Абсолют. Книга вторая бесплатное чтение

Глава 1

Балетный сезон был в самом разгаре, несмотря на это спектакль, который сегодня представляли артисты, продолжал собирать полные залы на протяжении нескольких месяцев. Вот и в этот вечер в театре очередной аншлаг и снова триумф.

Восторги счастливцев, которым удалось достать билеты, передавались из уст в уста. Зрители делились эмоциями и впечатлениями от увиденного в главном концертном дворце культурной столицы. Балет «Потерянные души» пользовался невероятной популярностью. Билеты раскупались за десять минут – это был феерический успех!

Конечно, успех был связан и с именем прима-балерины Хины Мердер. Она была изящной и статной балериной, с врождённым талантом и неутомимой работоспособностью. Танцовщице было всего девятнадцать лет, но она являлась главной звездой, примой не только этого спектакля и трупы, ее знали ценители искусства по всему миру. Точеная фигура, грациозные гибкие руки, длинные стройные ноги, позволяющие воплощать на сцене самые сложные замыслы хореографов, сводили с ума даже искушенную публику. На её выступления приезжали ценители из самых удаленных уголков мира.

Вот и сегодня она вновь выходила на сцену с особым волнением, которое сопровождало каждое её выступление, словно впервые ей приходится танцевать перед огромным заполненным залом. Не успела она оказаться в лучах софитов, как уже сорвала овации, зрительный зал буквально взорвался аплодисментами. Прожектор выделял Хину среди артистов балета, добавляя блеска расшитому бисером сценическому костюму и подчёркивая отточенные па.

Представление длилось более трех часов с небольшим перерывом, многие танцоры выдерживали такой ритм с трудом и в процессе представления подменяли друг друга, но только не Хина. Складывалось ощущение, что она могла танцевать вечно.

Сменяющиеся и динамические декорации, витиеватый хореографический рисунок постановки, захватывающая музыка и Хина во главе всей этой феерии создавали уникальное шоу.

Не успело представление закончиться, как на сцену посыпалось множество цветов, огромные букеты передавали лично танцорам, большая часть которых предназначалась фаворитке, Хине. Артисты выходили на бис уже второй раз, аплодисменты и ликующие возгласы не умолкали.

Занавес снова начал подниматься и вокруг стало еще больше неистовства. Зал скандировал:

– Хина! Хина! Хина!

Но, когда он поднялся, на сцене стоял статный мужчина в возрасте. Он был одет в дорогой смокинг, а его туфли блестели в свете софитов. Лицо его, несмотря на возраст, а выглядел он примерно лет на семьдесят, было достаточно гладким, без большого количества морщин. Года выдавали лишь седые длинные волосы, зачесанные назад, да борода и усы с проседью. На зрителей был направлен изучающий ястребиный взгляд, словно он высматривал жертву в набитом битком зале. В руках неизвестного была трость, по которой извивалась золотая змея, расположившая свою голову на рукояти.

Зал замолчал, не издавая ни единого шороха, все пристально смотрели на сцену, на мужчину, вышедшего к ним.

– Меня зовут Вейнц Загард, – вкрадчивый голос разрушил тишину зала. – Я руководитель этого замечательного дворца. Понравился ли вам спектакль?

Зал тут же бурно отреагировал на его слова, восстановив шумную атмосферу, которая буйствовала до его появления на сцене. Аплодисменты немного притихли и он продолжил:

– Несомненно, Хина – наша звезда, идеальным образом смогла донести до вас идею этого замечательного балета.

Зал снова взорвался овациями:

–Хина! Хина! Хина! – Стали скандировать со всех сторон.

Вейнц продолжил:

– Все то, что вам удалось увидеть на сцене, произойдет с вами в следующее мгновение. Все ваши души потерянные, я помогу обрести им смысл и новый дом.

Вейнца никто не услышал. Все слышали, что он говорит, но смысл сказанного никто не осознавал. Зал был в экстазе, скандируя имя Хины.

Резко погас свет, в кромешной тьме не видно было абсолютно ничего, вместе с этим зал резко замолк до того, как все услышали пять последовательных щелчков на дверях выхода, тогда начались крики и паника, возгласы, суета и возня.

Зал озарило синим свечением и одновременно с этим все почувствовали невероятно сильную боль в ушах и голове, мощный поток звуковых волн распространялся по залу, в котором была прекрасная акустика.

В это время в центре сцены появилось нечто. Высокая фигура возникла из клуба дыма, очерчивающего подобие головы с большими сияющими синими глазами, далее по ее краям справа и слева размещалось некое подобие наплечников, напоминающих уродливых и зубастых монстров, ниже, до самого пола сцены, была темная дымчатая мантия, из которой пробивалось синее свечение.

Мантия раздвигалась, как занавес, в разные стороны, все сильнее показывая призрачную синюю сферу, отдаленно похожую на галактику, вокруг которой вращалось множество сияющих огоньков. Ниже под всем этим действом находилась бесконечно глубокая вращающаяся воронка с ликами людей, похожих на приведения. Они пытались выбраться, вылететь из нее, но воронка, вращаясь быстрее, засасывала их глубже.

Все это время звук продолжал разрушительно влиять на зрителей в зале, заставляя их мучиться, у многих лопнули барабанные перепонки, и тонкие струйки крови текли из ушей по шее. Все повалились на пол и теперь катались по нему, хватаясь за голову и уши.

Тем временем существо уже раскинуло руки-карнизы в стороны, свисающее на них полотнище, с мерцающими звездами, крутящимися вокруг синей сферы, под которой вращалась воронка из человеческих душ. Все это походило на декорации того балета, который показывали зрителям. Но никто не в силах был этого понять. В зале началось еле ощутимое воздушное движение, зацикливающееся по кругу, люди стали кричать. Было заметно, как полупрозрачные копии этих людей вытягивало из тел и закручивало в общую воронку. Это продолжалось несколько минут, затем одна часть воронки изогнулась в сторону существа, стоящего неподвижно на сцене. Души одним потоком направились к сияющей сфере, осыпаясь в воронку, которая была под ней. По мере того, как их поток заканчивался, занавес начинал закрываться, скрывая сияющую сферу.

Занавес на сцене так же начал опускаться. Почти все зрители, которым звуковые волны доставляли невероятную боль, все в совершенно разных положениях теперь просто неподвижно лежали на полу и на креслах.

Занавес снова стал медленно подниматься и на сцене вновь стоял Вейнц Загард. Полную тишину зала прервали аплодисменты, раздающиеся откуда-то со стороны vip-балконов.

– Браво, Апсис! Браво! Твоя часть представления мне понравилась больше, – широко улыбаясь, сказал Люмьер Д’Арк.

Через ряд от него сидел Ричард, и его лицо не выражало вообще никаких эмоций.

Вейнц бросил свой соколиный взгляд в сторону балкона и сказал:

– Добро пожаловать, Атма!

И тут же, ткнув своей змеиной тростью в сцену, развернулся и ушел в кулису. Люди стали приходить в себя, но никто из них абсолютно ничего не помнил. Тут снова на сцену буквально выпорхнула Хина и люди в зале, забыв, что с ним происходило вообще что-либо странное, с новой силой продолжили неистово аплодировать и скандировать имя балерины.

Глава 2

В очень большой, светлой и просторной чайной комнате за круглым столом сидел Люмьер, Хина и Вейнц Загард. Гостя угощали чаем, предложив в качестве угощений множество изысканных сладостей.

