Лесная сказка бесплатное чтение
![](/img/b/122259.jpg)
Об авторе
Наталия Фёдоровна Белостоцкая родилась в Мурманске, откуда она после окончания школы переехала в Ленинград, где окончила Ленинградский институт авиационного приборостроения (ЛИАП) и работала в авиационной промышленности, но после начала перестройки сочла более полезным заняться стихосложением. Наталия Фёдоровна пишет стихи, загадки и сказки для детей (https://stihi.ru/avtor/belost2) и взрослых (https://stihi.ru/avtor/belost). Её творчество неоднократно было отмечено, в том числе и на международном уровне. Например, одну из таких сказок в стихах под названием «Слово – главный чародей» (http:// www.stihi.ru/2015/02/27/2269) Наталия отправила на третий Международный конкурс «Сказка сегодня» (Германия, 2014), и ей был присуждён «Диплом за мастерство» в создании этой замечательной сказки и т. д.
Предисловие редактора к книге Лесная сказка
Сказка в начале своего появления и существования была фольклорным[1] произведением. Устный фольклор намного древнее письменной литературы, он впитывал в себя мудрость, знания, опыт бесчисленных поколений людей. Современная литература появилась, опираясь на фольклор и используя его приёмы повествования, а затем совершенствуясь. Но устное творчество продолжало жить наряду с письменным.
Всё хорошее, что есть в народе, поведано в сказках. У каждого народа свои сказки. Русских сказок, известных по большим печатным сборникам, насчитывается свыше пяти тысяч. Так что же мы называем сказкой?
Сказкой в фольклоре считался устный рассказ о выдуманном событии, носящий фантастический (волшебный), приключенческий или анекдотичный характер. Древнейшие из сказок – волшебные сказки, сохранившие память о древних верованиях и представлениях далёкой античной старины. В сказке нет разницы между тем, что «кажется», и тем, что «на самом деле». Сказка – цельность, а не раздвоенность, общность, а не раздробленность сознания. Волшебная сказка узаконила мечту и тайну, без которых трудно было бы искусству.
Сказка – целиком создание воображения автора, хотя её основа – реальная действительность, но действительность, преображённая в невероятность. Сказки с равным удовольствием читают и дети, и школьники, и взрослые.
Многие сказки Наталии Белостоцкой представляют собой переосмысление старых сказок, в них присутствуют философичность, поиск правды, они ярки и увлекательны и выражены доступным для понимания литературным языком.
«Сказка неотделима от красоты, способствует развитию эстетических чувств, без которых немыслимы благородство души, сердечная чуткость к человеческому несчастью, горю. Благодаря сказке ребёнок познаёт мир не только умом, но и сердцем. В сказке черпаются первые представления о справедливости и несправедливости».
А если сказка написана в стихах, то она обретает совсем другой, более высокий, уровень. Немецкие романтики объявили такую сказку каноном поэтического искусства, ибо написать настоящую сказку в стихах для детей и взрослых – это неординарное творчество. Подтверждением этому является высказывание М. Чулаки (председатель СПб отделения Союза писателей России): «Стихосложение – это как корь, все этим болеют. Но не всем дано писать сказки, а сказки в стихах пишут единицы».
Наталия Белостоцкая создаёт добрые, качественные сказки, в которых непременно присутствует главное – правдивость, надежда на справедливость, чего так не хватает в теперешнем злокачественном мире.
Сказки – это хороший материал для семейного чтения.
Представленные сказки предназначены для вдумчивого прочтения. Маяковский так писал о сказках: «…а вы вот сделайте из сказки вывод». Прочитайте сказку и подумайте, о чём она, чему учит.
Редактор книги к. т. н. Белостоцкий Ю. Г.
Здесь обитает настоящий леший
(вступление к книге)
- В лесу трава, не чувствуя тепла,
- Роняет слёзы. Лес угрюм и мрачен,
- И сырость словно «нюни» развела
- Повсюду в чаще и тихонько плачет.
- В непроходимом уголке лесном,
- Где жухлый пень рыдает над корягой,
- Где «хлюпает» болото о своём,
- Мхом утирая земляную влагу,
- Где все деревья кроны тянут ввысь
- И, кажется, готовы там остаться —
- Как будто пробралась в их кроны мысль,
- Что лишь на небе место есть для счастья.
