, но я с этим была не согласна.

– А подробнее можно? Кто вы? За что вас наказали? Что за мир? Как я могу уйти? Как передать эту магию? Ничего ведь не понятно!

Мужчина заговорил снова. Его невидимость просто бесила, и я закрыла глаза, вслушиваясь в рассказ, чтоб не таращиться в пустоту.

– Примерно двести лет назад я захватил власть на Катаре. Это мир моего народа. Земляне называют нас демонами, хотя это не совсем так. Но я потерпел неудачу по причинам, которые нет смысла сейчас рассказывать. За мой поступок Совет Катары, боясь моей силы и второго воплощения, заточил меня в искусственный мир и завязал его на мою магию. В результате все мои магические силы идут на поддержание этого мира. Умрет он – умру и я. Но силы не вечны, и мне нужна подпитка. Чтобы не допустить разрыва магической силы с миром, Совет предоставил мне шанс для поиска «донора». Раз в три десятка лет луч Цитум выбирает существо, обладающее мощной энергией жизни, и направляет ко мне. Но уважаемые, – в голосе мужчины появились злые нотки на этом слове, – маги-советники поспешили оговорить условие, которое не даёт мне шанса на выживание: существо из пяти миров должно добровольно согласиться быть гостем и иметь возможность свободного перемещения. В момент опасности гость может покинуть данный мир и больше не использовать путь.

Демон замолчал, но вопросы у меня остались.

– Не понимаю, в чём проблема. У вас так плохо, что никто не захотел зайти в гости? И что значит быть донором? Вы кровавые ритуалы тут устраиваете или что?

– Что вы! – Тьюри подпрыгнул на своем стуле. – Какие кровавые ритуалы! Гость является проводником. Пока он находится здесь, через него идёт поток энергии внешних миров, как через открытое окно, когда комнату проветривают. Вы уже шестой гость, но предыдущие так и не пожелали остаться. Силы господина истощаются.

– А почему не остались предыдущие? – я обратилась к Тьюри, но ответил мне «господин».

– Потому что я – Чудовище!

Последнее невидимка прорычал так, что я однозначно в это поверила и даже отодвинулась к изголовью кровати.

– Мне, конечно, вас жаль, но вашему «лучу» прицел надо на одиноких людей настраивать. Я не могу спасать чужой мне мир и бросить маленькую дочь совсем одну.

– А если у вас будет возможность приходить и уходить по желанию в любое время? – осторожно начал уговаривать меня Тьюри. – Ваши сутки от наших отличаются. У вас час прошел, а у нас четыре. Может, мы сможем договориться о ваших визитах?

– Тьюри, а вы никогда торговым представителем не работали?

– Нет… – Тьюри растерянно посмотрел на меня.

– Зря. У вас точно хорошо получилось бы. Итак, каким образом я смогу свободно перемещаться?

На этот раз господина слышно не было, и разговор я вела, повернувшись к маленькому ушастому человечку.

– Мы дадим вам артефакт, позволяющий гостю перемещаться между нашими мирами. Но только после заключения договора о добровольном посещении.

– Допустим. Время и продолжительность я буду определять сама?

– Это возможно.

– Мне может быть причинён здесь хоть какой-нибудь вред?

– Господин принесёт вам клятву неприкосновенности.

– Не знаю, как у вас это работает, но у нас клятвы ничего не значат.

– Поверьте, магическая клятва – лучшая гарантия безопасности.

– Прежде чем я приму окончательное решение, я хочу видеть вашего господина.

– Нет! – рык прозвучал так резко, что я даже подпрыгнула от неожиданности и страха. Этот загадочный господин явно был зол.

– А вы считаете, я должна тут с пустотой говорить? Как я должна верить вашим клятвам, пусть даже магическим, если вы показаться не хотите? Мало ли что вы там скрываете! Мне даже имя пока его не известно!

Я начинала злиться. Мне и самой было страшно. Но ещё страшнее каждый раз придумывать себе нечто ужасное, что находится рядом с тобой. Тьюри попытался меня отговорить.

– Господин сейчас совсем не в лучшей форме. Он истощён и не хочет вас пугать.

– Либо я вижу, на что подписываюсь, либо мы больше не обсуждаем это, а я отправляюсь домой.

– Я знал, что всё бесполезно, – тяжелый вздох мужчины снова вызвал у меня сочувствие.

Вот же допекли мужика. Хотя, а вдруг он и впрямь сейчас покажется – и я слягу с разрывом сердца от страха?

Я быстро закрыла руками свои глаза.

– Давай, проявляйся.

– А глаза зачем тогда закрыла? – удивлённо переспросил господин.

– Это я так с детства все ужастики смотрю – сквозь пальцы. Не знаю почему, но так не очень страшно получается. Воплощайся, буду смотреть.

– Уже.

Сердце стучало, как на стометровке. От страха пальцы отказывались раздвигаться. В узкую щёлочку стали проглядывать детали стоящего передо мной демона, как он себя назвал. Ноги выглядели вполне обычно: брюки, заправленные в сапоги почти до колена. Всё чёрного цвета. Не считая довольно большого размера, ничего ужасного в этом не было. Поднимаюсь взглядом выше, щёлочку делаю чуть шире. Голый торс, пресс а-ля «зависть бодибилдера», плечи и руки тоже, хотя руками их назвать уже сложнее из-за ногтей черного цвета, больше похожих на когти, тело частично покрыто шерстью, цвет ближе к болотному. Размеры – Халк отдыхает. Идём выше, сердце зашкаливает. Лицо… Нет, морда… Нет, всё же лицо. Даже не знаю. У нас в фильмах так оборотней в частичной трансформации изображают: черты лица больше человеческие, широкий овал лица, красивые мужские скулы, обычной формы губы. При этом из-под нижней губы чётко проглядывают клыки, из-за чего нижняя челюсть слегка выдвинута вперёд. Нос широкий и приплюснут, как у летучей мыши, но глаза большие, тёмные, под кустистыми бровями. Уши удлинённые, с большой мочкой. Волосы чёрные, собраны в косу до лопаток. Со лба назад закручиваются два витиеватых рога. Короткая шерсть слегка обрамляет лицо. Ну, не красавец, конечно, но не такой уж и страшный монстр. В фильмах и страшнее показывают. Я убрала руки от своего лица и уже с любопытством рассматривала этого странного «господина».

– Не так страшен чёрт, как его малюют… – вырвалось у меня.