– Слышал, что человек, очень похожий на тебя, приобрел «Знатока», – между делом сказал Вейнц.

– А зачем ты ходишь вокруг да около? – Посмотрел на Вейнца Люмьер.

– Он в городе? – Волнительно переспросил Загард.

– Да. Теперь он всегда со мной.

– Хина, дочь моя, если бы ты могла научиться танцу смерти, которым в совершенстве владеет Зурвал, – обратился Вейнц к девушке.

– Отец, я думаю, что господин Люмьер окажет нам честь, – скромно сказала она, опустив глаза в пол.

Хина была миниатюрной девушкой с кукольным фарфоровым личиком, раскосыми голубыми глазами и маленькими пухлыми губами, ее густые чёрные, как смоль, волосы были собраны в один большой пучок. Кожа танцовщицы была очень светлой и сильно контрастировала с синим вечерним платьем, надетым по особому случаю.

– Не стоит спешить, друзья мои, мне нужно найти некоего Зелота, он должен обучить обращаться с Зурвалом.

– Слышал про него, – подхватил пожилой мужчина, – он держит приют домашних животных, километрах в ста от города. Мы можем поднять связи, чтобы нам помогли найти его местоположение.

– Буду признателен, Вейнц, не хочу доставлять вам неудобств, – учтиво кивнул Люмьер.

– Перестань, чувствуй себя как дома. Кстати, где ты остановился? Мог бы и у нас.

– Благодарю, но я поселился в центральной гостинице города, чтобы не стеснять вас. Все отлично, я занял лучший номер.

– Наш дом открыт для тебя, Люмьер, если надумаешь, то ждем тебя.

– Спасибо, обязательно учту это, – поблагодарил гость. – Вейнц, скажи, а ты еще поддерживаешь контакт с Мерси Джемстилом, хочу заказать у него пару побрякушек.

– Если ты имеешь в виду ювелира, нет, но я знаю, что он где-то в городе. Для тебя разыщем и его.

– Благодарю, Вейнц.

– Не стоит, знаю, что ты остался в тяжелом положении, – сделал глоток чая Вейнц. – На следующей неделе хочу пригласить тебя на выставку двух замечательных гениев живописи и скульптуры. Это будет честь для них, если ты придешь.

– Думаю, смогу найти время в своем плотном графике, – сказал Люмьер, наконец-то тоже попробовав напиток. – Представление завораживает, – отставив чашку, поделился впечатлениями он.

– Наша семья питается энергией душ вот уже много сотен лет, гордо заявил Вейнц. – Этому спектаклю столько же. Долгое время примой нашего театра была моя супруга, теперь ее место заняла наша красавица.

– Да, я помню, что ты постарше, – улыбнулся Люмьер, – но я сохранился лучше, – и они дружно рассмеялись. – Твоя ментальная оболочка очень слаба, я почувствовал это на представлении, – вдруг серьезным тоном проговорил Люмьер.

– Господин Люмьер, зато в моих способностях можно не сомневаться, – твердо ответила Хина, и от ее милого выражения лица не осталось и следа.

– Полно тебе, дочь, все хорошо, не стоит грубить нашему гостю. Уверен, он не имел в виду ничего оскорбительного.

– Что же произошло? – Спросил Вейнц. – По слухам вся «Альтернатива» и твои ближайшие союзники мертвы. Форбус направился к вам вершить свои кровавые дела. О, как же дорого стоит его работа.

– Я предпочитаю оставить все на уровне слухов, если ты не возражаешь, – одернул визави Люмьер.

В воздухе повисла неловкая пауза, тогда Люмьер сделал еще несколько глотков, отставил чашку, встал и, распрощавшись с театральным семейством, вышел из здания дворца и сел в машину, в которой его ждал Ричард.

– В отель, – скомандовал Люмьер. – Вейнц чересчур любезен, это очень подозрительно, а вот Хина проявила себя. В любом случае, Ричард, нам нужно быть готовыми ко всему. Займемся поисками Зелота. Без него не получится активировать Знатока.

Ричард лишь молча кивнул, поймав взгляд Люмьера в зеркале заднего вида, и, неспешно выехав с парковки, повел машину к отелю.

***

– Жаль, что нельзя было открутить его нагеленную башку прямо сейчас, – сказала Хина, стуча чайной ложкой по блюдцу.

– Еще не время, Хина, где твои манеры, судьба благоволит нам. Он сам пришел сюда и принес картину, нам нужен «Знаток», нам нужен Зурвал. Нужно найти этого Зелота. Необходимо все хорошо продумать и взвесить. Люмьер остался один без поддержки «Альтернативы». Думаю, что он заплатил Форбусу столько, что денег для того, чтобы нанять его еще раз, у него точно нет. Мы обязательно устраним его и заберем то, что должно принадлежать нашей семье. Сейчас мы сильны, как никогда. А пока что займись поисками Зелота, раз Люмьер ищет его, значит все не так просто со «Знатоком».

– Хорошо, отец, я сделаю все, как ты скажешь, но пообещай, что голова и душа Люмьера будут моими.

– Конечно, Хина, для тебя все что угодно. А теперь за дело.

Глава 3

Черная представительская машина въехала к центральному входу в гостиницу, в которой остановился Люмьер. Это был самый дорогой и лучший отель в городе. Ричард вышел из машины, открыл заднюю правую дверь и помог Люмьеру выйти, после поехал на подземную парковку ставить машину.

Люмьер направился к входу, швейцар уже открывал ему дверь, как вдруг его привлек необычный блеск глаз совсем юной девочки.

Она была небольшого роста, с пышными кудрявыми русыми волосами. Маленькое кукольное личико и детская улыбка, улыбка, в которой отчетливо было видно отсутствие пары молочных зубов.

– Дорогая, ты почему совсем одна? – Обратился он к ней. – Как тебя зовут? – Наклонившись к ней, спросил Люмьер.

– Меня зовут Ясмина. Ясмина Минтц. Я жду свою маму, она вернулась в отель за вещами.

– Очень приятно, милая леди, меня зовут Люмьер. Какой у тебя замечательный зайчик.

– Его зовут Камикайка.

– Очень необычное и забавное имя. Сколько тебе лет и чем ты занимаешься здесь?

Мне восемь и мы приехали, чтобы я поступила в академию танцев. Хочу учиться у Хины Мердер.

– Простите. Ясмина, сколько раз я просила тебя не разговаривать с незнакомыми людьми, – подоспела одетая в брючный костюм, стройная женщина.

Ясмина как две капли воды была похожа на нее, и сразу стало понятно, что это ее мать.

– Не волнуйся, мамочка, мы уже познакомились, его зовут Люмьер.

– Это вы простите, я увидел, что девочка совсем одна и забеспокоился. Меня зовут Люмьер Д’Арк.

– Спасибо за беспокойство, я Виктория Минтц, – представилась женщина и тут же переключилась на свою дочь. – Детка, пойдем в отель, сегодня нам, к сожалению, снова отменили просмотр. Боги, как же сложно туда попасть, – пожав плечами, сетовала Виктория.

– Оу, простите, я тут случайно узнал от Ясмины, что она хочет учиться у Хины Мердер в ее академии танцев.

– Вот болтушка, даже это успела рассказать. Да это так.

– Вы знаете, по абсолютно счастливой случайности я только полчаса назад пил чай с ней и ее отцом, поэтому совершенно бескорыстно мог бы помочь вам в осуществлении вашей мечты.

– Это невероятно! Спасибо вам, мы будем вам очень признательны. Но к чему такая честь?