- А здесь, внизу, – пни, кочки, бурелом…
- И только птицам это не помеха.
- Они, соорудив уютный дом,
- Спешат скорее пообщаться с Эхом,
- Чтоб разогнать зелёную тоску
- Лесной чащобы песней или стуком.
- А Эхо, прокричав своё «ку-ку-у-у»,
- Как будто ищет здесь Лесного Духа.
- В диковинном природном уголке,
- Куда дойдёт, увы, не всякий пеший
- Грибник или охотник налегке, —
- Здесь обитает настоящий Леший.
Домовой
(авторское произведение)
- Внутри избы бревенчатой с крылечком,
- Под полом прячась или же под печкой,
- Жил «Дух избы» (Хозяин, Домовой),
- Он охранял лад в доме и покой.
- «Мир вне избы коварен, полон бед», —
- Так размышлял он – главный домосед,
- Хранитель очага и «хлопотун»,
- Не человек, но и не злой колдун.
- Живя среди людей, был одинок
- Ворчливый и заботливый «божок».
- Для руссов тех, что жили до христианства,
- Он – соглядатай… Руссам не до пьянства:
- Они, Природы дети, знали меру,
- Когда «Дух дома» – явь, а не химера.
- А если и случалось – кто забылся
- И медовухи от души напился, —
- Негодовал «избы Дух» и стучал,
- Хотя его никто не замечал:
- Незрим он, но к законам жизни строг.
- «Ох, к худу стуки… Осерчал божок, —
- Славяне причитали ночью тихо, —
- Разлад в семье страшней любого Лиха…»
- Но утро мудренее даже ночи…
- Стыдясь себя, открыл виновник очи,
- Просил прощенья, зная уговоры,
- Но разве «Дух избы» прощает скоро?!
- Его умаслить речью очень сложно,
- Он труд ценил: «Слова людские ложны…
- Что – слово?! Отворот иль приворот,
- Но слово не положишь с маслом в рот».
- Он, Домовой, души не чаял в каше:
- «К чему слова бессмысленные ваши?!»
- И сам следил, как в печке спозаранку
- В горшке томилась в свежих сливках манка.
- Он мог за кашу многое простить —
- Добреет Домовой, когда он сыт…
- Заботились о нём в любой избе
- И кашу оставляли на столе.
- Он ел, но если в каше – недосол,
- То Домовой был, словно Леший, зол.
- А что, щепотка соли – преступленье?!
- Но руссы зрили в жизни измененья:
- То пришлый ворог избы все спалит,
- То князь на князя ворогом глядит,
- Как будто соль, что в кашу не попала,
- Рассыпана меж ними… Соль – начало
- Вражды и дружбы, пиршества и брани,
- И это знали древние славяне.
- Не Домовой менял мир вне избы,
- Жизнь изменял Перун – он «перст судьбы»,
- Он – главный бог древлян, но только всё же
- Земных «божков» считал «своими» тоже.
- Не всех – о, нет! А только Домовых,
- Кто не щадил во благо сил своих,
- Ведь Домовой без дела не сидел —
- Хозяйство у него, где много дел,
- А потому отходчив был божок
- И злые козни не копил он впрок.
- Хотя грязь в доме, бранность или жадность
- Он не прощал и выживал нещадно
- Людей из дома, их лишив опеки:
- «Живут, как свиньи?! Это ль человеки?!»
- Судьба таких людишек – маета…
- «В избе любой должна быть чистота,
- Сродни – в душе людской. Вот в чём вся суть!»
- И Домового не в чем упрекнуть…
- Он страха в души не вселял, напротив,
- Ко всем домашним был, как дед, заботлив…
- В нём, в Домовом (в Хозяине-«трудяге»),
- Не возникало к злым деяньям тяги.
- Проказил? Да! И каждый русич знал:
- Хвосты кобылам в косы заплетал…
- Он добр для тех людей, кто лад ценил, —
- Таких оберегал он и любил,
- Даруя счастье и храня покой…
- Но раз в году имел он выходной.