– Что? – демон этого явно не ожидал.

– Как мне к вам обращаться?

– Вальто. Вальто дор Сирх, – демон демонстративно поклонился.

– Приятно познакомиться, Вальто. Я – Станислава. А подскажите мне, кто вам сказал, что вы чудовище?

– Если не считать полуобморочного вида гостей, не желающих и словом перемолвиться, то в основном зеркало!

Я смотрела снизу вверх на Вальто. Страха уже не было, но выражение на его лице вызвало у меня улыбку.

– Я бы с удовольствием познакомила вас с моим соседом в дни его запоя… А вы с зеркалом явно в недопонимании.

– Хочешь убедить меня, что у вас свои понятия о красоте? – Вальто зло посмотрел на меня.

– Взгляд убийственный. Я всего лишь хотела сказать: смотря с кем сравнивать. На Земле множество рас, есть такие, которые очень сильно отличаются друг от друга и цветом кожи, и ростом, а что касается… волосяного покрова, так у нас есть мужчины, которые гордятся тем, что у них все тело покрыто кудряшками. Я вот, знаешь ли, и среди своих красавицей не слыву, а попади в Японию или Африку, так и вообще, наверное, посчитают «чудовищем», – я попыталась улыбнуться Вальто. – Ты сказал, что родом с Катары, правильно?

– Да, с Катары.

– Разве там никто не имеет такой внешности?

– Второй ипостаси, – поправил меня мужчина, более внимательно прислушиваясь ко мне, – имеют, но её принимают в крайнем случае. Я же таким оставлен навечно.

Я хотела продолжить, но меня резко оборвали.

– Тема закрыта. Не боишься меня – прекрасно. Ты не дала ответ, а время идёт.

– А клятва?

– Даю слово чести, что ни словом, ни делом, ни косвенно, ни напрямую не будет причинен тебе и твоим близким вред ни мной, ни от моего лица. Клянусь всё время действия договора охранять тебя от любых неприятностей на моей территории.

Вальто сделал пасс рукой, и воздух прочертили голубые линии, образуя хитрое плетение. Вспышка – и нас окутало голубое свечение.

– Ваша очередь подтвердить договор, леди Станислава, – между нами выплыл Тьюри.

– Обещаю пользоваться предложенным гостеприимством по выбранным мною часам. Разрывом договора автоматически считается нарушение обещанной мне безопасности. Срок договора – не больше года. Договор может быть продлён, – поспешила я дополнить, увидев удивленный взгляд мужчин. – Не хочу вас обидеть, но бессрочные договоры не для меня.

– Пусть так, – согласился Вальто, и свечение усилилось, резко вспыхнуло и исчезло. На моей левой руке, за которую во время клятвы держался Вальто, появился браслет из светящихся нитей, словно нарисованных на коже.

– С помощью него вы сможете настраивать портал перехода в обе стороны, – пояснил Тьюри.

– И как это работает? – спросила я, разглядывая узор. На ощупь он совсем не чувствовался, только сияние создавало ощущение объема.

– Мысленно создайте образ места, в которое собираетесь переместиться, и пожелайте там оказаться. Луч выполнит всю работу за вас.

Я тут же представила нашу комнату с дочкой и… отключилась.

Глава 2

Будильник прорывался в мой сон, судя по увеличенной громкости, не меньше пяти минут. Что-то сегодня вставать особенно тяжело, а впереди ещё два рабочих дня до выходных. Я открыла глаза, посмотрела на свернувшуюся под боком спящую дочку. Опять вся в подушках. Пусть ещё поспит, пока я поставлю чайник, закину завтрак в микроволновку и умоюсь. Странный сон приснился мне сегодня. Будет что рассказать сослуживцам. Сказочница. Я улыбнулась. Начинался новый суматошный круг: завтрак, садик, работа, садик, кружки, магазины, дом…

– Вставай, мышонок, какао уже ждёт, – я растормошила кокон из одеяла, в котором пыталась укрыться моя Машуня.

Дочка сморщила нос, старательно показывая своё недовольство.

– Кто-то хотел похвастаться новой куклой… – протянула я.

Дочка хитро выглянула из-под руки, закрываясь от света. Похвастаться перед подругой – святое с детства. Я улыбнулась, наблюдая, как моя детка идёт умываться и втягивает носом аромат блинчиков с мясом. Вредно? Безусловно. Скажете, ребёнка нужно кормить кашей? А зачем, если она её не любит? В садике и без меня манкой накормят.

Пока Маша завтракает, нужно самой одеться и накраситься, а время утекает неумолимо. Поэтому, как всегда, волосы в хвост, чёрные брюки, чёрная водолазка, удобная обувь – и я практически готова к любому сезону.

Не слушая возмущений, отработанным движением натянула на ребёнка колготки и платье, заплела косы, побив все известные рекорды Гиннесса, надела лёгкую куртку и ботинки. Теперь проверить, всё ли выключила, всё ли взяла – и бегом в детский сад. Благо он находился за домом, поэтому Машка, как обычно, весь путь проделала на моих руках.

Уже передав ребёнка воспитательнице, я бежала к остановке, чтобы попасть на нужную маршрутку. Спросите, какая разница? Огромная! На десять минут раньше сядешь, приедешь на работу за полчаса до открытия – и тебя обязательно подпрягут дополнительными задачами; сядешь на десять минут позже – маршрутка попадёт в пробки и в лучшем случае приедет через десять минут после начала рабочего дня. А это новый повод посетить ковёр нашего директора, которого я не горела желанием видеть после «последнего китайского предупреждения». И не то чтобы он был плохим директором, но у него ко мне было особое отношение. Не знаю, что так сильно его во мне раздражало, но во всех грехах он подозревал в первую очередь меня.

Я влетела в двери служебного входа, успев зафиксировать свой пропуск без двух минут восемь, и, перепрыгивая через ступеньку, поднялась на второй этаж, где располагался кабинет бухгалтерии и где я, среди ещё десяти таких же тружениц, билась над отчётами, присылаемыми магазинами, собирала, проверяла и подыхала от рутины и скуки, время от времени рассказывая девчонкам всякие небылицы, пока главный бухгалтер не слышит.

– Стас! – окликнула меня моя соседка по столу, когда я быстро села в своё кресло, успокаивая дыхание. – Тебя уже Сергеич искал.