– Пока совершенно не за что, а для начала, Виктория, позвольте пригласить вас и дочь на ужин, сегодня в восемь вечера. Я закажу столик и буду ждать.

Он протянул ей визитную карточку, она была выполнена на плотной дорогой бумаге, каллиграфическим шрифтом с вензелями золотой краской были написаны его инициалы.

– Ясмина, до свидания. Всего хорошего, Виктория, до вечера.

Девочка помахала ему рукой, и Люмьер направился к входу в отель.

В номере его уже ждал Ричард. Забрав у него пиджак, он проводил его на террасу с дорогой деревянной мебелью, налил ему коньяка и смиренно встал напротив, ожидая новых указаний.

Люмьер пригубил напиток и посмотрел Ричарду в глаза:

– Ты тоже заметил ее?

– Да господин, еще в тот момент, когда мы подъезжали. Эта девочка одна из нас.

– Именно, а что самое замечательное, она хочет учиться в академии танцев, – отставив бокал, Люмьер встал, подошел к краю террасы и стал рассматривать прохожих, проходящих по улицам внизу. – Ричард, закажи столик на восемь вечера и приготовь мой черный костюм.

– Слушаюсь господин, – и Ричард вышел с террасы выполнять поручения.

День пролетел достаточно быстро, в восемь Люмьер спустился вниз и прошел в помещение ресторана. Он выглядел, как всегда, изыскано: костюм, который приготовил для него Ричард, сидел идеально, волосы, как всегда уложенные гелем назад, блестели ровным счетом так же, как и его обувь.

– Господин Люмьер, добрый вечер. Позвольте проводить вас к вашему столику, – сказал метрдотель, расплывшись в широкой улыбке.

Люмьер молча кивнул и проследовал за ним. Они прошли через весь зал в vip-зону, которая была разбита на участки с отдельными перегородками, за которыми абсолютно ничего не было слышно. Убранство ресторана говорило само за себя: дорогие породы дерева в отделке, изысканные ткани, эксклюзивная мебель и посуда, серебряные приборы. Приятное освещение и приглушенная классическая музыка дополняли антураж дорогого ресторана.

– Ваш столик, сэр.

Люмьер вновь кивнул и добавил:

– Со мной будут еще два гостя, проводите их ко мне, – и протянул метрдотелю чаевые.

– Непременно, сэр. Приятного отдыха.

Через пятнадцать минут метрдотель вновь появился у столика, он привел за собой Викторию, одетую в вечернее платье цвета слоновой кости с глубоким декольте, подчеркивающее ее стройную фигуру. Ясмина была одета в пышное платье светло голубого цвета, пружины кудряшек забавно спадали ей на лицо, и она пыталась каждый раз поправлять их.

Люмьер встал, поприветствовал гостей:

– Прошу, присаживайтесь. Думаю, вы не против, я уже заказал самые изысканные блюда от шефа, а еще, бутылку красного вина позапрошлого века.

– Конечно, спасибо вам, Люмьер, – улыбнулась ему Виктория, поправив прядь волос.

– Ясмина, хочешь чего-нибудь особенного? – Спросил у нее Люмьер.

– Да, я хочу картофель фри, – ни секунды не промедлив, выдала девочка.

– Ясмина, перестань! – Осекла ее Виктория.

Но, невзирая на укоризненный взгляд матери, Люмьер подозвал официанта и распорядился о заказе.

– Виктория, ничего страшного. Сами же знаете, дети есть дети и почему бы их не баловать иногда.

– Если только иногда, – невольно согласилась Виктория, неожиданно смягчив тон.

Официант принес бутылку вина, Люмьер попробовал и согласился с выбором.

Виктория, глядя на эту процедуру, пошутила:

– А был выбор отказываться, когда для вас открыли бутылку вина позапрошлого столетия?

– Выбор есть всегда, Виктория, это вино для нас.

Люмьер кивнул, и официант наполнил бокалы и удалился.

– Предлагаю выпить за будущие успехи Ясмины, – предложил Люмьер.

– Согласна, – поддержала его Виктория.

Они сделали по глотку, Виктория отставила бокал, и было хотела что-то сказать, но Ясмина, будто нарочно, опрокинула бокал на Викторию. Та резко вскочила:

– Да что же ты наделала?

К ним быстро подбежала пара официантов для того, чтобы помочь Виктории и убрать пролитое вино.

– Простите, Люмьер. Простите за манеры моей дочери, – растерянно причитала Виктория. – Быстро в номер, – скомандовала Виктория дочери.

Ясмина даже не шелохнулась.

– Не беспокойтесь так, это всего лишь вино и всего лишь платье, лучше возвращайтесь в номер и спокойно приведите себя в порядок, а мы с Ясминой пока побеседуем.

Виктория была несколько обескуражена реакцией Люмьера, который опять застал ее врасплох, и снова нехотя согласилась с ним.

– Хорошо, я быстро. Ясмина, не вытвори еще чего-нибудь, я тебя очень прошу.

– Хорошо, мамочка, возвращайся быстрее, – посмотрела дочь ангельским взглядом.

Виктория извинилась и вышла из-за стола, направившись в свой номер.

– Я специально это сделала, – полушепотом проговорила Ясмина.

– Я догадался. Ясмина, скажи, ты тоже видела Кодекс?

– Да, он периодически ко мне приходит. Но часто он говорит непонятными словами, они звучат в моей голове, и я не всегда понимаю, что он говорит.

– Скажи мне, Ясмина, ты чувствуешь мою энергию?

– Да, закивала быстро Ясмина, – тот, кто вез вас, ваш водитель, также ее излучает.

– Ах ты, умница. Ты знаешь, что Хина Мердер тоже одна из нас?

– Конечно, мы уже приезжали на большие собрания, касающиеся поступления, где я видела ее издали и все поняла.

– Скажи мне, как получилось, что ты стала мастером?

Ясмина немного задумалась, подняв глаза в потолок, потом резко бросила взгляд на Люмьера:

– Мне было шесть лет, и я участвовала в больших соревнованиях по бальным танцам, – начала свой рассказ Ясмина.

Глава 4

– Итак, дамы и господа, нам пора подвести итоги нашего замечательного балетного конкурса, вскоре мы определим победителя среди множества пар участников! – Объявил в микрофон ведущий, одетый во фрак. – А сейчас, перед тем как жюри примет окончательное решение, посмотрите, пожалуйста, чарующий танец прошлогодних победителей этого конкурса. На сцену в свете софитов поднялась пара прошлогодних чемпионов и исполнила танец под аплодисменты полностью заполненного спортивного зала.

– Ясмина, девочка моя, – Виктория присела перед ней на корточки. – Вы с Майклом обязательно выиграете, – ободряюще сказала она. – Все будет хорошо, вот увидишь.

Тем временем выступающие уже практически заканчивали танцевать и в их сторону от восторженных зрителей летели игрушки и цветы.

– Несравненные Мария Брок и Жозе Мендез, – объявил ведущий. Публика не скупилась на аплодисменты, которые долго не смолкали.

– Дамы и господа, наступил кульминационный момент нашего соревнования, сейчас я объявлю пару безоговорочных победителей этого года.

Зал замер, Ясмина зажмурилась и сжала кулаки.

– Итак, победителями этого года становятся Ясмина Минтц и Майкл Ракитский!

Дальше все было как в тумане: овации, интервью, вспышки фотокамер, каждый пытался прикоснуться к ним и стать частью единого триумфа, что сильно вымотало еще маленьких, неготовых к нахлынувшей славе, детей.

Пара получила большой денежный приз, Майклу вручили драгоценный памятный браслет, а Ясмине диадему с лунным камнем.

Когда украшение надели ей на голову, девочка словно почувствовала электрический разряд. Яркий свет ослепил ее, она поняла, что как будто находится в воде. Подняв голову, Ясмина сделала глубокий вдох и начала плакать от испуга. Перед юной победительницей в столбе света можно было разглядеть фигуру светящегося человека.

«Кодекс приветствует тебя, Мастер», – отозвался голос в голове у ребенка.

Ясмине стало страшно, она очень устала и хотела к маме. Девочка стала плакать еще сильнее, закрывая уши руками, не понимая, как заглушить голос, который звучит у нее в голове. Но Кодекс механически задавал вопросы, не обращая внимания ни на то, кто перед ним, ни на то, что происходит с маленькой испуганной девочкой.

«Чего ты хочешь мастер?»

Девочка в ужасе закричала:

– Я хочу к маме, я хочу домой, я хочу играть со своим зайкой.

На фоне мерцающего звездного пространства над головой воссоздалась проекция того, как Ясмина играет в игрушки, и среди этих видений периодически возникала женщина средних лет, которая обижала и била Ясмину. Ясмина увидела знакомое лицо и еще громче закричала:

– Нет, я не хочу к Элен, я боюсь ее, она делает мне больно.

«Кузница выполнит твое желание, Мастер», – прозвучало у Ясмины в голове, она ничего не понимала, продолжала плакать навзрыд и звать Викторию.

Глава 5

– Я здесь, маленькая моя, мама с тобой, – услышала Ясмина знакомый голос.

Открыв глаза, она поняла, что они едут в машине.

– Мама, что произошло, куда мы едем?

– Доченька, тебе стало плохо. Мы вызвали скорую. Сейчас едем с тобой в больницу.

– Мама, так хорошо, что ты рядом, – Ясмина сжала руку Виктории и погрузилась в глубокий сон.

На следующий день, в пятницу, ближе к вечеру, Ясмину выписали, и они направились домой.

– Мамочка, что со мной было?

– Врачи сказали переутомление, это моя ошибка, дорогая, я не думала, что на вас все так набросятся. С тобой все хорошо, обследование показало, что ты в полном порядке. Доктор сказал, что более здорового ребенка никогда в жизни не встречал.

– Мама, а папа прилетит завтра из командировки?

– Нет, Ясмина, он будет только в понедельник. К сожалению, и мне нужно будет уехать по делам, а ты останешься на выходные с Элен.

– Нет, мама, я не хочу оставаться с няней, она мне не нравится, она обижает меня.

– Ясмина, прекрати немедленно, мы уже обсуждали это и не раз. Даже поставили камеры наблюдения, но твои слова ни разу не подтвердились. Поэтому давай не будем спорить. Я вернусь в воскресенье вечером, а уеду, завтра к полудню, поэтому побудешь с Элен всего лишь сутки.

Ясмина очень расстроилась, прижимая своего любимого зайца, она с ужасом думала о том, что ей предстоит пережить в эти выходные.

Ночью она не сомкнула глаз, тело ее горело, а мысли были заняты бесконечными переживаниями встречи с Элен.

Няня приехала к десяти часам утра, во взгляде ее читалось то, как она ненавидит Ясмину, странно, что Виктория не замечала этого. Элен была высокой худой женщиной с яркими синяками под глазами и крючковатым носом, волосы средней длинны были очень редкими, в целом она выглядела очень болезненно и, если бы не ее рекомендации и куча отзывов, то вообще не верилось, как она работала няней. Хотя вопрос реальности и объективности отзывов, по мнению Ясмины оставался открытым.

Как только Виктория отъехала на такси от дома, Элен схватила Ясмину за руку и затащила ее детскую в комнату.

– Только попробуй выйти из своей комнаты, сразу получишь.

Ясмина просидела тихо до самого обеда, очень хотелось, есть, но няня на обед не звала. Ясмина решила пробраться на кухню и взять из холодильника чего-нибудь вкусного. В коридоре ее настигла Элен, выскочив из комнаты, схватила ее за копну кудрявых волос и потащила обратно.

Ясмина кричала и вырывалась, ей было больно. Элен, дотащив ее до комнаты, несколько раз ударила Ясмину по голове и пнула ее ногой.

– Останешься без обеда, совершенно не умеешь себя вести, – и хлопнув дверью, снова вышла.

Это не остановило Ясмину и она, будучи очень голодной, через несколько часов предприняла еще одну отчаянную попытку пробраться на кухню. Прокрадываясь мимо хозяйственной комнаты, где стояли стиральная машина, гладильные и прочие принадлежности, она через щель в двери увидела, как Элен сыпет какой-то порошок на край стиральной машины и вдыхает его носом.

Паркет под ногами предательски скрипнул, и Элен тут же вылетела из комнаты, толкнув дверью Ясмину. Она упала, а Элен стала яростно избивать ее. Спустя пару ударов Ясмина уже не чувствовала боли и просто отключилась.

Когда девочка очнулась, то обнаружила себя лежащей на полу, на животе, руки были связаны сзади, за окнами было темно. Она попыталась встать, но оказалось, что и ноги были связаны тоже.

«Как странно», – подумала Ясмина, ведь она не чувствовала никакой боли, наоборот была полна сил. Ясмина дернула руки и поняла, что платок, которым она была связанна, легко поддаётся. Окончательно освободив руки, она сорвала второй платок со своих ног и потихоньку стала выбираться из комнаты. Она все же пробралась на кухню, тихонько открыла холодильник, схватила с полки банан и начала жадно есть его, следом был поглощен кусок торта, холодильник пикнул из-за того, что дверца была долго открыта, и тут же на кухне зажегся свет.

– Ах ты, маленькая глупая дрянь, – заплетающимся языком проговорила Элен. Глаза ее были абсолютно стеклянными и безумными, а зрачки в них сильно расширены. Ясмина вздрогнула от ужаса и спряталась за большим кухонным островом. Элен бросилась к ящику с кухонными принадлежностями и достала оттуда большой разделочный нож.

– Как ты мне надоела, маленькая назойливая оборванка, – стала кругом обходить остров Элен.

Ясмины нигде не оказалось, что еще сильнее разозлило Элен.

– Выходи ко мне! – Заорала она. – Быстро!

Элен почувствовала, что кто-то стоит сзади нее, резко развернувшись, она увидела Ясмину, только это была не совсем она, ее кучерявые волосы выпрямились и стали длинными, холодный голубой взгляд буквально прожигал насквозь.

– Меня зовут Пимет, – сказала девочка похожая на Ясмину. – А сейчас я очень хочу поиграть, – и она быстро дотронулась до руки Элен.

Элен почувствовала, что ее парализовало, тело не слушалось, только взгляд оставался под контролем.

Девочка засмеялась и, прыгая вокруг Элен, сказала:

– А сейчас мы избавим тебя от твоих рук, которыми ты делала мне больно.

Элен повернулась к кухонной мойке, включила измельчитель мусора и стала опускать правую руку в слив. Сливное отверстие было большим, туда с легкостью проходила рука по локоть. Элен издавала мычащие звуки, так как даже голосовой аппарат был ей неподконтролен. Когда ей размололо правую руку, она так же, под воздействием необъяснимой силы, вставила левую руку в слив, и ее также размололо по локоть. Кровь хлестала из остатков размолотых предплечий, Элен продолжала мычать, выкатывая глаза. Перед ней снова появилась Ясмина:

– Здорово поиграли. Ты забыла покормить меня, а я очень голодна, время обе-е-едать, – затянула она.