- В Вальпургиеву ночь, когда вся нечисть
- Свой шабаш проводила – злое «вече»,
- Тогда от Злого Духа дом стеречь
- Не надо Домовому… Ночь – для встреч!
- И уходил под землю Домовой…
- А там, в землянке чистой и большой,
- «Божки» домов ближайших собирались
- И важными делами занимались:
- Одни ковали счастье для людей,
- Подобное подкове для коней;
- Другие пиво пенное варили,
- Потом, его разлив по кружкам, пили
- Все Домовые за большим столом…
- Им мог бы позавидовать и гном,
- Ведь каждый Домовой не для себя
- Жил и трудился, а людей любя
- И тёплый дом, где тишина, уют, —
- Хвалили Домовые честный труд…
- И вспоминали (не себя чтоб тешить),
- Как одинок в лесу, несчастен Леший…
- А Леший в стародавние года
- Был Домовым… И вот – пришла беда:
- «Божок» незримый только пожелал
- И видимым для всех домашних стал.
- Он, Домовой, и русич подружились,
- Да так, что медовуху вместе пили.
- Переступив черту, Дух пренебрёг
- Законом всех «божков»… Но главный бог
- Разгул неправый вовремя пресёк
- С достоинством, сурово, но без зла,
- Лишив хозяйства, дома и тепла
- Того, кто «Духом дома» назывался…
- И Домовой без дома оказался.
- «Лишенца» Лешим в тот же миг нарёк
- И в лес его служить отправил бог,
- Где много-много диких птиц, зверей,
- Где нет ни медовухи, ни людей.
- Хозяин леса (Леший) без людей
- Скучал и злился в вотчине своей,
- Что одинок, что не с кем молвить слово:
- «Завидная судьба у Домового:
- При доме и в тепле… Ох, не забыть!..
- А мне здесь впору только волком выть?!
- Ну как сумею чувственность унять?!
- Пора лесные сказки сочинять!
- В лесу я понимаю каждый шорох,
- Тем сказочных здесь – словно листьев ворох…
- Лесную сказку не сравнить с другой…»,
- А под землёй всю ночь шёл пир горой.
- Все домовые знали как один:
- Мир в доме только ими и храним,
- Не в тягость им домашние заботы.
- А Леший?! Он для них как безработный…
- «Мал, да удал» – так говорили предки
- О Домовом, хотя встречали редко.
- На вид не страшен (не заморский тролль)
- Божок славян. Он знал, в чём жизни соль:
- В любви к земле, к труду и в доброте…
- Без Домового русичи – не те…
- Заветов эхо слышно до сих пор,
- Но боги руссов и божки – фольклор.
Каша с маслом и стихи
(по мотивам сказки Х. К. Андерсена «Домовой у лавочника»)
- Под крышей старой мелкой лавки,
- Не зная роскоши ни в чём,
- Студент ютился, а прилавки
- Обычно не нуждались в нём.
- Хозяин лавки, дома с крышей,
- К богатству звонкому стремясь,
- Всё ждал, что Бог его услышит,
- Считая деньги и молясь.
- Он устремлял свои прошенья
- К богатой жизни без забот,
- Чтоб с ним общались с уваженьем,
- Чтоб не работать круглый год.
- А в том же доме незаметно
- Среди товаров и людей
- Жил Домовой. По всем приметам,
- Ему хозяйствовать милей.
- Что где лежит, почём, и сколько,
- И как товары сохранить —
- Тот Домовой знал всё настолько,
- Что впору лавочником быть.
- На этом поприще держался
- Не покладая грешных рук,
- Считал, обсчитывал, старался
- Его живой, реальный друг.
- Но всё же лавочник в сочельник
- Всех кашей с маслом угощал,
- А Домовой – всему наследник —
- За кашу многое прощал:
- «Пускай лавчонка мелковата,
- Но жизнь свою связал я с ней
- И не уйду теперь к богатым,
- Ведь каша с маслом мне милей».
- Так размышлял никем не зримый,
- Но вездесущий Домовой,
- Он с нетерпеньем ждал любимый
- И вкусный зимний праздник свой…
- Нежданный гость – студент спустился
- В лавчонку вечером зимой:
- Потратить деньги он решился —
- Все те, что были за душой.