Вот что такое не везёт! Я же вовремя? Я посмотрела на девушку напротив, которая пожала плечами, показывая, что повод ей не известен. Я медленно прицепила бейдж, оттягивая неизбежное. Станислава Грибанова (друзья коротко звали меня Стас или Стася) разложила папки с отчётами на столе, изображая бурную деятельность с утра, и с тяжёлым вздохом собралась на эшафот. И что он ко мне прицепился? То ли дело бывший директор – никогда меня не замечал. Я, помнится, обижалась, что за пять лет хорошей работы он ни одной захудалой грамотки не выдал. Да я готова и дальше без них работать! Директор сменился под Новый год около четырёх месяцев назад и, по закону подлости, я имела наглость его не узнать, да ещё и немного нахамить на корпоративе. Мне в тот день позвонила моя соседка с этажа, с которой я иногда оставляла Машу, и сообщила, что у дочки температура поднялась, а тут этот… на танец пригласить решил. В общем, я уже четвёртый месяц жалею, что не онемела раньше, чем высказалась по поводу его настойчивости.

Я подошла к приёмной с дежурной улыбкой на лице и обратилась к секретарю, которая посмотрела на меня с сочувствием.

– Меня Виктор Сергеевич вызывал.

– Сейчас он занят, Питер на связи. Освободится, я наберу бухгалтерию.

– А ты ему не напоминай, – обрадовалась я, – может, забудет…

Татьяна – невысокая, но шустрая девушка с короткой стрижкой тёмных волос – понимающе кивнула, а я за секунду проделала путь назад и зарылась в отчёты.

После обеда, когда основная часть работы была проделана, все реестры собраны, правки по замеченным ошибкам разосланы адресатам, а самые главные сплетни уже обмусолены, меня стали спрашивать о новых «фантазиях».

– Приснилось мне сегодня, что я в другой мир попала, – начала я вспоминать свой сон.

– Фэнтези перечитала? – ухмыльнулась Ольга, сидя напротив.

– Да я уже не помню, когда что-то серьёзнее сказок читала. Времени совсем не хватает.

– Не слушай её, продолжай, – подсела девушка с другого стола.

– Так вот, попала я к демону, которого заточили там, как в тюрьме.

– И как демон? Красавчик? – ещё одна моя коллега остановилась около стола, слушая рассказ.

– Не сказала бы. Похож на черта в детских книжках, только под два метра ростом. А вот тело прокачано идеально, – я театрально вздохнула, зная, чем зацепить девчонок, которые постепенно подтягивались к нашему столу.

– Эротические сны? – подначивала Ольга.

– Увы. Пригласил в гости как донора – энергии ему своей не хватает.

– Ну вот, – протянула та, что села рядом, – даже во сне мужики – козлы.

– Он не козёл, а Чудовище! – поправила я коллегу. – По какой-то причине выбор пал на меня, и я должна приходить к нему, пока не истечёт срок договора.

– А что ты должна делать?

– Не сказал. Рычит постоянно на меня и всё.

Мужское покашливание за спиной разогнало моих коллег по своим местам за секунду. Мужчина лет тридцати пяти с высоким лбом, слегка уходящим в залысину, круглым лицом и несколько «плюшевой» фигурой, нахмурившись, смотрел в мою сторону. Виктор Сергеевич собственной персоной.

– Чудовище значит? – то ли сказал, то ли спросил директор. – Грибанова, зайдите в мой кабинет…

Это он что, последние мои слова на свой счёт принял? Вот же попала!

В кабинет я забежала за директором, стараясь даже не дышать. Главное, чтоб не уволил, а с остальным разберёмся.

– Грибанова, ты считаешь, что я тебя преследую? – спросил директор, присаживаясь в своё кресло.

– Нет, – твёрдо ответила я, хотя покачать головой утвердительно очень хотелось.

– Я несправедливо делаю замечания?

– Нет, – а в голове крутится: «Почему-то только мне и лично».

– Тогда какого лешего ты жалуешься?

– И не думала.

– Сегодня задержишься и поможешь собрать данные для центрального офиса.

– Почему я? – вырвалось у меня.

– Косяки отрабатывать будешь, – рыкнул директор, – а теперь можешь идти.

Я вылетела из кабинета злая, как фурия:

– Легче с Чудовищем разговаривать!

И со всего маху врезалась в железное туловище Вальто, застёгивающего рубашку в своей комнате.

Я в шоке осматривалась по сторонам, понимая, что так быстро заснуть я не могла. Демон был шокирован не меньше, стоя передо мной в одной рубашке с голыми ногами (если волосатые огромного размера лапы с загнутыми когтями можно было так назвать).

– Какого чёрта! – весь гнев на моего начальника я вложила в эти слова, значительно сомневаясь в собственном умственном здоровье.

Господи боже, так это был не сон? И я действительно заключила договор?

Вальто дор Сирх пожал плечами, разглядывая меня в новом образе.

– Тьюри! – зарычал Демон, стараясь быстро одеться, пока я с горящими щеками отвернулась.

– Я уже здесь господин, – слуга пролетел между нами.

– Почему я здесь? – я требовала объяснений.

– Я могу только предположить, – аккуратно начал Тьюри, – вы ведь у нас первая гостья, на которой мы испробовали браслет.

– Я что, крыса, чтобы опыты на мне проводить?

Тьюри прикрыл глаза, словно рассматривая что-то:

– Вы пожелали поговорить с господином.

– Не желала, – зло бросила я, – мне теперь и подумать о вашем мире нельзя?

– Эмоциональный всплеск – это мощный энергетический разряд, который приводит к неосознанным прыжкам. Как чувство страха заставляло гостей проснуться, так и сейчас чувство гнева помогло переместиться к нам. Так сказать, побочный эффект. Постарайтесь просто не нервничать сильно.

Вот чувствовала, что с этим договором будет что-то не так! Добровольное согласие им требовалось. А теперь выясняются побочные эффекты!

– Вам нужно попрактиковаться и научиться правильно направлять действие данного артефакта.

– Да меня же уволят! – нужно было срочно возвращаться, пока Сергеич не придумал новые наказания.

– Тебе кто-то угрожает? – рыкнул господин так, что я подпрыгнула.

А вот жаль, что не могу прихватить при перемещении никого с собой. Я бы директора притащила – пусть себе друг на друга рычат!

Я сделала несколько шагов от Вальто, и всё вновь подёрнулось рябью, а я спиной ударилась о косяк приёмной Сергеича. Ещё несколько минут я приходила в себя, пытаясь осознать происходящее, затем посмотрела на свою руку, на которой проступала еле заметная белая полоса, похожая на след от ожога.

Надо быть осторожнее со своими «желаниями».

Глава 3

– Грибанова, ты ещё здесь? – удивился не вовремя пожелавший выйти из кабинета директор.

До рабочего места я добежала за пару секунд, поймав сочувственные взгляды своих коллег.

– Сильно досталось? – спросила Ольга.

– Ну, уйти пораньше мне не светит, – как всегда жизнерадостно ответила я и стала набирать номер телефона своей соседки.

Наташа согласилась забрать Машку из садика и отвезти в музыкальную школу, где для дошколят были организованы нулевые классы. Машка занималась танцами и подглядывала за пианистами.

С Наташей мы познакомились ещё во время моей беременности. Соседка сверху тоже собиралась стать мамой, но уже во второй раз. Вот она и стала моей наставницей в этом вопросе. И когда Машка родилась, Наташа взяла надо мной шефство. Я всегда смотрела с тихим восторгом на их семью: любящий работяга муж, чудесные дети, мудрая мама и жена. Идеальная семья с экрана! А Наташка мне часто жаловалась, что, чтобы жить среди мужиков (муж и два сына) тихо и спокойно, нужно быть для них генералом. Моей соседке хотелось дочку, но рожать третьего ребёнка она была не готова. Так что все «уси-пуси» доставались моей Машке, которая этим вполне была довольна.

Рабочий день близился к завершению. Я с завистью смотрела, как девчонки разбегаются по домам, а мне предстояло общение с Сергеичем. Бросив гневный взгляд на закрытую дверь кабинета главбуха, которая по какой-то причине ушла пораньше, не подготовив нужные отчёты, я поплелась отрабатывать косяки.

– Заходи, Грибанова, смелее, – Виктор Сергеевич перебирал бумаги, что-то вычитывая и подчёркивая, – садись на моё место.

Директор указал на кожаное кресло в конце стола рядом с компьютером.

– Может, я на своём всё сделаю? – я неуверенно остановилась у входа.

– Хочешь, чтобы я между кабинетами бегал? – директор посмотрел на меня, оторвавшись от дела.

– Не хочу.

– Вот и правильно, настроения мне это не прибавит. Давай садись. Я отмечаю в документах нужные данные – ты заносишь их в отчёт.

– Так почему я? – вырвалось у меня.

– Презентацию в конце года кто делал?

– Я, но она же шуточная, для корпоратива, – возразила я, вспоминая своё «творчество».

– Зато очень логичная, с графиками и данными по каждому сотруднику офиса.

Мне показалось или он выделил слово «каждому»? Я и там умудрилась его чем-то задеть? Так о нём в презентации не было ни слова… Чёрт! До меня дошло. Этот новогодний праздник мне теперь до пенсии аукаться будет? Я сникла, понимая, что ничего не изменишь. Зажмурилась и очень страстно пожелала оказаться рядом с Вальто!

– Ты чего, Грибанова? – удивлённый голос директора дал понять, что никуда я не переместилась и работать всё равно придётся.

Я покосилась на браслет: «И чего это мы не работаем?» Линий на руке словно никогда и не было.

Усевшись перед уже сложенной кипой бумаг с помеченными ядовитым жёлтым маркером нужными данными, я оценила по достоинству мягкое и удобное директорское кресло. Прикинула, какую форму презентации выбрать и какие формулы задействовать. Чем быстрее начну, тем быстрее закончу!

В работу ушла мгновенно, краем уха выхватывая пожелания к презентации. Бумаги так и таяли под рукой, а чуть поодаль росла новая пачка документов, старательно отмеченных рукой Сергеича.

– Ты молодец, Станислава Андреевна, – моё полное имя из уст директора непривычно резануло слух, заставив вынырнуть из цифр.

Виктор Сергеевич стоял рядом, одна рука его была на моём плече, второй он опирался на стол, заглядывая в монитор. Сердце забилось, как у загнанного кролика. Это ведь не то, о чём я думаю? Я уже стала просчитывать варианты побега, но Сергеич, словно почувствовав мой страх, спокойно убрал руку и посмотрел на часы.

– Умеешь, Грибанова, ты быстро работать, когда нужно. Добавь ещё две общие диаграммы и завершай.

Сергеич медленно отвернулся к окну, ожидая, пока я закончу его презентацию. Показалось. Меня прошибло до холодного пота: менять работу я сейчас не могла, а прояви он ко мне «особое» отношение, увольняться пришлось бы.

– Всё, Виктор Сергеевич! – я подскочила с кресла, как ошпаренная. – Принимайте работу!

Директор со сцепленными за спиной руками задумчиво посмотрел сначала на меня, потом на монитор. Я поспешила включить полную презентацию, поглядывая на время, – ещё успевала сама забрать Машку после занятий, если меня отпустят сейчас.

– Спешишь? – спросил Сергеич.

– Дочку нужно забрать, – кивнула я.

– Сколько ей? – директор смотрел на меня, игнорируя сменяющиеся картинки отчёта.

– Шесть, в следующем году в школу.

– Малышка совсем, – как-то очень человечно улыбнулся он, – иди, Грибанова, дальше я сам.

Я вылетела из кабинета быстрее ветра, вызывая такси. Не люблю, когда Машка сидит в холле школы и ждёт меня. Почему не сработал браслет? Я же несколько раз представляла себе «Чудовище»? Хоть бы инструкция какая-нибудь была по использованию. С такими мыслями я забежала в переполненный родителями цокольный этаж ДМШ №4 нашего района в тот момент, когда Машкина группа спускалась по лестнице вместе с преподавателем. Я поморщилась: опять будут собирать на костюмы. И пока Машка радостно трещала про предстоящее выступление, где у неё будет отдельный номер ещё с двумя девочками, я отсчитывала кровно заработанные на новый дорогой клочок ткани. Дети – наше счастье, причём дорогое во всех смыслах этого слова, но радость в любимых глазах того стоит.

Домой я ползла с мечтами о кружке горячего кофе. На площадке перед подъездом стоял Борис – себялюбивый алкаш и тунеядец с девятого этажа. Бывали у него просветы, когда он был человеком, но в это время он был хмурым и неразговорчивым. Сегодня он расплылся в улыбке, завидев нас с Машкой – значит, уже в кондиции.

– Привет, соседка! – отгоняя от себя дым, мужчина подскочил к двери, прикладывая ключ и приоткрывая дверь, но не давая нам сразу войти. – Всё бегаешь, бедняга.

– А ты всё отдыхаешь? – спросила я, дёргая дверь на себя.

– Так отдых – святое дело для каждого гражданина, – ухмыльнулся Борис, – приходи отдыхать вместе.

– Спасибо, мне и дома неплохо отдыхается, – я постаралась прикрыть ребёнка, чтобы Маша не видела пьяного соседа, – дверь отпусти, Борь.

Мужчина поднял обе ладони, открывая путь, но успел шепнуть мне на ухо:

– Ну я же знаю, что ты одна. Ты что, не баба? Здоровье тоже поддерживать нужно, а с дитём принца ещё долго искать будешь.

– А я поищу, Борь, ты за меня не волнуйся.

Я быстро вошла в подъезд, пропуская дочку вперёд и мечтая отшибить истинному чудовищу нашего дома все его «лечебные» части тела.

– Думаешь, я всегда буду добрым? – крикнул он мне вслед.

Господи, как же меня всё бесит! Я злилась, но не могла показать этого при Машке, поэтому старательно улыбалась, отвечала на её вопросы, мысленно желая, чтобы мой сосед попал вместо меня в гости к Вальто.

Постепенно домашние дела выветрили все обиды, оставляя в душе лишь маленькое белокурое солнце, требующее новую сказку на ночь. Я честно старалась не уснуть и попыталась несколько раз представить Тьюри, замок и Вальто заодно, но… мирно заснула без сновидений.

Глава 4

На Менфар давно опустилась ночь. Тёмная, мрачная пустота без привычного сияния звёзд и голубого отблеска ночного светила, как на Катаре. У Вальто не было ни сил, ни желания тратить свои магические резервы на украшение ночи в этом мире, вдобавок его демоническое начало прекрасно ориентировалось в темноте, а других живых существ рядом с ним не было.

Менфар – «вечный изгнанник» в переводе с его родного, катарского. Это имя как нельзя лучше подходило для мира, который стал для Вальто наказанием. Мира, который и не существовал вовсе. Оберус был изощрён в своих экспериментах!

Вальто дор Сирх, один из трёх прямых наследников Сатанира, навечно заключённый главным законником ангов Оберусом за своё тщеславие и излишнюю самоуверенность, граничащую с глупостью, медленно приближался к вечности. Этот созданный в пустоте вселенных мир вытягивал из него силы, почти не давая ничего взамен.

Вальто вспомнил, как всё это началось…

С того момента, как Тьма и Свет породили своих детей – демонов и ангов, возникла борьба за магические источники. Никто не хотел делить безграничную вселенную, все хотели править единолично. Но силы их были равны. И тогда они стали использовать малые миры как свои марионетки на шахматной доске, устраивая жуткие побоища. В конце концов, жители малых миров возмутились и объединились против великих потомков Тьмы и Света, пытаясь истребить всё их племя. Тогда великий Сатанир предложил создать Совет Миров, чтобы дать возможность малым расам поучаствовать в принятии решений. Благодаря своему обаянию и хитрости, Сатанир добился большинства голосов в Совете, и главным кукловодом остались демоны. Сатанир не учёл одного – он, как и всё созданное во вселенной, смертен. Хоть век его должен был быть равен вечности, а регенерация превосходила любое живое существо, смерть рано или поздно настигала ему подобных, отправляя их назад во Тьму, из которой они вышли. Поговаривали, что Сатаниру встретиться с Тьмой помогли анги. Демонам было не до выяснений, внутри Катары за власть стали бороться три ветви: Сирх, Деша и Аранаш. Кэдан дор Деша был слишком мал, а опекуны и демонессы к власти не допускались, так что он не был помехой для ветви Сирх. Не то что Сантар дор Аранаш: уже взрослый и опытный воин, спокойный и расчётливый, он представлял угрозу для молодого и горячего Вальто, опьянённого своей силой. Это были напряжённые времена, полные боевого азарта и адреналина. Даже сейчас кровь бурлила от воспоминаний. Наглый и самоуверенный Вальто стал теснить ветвь Аранаш, и в этот момент Катару захлестнула странная эпидемия.

Демоны сходили с ума, теряя свой человеческий образ, превращаясь в практически безмозглых зверей, жаждущих крови друг друга. Он и сам чуть не стал безумцем. Сантар дор Аранаш проявил себя как настоящий сильный демон, уничтоживший червивую часть их мира, не пожалев и своих детей ради процветания Катары. Вальто тоже должны были отправить во Тьму, но новый Совет Миров во главе с Сантаром по какой-то причине позволил ему сделать выбор, прислав одного из ангов – мага-экспериментатора Оберуса, который создал идеальное место для сумасшедшего демона. Закольцованный источник магической энергии, абсолютное ничто, где лишь собственный резерв демона питал его и существующее вокруг пространство.

Первые годы Вальто развлекался, создавая для себя комфорт: зелёный ландшафт, напоминающий по красоте Катару, замок, достойный дор Сирха, леса, озёра, даже тёплое солнце, встречающее Вальто на утренней тренировке. Но нет ничего страшнее одиночества. Живые здесь были ему недоступны, и он сделал то, в чём была его основная сила – он призвал мёртвых духов, наделяя их плотью. Теперь в его замке были слуги, а для разговоров появился Тьюри. Но, спасая свой разум от помешательства, Вальто тратил слишком много собственных сил, поддерживая созданный им мир, не имеющий собственного магического источника. Постепенно Вальто стал терять человеческий облик, всё больше поддаваясь демоническому началу и сильнее понимая ценность присылаемых ему проводников. Но время было упущено. Первых проводников он прогнал сам – не слишком умны и не слишком красивы для великого Вальто дор Сирха! Сколько раз он уже пожалел об этом. Цитум словно издевался и с каждым новым разом присылал проводников с самых неразвитых или закрытых миров, которые бежали прочь, даже не выслушав предложения.

Вальто бросил горький взгляд вдаль, горизонт медленными шагами приближался, сокращая его и без того небольшой мир. Даже Тьма не могла скрыть засыхающие ветви деревьев и потрескавшуюся в разных местах почву. У него не хватало резерва вливать в них новую магию. Демон зарычал: безысходность давила на него, заставляя вставать на колени. Впервые пришли мысли о тех, кого он создал. Каково им сейчас ожидать своего конца вместе с породившим их хозяином? Достоин ли он шанса на спасение? Проводник… Сейчас, когда он рассматривал сквозь Тьму свой уже увядающий и всё больше сокращающися мир, в нём глубоко внутри просыпалась надежда, которую Вальто боялся спугнуть радостью.

Демон резко обернулся на звук за спиной – в мерцающем свете из дверей дома вылетел Тьюри.

– Она пришла? – тихо спросил Вальто, боясь услышать ответ.

– Нет, господин, – ответил слуга и поспешил договорить, заметив, как каменеет лицо демона. – Возможно, действие браслета в её мире требует особых условий?

– Это всего лишь портал, Тьюри, с ним ребёнок справиться может, – Вальто зашёл в замок и с силой захлопнул увесистые двери, задевая мгновенно ставшего прозрачным Тьюри.

– Успокойтесь, вы же обменялись клятвами, дайте девушке время. Она обычный человек.

– Человек… – с досадой выдохнул демон. – Всего лишь человек. Ненавижу ждать!

Вальто рыкнул с такой силой, что Тьюри снесло в конец комнаты.

– Господин, не забывайте: она единственный человек, согласившийся вам помочь. Вы должны быть мягче. Дипломатичнее. Постарайтесь очаровать девушку.

– Очаровать?! Чем? От меня уже собственные креаматы шарахаются.

– Но ведь девушка не сбежала?

– Но и не пришла, – демон с досады процарапал когтями несколько дорожек на массивном столе.

– Потерпите, господин. Дайте ей время.

– Посмотри вокруг, Тьюри. Как думаешь, сколько времени осталось у меня?

Глава 5

Я с тоскою открыла глаза под звон будильника, пытаясь вспомнить свои сновидения. Но ни одного намёка в памяти на то, что я побывала в заколдованном замке, не было. Машка всю ночь пиналась, напоминая мне, кто здесь самый важный человек в мире. Да и ну их с этой дурной магией! Я старалась. Не получилось. Не могли нормальный вход придумать? Я отмахнулась от своих мыслей, подрываясь на новый круг забега по своей жизни. Умыться, завтрак, разбудить Машку… Я посмотрела на себя в зеркало – молодая, фигуристая, но тусклая. Длинные волосы цвета пшеницы совсем не блестели, тени под серыми, с намёком на зелёный оттенок глазами оповещали всех о моём недосыпании, руки от вечных сумок, казалось, безвольно свисали до колена, совсем не царская осанка. Как же хотелось сказки! И даже если эта сказка про несчастного самовлюблённого демона, это всё равно лучше ежедневного «дом – работа – дом – пьяный сосед – придирчивый начальник – работа – дом».

Повздыхав немного для приличия, я оделась, схватила уже одетую Машку, сунула ей в руку питьевой йогурт с трубочкой и взяла направление на садик. Выслушала советы воспитательницы по поводу воспитания моего ребёнка, пропуская большую часть слов мимо ушей, и столкнулась на выходе со своей соседкой Натальей, которая привела своего сына.

– Стася, – Наташа удержала меня за руку, не давая выбежать за дверь, – хорошо, что я успела. Мой Гриша решил нас с пацанами вывезти на дачу на все выходные. Давай я Машуню с нами заберу? Тёплые дни не сегодня завтра закончатся, пусть поиграет на свежем воздухе. И мои ребята в ней души не чают, будет там королевишной ходить, а ты выспишься. Представляешь – все выходные в твоём распоряжении.

Соседка говорила быстро, стараясь меня убедить раньше, чем мне в голову заскочит мысль, что это неудобно. Я всегда панически боялась за Машку и отпускала от себя с неохотой, но Наташа – совсем другое дело… Может, и правда стоит выспаться и не лишать дочку приятного отдыха?

– Не знаю…

– Мы сегодня после обеда поедем. Может, завтра и сама к нам приедешь, – Наташа улыбалась, подталкивая меня к положительному ответу.

– Ты знаешь мою любовь ко всем этим домам с минимальными удобствами, – отмахнулась я, – надо собрать вещи, а я уже спешу.

– Не волнуйся – соберу. Запасные ключи у меня есть, с кружка́ми договорюсь. Я с неё пылинки сдувать буду, ты же знаешь.

– Знаю, – сдалась я, – хорошо, только позвоните, как доедете, и пусть Машка возьмёт тёплую пижаму.

– Соберу вещи и скину тебе список на подтверждение, – обрадовалась соседка.

Итак, впереди два дня выходных. Сердце привычно царапнуло при мысли, что Машка будет с другими людьми. Целые выходные одна?

В маршрутке снова было битком. Как так выходит, что всем нужна именно та маршрутка, в которую стремлюсь попасть я? Иногда я шутила, что не полнею потому, что по дороге на работу из меня все лишние жиры выдавливают. Все выходные я никого из них не увижу и буду дома спать! Счастье медленно наполняло мою душу. Поэтому на работу я приехала с довольной улыбкой и мечтами о конце рабочего дня. Директор сегодня уехал на какое-то собрание с более высоким начальством, так что опасений нарваться на него у входа не было никаких. Но счастье моё длилось недолго. Ураган под именем главного бухгалтера Татьяны Николаевны Буровой стал нагнетать атмосферу с самого утра. Она раз десять заставила переделать меня обычный приходник1, придиралась к каждой моей подписи, поставила передо мной столько задач, что я не то что до ночи, до следующего месяца не вышла бы с работы. Я чувствовала себя Золушкой, которая хочет попасть на бал, а злая мачеха заставляет её вырастить розы. Какая муха её укусила? Я ворчала, но каждый раз подрывалась к ней, услышав своё имя, за новым распоряжением или нагоняем. В конце концов, оставшись без обеда и понимая, что, возможно, останусь без ужина, искренне радуясь, что Машка отдыхает, но жутко нервничая из-за отсутствия смс от Наташи уже больше трёх часов, я не выдержала и возмутилась:

– Что происходит, Татьяна Николаевна? Я что, плохо работаю, раз вы завалили меня работой до следующего года?

– Ну что вы, Станислава Андреевна, наоборот – вы прекрасный сотрудник. Директору помогаете, на моё место метите, так чему вы удивляетесь, что самую ответственную работу я доверяю вам?

Вот те на! Приехали. Я смотрела на женщину, которая была старше меня всего на пять лет, но уже имела некоторую грузность в нижней части тела. Симпатичная, крашеная блондинка с всегда затейливо поднятыми наверх волосами. В свои тридцать четыре года она носила очки, водила автомобиль, была не замужем и считала себя богиней нашей фирмы, подтверждая это и себе, и другим ежегодными почётными грамотами. И сейчас она по какой-то причине считала, что я пытаюсь занять её место.

– Зачем мне ваше место? – опешила я.

– Вот и я думаю: зачем вам, средненькому бухгалтеру, лезть на место, с которым вы не справитесь? – женщина гневно сверкнула глазами.

– Так я и не лезу.

– И с директором подобное не обсуждали? – ехидно спросила Татьяна Николаевна, стараясь говорить негромко, чтобы не привлекать внимание остального коллектива. – И вчера с ним специально не оставались?

– Стоп! – голословные обвинения терпеть не могу. – Насколько я помню, это вы вчера отпросились пораньше, бросив Виктора Сергеевича одного перед его собранием.

– Я?! – главный бухгалтер была искренне удивлена такому изложению событий. – Он меня отправил сам, и мы обе знаем почему! Так что работайте Станислава Андреевна, привыкайте к каторжному и неблагодарному труду!

Я вышла из кабинета со смешанными чувствами. Было жутко обидно, а главное, теперь понятно, почему весь день девчонки шушукаются за моей спиной, а Ольга демонстративно работала за столом другой сотрудницы, которая была в отпуске. Они знают меня не первый день, но какая-то сплетня в один момент сделала из меня грешницу в глазах коллег.

– Не обращай внимание, – шепнула мне на ухо пухленькая Рая, – они тебе завидуют.

Спасибо, хоть один нормальный человек! Вот только как понимать, что мне уже нужно привыкать? Все ответы у директора, которого до понедельника я не увижу, а позвонить ему сейчас равносильно признанию правоты нашего серпентария.

В результате домой я возвращалась поздно и в самых расстроенных чувствах. Хотелось скрыться на эти два дня ото всех и тихо поскулить от злости, пока моя кроха не видит этого безобразия. В подъезде было темно, опять кто-то выкрутил себе лампочку. Почему всё плохое наваливается перед выходными? Я нажала на кнопку вызова лифта, подсвечивая коридор телефоном, но, когда двери открылись, из темноты пролёта выскользнула фигура и быстро вошла за мною в лифт, не давая опомниться.

– Привет соседка! – от Бориса разило пивом с примесью каких-то специй.

Я попыталась выйти, но пьяный мужчина прижал меня к стенке лифта и нажал на кнопку девятого этажа.

– Ты что творишь! – обида сегодняшнего дня стремилась вырваться наружу.

– В гости приглашаю, – моргнув осоловелыми глазами, Борис скользнул рукой по волосам, сдёргивая заколку. – Так сексуальнее.

– Руки убери, – прорычала я, стараясь оттолкнуть это животное.

– Ну что ты ерепенишься, – мужчина поморщился и чуть отступил, бросая на меня оценивающий взгляд. – Я тебя уже часа три жду. Дочку отправила и по мужикам побежала?

– Борис, это не твоё дело, куда и к кому я бегаю.

– Ошибаешься, – Борис демонстративно указательным пальцем провёл дорожку от шеи до живота, цепляя бюстгальтер под кофтой, не давая мне возможности нанести ему удар коленом, и уже более злым голосом добавил, – не дёргайся! Не в ад тяну, а всего лишь в гости поболтать.

– Мы уже обсуждали эту тему – так в гости не зовут.

– Так ты не идёшь сама, – он приблизился вплотную, выпуская при каждом выдохе алкогольные пары мне в лицо.

– Я тебя в полицию сдам, – скривилась я, задыхаясь от смеси алкоголя и табака.

– Попробуй, и весь двор будет говорить твоей Машке, что она дочь шлюхи, – ухмыльнулся Борис.

Я подумала о Машке, о своей репутации и взбесилась, толкнув Бориса в открывшиеся на его этаже двери лифта. Не ожидая такой силы от хрупкой девушки, Борис качнулся назад, цепляясь ботинками за ребристую перемычку кабины, и выпал с грохотом из лифта, а я поспешила нажать кнопку своего этажа, пока он не поднялся на ноги.

– Как меня всё достало! – заорала я в лифте, закрывая ладонями глаза.

Ощущение движения исчезло, и жуткая мысль о том, что я застряла и проведу ночь здесь, заставила меня взглянуть на окружающий интерьер, совсем не похожий на четыре стенки кабины. Это опять произошло? Мрачный зал совсем не напоминал комнату, в которой я проснулась в первый раз, и комнату Вальто не напоминал тоже, скорее, это походило на какие-то кладовые без окон. Тусклое свечение добавляло помещению ещё большую мрачность, заставляя меня испуганно озираться по сторонам в ожидании самого худшего. Странные шуршащие звуки навевали мысли о грызунах, и это в лучшем случае, если тут не водятся какие-нибудь другие магические твари. Меня передёрнуло. А вдруг здесь есть змеи или гигантские пауки? Страх погнал меня искать выход из подвала. Я брела, спотыкаясь о коробки и ящики, наполненные какими-то, вероятно, продуктами. Шуршание постоянно приближалось и исчезало, как только я оборачивалась в поисках источника звука. Я стала дышать через раз, боясь не услышать приближение подвального страшилы, напрягая в полутьме своё зрение до боли в висках. И совсем не ожидала, развернувшись, столкнуться нос к носу с перевёрнутым вверх тормашками существом.

Он был похож на человека: худощавый, с вытянутым лицом, широкими, немигающими чёрными глазами без белка, абсолютно лысый, в меховом жилете поверх рубахи. Не подчиняясь закону тяготения, этот странный субъект стоял на потолке! Сердце зашлось в бешеном ритме, ноги задрожали, обещая уронить меня в обморок. Существо потянулось ко мне рукой, и я заорала, повергая несчастного в шок.

– Ковер! Опять хозяйский запас разворотил?

Милая женщина небольшого роста, с круглыми формами, но бледным лицом, так не сочетающимся с её фигурой, вошла в широкую дверь, которую я не заметила на тёмном фоне стен, и застыла, с удивлением разглядывая мою персону, находящуюся в предынфарктном состоянии.