Ясмина прыгнула на Элен, повалила ее на пол. Ясмина закрыла глаза, её длинные волосы вздыбились как клубок из змей и бросились в лицо Элен.

Волосы поедали Элен, видно было, как по ним к голове небольшими комочками двигались части Элен, достигая головы, они растворялись в ней. Очень быстро все было кончено, Ясмина, смирно стоящая рядом с местом, где лежала Элен, резко открыла глаза и проговорила:

– Вкусняшка!

***

– Так все и было, – уплетая картофель фри, макая его поочерёдно то в кетчуп, то в сырный соус, закивала Ясмина. – Когда мама пришла домой на следующее утро, я просто сказала, что Элен ни с того ни с сего оставила меня одну. Она пыталась ее разыскать, но, как ты понимаешь, бесполезно.

– Мама не знает о твоих способностях?

– Нет, конечно, никто не знает. Ну, почти никто, – осеклась девочка и хитро улыбнулась Люмьеру.

– Ты умница, я оценил твою смышлёность, она может сильно пригодиться. Я хочу помочь тебе поступить в академию Хины, а ты сможешь помочь мне с некоторыми делами.

– Это здорово! А что я должна буду делать?

– Понимаешь, у меня достаточно сложные взаимоотношения с Хиной и ее отцом, и вероятно они задумали забрать то, что принадлежит мне. Поэтому в случае чего, мне нужен свой человек среди них.

– Ого, как в шпионских фильмах, – подытожила Ясмина.

– Да, почти как в них, только опасней.

– Идет. Договорились, мистер Люмьер, я с радостью помогу вам, если вы поможете мне.

– Даю слово джентльмена.

– Прошу прощения за задержку. Что Ясмина успела у вас выпросить за то время, что я отсутствовала?

– Виктория, не беспокойтесь, ничего лишнего, я всего лишь пообещал сделать все возможное для того, чтобы Ясмина поступила в академию Хины, и все.

– Спасибо вам, думаю, это невероятно трудно.

– Не стоит, это будет сотрудничество, – улыбнулся Люмьер и предложил Виктории снова выпить вина.

Глава 6

Из разбитого радиатора автомобиля клубами вырывался густой пар. Внедорожник был весь покорёжен, крыша смещена вправо, все стекла выбиты, а двери со стороны пассажира вывернуты. Правое переднее колесо вырвано вместе со ступицей.

Деррек с трудом открыл глаза, в голове гудело, грудная клетка горела огнем, видимо часть ребер была сломана. Кайл был без сознания, голова его была откинута назад. Из раны слева, а также и сломанного носа сочилась кровь. Деррек с большим усилием попытался оглядеться в этой кромешной тьме в поисках Форбуса, но в машине никого не было. Он отстегнул ремень и достал из кобуры пистолет. Каждое движение давалось неимоверно тяжело, боль пронизывала все тело. Деррек неспешно вылез из автомобиля, благо с его стороны дверь была не заблокирована. Он прошел вокруг автомобиля, увидел, как к машине бегут люди, два человека быстро приближались и в их руках были ручные фонари. Форбуса по-прежнему нигде не было.

Машина оказалась в самой нижней части глубокого оврага. «Чудом не загорелась», – подумал Деррек. Последнее, что он помнил после того, как они поняли, что не одни в машине, крик Кайла: «Деррек, держись!», и резко дав газ в пол, пробил ограждение на крутом повороте, затем автомобиль вылетел вниз в овраг. Машина пролетела метров сто-сто пятьдесят, несколько раз перевернувшись и ударяясь о склон оврага.

– С вами все в порядке? – Спросил подоспевший крепкий мужчина средних лет, за ним шел подросток, похожий на него как две капли воды, было ясно, что это его сын.

Они, осветив силуэт Деррека, с опаской глянули на пистолет в его руках. Тот тут же продемонстрировал им свой жетон и мужчина сразу заговорил:

– Мы ехали за вами, а потом вашу машину занесло, вы пробили ограждение и вылетели с дороги. Мы с трудом спустились сюда. Как вы себя чувствуете?

– Терпимо, – ответил Деррек, – но мой напарник без сознания, – кивнул в сторону машины Леднер.

Мужчины поспешили к водительской двери, но она оказалась заклиненной.

Пульс Кайла прощупывался, он тяжело дышал открытым ртом, но был глубоко без сознания.

– Осторожно, возможно поврежден позвоночник, – сообщил Деррек. – Джефф, беги к машине, неси инструмент, нельзя терять ни минуты, – сказал мужчина парню.

– Понял, пап, бегу, – и молодой человек быстро скрылся в сумраке.

– Я Гордон Фелпс.

– Деррек Леднер, спасибо, что не проехали мимо.

– Вы везунчики, что не погибли, на этом повороте каждый год кто-нибудь да бьется в ночное время. Сложный участок дороги, много жизней унес.

– К с частью, не наши, – согласился Деррек.

– Мы уже вызвали спасателей, они должны прибыть с минуты на минуту, – только проговорил Гордон, как уже неподалеку слышался вой сирен, спешивших на место аварии.

Деррек продолжал оборачиваться вокруг и смотреть по сторонам, вглядываясь во тьму, но никаких подозрительных вещей он не заметил.

– Гордон, разреши твой фонарь, из машины пропало кое-что очень ценное, мне нужно осмотреться. Без проблем. Я побуду с твои напарником, – и протянул фонарь Дерреку.

Дерек прошелся в разные стороны от автомобиля в поисках возможных следов Форбуса, но так ничего и не нашел, кроме темных густых пятен со странным запахом, по цвету они отдаленно напоминали кровь, но резко обрывались. Тем временем, со склона оврага уже спускались спасатели, их вел Джефф. Через некоторое время Кайла осторожно достали из автомобиля и положили на носилки. Тяжело кашляя, он очнулся, ругаясь, на чем свет стоит, увидел Деррека и заговорил:

– Второй раз, Деррек. Это, мать твою, второй раз! Как нам это удается? – Не сегодня, Кайл, – кивнул Деррек, – не сегодня.

Кайла подняли на носилках и поместили в автомобиль скорой помощи. Деррек, отказавшийся от помощи, сам доковылял до той же машины и залез внутрь, уселся рядом с Кайлом, с которым работал врач.

В голове не укладывалось то, что второй раз они избежали смерти при встрече с этим киллером. Деррек стал ощупывать карманы в поисках телефона, но его не было.

– Поедем в больницу скорее, – обратился Деррек к водителю.

«Нужно связаться с Трентом. Нужно понять, кто из наших остался жив. Нужно наконец-то найти этого ублюдка и грохнуть его», – подумал Леднер, а Кайл, словно прочитав его мысли, молча кивнул Дерреку. Двери скорой помощи закрылись, и автомобиль с воем сирены сорвался с места.

Глава 7

Эмма Эклипс сидела в своей просторной гостиной и не понимала, как этот мужчина мог пробраться в ее квартиру. В комнате стоял большой диван, напротив него два мягких кресла в бежевых тонах под цвет дивана, вдоль стен расположились большой комод, на котором стоял телевизор, а также пару стеллажей с книгами. Комната была выдержана в пастельных красках и умиротворяла. Тем не менее, в воздухе чувствовалось напряжение, даже ретривер хозяйки Бака забился под тумбу в коридоре и боялся подать голос.

Напротив хозяйки сидел Форбус, видно было, что он сильно ранен, его тело было будто перерезано пополам, а из сросшегося шва выделялась густая темно-бордовая кровь, которая была еле заметна на чёрной одежде Форбуса и источала запах странный запах.

Эмма была скромной и очень кроткой девушкой. Ее белокурые волосы каскадом спадали на плечи, густые ресницы украшали и без того большие и выразительные серые глаза. Розовые пухлые губы дрожали. Она сидела, скрестив свои миниатюрные руки на груди и не понимала, чего ей ждать.

Изрядно потрепанный и грязный гость сидел в кресле, сложив ногу на ногу и вглядываясь в фотографию, на которой были изображены друзья Эммы.

– Это она погибла при взрыве у ресторана? – Указал Форбус пальцем на Присциллу.

Эмма молча кивнула, поморщив лоб, и слезы большими каплями покатились из глаз.

– Эмма, послушай меня внимательно, я не трону тебя, если ты скажешь мне, где я смогу найти Трента и его девушку Аву. А, прости…вижу, что ты не знаешь. Именно поэтому он отказался от отношений с тобой, – добавил Форбус, глядя как милое лицо Эммы вытягивается от удивления.

Ноздри Эммы стали раздуваться от злости, девушка совсем забыла, что несколько секунд назад она оплакивала Присциллу. Теперь же Форбус задел ее за живое.

– Ну, так что? – Переспросил он.

– Я не знаю, где они, Трент избегает контактов со мной очень давно. Теперь я понимаю почему. Я последний раз видела его на похоронах Присциллы, после этого наши общие встречи прекратились.

Форбус сверлил ее своими черными глазами:

– Вижу, что не врешь, но мне очень нужно найти их.

– Я могу попробовать позвонить ему.

Форбус молча согласился и кивнул. Эмма встала и, подойдя к комоду, где лежал телефон, взяла его и набрала номер.

«Абонент недоступен», – ответил ей механический голос.

Она набрала еще несколько раз и безрезультатно, потом позвонила Алексу, но и ему дозвониться не удалось. Звонить Марку было бесполезно, он был в другом городе. Но Форбус настоял и на этом. Марк лишь удивленно ответил, что с самых похорон также не видел никого.

Она села обратно в кресло:

– Скажите, а вы хотите сделать Тренту что-то плохое? – Осторожно спросила Эмма. – Он ничего не сделал, я уверена. Он не может быть замешан в чем-то плохом.

– Нет, что ты, мне нужно завершить одно маленькое дело.

– Простите, но я понимаю, что вы говорите не правду. Я совсем не против, если с Авой что-то произойдет, но, пожалуйста, я вас умоляю, не трогайте Трента.

Форбус рассмеялся. Его хохот наполнил просторную гостиную, казалось, хрустальная люстра стала вибрировать от звуковых волн:

– Если бы женщины вели войны, на планете бы не осталось ничего живого.

– Пообещайте мне, что с Трентом ничего не случится, пообещайте.

Форбус еще громче рассмеялся:

– Так я очень быстро залечу все свои раны, ведь смех, как известно, продлевает жизнь. Кто ты, чтобы я обещал тебе что-то? Я буду ждать от тебя любых известий о местонахождении Трента. В случае если ты начнешь делать глупости, я вернусь, и ты об этом пожалеешь!

Форбус встал из кресла, оставив ошметки грязи со своего костюма, еще раз бросил взгляд на фотографию компании и удалился не попрощавшись.

Глава 8

Медперсонал уже закончил вечерний обход. Деррек и Кайл занимали просторную двухместную палату со всеми удобствами. Детектив с перевязанным торсом сидел возле кровати Кайла, молча листая журнал с набором бестолковых статей и городских сплетен. Перевязанная голова, перетянутый пластырем в области переносицы выправленный нос, обширные гематомы вокруг глаз – таков был потрет пациента.

Отложив в сторону журнал, Деррек взглянул на напарника:

– Наши парни родились в рубашке. Все три оперативные группы целы и невредимы. Даже мечтать о таком не мог. Через полчаса парни приедут к нам, проведем короткий брифинг. Обсудим то, что имеем на данный момент.

Кайл только хмурился и кивал в ответ, но наконец-то тоже решил заговорить:

– Деррек, какой ты надоедливый, совершенно не даешь побалдеть. Нас лелеют такие замечательные медсестры, а ты все продолжаешь трещать о работе. Ты скучен.

– Я хочу найти этого сукиного сына и наконец-то снести его дредастую башку. Никак не могу дозвониться ни до Трента, ни до Авы: они пропали, как сквозь землю провалились. Форбус мог переключиться и на них. Куда он делся после аварии, ума не приложу. Возможно этот ублюдок, все же был ранен, я видел на месте странные пятна. В любом случае, когда приедут наши парни, подключатся к их поискам.

– Остынь, командир, все равно в данный момент ты не знаешь, где он.

– Кайл, черт побери! Я не успокоюсь, пока этого сукина сына не удавлю собственными руками за погибших товарищей, – он грозно посмотрел на Кайла и вышел из палаты.

Ровно через полчаса, как и говорил Дерек, в палату постучались и вошли командиры оперативных ударных групп Дейв О’Нил, Александр Фергюсон и Джейми Кэмпбелл. В руках Дейва О’нила была толстая папка с материалами, на которой красными буквами значилось – «Совершенно секретно».

Деррек предложил всем присесть, командиры молча кивнули.

– Теперь временно мы будем действовать под юрисдикцией министерства обороны. Это вопрос национальной безопасности. Возможные и необходимые средства будут предоставлены нам по первому требованию. Сегодня я уже общался с одним из руководителей в правительстве, курирующих деятельность нашего подразделения, а также расследующих причину взрыва главного здания управления, – начал Деррек.

Детектив раскрыл папку, которую принес Дейв, и взял фотографии, лежащие сверху, на них был изображен Форбус. Фотографии были очень плохого качества, было ясно, что фотограф, делающий эти снимки, сильно рисковал жизнью.

– Коллеги, это наша первая цель, ее необходимо найти и уничтожить, во что бы то ни стало. Он виновен в частичной ликвидации диверсионной группы, а также террористическом акте, унесшем жизни многих наших товарищей. Итак, ответственным за поиск Форбуса назначаю Джейми Кэмпбелла и группу «Касатка».

Деррек снова взял папку и достал оттуда фотографии Трента, Авы, Алекса, раздал их командирам.

– Людей на фото вы знаете, они пропали сразу после покушения на нас. Связи с объектами нет, поэтому необходимо срочно выяснить местоположение Трента, Авы или их друга Алекса и обеспечить им защиту. Поручаю их поиски Дейву О’нилу. И группе «Панголин». Ну и напоследок, – Деррек опять подошёл к столику, взял из папки очередную стопку фотографий и снова раздал всем присутствующим. Фотографии также были не лучшего качества, но можно было без проблем рассмотреть человека, изображенного на них. Это Люмьер Д’Арк координатор и руководитель группы «Альтернатива». Единственный оставшийся на свободе из причастных к этой группировке. Обладает паранормальными способностями, как нам известно. Необходимо определить его местонахождение и установить слежку. Возможно, он приведет нас к другим группам или ячейкам, расположенным в других городах, в зависимости от того, где он сейчас находится. Плюс, – снова подошёл к папке Деррек, – вот фотографии его дворецкого Ричарда, возможно, его будет найти проще. Их поисками и наблюдением займутся люди Александр Фергюсон, команда «Скат». Каждая группа получила свое задание, прошу всех быть предельно осторожными. Но прежде, чем мы закончим, расскажите-ка мне, пожалуйста, почему я наблюдаю ваши рожи, когда у нас должно было быть собрание в шесть, во время взрыва? – Неоднозначно и сурово спросил Деррек, да так что даже Кайл хотел подняться.

В палате наступила гробовая тишина, никто с ходу не оценил грубую шутку Деррека. Только лишь Дейв О’Нил узнал своего командира и решил разрядить обстановку.

– Это моя вина, сэр, – сдерживая улыбку, вышел вперед Дейв О’Нил. – Я собрал ребят в баре по случаю успешного окончания операции «Альтернатива». Поэтому из наших никто не пострадал. Вас с Роугсом не было, и мы решили нарушить приказ и отметить.

Все облегченно рассмеялись и напряжение спало.

– Я впервые в жизни рад, что Вы не исполнили мой приказ, парни, я этому чертовски рад! – Ответил Деррек, пожав руку Дейву. – Если нет вопросов, то у нас по-прежнему очень много работы, поэтому за дело, парни, и жду от вас новостей.

Глава 9

Ричард подал машину к парадному подъезду гостиницы и ожидал Люмьера. Тот вышел, как всегда, одетый с иголочки в черный дорогой костюм и белую рубашку. Рядом с ним шла Ясмина в нарядном платье цвете слоновой кости. Водитель вышел из машины и помог им сесть.

– Ричард, во дворец искусств, – распорядился Люмьер.

Слуга молча кивнул, и машина неспешно тронулась по направлению к выезду гостиничного комплекса. Они выехали на набережную, когда Люмьер посмотрел в сторону Ясмины и заговорил с ней:

– Прекрасно выглядишь, малышка. Волнуешься?

– Спасибо господин Люмьер, нет, совсем нет. Меня удивляет, как вы так легко оставили мою маму в гостинице, и вообще, вы первый, кого она так слушает.

– Ну, ты знаешь, наверное, это большой опыт общения с прекрасным полом. У нас с тобой общие цели, поэтому твоя мама могла внести некий резонанс в наши дела. Будь предельно осторожной, они не должны знать, кто ты и, тем более, о наших с тобой договоренностях, иначе будет очень плохо, и ты будешь в опасности.

– Я поняла вас, я знаю, что они все опасны. Настроившись, я уже почувствовала силу Хины и её окружения. По отдельности они, конечно, не такие сильные, как вы, но вместе могут создать проблемы кому угодно.

– Ричард будет подстраховывать тебя, возить на занятия и забирать, на тот случай, если возникнут проблемы, он будет рядом.

– Но мне не хотелось бы создавать вам проблемы. Вы итак много для меня делаете, господин Люмьер.

– Я все сказал, – ответил Люмьер. – Значит так и будет.

– Хорошо, хорошо, – вздохнула Ясмина.

Автомобиль уже заезжал на парковку дворца искусств.

– Веди себя естественно и подыгрывай мне так, как мы условились ранее. Ясмина молча кивнула.

– Я поняла, – добавила после она.

Ричард остановился около парадной лестницы и, выйдя из машины, помог Люмьеру и Ясмине покинуть ее. Подмигнув Ясмине, он сел за руль и поехал на парковку, которая была рядом.

Люмьер взял девочку за руку, и они вместе стали подниматься по лестнице к парадному входу дворца искусств. Пройдя длинными коридорами, они оказались у входа в кабинет Хины. Там их встретила ее помощница.

– Хина Мердер ожидает вас, проходите, пожалуйста, – и, открыв дверь кабинета, впустила их внутрь.

– Какая чудесная девочка. Господин Люмьер, и вы скрывали такую милую племянницу? – Восхищенно проговорила Хина, когда гости вошли.

Люмьер достоверно изобразил смущение, пожав плечами. Ясмина учтиво улыбнулась и поприветствовала Хину грациозным танцевальным движением.

– Какая грация и утонченность! – Восхитилась Хина. – У девочки, несомненно, есть талант, вижу это и без всяких просмотров.

– Я думаю, нам все же необходимо соблюсти формальность, чтобы мою племянницу не терзали сплетнями о том, что она попала сюда легко и по знакомству.

– Конечно, конечно, давайте устроим просмотр. С удовольствием посмотрю, на что способна эта прелестная куколка. Моя помощница проводит Ясмину в гримерную, а мы с вами пройдем в зал.

Хина провела Люмьера в концертный зал, по пути туда они не проронили ни слова. Они заняли места в партере с лучшим видом на сцену и стали ждать.

Ожидание оказалось недолгим, свет в зале погас, занавес поднялся, заиграла музыка. Свет прожекторов был устремлен в одну точку на сцене, в нее вошла Ясмина, переодетая в темно-синее танцевальное платье. После небольшой паузы юная танцовщица начала демонстрировать свою показательную программу. Движения ее были необыкновенно плавными и завораживающими, девочка была столь юной, но при этом ее с легкостью можно было окрестить настоящим профессионалом своего дела.

С первых па Хина восхищенно наблюдала за Ясминой, не спуская с нее глаз на протяжении всего выступления. Ясмина удивила и самого Люмьера, который очень часто бывал на представлениях разных жанров и эпох. Закончив танец, протеже поклонилась. Хина встала со своего места и, громко крикнув «Браво!», зааплодировала.

Люмьер поддержал этот порыв, сам не ожидая такого эффекта. Ясмина удалилась в гримерную, а Хина с Люмьером направились в сторону кабинета.

– Должна отметить, что при моем натянутом к вам отношении, я не могу не поблагодарить вас за такой талант, который вы готовы передать нам в руки. Ясмина будет настоящей звездой нашего балета.

– Благодарю вас за столь высокую оценку моей племянницы. Обсудим детали ее занятий.

– Все предельно прозрачно Люмьер, но я хочу видеть ее как можно чаще. Начнём с четырех занятий в неделю, а через пару недель войдем в каждодневный режим. Я думаю, что девочка знала, на какие жертвы придется идти ради искусства.

– Конечно, мы с ней обсуждали это.

– Проходите, – открыла дверь кабинета Хина.

– Только после Вас, – учтиво пропустил ее вперед Люмьер.

Хина предложила Люмьеру чай, вызвав помощницу, и они стали ждать Ясмину.

Через некоторое время Ясмина впорхнула в кабинет с лучезарной улыбкой.

– Милая, это было чудесно! – воскликнула Хина – мы с твоим дядей все обсудили, начинаем занятия с понедельника. Дай я тебя обниму, – и Хина, распахнув объятия, приняла в них Ясмину.

– Благодарю вас за теплый приём, но нам пора, – сказал Люмьер.

Хина выпустила из объятий Ясмину и, легко улыбнувшись им, сказала:

– Это я вас благодарю за возможность поработать с таким талантом, буду ждать понедельника с нетерпением.

Люмьер с Ясминой откланялись и направились к выходу из дворца искусств. У парадной лестницы их уже ждал Ричард. Сев в машину, Люмьер распорядился:

– Ричард, в гостиницу.

И, взглянув на Ясмину, подытожил:

– Все прошло даже лучше, чем я предполагал. Она ничего не почувствовала.

Ясмина подмигнула Люмьеру.

По приезду в гостиницу Ричард помог выйти из машины Ясмине, передав ее Виктории, которая встречала их у входа. Люмьер задержался в машине. Снова поймав внимательный взгляд Ричарда в зеркале заднего вида, он обратился к нему:

– Ричард, необходимо найти ювелира, во что бы то ни стало, и чем скорее, тем лучше, мне нужны будут его услуги. Не думаю, что Хина и ее отец будут долго тянуть, им очень хочется завладеть картиной и устранить нас.

Ричард, как и всегда, молча кивнул, добавив:

– Я все понял, господин.

– Надеюсь на тебя, – выходя из машины, сказал Люмьер.

Глава 10

Наступил вечер, а Ричард, кажется, успел объездить всех известных ювелиров в городе, в поисках Мерси Джемстила. Раньше Люмьер доставал все необходимое через посредников «Альтернативы», но в нынешних реалиях найти ювелира, которого все знали в узких кругах, определить было невероятно сложно.

Отчаявшись и настроившись на то, что придется разочаровать Люмьера безрезультатными поисками, он решил свернуть с центральной улицы города на север и поехать по параллельной улице-дублеру. Обращая внимание на сверкающие вывески, он краем глаза увидел небольшую неброскую надпись над подвальчиком «Ювелирные изделия от мастера». Ричард ударил по тормозам, да так, что едущая за ним машина едва не влетела ему в задний бампер. Пропустив автомобиль, Ричард сдал назад, припарковал машину и направился к подвальчику.

Спустившись по лестнице вниз, он открыл дверь в салон и колокольчики, привязанные сверху, оповестили хозяев магазина, что к ним идет потенциальный покупатель.

Ричарда встретила милая девушка.

– Добрый вечер, меня зовут Моника. Чем могу быть вам полезна? Подыскиваете что-то для себя или в подарок? У нас широкий выбор ювелирной и драгоценной продукции.

– Благодарю вас, – ответил Ричард, – дело в том, что я ищу Мерси Джемстила, его работы интересуют меня больше всего.

– Простите, – поморщилась Моника, – но я не знаю такого человека и совершенно не представляю, как выглядят его изделия.

– А я вам любезно помогу создать в вашем сознании образ, он достал из внутреннего кармана пиджака футляр.

Когда Ричард раскрыл его, комнату будто окрасили бордовыми красками, так ярко сверкал и переливался рубин на кольце. Это было кольцо, некогда принадлежащее Люмьеру, которое он передал Лилит для ее трансформации. На тыльной стороне изделия были выгравированы буквы «М» и «Д». Моника переменилась в лице, стала крутить кольцо в руках, что-то бубня себе под нос. Потом нервно сказала:

– Простите, я сейчас к вам вернусь, – и убежала в комнату с надписью «Не входить, строго для персонала».

Прошло около трех минут, прежде чем дверь открылась, и из нее навстречу Ричарду вышел мужчина среднего роста и возраста. Его седые волосы были растрепаны в разные стороны, а глаза, кажется, слегка косили в разные стороны. Он был одет в костюм старого кроя из плотной ткани цвета хаки, немного великоватого ему. На каждом из его пальцев красовался перстень с цветным камнем.

Мужчина пристально смотрел на Ричарда, как будто пытаясь вспомнить его лицо, но они ранее не встречались.

– Кто вы и почему это кольцо у вас?

– А оно вам знакомо? Вы Мерси Джемстил?

– Не отвечайте вопросом на вопрос, ответьте на мои. Затем я, возможно, отвечу на ваши.

– Простите, я в поисках весь день. Меня зовут Ричард. По распоряжению своего хозяина Люмьера Д’Арка я ищу мистера Мерси Джемстила, что однажды помог ему помог ему, любезно предоставив вот это кольцо с рубином, которое долгое время было у Лилит Пьюрис.

Мужчина стал еще внимательнее рассматривать Ричарда, покачивая головой из стороны в сторону.

Ричард также смотрел на него, не двигаясь. Наконец мужчина сам нарушил создавшуюся тишину и, протянув руку с перстнями, сказал:

– Добро пожаловать в «Ювелирные изделия от мастера», меня зовут Мерси Джемстил.

Ричард пожал его руку, она оказалась шершавой, холодной и очень твердой.

– По одному названию можно догадаться, что это вы.

– Догадливость не решила бы вашу задачу. Не принесли бы вы мою вещь, я и не вышел бы. Обманывали бы меня, я бы не сказал, что это действительно я.

– Как вы поняли, что я не вру?

– Я все чувствую благодаря моим камням, я разговариваю с ними, я слышу, о чем они мне рассказывают. Я нахожу их в недрах земли, благодаря их голосу.

– Мы с господином Люмьером в городе не так давно и у нас уже появились хорошие знакомые, в частности Ясмина Смит. Ее диадема, подаренная матерью, ваше изделие?

Мерси задумчиво посмотрел на Ричарда, снова, словно на пару минут зависнув, а затем нарушил тишину торгового зала:

– Да, это мое изделие. Ее мать, Виктория, страстно желала, чтобы у дочери сложилась танцевальная карьера. Да, и девочка нуждалась в защите, ее родители очень добрые люди, но порой не видят очевидных вещей перед своим носом. Они слушали Ясмину, но не слышали ее. В этом заключается большинство проблем, возникающих между родителями и детьми, увы, это так.

– Мерси, господину Люмьеру требуется ваша помощь. Мы могли бы переговорить в более подходящем для этого месте? Если позволите, я все подробно вам изложу и расскажу о том, с чем нам удалось столкнуться, помимо встречи с Ясминой.

– Прекратите, думаете, я не знаю про всю эту культурную тусовку? Нервно отозвался Мерси. – Хина, ее отец Вейц, их тетка-старуха, а также куча отмороженных на всю голову недотворцов, считающих, что очередной экспонат, больше похожий на экскременты, должен быть срочно представлен миру.

Мерси снова затих, уставившись в одну точку. Переключив взгляд на Ричарда, он сказал:

– Пойдемте побеседуем у меня в кабинете. Моника, Моника!!! Вернись в зал и готовь его к закрытию, – прокричал Мерси.

Девушка тут же вернулась и встала на то же место, где встречала Ричарда.

– Меня нет ни для кого, – обратился ювелир Монике. – Ричард, прошу вас, проходите, – он открыл дверь с табличкой для персонала и пригласил туда Ричарда.

Глава 11

Мерси вел Ричарда длинными коридорами, потом они спустились в люк, ведущий в канализацию, а затем, пройдя еще метров тридцать, спустились еще в один проход, снова оказавшись в длинном коридоре. Пройдя по нему, они уперлись в массивную дверь, на которой была прикреплена табличка «Не входить, опасно для жизни, высокое напряжение». Мерси достал длинный ключ, повернул его в замке, затем со скрипом сдвинул засов и пригласил Ричарда войти внутрь.

– Под землей мне комфортней, – пояснил Мерси, – я как те камни, которые слышу. Под толщей земли спокойней, никто не знает о твоем существовании.

Пройдя через вторую дверь, которая выглядела совершенно обычно, Ричард оказался в большом помещении со стеллажами, где были разложены куски горных пород разных размеров и цветов.

– Прошу прощения за беспорядок, проходите в дальний конец моего кабинета, – предложил Мерси.

Ричард пробирался между стеллажами, разделяющими комнату на два ряда. «Один, два, три…» – считал Ричард про себя, пробираясь между стеллажами, расположенными в два ряда.

– Их ровно четырнадцать озвучил Мерси, будто слышал, то, что гость считает их.

Ричард �