- Хозяин, стоя за прилавком,
- Студента заприметил вдруг:
- «Нужна и к знаниям добавка?
- Чего желает бедный друг?»
- «Мне хлеба чёрного и масла,
- Кусочек сыра и свечу,
- Вчера одна уже погасла,
- Но я за всё вам заплачу».
- Хозяин будто сомневался,
- Неспешно просьбу выполнял,
- Чтоб завернуть товар, старался,
- Листы из книги вырывал.
- На тех листах столбцы и строки…
- «Стихи! Не надо только рвать!
- Они – любви и грёз уроки!
- Могли бы книгу мне продать?» —
- Уже без денег, но вступился
- Студент за книгу, он таков!
- И обменять на сыр решился
- Тот сборник избранных стихов.
- Довольный лавочник смеётся:
- «Сыр на бумагу променять?!
- Конечно, можно, но придётся
- Её разорванную взять».
- Факт удивил и Домового,
- И он решил: «Студент – простак,
- Что в этой книге есть такого?
- Схожу к нему я на чердак!»
- Свеча горит. Студент читает,
- Как будто книгу ждал давно,
- А Домовой всё наблюдает
- Из коридора, где темно.
- Вдруг он услышал звуки, пенье,
- Увидел яркий чудный свет…
- Тут Домовой пришёл к решенью:
- «Как хорошо!.. Да каши нет».
- И всякий раз он поднимался
- К студенту, чтоб увидеть вновь,
- Как этот мир преображался
- С мечтой и книгой про любовь.
- Лишь в Рождество ничто не смело
- Его от каши оторвать.
- За кашу брался, как за дело,
- Где мог уменье показать…
- Он – Домовой. Но даже люди
- Себя не могут удержать:
- Идут к хозяину – кто будет
- Их кашей с маслом угощать…
- Однажды крики разбудили
- Всех граждан, спавших сладким сном,
- Их страх и ужас охватили —
- Светло на улице, как днём:
- «О, люди добрые, спасите!
- Пожар! Горим! Беда пришла!
- Водой скорей огонь тушите,
- Чтоб не сгорел наш дом дотла!»
- А лавочник решил: «Вот только
- Шкатулку с золотом спасу
- И список, кто мне должен, сколько,
- Сейчас с собою унесу», —
- И, с жадностью схватив «наследство»,
- Он даже не взглянул в окно:
- Пожар случился по соседству,
- А в лавке тихо и темно.
- Поддался уличному крику
- Хранитель лавки – Домовой,
- Решив тотчас: «Спасу я книгу!
- Она открыла мир иной:
- Где щебет птиц, сиянье света,
- Где счастье длится без конца,
- Они – любви большой примета,
- Там в унисон стучат сердца…»
- На чердаке, в каморке старой,
- Глядя в раскрытое окно,
- Студент следил за тем пожаром,
- О книге позабыв давно.
- А Домовой, к нему ворвавшись,
- Взял книгу избранных стихов
- И, этой магии поддавшись
- Теперь на многое готов.
- И книгу он к груди руками
- Прижал, воскликнув: «Спасена!
- Я, может, ждал её годами…
- Она, как каша, мне нужна!»
- Духовной пищей и телесной
- Мы наполняем свой сосуд,
- Но их борьба здесь неуместна —
- Пускай в гармонии живут.
Непокорная
(по мотивам сказки Х. К. Андерсена «Гречиха»)
- Эту притчу поведала ива —
- Древний сторож бескрайних полей.
- Как старушка, она говорлива
- И всегда в курсе всех новостей.
- Одинока, как прежде, красива,
- С водопадом зелёных ветвей,
- Эта добрая старая ива
- Наблюдала за жизнью полей…
- Посмотрите, богатство какое!
- Всё земля держит в цепких руках,
- И на поле зерно наливное
- Не насытится жизнью никак!
- Возле ивы поля созревали,
- Словно дети, вели хоровод,
- Даже птицы бодрей щебетали
- И порхали над ней без забот.
- На полях – рожь, ячмень, и пшеница,
- И застенчивый стройный овёс…
- Каждый злак, каждый колос стремится
- В небеса, где – и рай, и Христос.