– Твою ж бессмертную душу! Ковер, кого ты опять тут сотворил?

Ковер смешно повёл носом по кругу и спрыгнул вниз, не переставая разглядывать странную гостью.

– Я гостья Вальто дор Сирха, – еле прошептала я, усмиряя дрожь.

Глава 6

Вальто сидел в кресле возле камина, вытянув лапы к огню. В последнее время холод всё ближе подбирался к его демонической душе. Его способности некроманта давно приучили его воспринимать холод как часть себя, но никогда он не проникал так глубоко, предвещая смерть своему хозяину. Проводник опять не пришёл, и на Вальто накатила апатия. После очередной вспышки гнева, которая загнала все его творения в кладовые замка, даже Тьюри исчез на время, ожидая смены настроения господина.

– Тьюри, – позвал Вальто своего прислужника, – выходи, я знаю, что ты меня слышишь.

Голова Тьюри выглянула из стены, оценивая ситуацию. Не ощутив опасности, Тьюри вылез полностью и проплыл к Вальто, приобретая телесные формы.

– Что желает гос-с-сподин? – робко поинтересовался слуга.

– Я слышу шум. Скажи Мадине, чтобы выбирались из своей норы.

– С-с-слушаюсь, господин, – Тьюри быстро скрылся в лабиринте коридоров.

– Как же меня всё достало! – зарычал Вальто, с ненавистью забрасывая в камин коробку с подарком, который он сотворил для проводника. Женщины всех миров любят украшения, и он хотел таким образом подкупить девушку, заставить думать о себе чаще, но она не пришла, и бесполезная коробка с колье полетела в огонь. Тьма побери эту надежду! Он уже готов к вечности.

– Странный способ встречать гостей, – раздался женский голос за его спиной, заставив тёмное сердце вздрогнуть.

Проводник!

***

Толпа низкорослых человекообразных существ под предводительством Мадины вела меня к своему господину, радостно обсуждая «живого человека» в замке. Меня очень напрягало это словосочетание, и я надеялась, что они просто не считают себя людьми, а не признают себя мертвецами. Хотя цвет лица у них был мертвенно бледным, и это был ещё один повод позволить им проводить меня до Вальто – а то встречу в коридорах ещё какую-нибудь нечисть.

Мадина остановилась перед большой открытой дверью из тёмного дерева и подтолкнула меня, намекая войти. В большом кресле, грея ноги (60-го размера, не меньше) у камина, развалилось моё знакомое чудовище. Я видела его вполоборота и только хотела поздороваться, как Вальто зарычал и в камин полетел плоский футляр медного цвета.

– Странный способ встречать гостей, – хотя я его сегодня прекрасно понимала, и сама с удовольствием швырнула бы что-нибудь, разбивая вдребезги.

Голову Бориса, может быть?

Вальто повёл себя, по моим меркам, неадекватно: вскочил, дёрнулся в мою сторону, затем застыл, потом прыгнул к камину, пытаясь выхватить из огня брошенный им футляр. Запахло палёной шерстью, и по залу разнеслась отборная брань Чудовища.

– Почему ты здесь?! – заорал он в приступе раздражения, стряхивая пепел с оставшейся шерсти на локтях.

– Нормальный поворот, – я в недоумении посмотрела на влетевшего в комнату Тьюри, – так я здесь не особо нужна? Могу уйти.

Я развернулась к двери, обдумывая, как в принципе мне это сделать, но грозный рык прервал мои размышления, заставив застыть перед выходом из зала.

– Стой! – Вальто одним прыжком преодолел расстояние между нами. – Я спросил не об этом.

Реальность перед глазами подёрнулась рябью, подтверждая, что я испугалась. И сильно…

– Гос-сподин! – поспешил вмешаться Тьюри. – Спокойнее, вы же её до смерти перепугаете.

Частое дыхание, словно у быка после корриды, раздавалось над моей головой, обдавая кожу жаром. Зачем мужику камин, когда от него самого можно изжариться, даже не прикасаясь? Я медленно повернулась к Вальто, задирая голову.

– Так о чём вы спрашивали? – голос дрогнул и сорвался на писк.

– Ну, разве ты не должна приходить в комнату гостя?

– Хороший вопрос, – протянула я, – я бы с удовольствием сама узнала, как и куда я должна перемещаться. Неприятно в следующий раз в каком-нибудь колодце очутиться, откуда меня достанут лет через сто.

Вальто дор Сирх посмотрел с лёгким прищуром на слугу.

– Я всё проверю, господин, – Тьюри мгновенно понял своего хозяина. – Думаю, нам нужно будет провести несколько тренировок, а вы попробуете объяснить гостье принцип работы порталов.

– Прекрасно. На пару дней я могу задержаться, – я постаралась быть милой.

Мадина всплеснула руками, что-то затараторила на странном, но мелодичном языке и стала выпроваживать из зала наблюдавших за происходящим прислужников чудовища. Вальто, словно опомнившись, бросил взгляд на свои босые ноги, подвёрнутые до колен брюки, неприкрытый торс и мгновенно растворился в воздухе, переместившись в свою комнату. Не прошло и пяти минут, как он возник передо мной при полном параде, одетый с иголочки.

Пауза затянулась, но никто не знал, с чего начать разговор.

– Показать замок? – Вальто нервничал.

– Не отказалась бы, – улыбнулась я демону, – может, тогда проще будет представлять место, в которое я хочу попасть?

Вальто заложил мощные руки за спину и направился к выходу, стараясь делать маленькие шаги, чтобы мне не приходилось бежать за ним.

Мы вышли в большой, просторный зал с высоким потолком, по обе стороны его поднимались наверх широкие лестницы. Вальто стал показывать мне каждое помещение, выходящее дверями в широкий холл.

– Столовая, – он толкнул дверь, представляя моему взору комнату среднего размера с большим круглым столом посередине и одним массивным креслом.

Гостей тут явно не ждали, но при этом всё было достаточно по-домашнему: шкаф для посуды, бар, широкие окна со шторами оливкового цвета.

– Кухня, – указал Вальто на одну из двух дверей на противоположной стороне столовой, – а там спуск в кладовые и жильё креаматов.

– Кого?

– Креаматы мне здесь служат.

– Это раса такая?

– Это мои создания, можно сказать, скитающиеся души, обрётшие плоть.

– Живые мертвецы? – холодок страха побежал по телу.

– Нет, – поморщился Вальто, – душа не может быть м