- Но, «своё» на земле получая,
- Будто знали: «…по вере воздам»,
- Солнце, радость небес излучая,
- Помогало расти колоскам.
- Силой жизни, зерно, наливаясь,
- Изменяло и форму, и цвет,
- Каждый колос, под ношей качаясь,
- Груз держал, словно сильный атлет.
- Стойкий колос привык к испытанью,
- Бойкий ветер – учитель тому,
- Он шептал, словно маг, заклинанье:
- «Надо зёрна нести самому…»
- Лишь в поклоне к земле каждый колос
- Ощущал свою ношу как крест.
- Им в смирении слышался голос:
- «К вам придёт благодатная весть».
- Верой слову является дело.
- Снизойдёт до полей благодать —
- И всё то, что на поле созрело,
- В нужный срок не забудут убрать…
- Летний ветер тепло и лениво
- Манит все колоски за собой
- И пушистые кудри у ивы
- Теребит, как усталый прибой…
- Это море полей – одеяло
- Из красивых живых лоскутов,
- Где своей чистотою сияло
- Поле белых гречишных цветов.
- Горделиво, на редкость красиво
- Среди злаков Гречиха цвела,
- Не желая ни с кем быть учтивой,
- Знала, как она внешне мила.
- «Нет на свете крупинок белее,
- А цветы – накрахмаленный снег!
- Значит: Я всех на свете милее
- И красивей, какой это грех?!»
- И, считая себя «исключеньем»
- Среди прочих цветов полевых,
- «Благородная» Греча смиренье
- Отторгала до дней роковых:
- «Я на поле – не родственник бедный,
- Не какой-нибудь дикий сорняк,
- Но, считая характер мой вредным,
- Вы все в толк не возьмёте никак:
- Я красива, капризна, но в меру,
- А цветы не уступят цветам
- Райских яблок. Волшебную веру
- В красоту проповедую вам.
- Разве пчёлы польстятся на злаки,
- Собирая заветный нектар?
- Все вступают с красивыми в браки,
- Красота – это сладостный дар!
- Не цветы у меня – загляденье,
- Красота несравнима ни с чем!
- И она, словно ангел в забвенье,
- Воспарит в этом мире над всем.
- Красоте только старость – враг кровный,
- Увяданье – забвенье для всех.
- Красоту называют греховной,
- Наслаждаясь в объятьях утех…»
- Как верёвочка, речь оборвалась,
- Узелки завязав на грехах.
- Старой иве хотелось лишь малость —
- Отыскать свет смущенья в глазах.
- Не найдя, ива горько вздохнула
- И листвой покачала в ответ:
- «Видно, совесть в Гречихе уснула,
- А без совести – скромности нет…»
- Только небо, участник незримый,
- Подведёт разговорам итог.
- Результат его неотвратимый,
- Чтобы каждый задуматься мог…
- Непогода пришла в одночасье:
- Ветер резким, порывистым стал.
- На поля, как на море в ненастье,
- Накатился непрошеный шквал.
- Полевые цветки присмирели,
- Лепестки закрывая в бутон, —
- Прекословить стихии не смели:
- Ветер нёс по полям вой и стон.
- Чтобы зёрна сберечь, наклонились
- Все колосья до самой земли,
- Об утратах скорбя, все молились,
- Чтоб живыми остаться могли.
- Лишь Гречиха одна красовалась,
- Лепестки вверх, как прежде, подняв,
- Перед бурей она не склонялась,
- Все законы природы поправ.
- «Ох, склони же скорее головки», —
- Так Гречиху просило зерно,
- Неуклюже, немного неловко
- За цветы волновалось оно.
- Ей склонённая ива шептала:
- «Ты гордыню свою укроти.
- Этот ветер – стихии начало,
- Духи бури ещё впереди.
- Грянет гром поднебесный над нами,
- Чтобы молнию в помощь призвать.
- Не любуйся тогда небесами,
- А не то и слепой можешь стать.
- Говорят, даже люди боятся
- В это время на небо глядеть,
- Чтоб слепыми навек не остаться,
- Жаждя небо Господне узреть.
- Что тебя ожидает, Гречиха?
- Мы в природе ничтожней людей.
- Ты, склонившись, спасёшься от лиха
- Бессердечности бурных страстей».
- Уговоры – пустое занятье,
- Когда спесь верховодит судьбой
- И когда ты живёшь по понятью,
- Что должны все считаться с тобой.
- Здесь опора гордыни – упрямство,
- И Гречиха, в ответ всем смеясь,
- Говорила: «Ценю постоянство!
- Я живу, ничего не боясь!
- Не склонюсь! И зачем это, право?!
- Обойдусь без советов и впредь!»
- И Гречиха упрямого нрава
- Продолжала на небо глядеть.
- Рассекая всё небо на части,
- Тонкоострая молния-меч
- Вся сияла, горела от страсти,
- Предвкушая чего-нибудь сжечь.
- И, коснувшись земли, насладилась,
- Озаряя пространство, как днём.
- По Гречихе волной прокатилась
- Эта кара небесным огнём.
- У Гречихи цветы обгорели…
- Сильный дождь ограничил пожар.
- А колосья да ива скорбели,
- Раскрывая сочувствия дар.
- Об утрате горюя, стекали
- Дождевые слезинки ручьём,
- На ветвях ивы птицы болтали:
- «Кто обидел? Ты плачешь о чём?»
- Сокрушаясь, поведала ива:
- «Постоянно любуясь собой,
- Как Гречиха была горделива!
- И она поплатилась судьбой…»
- Не прошёл для Гречихи бесследно
- Гнев небесный – остался ожог,
- Только он не на сердце надменном —
- На крупинках, что вызреют в срок.
- С этих пор чуть светлее, чем сажа,
- Гречка стала «горелой» крупой.
- Посмотрите: цвет гречневой каши
- Узнаваем – не спутать с другой.
- Только став на других непохожей,
- Объясняет Гречиха свой грех:
- «…жар остался во мне “искрой Божьей”,
- Чтобы Я отличалась от всех!»
Лесная сказка
(по мотивам сказки Х. К. Андерсена «Ёлка»)
- Хвойный лес – изумрудный, бескрайний —
- С морем схож, если зрить с высоты.
- Как горды этим ели… Их тайну
- Не узнать у лесной тишины,
- Говорящей всегда о пустяшном:
- То вдруг птицей кричит у воды,
- То стучит о событьи вчерашнем,
- То пугает: «Уф-уф!» – жди беды…
- Тишина, а такая болтунья —
- В этом сущность лесной тишины…
- Вот, сменив настроенье, колдуньей
- Навевает дремоту и сны
- На деревья, на живность лесную
- И баюкает их, как детей,
- Под негромкую песнь вековую
- Ветерка вместе с хором ветвей…
- Утро раннее – царствие дрёмы,
- Лес беззвучен, и ели молчат
- В сонной неге, как в тихой истоме,
- Ждут они пробуждения час.
- Только Ёлочка, словно ребёнок,
- Рассказать сон торопится свой,
- Чтоб его не забыть, и спросонок
- Ей милей говорить с тишиной:
- «Мне приснилось: я – в ярких игрушках
- И в гирляндах цветастых огней,
- И звезда украшала макушку,
- А вокруг – много-много детей!
- Подскажите: что сон означает?
- Только радостью чувства полны!
- Необычно… Так в сказках бывает
- Или в жизни с приходом весны».
- Ворон, тотчас вспорхнув с верхней ветки,
- В тишину бросил вещее: «Кар-р-р!
- Зрить грядущее – это дар-р-р р-р-редкий,
- А мечтает любой: млад иль стар».
- Воспитатели – хвойные сёстры
- Возражали: «В лесу пусть растёт.
- Всем стволом, всей макушкою острой
- Ввысь стремится, как птица в полёт…
- К украшениям мы непривычны,
- Не природный наряд – мишура…»
- Защищала Ель сон необычный:
- «Стар и млад – все кричали: “Ура!
- С новым счастьем, друзья! С Новым годом!”
- Каждый знал, что его ждёт сюрприз…»
- «На сеченье ствола нам природа
- Добавляет кольцо изнутри —
- Вот наш год! – пояснила сестрица
- Очень рослая, как Гулливер, —
- Брать пример нам с людей не годится: