Ловушка для мары бесплатное чтение
![](/img/b/124262.jpg)
Лилия Орланд, Алина Углицкая
Ловушка для мары
Первая книга здесь: "Батарейка для мага"
Глава 1
Утро началось с противного писка Теслы. Я настолько привыкла к нему, что даже не отреагировала.
Элементаль удивился.
За несколько недель знакомства с ним мне начало казаться, что мой надзиратель обладает зачатками интеллекта и способен испытывать простые эмоции. А может, мне нужно было оправдаться за появившуюся привычку болтать с ним в уединении нашей общей комнаты.
Как бы там ни было, Тесла среагировал на мою неподвижность и опустился ниже. Он завис прямо над подушкой, продолжая пищать громко и максимально противно.
Я отмахнулась.
Шарик резво взлетел вверх – он тоже успел меня изучить. Запищал ещё громче и противнее, хотя буквально секунду назад мне казалось, что подобное невозможно.
– Встаю, встаю, бессердечное ты чудовище, – я откинула одеяло.
Тесла тут же замигал красным – это означало срочное уведомление. Текст не порадовал. В нем витиевато сообщалось, что лейве Инне несказанно повезло: верховный маг Арбадона и глава магического Ковена дор Хорген Афалеон уделит ей несколько часов своего бесценного времени. Разумеется, оная лейва должна проникнуться данным фактом и встретить дора Хоргена со всем подобающим благоговением и покорностью.
– Ух ты, сколько пафоса! – поделилась я с Теслой.
Он пискнул в ответ. Это могло означать как сочувствие, так и совет поторопиться.
– Встаю, встаю, – я поплелась в ванную, размышляя о верховном маге Арбадона.
Если честно, дор Хорген так долго не появлялся после первой встречи, что я о нём уже забыла. И надеялась, что он обо мне тоже забыл. Но, как оказалось, зря.
Хорген перехватил меня в столовой, когда я только потянулась к раздаточному столику. Сырники сегодня выглядели особенно зажаристыми и раззадорили мой аппетит.
– Лейва Инна! – прозвучало в тишине столовой.
Сегодня дежурил Наурани, поэтому тишина была идеальной. Захоти пролететь тут комар, мы бы различили, в какой октаве он зудит.
Головы в энненах дружно, почти единым движением повернулись на звук. Всем было любопытно, кто там такой смелый. И тут же по столовой прокатилась волна выразительного шёпота, в котором неоднократно прозвучало моё имя.
А я мысленно застонала. Вот не мог на улице подождать. Не успели ифриссы смириться, что ко мне ходит принц, как появляется ещё и верховный маг.
Два самых завидных жениха Арбадона.
И я заграбастала их обоих.
И ведь ни одной из лейв, которые сейчас обжигают меня завистливыми взглядами, не докажешь, что ни принц, ни верховный маг мне и даром не сдались.
– Лейва Инна! – а вот дора Хоргена совершенно не смущали ни любопытные взгляды, ни несущиеся вслед ему шепотки. – Надеюсь, вы не успели позавтракать? У меня сегодня на вас грандиозные планы.
Я со вздохом убрала руку от сырников, манящих меня зажаристой корочкой. Увы – не судьба.
– Доброе утро, достопочтенный дор Хорген, – поздоровалась по всем правилам этикета и послушно поднялась с места. – Я не завтракала и готова идти на занятия.
Он окинул меня взглядом с головы до ног, как будто мог видеть, что находится под тёмным платьем. Я вспомнила осмотр в кабинете ректора и разозлилась. Прошла мимо мага в сторону выхода.
У двери стоял декан Наурани и с раздражением смотрел на меня. Как будто это я виновата, что он не смеет пикнуть перед верховным магом и терпит злостное нарушение так тщательно пестуемого им порядка.
Не знаю, как отреагировал на моё самовольство дор Хорген, оборачиваться я не стала. Остановилась только в коридоре, опустила вуаль и глубоко вдохнула.
Через пару мгновений из дверей столовой вышел верховный маг. Его лицо выражало недовольство, но, надо отдать ему должное, дор Хорген быстро с этим справился. Складка между его бровей разгладилась. Поджатые губы разошлись в лёгкой улыбке.
Он нарочито вежливо произнёс:
– Впредь, лейва Инна, прошу не уходить, пока я вас не отпущу.
В его тоне было столько силы и властности, что я не нашла подходящих слов для ответа. Только кивнула. Легкая улыбка мага превратилась в хищную усмешку.
– Я рад, что вы проявили благоразумие, лейва Инна, – дор Хорген протянул руку.
Помедлив мгновение, я её приняла.
Мы двинулись по коридору в сторону выхода из корпуса. Покидающие столовую лейвы провожали нас долгими взглядами. Даже не оборачиваясь, я ощущала, как в спину мне летят шепотки.
– Расскажите, что вы уже умеете, лейва Инна, чтобы я мог сконцентрироваться на том, что будет вам ново, интересно и полезно, – а вот дор Хорген вовсе не заметил неприязненных взглядов.
Ещё бы! Они ведь были направлены не на него.
Я честно пыталась вспомнить свои умения и при этом абстрагироваться от враждебной атмосферы в коридоре. Получалось не очень.
– Э-э, – начала я, чтобы как-то нарушить молчание. И, чуть подумав, добавила: – Ну-у…
Маг вывел меня во внутренний двор и не спеша повёл по аллее к восточным воротам. А я всё припоминала. Точнее, не припоминала, а пыталась сообразить, стоит ли ему врать, что я что-то умею, или лучше честно во всём признаться.
И соврать хотела вовсе не затем, чтобы произвести на него впечатление. На меня давила аура властности, окружающая этого мужчину. Я боялась признаться, что за прошедший месяц не продвинулась ни на сантиметр.
И тут вспомнила.
– Ну, его высочество помог мне увидеть источник. Он такой белый и шарообразный. Источник, не его высочество.
Хорген скривился, словно ему засунули в рот лимон. Даже забыл, что должен держать лицо.
Я решила закрепить успех.
– Вообще его высочество – очень хороший тар. Мы подолгу занимаемся на индивидуальных уроках. Он старается меня научить…
– Но, как я понимаю, безуспешно? – маг снисходительно хмыкнул.
Похоже, разгадал моё желание щёлкнуть его по носу.
– Увы, – я постаралась принять постный вид, но внутренне напряглась, ожидая реакции на мои неудачи в попытках совладать с магией.
– Ничего, – Хорген погладил меня по руке, лежащей на его предплечье.
Я рефлекторно дёрнулась и попыталась отнять ладонь, но маг не позволил. Удержал.
– Ничего, – повторил он как ни в чём не бывало несколько мгновений спустя, когда мы снова зашагали по неширокой аллее. – Принц ещё слишком юн. Он не знает многих хитростей жизни и не может найти подход к женщине. Берет с наскока, будто это очередная крепость. Охмуряет дешевыми комплиментами и разными фокусами…
На языке вертелось “а вы, значит, без дешевых фокусов обойдетесь?”, но я благоразумно промолчала. Похоже, умнею.
– Могу заверить, лейва Инна, – тем временем продолжал дор Хорген, даже не подозревая о провокационных мыслях, блуждающих у меня в голове, – после занятий со мной вы увидите разницу между юным и… – он сделал паузу, – опытным мужчиной.
Ей-богу, он сказал не “магом” или “таром”, а “мужчиной”. Я на сто процентов уверена, что имел в виду он вовсе не обучение. А если и обучение, то явно не магии.
Но, поскольку мою руку дор больше не гладил, да и вообще, не считая двусмысленных слов, ничего противоправного не предпринимал, я не стала снова вырываться. Продолжила идти рядом с ним, не желая выглядеть истеричкой.
К тому же мы оказались у запертых восточных ворот, ведущих туда, куда дорога лейвам была закрыта – наружу.
Вопреки моим ожиданиям, Хорген не развернулся в сторону учебных корпусов, а подвёл меня прямо к воротам. Они были самыми обычными – из потемневшего от времени дерева, обитого металлом. Я мельком глянула на плотно сдвинутые створки, не нашла ничего интересного и уже открыла было рот, чтобы предложить двинуться назад.
Но Хорген меня удивил.
– Первый урок, лейва Инна, – произнёс он назидательным тоном. – Вас учили медитировать, чувствовать свой источник и делать его видимым для оценки. Все это правильно, но у таров, которые пытались с вами сладить, ничего не вышло. И это неудивительно – вы слишком сильны для них.
Что?
– Да-да, вы не ослышались, Инна. Позвольте, я буду так называть вас? А вы можете обращаться ко мне просто Хорген, когда мы наедине. – И, не дождавшись моего ответа, продолжил: – Так вот, Инна, чтобы раскрыть ваш потенциал, нужен совершенно иной подход. Вам не следует мучиться и самой изучать свои способности, вы должны подчиниться и действовать не с помощью наставника, а под его рукой.
Если честно, я ничего не поняла. Ну кроме того, что дору Хоргену нравится подчинение. Представила его в кожаной маске, с плёткой в руках – и тут же зажмурилась.
Ну уж нет, это не моё.
– Подчинитесь мне, – велел он и перехватил рукой мою ладонь.
Я напряглась, но вырываться не стала. Ну не будет же он домогаться меня на глазах у всей Академии?
Надеюсь.
К счастью, моя надежда оправдалась (даже не представляю, что бы я делала в противном случае).
Хорген всего лишь положил мою ладонь на створку ворот и, резко перейдя на “ты”, велел:
– Найди калитку!
Думаю, он применил ко мне магию подчинения. Потому что я, не успев осознать приказ, уже шарила рукой по дереву.
Крепкая ладонь Хоргена, накрывающая мою, придавала этому действию несколько двусмысленное значение. По моей коже побежали мурашки. Чтобы немного отвлечься от мужского прикосновения, я сосредоточилась на створке ворот.
Она была шершавой. Слегка тёплой. И… не цельной.
Я рвано выдохнула и услышала рядом довольное:
– Умница!
Но не обратила на это внимания.
Дерево прерывалось. Оно словно было разрезано и соединено вновь. Это открытие так увлекло меня, что я подалась ближе. Ещё сильнее нажала на створку и вдруг увидела…
– Здесь есть калитка!
В створке тут же проявилась небольшая дверца.
Я проходила у восточных ворот несколько раз и никогда не видела, что в них есть калитка. И до сего момента была уверена, что это две сплошные дубовые створки.
Маленькая потайная дверца, возникшая из ниоткуда, привела меня в дичайший восторг.
–Дор Хорген! – я повернулась к магу и увидела взгляд, полный довольства собой.
– Толкни её, – велел он.
Я с радостью подчинилась. А маленькая дверца, тихонько скрипнув, открылась наружу. За ней был целый мир.
– Иди, Инна. Ты же хочешь увидеть что там?
Да, очень хотела. Но вместо того, чтобы шагнуть в калитку, вспомнила главное правило Академии и с сомнением оглянулась на учительскую башню.
– Разве лейвам можно выходить за ворота?
– Со мной можно всё, – дор неожиданно подмигнул и подтолкнул вперёд.
Я по инерции сделала пару шагов и снова застыла, жадно разглядывая открывшийся вид.
Прямо за стенами Академии начиналась дорога. Вдоль нее лежали поля, устланные фиолетовым ковром. Кажется, это цвела лаванда.
За полями виднелись домики – там раскинулся городок. Тот самый, который я уж видела с холма, перед тем как Арден и братья-рыжики сдали меня Делианарису.
Воспоминания накатили жгучей тоской. И зачем только вспомнила про блохастого гада? Пусть милуется со своей Фьерной, или как ее там? Вот не буду думать о нем!
Ага, сколько раз за последние дни я себе говорила об этом?
– Инна, тебя разочаровала карета? – голос Хоргена вывел меня из задумчивости. – Ты так сердито смотришь на нее.
Я моргнула и поняла, что действительно смотрю на карету. Надо сказать, довольно роскошную: с позолоченными вензелями на темных лакированных дверцах и бархатными задвижками на окнах.
Перед каретой нетерпеливо всхрапывала пара тонконогих гнедых лошадей. На козлах сидел молодой человек в красной с голубой оторочкой ливрее. Еще два таких же молодчика пристроились на запятках.
– Тебе не нравится? – снова спросил маг.
Я оторвалась от разглядывания экипажа, которого минуту назад здесь точно не было, вскинула голову и наткнулась на проницательный взгляд.
Интересно, как долго Хорген смотрел на меня, и что он успел заметить?
– Нет-нет, – поспешила выдавить улыбку. – Все замечательно.
– Тогда прошу…
Он пропустил меня вперед. А к нам навстречу уже спешил один из лакеев. Соскочив с запяток, слуга открыл дверцу и откинул лесенку.
Хорген придержал меня за локоть, помогая забраться в салон.
– И куда мы поедем? – поинтересовалась я, устраиваясь на мягком сиденье.
Внутри экипаж был обит темно-зеленым бархатом, пронизанным золотыми нитями. На стенках и потолке поблескивали зеленые камешки. Я не удержалась и даже царапнула один из них ногтем.
– Изумруды, – снисходительным тоном ответил маг. – Чистейшей воды. Все это может стать твоим.
Я быстро убрала руку и повторила вопрос:
– Так куда мы поедем?
Хорген занял сиденье напротив меня и улыбнулся:
– А куда бы тебе хотелось попасть?
– Домой, – ответила, не задумываясь ни на секунду.
– К сожалению, я не владею искусством пространственных переходов, – сказал маг ровным тоном. – Но, если желаешь, покажу тебе свой дом.
В этих словах мне почудился неприкрытый намек. Отвернувшись к окну, я пробурчала:
– Мы еще не так близко знакомы.
– Ничего, у нас еще все впереди, – прозвучало с улыбкой.
Да уж, самомнения верховному магу не занимать.
Хорген постучал в узкое окошко, за которым виднелась спина кучера. И карета тронулась с места.
Глава 2
– Инна, – заговорил маг минуту спустя. – Лейвам действительно нельзя выходить за ворота. Поэтому придется прибегнуть к небольшому обману. Дай руку.
И снова в его голосе прозвучал такой властны й приказ, что я машинально протянула ладонь.
Он сжал ее и что-то сказал. Я не поняла ни слова, но вокруг наших сомкнутых рук вспыхнуло белое пламя.
Не успела я испугаться, вскрикнуть или хотя бы выдернуть пальцы, как это пламя уже прокатилось по мне невесомой волной, заключая в сияющий кокон от макушки до самых пяток. А затем бесследно исчезло.
Я потрясенно осмотрела себя. От увиденного слова просто застряли в горле.
– К… как? – выдохнула спустя несколько минут, когда сердце перестало учащенно срываться на бег. – Как вы это сделали?
Хорген ответил самоуверенным взглядом.
– Рад, что тебе нравится.
Ну, насчет “нравится” это он, конечно, загнул. Я вообще-то никак не выразила свое отношение. Просто очень удивилась.
А удивиться здесь было чему. Мой темный суконный балахон в одно мгновение превратился в легкое шелковое платье. Нежно-голубое, с мягкими складками вдоль юбки. Тонкое золотистое кружево обрамляло неглубокое декольте и манжеты на узких длинных рукавах. Сами рукава были присборены по внешнему шву и в верхней части переходили в пышные буфы.
Ахнув, я с запозданием схватилась за голову.
Так и есть! Эннен исчез. А вместе с ним и вуаль. Вместо него на голове оказался соломенный капор, завязанный под подбородком широкой шелковой лентой.
– Но как… а моя магия? А если кто-то поймет, что я лейва? – я беспокойно заерзала.
Вспомнился неприятный момент, который пришлось пережить по дороге в Саартог.
– Об этом не стоит волноваться. Узнать в тебе лейву сможет лишь маг, ведь рукава надежно скрывают золотые руны на коже. Но на всякий случай я подготовился.
Хорген протянул мне кулак. Я с подозрением покосилась на него. Что он еще придумал? Но тут маг разжал пальцы. На его ладони поблескивал перстень. На вид довольно увесистый, испещренный непонятными рунами, с крупным синим камнем.
– Позволь твою ручку, – улыбнулся мужчина.
– Опять? – я поспешила убрать руки за спину. – Что это за штука?
– Не бойся, этот перстень – всего лишь артефакт, который внесет в твою ауру пару незначительных изменений.
– Зачем?
– Чтобы никто не понял, кто ты на самом деле.
Хорген смотрел на меня с легкой насмешкой. Наверное, в его глазах я выглядела полной дурой, шарахающейся от собственной тени. Он же предлагал мне уникальную возможность. Когда еще выпадет случай прогуляться за стены Академии?
В голове тут же завертелись мысли о побеге. Вот он мой шанс! А я все ломала голову, как мне выбраться из Саартога!
– Хорошо, – едва сдерживая адский хохот, уже звучавший в моем подсознании, я протянула обе руки.
Маг взял левую и надел перстень на безымянный палец. Артефакт ожег стальным холодом и тут же уменьшился. Сел так плотно, что я бы при всем желании не смогла его снять. Разве что оторвать вместе с пальцем.
– Забыл сказать, – добавил Хорген, внимательно глядя на меня, – у этого кольца есть еще одна функция. Пока он на тебе, я буду знать, где ты находишься.
В наступившей тишине отчетливо прозвучал скрип моих зубов.
– И еще, – магу явно понравилась моя реакция, – снять такое кольцо может только тот, кто его надел.
Вот гад! Знала бы – надела б сама!
– Ну и твой надсмотрщик не понадобится там, куда мы едем.
Хорген щёлкнул пальцами, и Тесла исчез. Просто растворился в воздухе, словно его и не было.
Без шарика стало… пусто. Оказывается, сама того не заметив, я успела к нему привязаться.
– Ну-ну, Инна, не сердись, лучше посмотри, куда мы приехали.
“Больно надо!” – дернула я плечом и отвернулась к окну.
Как раз чтобы увидеть проносящиеся мимо аккуратные домики. А за ними начиналась широкая улица, пестрящая цветными тканями, сверкающая стеклянными витринами и заполненная разношерстной толпой. В воздухе разливался тягучий букет ароматов: свежей сдобы, ванили и специй. Его перебивал то запах жареного мяса, то яркие нотки цитрусов, то чего-то вообще непонятного, незнакомого, но весьма аппетитного.
У меня в животе тут же весело заурчало, а рот наполнился слюной, напоминая, что позавтракать мне так и не дали.
– Что это?! – я поспешно прилипла к окну, чтобы скрыть покрасневшие щеки.
Напротив как раз оказался ресторанчик с открытой террасой, украшенной гирляндами цветов и бумажными фонариками.
– Саартог, – маг произнес это с такой гордостью, будто сам его строил. – Жемчужина западных болот.
Карета остановилась. Я подергала дверцу, но она не поддалась. Пришлось набраться терпения и подождать, пока лакей откроет ее.
Но выйти первой все равно не получилось. Меня опередил Хорген. Ступив на выложенный плиткой тротуар, он протянул мне руку.
– Спускайся, Инна. Нас уже ждут.
Хотелось, конечно, взбрыкнуть, показать характер…
Но божественный аромат, коснувшийся моего обоняния, заставил с благоговением ахнуть:
– Кофе? Здесь есть кофе?
Хорген удивленно принюхался. Затем его лицо осветила улыбка:
– А, ты про кэх-ори? В наших местах это редкий напиток и очень дорогой.
– Очень? – я умоляюще взглянула на мага. – А можно мне чашечку?
И сложила ладошки вместе, показывая, как мне хочется этого кэх-ори.
Мой спутник коротко усмехнулся:
– Посмотрим на твоё поведение, Инна.
Я тут же насупилась.
План с побегом, похоже, в очередной раз провалился. А тут еще и кофе выпить не дают. Эх, вот чего мне не хватало все эти дни! Чай тут, конечно, неплохой. Точнее, это даже не чай в привычном мне смысле, а сбор душистых трав. Кроме него в Академии подают различные соки, компоты, морсы и кисели. А еще напиток, похожий на какао с молоком. Но ничто из них не сравнится с бодрящим вкусом черного кофе.
Как я мечтала в первое время о маленькой чашечке по утрам! Ну совсем маленькой, хотя бы с наперсток! Душу отдала бы за глоток горячего кофе.
И вот теперь, похоже, настал момент истины. Готова ли я отдать душу?
Пока размышляла и вздыхала, мы с Хоргеном поднялись по ступенькам на террасу ресторанчика. Здесь стояли круглые деревянные столики, возле них – ажурные кресла с яркими цветными подушками. Сверху от палящего солнца был натянут светлый тент. А все деревянные части, включая столы, пол и резную балюстраду, были выкрашены в белый цвет. От чего создавалось впечатление воздушности.
– Достопочтенный дор Хорген, – перед нами присела в книксене девушка с голубыми волосами, – прошу, ваш столик уже готов.
Ее аккуратный фартучек и наколка указывали, что девушка работает официанткой. Но цвет волос… И тонкая, почти прозрачная кожа…
– Это сильфа? – не удержавшись, прошептала я на ухо магу, когда мы двинулись следом за девушкой.
Правда, для этого мне пришлось встать на цыпочки и прижаться к нему.
– Килайя, ты сильфа? – вместо ответа Хорген громко повторил мой вопрос.
Мои щеки обдало жаром.
– Нет, дор Хорген, – чуть улыбнулась девушка. – Я смесок без магии. Но моя бабушка – чистокровная сильфа. Выпускница Саартога.
Когда мы сели за столик, а Килайя ушла, я с обидой взглянула на Хоргена:
– Это было не очень-то вежливо!
– Я уже в том возрасте, когда можно плевать на вежливость, – хмыкнул он.
На языке вертелась пара ласковых, но их пришлось проглотить вместе со слюной, потому что к нам потянулась вереница местных официанток. Каждая держала в руках поднос с разнообразной снедью, исходящей дурманящим ароматом.
Хорген то морщился, оглядывая это гастрономическое великолепие, то удовлетворенно кивал. Я же едва сдерживала голодное урчание в животе. Ну сколько можно надо мной издеваться?
А маг будто нарочно тянул:
– Инна, взгляните на жареных куропаток. Думаю, для завтрака это чересчур тяжелое блюдо. А печеночное суфле? Где печеночное суфле? Сегодня у него некрасивая корочка, унесите!
– Можно мне это? – рыкнула я, почти хватая с подноса тарелку.
На ней оказались рулетики из баклажана или что-то очень на них похожее.
– И вот это тоже! – я сцапала еще одну тарелку.
На ней было клубничное желе со взбитыми сливками. Ага, значит, уже десерты пошли.
Хотела поставить свою добычу на стол, но тут поняла, что он и так уже весь заставлен. Закуски, салаты, горячие блюда – яблоку негде упасть. И я со своим желе!
А тут еще Хорген смотрит с усмешкой.
Ну нет, смеяться над собой я не позволю даже ему. Изобразив на лице великосветский оскал, я поманила пальцем Килайю. Смесок, или кто она там, все это время стояла поблизости и командовала официантками.
А когда она подошла, я ткнула в первую попавшуюся тарелку:
– Унесите вот это.
– Зря, – изрек Хорген, когда Килайя исполнила мою просьбу. – Я был уверен, что тебе понравятся устрицы.
Устрицы?
Я навострила уши и потянула носом.
Но уже было поздно. Тарелка поплыла вдаль от стола. Осталось лишь сделать хорошую мину. То есть вздохнуть и томно сказать:
– У меня аллергия на морепродукты.
А потом мысленно обозвать себя идиоткой.
У меня был шанс попробовать устрицы! Впервые в жизни. И я его потеряла.
Инна, определенно, ты просто гений бездарности!
Впрочем, через полчаса жизнь стала казаться вполне терпимой. Даже общество Хоргена уже не так напрягало. Я наелась, попробовав всего понемногу.
Нет, не всего. Устрицы так и уплыли вдаль, оставив о себе лишь неясные воспоминания. Зато мне принесли серебряный чайничек загадочного кэх-ори и теперь я жмурилась от удовольствия, потягивая черную, горькую жидкость, украшенную шапкой густой пены.
Маг ел мало, больше потягивал янтарную жидкость из пузатого бокала и наблюдал за мной. Сначала эти загадочные взгляды смущали, а потом я решила не обращать на них внимания. Пусть дедушка смотрит, раз ему хочется.
Хотя Хорген выглядел молодо и весьма привлекательно, я никак не могла забыть, что ему очень-очень много лет. Если бы он жил в моём мире, то наверняка застал бы последние дни царской семьи. А может, и не последние.
В качестве жениха или, упаси боже, будущего мужа верховный маг ну никак не воспринимался. Правда, расстраивать его раньше времени я не спешила. Мало ли что может произойти с дедушкой в таком возрасте. Может, у него сердце слабое или суставы, или что там у старичков барахлит? Кто знает, может молодая внешность у местных магов это лишь маска, под которой прячется дряхлое тело…
В один момент я поймала очередной взгляд Хоргена и поёжилась, до того пронзительно он смотрел. А его зубы были так крепко сжаты, что того и гляди заскрипят.
Мысль, что верховный маг мог прочитать мои размышления, я откинула. Ведь не мог же? Но на всякий случай заставила себя думать на нейтральные темы.
Больше никаких дедушек в голове – сгорбленных, седеньких и с тросточкой в трясущейся сморщенной руке.
Тьфу ты! Хватит уже!
Хорген криво усмехнулся, и я ещё сильнее напряглась, пытаясь выкинуть лишние мысли из головы. А лучше и вовсе начать разговор на интересующую меня тему.
Поэтому спросила невинным голоском:
–Дор Хорген, что мы будем с вами изучать сегодня?
Глава 3
Маг долго смотрел на меня испытующим взглядом, как будто уже взялся изучать. А потом негромко произнёс:
– Сегодня, Инна, мы будем искать то, что доставляет тебе удовольствие. Ты ведь не против?
Прозвучало это, надо сказать, двусмысленно. Я немного растерялась.
– Э-э, – вот и что на это ответить?
Но, прежде чем делать выводы о седине в бороду (пусть ни того, ни другого не было) и бесе в ребро, я решила уточнить, ну, на всякий случай, чтобы не выглядеть дурой, если он не имел в виду ничего предосудительного:
– Что вы хотели сказать, дор Хорген?
– Только то, что сказал. – Он оценил мои порозовевшие щёки и хмыкнул, а затем пояснил с предельной серьёзностью: – Инна, чтобы раскрыть твой потенциал, придётся раскрыть тебя саму.
Пока я обдумывала эти слова, маг добавил:
– Мы можем, конечно, действовать по классической методике, но в твоём случае она уже показала несостоятельность. Ты же не хочешь биться несколько месяцев над тем, что другим лейвам даётся за пару недель?
Я покачала головой, вспомнив, как глупо себя чувствовала под снисходительными взглядами однокурсниц и раздражёнными – преподавателей.
– Я уже говорил: всё, что тебе нужно, это довериться мне. И вот настал момент истины – готова ли ты сделать это?
Довериться ему? Может, решиться было бы легче, если б господин верховный маг не бросал постоянно двусмысленные замечания, которые вгоняют меня в краску.
Некстати вспомнились занятия с принцем и его просьбы довериться.
Почему мне все время кажется, что каждое произнесённое обоими магами слово – часть какой-то непонятной мне игры?
И всё же осознать и обуздать свою магию мне хотелось. Да и в конце концов, я могу просто попробовать. Не может ведь Хорген принудить меня к отношениям силой? Я же лейва и нахожусь под защитой Академии. Мне нечего бояться.
Магия была рядом. Внутри меня и снаружи. Она исходила от каждого предмета и живого существа, чувствовалась в дуновении ветра и тепле солнечных лучей. В улыбке Килайи и взгляде самого Хоргена. Она манила, дразнилась, обещала сказочные возможности.
Разве я могла устоять?
– Согласна, – кивнула, слукавив лишь малость.
Я не собиралась доверять Хоргену больше, чем этого требовалось для учёбы.
Если верховному магу удастся раскрыть мой потенциал, здорово, нет – может, даже и лучше. Вдруг нераскрытой лейве не нужно выходить замуж?
– Очень хорошо.
А вот Хорген, похоже, принял мои слова за чистую монету. Его ноздри хищно раздулись, губы дрогнули в довольной улыбке, а глаза теперь смотрели на меня с жадным блеском.
Ой-ой-ой, кажется, я на что-то не на то согласилась.
Но было уже поздно…
Хорген легко поднялся с места, словно и вправду был молодым мужчиной, а не столетним старцем, и подал мне руку. Его ладонь была крепкой и сильной и тоже никак не напоминала о возрасте.
Я даже немного засомневалась в своих выводах. Но тут же вспомнила слова Рандира, что у верховного мага совсем нет времени на выбор лейвы. Он схватит первую попавшуюся, потому что слишком стар, чтобы искать подходящие варианты.
Неужели я что-то неправильно поняла?
Так, под ручку, мы и вышли на улицу. Я здорово нервничала, не сумев определиться – старик Хорген Афалеон или нет. Считать ли лёгкие поглаживания моей ладони старческой блажью? Или Хорген пытается меня соблазнить?
– Так что доставляет тебе удовольствие, Инна?
Эти слова были произнесены с явным намёком, а поглаживания стали интенсивнее. Я с трудом удержалась, чтобы не вырвать руку из захвата Хоргена, и заставила себя сконцентрироваться на самом вопросе.
Что доставляет мне удовольствие?
Поглаживания, если абстрагироваться от мыслей о самом маге, были приятными. Но вот приносили ли они удовольствие? Точно нет.
Шум базара остался позади. Я окинула взглядом улицу, по которой мы сейчас двигались прогулочным шагом.
Она шла под уклон и была довольно широкой. По крайней мере, проезжавшие здесь изредка коляски и кареты не цеплялись друг за друга.
Трёхэтажные домики по обе стороны стояли вплотную, так что свернуть в переулок между ними было невозможно. Чтобы увидеть улицу с другой стороны, пришлось бы дойти до самого конца. Если, конечно, подъезды не были сквозными.
Все строения были выкрашены в песочный цвет. Однотонность улицы расцвечивали красные прямоугольники оконных рам и зелёные ставни.
Под каждым окошком размещались маленькие балкончики для цветов из ажурного металла. Здесь росли самые разные растения. Как будто жители домов, не имея иной возможности проявить индивидуальность, выплеснули её на цветы – розы всех оттенков, мелкие маргаритки, пышущие жаром бархатцы, алые цикламены.
Я с восторгом смотрела на эти пёстрые вспышки среди однотонности стен. В голове всплыла мысль: а какое сейчас время года? На полях цветет лаванда, значит – здесь лето. Но вон на одном балконе нарциссы подставили солнцу желтые головки, а на другом – гиацинты среди георгин, а дальше – пионы и маргаритки… Настоящее буйство красок.
Интересно, сколько магии понадобилось жителям города, чтобы заставить весенние и летние растения цвести одновременно?
Я уже хотела спросить об этом своего спутника, как вдруг поняла – удовольствие, вот же оно!
Эстетическое удовольствие тоже считается?
– Я очень люблю цветы…
Мой голос потонул в странном шуме.
Я подняла взгляд. С той стороны, где улица поднималась в гору, к нам приближалась громоздкая телега. Ее кузов был накрыт плотной тканью. Колёса, подпрыгивая, дребезжали по брусчатке.
Уклон в том месте был крутой, и лошадка, неожиданно для себя, прибавила шагу. Затем ещё и ещё. Через несколько метров она и вовсе перешла на бег.
Возница понял, что что-то идёт не так, и пытался сдержать лошадь, всё прибавляющую ход. Он дёрнул повод, но сделал лишь хуже – лошадь бросилась в сторону, телега накренилась, с кузова слетело полотно.
А я оторопела, увидев, что это вовсе не кузов.
На телеге стояла клетка, и в ней находился худой оборванный человек. Его бросало из стороны в сторону, прямо на железные прутья. Я вскрикнула, когда он ударился головой и упал, а его тело продолжило кататься по полу.
– Какой ужас! – забывшись, я вцепилась в руку Хоргена и затрясла ее. – Он покалечится! Сделайте что-нибудь, дор Хорген!
Маг с удивлением взглянул на меня, затем перевел взгляд на громыхающую телегу, несущуюся вниз по улице, и равнодушно ответил:
– Не вижу смысла напрягаться, этого ублюдка всё равно должны казнить.
В этот момент я поняла, что никогда и ни за что не стану женой верховного мага Арбадона. Злость на него придала мне сил. Я не знала, что делать. Как остановить несущуюся вниз лошадь и спасти приговорённого узника?
Сочувствие к незнакомому оборванцу, злость на мага и на себя – за беспомощность – толкнули меня вперед.
Что же я за бездарщина? У меня седьмой уровень магии! Не могу просто стоять и смотреть, как гибнут люди!
Я не заметила, как вырвала ладонь из захвата Хоргена. Молча шагнула на середину улицы и замерла на пути у телеги.
Маг что-то кричал у меня за спиной, но я его не слышала. В голове было только одно: если сейчас что-то не предпринять, мы все погибнем: я, лошадь, возница и пленник.
А телега была уже рядом. Между нам оставался всего десяток шагов, и это расстояние стремительно сокращалось, когда я, словно ведомая некой силой, выставила руки вперед.
Телега закрыла всю улицу. Грохот стоял в ушах, и я позорно зажмурилась. Поняла, что это конец.
В последний момент мелькнула тоскливая мысль: браслеты! Блокираторы не позволят использовать магию, даже если бы я и умела. Какого черта я вылезла на дорогу?
Но и сдвинуться с места уже не могла. Просто оторопела, застыла в бессмысленной позе. Точно хотела остановить тяжеленную телегу голыми руками.
Глупая. Глупая Инна!
Время будто застыло. Я ждала, что в момент столкновения передо мной раскрученной кинолентой пронесется вся жизнь. Но в голове оказалось пусто. Только призрачные часы отсчитывали ускользающие секунды.
Восемнадцать, девятнадцать… двадцать четыре…
Я поняла, что секунд слишком много. Телега уже давно должна была сбить меня с ног.
Да и руки уже затекли, хотелось их опустить.
Что я тут же и сделала. А потом открыла глаза.
Правда тут же снова зажмурилась. Потому что всё вокруг было залито ярчайшим белым светом.
Понадобилось почти полминуты, чтобы я проморгалась и наконец разглядела, что происходит.
Меня и телегу с лошадью окружал плотный кокон белого света. Сквозь него ничего не было видно. Исчезла симпатичная улица Саартога, ресторан, из которого мы с магом только что вышли, да и самого дора Хоргена не наблюдалось.
А те, кто находился внутри светящейся сферы, не двигались. Кроме меня. Все, включая лошадь, замерли в тех позах и с теми выражениями на лицах и морде, которые предшествовали столкновению со мной.
Я недоверчиво протянула ладонь и погладила бархатистый нос лошадки. Она никак не отреагировала, по-прежнему глядя перед собой расширенными от ужаса глазами. Возница явно что-то кричал, может, просил уйти с дороги. Его рот так и застыл в немом крике.
А вот пленник смотрел на меня сквозь прутья решётки. Он не двигался, лежал на боку, вцепившись в клетку, но смотрел мне прямо в лицо. Пристально и тревожно.
Его губы чуть дрогнули, будто мужчина хотел что-то сказать. Я сначала прислушалась, а потом сделала шаг вперёд, с удивлением понимая, что могу двигаться.
Подошла к пленнику и нагнулась, надеясь услышать его слова.
– Беги… – раздался едва различимый хрип.
Я нахмурилась, решив, что ослышалась.
– Куда? Из Академии не выбраться и от Хоргена не скрыться, – вздохнула, переведя взгляд на руку с перстнем.
Хотя сейчас дора Хоргена поблизости и не наблюдалось. Может, он не такой всесильный, как желал показаться?
Я надеялась, что пленник скажет что-то ещё, но и он замер, будто его сил хватило лишь на то, чтобы один раз разжать губы. Он тоже не мог сопротивляться магии Света.
И тут до меня дошло.
– Это что, я всё сотворила?!
Остановила несущуюся телегу. Просто захотела спасти невинных – и остановила. И даже браслеты-блокираторы не помешали!
Но теперь нужно довести дело до конца.
Я взяла лошадку под уздцы и потянула за собой. Лошадь двигалась тяжело и медленно, будто застыла в густом сиропе. Тащить ее было непросто. Но всё же мы понемногу спускались по улице.
Оказавшись в безопасном месте, я отпустила узду. В тот же миг светящийся кокон исчез. Всё вокруг пришло в движение. Тишина взорвалась сотней звуков.
Возница на телеге дёрнулся. Хлопнул ресницами и вдруг заметил меня.
– Гляди, куда прёшь, дура! – крикнул он и взмахнул кнутом так, что я отпрянула в сторону.
В последний момент наткнулась на полный боли взгляд пленника – и телега промчалась мимо.
На мое плечо опустилась чья-то рука. Я вздрогнула, а вкрадчивый голос Хоргена произнес:
– Теперь видишь, девочка, что не стоило лезть на рожон?
Мне хватило сил только кивнуть.
Перед глазами продолжали стоять искривленные губы пленника, который беззвучно шептал одно и то же слово: “Беги!”
Я бы с радостью побежала. Знать бы еще куда, от кого и к кому.
Глава 4
– Кто этот пленник? – тихо спросила я, провожая взглядом телегу.
– Не думай о нем. Этот преступник не заслуживает твоей жалости.
– А в чем его обвиняют?
Мне стало не по себе от мысли, что Хорген прав. Может, тому человеку было лучше погибнуть сейчас, чем попасть под топор палача…
Маг окинул меня недовольным взглядом.
– Какая разница? В любом случае его везли на смертную казнь. Ты лишь продлила агонию.
Меня покоробил презрительный тон Хоргена.
– Преступник он или нет, но так обращаться с живым человеком – жестоко, – отчеканила я и отвернулась. – Он едва не убился о прутья решетки.
– Хорошо, это был один из отступников, – проворчал маг, явно недовольный моим поведением.
– Отступников? – я напряженно уставилась на него. – Это те, которые лейв похищают? Один такой пытался насильно жениться на мне.
Неужели я только что спасла мерзавца, подобного тому маркизу?
– Ну, что-то вроде того, – нахмурился Хорген. – Я не стал бы вмешиваться, если бы тебе не угрожала опасность.
– Так это вы сделали?! – ахнула я.
– Что именно?
– Отключили мои браслеты?
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о вмешательстве мага. Не сама же я такая великая волшебница, что смогла обойти руны, наложенные ректором. А вот у таров в Академии есть возможность отключать блокировку, если нужно, чтобы лейва использовала магию.
Именно это сейчас и произошло. Хорген отключил мои браслеты, когда понял, что я могу погибнуть под телегой. Но откуда он знал, что мне удастся ее остановить?
– Умница, – маг похлопал меня по плечу, а затем встал рядом и положил мою ладонь себе на локоть. – Но больше так не делай. Ты слишком редкое и дорогое сокровище, чтобы так бездарно собой рисковать.
Мы двинулись дальше тем же неспешным прогулочным шагом. Будто ничего не случилось. Только люди, попадающиеся нам на пути, теперь вежливо кланялись и отступали с дороги. Я, наивная, решила, что они кланяются мне. Благодарят за то, что остановила телегу и спасла их от разрушений. Но вскоре поняла, что ошиблась. Все знаки почтения принадлежали верховному магу.
Впереди показался каменный мост, соединяющий два берега.
– Это ведь не я сделала, да? – пришла к невеселому выводу. – Вы помогли остановить телегу.
И почему я вообще решила, что сама сотворила тот кокон из Света? Я ведь даже никаких заклинаний не знаю и не умею управлять своей магией!
– Скажем так, я направил твою силу в нужное русло, – самодовольно ответил Хорген. – Для этого и нужны маги.
Дальше я прослушала краткую, но полную пропаганды лекцию, что каждой лейве позарез необходимо стать женой мага. Ведь только маг может использовать потоки силы и управлять ими. А лейва всего лишь источник, который эту силу производит.
– Разумеется, каждая лейва может использовать свою силу в быту, – говорил Хорген, вышагивая рядом и придерживая мою руку у себя на локте. – Это весьма облегчает жизнь. Но на какие-то серьезные заклинания вы не способны. Если взять пример из жизни, то вот река.
Мы как раз ступили на мост, и маг повел рукой, привлекая мое внимание к полноводному руслу.
– Это твоя стихия. Она начинается с маленького источника. Этот источник – ты, но ты не управляешь ею, не можешь повернуть русло в другую сторону и уж тем более не можешь изменить направление течения.
Затем он показал вдаль и продолжил:
– А я, как та мельница. Использую твою стихию, чтобы молоть зерно.
Я проследила взглядом за его рукой. Выше по течению и правда стояла мельница. Огромное колесо загребало воду широкими лопастями.
– Добрый господин! Купите цветочки вашей спутнице! – прогнусавил чей-то голос, заставив меня опустить взгляд.
Перед нами стояла невысокая сгорбленная фигура, обряженная в подобие сутаны с капюшоном. Определить кто это – мужчина или женщина, оказалось невозможно. Глубокий капюшон, надвинутый на нос, не давал рассмотреть лицо.
Странное существо в одной руке держало корзинку, из которой торчали обыкновенные ландыши, а другой опиралось на трость. Причем обе кисти были прикрыты широкими рукавами.
– В каждом букетике – предсказание от мары Таиры! – добавил продавец, заметив, что Хорген колеблется.
– Что за предсказание? – полюбопытствовала я.
– Ничего серьезного, – поморщился маг. – Не слушай, Инна.
– И все же? Кто такая мара Таира?
– Какая-то шарлатанка, которая присвоила себе имя легендарной мары из прошлого. Была такая мара лет триста назад, обладала даром предвиденья. Но тебе ведь известно, что сейчас в Арбадоне нет женщин-магов? И вообще, не нужен тебе этот грошовый букет!
Что ж, странный продавец немного пугал. Но то, что Хорген с такой настойчивостью пытается увести меня от него, зародило во мне подозрения. А еще – любопытство. Вспомнились китайские печеньки с предсказаниями. У меня они частенько сбывались. Почему бы и здесь не попробовать?
– Знаете, – бодро заявила я, делая шаг к корзинке с цветами, – обожаю ландыши! Они так чудесно пахнут. Достопочтенный дор, пожалуйста, подарите букетик!
И даже руки сложила в умоляющем жесте.
– Хорген, – проворчал маг. – Мы же договорились, что ты наедине будешь звать меня по имени.
– Хорген, пожалуйста, – и ресничками так: хлоп-хлоп.
Ну сущий ангел!
Маг тут же подобрел, расплылся в самодовольной улыбке.
– Эй, ты, – высокомерно кивнул продавцу. – Давай сюда всю корзину!
– Простите, господин, но прекрасная госпожа должна выбрать один букетик своей рукой, – существо отвело корзинку в сторону. – Но вы, несомненно, можете заплатить за все цветы.
– Не надо за все, – я послала Хоргену чарующую улыбку. – Мне хватит и одного.
– Сколько? – маг уставился на продавца.
– Всего три медяшки, добрый господин.
– Не держу при себе такой мелочи. Ладно, раз моя спутница хочет…
Серебряная монетка подлетела в воздухе. Продавец ловко поймал ее и тут же спрятал за пазуху. На секунду широкий рукав сполз, обнажив его кисть. Удивительно изящную, с тонкими пальцами и гладкой кожей. Эта рука могла принадлежать только женщине.
Не успела я удивиться, как мне под нос уже сунули корзинку, и аромат ландышей выбил все мысли из головы.
– Выбирайте, красавица! – прогнусавило существо.
Моя рука зависла над цветами.
Какой же букетик выбрать, чтобы не прогадать? Каждый из них был перевязан узкой цветной ленточкой, и оттенки не повторялись. Может, цвет ленточки что-то значит?
В общем, я закрыла глаза и ткнула наугад:
– Вот этот!
– Так возьмите его, прекрасная госпожа.
Схватив цветы, я открыла глаза. Ленточка была голубой. На ней болтался скрученный в трубочку кусочек бумажки. Не мешкая, я тут же разровняла его, чтобы узнать предсказание.
– “Твоя судьба ближе, чем ты думаешь. Оглянись!” – прочитала с недоумением.
И… оглянулась.
За спиной никого не было. Только загадочный продавец, каменная балюстрада моста да виднеющиеся вдалеке башни Академии.
– Начинаю подозревать, что поддельная мара Таира и вправду умеет предсказывать будущее, – мурлыкнул Хорген с другой стороны. А затем великодушно кивнул продавцу: – Сдачи не надо.
Кажется, верховный маг решил, что в предсказании речь шла о нем…
Представила себя женой Хоргена – и, зажмурившись, потрясла головой. Нет уж, такого счастья не надо.
Нет, маг выглядел привлекательно, впрочем, как и все маги. Моложавый, подтянутый, с правильными чертами лица. Ну хоть картины с него пиши! А еще умный, богатый, обходительный – сказка, а не жених.
Только эта приятная внешность казалась мне вывеской, за которой скрываются жуткие тайны. Кто знает, какие скелеты прячет в своем шкафу верховный маг? Нет у меня никакого желания с ними знакомиться.
***
Наша прогулка закончилась на мосту. Довольный предсказанием, Хорген повернул в обратную сторону. А по пути к кафе, у которого нас ожидала карета, снова продемонстрировал, как легко управляет моей собственной силой.
Нет, я себя чувствовала не рекой, а шлангом, из которого под напором бьет струя воды. Причем бедный шланг мотает в разные стороны, а вода брызжет, куда надо и куда не надо. И только сильные руки мага направляют эту струю в нужную сторону.
Мысль, что сама я никогда не смогу использовать магию, омрачила прогулку едва ли не больше, чем встреча с отступником.
– Не грусти, Инна, – Хорген заметил мое состояние. – Я стану тебе прекрасным супругом. Нежным и заботливым.
Он тут же решил доказать свои слова делом. Притянул меня к себе, обнял за талию. И не успела я опомниться и запротестовать, как его губы накрыли мои!
В первый момент я оцепенела от шока.
Маг действовал напористо, не давая ни секунды на размышления. Его язык раздвинул мои зубы и скользнул внутрь. Умело и глубоко.
А через секунду неведомая сила оторвала его от меня. Я в полной прострации уставилась на стену Света, возникшую между нами.
– Инна! – стой стороны донеслось рычание Хоргена. – Сейчас же убери ее!
– Что? Кого убрать? – поспешно вытерла губы. – Я ничего не делала!
А потом опустила взгляд на свои руки и потрясенно моргнула.
Там, где под шелком рукавов вился узор браслетов, сейчас исходило сияние.
– Это что? – прошептала испуганно. – Дор Хорген, вы отключили мои блокираторы?
– Нет! – раздался еще один рык. – Как раз я этого не делал!
Не зная, как убрать разделяющую нас стену, я просто замахала руками, будто дым разгоняла, и начала причитать:
– Кыш! Уйди! Исчезни!
К моему удивлению, стена Света моментально пропала. И браслеты перестали светиться.
– Цвергов принц! – процедил Хорген, прикрывая рот рукой. – Он еще за это поплатится!
– За что? – я с тревогой уставилась на мага.
– Кто-то навесил на тебя метку собственности. Не удивлюсь, если он. Больше некому. Мелкий поганец!
Я хотела спросить, что это за метка. Но Хорген выглядел таким злым, что передумала. Похоже, его не просто откинуло от меня магией Света, но еще и от души шандарахнуло по губам. Потому что сейчас между пальцев мага виделись алые полосы, подозрительно похожие на кровь.
Хорошо, что мы были уже возле кафе. Маг почти вырвал салфетки из рук подбежавшей Килайи и приложил их ко рту. А затем, даже не поблагодарив девушку, направился к экипажу.
Мне стало неловко.
– Спасибо за заботу, – я попыталась загладить его грубость. И с улыбкой протянула Килайе букетик ландышей: – Это вам.
Мне больше нечем было ее отблагодарить.
Но она не торопилась принимать подарок. Наоборот, внезапно прищурилась, отчего ее лицо стало взрослее и строже. А потом вдруг тихо сказала:
– Это вам спасибо.
– За что? – я удивленно округлила глаза.
– Скоро узнаете!
А затем сама взяла букетик из моих рук. Но не просто так. Я почувствовала, как мне в ладонь что-то скользнуло. И машинально протолкнула это нечто себе за рукав.
Хорген, похоже, ничего не заметил. К этому времени он уже сидел в карете, надутый как мышь на крупу. Но зато успел залечить разбитые губы.
– Похоже, его высочество решил увести тебя у меня из-под носа, – процедил маг, когда я забралась на сиденье, и карета тронулась. – Но он прогадал. У нас был устный договор, но теперь я вправе считать, что этот договор недействителен.
– То есть?
Я невольно напряглась. Ведь речь шла обо мне любимой.
– Я буду присутствовать на всех твоих уроках с принцем. И следить, чтобы он не превышал своих полномочий!
Ой-ой, чем дальше – тем страшнее. Надеюсь, эти двое не поубивают друг друга у меня на глазах?
С одной стороны, принц мне кажется более безобидным, чем верховный маг. А с другой…
Ни один из них не нравится мне настолько, чтобы связывать с ним свою жизнь. А если учесть, что жизнь будет долгая…
Провести ее с нелюбимым мужчиной – жестокое наказание.
В памяти всплыло лицо Ардена. Взгляд, которым он смотрел на ту Фьерну. Нежный, заботливый.
И сердце заныло.
Ну почему он на меня так не смотрит?
И вообще, зачем я о нем только вспомнила? Все настроение себе испортила!
Я сердито отвернулась к окну. Нащупала пальцем крошечный предмет за рукавом и сосредоточилась на Килайе. Интересно, что она мне подсунула? И за что сказала спасибо?
Глава 5
Перед самой Академией Хорген забрал свой перстень, а взамен вернул мне привычный вид, включая эннен и вуаль. Щелкнул пальцами – и на мои колени из небытия свалился надрывно пищащий Тесла.
С магом мы попрощались у главного корпуса. Он двинулся в сторону входа. Не удивлюсь, если к ректору. А я пулей рванула за угол.
Уж очень хотелось узнать, что у меня в рукаве!
Тесле я обрадовалась как родному, но изучать свёрток в его присутствии не решилась. Все же он мой надзиратель, а не друг. Не удивлюсь, если элементаль доносит ректору о каждом моем движении. Даже если сам того не хочет. Иначе Хорген не заставил бы его исчезнуть перед нашей прогулкой.
Поэтому пошла в туалет. Теслу, как обычно, оставила снаружи. Он уже привык к моим причудам и даже не попытался влететь в кабинку, как бывало в первое время.
Убедившись, что вокруг никого нет, и меня никто не видит, я осторожно вытащила нечто, завёрнутое в мятую обёрточную бумагу. Это оказалось небольшой серой горошиной, похожей на жемчужину.
Я задумалась, крутя ее в пальцах.
Килайя подарила мне крашеный жемчуг? Зачем?
Поднесла жемчужину к глазам, разглядывая, и забытая обёртка выпала из пальцев.
Чертыхнувшись, наклонилась, чтобы её поднять, и заметила, что с внутренней стороны что-то написано.
Развернула бумажку и прочитала:
“Положи горошину под язык и молчи! Станешь невидимой”.
Сердце взволнованно застучало: третье таинственное послание за один день. Если первым считать совет арестанта, а вторым – предсказание загадочной мары Таиры.
Что ж, тот отступник советовал бежать. А Килайя, судя по записке, дала мне в руки инструмент для побега.
Неужели достаточно положить жемчужину в рот – и я стану невидимкой?
Верилось с трудом. Пусть я уже несколько месяцев жила в магическом мире, мозг, воспитанный по старым земным правилам, новые условия воспринимал неохотно. Магия всё ещё казалась сказкой. Чудом. Пусть эти чудеса и окружали меня с утра до вечера. А некоторые я даже творила сама.
– Инна! – знакомый голос заставил меня вздрогнуть.
Я судорожно завернула жемчужинку в обёртку и запихнула свёрток обратно в рукав.
– Инна, ты здесь?! – Ниаррэ помолчала некоторое время, стоя под дверью кабинки, а потом весело крикнула: – Здесь! Я вижу твоего надзирателя.
– Здесь, здесь, сейчас выйду, – пробурчала я, намеренно медля, прежде чем открыть дверь. – Чего тебе?
Я нервничала, едва не застигнутая на месте преступления, поэтому вела себя более грубо, чем собиралась.
Несмотря на то, что мы с нимфой дружили, я не решилась рассказать ей о произошедшем. Не до конца доверяла. От этого чувствовала себя неловко, но всё равно продолжала молчать. И, забывшись, нервно затеребила свёрток сквозь рукав.
– Что там у тебя? – в глазах Ниаррэ зажглось любопытство.
– Шов натирает, чешется, – соврала, ощущая, как заливаюсь краской стыда.
К счастью, Ниаррэ ничего не заметила. Она только кивнула, показывая, что принимает это объяснение. А потом быстро затараторила, вспомнив, зачем искала меня:
– Тар Дрохевайн просил передать, чтобы ты шла к нему на занятия.
– А почему к нему? – удивилась я, бросая взгляд на молчащего Теслу.
Предыдущие дни принц занимался со мной по всем предметам, я не ходила на общие занятия. Только на физкультуру.
Интересно, что изменилось теперь? Может, Хорген решил, что хватит с меня и прогулки?
Эх, надо было спросить! Но увлечённая тайным посланием, я думала только о том, как быстрее отделаться от мага! Слишком хотелось остаться одной и получше рассмотреть то, что скрывалось у меня в рукаве.
– Дора Хоргена срочно вызвали во дворец, поэтому ты будешь заниматься с ифриссами, – продолжала тараторить Ниаррэ.
А мне он ничего не сказал. Видимо, не посчитал нужным.
Что ж, поставим еще один жирный минус в виртуальной графе его обаяния и привлекательности. Нет, не быть ему моим мужем. Хоть бы что там пророчила мара Таира.
Мои мысли прервал Тесла. Он замигал красным, сообщая, что пришло уведомление. Я скользнула взглядом по строчкам.
Ну так и есть – история. Наконец-то дошло. Всё у них тут не по-человечески.
Спасибо тебе, Килайя, за возможность сбежать!
Я сжала под рукавом волшебную горошину. На душе стало чуть легче от мысли, что появился ещё один выход, кроме тех, которые навязывают заносчивые тары.
– Обедать идем? – поинтересовалась нимфа.
– Иди одна, – я покачала головой.
Есть после кафе ещё не хотелось, до ужина вполне потерплю. А вот нежданный подарок обязательно нужно припрятать получше.
– Тогда встретимся за ужином, – попрощалась Ниаррэ и убежала в столовую.
Я даже не заметила, как она ушла. Думала, где же мне спрятать жемчужину так, чтобы никто её не нашёл?
Первую мысль – прикопать где-нибудь в парке, пока все на обеде, и никто не увидит – я отмела. Мало ли, что может случиться – пойдёт дождь, бумажка размокнет, а жемчужинка слишком маленькая. Вдруг она тоже размокнет? Или потеряется в земле, и я её больше никогда не найду. Прощай тогда мой единственный шанс на побег.
Значит, нужно прятать в комнате. Их вроде бы не обыскивают. По крайней мере, я ни разу не замечала, чтобы вещи были сдвинуты с места или перевёрнуты. Да и зачем наставникам шариться по нашим комнатам? Тары слишком уверены в крепости выстроенной системы. К тому же шары-надсмотрщики сопровождают нас весь день. Поэтому я и считала Теслу главным шпионом ректора. Пусть и не добровольным.
Сейчас я вернусь в комнату. Припрячу подарок. А потом буду вести себя как обычно. Никому не стану рассказывать о жемчужине, и тогда никто о ней не узнает.
Я воровато оглянулась по сторонам. Через рукав сжала пальцами свёрток, убедилась, что он на месте, выскользнула из уборной и зашагала к общежитию.
Подходящее место нашлось почти сразу. В прихожей нашей с Элианой квартирки были встроенные полки с раздвижными дверцами. Сильфа сразу сказала, что мои – три нижние, а её – верхние. На самой нижней полке отходила внутренняя боковая панель, и как-то, пытаясь поправить, я случайно отломала ее. Так и обнаружила, что в стене есть небольшое углубление, примерно с мой кулак.
Там спрячу горошину.
Дело осталось за малым – нужно убрать свидетеля. Я посмотрела на Теслу, мерно попискивающего под потолком. Это он так напоминал, что время до начала занятий ещё есть, но его остаётся все меньше.
– И что же мне с тобой делать? – я задумчиво потёрла подбородок. Была одна мысль, но поступать так с элементалем, который стал мне почти другом, не хотелось.
Впрочем, ступив на скользкую дорожку, остановиться уже трудно: сначала Ниаррэ обманула, теперь Теслу собираюсь обидеть. Практически становлюсь падшей женщиной.
Войдя в свою комнату, я сделала вид, что собираюсь прилечь на кровать. Дождалась, когда возмущённый Тесла с гневным красным сигналом приблизится ко мне. А затем быстро схватила его и сунула под одеяло.
Писк стал громче.
Я испугалась, что шарик вырвется из ловушки. Не мешкая, завернула его в одеяло несколько раз, запихнула в шкаф, захлопнула дверцу и бросилась обратно в прихожую. По пути не забыв захлопнуть дверь в комнату.
Мне и надо всего пару минут!
Не знаю, использовали ли прежде это место как тайник, но, положив туда свой свёрток и ставя панель обратно, я чувствовала себя двойным агентом на опасном задании.
Тесла что-то громко и возмущённо верещал. Я едва спрятала горошину вместе с запиской и прикрыла раздвижную дверцу, как почувствовала запах гари.
Обернувшись, потрясенно уставилась на дверь своей комнаты.
Там, прямо у меня на глазах, быстро разрасталось круглое черное пятно. Во все стороны валил дым. Пятно увеличивалось и обугливалось по краям, пока не стало сквозным. А через секунду в дырку прорвался Тесла и начал наворачивать надо мной круги, вопя как разбуженная летучая мышь.
Ну всё, я пропала. Он уже наверняка послал сигнал ректору или ещё кому, кто приглядывает за моим поведением. Мне конец.
Я только и сумела, что отползти к другой стене, чтобы мой тайник не обнаружили. Тесла так пищал, что мне пришлось закрыть уши и втянуть голову в плечи, ожидая кары небесной. Кажется, элементаль был по-настоящему разъярён.
Наконец он затих и завис надо мной немым укором.
Я осторожно вытянула голову из плеч и осмотрелась.
Ни ректор, ни кто-либо ещё так и не появился. Это меня безумно обрадовало.
– Ты никому не доложил? – удивленно взглянула на шарик.
Тесла снова запищал, но уже не так интенсивно.
– Прости, это вышло случайно, – повинилась я, делая скорбное лицо, и тут же пошла в атаку: – А ты зачем дырку прожег?
Зашедшая в квартиру сильфа с удивлением оглядела представшую перед ней картину разрухи: сидящую на полу меня, зависшего надо мной Теслу, обугленную дырку в верхней части моей двери ровно с него диаметром.
Равнодушно кинула:
– Развлекаетесь? – после чего спокойно прошла в свою комнату и закрыла дверь.
Я хмыкнула. Мне бы такое умение держать лицо.
А потом поднялась и отправилась в свою комнату, наполненную дымом и гарью. Открыла настежь окно, чтобы хоть немного проветрить.
– Ну ты крут, чувак, не ожидала, – приговаривала, вытаскивая из пострадавшего шкафа тлеющее одеяло.
Да, дверца шкафа тоже украсилась пропаленной дыркой. Тесла не мелочился. А в одеяле оказалось аж восемь дыр.
Я затоптала остатки огня и запихнула одеяло, вернее, то, что от него осталось, в короб для грязного белья. Госпожа Биргенам разберется, что с этим делать.
А сама отправилась на занятия.
Тесла летел над моим плечом и выглядел весьма довольным жизнью, если так можно сказать про шарик. Но я нутром чуяла, как он гордо пыжится. И это еще раз убедило меня, что элементаль, заключенный внутри сферы, обладает собственными чувствами.
Наконец, мы вошли в аудиторию. Все головы в энненах одновременно повернулись к двери. Разговоры, которыми ифриссы развлекали себя в ожидании тара Дрохевайна, мгновенно стихли.
– Смотри-ка, припёрлось её будущее величество, – бросил кто-то ехидно с задних рядов.
– Может, она достанется верховному магу, – хихикнул другой голос.
– И как тогда её называть?
– Ваше магичество?
Воздух наполнился неприязненными смешками. Едкими и завистливыми.
Я решила не обращать внимание на враждебные взгляды, обжигающие даже из-под вуалей.
Прежде ифриссы относились ко мне с лёгкой прохладцей и снисходительностью. Но, после того как я перешла на индивидуальные занятия, отношение изменилось.
К счастью, не у всех.
Намааси, почувствовав напряжение, помахала мне рукой. Я с некоторым облегчением села рядом с ней. Хоть кто-то не завидовал моему привилегированному положению. Ведь никто из ифрисс, с детства готовящихся стать лейвами, не поверит, что мне даром не сдались ни принц, ни верховный маг.
– Не обращай на них внимание, – тихо посоветовала Намааси.
Угу, постараюсь. Сделать-то я всё равно ничего не могу.
– Добрый день, лейвы, – тар Дрохевайн привычно размашистой походкой вошёл в помещение.
Рядом тихо вздохнула подруга. Я перевела на нее недоуменный взгляд. Впрочем, она этого даже не заметила. Сама Намааси с тоской смотрела на преподавателя.
Тар не обратил на нее никакого внимания. Он оглядел нас всех, будто пересчитал по головам, затем заглянул в свою папку.
– Сегодня у нас с вами небольшой опрос по истории Арбадона. В частности по тем временам, которые называют Великим Раздором.
Тут его взгляд уперся в меня.
– Лейва Инна, рад, что вы заглянули. Продемонстрируйте нам свои знания.
Глава 6
Были у меня смутные сомнения, что никакого опроса не существовало и в помине. Это он его прямо на ходу придумал из тайной нелюбви ко мне. Но делать нечего, пришлось отвечать.
Впрочем, если тар Дрохевайн и думал застать меня врасплох, то ошибся. Тему я знала. Даром, что ли, принц Рандир занимался со мной две недели?
По мере того как я отвечала, глаза Дрохевайна расширялись все больше и больше. А под конец он не выдержал и признал:
– Вы меня приятно удивили сегодня, лейва Инна.
А уж как мне приятно-то! Да, к вечеру жизнь определенно становится лучше.
В общем, я почти успокоилась. То, что теперь у меня в руках есть ключ к бегству – весьма окрыляло. Так что я решила пока не дергаться, тщательно осмотреться, а заодно понаблюдать за восточными воротами, через которые меня вывел Хорген.
Утром я не заметила там никакой охраны. Но это не значит, что ее нет. Скорее всего стражники либо шифруются, либо не стоят на одном месте. Это все нужно выяснить. А еще хорошенько подготовиться к побегу. Иначе невидимую или нет, но меня поймают и снова вернут назад. Только на этот раз вряд ли ректор Делианарис будет таким любезным, как прежде. Да и принц с верховным магом тоже.
В этот раз медитировать мне пришлось одной. Хорген так и не вернулся, предоставив мне, видимо, самообразовываться. Но я не стала расстраиваться, а честно потратила два часа в зале медитаций на составление плана побега.
Пункт первый: мне нужно раздобыть карту города и близлежащей местности. Желательно подробную. С разными тайными тропами через болота. А то не больно-то хочется закончить дни в желудке у одного из гоблинов, о которых упоминал Делианарис.
Пункт второй: мне нужно собрать в дорогу еды. Хотя бы воду и хлеб. Потому что на голодный желудок я точно не убегу далеко. А денег у меня нет, да и если бы они были – вряд ли стоит лишний раз светиться в придорожных трактирах.
А из этого вытекает пункт третий: придумать, где и как ночевать. Под открытым небом на голой земле не очень-то хочется…
Пункт четвертый: охрана! Скорее всего, бежать нужно ночью. Так что ближайшие ночи я потрачу на слежку за караульными у восточных ворот.
И наконец, пункт пятый. Самый важный и почти невыполнимый. Я должна найти способ избавиться от Теслы!
Хочется верить, что шарик не предаст меня, но логика – упрямая штука.
Теслу выдал мне ректор. Значит, ректор может им управлять. Вероятно, элементаль может действовать самостоятельно, но это, пока не случилось внештатной ситуации. А то, что он никого не позвал, когда я его в одеяло замотала и заперла в шкафу – так, вероятно, не я первая пыталась проделать такое со своим надсмотрщиком.
В общем, от Теслы нужно избавиться. Нельзя, чтобы он таскался за мной. Нельзя рисковать единственным шансом!
В общем, в тот день я загрузилась по полной. А едва настал вечер – и вовсе покой потеряла. Уж очень хотелось проверить горошину в деле, я даже придумала как.
В квартире шарик обычно не летал за мной как перепуганная наседка, а спокойно висел себе в спальне под потолком. Так что после того, как Эли приняла душ, я сделала вид, что вожусь возле полок. Там, где была спрятана горошина. При этом закрыла Тесле обзор собственной спиной. А сама ловко вытащила жемчужину вместе с полотенцем. И, едва не насвистывая от предвкушения, юркнула в ванную.
Там тщательно закрылась. Хотя, если вспомнить, как легко Тесла прожег дубовую дверь, то все эти щеколды для него – детский лепет. Потом включила воду. Создала, так сказать, атмосферу. Встала перед зеркалом и засунула горошину в рот.
Эффект превзошел все ожидания.
Я начала растворяться. Самым натуральным образом. С каждым вздохом, каждым ударом сердца становилась все прозрачнее и прозрачнее.
Последними исчезли глаза. И это было невероятное зрелище!
– Ого! – выдохнула, не в силах поверить в увиденное.
И тут же действие горошины прекратилось. Обратно я вернулась резко и вся целиком.
Точно, в записке ведь было предупреждение, что нужно молчать!
Несколько минут я продолжала держать горошину во рту и молча глазеть на свое отражение. А вода все текла. Но эффекта невидимости не наступало.
Может, я сломала ее? Или артефакт одноразовый?
От этой мысли даже сердце испуганно застучало.
В общем, я выплюнула горошину, положила на край полки под зеркалом и решила пока спокойно вымыться, а заодно и подумать, как украсть из столовой еду. Это тоже была проблема.
Двадцать минут спустя я, намытая до скрипа, снова сунула горошину в рот и застыла, молясь на чудо. Чудо случилось. Мое тело начало исчезать. Так же медленно, как и в первый раз.
Ага, значит, невидимость наступает не мгновенно. Это надо учесть.
Интересно, почему артефакт не сработал в прошлый раз?
Я вытащила горошину, покрутила в пальцах, вернула на место – и не исчезла.
Хм… Значит, есть какой-то ограничитель.
Только какой?
Может, все дело во времени?
В общем, еще час я игралась, пытаясь понять, как работает эта штука. Опытным путем выяснила, что дело не во временном промежутке, а во влаге. Горошина должна быть сухой! Вот почему она не сработала во второй раз. Зато в третий, когда обсохла на полочке, все получилось.
Дальнейшие эксперименты показали, что исчезаю не только я, но и одежда на мне или предметы, которые держу в руках. Отлично! Это существенно облегчает мне дело!
За такой подарок я уже готова была сама бежать в то кафе, чтобы расцеловать Килайю. Знала бы она, как я нуждалась в подобной штуке! А может, и знала?
Глубокой ночью, когда в комнате стояла кромешная тьма, а Тесла мирно дремал под потолком, я снова сунула горошину в рот. Отсчитала положенные десять секунд – именно столько требовалось для полного эффекта невидимости – бесшумно поднялась с кровати и вышла из комнаты.
Одеваться не стала. Закуталась в одеяло. Потому что боялась разбудить Теслу лишними шорохами. У двери квартиры застыла, раздумывая, как бесшумно открыть замок.
Поняла, что никак. Эх, ну почему эта горошина может сделать меня невидимой, но не может сделать бесплотной?
Только подумала так – и моя рука провалилась сквозь дерево.
Ой…
Я едва не вскрикнула от неожиданности. Если бы издала хоть звук – все, прощай конспирация! Но мне повезло. Успела прикусить язык. А потом осторожненько просочилась сквозь дверь. Прямо с одеялом.
Еле сдерживая радостный смех, я скатилась по лестнице до первого этажа. А потом даже не стала топать на выход. Просто подошла к ближайшей стене, приложила ладонь и подумала, что хочу оказаться с другой стороны.
Мое желание тут же исполнилось.
Вдохнув прохладный ночной воздух, я на секунду задумалась. А затем бодрой рысью направилась к восточным воротам.
Надо ли говорить, что ночь прошла плодотворно? Моего исчезновения из комнаты и такого же таинственного возвращения никто не заметил. По крайней мере, ни Тесла, ни Элиана не поджидали меня, когда я вернулась.
Зато утром, когда мой персональный мучитель начал трезвонить, я не могла проснуться.
– Отстань, – проканючила, запуская в него подушкой.
Тесла возмущенно стрельнул в меня током.
– Ах, ты еще и кусаться?! – я со злостью вскочила.
– Инна, – заговорил шар голосом Хоргена, – через пять минут жду тебя в аудитории.
– Что? – уставилась возмущенно на шар. – Даже позавтракать мне не дадут?
Тот пискнул и продемонстрировал циферблат.
Я на секунду оторопела. Судя по времени, завтрак уже прошел!
– Почему раньше не разбудил? – набросилась я на Теслу, одновременно одеваясь так быстро, как никогда. – А Элиана что, ушла уже?
Ну да, дверь в комнату сильфы была плотно прикрыта.
Похоже, сегодня придется обойтись без завтрака. Ну ничего, если “кандидат в женихи номер два” снова повезет меня в ресторан, то на этот раз я зевать не стану. Наберу себе побольше деликатесов!
***
Нет, в ресторан меня в тот день не повезли. И на следующий тоже. А жаль.
Зато Хорген основательно взялся за мое обучение. Очень скоро я поняла, что он не зря занимает должность верховного мага. Он единственный сообразил, что к моему дару нужен нестандартный подход. И уже на втором уроке продемонстрировал это.
Правда, с поцелуями больше не лез. Вел себя сдержанно, только все время странно косил глазами, будто хотел свести их в одну точку и что-то на мне рассмотреть.
Не выдержав, я спросила, что же он так настойчиво ищет?
– Метку, – буркнул дор Хорген и тут же спохватился: – Так, Инна, не отвлекайся! Сосредоточься на своем источнике. Подумай, чего бы тебе хотелось прямо сейчас? Представь конкретный предмет и пожелай его!
Мы сидели друг против друга в позе лягушки на полу в зале для медитаций. Хорген держал в руках мои сложенные лодочкой ладони. Я зажмурилась, пытаясь представить, чего же хочу. Но мысли были совсем о другом.
Метка. Маг уже второй раз говорит про нее. Думает, это принц меня как-то пометил? Что ж, с его высочества станется забронировать себе нужную лейву. Но все же не думаю, что это он. Здесь дело в другом…
Что-то кольнуло в ладони. Я вскрикнула, выпадая из транса. А из моих рук выпорхнула белая птичка. Она рванула под потолок, ударилась о него и камнем свалилась вниз. Но не долетела до пола – растаяла.
– И что это было? – ошарашенно пискнула я.
– Материализация живого существа, – Хорген смотрел на меня как на диковинку. – Только неполная.
Потом бесцеремонно задрал мои рукава и внимательно изучил браслеты. Я слышала, как он бормотал:
– Неужели сломались? Да быть того не может…
Так пролетела неделя.
Днем я занималась с Хоргеном, а по ночам, став невидимкой, обыскивала Академию. Уже через пару ночей выяснила, что не все стены и двери меня пропускают, а только те, на которых нет охранных заклинаний, наложенных тарами или самим ректором. Поэтому мне не удалось пробраться в кабинет Делианариса.
Да, каюсь, первым делом пыталась вломилась туда.
Зато вход в кладовую оказался свободен. И я даже приметила, что захвачу с собой в дорогу. Заранее брать продукты не стала, мало ли, вдруг заметят пропажу? Да мне и прятать их негде.
В свободные от уроков часы я несколько раз заглянула в библиотеку. Искала карту, но кроме общих очертаний материков и стран с точками городов и нитками рек ничего не нашла.
Именно отсутствие карты тормозило мой побег. У меня хватило мозгов сообразить, что бежать в никуда на вражеской территории – однозначный провал. Нет, я не собиралась терять единственный шанс из-за спешки! Все нужно делать с умом.
Думай, Инна, думай, у кого может быть карта?
Логика подсказывала: у Ардена. У охотника наверняка есть какая-то схема болот.
Да только встречаться с ним лишний раз не хотелось. Я и так с трудом заставляла себя ходить к нему на уроки, единственные, которые не взяли на себя ни принц, ни верховный маг. А довольное лицо Фьерны и тот поцелуй до сих пор стояли у меня перед глазами.
В общем, пришел последний учебный день перед выходным, а я все еще была в Академии. И не продвинулась ни на шаг в своем бегстве.
Еще и не выспалась. Потому что опять всю ночь рыскала по учебным классам, ища чертову карту. Ну должна ведь она где-то быть? Хоть одна! Хоть самая плохонькая! Но чтобы на ней была Академия, город и окрестные болота.
Так и вошла в класс, позевывая во весь рот. И застыла. Потому что там были двое: верховный маг и сам принц. Они стояли у окна, не обращая ни малейшего внимания на мое вторжения. И о чем-то яростно спорили.
Воздух вокруг мужчин вибрировал от злости и напряжения.
Глава 7
– Ты не понимаешь, это щелчок нам по носу! Его увели перед самой казнью! – Рандир ударил ладонью по подоконнику.
– Я всё понимаю, ваше высочество, – сквозь зубы ответил Хорген. Его явно раздражало присутствие принца. – Но это не моя вина. Мои люди сделали всё возможное для охраны преступника…
– Значит, не всё! – Рандир перебил мага.
Лицо Хоргена вспыхнуло от гнева, но он не посмел поставить на место наглого юнца, которым явно считал наследника трона.
“Неладно что-то в датском королевстве”, – я быстро выскочила назад в коридор. Уж слишком искрит воздух между мужчинами. Будто они еле сдерживаются и вот-вот бросятся друг на друга с кулаками.
Но далеко не ушла. Осталась за приоткрытой дверью, навострив уши и прижавшись глазом к щели между дверными петлями. Оттуда открывался хороший обзор на спорщиков.
Не хотелось, чтобы меня обнаружили раньше, чем дослушаю разговор. Уж очень любопытно, о каком преступнике идёт речь. В последнее время я стала сочувствовать местным приговоренным.
– Они набирают силу, – заговорил Хорген после паузы. Судя по тону, он с трудом сохранял спокойствие. – Им помогает кто-то из высшей знати. Может, даже из самого дворца или Ковена.
– Так выясните, кто этот предатель! Вместо того чтобы просиживать штаны в Академии!
Этого верховный маг спустить уже не смог.
– Смею заметить, что ваше высочество тоже просиживает здесь штаны, – едко ответил он, – вместо того, чтобы заниматься государственными делами.
Ситуация накалялась. Оба соперника прожигали друг друга неприязненными взглядами. Я уже не на шутку забеспокоилась, как бы уважаемые господа не устроили здесь потасовку. Но над моей головой противно запищал Тесла. Это был сигнал к началу занятия.
Мысленно чертыхаясь, я погрозила ему кулаком. Но он запищал еще громче.
Рандир вышел из аудитории и увидел меня, сжавшуюся за дверью. Неодобрительно цокнул языком, но, к счастью, никак не прокомментировал. Ушёл, раздражённо стуча каблуками по каменным плитам.
– И много услышала? – над моей головой прозвучал голос Хоргена.
Маг тоже вышел из аудитории и теперь смотрел на меня тем же неодобрительным взглядом, что и принц. Только цокать не стал. Вместо этого сложил руки на груди, всем видом показывая, что ждет ответа.
Я уже собиралась смутиться и изобразить раскаяние, а потом подумала – с чего бы это? Информации меня лишают, вот и добываю её доступными способами. Как умею.
Поэтому я тоже скрестила руки на груди, похлопала ресничками и невинно спросила:
– А какого преступника выкрали перед самой казнью? Не того ли, которого мы с вами встретили в городе?
Хорген помрачнел. В тишине коридора прозвучал отчетливый скрип его зубов.
Но всё же владел собой верховный маг превосходно. Его истинные эмоции отражались на лице всего долю секунды. Затем он натянул на себя маску строгого равнодушия и бросил:
– Лейву государственные дела не должны интересовать.
Я дёрнулась как от пощёчины.
А Хорген просто вернулся в аудиторию, жестом пригласив меня следовать за собой.
Больше мы к этой теме не возвращались. Я злилась, но не стала усугублять. Побоялась спорить с магом накануне побега. А то, что побег состоится, и уже скоро, у меня не осталось ни малейших сомнений.
Сам верховный маг предпочёл вернуться к окну. Постоял, глядя куда-то в дальние дали, а потом спросил:
– Ты выполнила домашнее задание?
Он повернулся ко мне, цепко подмечая мою растерянность и судорожные попытки вспомнить, о каком задании идёт речь.
Все последние дни и ночи я провела в подготовке к побегу. И если бы сейчас на месте Хоргена был ректор Делианарис, он без труда сумел прочитать бегающие, словно водомерки, по самой поверхности мысли.
И это меня испугало.
Я попыталась взять себя в руки, отвлечься от опасных мыслей.
Не знаю, что грозит лейвам, решившим сбежать, но вряд ли что-то хорошее. С недовольными местные законы обходятся без всякой жалости. Избитое и измождённое лицо несчастного пленника как живое всплыло перед глазами, напоминая, что меня ждет, если побег провалится.
– Так что с домашним заданием? – Хорген начал проявлять признаки нетерпения.
Я заставила себя сосредоточиться. Приструнила мысли, не позволяя им вспархивать испуганными птицами и бестолково носиться в голове, грозя выдать меня с потрохами. Вдруг ректор в этот момент прогуливается где-то поблизости?
Так, домашнее задание, домашнее задание…
Точно!
– Вы велели хорошенько подумать, с каким животным я чувствую духовное и энергетическое единение, – протараторила, почти дословно цитируя Хоргена.
– Совершенно верно, – тот изволил слегка улыбнуться и приподнять бровь: – И с каким же?
– С котёнком! – без запинки ответила я, вспомнив, как папа принёс домой нашего толстого, холёного полосатого кота Бублика.
Точнее это он потом стал толстым и холёным, а сначала представлял собой мокрый и дрожащий комочек свалявшейся шерсти. Мы с братом под руководством бабушки его накормили, укутали в одеяльце, отобранное у куклы Маши вместе с кроваткой. С этой же Машей год спустя Бублик начал творить всякие непотребства, пока мама не отнесла его к ветеринару.
– Котёнка? – слегка разочарованный голос мага вернул меня из воспоминаний. – Я ожидал чего-то более… оригинального.
Теперь уже пришла моя очередь удивляться.
– Я должна была решить, какое животное мне хочется видеть рядом? – изобразив непонимание, развела руками и тут же мстительно добавила: – Или вам? Так только скажите: я назову, кого вам захочется.
Хорген снова скрипнул зубами и метнул в меня молнию из глаз. Молния не долетела, растворившись в моей наивности и безмятежных взмахах ресницами.
А вот нечего!
– Ладно, котёнок, так котёнок, – согласился он и сердито добавил: – Хоть цверг!
Не знаю, что это за зверь, но интуиция подсказывала: вряд ли речь идет о симпатичном цвергпинчере, живущем в нашем доме этажом выше.
– Подойди ко мне! – скомандовал маг.
Я послушалась, но остановилась в трёх шагах от него. На всякий случай.
– Помнишь формулу материализации? – спросил Хорген, никак не прокомментировав мою осторожность. – Мы проходили ее на предыдущем уроке.
– Да.
Не знаю, почему они называют формулой последовательность действий “сядь в позу лягушки – согни пальцы так, как они не сгибаются – сосредоточься на своем источнике”.
Источника у себя внутри я так и не нашла за всё время занятий, вместо него ощущая тепло в грудной клетке. Но задания выполнялись, поэтому решила не заморачиваться – стержень, клубок, точка, источник. Главное, что моя магия работает. Правда, не всегда так, как от неё ожидается.
– Сейчас ты используешь формулу материализации, добавишь в неё образ котёнка. Прибавишь своё желание, чтобы он впитал часть твоей магии и явился служить тебе. Тогда, с птицей, ты немного не дотянула.
– Как служить? – удивилась я, вычленив ключевое, на мой взгляд, слово.
Бублик никогда не служил, только требовал. Сначала громким писком, а потом и пуская в ход когти. И, надо сказать, наш кот всегда добивался своего.
– Я учу тебя создавать фамильяра, – на остатках терпения пояснил Хорген. – Это будет твой личный защитник, помощник, а заодно и передвижной накопитель магической энергии. Ты сможешь сбрасывать в него лишнюю силу, как деньги в сундук. Понимаешь? Он будет носить её в себе, сколько потребуется. А затем, если вдруг возникнет необходимость, ты заберешь её обратно. Например, в бою, чтоб подпитать мужа. Или вылечить его, если он ранен. Понятно?
Да, объяснял дор Хорген понятно, но мне не нравилось, что вся учёба в конечном итоге сводилась к потребностям гипотетического мужа. Хотя мысль завести волшебного котика пришлась мне по вкусу.
– А он сможет разговаривать? – дефицит общения с кем-то близким заставлял желать невозможного.
Но, к моему удивлению, Хорген кивнул.
– Если ты наделишь его даром речи. Твой фамильяр будет именно таким, как ты захочешь. Ведь это материализация внутренней потребности в защите. Скажем так, это дух, который услышит твой зов и добровольно откликнется на него. А ты придашь ему форму и наделишь нужными полномочиями.
Вот это здорово!
Мой собственный говорящий котик!
– Я готова! – заявила, принимая позу лягушки.
– Пятая арна, седьмая, пятнадцатая! – скомандовал маг.
Я быстро проделала пальцами нужные манипуляции. Хорошо, что за время тренировок они стали гнуться почти во все стороны. Затем, разведя локти в стороны, уперла кулак левой руки в ладонь правой. Закрыла глаза. Отринула окружающий мир. Нащупала тёплый клубочек в груди.
– Образ! – отрывистыми фразами направлял меня Хорген. – Потребность. Желание!
Я добросовестно пыталась вызвать образ маленького дрожащего котёнка, но неожиданно все мысли вытеснил Арден. Такой, каким я его увидела на берегу: обнаженный, стоящий на четвереньках, силящийся обратиться.
Обычно с ним я чувствовала себя защищённой, но в тот момент он сам нуждался в защите.
– Сила. Вливай! – голос Хоргена ввинтился в мой разум.
Я машинально подчинилась.
– Материализация!
Магия хлынула неудержимым потоком, выбрасывая сформировавшийся образ в реальность.
Ох, мамочки, кажется, это совсем не котенок! Что же у меня получилось?
– Какого цверга?! – прозвучало рычание.
Такое злобное, что я втянула голову в плечи.
Открывать глаза и встречаться с тем, кто наколдовался, совсем не хотелось. Наоборот, хотелось исчезнуть.
– Зачем ты призвала оборотня? – раздался недоуменный вопль Хоргена.
Кого я призвала? Какого оборотня?
Глаза открылись сами собой.
Передо мной, нос к носу стоял мохнатый чёрный волк и скалил огромные белые зубы. Кажется, он собирался меня сожрать!
– Мамочка, – я в ужасе вытаращилась на него.
– Дур-ра! – взвыл волк совсем по-человечески.
А я, вместо того чтобы обрадоваться – мой фамильяр разговаривает, как и было задумано – обиделась. Чего это он обзывается?
– Сам дурак! – бросила ему. А потом, надувшись, добавила: – Ты вообще-то мой фамильяр! Должен мне служить, а не обзываться!
– Р-р-идиотка! – волк, похоже, был другого мнения. – Кто позволил тебе колдовать?
Он даже не двинулся с места. Так и продолжал нависать надо мной, сидящей перед ним на полу.
– Отпусти его, – подал голос дор Хорген.
Все это время он так усиленно прижимался к окну, словно хотел выйти из него спиной вперёд.
– Как отпустить? – непонимающе заморгала. – Я ведь его не держу.
– Ты его призвала, теперь отпусти. Он не может уйти без твоего разрешения, – пояснил маг немного дрожащим голосом.
– Р-развоплоти! – рыкнул волк. – Быстр-ро!
Это он что, еще и приказывать будет?
Я решила, что сейчас прекрасный момент, чтобы объяснить ему, кто из нас кто.
– Пойдём-ка выйдем, дружочек, – сказала, поднимаясь на ноги.
Страх прошел, будто его и не было. Отряхнула юбку, а потом абсолютно спокойно ухватила волка за шкирку и потянула к двери.
За спиной тихо ахнул верховный маг.
– Сейчас вернусь! – крикнула ему, не оборачиваясь, и потащила зверя прочь из аудитории.
В коридоре, закрыв за собой двери и убедившись, что поблизости никого нет, отпустила шкуру волка. Встала перед ним, уперев руки в бока.
– Вот что я хочу тебе сказать, зверюга, ты – фамильяр, ты должен служить хозяину…
– У меня нет хозяина! – зарычал волк, сверкая глазами.
Причем довольно знакомыми.
– Как нет? А я?
– Дур-ра! – взвыл волк.
– Вот и поговорили…
Какой-то неправильный у меня фамильяр. Только и может, что обзываться.
Я глубоко вздохнула, набирая побольше воздуха, чтобы высказать этому грубияну всё, что о нём думаю. И вдруг заметила, что волк ко мне принюхивается. Нос активно двигался, громко вдыхая и выдыхая воздух. Я тоже к себе незаметно принюхалась – ничего особенно, запах как запах.
– Что это ты вынюхиваешь? – спросила с раздражением. – Если это намёк, то он оскорбителен.
– Откуда на тебе метка обор-ротня?
Волк сделал шаг ко мне, продолжая принюхиваться. Затем ещё шаг и ещё, пока не приблизился почти вплотную.
– Какая ещё метка?! – я повысила голос.
Всё происходящее было уже далеко за гранью адекватности.
Волк зарычал и вдруг, резко подавшись вперёд, схватил зубами мою руку. Точнее это мне сперва с испугу так показалось. Но зубы ухватили только рукав платья в изгибе локтя.
Волк рванул, кусок ткани с треском оторвался. А на моей коже ровно в том месте, где обычно берут кровь из вены, темнело пятно в виде волчьей головы.
– Это еще что такое? – удивилась я.
Ещё утром этого пятна точно не было!
– Метка суженой обор-ротня, – тихо проворчал волк.
А затем, издав невнятный рык, вдруг выгнулся дугой. В этом рыке прозвучало столько боли, что у меня сжалось сердце. Но дальше вообще начало твориться что-то пугающее.
Волка корёжило и выворачивало наизнанку. Хрустели кости, рвались мышцы и сухожилия. Через всё моё сочувствие пробралась мысль, что меня сейчас вырвет. Я поспешно отвернулась к окну, но через несколько мгновений посмотрела через плечо. И застыла с открытым ртом.
Посреди пустого (к счастью!) коридора, в нескольких шагах от меня на коленях, упершись руками в пол, стоял Арден.
В чём мать родила.
Глава 8
Кажется, в тот момент я забыла, что нужно дышать.
Оцепенев, машинально прошлась взглядом по фигуре оборотня, оценила напряжённые мышцы предплечий, поджарые ягодицы и кубики на животе. Да и другие достоинства тоже успела разглядеть, прежде чем встретиться с взглядом Ардена. Очень-очень злым взглядом.
И кажется, злым на меня.
Тар Лунара поднялся на ноги и встал передо мной без капли смущения. Его руки сжались в кулаки.
Я съёжилась, ожидая самого худшего.
Но лицо Ардена вдруг изменилось, замкнулось. Непроницаемый взгляд уперся мне за спину.
А затем я услышала голос:
– Интересно, что здесь происходит?
И оглянулась.
Чуть дальше по коридору, сложив руки на груди, стоял ректор Делианарис. Он переводил взгляд с голого Ардена на меня, и этот взгляд не обещал ничего хорошего.
– Я… Он… – заблеяла, внезапно теряясь.
– Господин ректор, – за моей спиной раздался голос верховного мага, – позвольте все объяснить…
– Простите, господин Делианарис, – перебил Арден, отступая в тень. – Это моя вина. Позвольте мне удалиться.
– В таком виде пойдете по Академии? – хмыкнул ректор. – Может, снова обернетесь?
Я почувствовала исходящее от Ардена напряжение. И хотя его лицо сейчас оказалось в тени, но голос выдал чувства: смесь беспомощности, отчаяния и гнева.
– Не могу! – прозвучал сиплый вздох.
– Ладно, сделаю вам отвод глаз.
Ректор крутанул пальцем в воздухе. Невесомая серая дымка накрыла оборотня. Тот глухо сказал “спасибо” и быстро исчез за углом.
А я осталась в коридоре между Хоргеном, недовольно пыхтящим у меня за спиной, и медленно закипающим Делианарисом.
– Лейва Инна, немедленно ко мне в кабинет! – рявкнул ректор.
Я дернулась от неожиданности.
– Господин… – попытался вмешаться маг.
– А с вами, дор Хорген, я потом разберусь!
Вот так я снова оказалась “на ковре” в кабинете ректора. Тут с прошлого раза ничего не изменилось. Разве что теперь Делианарис не сел за стол, а начал нарезать круги вокруг меня. При этом пронзал меня пугающим взглядом и что-то бухтел под нос.
Я же стояла, повинно опустив голову, и прикрывала рукой дырку на рукаве. А в голове крутились мысли о случившемся.
Это что же получается, я вместо фамильяра призвала Ардена? Но ведь он не мог обернуться! И, кстати, по моей вине!
Это же я его так шандарахнула магией, что он утратил связь с внутренним волком. И именно поэтому его отправили в Академию. Помнится, кто-то из девчонок говорил, что неспособный обернуться оборотень не может выслеживать лейв. Я даже радовалась одно время, что Арден больше не выкрадет ни одной девушки из другого мира. Но, когда немного тут обжилась, поняла, что не все девушки против.
В Эльфирии – мире сильфид – или Амисаэрне, где живут ифриссы, девушки были бы только рады попасть в Саартог и стать женой местного мага. Единственной, незаменимой. Связанной с ним не только душой и телом, но даже аурой. В буквальном смысле разделить его жизнь.
А такие, как Арден, охотники – единственный способ для них пересечь пространство между мирами.
Так что спустя время я поняла, что Арден – зло лишь в моих глазах. Для остальных он – спасение и надежда.
Но все же я продолжала на него злиться. Даже не за то, что похитил. А за то, что лишил меня выбора. Ведь это не мой мир, не моя жизнь.
И не хочу я замуж за мага, каким бы распрекрасным он ни был. Вон, что-то ни принц Рандир, ни Хорген Афалеон не вызывают желания стать их женой.
Но как так получилось, что вместо фамильяра я призвала охотника?
Вспомнила ошарашенный и полный бессильной ярости взгляд тара Лунары.
“Откуда на тебе метка оборотня”…
Интересно, о чем это он? И ведь не спросишь теперь. Таким бешеным я его еще не видела.
Вспомнив, как он смотрел на меня, невольно поежилась. Этот жест не укрылся от ректора. Делианарис остановился передо мной, задумчиво потирая подбородок, и вдруг спросил:
– Какие отношения связывают тебя и Лунару?
– А? Что? – вопрос ввел меня в ступор.
– Между вами что-то есть? – он опасно прищурился. – Только не лги.
Я покраснела под вуалью и буркнула:
– Никаких отношений.
– Совсем?
– Ну… сначала я его ненавидела и считала виновником всех моих бед, – призналась нехотя.
– А сейчас?
В животе завязался горячий узел.
Сейчас…
Сейчас обнаженный Арден стоял перед глазами. Прекрасный как Адонис. Но эту картинку сменила другая, как мой охотник целовал свою оборотницу. И меня обдало жаром гнева.
– И сейчас! – на эмоциях резко бросила я.
– Что ж, я не сомневался в твоём здравомыслии, – удовлетворенно кивнул Делианарис. – Присаживайся, нам нужно кое-что обсудить.
И сам сел за стол.
Разговор вышел сложный. Ректор доходчиво объяснил, что случилось. Хотя я и сама уже поняла, что создала проблему. Точнее, каким-то образом вместо духа, который должен стать моим фамильяром, призвала внутреннюю суть Ардена – его волка. Того самого, с которым он из-за меня же утратил связь.
Но это еще цветочки.
А ягодки в том, что теперь этот волк и я связаны узами магии. И эти узы не разорвать, итог материализации не отменить и нового фамильяра не призвать. Все, это пожизненно.
Арден – мой фамильяр.
Какое безумие! Я слушала ректора, а у самой уши пылали. Это точно тар Лунара тихо чехвостил меня на своем языке!
– И что же, теперь он будет появляться всякий раз, как я призову фамильяра? – пискнула я в отчаянии. – Голый?
– Ты же призвала не самого охотника, а его вторую ипостась, – поморщился Делианарис. – Надеюсь, то, что случилось сегодня, всего лишь досадное недоразумение.
– Тоже на это надеюсь…
– Но тебе лучше свести к минимуму контакты с таром Лунарой. Что он у вас ведет? Ах да, физподготовку…
Ректор придвинул к себе тетрадь с расписанием занятий. Я настороженно следила, как он ведет по таблице вниз изящным ногтем.
– Что ж, совсем отменить этот урок нельзя. Придется заменить учителя. Тебе нежелательно с ним встречаться.
– Почему? – глухо спросила я.
Сердце болезненно сжалось.
Какое оно непостоянное! А ведь минуту назад я была уверена, что не хочу видеть Ардена. Но теперь, когда ректор исполнил мое желание, я вдруг передумала. Мысль, что больше не увижу охотника, угнетала меня.
– Нельзя, чтобы ваша связь укрепилась. Все-таки твой фамильяр не только волк, но еще и мужчина. Пока ты не обручишься с избранным магом, лучше держись от тара Лунары подальше. И ему, кстати, тоже не мешает обзавестись женой.
Я совсем скуксилась.
Мысль, что у меня появится муж, который мне совсем не нужен, а у Ардена – жена (наверняка та ненавистная Фьерна!), наводила тоску.
– Пока позанимаешься сама. Все, свободна. И помни, что я сказал.
Делианарис отпустил меня, напоследок легким жестом починив рукав, разорванный зубами оборотня. Выходя из его кабинета, я увидела Хоргена. Тот быстро шагнул ко мне:
– Инна…
– Не сейчас, – отмахнулась, как от назойливой мухи.
Лицо верховного мага покрылось пятнами гнева. Но я не обратила внимания. Погруженная в свои мысли, просто развернулась и пошла прочь.
– Господин верховный маг, – послышался голос ректора. – Прошу, заходите. Надо кое-что обсудить…
***
Весь день я провела как на иголках. Меня отправили на общие занятия, но я мало вникала в лекции и отвечала невпопад. К вечеру не выдержала. Решила, что должна объясниться с Арденом. В конце концов, он должен понять, что я призвала его нечаянно. Не хочу, чтобы он злился на меня.
Хотя, какая мне разница, злится он или нет?
Насупившись, я топталась за приоткрытой дверью столовой. Тары ужинали отдельно от учениц, и сейчас сидели за длинным столом. Арден был среди них. Он не знал, что я подглядываю, а вот я ничего не могла с собой сделать. Мой взгляд как привязанный постоянно возвращался к нему.
Наконец тары поднялись и начали расходиться. Арден пошел на выход одним из первых. Я чудом успела посторониться, когда он резким толчком открыл дверь. Деревянная створка едва не ударила меня в лоб.
– Ты! – процедил, окидывая меня мрачным взглядом.
– Тар Лунара! – я попыталась его задержать.
Но он отшатнулся, как от заразной, обошел по дуге и быстрым шагом направился прочь.
Его фигура пропала в толпе хлынувших из столовой учителей.
Что ж, попробую подловить в другом месте. Наверняка он пошел к себе, в учительский корпус. Я туда не раз пробиралась ночью, зажав под языком горошину-невидимку. Но вламываться в спальни учителей побоялась. Все-таки их защищали охранные чары.
Если Арден успеет дойти до корпуса, пока я его догоню, мне придется вернуться ни с чем. Не хочу, чтобы ректор застукал нас вместе. Его приказ был вполне понятным: держаться подальше от тара Лунары.
Может, ну его?.. Не рисковать…
Нет, я спать не смогу. Мне необходимо поговорить с Арденом! Он должен знать, что я не виновата!
С этими мыслями я бросилась по дорожке. Она вела к учительскому спальному корпусу через парк. Но стоило мне обогнуть пышно разросшийся куст сирени, как пришлось резко затормозить.
Тар Лунара стоял на дорожке, заложив пальцы рук за пояс, и в упор смотрел на меня.
– Лейва Инна, вы меня преследуете? – процедил он сквозь зубы.
– Нет, – пискнула я, растерявшись. Потом добавила: – То есть да. То есть нет. В общем…
– Тебе недостаточно моего сегодняшнего позора? – Арден недобро прищурился.
Я нервно сглотнула.
– Простите. Это вышло нечаянно…
– О чем ты только думала! – рыкнул он, подаваясь вперед.
Его горящий взгляд уперся в мое лицо, обжигая.
– О вас, – чуть не плача, призналась я.
На лице Ардена дернулся мускул.
– А должна была о фамильяре! Это же было заклинание материализации?
– Да. Я честно не хотела, чтобы так вышло…
Чтобы придать словам больше веса, покаянно вздохнула.
Тем временем Арден сделал еще один шаг ко мне. Втянул носом, как тогда, в коридоре. Его ноздри затрепетали, а в глазах замерцали странные искры.
– Метка, – глухо выдохнул оборотень. – Я ее чувствую. Но это невозможно, этого не может быть!
Он был близко. Так близко, что, казалось, если я немного вытяну шею, то коснусь губами его губ.
Двусмысленность этой сцены завораживала меня. Кровь начала шуметь в висках, а сердце забилось с утроенной скоростью. Часто дыша, я привстала на цыпочки. Не в силах отвести глаз от таинственных искр в глазах Ардена, сама потянулась к нему.
Казалось, эти искры притягивают меня как магниты.
Все ближе… и ближе…
Он отпрянул так внезапно, будто боялся испачкаться. Я недоуменно посмотрела ему в лицо. Арден выглядел странно бледным. Точно больной или испуганный.
– Не приближайся ко мне, – раздался его сиплый голос.
Оборотень рваным жестом отер лоб.
От обиды у меня задрожали губы.
– Да что я сделала? Я же извинилась!
– К цвергу твои извинения. Не приближайся, если не хочешь проблем.
– У меня не было бы проблем, если б не ты! – вспылила я.
Вот гад! Сам во всем виноват, а меня обвиняет?
– Жалеешь, что попала сюда? – прищурился он.
– Даже представить не можешь как! До конца своих дней буду жалеть, что в тот вечер повелась на твою смазливую рожу и согласилась потанцевать!
Он побледнел еще больше, но меня уже понесло. Не помня себя от злости, я стиснула кулаки и закричала:
– Никогда не прощу за то, что ты сделал! Знаешь, я даже рада, что теперь твой волк – мой фамильяр. Я буду командовать им, как хочу! Заставлять его прыгать на задних лапках, приносить мне тапки в зубах и…
– Заткнись! – меня оборвал угрожающий рык.
Но вместо того, чтобы благоразумно замолкнуть, я замахнулась.
Слишком много во мне накопилось обиды и злости. Я хотела ударить его. Ударить так больно, как только смогу. Чтобы след от моей ладони горел на его щеке целую вечность.
Удара не получилось.
Арден легко перехватил мою руку. Его пальцы, будто железные клещи, сжали мое запястье, заставив издать глухой стон.
Он дернул меня на себя. Уткнулся носом мне в шею. Несколько раз жадно вдохнул.
– Этому не бывать, – услышала я голос Ардена. Низкий и хриплый. Полный тихого бешенства. – Это просто ошибка.
А через миг я почувствовала, что меня оттолкнули.
Не удостоив меня ни единым взглядом, Арден молча направился прочь.
Все случилось быстро, буквально за долю мгновения. Я ничего не успела понять. Просто осталась стоять на дорожке, с ужасом осознавая, что едва не влепила пощечину… тару!
Глава 9
Если бы тогда я знала, что мои индивидуальные занятия кому-то встали костью в горле, то вела себя осмотрительнее и осторожнее. Но все мои мысли были поглощены Арденом, его отповедью. И это притупило мою бдительность.
На занятиях я сидела, погрузившись в задумчивость. Из головы не выходили слова, брошенные Арденом напоследок. Пытаясь понять, что хотел сказать оборотень, я почти забыла, где нахожусь.
Перед глазами, словно кино, одна за другой всплывали подробности нашего бурного объяснения. Да, он оттолкнул меня, прогнал. Но, рассмотрев каждое мгновение той встречи под мысленным микроскопом, я заметила, что одновременно оборотень прижимал меня к себе и жадно вдыхал, словно стремился надышаться впрок моим запахом.
Убеждение, что всё не так однозначно, как выглядит на первый взгляд, стремительно росло, заставляя моё дыхание учащаться, а сердце наполняться надеждой.
И с каждой минутой раздумий это убеждение крепло.
А на следующий день я поняла, что мне необходимо ещё раз поговорить с таром Лунарой. На этот раз спокойно, без лишних эмоций. Буду вести себя сдержанно и просто понаблюдаю, как он реагирует на меня. Тогда уж точно пойму – есть у него какие-то чувства ко мне, пусть самые крохотные, или я принимаю желаемое за действительное.
Если я все придумала, то отстану от Ардена окончательно и бесповоротно. Просто сбегу из этой богадельни. Потому что даже в страшном сне не вижу себя женой принца или верховного мага – или кто там больше заплатит на аукционе.
Надо лишь улучить удобный момент.
План казался отличным. Осложнялся он тем, что ректор недвусмысленно дал понять – от тара Лунары нужно держаться подальше, если не хочу неприятностей.
Я решила пробраться к Ардену ночью с горошиной-невидимкой. Но почти сразу отвергла эту идею. Не стоит так откровенно демонстрировать свои чувства.
Хотя эффект неожиданности был бы мне на руку. Я бы многое успела понять, прежде чем Арден окончательно проснется и выставит меня вон.
А если не выставит, а наоборот?
От этих мыслей по коже побежали горячечные мурашки. Правда, они больше пугали меня, чем возбуждали.
Нет, нельзя рисковать единственным шансом. Лучше поговорю с ним где-нибудь в людном месте. Там, где можно “случайно” столкнуться. Чтобы не только Арден, но даже ректор не подкопался.
Осталось только найти это место.
Следующие несколько дней я тайком следила за оборотнем, запоминая его перемещения по Академии. У него в день было от трёх до пяти занятий, между которыми он посещал столовую и учительскую, а вечером уходил к себе.
Но перед тем, как уйти в учительский корпус, Арден осматривал стадион и прилегающие помещения. Собирал забытые лейвами вещи, разбросанный инвентарь, проверял замки.
Вот там мы с ним и столкнемся, решила я. Конечно же, “случайно”. Помнится, ректор велел мне самостоятельно тренироваться, но не уточнял, что это нужно делать именно днём.
Поэтому после ужина я начала ходить на стадион. Бегала, прыгала, висела на турнике, стараясь подтянуться, а потом до первых звёзд лежала на мягкой траве и ждала.
Напрасно…
Оборотень словно учуял, что я устроила на него охоту. За несколько ежевечерних тренировок я его так и не встретила. Будто он сидел где-нибудь за кустами и ждал, когда я уже набегаюсь или належусь и уйду.
И я уходила, потому что Тесла с наступлением темноты начинал пищать, сообщая, что пора принимать душ и ложиться спать. С каждым бесцельно минувшим вечером моя надежда спокойно поговорить по душам таяла. Но всё же я не сдавалась.
А на четвертый вечер случилась то, чего я никак не ждала.
Когда на небе зажглись первые звёзды, я поднялась и направилась в раздевалку. Двинувшемуся за мной Тесле устало бросила:
– Сегодня душ приму здесь. Какая разница в раздевалке или в своей комнате?
Видимо, мой шарик тоже не заметил разницы, потому что молча двинулся следом и завис над шкафчиком. В душевые он за мной уже не совался.
В помещении было пусто. Я спокойно оставила одежду на скамье у входа и направилась к кабинкам. Привычно закрылась и пустила воду.
Местный шампунь мне нравился. Волосы после него легко расчёсывались и блестели. Жаль, что из-за эннена этого никто не мог оценить.
Я вздохнула и сквозь воды услышала тихий звук.
В душевую кто-то вошел.
Неожиданно вспомнились страшилки из фильмов ужасов. Девушка одна в душе, на улице темно – самое раздолье для всяких упырей или оборотней…
Сердце предвкушающе сжалось. Я же хотела с ним встретиться наедине? Сама судьба привела его сюда в этот час. Пусть мне и пришлось этой судьбе изрядно помочь.
Я была уверена, что увижу растерянное лицо Ардена, не ожидавшего меня здесь встретить. К тому же в таком виде – обнажённую, со стекающими по коже каплями воды. И потому безбоязненно приоткрыла кабинку. Но тут же попыталась захлопнуть дверцу.
Этого мне не позволили.
Кто-то с силой дёрнул дверцу из моих рук. Она распахнулась настежь, заставив меня отступить.
– Выходи! – велел резкий голос.
Перед кабинкой стояли ифриссы. Явно знакомые мне. Но при неярком свете, под вуалями я не могла разобрать, кто именно явился по мою душу.
– Что вам от меня надо? – хотела спросить бесстрашно, но голос дрогнул.
Все-таки я стояла голая, мокрая, дрожащая и бесконечно одинокая против пятерых ифрисс. А они окружили меня, и намерения у них были не самые добрые.
– Сбить с тебя спесь! – выплюнула одна из них.
В ее тоне было столько презрения и ненависти, что мне стало страшно. Похоже, нежданные гостьи совсем не шутили.
Я огляделась, но выхода не было. Позади – стена душевой, впереди – разъяренные ифриссы, у которых еще и численное преимущество. Они перекрыли мне пути отступления.
Оставалась надежда, что лейвы не тронут меня, лишь напугают. Но их напряженные позы говорили, что я ошибаюсь.
– Бей! – скомандовала та, что говорила со мной.
Видимо, заводила.
И все остальные набросились на меня.
Кто-то ударил меня в лицо, чьи-то руки вцепились мне в волосы. Я не успела отпрянуть, как оказалась лежащей на мокром полу. Все что смогла, это скрутиться в комок, подтянув колени к груди. Слабая, конечно, защита от остроносых туфель ифрисс.
В голове была одна мысль: почему? Что я им сделала? Кажется, никому не переходила дорогу…
– Хватит! – закричала, прикрывая лицо от ударов.
Левый бок обожгло. Кто-то с особой яростью пнул меня. Я всхлипнула от боли и обиды.
Ведь так нельзя! Нельзя зажать беззащитного человека в углу и бить его впятером! Нельзя!
В груди рос протест против этой несправедливости. Возмущение. Гнев. Моя сила собиралась в тугой ком, от которого по всей коже вздыбились волоски. Вместе с силой росла и злость.
А потом они лопнули, брызнув по сторонам невыносимо ярким светом.
Ифрисс отбросило от меня на десяток шагов. И пока они лежали, растерянные, оглушённые, я выскочила из кабинки. Голое тело светилось, но мне было плевать, что кто-то еще увидит меня в таком виде. В крови бурлили ненависть и желание уничтожить обидчиц.
И они это поняли. Завозились, поднимаясь на ноги, спеша убраться отсюда подальше.
Я снова ударила Светом, но они находились уже у двери. Двое успели выскочить наружу, остальных приложило о стену и скамейку, на которой лежала моя одежда. Одна из ифрисс, сползая, прихватила мои вещи. А затем, поднявшись на ноги, бросилась к дверям.
Третий удар придал ей ускорения.
Дверь захлопнулась.
Я осталась одна. Сияние померкло, моя сила испарилась, сменившись бездонной пустотой.
За что? За что они так со мной? Что я им сделала?
Горло перехватили рыдания. И я обессиленно осела на пол. Закрыв глаза, обхватила себя за колени.
Внутри разливалось чувство бесконечной усталости, отчаяние и безнадега.
Кажется, я выжгла все силы, чтобы защитить себя. Но как? Почему блокираторы не сработали? Впрочем, какая мне разница…
Я разрыдалась, уткнувшись лицом в колени.
Не знаю, сколько сидела так. Может, пару минут, а может – пару часов. От неудобной позы затекли мышцы, но я не спешила ее сменить. Мокрая кожа, остыв, покрылась мурашками. Меня начала колотить крупная дрожь.
Но все, чего я хотела в этот момент – просто исчезнуть. И не чувствовать ничего.
А потом меня подхватили сильные руки.
Воздух наполнился запахом Ардена. Всхлипнув, я схватила оборотня за рубашку, прижалась к его груди и зарыдала с новой силой, даже не думая сдерживаться.
Впрочем, он не пытался меня остановить. Молча усадил к себе на колени, обнял, начал гладить по волосам, по спине.
Я чувствовала, как бьётся его сердце. Как его удары становятся сильнее. Как учащается дыхание.
И вдруг поняла, что прикосновения мужчины стали иными. В них больше не было утешения и поддержки. Они стали резче, сильнее. В них появилась дикая страсть.
Мне резко расхотелось плакать. Слёзы высохли в один момент.
Подняв голову, я наткнулась на тёмный взгляд оборотня. А потом на его губы.
Его лицо находилось маняще близко.
Завороженная, я смотрела, как Арден шевельнул губами, словно собираясь что-то сказать. Но не сказал. Подался ко мне и с алчным стоном впился в мой рот.
Я ответила с не меньшим безумством.
Здравый смысл отступил, дав свободу желаниям тела.
Руки Ардена были везде. Они гладили, ласкали, мяли мое тело. Заставляли извиваться и подставляться под жадные ласки. А следом за руками скользили губы, выцеловывая каждый сантиметр моей кожи. Находя чувствительные места там, где я даже о них не догадывалась.
Мои пальцы лихорадочно двигались, пытаясь расстегнуть пуговицы на рубашке Ардена. Дело было сложным, а я никак не могла сосредоточиться, плавясь под страстными ласками. Потеряв терпение, рванула полы рубашки, и пуговицы затрещали по полу. А моим жадным рукам наконец открылась обнажённая грудь оборотня. Я успела оценила гладкость его кожи, как громкий противный писк заставил меня подпрыгнуть.
Арден резко ссадил меня с колен и отодвинул подальше от себя. Но руки не убрал. Продолжил удерживать на расстоянии. То ли боялся, что я упаду, то ли, что брошусь обратно к нему в объятия. А может, и сам страшился не выдержать моей близости.
Тем более что глаза у него были тёмные, пьяные, и разум отказывался в них отражаться.
Тесла надрывался снаружи, сигнализируя, что моё время вышло. Он ещё не пытался попасть внутрь, но я уже знала – дверь его надолго не задержит.
Арден обжег меня пугающим взглядом, мотнул головой, будто это могло помочь включить мозги. Стянул с себя рубашку и, накинув мне на плечи, застегнул оставшиеся пуговицы дрожащими пальцами. А потом поднялся со скамейки и подошёл к двери.
Я вцепилась в ворот рубашки и уставилась оборотню в напряженную спину. Испугалась, что он так и уйдёт, не сказав мне ни слова.
Но Арден остановился.
– Так нельзя, – хрипло выдохнул, не обернувшись. – Ты – человек, я – оборотень. Мой род не примет тебя. И метка истинной ничего не изменит. Да и ты не можешь принадлежать мне, потому что уже не свободна. Ты станешь женой одного из магов. Этого не изменить. Прошу, держись от меня подальше!
Толкнул дверь и вышел вон.
И всё? Это всё, что ты можешь мне сказать после того, что между нами случилось?!
Я хотела крикнуть это закрывающейся двери, но сквозь щель внутрь влетел Тесла. И все свои эмоции, всю неудовлетворённую страсть, раздражение, злость и недавно пережитый страх я выплеснула на него.
– Где ты был?! – замахнулась рукой, стремясь схватить юркий шарик.
Но он, словно предвидя мой жест, подлетел вверх и стал недосягаемым. Теперь я могла только кричать, разрываясь от бессильной злобы:
– Где ты был, когда меня тут убивали бешеные ифриссы?! Толку с твоей слежки! Почему тебя не было рядом, когда ты был нужен?!
Тесла вдруг спустился ниже и завис прямо передо мной. Будто услышал мои обвинения и решил, что заслуживает наказание.
Но я оттолкнула его ладонью и вышла из душевой.
В башню возвращалась с опаской. Не хватало еще, чтобы меня в таком виде кто-то увидел. Зябли голые ноги, обдуваемые прохладным весенним ветерком. И стыла душа от последних слов Ардена.
Теперь я знала правду. Ту, ради которой так искала встречи с ним. Но эта правда убила во мне надежду.
“Мой род не примет тебя. И ты не можешь принадлежать мне, потому что уже не свободна”, – звучали в голове жестокие слова оборотня.
Я зашла в свою комнату, не слушая покаянное попискивание Теслы. Хорошо, что соседка уже спала. Сняла рубашку, бросила на пол и надела свою ночнушку. Забралась в кровать, закуталась в одеяло и лежала некоторое время, пытаясь убедить себя, что мне всё равно.
Но вскоре не выдержала. Подняла рубашку с пола, приложила к лицу, втягивая в себя впитавшийся в ткань мужской аромат. И вдруг начала исступленно рвать её на лоскуты.
Остановилась лишь когда она превратилась в кучку белых тряпочек. Затолкала их подальше под кровать. А затем приказала Тесле:
– Не смей рассказывать ректору о сегодняшнем вечере. Ты понял?!
Он пискнул и на всякий случай отлетел к двери, в которой все еще зияла обугленная дырка.
Не знаю, ночевал шарик в комнате или вылетел в прихожую, потому что я накрылась одеялом с головой и рыдала там до тех пор, пока не уснула.
А ещё этой ночью я приняла окончательное решение сбежать. Больше меня здесь ничего не держало.
Глава 10
На следующий день меня ожидал урок с принцем, на котором в обязательном порядке собирался присутствовать и верховный маг. Но я решила не давать им ни единого шанса.
Когда проснулась, было еще темно. Боясь разбудить Теслу или соседку, не стала смотреть на часы. И так понятно, что до рассвета далеко.
Заветная горошина ждала меня под матрасом. В последнее время я прятала ее именно там, чтобы не греметь дверцей шкафа, когда мне хотелось улизнуть от всевидящего ока Теслы.
Прислушавшись, я убедилась, что в нашей с Эли квартирке стоит тишина. Затем сунула горошину в рот.
Вот и все. Мое тело растаяло.
Одеваться я не стала, чтобы не шуметь. Просто прихватила платье и обувь с собой.
На стуле остались сиротливо лежать эннен и вуаль. Я окинула их прощальным взглядом и поспешно отвернулась.
Нет, эти атрибуты Саартога я не буду брать с собой в новую жизнь.
“Покойтесь с миром, – шепнула мысленно. Потом обратилась к Тесле: – Прости”, – и беззвучно просочилась сквозь двери.
Все-таки хорошую вещь мне Килайя подкинула! Не знаю, как бы я сбежала, если бы не могла проходить сквозь стены. Меня бы выдал малейший шорох. Но при этом я прекрасно отдавала себе отчет, что пройти сквозь каменную стену Академии будет не так просто, как сквозь двери нашей с Эли квартирки.
Оказавшись на улице, я поежилась от прохлады, спряталась за кустом и быстро оделась. А потом бодрой походкой направилась в кладовку за припасами.
Охранных заклинаний или артефактов здесь не было. А единственный сторож – немолодой и ленивый – сейчас богатырски похрапывал, развалившись на лавке. Так что я беспрепятственно проникла внутрь, опустошила один из мешочков с фасолью и набила его разной снедью. Выбирала то, что долго не портится: твердый сыр, вяленое мясо, сушеные яблоки.
Ни хлеба, ни булок, к сожалению, не было. Их пекли исключительно к завтраку. Да и фрукты ежедневно привозили свежие. Боюсь даже представить, откуда они брались. Хотя, чего это боюсь? Наверняка пространственным порталом доставляли из южных областей Арбадона.
В общем, набив котомку под завязку, я прихватила бутыль с ягодным соком и покинула кладовую.
Конечно, лучше бы вместо сока была вода. Но на первое время и этого хватит. Сейчас меня больше воды тревожил другой вопрос.
Куда идти? Карту-то я так и не нашла!
Ладно, потом разберусь.
Меня никто не остановил, пока я шла через двор Академии к восточным воротам. Тем самым, которые Хорген учил меня открывать. Уж не знаю, чем он руководствовался, но спасибо. Урок я запомнила.
Приблизившись к воротам, нащупала калитку. Сначала хотела просочиться сквозь деревянное полотно, но не тут-то было! Охранная магия не дала даже палец просунуть. Но отступать я тоже не собиралась. Поняла: если не уйду сейчас, то уже никогда не смогу. Потому что каждый раз будет что-то мешать.
Приложив ладонь к калитке, я зажмурилась, сконцентрировалась на источнике внутри меня и представила, чего хочу в этот момент.
А я хотела оказаться с той стороны забора!
Миг – и легкое сияние слетело облачком с моих пальцев. Коснулось ворот, и те засветились в ответ. Калитка бесшумно отворилась передо мной. Совсем немного, но этой щели было достаточно, чтобы я просочилась в нее вместе с пожитками.
И вот, оказавшись с той стороны стены, там, где и хотела, я растерянно огляделась.
Калитка так же бесшумно вернулась на место. Сияние исчезло, и ничто не указывало, что секунду назад здесь был проход.
Перед моими ногами стелилась дорога в город.
Ночь. Тишина.
Где-то заухал филин. Я вздрогнула и чудом сдержала испуганный вскрик. Плакала бы вся моя конспирация, если б я издала хоть звук.
Мысленно обругав себя, двинулась прочь от стен Академии.
Где-то на задворках сознания зашевелился червячок сомнений: уж слишком легко все прошло. Неужели я и правда выбралась? Я смогла? А вдруг это какой-то подвох!
Но пока все было тихо. За спиной не слышалось топота преследователей, и понемногу я расправила плечи и ускорила шаг. А потом и вообще побежала, чувствуя, как легкие наполняет воздух свободы, а в груди зарождается радостный смех.
Я свободна! Свободна!
И плевать, что одна, в чужом мире. Плевать, что за спиной – враги, а впереди – неизвестность! Я найду способ вернуться домой, а если такого способа нет, то отыщу себе кусочек под местным солнцем. Но это будет мое место и мой выбор. Никто не посмеет решать за меня!
Окрыленная такими мыслями, я веселой козой скакала по дороге. Город становился все ближе. Академия и страхи – все дальше. Пока за очередным поворотом мне не пришлось резко затормозить.
Посреди дороги стояло что-то странное.
Стояло, конечно, тут слабо подходит, но других слов я подобрать не могла.
Оно было похоже на женский силуэт и немного светилось. Я замерла, не доходя шагов десять. С подозрением огляделась. Но вокруг по-прежнему царила тишина. Лишь небо понемногу светлело, предвещая скорый рассвет.
А потом это нечто шагнуло ко мне. Оно протянуло руку и проворчало недовольным голосом:
– Долго же ты думала! Я устала торчать тут каждую ночь!
В этот момент я с особой ясностью поняла, что значит “уронить челюсть”. Моя отпала с печальным звоном и загремела пломбами по камням мостовой. Не в буквальном смысле, конечно.
А светящийся прозрачный силуэт превратился в… Килайю!
– Ты?! – выдала я с чувством.
– Ждала кого-то еще? – нахмурилась девушка.
– Но… но…
– Надзирателя своего, надеюсь, не прихватила с собой? А то ума хватит.
Она цепко оглядела меня, затем пространство за моей спиной.
А у меня от удивления дар речи пропал. Я таращилась на Килайю, не понимая, откуда она здесь взялась. Ждала меня? Но зачем? И откуда у нее магия?
Задать вопросы я не успела. Она схватила меня за руку с таким видом, будто все уже решено:
– Ладно, некогда тут торчать, того и гляди тебя хватятся. Идем.
– Эй! – я вырвала руку. – Куда “идем”? И почему я вообще должна идти с тобой?
– Можешь не идти, – согласилась Килайя. – Можешь остаться тут. Правда, тебя начнут искать сразу же, как только твой шар обнаружит, что ты пропала. И поверь, дальше города ты не уйдешь. По крайней мере, без помощи.
Я недоверчиво оглядела ее.
– А ты, значит, хочешь помочь? Зачем тебе это? Ты же меня не знаешь.
– У тебя есть то, что мне нужно. Помоги мне, и я помогу тебе. Поверь, для тебя это единственный выход, если не хочешь сгнить в Академии.
Последние слова она выплюнула с такой злостью, что я невольно поежилась. И на всякий случай оглянулась.
Но дорога по-прежнему была пустынна.
– Почему это “сгнить”? Там неплохие условия…
– Только не для тех, кто пытался сбежать. Ты, похоже, совсем ничего не знаешь. Решай, идешь со мной или нет?
Килайя снова протянула мне руку.
Я с опаской покосилась на раскрытую ладонь.
Идти или нет? Вот в чем вопрос. Но и стоять здесь тоже глупо. В словах Килайи есть резон, одна я точно не уйду далеко. Ведь если копнуть, то мой план шит белыми нитками. Я не знаю ни местных обычаев, ни способов коммуникации. А первый же человек, который заподозрит во мне присутствие магии, тут же сдаст меня властям!
В общем, выбора у меня особо и нет…
– Хорошо, – я со вздохом взяла Килайю за руку. – Я согласна. Говори, какая помощь тебе нужна? Это что-то, связанное с моей магией?
Она усмехнулась:
– Молодец, догадливая. Нам сюда.
Килайя взмахнула свободной рукой, и перед нами засветился прямоугольник в человеческий рост. Впервые в жизни я своими глазами увидела пространственный портал и потрясенно открыла рот. Но моя спутница уже шагнула в него и дернула меня за руку, увлекая за собой. Так что в портал я влетела, не чувствуя ног. Только ойкнуть успела.
На той стороне тоже была темнота.
– Стой на месте, – тихо сказала Килайя, и я напряженно застыла, боясь даже вздохнуть. – Сейчас лампу зажгу.
Она отпустила мою руку, пошуршала, и через пару мгновений в темноте вспыхнул красноватый огонек. Он озарил помещение, в котором мы оказались. Бревенчатые стены, низкий потолок, пол из широких, потемневших от времени досок…
Комнатка была тесной, из мебели – стол, заваленный всякой всячиной, и два колченогих стула. На один из них устало опустилась Килайя и кивнула мне на свободный:
– Садись.
Я примостилась на краешек. Стул печально скрипнул, намекая, чтобы я не расслаблялась.
– Где мы? – шепнула с опаской.
– Не бойся, тут безопасно. Одна из особенностей магии воздуха – управление пространством. Сил у меня не очень много, в соседнее королевство портал открыть не могу, но пределах болот – раз плюнуть.
– Так у тебя есть магия?! – уже в который раз за последние полчаса у меня отвалилась челюсть. – Но как?! Почему…
– Почему я не в Академии? – хмыкнула она.
Я же уставилась на ее руки. Рукава платья были задраны до локтей, так что ничто не мешало мне увидеть блокирующие браслеты.
Да только их не было.
– Ты жена мага? – спросила я с подозрением.
Помнится, ректор говорил, что блокираторы на нас только на время учебы. Потом их заменит особый браслет, который наденет муж. Но у Килайи на запястьях нет ничего, хотя бы отдаленно напоминающего браслет. Может, он невидимый?
– Нет, я не замужем, – ответила девушка.
Она с улыбкой наблюдала, как на моем лице появляется растерянность. Потом все же сжалилась:
– Я мара воздуха второй ступени.
И пояснила:
– Моя бабка-сильфа была лейвой с низким потенциалом, а дед – воздушником второй ступени. Тебе, наверное, говорили, что в Арбадоне только мальчики наследуют магический дар?
Я неуверенно кивнула.
– Это не совсем так. В моей семье вот уже два поколения рождаются только девочки, и я – второе поколение – пробудила магию воздуха. Таких, как я, называют марами, то есть женщина-маг.
– Ого… – выдала я, пытаясь осмыслить услышанное. – Но почему тебя не забрали в Академию? Почему ты не лейва?
– Потому что мои дед и бабка не хотели для меня судьбу лейвы и научили скрывать дар.
– А ты… ты такая одна?
– Нет. Но тебе пока рано об этом знать, давай лучше поговорим о твоей помощи за побег. Сделаешь то, что я попрошу – и я помогу тебе выбраться из города.
– Ну, из города выбраться не проблема, – я почесала нос. – А что насчет болот и всяких ядовитых гадов? Кстати, они существуют в реальности или только в фантазии ректора Делианариса?
– Существуют, – сухо кивнула мара. – Но с помощью твоей силы я смогу открыть портал за границу болот. Дам тебе денег и научу, к кому обратиться. Там ты найдешь друзей. Согласна?
– А что делать надо?
Уж слишком все сладко. Подозрение, что от меня потребуют что-то особенное, что я вряд ли захочу отдавать, не давало покоя.
– Сейчас покажу.
Она поднялась и направилась к дальней стене, в которой я увидела низкую дверь. Я двинулась следом. Но едва Килайя толкнула створку, мне в нос ударил жуткий запах. К горлу подкатила тошнота, в голове слегка помутилось.
Я отшатнулась, еле сдерживая рвотные позывы.
– Что… что это? – прохрипела, не решаясь войти следом за марой.
А потом до меня донесся такой жуткий стон, что захотелось немедленно развернуться и бежать прочь.
– Это Энир. Мой любимый. Тот, кого ты уже однажды спасла. Там, в Саартоге.
Килайя обернулась ко мне и, пристально глядя в глаза, попросила:
– Спаси его еще раз!
Глава 11
Раздумывала я недолго.
Если она уверена, что мне по силам спасти её возлюбленного, скорее всего, это так. Хотя представления не имею, что надо делать.
К тому же плата за собственную свободу показалась мне какой-то… мизерной, что ли. Но раз я уже однажды помогла этому человеку, причём безвозмездно, то помогу и сейчас.
Где-то я слышала, что мы несем ответственность за тех, кому спасли жизнь. И была абсолютно согласна с этим высказыванием. Правда меня удивило, что он находится здесь. Ведь его, как сказал Хорген, везли на смертную казнь. А потом я вспомнила, как верховный маг ругался с принцем, выясняя, кто виноват в том, что отступник исчез.
Похоже, у этого узника есть покровители, которые даже Хоргену не по зубам.
– Хорошо, – я улыбнулась Килайе, прежде чем отодвинуть её и пройти внутрь комнаты.
Но мара задержала меня, словно боялась, что я откажусь, как только увижу Энира. Затараторила:
– Сейчас его жизнь поддерживает лечебный артефакт. Но ресурса осталось на пару дней. А потом… потом…
Она всхлипнула, обрывая себя, и не договорила. Да я её и не слушала, если честно.
Запах был тошнотворным. Но ещё страшнее было то, что открылось моим глазам. Даже пришлось ненадолго зажмуриться, чтобы смириться с картиной из второсортного хоррора.
– Почему он в таком состоянии? – ужаснулась я. – Ты же говоришь, что любишь его. Неужели нельзя организовать ему нормальное лечение?!
Килайя помрачнела. На её глазах выступили слёзы. Но всё же голос был ровным, когда она объяснила:
– Лекарь ему не поможет, а целителя я привести не могу. Это привлечёт внимание. Энира ищут. Мне приходится держать окна и двери закрытыми, чтобы его стоны не услышали болотные гоблины.
– Гоблины? – вздрогнула я и быстро оглянулась по сторонам.
Так и есть, единственное окно в комнатке оказалось наглухо забито досками.
– Да. Дом находится почти в самом центре болот. Это бывшая охотничья сторожка, которую бросили еще лет сто назад. Как раз, когда в эти места пришли гоблины.
– Значит, люди вас тут не найдут? – поняла я.
– Я сделала все, чтобы этого не случилось. Но гоблины… им не страшны здешние топи. Если они услышат, что тут есть человек…
Она замолчала, давая мне самой додумать печальный конец, а затем тихо добавила:
– Я ждала тебя и твою магию, но ты слишком долго раздумывала, и ему стало совсем плохо…
Обвинений я не ожидала, а потому немного смутилась.
Впрочем, и оправдываться не стала. Я к их делам никакого отношения не имею. Один раз помогла человеку, помогу снова. Но взамен хочу свободу и независимость от них. А потом мы больше никогда не увидимся.
Я снова перевела взгляд на Энира. Человек в нём угадывался с трудом. Передо мной лежало бесформенное существо, замотанное в побуревшие от крови тряпки.
Видно, что с него пытались смыть грязь и следы жестокого тюремного содержания, но загноившиеся раны были слишком многочисленны и сводили эти старания на нет.
Я не знала, выйдет ли толк от моих усилий. Этому человеку нужны антисептики, антибиотики и, возможно, переливание крови. А еще хороший хирург и травматолог.
Но всё же собиралась попробовать. После консультации с Килайей.
– Что мне нужно делать? Как его лечить?
За моей спиной наливалась тревогой тишина.
Я обернулась. Килайя смотрела на меня растерянным взглядом. В глазах у неё стояли слёзы. Меня посетили плохие предчувствия. И она их подтвердила, прошептав:
– Я не знаю.
Угу, а я, конечно, знаю.
Сколько я нахожусь в этом чудесном мире – пару месяцев? И должна знать то, чего не ведают местные жители!
Рука-лицо.
– Ладно, – смирилась я с неизбежным. – Попробую что-нибудь сделать. А ты выйди. Отвлекаешь.
Килайя на моё раздражённое бурчание никак не отреагировала, молча вышла из комнатки и даже дверь за собой прикрыла. Вонь тут же сгустилась, заставляя меня дышать поверхностно и через раз.
Я приблизилась к ложу с умирающим.
Бедняга Энир, не повезло тебе попасться в руки жестоким палачам. Что же они хотели у тебя выпытать? Судя по твоему состоянию, ты стойко молчал. Но как долго?
Монолог с умирающим я вела мысленный. Он всё равно не ответит, а мне надо беречь кислород. Его в этой комнате и так не слишком много.
Что же мне с тобой делать?
Если честно, вариант у меня был один – просто воззвать к своей магии и пожелать, чтобы Энир выздоровел. Большему в Академии меня не научили. Хотя и должны были – лекарское дело шло у лейв одним из основных. Но у меня большую часть времени занимали индивидуальные занятия. Видимо, и принц, и верховный маг считали себя неуязвимыми, вот и не уделяли целительству должного внимания.
Я поняла, что тяну время.
Начинать было страшно. И даже не потому, что я боялась не преуспеть. Нет, я боялась, что он умрёт прямо сейчас от моих действий. И я буду виновата в смерти человека. Пусть он и так был полуживой.
Но продолжать неподвижно стоять и пялиться на него я тоже больше не могла. Поэтому быстро проделала пальцами подготовительные манипуляции.
Сердце тревожно забилось, когда я уперла кулак левой руки в ладонь правой. Может, для лечения применялись другие арны, но я выучила только определенный набор. Поэтому не стала проводить рискованные эксперименты.
Главное, нащупать источник.
Я развела локти в стороны. Закрыла глаза. Глубоко вдохнула, чувствуя, что отринуть окружающий мир будет невероятно сложно, ведь он насилует мое обоняние.
А потом почувствовала, как в груди формируется тёплый комочек – и всё остальное стало неважным.
Вокруг меня вспыхнул свет. Даже с закрытыми глазами я видела его. Сначала он был очень слабым. Но постепенно сияние становилось всё ярче. Оно расширилось, заполнило все пространство комнаты и наконец накрыло умирающего Энира.
А потом всё вокруг взорвалось чудовищной болью.
Я взвыла, но мой крик оборвала вторая волна света, через несколько секунд – третья, затем ещё одна и ещё. Между вспышками оглушающей, лишающей сил боли я успевала лишь сделать короткий вдох. И снова сжималась от резких спазмов.
Сквозь иссушающую боль я даже не слышала, что в комнате кричит кто-то ещё. Кому-то так же больно, как и мне. Впрочем, осознание, что я не одинока, которое всплывало в краткие мгновения подступающего от боли безумия, меня бы вряд ли утешило.
Не знаю, сколько длились мои мучения. Может, несколько минут. А может – много часов. Но в какой-то миг очередная волна разрывающей на куски боли выдернула меня из этого мира во тьму.
Кажется, я потеряла сознание. А может, и умерла.
Впрочем, в тот момент я была рада любому избавлению от мук. Даже смерти.
А когда очнулась на холодном полу, подумала, что умереть было бы лучше. По крайней мере, гуманнее. Потому что у меня болело всё тело: каждый сантиметр кожи, каждая самая крохотная мышца, каждая жила, о существовании которой я прежде и не догадывалась.
Я осторожно шевельнулась, с облегчением понимая, что все кости целы. Но перевернуться на живот, упереться в пол руками, а затем и встать на колени мне удалось с большим трудом. Всё это время я кряхтела как столетняя бабка. И чувствовала себя примерно так же.
В комнату ворвалась Килайя, а с ней ещё одна женщина. Мара вихрем промчалась мимо меня.
– Энир? Энир? – повторяла она с тревогой и страхом. А потом радостно вскричала: – Энир! Ты живой…
Вторая женщина подошла ко мне. Я бы усмехнулась, если б оставались силы – поза для знакомства самая подходящая.
– Давай я помогу тебе встать, деточка, – ласково произнесла незнакомка.
Она выглядела очень молодо. Лет на тридцать. Но в ее глазах застыл истинный возраст. Незнакомка годилась мне в бабушки.
Она осторожно потянула меня вверх и подставила плечо. Обессилев, я практически повисла на ней.
Даже в таком плачевном состоянии безумно хотелось увидеть плоды своих трудов и страданий. Я перевела взгляд на лежанку.
Килайя стояла на коленях рядом с ней и отчаянно прижимала к губам руку мужчины. Изможденного, измученного, бледного, но целого и в общем-то здорового.
Кожа на лице чистая, пусть и с неестественным сероватым оттенком. Короткий “ёжик” волос с частой проседью. Прямой нос и запавшие глаза, смотрящие прямо на меня поверх склоненной головы Килайи.
Рана, которая прежде обезображивала его щеку, затянулась и покрылась нежной розовой кожицей.
Я еще нашла в себе силы усмехнуться и подмигнуть ему. В этот момент мне на лицо упала прядь волос. Нахмурившись, я подцепила ее двумя пальцами, поднесла к глазам и отстраненно отметила: она была абсолютно седой.
“Ну вот, теперь ещё и краситься придётся”, – мелькнула равнодушная мысль.
А потом я уплыла небытие.
***
Возвращение в реальный мир было мучительным, но неотвратимым.
Сначала я почувствовала адскую боль во всем теле, которая сразу сменилась усталостью. Не было ни сил, ни желания пошевелиться или открыть глаза. Я уже хотела уплыть обратно в темноту, как мне на лоб шлепнулась мокрая тряпка.
Кто-то протер мое лицо.
Я сморщила нос и чуть-чуть приоткрыла веки.
Перед глазами стоял туман, в котором плавало чье-то лицо. С трудом я узнала женщину, которая мне вчера помогла. Или это было не вчера?
Голубые волосы, накрытые кружевной шалью, подсказали что передо мной сильфа.
– Кто вы? – спросила я, с трудом разлепляя спекшиеся губы. – Почему все болит?
– Ох, деточка, разве не знаешь? Ты же взяла на себя чужую боль и страдания! А я Иделия – бабушка Килайи.
В голове завозились воспоминания.
Мое бегство из Академии, встреча с Килайей, раненый Энир…
Но все это и даже испытываемая мною боль не имели большого значения. Потому что сердце заныло, напоминая о главном.
Арден.
Он отказался от меня.
Признался, что неравнодушен, подарил мне надежду и… тут же отнял ее!
– Лежи-лежи, – Иделия придержала меня за плечи, когда я попыталась подняться. – Тебе еще рано вставать!
– Мне надо уходить, – прохрипела я. – Меня будут искать…
– Успокойся, тут тебя никто не найдет.
– Но…
– Тут безопасно, поверь. Про этот домик никто не знает. Дороги к нему нет, Килайя открывает прямой портал. А вокруг – черная топь. Если будешь вести себя тихо, то сюда ни гоблины, ни василиски не сунутся.
Да, что-то такое Килайя уже говорила…
Я откинулась на подушки и прикрыла глаза.
– Вы сказали, я взяла на себя чужую боль… – пробормотала, привлекая внимание женщины. – Что это значит?
– У тебя особая магия, деточка, магия Света, – она села на край кровати, отчего матрац подо мной немного прогнулся, и погладила мою руку. – Ее считают универсальной, ведь она сочетает в себе магию созидания, исцеления и возрождения. Любой светлый дар можно увеличить вдесятеро с помощью твоей силы. Но в то же время большая сила требует большой жертвы.
– Это вы о чем?
Внутри все сжалось в нехорошем предчувствии.
– Из ничего получается ничего. Чтобы получить что-то – нужно что-то отдать. Твоя боль – это боль Энира, которую ты взяла на себя. Его раны и увечья стали твоими…
– Что?! – дернулась я.
– Тише! – Иделия вновь удержала меня. – Уже все хорошо. Твой организм быстро восстанавливается. Кости срослись еще вчера, да и следов от ран почти не осталось. Еще пара деньков – и будешь как новенькая.
– Вчера, – услышала собственный стон, – значит я не ошиблась. Это все-таки было вчера…
– Ты сделала доброе дело, спасла невинную жизнь.
– Если бы я знала, что со мной будет…
– Не думай об этом и ни о чем не жалей. Килайя ведь пообещала тебе равноценную плату? Твоя жизнь за жизнь ее жениха.
Я немного помолчала, обдумывая эти слова. Потом нехотя признала:
– Верно. Она обещала мне сделать портал и отправить к нужным людям. Где она сейчас?
– В городе. Там со вчерашнего дня идут обыски. Слышала я, что король прислал лучших ищеек. Они сейчас в Саартоге переворачивают каждый камень, ищут сбежавшую лейву. Но отчего-то мне кажется, что ее не найдут, – хмыкнула сильфа.
– Надеюсь, – пробормотала я, испытывая желание скрестить пальцы.
– Еще прибыли господа из столицы. Наследный принц и верховный маг. Оба очень злы.
– Ну еще бы…
Я представила, как вытянулись лица у этих двоих, когда они узнали про мой побег – и не смогла сдержать кровожадной ухмылки.
– Килайя отвлекает их в нашей ресторации. Позвала на помощь лучших девочек.
Я пропустила последнюю фразу мимо ушей. Меня беспокоил другой вопрос.
– А оборотень? – спросила – и сердце замерло, ожидая ответ. – Среди ищеек есть оборотень?
– Вот этого я не знаю. Может, и есть.
Закусив губу, я все же открыла глаза и уставилась в низкий бревенчатый потолок.
Похоже, я и правда была все в той же избушке.
– А где Энир? – вспомнила про своего “пациента”.
– Так тут же, вон, в соседней комнате. Ждет, пока ты очнешься, чтобы поблагодарить. Позвать его?
Иделия собралась встать, но я ее остановила, удержав за руку.
– Не надо, – качнула головой. – Я ведь сделала это не ради него, а ради себя.
Глава 12
В домике на болотах я провела еще несколько дней.
Уже на следующий начала понемногу вставать. Мне помогали Иделия и Энир, который все же умудрился поймать меня врасплох и сделать свое грязное дело. То есть в лучших рыцарских традициях упасть передо мной на одно колено, приложиться сначала лбом, а потом и губами к моей руке, а когда я ее испуганно вырвала, то проделать все то же самое с краем платья и обозвать меня спасительницей.
Я хмуро отобрала у него из рук свой подол и только тогда рассмотрела мужчину. Точнее парня. На вид ему было лет двадцать пять. Высокий, худой после всех пережитых невзгод, с правильными чертами лица, намекающими на благородное происхождение.
– Ты маг? – спросила я в лоб.
Он невесело усмехнулся:
– Теперь уже нет.
Позже, когда мы сидели за столом и пили чай с пирожками, которые принесла Иделия, он рассказал свою историю.
Так я узнала, что не все маги в Арбадоне делятся на тех, кто покупает лейв на аукционах, и тех, кто их просто ворует. Есть еще третья фракция. Маги, которые хотят отменить аукционы и дать лейвам право самим выбирать себе спутника жизни.
Но если на существование воров власти закрывают глаза и даже особо не ищут, то магов, желающих изменить закон, нещадно уничтожают.
Энир родился в семье мелкого аристократа и получил от матери-лейвы скромный дар. Как и его отец, он собирался годами копить состояние, чтобы однажды отдать его за жену. Но судьба столкнула его с Килайей и случилось то, чего никто из них не мог предугадать. Эти двое влюбились друг в друга.
И все бы хорошо, живите – радуйтесь. Да только возникла проблема.
Энир не мог жениться на девушке без магии, тем более на дочери трактирщика. Дед Килайи обладал магией и титулом, а его дочь – уже нет. Она вышла замуж за богатого мещанина и утратила право на титул. Так что Килайя уже не была аристократкой.
Не сразу, но девушка призналась любимому, что тоже обладает магией. Но заявить об этом публично они не могли. Тогда Килайю забрали бы в Саартог и продали с аукциона, как обычную лейву.
– Мы решили примкнуть к эльтеидам.
– И что это значит? – я впервые слышала это слово.
– Ходят слухи, что у нашего короля есть сестра-близнец Эльтея. Никто никогда не видел ее. Но ее последователи считают, что она существует и даже обладает магией, только король не хочет ее признавать. Он заточил ее в отдаленной крепости, а она с помощью магии исчезла оттуда и теперь собирает преданных магов, чтобы свергнуть своего брата и сделать всех лейв свободными!
Глаза Энира загорелись. Я же невольно поежилась от фанатизма, прозвучавшего в тоне парня.
– Как думаешь, эта Эльтея и вправду существует?
Если это не сказка, а правда, то мир, где маги и лейвы свободны в своем выборе, был бы не так уж и плох.
– Я ее не видел, – признался Энир. – Но Килайя верит, что она есть. В общем, мне удалось выйти на их след и даже установить связь с одним из них. А потом нас обоих взяли. Но тот маг оказался сильным воздушником, успел улизнуть.
– И бросил тебя? – я неприязненно передернула плечами.
– У него не было выбора. Если бы его схватили, как меня, то королевские менталисты вытрясли бы из его памяти все, вплоть до внутриутробных воспоминаний.
Энир сказал это с такой убежденностью, что у меня мороз пополз по спине. Сразу вспомнился ректор и то, с какой легкостью он читал мои мысли.
– Я знал что меня ждет, но добровольно прикрыл его отступление и сдался в плен, – продолжил парень. – Я готов был умереть, но рад, что ты меня спасла.
– А уж как я-то рада…
– Килайя обязательно исполнит свое обещание и поможет тебе, – он кивнул с непоколебимой уверенностью и хрустнул зажаристой корочкой пирожка.
***
Время в домике текло размеренно. Я полностью восстановилась на четвертый день и решила вернуться к практикам с источником. Вот тогда меня посетила запоздалая мысль.
Браслеты! Они что, не работают? Но ничем другим все случившееся не объяснить!
Этот же вопрос я задала Иделии. Она посмотрела на мои запястья, и на её лице появилось странное выражение.
– Дай руку, – велела сильфа.
Я протянула ладонь. Тёплые суховатые пальцы прикоснулись к моей коже. Пробежались от запястья к локтю.
Иделия удивлённо хмыкнула и велела:
– Вторую.
Я поменяла руку. Процедура повторилась. Как и результат.
– Браслеты работают. Они должны блокировать твою магию, – резюмировала сильфа, закончив. И снова хмыкнула: – Ничего не понимаю…
После чего на консилиум позвали Энира. Его лишили силы, но не мозгов, так пояснила Иделия. И оказалась права.
– Намагичь что-нибудь, – предложил он, чуть подумав.
– Что? – в голову ничего не приходило.
– Ну… – он окинул взглядом немудрёный интерьер и почти сразу нашёлся: – Потуши свечу.
Потушить свечу? Я перевела взгляд на потрескивающий огонёк. Почему бы и нет?
“Погасни”, – отправила ей мысленный импульс.
Пламя колыхнулось и вновь выпрямилось. Задержавшие дыхание Энир и Иделия тихо выдохнули. Как мне показалось, разочарованно. Я почувствовала, как на мгновение сдавило запястья и вновь отпустило.
– Ты не стараешься, – вынесла вердикт сильфа.
И была права.
Я поднялась на ноги. Привычно размяла пальцы, проделала нужные манипуляции, затем развела локти в стороны и прижала кулак к ладони. Внутренний источник нашла не сразу, пришлось сосредоточиться, отрешаясь от реальности и двоих свидетелей, которые пристально наблюдали за каждым моим жестом и ждали результата. Их присутствие сильно отвлекало.
Наконец в груди разлилось тепло. Я потянулась к нему, ухватила и тут же отправила второй мысленный импульс: “Погасни!”
Темнота наступила так резко, что я вскрикнула от неожиданности.
– А теперь снова зажги её, – произнёс спокойный голос невидимого Энира.
Я повторила арны одну за другой и велела: “Гори!”
Соломенный тюфяк на кровати вспыхнул, озарив комнату ярким светом. Теперь уже вскрикнула Иделия, а Энир бросился за водой.
Потушили быстро, но вся комната наполнилась дымом, и нам пришлось переместиться в кухню.
Иделия принялась нарезать мясо для бутербродов. Как она выразилась: “Раз уж мы всё равно здесь собрались”. А Энир начал анализировать эксперимент, задавая наводящие вопросы.
– Что ты почувствовала, когда зажигала свечу?
Вот честно, без него я бы не сумела разобраться. А так спустя пару часов и несколько бутербродов с горячим чаем стало понятно, что браслеты пытаются мне мешать. Они стараются сдержать мою магию, но у них это не получается.
Правда и у меня колдовать не всегда получалось. Мне обязательно требовалась арна сосредоточения и выполнение всех пунктов, чтобы подключиться к источнику и сделать что-то с его помощью.
– Вспомни, когда браслеты впервые перестали блокировать магию?
Я задумалась, перебирая в памяти в основном позорные моменты неудач. А затем вспомнила…
Дор Хорген и перстень, который он надел мне на палец. А потом пустая улица и телега, несущаяся под откос…
– Когда я остановила телегу с твоей клеткой, – прошептала, глядя в расширенные глаза Энира. Кажется, он догадался об этом чуть раньше меня. – Но я думала, это из-за того, что мой спутник их отключил.
– Возможно, в тот раз так все и было. А может, и нет!
Он вскочил на ноги и принялся возбуждённо мерить шагами кухню. Выходило немного – четыре в одну сторону, и столько же обратно.
Но Энир этого не замечал. Он был слишком увлечён тем, что ему открылось. А потом вернулся за стол к еде.
– Браслеты работают. С ними всё нормально. По крайней мере, было, – сделал вывод Энир, когда чай и бутерброды подошли к концу. А потом добавил то, о чём я начинала догадываться, но боялась поверить: – Думаю, проблема не в них, а в тебе. Твоя магия сильнее браслетов, твой уровень намного выше семёрки.
– Разве такое возможно? – удивилась я.
– В этом мире все возможно, – усмехнулась Иделия.
– Понимаешь, – продолжил Энир возбужденно, – сила блокирующих печатей зависит от силы мага, который их наложил. Но если заблокированная сила оказывается сильнее блокировки, то она может выжечь или повредить печати.
– И тогда блокировка не будет срабатывать? – закончила я.
– Да! Пока ты используешь силу в пределах семи первых уровней, то браслеты ее блокируют. Но они не могут заблокировать силу, которая превышает их собственную!
Теперь и Энир, и Иделия смотрели на меня с пугающим восторгом в глазах.
– Эй, вы чего? – немного смутилась я.
– Инна, – Иделия мягко сжала мою ладонь, – ты можешь быть одной из Великой Призмы!
– Чего? – теперь уже у меня округлились глаза.
– По древней легенде это двенадцать Высших: шесть магов и шесть мар, обладающих шестью основными элементами: вода, земля, воздух, огонь, жизнь и смерть. Ты мара Света, а значит – мара Жизни. Очень сильная мара. Вдруг эта легенда и о тебе?!
Я была в таком шоке, что уже не сопротивлялась, когда она притянула меня к себе и обняла.
Да уж, поддержка сейчас для меня была не лишней. Узнать, что ты сильнее ректора Академии, а может, и одна из легендарных “двенадцати Высших” – такое не каждый день случается.
Мозг привычно переводил информацию в понятные образы. Из путаных объяснений Энира я поняла, что браслеты представляют собой нечто вроде предохранителя в электрическом счётчике. Когда магия начинает искрить, предохранители должны её погасить и вырубить всю систему. Но в моём случае предохранители не срабатывают, точнее сами вырубаются, поскольку моё магическое напряжение намного превышает их возможности.
До встречи с телегой и Эниром браслеты работали, но в тот момент случилось то, чего никто не мог ожидать – совпало слишком много вероятностей. Хорген отключил браслеты, заменив их более слабым в магическом эквиваленте перстнем. Я прониклась жалостью к бедняге, посаженному в клетку. К тому же мне грозила смертельная опасность.
И случился бум: моя магия выжгла цепочки заклинаний, сначала в кольце, а затем и в браслетах. Предохранители не сработали. Просто не справились с объёмом выпущенной магической энергии.
И теперь браслеты – всего лишь не слишком симпатичные для меня украшения. Которые я сниму при первой же возможности!
Мысль, что я оказалась сильнее и ректора, и принца с верховным магом, окрыляла. А если научусь нормально колдовать, то вообще смогу всё здесь перевернуть с ног на голову. Например, помогу загадочным эльтеидам добиться свободы для лейв!
Женщины заслуживают самостоятельно выбирать спутника жизни, а не ждать того, кто их купит на аукционе.
Перед сном Иделия напомнила, что я сама могу убрать запах гари из моей комнатки. Я с радостью ухватилась за эту мысль. Даже свидетели уже не мешали.
Повторив нужные арны, я вспомнила нашу дачу. Закрыла глаза и представила, что стою в яблоневом саду сразу после грозы. Воздух наполнен запахами озона, влажной травы и цветущих яблонь, смешавшимися в изумительный коктейль ароматов.
И пожелала, чтобы так пахло моей комнатке.
Когда открыла глаза, то увидела, как на покрытый соломой дощатый пол опускаются бледно-розовые лепестки. Во взглядах Иделии и Энира застыло восхищение.
Глава 13
Той ночью я долго не могла уснуть. Крутилась, вертелась, переворачивала подушку. Потом провалилась в сон, ставший продолжением моих мыслей. И увидела Ардена…
Он впервые приснился мне с момента побега. До этого я была настолько вымотана, что спала без сновидений.
Оборотень сидел за столом и смотрел сквозь стекло, за которым желтела круглая луна. Губы мужчины шевелились, и спустя время я разобрала, что он безмолвно произносил.
– Инна…
Арден шептал моё имя!
Это открытие заставило меня задохнуться от счастья. Он думает обо мне. Я для него что-то значу!
Вот только оборотень вовсе не выглядел счастливым. Скорее, сосредоточенным.
– Инна, Инна, где ты? Отзовись…
Внезапно его голос обрёл силу. Зазвучал в моей голове. Прося, требуя, заставляя отозваться.
Всё моё существо потянулось к нему, желая откликнуться на зов любимого. Я уже разомкнула губы, чтобы прошептать его имя. Как вдруг браслеты нагрелись, обжигая кожу. Во сне я отмахнулась. Арден вздрогнул и приложил ладонь к щеке, словно и правда ощутил удар моей руки.
Наши взгляды встретились. Его глаза сузились и начали менять цвет. Радужку заполнила звериная желтизна.
А затем и всё его тело начало изменяться. Лицо превратилось в волчью морду. Руки и ноги стали лапами. Сквозь кожу пробилась тёмная жёсткая шерсть. А на загривке белела светлая полоска.
Теперь на меня смотрел мой фамильяр. Он ничего не требовал. Даже не просил. Лишь пронизывал тоскливым взглядом, заставляя душу покрываться изморозью.
А потом волк завыл, и я проснулась.
С трудом сдержала порыв бежать куда-то, искать Ардена. Сердце билось как заполошное.
То, что он мне снится, еще ничего не значит. Это я по нему скучаю, вот и вижу дурацкие сны!
Взбила подушку, зло ударяя по ней кулаками. Будь Арден здесь, ему бы не поздоровилось.
Новый сон не принёс облегчения. Наоборот. Теперь я слышала голоса Рандира и Хоргена. Они звали меня по отдельности, но в голове сливались в дуэт, повторяющий одни и те же слова:
“Инна, где ты? Отзовись!”
И так раз за разом. Но в отличие от голоса Ардена, на этот зов ничто во мне не отзывалось. Пусть ищут хоть до потери пульса. Мне всё равно. Ни по кому из них не тосковала моя душа. К тому же я понимала, что, если отзовусь, меня тут же обнаружат и вернут в Саартог.
Поэтому я мысленно показала им фигу, перевернулась на другой бок и продолжила спать.
А потом меня затрясли за плечо.
– Инна! Просыпайся! – кто-то кричал мне в ухо.
Я разлепила сонные глаза и увидела встревоженную Килайю. В комнате было по-ночному темно. Мара держала в руке масляную лампу.
– Вставай скорее! – она поставила лампу на стол и снова затормошила меня. – Ну же! Поднимайся!
За шкирку, как котёнка, стянула с постели. У меня спросонья путались руки и ноги, но всё же я сумела кое-как подняться.
– Сколько времени? – сонно промямлила я, ничего не понимая.
– Мало! Дай руку! – Килайя сама схватила мою ладонь, не дожидаясь ответа.
– Да что случилось?
– Сюда идут ищейки! Шар выследил тебя! Не думала, что это случится так скоро.
Сон моментально слетел. Судя по страху, застывшему в глазах мары, она не шутила.
– И что теперь?!
– Помоги мне открыть портал!
– Как? Я не умею!
– Просто представь, что хочешь оказаться далеко-далеко, в безопасном месте. Открой поток магии, я сама направлю его и трансформирую в переход.
– И куда ты меня отправишь?
Что-то мне не улыбалось оказаться неизвестно где, да еще в таком виде.
– Туда, где тебе точно помогут. Надеюсь, твоей силы хватит…
Последние слова она пробормотала, вытягивая наши сомкнутые ладони вперед и свободной рукой рисуя какие-то руны.
За моей спиной послышался странный звук. Носа коснулся запах гари. Оглянувшись, я увидела, как в дверном полотне расползается знакомый черный круг.
Осознание истины накрыло лавиной: Тесла. Этот гад все же нашел меня и теперь пытается прожечь дверь, как тогда, в Академии.
– Быстрее! – рявкнула Килайя и больно дернула меня за руку.
Я послушно зажмурилась. Воззвала к источнику. И тот вспыхнул в ответ белым светом.
Раздался грохот открывающейся двери.
А затем я почувствовала толчок. Кто-то с силой толкнул меня в спину.
Я полетела вперед, прямо в белое марево. Закричала, ожидая удар. И упала коленями во что-то мягкое. Пальцы погрузились то ли в шкуру животного, то ли в ковер.
Замерла, часто дыша. Потрясла головой, возвращаясь реальность. И только тогда заметила начищенные сапоги, стоящие прямо передо мной.
Это было что-то новенькое.
Медленно поднимая голову, я проследила голенища сапог, белые, аккуратно заправленные в них бриджи, обтянувшие стройные мужские бедра, вышитый золотом кушак, укороченный белоснежный камзол, шелковый шейный платок со сверкающим камнем в булавке…
И наконец мой взгляд встретился со взглядом чужих синих глаз. Обладатель этих глаз внимательно и серьезно смотрел на меня. Словно оценивал. Затем слегка нагнулся, протянул руку и произнес:
– Уважаемая мара, приветствую вас в скромной обители эльтеидов.
Слегка обалдев, я вложила пальцы в его ладонь. Незнакомец, который, кстати, был красив как Аполлон, помог мне подняться. Потом кому-то кивнул, и мне на плечи тут же набросили длинный шелковый плащ. А я и забыла, что все это время стояла перед красавчиком в ночной рубашке на голое тело.
Но самое странное – он назвал меня марой. Не лейвой!
– А, – я заозиралась, пытаясь понять, куда меня занесло, – что это за место? Где я?
Мы находились в небольшом зале. Вокруг белели колонны, поддерживающие купол. А я стояла как раз под ним, утопая босыми ногами не в ковре, а в шкуре животного. Вон, у него даже лапы есть! Судя по разводам, этот коврик некогда был снежным барсом.
Кроме незнакомца с синими глазами, рядом стояло еще несколько человек. Двое мужчин в синей с зелеными отворотами форме и четыре женщины в таких же плащах, как у меня. Только цвет у всех был разный: красный, синий, зеленый, голубой…
Мне достался невнятный серый плащ.
– В Цитадели, – улыбнулся красавчик. И добавил, тряхнув золотыми кудрями: – Позвольте представиться, Лесхар Цетерий, комендант крепости и офицер ее высочайшего высочества Эльтеи Арбадонской.
Он сделал учтивый поклон. Я же, стянув руками плащ у горла, тихо икнула:
– Ого… так это правда? Она существует?
– С кем имею честь? – Лесхар смотрел на меня, ожидая ответ.
– Инна… Лейва Инна.
– Нет, уважаемая мара, здесь вы не лейва. Забудьте это унизительное прозвище. И назовите свое полное имя.
Признаться, я уже забыла, когда и кому в последний раз называла его. Да и вообще, в этом мире оно вряд ли имеет значение. Но все же ответила:
– Оленьева Инна Игоревна… – и немного смущенно добавила: – Но можете называть меня просто Инна, я так привыкла.
– Хорошо, – Лесхар блеснул идеальными зубами, – я буду называть вас мара Инна, а вы можете обращаться ко мне просто комендант или дан Лесхар.
Я немного напряглась.
Если историк в Академии не врал, то даны – это элитные воины-маги, служившие прежнему королю. Но, после того как Барден взошел на трон, их Орден был распущен. Лидеров обвинили в измене и публично казнили, все имущество конфисковали, а бывшим данам запретили появляться в столице под страхом смерти.
Кажется, это случилось лет сто назад. А этому Лесхару на вид не больше двадцати пяти. Ах да, маги же не стареют. Вот почему у красавчика-коменданта такой пронзительный взгляд.
– Сейчас вас отведут в вашу келью, а позже мы встретимся за обедом и сможем поговорить, – закончил он приветственную речь.
Затем отвесил учтивый поклон и испарился. С ним ушли и мужчины. А вот женщины в цветных плащах, наоборот, еще плотнее обступили меня. И это были не люди!
– Привет, – сказала ифрисса в красном плаще, по-видимому, самая бойкая, – ты же из Саартога?
Когда они подошли ближе, я поняла, что они ненамного старше меня. И дело не в юных лицах, а в живых, любопытных взглядах.
– А вы? – в ответ я разглядывала их с таким же неприкрытым интересом.
– Да много откуда, – хихикнула нимфа в синем плаще.
– Кто-то и с неба свалился, – загадочно протянула сильфа в голубом.
– Так! – хлопнула в ладоши дриада в зеленом. – Хватит пугать нашу новенькую! Не бойся, они не кусаются.
Последнее относилось уже ко мне.
Ага, а я вот ничуть не испугалась. И даже не удивилась. Почти. Но кое-что меня все же смутило.
– У вас плащи по цвету стихий подобраны, да? – прищурилась, оглядывая хихикающих девчонок. – А у меня почему серый?
– Потому что ты неофит! – веско заметила ифрисса. – Мы же не знаем, какая у тебя стихия. Новеньким всегда дают серые плащи, но ты не переживай, сегодня продемонстрируешь свою магию перед Советом Стихий – и получишь свой плащ. А теперь пошли.
– Совет Стихий?
Ух ты, чем дальше, тем все любопытнее. Как бы не вышло, что я из одной тюрьмы в другую попала. Но в Саартоге меня хоть чему-то учили, а что будет здесь?
– Ой, скоро сама все узнаешь!
Не вытерпев, нимфа и сильфа подхватили меня под руки с двух сторон и потащили за собой.
– Ай! Я же босиком! – только и успела крикнуть, как вдруг поняла, что мои ноги не касаются пола!
Мы летели! В самом буквальном смысле. Летели в нескольких сантиметрах над каменным полом, словно стайка развеселых цветастых призраков. Пересекли зал и нырнули в извилистый коридор со сводчатым потолком.
Я вертела головой, стараясь запомнить дорогу. Но поворотов было слишком много. А еще девчонки все время перебрасывались шуточками, с придыханием и закатыванием глаз обсуждали неизвестных мне мужчин и тормошили меня:
– А у тебя кто-то есть? Тебе кто-то нравится? Ой, ты же из Саартога, прости.
И тут же забывали обо мне, возвращаясь к своим сплетням.
Но все же мне удалось понять, что мы находимся в древней каменной крепости. Об этом говорили толстые стены, крошечные окна-бойницы и укрепленные арочные проемы.
Наконец девушки остановились возле низкой и широкой двери, обитой железом. Ифрисса толкнула ее, заглянула внутрь и сказала:
– Вот, здесь свободно. Располагайся. Наши кельи дальше по коридору.
Кельи? Так я не ослышалась…
Переступив порог, с некоторой опаской огляделась. Комнатка и вправду походила на келью. Ни намека на тот комфорт, который был в Академии. Узкое помещение с каменными стенами, узкая койка с соломенным матрацем, узкое окно, забранное решеткой. Стол. Стул. Вот и вся меблировка.
Да, не очень-то весело…
Я от досады закусила губу.
– Ты не смотри, что здесь так бедно, – дриада встала за спиной и положила руку мне на плечо. – Все, что захочешь, создашь сама.
Первая книга здесь: "Батарейка для мага"
Глава 1
Утро началось с противного писка Теслы. Я настолько привыкла к нему, что даже не отреагировала.
Элементаль удивился.
За несколько недель знакомства с ним мне начало казаться, что мой надзиратель обладает зачатками интеллекта и способен испытывать простые эмоции. А может, мне нужно было оправдаться за появившуюся привычку болтать с ним в уединении нашей общей комнаты.
Как бы там ни было, Тесла среагировал на мою неподвижность и опустился ниже. Он завис прямо над подушкой, продолжая пищать громко и максимально противно.
Я отмахнулась.
Шарик резво взлетел вверх – он тоже успел меня изучить. Запищал ещё громче и противнее, хотя буквально секунду назад мне казалось, что подобное невозможно.
– Встаю, встаю, бессердечное ты чудовище, – я откинула одеяло.
Тесла тут же замигал красным – это означало срочное уведомление. Текст не порадовал. В нем витиевато сообщалось, что лейве Инне несказанно повезло: верховный маг Арбадона и глава магического Ковена дор Хорген Афалеон уделит ей несколько часов своего бесценного времени. Разумеется, оная лейва должна проникнуться данным фактом и встретить дора Хоргена со всем подобающим благоговением и покорностью.
– Ух ты, сколько пафоса! – поделилась я с Теслой.
Он пискнул в ответ. Это могло означать как сочувствие, так и совет поторопиться.
– Встаю, встаю, – я поплелась в ванную, размышляя о верховном маге Арбадона.
Если честно, дор Хорген так долго не появлялся после первой встречи, что я о нём уже забыла. И надеялась, что он обо мне тоже забыл. Но, как оказалось, зря.
Хорген перехватил меня в столовой, когда я только потянулась к раздаточному столику. Сырники сегодня выглядели особенно зажаристыми и раззадорили мой аппетит.
– Лейва Инна! – прозвучало в тишине столовой.
Сегодня дежурил Наурани, поэтому тишина была идеальной. Захоти пролететь тут комар, мы бы различили, в какой октаве он зудит.
Головы в энненах дружно, почти единым движением повернулись на звук. Всем было любопытно, кто там такой смелый. И тут же по столовой прокатилась волна выразительного шёпота, в котором неоднократно прозвучало моё имя.
А я мысленно застонала. Вот не мог на улице подождать. Не успели ифриссы смириться, что ко мне ходит принц, как появляется ещё и верховный маг.
Два самых завидных жениха Арбадона.
И я заграбастала их обоих.
И ведь ни одной из лейв, которые сейчас обжигают меня завистливыми взглядами, не докажешь, что ни принц, ни верховный маг мне и даром не сдались.
– Лейва Инна! – а вот дора Хоргена совершенно не смущали ни любопытные взгляды, ни несущиеся вслед ему шепотки. – Надеюсь, вы не успели позавтракать? У меня сегодня на вас грандиозные планы.
Я со вздохом убрала руку от сырников, манящих меня зажаристой корочкой. Увы – не судьба.
– Доброе утро, достопочтенный дор Хорген, – поздоровалась по всем правилам этикета и послушно поднялась с места. – Я не завтракала и готова идти на занятия.
Он окинул меня взглядом с головы до ног, как будто мог видеть, что находится под тёмным платьем. Я вспомнила осмотр в кабинете ректора и разозлилась. Прошла мимо мага в сторону выхода.
У двери стоял декан Наурани и с раздражением смотрел на меня. Как будто это я виновата, что он не смеет пикнуть перед верховным магом и терпит злостное нарушение так тщательно пестуемого им порядка.
Не знаю, как отреагировал на моё самовольство дор Хорген, оборачиваться я не стала. Остановилась только в коридоре, опустила вуаль и глубоко вдохнула.
Через пару мгновений из дверей столовой вышел верховный маг. Его лицо выражало недовольство, но, надо отдать ему должное, дор Хорген быстро с этим справился. Складка между его бровей разгладилась. Поджатые губы разошлись в лёгкой улыбке.
Он нарочито вежливо произнёс:
– Впредь, лейва Инна, прошу не уходить, пока я вас не отпущу.
В его тоне было столько силы и властности, что я не нашла подходящих слов для ответа. Только кивнула. Легкая улыбка мага превратилась в хищную усмешку.
– Я рад, что вы проявили благоразумие, лейва Инна, – дор Хорген протянул руку.
Помедлив мгновение, я её приняла.
Мы двинулись по коридору в сторону выхода из корпуса. Покидающие столовую лейвы провожали нас долгими взглядами. Даже не оборачиваясь, я ощущала, как в спину мне летят шепотки.
– Расскажите, что вы уже умеете, лейва Инна, чтобы я мог сконцентрироваться на том, что будет вам ново, интересно и полезно, – а вот дор Хорген вовсе не заметил неприязненных взглядов.
Ещё бы! Они ведь были направлены не на него.
Я честно пыталась вспомнить свои умения и при этом абстрагироваться от враждебной атмосферы в коридоре. Получалось не очень.
– Э-э, – начала я, чтобы как-то нарушить молчание. И, чуть подумав, добавила: – Ну-у…
Маг вывел меня во внутренний двор и не спеша повёл по аллее к восточным воротам. А я всё припоминала. Точнее, не припоминала, а пыталась сообразить, стоит ли ему врать, что я что-то умею, или лучше честно во всём признаться.
И соврать хотела вовсе не затем, чтобы произвести на него впечатление. На меня давила аура властности, окружающая этого мужчину. Я боялась признаться, что за прошедший месяц не продвинулась ни на сантиметр.
И тут вспомнила.
– Ну, его высочество помог мне увидеть источник. Он такой белый и шарообразный. Источник, не его высочество.
Хорген скривился, словно ему засунули в рот лимон. Даже забыл, что должен держать лицо.
Я решила закрепить успех.
– Вообще его высочество – очень хороший тар. Мы подолгу занимаемся на индивидуальных уроках. Он старается меня научить…
– Но, как я понимаю, безуспешно? – маг снисходительно хмыкнул.
Похоже, разгадал моё желание щёлкнуть его по носу.
– Увы, – я постаралась принять постный вид, но внутренне напряглась, ожидая реакции на мои неудачи в попытках совладать с магией.
– Ничего, – Хорген погладил меня по руке, лежащей на его предплечье.
Я рефлекторно дёрнулась и попыталась отнять ладонь, но маг не позволил. Удержал.
– Ничего, – повторил он как ни в чём не бывало несколько мгновений спустя, когда мы снова зашагали по неширокой аллее. – Принц ещё слишком юн. Он не знает многих хитростей жизни и не может найти подход к женщине. Берет с наскока, будто это очередная крепость. Охмуряет дешевыми комплиментами и разными фокусами…
На языке вертелось “а вы, значит, без дешевых фокусов обойдетесь?”, но я благоразумно промолчала. Похоже, умнею.
– Могу заверить, лейва Инна, – тем временем продолжал дор Хорген, даже не подозревая о провокационных мыслях, блуждающих у меня в голове, – после занятий со мной вы увидите разницу между юным и… – он сделал паузу, – опытным мужчиной.
Ей-богу, он сказал не “магом” или “таром”, а “мужчиной”. Я на сто процентов уверена, что имел в виду он вовсе не обучение. А если и обучение, то явно не магии.
Но, поскольку мою руку дор больше не гладил, да и вообще, не считая двусмысленных слов, ничего противоправного не предпринимал, я не стала снова вырываться. Продолжила идти рядом с ним, не желая выглядеть истеричкой.
К тому же мы оказались у запертых восточных ворот, ведущих туда, куда дорога лейвам была закрыта – наружу.
Вопреки моим ожиданиям, Хорген не развернулся в сторону учебных корпусов, а подвёл меня прямо к воротам. Они были самыми обычными – из потемневшего от времени дерева, обитого металлом. Я мельком глянула на плотно сдвинутые створки, не нашла ничего интересного и уже открыла было рот, чтобы предложить двинуться назад.
Но Хорген меня удивил.
– Первый урок, лейва Инна, – произнёс он назидательным тоном. – Вас учили медитировать, чувствовать свой источник и делать его видимым для оценки. Все это правильно, но у таров, которые пытались с вами сладить, ничего не вышло. И это неудивительно – вы слишком сильны для них.
Что?
– Да-да, вы не ослышались, Инна. Позвольте, я буду так называть вас? А вы можете обращаться ко мне просто Хорген, когда мы наедине. – И, не дождавшись моего ответа, продолжил: – Так вот, Инна, чтобы раскрыть ваш потенциал, нужен совершенно иной подход. Вам не следует мучиться и самой изучать свои способности, вы должны подчиниться и действовать не с помощью наставника, а под его рукой.
Если честно, я ничего не поняла. Ну кроме того, что дору Хоргену нравится подчинение. Представила его в кожаной маске, с плёткой в руках – и тут же зажмурилась.
Ну уж нет, это не моё.
– Подчинитесь мне, – велел он и перехватил рукой мою ладонь.
Я напряглась, но вырываться не стала. Ну не будет же он домогаться меня на глазах у всей Академии?
Надеюсь.
К счастью, моя надежда оправдалась (даже не представляю, что бы я делала в противном случае).
Хорген всего лишь положил мою ладонь на створку ворот и, резко перейдя на “ты”, велел:
– Найди калитку!
Думаю, он применил ко мне магию подчинения. Потому что я, не успев осознать приказ, уже шарила рукой по дереву.
Крепкая ладонь Хоргена, накрывающая мою, придавала этому действию несколько двусмысленное значение. По моей коже побежали мурашки. Чтобы немного отвлечься от мужского прикосновения, я сосредоточилась на створке ворот.
Она была шершавой. Слегка тёплой. И… не цельной.
Я рвано выдохнула и услышала рядом довольное:
– Умница!
Но не обратила на это внимания.
Дерево прерывалось. Оно словно было разрезано и соединено вновь. Это открытие так увлекло меня, что я подалась ближе. Ещё сильнее нажала на створку и вдруг увидела…
– Здесь есть калитка!
В створке тут же проявилась небольшая дверца.
Я проходила у восточных ворот несколько раз и никогда не видела, что в них есть калитка. И до сего момента была уверена, что это две сплошные дубовые створки.
Маленькая потайная дверца, возникшая из ниоткуда, привела меня в дичайший восторг.
–Дор Хорген! – я повернулась к магу и увидела взгляд, полный довольства собой.
– Толкни её, – велел он.
Я с радостью подчинилась. А маленькая дверца, тихонько скрипнув, открылась наружу. За ней был целый мир.
– Иди, Инна. Ты же хочешь увидеть что там?
Да, очень хотела. Но вместо того, чтобы шагнуть в калитку, вспомнила главное правило Академии и с сомнением оглянулась на учительскую башню.
– Разве лейвам можно выходить за ворота?
– Со мной можно всё, – дор неожиданно подмигнул и подтолкнул вперёд.
Я по инерции сделала пару шагов и снова застыла, жадно разглядывая открывшийся вид.
Прямо за стенами Академии начиналась дорога. Вдоль нее лежали поля, устланные фиолетовым ковром. Кажется, это цвела лаванда.
За полями виднелись домики – там раскинулся городок. Тот самый, который я уж видела с холма, перед тем как Арден и братья-рыжики сдали меня Делианарису.
Воспоминания накатили жгучей тоской. И зачем только вспомнила про блохастого гада? Пусть милуется со своей Фьерной, или как ее там? Вот не буду думать о нем!
Ага, сколько раз за последние дни я себе говорила об этом?
– Инна, тебя разочаровала карета? – голос Хоргена вывел меня из задумчивости. – Ты так сердито смотришь на нее.
Я моргнула и поняла, что действительно смотрю на карету. Надо сказать, довольно роскошную: с позолоченными вензелями на темных лакированных дверцах и бархатными задвижками на окнах.
Перед каретой нетерпеливо всхрапывала пара тонконогих гнедых лошадей. На козлах сидел молодой человек в красной с голубой оторочкой ливрее. Еще два таких же молодчика пристроились на запятках.
– Тебе не нравится? – снова спросил маг.
Я оторвалась от разглядывания экипажа, которого минуту назад здесь точно не было, вскинула голову и наткнулась на проницательный взгляд.
Интересно, как долго Хорген смотрел на меня, и что он успел заметить?
– Нет-нет, – поспешила выдавить улыбку. – Все замечательно.
– Тогда прошу…
Он пропустил меня вперед. А к нам навстречу уже спешил один из лакеев. Соскочив с запяток, слуга открыл дверцу и откинул лесенку.
Хорген придержал меня за локоть, помогая забраться в салон.
– И куда мы поедем? – поинтересовалась я, устраиваясь на мягком сиденье.
Внутри экипаж был обит темно-зеленым бархатом, пронизанным золотыми нитями. На стенках и потолке поблескивали зеленые камешки. Я не удержалась и даже царапнула один из них ногтем.
– Изумруды, – снисходительным тоном ответил маг. – Чистейшей воды. Все это может стать твоим.
Я быстро убрала руку и повторила вопрос:
– Так куда мы поедем?
Хорген занял сиденье напротив меня и улыбнулся:
– А куда бы тебе хотелось попасть?
– Домой, – ответила, не задумываясь ни на секунду.
– К сожалению, я не владею искусством пространственных переходов, – сказал маг ровным тоном. – Но, если желаешь, покажу тебе свой дом.
В этих словах мне почудился неприкрытый намек. Отвернувшись к окну, я пробурчала:
– Мы еще не так близко знакомы.
– Ничего, у нас еще все впереди, – прозвучало с улыбкой.
Да уж, самомнения верховному магу не занимать.
Хорген постучал в узкое окошко, за которым виднелась спина кучера. И карета тронулась с места.
Глава 2
– Инна, – заговорил маг минуту спустя. – Лейвам действительно нельзя выходить за ворота. Поэтому придется прибегнуть к небольшому обману. Дай руку.
И снова в его голосе прозвучал такой властны й приказ, что я машинально протянула ладонь.
Он сжал ее и что-то сказал. Я не поняла ни слова, но вокруг наших сомкнутых рук вспыхнуло белое пламя.
Не успела я испугаться, вскрикнуть или хотя бы выдернуть пальцы, как это пламя уже прокатилось по мне невесомой волной, заключая в сияющий кокон от макушки до самых пяток. А затем бесследно исчезло.
Я потрясенно осмотрела себя. От увиденного слова просто застряли в горле.
– К… как? – выдохнула спустя несколько минут, когда сердце перестало учащенно срываться на бег. – Как вы это сделали?
Хорген ответил самоуверенным взглядом.
– Рад, что тебе нравится.
Ну, насчет “нравится” это он, конечно, загнул. Я вообще-то никак не выразила свое отношение. Просто очень удивилась.
А удивиться здесь было чему. Мой темный суконный балахон в одно мгновение превратился в легкое шелковое платье. Нежно-голубое, с мягкими складками вдоль юбки. Тонкое золотистое кружево обрамляло неглубокое декольте и манжеты на узких длинных рукавах. Сами рукава были присборены по внешнему шву и в верхней части переходили в пышные буфы.
Ахнув, я с запозданием схватилась за голову.
Так и есть! Эннен исчез. А вместе с ним и вуаль. Вместо него на голове оказался соломенный капор, завязанный под подбородком широкой шелковой лентой.
– Но как… а моя магия? А если кто-то поймет, что я лейва? – я беспокойно заерзала.
Вспомнился неприятный момент, который пришлось пережить по дороге в Саартог.
– Об этом не стоит волноваться. Узнать в тебе лейву сможет лишь маг, ведь рукава надежно скрывают золотые руны на коже. Но на всякий случай я подготовился.
Хорген протянул мне кулак. Я с подозрением покосилась на него. Что он еще придумал? Но тут маг разжал пальцы. На его ладони поблескивал перстень. На вид довольно увесистый, испещренный непонятными рунами, с крупным синим камнем.
– Позволь твою ручку, – улыбнулся мужчина.
– Опять? – я поспешила убрать руки за спину. – Что это за штука?
– Не бойся, этот перстень – всего лишь артефакт, который внесет в твою ауру пару незначительных изменений.
– Зачем?
– Чтобы никто не понял, кто ты на самом деле.
Хорген смотрел на меня с легкой насмешкой. Наверное, в его глазах я выглядела полной дурой, шарахающейся от собственной тени. Он же предлагал мне уникальную возможность. Когда еще выпадет случай прогуляться за стены Академии?
В голове тут же завертелись мысли о побеге. Вот он мой шанс! А я все ломала голову, как мне выбраться из Саартога!
– Хорошо, – едва сдерживая адский хохот, уже звучавший в моем подсознании, я протянула обе руки.
Маг взял левую и надел перстень на безымянный палец. Артефакт ожег стальным холодом и тут же уменьшился. Сел так плотно, что я бы при всем желании не смогла его снять. Разве что оторвать вместе с пальцем.
– Забыл сказать, – добавил Хорген, внимательно глядя на меня, – у этого кольца есть еще одна функция. Пока он на тебе, я буду знать, где ты находишься.
В наступившей тишине отчетливо прозвучал скрип моих зубов.
– И еще, – магу явно понравилась моя реакция, – снять такое кольцо может только тот, кто его надел.
Вот гад! Знала бы – надела б сама!
– Ну и твой надсмотрщик не понадобится там, куда мы едем.
Хорген щёлкнул пальцами, и Тесла исчез. Просто растворился в воздухе, словно его и не было.
Без шарика стало… пусто. Оказывается, сама того не заметив, я успела к нему привязаться.
– Ну-ну, Инна, не сердись, лучше посмотри, куда мы приехали.
“Больно надо!” – дернула я плечом и отвернулась к окну.
Как раз чтобы увидеть проносящиеся мимо аккуратные домики. А за ними начиналась широкая улица, пестрящая цветными тканями, сверкающая стеклянными витринами и заполненная разношерстной толпой. В воздухе разливался тягучий букет ароматов: свежей сдобы, ванили и специй. Его перебивал то запах жареного мяса, то яркие нотки цитрусов, то чего-то вообще непонятного, незнакомого, но весьма аппетитного.
У меня в животе тут же весело заурчало, а рот наполнился слюной, напоминая, что позавтракать мне так и не дали.
– Что это?! – я поспешно прилипла к окну, чтобы скрыть покрасневшие щеки.
Напротив как раз оказался ресторанчик с открытой террасой, украшенной гирляндами цветов и бумажными фонариками.
– Саартог, – маг произнес это с такой гордостью, будто сам его строил. – Жемчужина западных болот.
Карета остановилась. Я подергала дверцу, но она не поддалась. Пришлось набраться терпения и подождать, пока лакей откроет ее.
Но выйти первой все равно не получилось. Меня опередил Хорген. Ступив на выложенный плиткой тротуар, он протянул мне руку.
– Спускайся, Инна. Нас уже ждут.
Хотелось, конечно, взбрыкнуть, показать характер…
Но божественный аромат, коснувшийся моего обоняния, заставил с благоговением ахнуть:
– Кофе? Здесь есть кофе?
Хорген удивленно принюхался. Затем его лицо осветила улыбка:
– А, ты про кэх-ори? В наших местах это редкий напиток и очень дорогой.
– Очень? – я умоляюще взглянула на мага. – А можно мне чашечку?
И сложила ладошки вместе, показывая, как мне хочется этого кэх-ори.
Мой спутник коротко усмехнулся:
– Посмотрим на твоё поведение, Инна.
Я тут же насупилась.
План с побегом, похоже, в очередной раз провалился. А тут еще и кофе выпить не дают. Эх, вот чего мне не хватало все эти дни! Чай тут, конечно, неплохой. Точнее, это даже не чай в привычном мне смысле, а сбор душистых трав. Кроме него в Академии подают различные соки, компоты, морсы и кисели. А еще напиток, похожий на какао с молоком. Но ничто из них не сравнится с бодрящим вкусом черного кофе.
Как я мечтала в первое время о маленькой чашечке по утрам! Ну совсем маленькой, хотя бы с наперсток! Душу отдала бы за глоток горячего кофе.
И вот теперь, похоже, настал момент истины. Готова ли я отдать душу?
Пока размышляла и вздыхала, мы с Хоргеном поднялись по ступенькам на террасу ресторанчика. Здесь стояли круглые деревянные столики, возле них – ажурные кресла с яркими цветными подушками. Сверху от палящего солнца был натянут светлый тент. А все деревянные части, включая столы, пол и резную балюстраду, были выкрашены в белый цвет. От чего создавалось впечатление воздушности.
– Достопочтенный дор Хорген, – перед нами присела в книксене девушка с голубыми волосами, – прошу, ваш столик уже готов.
Ее аккуратный фартучек и наколка указывали, что девушка работает официанткой. Но цвет волос… И тонкая, почти прозрачная кожа…
– Это сильфа? – не удержавшись, прошептала я на ухо магу, когда мы двинулись следом за девушкой.
Правда, для этого мне пришлось встать на цыпочки и прижаться к нему.
– Килайя, ты сильфа? – вместо ответа Хорген громко повторил мой вопрос.
Мои щеки обдало жаром.
– Нет, дор Хорген, – чуть улыбнулась девушка. – Я смесок без магии. Но моя бабушка – чистокровная сильфа. Выпускница Саартога.
Когда мы сели за столик, а Килайя ушла, я с обидой взглянула на Хоргена:
– Это было не очень-то вежливо!
– Я уже в том возрасте, когда можно плевать на вежливость, – хмыкнул он.
На языке вертелась пара ласковых, но их пришлось проглотить вместе со слюной, потому что к нам потянулась вереница местных официанток. Каждая держала в руках поднос с разнообразной снедью, исходящей дурманящим ароматом.
Хорген то морщился, оглядывая это гастрономическое великолепие, то удовлетворенно кивал. Я же едва сдерживала голодное урчание в животе. Ну сколько можно надо мной издеваться?
А маг будто нарочно тянул:
– Инна, взгляните на жареных куропаток. Думаю, для завтрака это чересчур тяжелое блюдо. А печеночное суфле? Где печеночное суфле? Сегодня у него некрасивая корочка, унесите!
– Можно мне это? – рыкнула я, почти хватая с подноса тарелку.
На ней оказались рулетики из баклажана или что-то очень на них похожее.
– И вот это тоже! – я сцапала еще одну тарелку.
На ней было клубничное желе со взбитыми сливками. Ага, значит, уже десерты пошли.
Хотела поставить свою добычу на стол, но тут поняла, что он и так уже весь заставлен. Закуски, салаты, горячие блюда – яблоку негде упасть. И я со своим желе!
А тут еще Хорген смотрит с усмешкой.
Ну нет, смеяться над собой я не позволю даже ему. Изобразив на лице великосветский оскал, я поманила пальцем Килайю. Смесок, или кто она там, все это время стояла поблизости и командовала официантками.
А когда она подошла, я ткнула в первую попавшуюся тарелку:
– Унесите вот это.
– Зря, – изрек Хорген, когда Килайя исполнила мою просьбу. – Я был уверен, что тебе понравятся устрицы.
Устрицы?
Я навострила уши и потянула носом.
Но уже было поздно. Тарелка поплыла вдаль от стола. Осталось лишь сделать хорошую мину. То есть вздохнуть и томно сказать:
– У меня аллергия на морепродукты.
А потом мысленно обозвать себя идиоткой.
У меня был шанс попробовать устрицы! Впервые в жизни. И я его потеряла.
Инна, определенно, ты просто гений бездарности!
Впрочем, через полчаса жизнь стала казаться вполне терпимой. Даже общество Хоргена уже не так напрягало. Я наелась, попробовав всего понемногу.
Нет, не всего. Устрицы так и уплыли вдаль, оставив о себе лишь неясные воспоминания. Зато мне принесли серебряный чайничек загадочного кэх-ори и теперь я жмурилась от удовольствия, потягивая черную, горькую жидкость, украшенную шапкой густой пены.
Маг ел мало, больше потягивал янтарную жидкость из пузатого бокала и наблюдал за мной. Сначала эти загадочные взгляды смущали, а потом я решила не обращать на них внимания. Пусть дедушка смотрит, раз ему хочется.
Хотя Хорген выглядел молодо и весьма привлекательно, я никак не могла забыть, что ему очень-очень много лет. Если бы он жил в моём мире, то наверняка застал бы последние дни царской семьи. А может, и не последние.
В качестве жениха или, упаси боже, будущего мужа верховный маг ну никак не воспринимался. Правда, расстраивать его раньше времени я не спешила. Мало ли что может произойти с дедушкой в таком возрасте. Может, у него сердце слабое или суставы, или что там у старичков барахлит? Кто знает, может молодая внешность у местных магов это лишь маска, под которой прячется дряхлое тело…
В один момент я поймала очередной взгляд Хоргена и поёжилась, до того пронзительно он смотрел. А его зубы были так крепко сжаты, что того и гляди заскрипят.
Мысль, что верховный маг мог прочитать мои размышления, я откинула. Ведь не мог же? Но на всякий случай заставила себя думать на нейтральные темы.
Больше никаких дедушек в голове – сгорбленных, седеньких и с тросточкой в трясущейся сморщенной руке.
Тьфу ты! Хватит уже!
Хорген криво усмехнулся, и я ещё сильнее напряглась, пытаясь выкинуть лишние мысли из головы. А лучше и вовсе начать разговор на интересующую меня тему.
Поэтому спросила невинным голоском:
–Дор Хорген, что мы будем с вами изучать сегодня?
Глава 3
Маг долго смотрел на меня испытующим взглядом, как будто уже взялся изучать. А потом негромко произнёс:
– Сегодня, Инна, мы будем искать то, что доставляет тебе удовольствие. Ты ведь не против?
Прозвучало это, надо сказать, двусмысленно. Я немного растерялась.
– Э-э, – вот и что на это ответить?
Но, прежде чем делать выводы о седине в бороду (пусть ни того, ни другого не было) и бесе в ребро, я решила уточнить, ну, на всякий случай, чтобы не выглядеть дурой, если он не имел в виду ничего предосудительного:
– Что вы хотели сказать, дор Хорген?
– Только то, что сказал. – Он оценил мои порозовевшие щёки и хмыкнул, а затем пояснил с предельной серьёзностью: – Инна, чтобы раскрыть твой потенциал, придётся раскрыть тебя саму.
Пока я обдумывала эти слова, маг добавил:
– Мы можем, конечно, действовать по классической методике, но в твоём случае она уже показала несостоятельность. Ты же не хочешь биться несколько месяцев над тем, что другим лейвам даётся за пару недель?
Я покачала головой, вспомнив, как глупо себя чувствовала под снисходительными взглядами однокурсниц и раздражёнными – преподавателей.
– Я уже говорил: всё, что тебе нужно, это довериться мне. И вот настал момент истины – готова ли ты сделать это?
Довериться ему? Может, решиться было бы легче, если б господин верховный маг не бросал постоянно двусмысленные замечания, которые вгоняют меня в краску.
Некстати вспомнились занятия с принцем и его просьбы довериться.
Почему мне все время кажется, что каждое произнесённое обоими магами слово – часть какой-то непонятной мне игры?
И всё же осознать и обуздать свою магию мне хотелось. Да и в конце концов, я могу просто попробовать. Не может ведь Хорген принудить меня к отношениям силой? Я же лейва и нахожусь под защитой Академии. Мне нечего бояться.
Магия была рядом. Внутри меня и снаружи. Она исходила от каждого предмета и живого существа, чувствовалась в дуновении ветра и тепле солнечных лучей. В улыбке Килайи и взгляде самого Хоргена. Она манила, дразнилась, обещала сказочные возможности.
Разве я могла устоять?
– Согласна, – кивнула, слукавив лишь малость.
Я не собиралась доверять Хоргену больше, чем этого требовалось для учёбы.
Если верховному магу удастся раскрыть мой потенциал, здорово, нет – может, даже и лучше. Вдруг нераскрытой лейве не нужно выходить замуж?
– Очень хорошо.
А вот Хорген, похоже, принял мои слова за чистую монету. Его ноздри хищно раздулись, губы дрогнули в довольной улыбке, а глаза теперь смотрели на меня с жадным блеском.
Ой-ой-ой, кажется, я на что-то не на то согласилась.
Но было уже поздно…
Хорген легко поднялся с места, словно и вправду был молодым мужчиной, а не столетним старцем, и подал мне руку. Его ладонь была крепкой и сильной и тоже никак не напоминала о возрасте.
Я даже немного засомневалась в своих выводах. Но тут же вспомнила слова Рандира, что у верховного мага совсем нет времени на выбор лейвы. Он схватит первую попавшуюся, потому что слишком стар, чтобы искать подходящие варианты.
Неужели я что-то неправильно поняла?
Так, под ручку, мы и вышли на улицу. Я здорово нервничала, не сумев определиться – старик Хорген Афалеон или нет. Считать ли лёгкие поглаживания моей ладони старческой блажью? Или Хорген пытается меня соблазнить?
– Так что доставляет тебе удовольствие, Инна?
Эти слова были произнесены с явным намёком, а поглаживания стали интенсивнее. Я с трудом удержалась, чтобы не вырвать руку из захвата Хоргена, и заставила себя сконцентрироваться на самом вопросе.
Что доставляет мне удовольствие?
Поглаживания, если абстрагироваться от мыслей о самом маге, были приятными. Но вот приносили ли они удовольствие? Точно нет.
Шум базара остался позади. Я окинула взглядом улицу, по которой мы сейчас двигались прогулочным шагом.
Она шла под уклон и была довольно широкой. По крайней мере, проезжавшие здесь изредка коляски и кареты не цеплялись друг за друга.
Трёхэтажные домики по обе стороны стояли вплотную, так что свернуть в переулок между ними было невозможно. Чтобы увидеть улицу с другой стороны, пришлось бы дойти до самого конца. Если, конечно, подъезды не были сквозными.
Все строения были выкрашены в песочный цвет. Однотонность улицы расцвечивали красные прямоугольники оконных рам и зелёные ставни.
Под каждым окошком размещались маленькие балкончики для цветов из ажурного металла. Здесь росли самые разные растения. Как будто жители домов, не имея иной возможности проявить индивидуальность, выплеснули её на цветы – розы всех оттенков, мелкие маргаритки, пышущие жаром бархатцы, алые цикламены.
Я с восторгом смотрела на эти пёстрые вспышки среди однотонности стен. В голове всплыла мысль: а какое сейчас время года? На полях цветет лаванда, значит – здесь лето. Но вон на одном балконе нарциссы подставили солнцу желтые головки, а на другом – гиацинты среди георгин, а дальше – пионы и маргаритки… Настоящее буйство красок.
Интересно, сколько магии понадобилось жителям города, чтобы заставить весенние и летние растения цвести одновременно?
Я уже хотела спросить об этом своего спутника, как вдруг поняла – удовольствие, вот же оно!
Эстетическое удовольствие тоже считается?
– Я очень люблю цветы…
Мой голос потонул в странном шуме.
Я подняла взгляд. С той стороны, где улица поднималась в гору, к нам приближалась громоздкая телега. Ее кузов был накрыт плотной тканью. Колёса, подпрыгивая, дребезжали по брусчатке.
Уклон в том месте был крутой, и лошадка, неожиданно для себя, прибавила шагу. Затем ещё и ещё. Через несколько метров она и вовсе перешла на бег.
Возница понял, что что-то идёт не так, и пытался сдержать лошадь, всё прибавляющую ход. Он дёрнул повод, но сделал лишь хуже – лошадь бросилась в сторону, телега накренилась, с кузова слетело полотно.
А я оторопела, увидев, что это вовсе не кузов.
На телеге стояла клетка, и в ней находился худой оборванный человек. Его бросало из стороны в сторону, прямо на железные прутья. Я вскрикнула, когда он ударился головой и упал, а его тело продолжило кататься по полу.
– Какой ужас! – забывшись, я вцепилась в руку Хоргена и затрясла ее. – Он покалечится! Сделайте что-нибудь, дор Хорген!
Маг с удивлением взглянул на меня, затем перевел взгляд на громыхающую телегу, несущуюся вниз по улице, и равнодушно ответил:
– Не вижу смысла напрягаться, этого ублюдка всё равно должны казнить.
В этот момент я поняла, что никогда и ни за что не стану женой верховного мага Арбадона. Злость на него придала мне сил. Я не знала, что делать. Как остановить несущуюся вниз лошадь и спасти приговорённого узника?
Сочувствие к незнакомому оборванцу, злость на мага и на себя – за беспомощность – толкнули меня вперед.
Что же я за бездарщина? У меня седьмой уровень магии! Не могу просто стоять и смотреть, как гибнут люди!
Я не заметила, как вырвала ладонь из захвата Хоргена. Молча шагнула на середину улицы и замерла на пути у телеги.
Маг что-то кричал у меня за спиной, но я его не слышала. В голове было только одно: если сейчас что-то не предпринять, мы все погибнем: я, лошадь, возница и пленник.
А телега была уже рядом. Между нам оставался всего десяток шагов, и это расстояние стремительно сокращалось, когда я, словно ведомая некой силой, выставила руки вперед.
Телега закрыла всю улицу. Грохот стоял в ушах, и я позорно зажмурилась. Поняла, что это конец.
В последний момент мелькнула тоскливая мысль: браслеты! Блокираторы не позволят использовать магию, даже если бы я и умела. Какого черта я вылезла на дорогу?
Но и сдвинуться с места уже не могла. Просто оторопела, застыла в бессмысленной позе. Точно хотела остановить тяжеленную телегу голыми руками.
Глупая. Глупая Инна!
Время будто застыло. Я ждала, что в момент столкновения передо мной раскрученной кинолентой пронесется вся жизнь. Но в голове оказалось пусто. Только призрачные часы отсчитывали ускользающие секунды.
Восемнадцать, девятнадцать… двадцать четыре…
Я поняла, что секунд слишком много. Телега уже давно должна была сбить меня с ног.
Да и руки уже затекли, хотелось их опустить.
Что я тут же и сделала. А потом открыла глаза.
Правда тут же снова зажмурилась. Потому что всё вокруг было залито ярчайшим белым светом.
Понадобилось почти полминуты, чтобы я проморгалась и наконец разглядела, что происходит.
Меня и телегу с лошадью окружал плотный кокон белого света. Сквозь него ничего не было видно. Исчезла симпатичная улица Саартога, ресторан, из которого мы с магом только что вышли, да и самого дора Хоргена не наблюдалось.
А те, кто находился внутри светящейся сферы, не двигались. Кроме меня. Все, включая лошадь, замерли в тех позах и с теми выражениями на лицах и морде, которые предшествовали столкновению со мной.
Я недоверчиво протянула ладонь и погладила бархатистый нос лошадки. Она никак не отреагировала, по-прежнему глядя перед собой расширенными от ужаса глазами. Возница явно что-то кричал, может, просил уйти с дороги. Его рот так и застыл в немом крике.
А вот пленник смотрел на меня сквозь прутья решётки. Он не двигался, лежал на боку, вцепившись в клетку, но смотрел мне прямо в лицо. Пристально и тревожно.
Его губы чуть дрогнули, будто мужчина хотел что-то сказать. Я сначала прислушалась, а потом сделала шаг вперёд, с удивлением понимая, что могу двигаться.
Подошла к пленнику и нагнулась, надеясь услышать его слова.
– Беги… – раздался едва различимый хрип.
Я нахмурилась, решив, что ослышалась.
– Куда? Из Академии не выбраться и от Хоргена не скрыться, – вздохнула, переведя взгляд на руку с перстнем.
Хотя сейчас дора Хоргена поблизости и не наблюдалось. Может, он не такой всесильный, как желал показаться?
Я надеялась, что пленник скажет что-то ещё, но и он замер, будто его сил хватило лишь на то, чтобы один раз разжать губы. Он тоже не мог сопротивляться магии Света.
И тут до меня дошло.
– Это что, я всё сотворила?!
Остановила несущуюся телегу. Просто захотела спасти невинных – и остановила. И даже браслеты-блокираторы не помешали!
Но теперь нужно довести дело до конца.
Я взяла лошадку под уздцы и потянула за собой. Лошадь двигалась тяжело и медленно, будто застыла в густом сиропе. Тащить ее было непросто. Но всё же мы понемногу спускались по улице.
Оказавшись в безопасном месте, я отпустила узду. В тот же миг светящийся кокон исчез. Всё вокруг пришло в движение. Тишина взорвалась сотней звуков.
Возница на телеге дёрнулся. Хлопнул ресницами и вдруг заметил меня.
– Гляди, куда прёшь, дура! – крикнул он и взмахнул кнутом так, что я отпрянула в сторону.
В последний момент наткнулась на полный боли взгляд пленника – и телега промчалась мимо.
На мое плечо опустилась чья-то рука. Я вздрогнула, а вкрадчивый голос Хоргена произнес:
– Теперь видишь, девочка, что не стоило лезть на рожон?
Мне хватило сил только кивнуть.
Перед глазами продолжали стоять искривленные губы пленника, который беззвучно шептал одно и то же слово: “Беги!”
Я бы с радостью побежала. Знать бы еще куда, от кого и к кому.
Глава 4
– Кто этот пленник? – тихо спросила я, провожая взглядом телегу.
– Не думай о нем. Этот преступник не заслуживает твоей жалости.
– А в чем его обвиняют?
Мне стало не по себе от мысли, что Хорген прав. Может, тому человеку было лучше погибнуть сейчас, чем попасть под топор палача…
Маг окинул меня недовольным взглядом.
– Какая разница? В любом случае его везли на смертную казнь. Ты лишь продлила агонию.
Меня покоробил презрительный тон Хоргена.
– Преступник он или нет, но так обращаться с живым человеком – жестоко, – отчеканила я и отвернулась. – Он едва не убился о прутья решетки.
– Хорошо, это был один из отступников, – проворчал маг, явно недовольный моим поведением.
– Отступников? – я напряженно уставилась на него. – Это те, которые лейв похищают? Один такой пытался насильно жениться на мне.
Неужели я только что спасла мерзавца, подобного тому маркизу?
– Ну, что-то вроде того, – нахмурился Хорген. – Я не стал бы вмешиваться, если бы тебе не угрожала опасность.
– Так это вы сделали?! – ахнула я.
– Что именно?
– Отключили мои браслеты?
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о вмешательстве мага. Не сама же я такая великая волшебница, что смогла обойти руны, наложенные ректором. А вот у таров в Академии есть возможность отключать блокировку, если нужно, чтобы лейва использовала магию.
Именно это сейчас и произошло. Хорген отключил мои браслеты, когда понял, что я могу погибнуть под телегой. Но откуда он знал, что мне удастся ее остановить?
– Умница, – маг похлопал меня по плечу, а затем встал рядом и положил мою ладонь себе на локоть. – Но больше так не делай. Ты слишком редкое и дорогое сокровище, чтобы так бездарно собой рисковать.
Мы двинулись дальше тем же неспешным прогулочным шагом. Будто ничего не случилось. Только люди, попадающиеся нам на пути, теперь вежливо кланялись и отступали с дороги. Я, наивная, решила, что они кланяются мне. Благодарят за то, что остановила телегу и спасла их от разрушений. Но вскоре поняла, что ошиблась. Все знаки почтения принадлежали верховному магу.
Впереди показался каменный мост, соединяющий два берега.
– Это ведь не я сделала, да? – пришла к невеселому выводу. – Вы помогли остановить телегу.
И почему я вообще решила, что сама сотворила тот кокон из Света? Я ведь даже никаких заклинаний не знаю и не умею управлять своей магией!
– Скажем так, я направил твою силу в нужное русло, – самодовольно ответил Хорген. – Для этого и нужны маги.
Дальше я прослушала краткую, но полную пропаганды лекцию, что каждой лейве позарез необходимо стать женой мага. Ведь только маг может использовать потоки силы и управлять ими. А лейва всего лишь источник, который эту силу производит.
– Разумеется, каждая лейва может использовать свою силу в быту, – говорил Хорген, вышагивая рядом и придерживая мою руку у себя на локте. – Это весьма облегчает жизнь. Но на какие-то серьезные заклинания вы не способны. Если взять пример из жизни, то вот река.
Мы как раз ступили на мост, и маг повел рукой, привлекая мое внимание к полноводному руслу.
– Это твоя стихия. Она начинается с маленького источника. Этот источник – ты, но ты не управляешь ею, не можешь повернуть русло в другую сторону и уж тем более не можешь изменить направление течения.
Затем он показал вдаль и продолжил:
– А я, как та мельница. Использую твою стихию, чтобы молоть зерно.
Я проследила взглядом за его рукой. Выше по течению и правда стояла мельница. Огромное колесо загребало воду широкими лопастями.
– Добрый господин! Купите цветочки вашей спутнице! – прогнусавил чей-то голос, заставив меня опустить взгляд.
Перед нами стояла невысокая сгорбленная фигура, обряженная в подобие сутаны с капюшоном. Определить кто это – мужчина или женщина, оказалось невозможно. Глубокий капюшон, надвинутый на нос, не давал рассмотреть лицо.
Странное существо в одной руке держало корзинку, из которой торчали обыкновенные ландыши, а другой опиралось на трость. Причем обе кисти были прикрыты широкими рукавами.
– В каждом букетике – предсказание от мары Таиры! – добавил продавец, заметив, что Хорген колеблется.
– Что за предсказание? – полюбопытствовала я.
– Ничего серьезного, – поморщился маг. – Не слушай, Инна.
– И все же? Кто такая мара Таира?
– Какая-то шарлатанка, которая присвоила себе имя легендарной мары из прошлого. Была такая мара лет триста назад, обладала даром предвиденья. Но тебе ведь известно, что сейчас в Арбадоне нет женщин-магов? И вообще, не нужен тебе этот грошовый букет!
Что ж, странный продавец немного пугал. Но то, что Хорген с такой настойчивостью пытается увести меня от него, зародило во мне подозрения. А еще – любопытство. Вспомнились китайские печеньки с предсказаниями. У меня они частенько сбывались. Почему бы и здесь не попробовать?
– Знаете, – бодро заявила я, делая шаг к корзинке с цветами, – обожаю ландыши! Они так чудесно пахнут. Достопочтенный дор, пожалуйста, подарите букетик!
И даже руки сложила в умоляющем жесте.
– Хорген, – проворчал маг. – Мы же договорились, что ты наедине будешь звать меня по имени.
– Хорген, пожалуйста, – и ресничками так: хлоп-хлоп.
Ну сущий ангел!
Маг тут же подобрел, расплылся в самодовольной улыбке.
– Эй, ты, – высокомерно кивнул продавцу. – Давай сюда всю корзину!
– Простите, господин, но прекрасная госпожа должна выбрать один букетик своей рукой, – существо отвело корзинку в сторону. – Но вы, несомненно, можете заплатить за все цветы.
– Не надо за все, – я послала Хоргену чарующую улыбку. – Мне хватит и одного.
– Сколько? – маг уставился на продавца.
– Всего три медяшки, добрый господин.
– Не держу при себе такой мелочи. Ладно, раз моя спутница хочет…
Серебряная монетка подлетела в воздухе. Продавец ловко поймал ее и тут же спрятал за пазуху. На секунду широкий рукав сполз, обнажив его кисть. Удивительно изящную, с тонкими пальцами и гладкой кожей. Эта рука могла принадлежать только женщине.
Не успела я удивиться, как мне под нос уже сунули корзинку, и аромат ландышей выбил все мысли из головы.
– Выбирайте, красавица! – прогнусавило существо.
Моя рука зависла над цветами.
Какой же букетик выбрать, чтобы не прогадать? Каждый из них был перевязан узкой цветной ленточкой, и оттенки не повторялись. Может, цвет ленточки что-то значит?
В общем, я закрыла глаза и ткнула наугад:
– Вот этот!
– Так возьмите его, прекрасная госпожа.
Схватив цветы, я открыла глаза. Ленточка была голубой. На ней болтался скрученный в трубочку кусочек бумажки. Не мешкая, я тут же разровняла его, чтобы узнать предсказание.
– “Твоя судьба ближе, чем ты думаешь. Оглянись!” – прочитала с недоумением.
И… оглянулась.
За спиной никого не было. Только загадочный продавец, каменная балюстрада моста да виднеющиеся вдалеке башни Академии.
– Начинаю подозревать, что поддельная мара Таира и вправду умеет предсказывать будущее, – мурлыкнул Хорген с другой стороны. А затем великодушно кивнул продавцу: – Сдачи не надо.
Кажется, верховный маг решил, что в предсказании речь шла о нем…
Представила себя женой Хоргена – и, зажмурившись, потрясла головой. Нет уж, такого счастья не надо.
Нет, маг выглядел привлекательно, впрочем, как и все маги. Моложавый, подтянутый, с правильными чертами лица. Ну хоть картины с него пиши! А еще умный, богатый, обходительный – сказка, а не жених.
Только эта приятная внешность казалась мне вывеской, за которой скрываются жуткие тайны. Кто знает, какие скелеты прячет в своем шкафу верховный маг? Нет у меня никакого желания с ними знакомиться.
***
Наша прогулка закончилась на мосту. Довольный предсказанием, Хорген повернул в обратную сторону. А по пути к кафе, у которого нас ожидала карета, снова продемонстрировал, как легко управляет моей собственной силой.
Нет, я себя чувствовала не рекой, а шлангом, из которого под напором бьет струя воды. Причем бедный шланг мотает в разные стороны, а вода брызжет, куда надо и куда не надо. И только сильные руки мага направляют эту струю в нужную сторону.
Мысль, что сама я никогда не смогу использовать магию, омрачила прогулку едва ли не больше, чем встреча с отступником.
– Не грусти, Инна, – Хорген заметил мое состояние. – Я стану тебе прекрасным супругом. Нежным и заботливым.
Он тут же решил доказать свои слова делом. Притянул меня к себе, обнял за талию. И не успела я опомниться и запротестовать, как его губы накрыли мои!
В первый момент я оцепенела от шока.
Маг действовал напористо, не давая ни секунды на размышления. Его язык раздвинул мои зубы и скользнул внутрь. Умело и глубоко.
А через секунду неведомая сила оторвала его от меня. Я в полной прострации уставилась на стену Света, возникшую между нами.
– Инна! – стой стороны донеслось рычание Хоргена. – Сейчас же убери ее!
– Что? Кого убрать? – поспешно вытерла губы. – Я ничего не делала!
А потом опустила взгляд на свои руки и потрясенно моргнула.
Там, где под шелком рукавов вился узор браслетов, сейчас исходило сияние.
– Это что? – прошептала испуганно. – Дор Хорген, вы отключили мои блокираторы?
– Нет! – раздался еще один рык. – Как раз я этого не делал!
Не зная, как убрать разделяющую нас стену, я просто замахала руками, будто дым разгоняла, и начала причитать:
– Кыш! Уйди! Исчезни!
К моему удивлению, стена Света моментально пропала. И браслеты перестали светиться.
– Цвергов принц! – процедил Хорген, прикрывая рот рукой. – Он еще за это поплатится!
– За что? – я с тревогой уставилась на мага.
– Кто-то навесил на тебя метку собственности. Не удивлюсь, если он. Больше некому. Мелкий поганец!
Я хотела спросить, что это за метка. Но Хорген выглядел таким злым, что передумала. Похоже, его не просто откинуло от меня магией Света, но еще и от души шандарахнуло по губам. Потому что сейчас между пальцев мага виделись алые полосы, подозрительно похожие на кровь.
Хорошо, что мы были уже возле кафе. Маг почти вырвал салфетки из рук подбежавшей Килайи и приложил их ко рту. А затем, даже не поблагодарив девушку, направился к экипажу.
Мне стало неловко.
– Спасибо за заботу, – я попыталась загладить его грубость. И с улыбкой протянула Килайе букетик ландышей: – Это вам.
Мне больше нечем было ее отблагодарить.
Но она не торопилась принимать подарок. Наоборот, внезапно прищурилась, отчего ее лицо стало взрослее и строже. А потом вдруг тихо сказала:
– Это вам спасибо.
– За что? – я удивленно округлила глаза.
– Скоро узнаете!
А затем сама взяла букетик из моих рук. Но не просто так. Я почувствовала, как мне в ладонь что-то скользнуло. И машинально протолкнула это нечто себе за рукав.
Хорген, похоже, ничего не заметил. К этому времени он уже сидел в карете, надутый как мышь на крупу. Но зато успел залечить разбитые губы.
– Похоже, его высочество решил увести тебя у меня из-под носа, – процедил маг, когда я забралась на сиденье, и карета тронулась. – Но он прогадал. У нас был устный договор, но теперь я вправе считать, что этот договор недействителен.
– То есть?
Я невольно напряглась. Ведь речь шла обо мне любимой.
– Я буду присутствовать на всех твоих уроках с принцем. И следить, чтобы он не превышал своих полномочий!
Ой-ой, чем дальше – тем страшнее. Надеюсь, эти двое не поубивают друг друга у меня на глазах?
С одной стороны, принц мне кажется более безобидным, чем верховный маг. А с другой…
Ни один из них не нравится мне настолько, чтобы связывать с ним свою жизнь. А если учесть, что жизнь будет долгая…
Провести ее с нелюбимым мужчиной – жестокое наказание.
В памяти всплыло лицо Ардена. Взгляд, которым он смотрел на ту Фьерну. Нежный, заботливый.
И сердце заныло.
Ну почему он на меня так не смотрит?
И вообще, зачем я о нем только вспомнила? Все настроение себе испортила!
Я сердито отвернулась к окну. Нащупала пальцем крошечный предмет за рукавом и сосредоточилась на Килайе. Интересно, что она мне подсунула? И за что сказала спасибо?
Глава 5
Перед самой Академией Хорген забрал свой перстень, а взамен вернул мне привычный вид, включая эннен и вуаль. Щелкнул пальцами – и на мои колени из небытия свалился надрывно пищащий Тесла.
С магом мы попрощались у главного корпуса. Он двинулся в сторону входа. Не удивлюсь, если к ректору. А я пулей рванула за угол.
Уж очень хотелось узнать, что у меня в рукаве!
Тесле я обрадовалась как родному, но изучать свёрток в его присутствии не решилась. Все же он мой надзиратель, а не друг. Не удивлюсь, если элементаль доносит ректору о каждом моем движении. Даже если сам того не хочет. Иначе Хорген не заставил бы его исчезнуть перед нашей прогулкой.
Поэтому пошла в туалет. Теслу, как обычно, оставила снаружи. Он уже привык к моим причудам и даже не попытался влететь в кабинку, как бывало в первое время.
Убедившись, что вокруг никого нет, и меня никто не видит, я осторожно вытащила нечто, завёрнутое в мятую обёрточную бумагу. Это оказалось небольшой серой горошиной, похожей на жемчужину.
Я задумалась, крутя ее в пальцах.
Килайя подарила мне крашеный жемчуг? Зачем?
Поднесла жемчужину к глазам, разглядывая, и забытая обёртка выпала из пальцев.
Чертыхнувшись, наклонилась, чтобы её поднять, и заметила, что с внутренней стороны что-то написано.
Развернула бумажку и прочитала:
“Положи горошину под язык и молчи! Станешь невидимой”.
Сердце взволнованно застучало: третье таинственное послание за один день. Если первым считать совет арестанта, а вторым – предсказание загадочной мары Таиры.
Что ж, тот отступник советовал бежать. А Килайя, судя по записке, дала мне в руки инструмент для побега.
Неужели достаточно положить жемчужину в рот – и я стану невидимкой?
Верилось с трудом. Пусть я уже несколько месяцев жила в магическом мире, мозг, воспитанный по старым земным правилам, новые условия воспринимал неохотно. Магия всё ещё казалась сказкой. Чудом. Пусть эти чудеса и окружали меня с утра до вечера. А некоторые я даже творила сама.
– Инна! – знакомый голос заставил меня вздрогнуть.
Я судорожно завернула жемчужинку в обёртку и запихнула свёрток обратно в рукав.
– Инна, ты здесь?! – Ниаррэ помолчала некоторое время, стоя под дверью кабинки, а потом весело крикнула: – Здесь! Я вижу твоего надзирателя.
– Здесь, здесь, сейчас выйду, – пробурчала я, намеренно медля, прежде чем открыть дверь. – Чего тебе?
Я нервничала, едва не застигнутая на месте преступления, поэтому вела себя более грубо, чем собиралась.
Несмотря на то, что мы с нимфой дружили, я не решилась рассказать ей о произошедшем. Не до конца доверяла. От этого чувствовала себя неловко, но всё равно продолжала молчать. И, забывшись, нервно затеребила свёрток сквозь рукав.
– Что там у тебя? – в глазах Ниаррэ зажглось любопытство.
– Шов натирает, чешется, – соврала, ощущая, как заливаюсь краской стыда.
К счастью, Ниаррэ ничего не заметила. Она только кивнула, показывая, что принимает это объяснение. А потом быстро затараторила, вспомнив, зачем искала меня:
– Тар Дрохевайн просил передать, чтобы ты шла к нему на занятия.
– А почему к нему? – удивилась я, бросая взгляд на молчащего Теслу.
Предыдущие дни принц занимался со мной по всем предметам, я не ходила на общие занятия. Только на физкультуру.
Интересно, что изменилось теперь? Может, Хорген решил, что хватит с меня и прогулки?
Эх, надо было спросить! Но увлечённая тайным посланием, я думала только о том, как быстрее отделаться от мага! Слишком хотелось остаться одной и получше рассмотреть то, что скрывалось у меня в рукаве.
– Дора Хоргена срочно вызвали во дворец, поэтому ты будешь заниматься с ифриссами, – продолжала тараторить Ниаррэ.
А мне он ничего не сказал. Видимо, не посчитал нужным.
Что ж, поставим еще один жирный минус в виртуальной графе его обаяния и привлекательности. Нет, не быть ему моим мужем. Хоть бы что там пророчила мара Таира.
Мои мысли прервал Тесла. Он замигал красным, сообщая, что пришло уведомление. Я скользнула взглядом по строчкам.
Ну так и есть – история. Наконец-то дошло. Всё у них тут не по-человечески.
Спасибо тебе, Килайя, за возможность сбежать!
Я сжала под рукавом волшебную горошину. На душе стало чуть легче от мысли, что появился ещё один выход, кроме тех, которые навязывают заносчивые тары.
– Обедать идем? – поинтересовалась нимфа.
– Иди одна, – я покачала головой.
Есть после кафе ещё не хотелось, до ужина вполне потерплю. А вот нежданный подарок обязательно нужно припрятать получше.
– Тогда встретимся за ужином, – попрощалась Ниаррэ и убежала в столовую.
Я даже не заметила, как она ушла. Думала, где же мне спрятать жемчужину так, чтобы никто её не нашёл?
Первую мысль – прикопать где-нибудь в парке, пока все на обеде, и никто не увидит – я отмела. Мало ли, что может случиться – пойдёт дождь, бумажка размокнет, а жемчужинка слишком маленькая. Вдруг она тоже размокнет? Или потеряется в земле, и я её больше никогда не найду. Прощай тогда мой единственный шанс на побег.
Значит, нужно прятать в комнате. Их вроде бы не обыскивают. По крайней мере, я ни разу не замечала, чтобы вещи были сдвинуты с места или перевёрнуты. Да и зачем наставникам шариться по нашим комнатам? Тары слишком уверены в крепости выстроенной системы. К тому же шары-надсмотрщики сопровождают нас весь день. Поэтому я и считала Теслу главным шпионом ректора. Пусть и не добровольным.
Сейчас я вернусь в комнату. Припрячу подарок. А потом буду вести себя как обычно. Никому не стану рассказывать о жемчужине, и тогда никто о ней не узнает.
Я воровато оглянулась по сторонам. Через рукав сжала пальцами свёрток, убедилась, что он на месте, выскользнула из уборной и зашагала к общежитию.
Подходящее место нашлось почти сразу. В прихожей нашей с Элианой квартирки были встроенные полки с раздвижными дверцами. Сильфа сразу сказала, что мои – три нижние, а её – верхние. На самой нижней полке отходила внутренняя боковая панель, и как-то, пытаясь поправить, я случайно отломала ее. Так и обнаружила, что в стене есть небольшое углубление, примерно с мой кулак.
Там спрячу горошину.
Дело осталось за малым – нужно убрать свидетеля. Я посмотрела на Теслу, мерно попискивающего под потолком. Это он так напоминал, что время до начала занятий ещё есть, но его остаётся все меньше.
– И что же мне с тобой делать? – я задумчиво потёрла подбородок. Была одна мысль, но поступать так с элементалем, который стал мне почти другом, не хотелось.
Впрочем, ступив на скользкую дорожку, остановиться уже трудно: сначала Ниаррэ обманула, теперь Теслу собираюсь обидеть. Практически становлюсь падшей женщиной.
Войдя в свою комнату, я сделала вид, что собираюсь прилечь на кровать. Дождалась, когда возмущённый Тесла с гневным красным сигналом приблизится ко мне. А затем быстро схватила его и сунула под одеяло.
Писк стал громче.
Я испугалась, что шарик вырвется из ловушки. Не мешкая, завернула его в одеяло несколько раз, запихнула в шкаф, захлопнула дверцу и бросилась обратно в прихожую. По пути не забыв захлопнуть дверь в комнату.
Мне и надо всего пару минут!
Не знаю, использовали ли прежде это место как тайник, но, положив туда свой свёрток и ставя панель обратно, я чувствовала себя двойным агентом на опасном задании.
Тесла что-то громко и возмущённо верещал. Я едва спрятала горошину вместе с запиской и прикрыла раздвижную дверцу, как почувствовала запах гари.
Обернувшись, потрясенно уставилась на дверь своей комнаты.
Там, прямо у меня на глазах, быстро разрасталось круглое черное пятно. Во все стороны валил дым. Пятно увеличивалось и обугливалось по краям, пока не стало сквозным. А через секунду в дырку прорвался Тесла и начал наворачивать надо мной круги, вопя как разбуженная летучая мышь.
Ну всё, я пропала. Он уже наверняка послал сигнал ректору или ещё кому, кто приглядывает за моим поведением. Мне конец.
Я только и сумела, что отползти к другой стене, чтобы мой тайник не обнаружили. Тесла так пищал, что мне пришлось закрыть уши и втянуть голову в плечи, ожидая кары небесной. Кажется, элементаль был по-настоящему разъярён.
Наконец он затих и завис надо мной немым укором.
Я осторожно вытянула голову из плеч и осмотрелась.
Ни ректор, ни кто-либо ещё так и не появился. Это меня безумно обрадовало.
– Ты никому не доложил? – удивленно взглянула на шарик.
Тесла снова запищал, но уже не так интенсивно.
– Прости, это вышло случайно, – повинилась я, делая скорбное лицо, и тут же пошла в атаку: – А ты зачем дырку прожег?
Зашедшая в квартиру сильфа с удивлением оглядела представшую перед ней картину разрухи: сидящую на полу меня, зависшего надо мной Теслу, обугленную дырку в верхней части моей двери ровно с него диаметром.
Равнодушно кинула:
– Развлекаетесь? – после чего спокойно прошла в свою комнату и закрыла дверь.
Я хмыкнула. Мне бы такое умение держать лицо.
А потом поднялась и отправилась в свою комнату, наполненную дымом и гарью. Открыла настежь окно, чтобы хоть немного проветрить.
– Ну ты крут, чувак, не ожидала, – приговаривала, вытаскивая из пострадавшего шкафа тлеющее одеяло.
Да, дверца шкафа тоже украсилась пропаленной дыркой. Тесла не мелочился. А в одеяле оказалось аж восемь дыр.
Я затоптала остатки огня и запихнула одеяло, вернее, то, что от него осталось, в короб для грязного белья. Госпожа Биргенам разберется, что с этим делать.
А сама отправилась на занятия.
Тесла летел над моим плечом и выглядел весьма довольным жизнью, если так можно сказать про шарик. Но я нутром чуяла, как он гордо пыжится. И это еще раз убедило меня, что элементаль, заключенный внутри сферы, обладает собственными чувствами.
Наконец, мы вошли в аудиторию. Все головы в энненах одновременно повернулись к двери. Разговоры, которыми ифриссы развлекали себя в ожидании тара Дрохевайна, мгновенно стихли.
– Смотри-ка, припёрлось её будущее величество, – бросил кто-то ехидно с задних рядов.
– Может, она достанется верховному магу, – хихикнул другой голос.
– И как тогда её называть?
– Ваше магичество?
Воздух наполнился неприязненными смешками. Едкими и завистливыми.
Я решила не обращать внимание на враждебные взгляды, обжигающие даже из-под вуалей.
Прежде ифриссы относились ко мне с лёгкой прохладцей и снисходительностью. Но, после того как я перешла на индивидуальные занятия, отношение изменилось.
К счастью, не у всех.
Намааси, почувствовав напряжение, помахала мне рукой. Я с некоторым облегчением села рядом с ней. Хоть кто-то не завидовал моему привилегированному положению. Ведь никто из ифрисс, с детства готовящихся стать лейвами, не поверит, что мне даром не сдались ни принц, ни верховный маг.
– Не обращай на них внимание, – тихо посоветовала Намааси.
Угу, постараюсь. Сделать-то я всё равно ничего не могу.
– Добрый день, лейвы, – тар Дрохевайн привычно размашистой походкой вошёл в помещение.
Рядом тихо вздохнула подруга. Я перевела на нее недоуменный взгляд. Впрочем, она этого даже не заметила. Сама Намааси с тоской смотрела на преподавателя.
Тар не обратил на нее никакого внимания. Он оглядел нас всех, будто пересчитал по головам, затем заглянул в свою папку.
– Сегодня у нас с вами небольшой опрос по истории Арбадона. В частности по тем временам, которые называют Великим Раздором.
Тут его взгляд уперся в меня.
– Лейва Инна, рад, что вы заглянули. Продемонстрируйте нам свои знания.
Глава 6
Были у меня смутные сомнения, что никакого опроса не существовало и в помине. Это он его прямо на ходу придумал из тайной нелюбви ко мне. Но делать нечего, пришлось отвечать.
Впрочем, если тар Дрохевайн и думал застать меня врасплох, то ошибся. Тему я знала. Даром, что ли, принц Рандир занимался со мной две недели?
По мере того как я отвечала, глаза Дрохевайна расширялись все больше и больше. А под конец он не выдержал и признал:
– Вы меня приятно удивили сегодня, лейва Инна.
А уж как мне приятно-то! Да, к вечеру жизнь определенно становится лучше.
В общем, я почти успокоилась. То, что теперь у меня в руках есть ключ к бегству – весьма окрыляло. Так что я решила пока не дергаться, тщательно осмотреться, а заодно понаблюдать за восточными воротами, через которые меня вывел Хорген.
Утром я не заметила там никакой охраны. Но это не значит, что ее нет. Скорее всего стражники либо шифруются, либо не стоят на одном месте. Это все нужно выяснить. А еще хорошенько подготовиться к побегу. Иначе невидимую или нет, но меня поймают и снова вернут назад. Только на этот раз вряд ли ректор Делианарис будет таким любезным, как прежде. Да и принц с верховным магом тоже.
В этот раз медитировать мне пришлось одной. Хорген так и не вернулся, предоставив мне, видимо, самообразовываться. Но я не стала расстраиваться, а честно потратила два часа в зале медитаций на составление плана побега.
Пункт первый: мне нужно раздобыть карту города и близлежащей местности. Желательно подробную. С разными тайными тропами через болота. А то не больно-то хочется закончить дни в желудке у одного из гоблинов, о которых упоминал Делианарис.
Пункт второй: мне нужно собрать в дорогу еды. Хотя бы воду и хлеб. Потому что на голодный желудок я точно не убегу далеко. А денег у меня нет, да и если бы они были – вряд ли стоит лишний раз светиться в придорожных трактирах.
А из этого вытекает пункт третий: придумать, где и как ночевать. Под открытым небом на голой земле не очень-то хочется…
Пункт четвертый: охрана! Скорее всего, бежать нужно ночью. Так что ближайшие ночи я потрачу на слежку за караульными у восточных ворот.
И наконец, пункт пятый. Самый важный и почти невыполнимый. Я должна найти способ избавиться от Теслы!
Хочется верить, что шарик не предаст меня, но логика – упрямая штука.
Теслу выдал мне ректор. Значит, ректор может им управлять. Вероятно, элементаль может действовать самостоятельно, но это, пока не случилось внештатной ситуации. А то, что он никого не позвал, когда я его в одеяло замотала и заперла в шкафу – так, вероятно, не я первая пыталась проделать такое со своим надсмотрщиком.
В общем, от Теслы нужно избавиться. Нельзя, чтобы он таскался за мной. Нельзя рисковать единственным шансом!
В общем, в тот день я загрузилась по полной. А едва настал вечер – и вовсе покой потеряла. Уж очень хотелось проверить горошину в деле, я даже придумала как.
В квартире шарик обычно не летал за мной как перепуганная наседка, а спокойно висел себе в спальне под потолком. Так что после того, как Эли приняла душ, я сделала вид, что вожусь возле полок. Там, где была спрятана горошина. При этом закрыла Тесле обзор собственной спиной. А сама ловко вытащила жемчужину вместе с полотенцем. И, едва не насвистывая от предвкушения, юркнула в ванную.
Там тщательно закрылась. Хотя, если вспомнить, как легко Тесла прожег дубовую дверь, то все эти щеколды для него – детский лепет. Потом включила воду. Создала, так сказать, атмосферу. Встала перед зеркалом и засунула горошину в рот.
Эффект превзошел все ожидания.
Я начала растворяться. Самым натуральным образом. С каждым вздохом, каждым ударом сердца становилась все прозрачнее и прозрачнее.
Последними исчезли глаза. И это было невероятное зрелище!
– Ого! – выдохнула, не в силах поверить в увиденное.
И тут же действие горошины прекратилось. Обратно я вернулась резко и вся целиком.
Точно, в записке ведь было предупреждение, что нужно молчать!
Несколько минут я продолжала держать горошину во рту и молча глазеть на свое отражение. А вода все текла. Но эффекта невидимости не наступало.
Может, я сломала ее? Или артефакт одноразовый?
От этой мысли даже сердце испуганно застучало.
В общем, я выплюнула горошину, положила на край полки под зеркалом и решила пока спокойно вымыться, а заодно и подумать, как украсть из столовой еду. Это тоже была проблема.
Двадцать минут спустя я, намытая до скрипа, снова сунула горошину в рот и застыла, молясь на чудо. Чудо случилось. Мое тело начало исчезать. Так же медленно, как и в первый раз.
Ага, значит, невидимость наступает не мгновенно. Это надо учесть.
Интересно, почему артефакт не сработал в прошлый раз?
Я вытащила горошину, покрутила в пальцах, вернула на место – и не исчезла.
Хм… Значит, есть какой-то ограничитель.
Только какой?
Может, все дело во времени?
В общем, еще час я игралась, пытаясь понять, как работает эта штука. Опытным путем выяснила, что дело не во временном промежутке, а во влаге. Горошина должна быть сухой! Вот почему она не сработала во второй раз. Зато в третий, когда обсохла на полочке, все получилось.
Дальнейшие эксперименты показали, что исчезаю не только я, но и одежда на мне или предметы, которые держу в руках. Отлично! Это существенно облегчает мне дело!
За такой подарок я уже готова была сама бежать в то кафе, чтобы расцеловать Килайю. Знала бы она, как я нуждалась в подобной штуке! А может, и знала?
Глубокой ночью, когда в комнате стояла кромешная тьма, а Тесла мирно дремал под потолком, я снова сунула горошину в рот. Отсчитала положенные десять секунд – именно столько требовалось для полного эффекта невидимости – бесшумно поднялась с кровати и вышла из комнаты.
Одеваться не стала. Закуталась в одеяло. Потому что боялась разбудить Теслу лишними шорохами. У двери квартиры застыла, раздумывая, как бесшумно открыть замок.
Поняла, что никак. Эх, ну почему эта горошина может сделать меня невидимой, но не может сделать бесплотной?
Только подумала так – и моя рука провалилась сквозь дерево.
Ой…
Я едва не вскрикнула от неожиданности. Если бы издала хоть звук – все, прощай конспирация! Но мне повезло. Успела прикусить язык. А потом осторожненько просочилась сквозь дверь. Прямо с одеялом.
Еле сдерживая радостный смех, я скатилась по лестнице до первого этажа. А потом даже не стала топать на выход. Просто подошла к ближайшей стене, приложила ладонь и подумала, что хочу оказаться с другой стороны.
Мое желание тут же исполнилось.
Вдохнув прохладный ночной воздух, я на секунду задумалась. А затем бодрой рысью направилась к восточным воротам.
Надо ли говорить, что ночь прошла плодотворно? Моего исчезновения из комнаты и такого же таинственного возвращения никто не заметил. По крайней мере, ни Тесла, ни Элиана не поджидали меня, когда я вернулась.
Зато утром, когда мой персональный мучитель начал трезвонить, я не могла проснуться.
– Отстань, – проканючила, запуская в него подушкой.
Тесла возмущенно стрельнул в меня током.
– Ах, ты еще и кусаться?! – я со злостью вскочила.
– Инна, – заговорил шар голосом Хоргена, – через пять минут жду тебя в аудитории.
– Что? – уставилась возмущенно на шар. – Даже позавтракать мне не дадут?
Тот пискнул и продемонстрировал циферблат.
Я на секунду оторопела. Судя по времени, завтрак уже прошел!
– Почему раньше не разбудил? – набросилась я на Теслу, одновременно одеваясь так быстро, как никогда. – А Элиана что, ушла уже?
Ну да, дверь в комнату сильфы была плотно прикрыта.
Похоже, сегодня придется обойтись без завтрака. Ну ничего, если “кандидат в женихи номер два” снова повезет меня в ресторан, то на этот раз я зевать не стану. Наберу себе побольше деликатесов!
***
Нет, в ресторан меня в тот день не повезли. И на следующий тоже. А жаль.
Зато Хорген основательно взялся за мое обучение. Очень скоро я поняла, что он не зря занимает должность верховного мага. Он единственный сообразил, что к моему дару нужен нестандартный подход. И уже на втором уроке продемонстрировал это.
Правда, с поцелуями больше не лез. Вел себя сдержанно, только все время странно косил глазами, будто хотел свести их в одну точку и что-то на мне рассмотреть.
Не выдержав, я спросила, что же он так настойчиво ищет?
– Метку, – буркнул дор Хорген и тут же спохватился: – Так, Инна, не отвлекайся! Сосредоточься на своем источнике. Подумай, чего бы тебе хотелось прямо сейчас? Представь конкретный предмет и пожелай его!
Мы сидели друг против друга в позе лягушки на полу в зале для медитаций. Хорген держал в руках мои сложенные лодочкой ладони. Я зажмурилась, пытаясь представить, чего же хочу. Но мысли были совсем о другом.
Метка. Маг уже второй раз говорит про нее. Думает, это принц меня как-то пометил? Что ж, с его высочества станется забронировать себе нужную лейву. Но все же не думаю, что это он. Здесь дело в другом…
Что-то кольнуло в ладони. Я вскрикнула, выпадая из транса. А из моих рук выпорхнула белая птичка. Она рванула под потолок, ударилась о него и камнем свалилась вниз. Но не долетела до пола – растаяла.
– И что это было? – ошарашенно пискнула я.
– Материализация живого существа, – Хорген смотрел на меня как на диковинку. – Только неполная.
Потом бесцеремонно задрал мои рукава и внимательно изучил браслеты. Я слышала, как он бормотал:
– Неужели сломались? Да быть того не может…
Так пролетела неделя.
Днем я занималась с Хоргеном, а по ночам, став невидимкой, обыскивала Академию. Уже через пару ночей выяснила, что не все стены и двери меня пропускают, а только те, на которых нет охранных заклинаний, наложенных тарами или самим ректором. Поэтому мне не удалось пробраться в кабинет Делианариса.
Да, каюсь, первым делом пыталась вломилась туда.
Зато вход в кладовую оказался свободен. И я даже приметила, что захвачу с собой в дорогу. Заранее брать продукты не стала, мало ли, вдруг заметят пропажу? Да мне и прятать их негде.
В свободные от уроков часы я несколько раз заглянула в библиотеку. Искала карту, но кроме общих очертаний материков и стран с точками городов и нитками рек ничего не нашла.
Именно отсутствие карты тормозило мой побег. У меня хватило мозгов сообразить, что бежать в никуда на вражеской территории – однозначный провал. Нет, я не собиралась терять единственный шанс из-за спешки! Все нужно делать с умом.
Думай, Инна, думай, у кого может быть карта?
Логика подсказывала: у Ардена. У охотника наверняка есть какая-то схема болот.
Да только встречаться с ним лишний раз не хотелось. Я и так с трудом заставляла себя ходить к нему на уроки, единственные, которые не взяли на себя ни принц, ни верховный маг. А довольное лицо Фьерны и тот поцелуй до сих пор стояли у меня перед глазами.
В общем, пришел последний учебный день перед выходным, а я все еще была в Академии. И не продвинулась ни на шаг в своем бегстве.
Еще и не выспалась. Потому что опять всю ночь рыскала по учебным классам, ища чертову карту. Ну должна ведь она где-то быть? Хоть одна! Хоть самая плохонькая! Но чтобы на ней была Академия, город и окрестные болота.
Так и вошла в класс, позевывая во весь рот. И застыла. Потому что там были двое: верховный маг и сам принц. Они стояли у окна, не обращая ни малейшего внимания на мое вторжения. И о чем-то яростно спорили.
Воздух вокруг мужчин вибрировал от злости и напряжения.
Глава 7
– Ты не понимаешь, это щелчок нам по носу! Его увели перед самой казнью! – Рандир ударил ладонью по подоконнику.
– Я всё понимаю, ваше высочество, – сквозь зубы ответил Хорген. Его явно раздражало присутствие принца. – Но это не моя вина. Мои люди сделали всё возможное для охраны преступника…
– Значит, не всё! – Рандир перебил мага.
Лицо Хоргена вспыхнуло от гнева, но он не посмел поставить на место наглого юнца, которым явно считал наследника трона.
“Неладно что-то в датском королевстве”, – я быстро выскочила назад в коридор. Уж слишком искрит воздух между мужчинами. Будто они еле сдерживаются и вот-вот бросятся друг на друга с кулаками.
Но далеко не ушла. Осталась за приоткрытой дверью, навострив уши и прижавшись глазом к щели между дверными петлями. Оттуда открывался хороший обзор на спорщиков.
Не хотелось, чтобы меня обнаружили раньше, чем дослушаю разговор. Уж очень любопытно, о каком преступнике идёт речь. В последнее время я стала сочувствовать местным приговоренным.
– Они набирают силу, – заговорил Хорген после паузы. Судя по тону, он с трудом сохранял спокойствие. – Им помогает кто-то из высшей знати. Может, даже из самого дворца или Ковена.
– Так выясните, кто этот предатель! Вместо того чтобы просиживать штаны в Академии!
Этого верховный маг спустить уже не смог.
– Смею заметить, что ваше высочество тоже просиживает здесь штаны, – едко ответил он, – вместо того, чтобы заниматься государственными делами.
Ситуация накалялась. Оба соперника прожигали друг друга неприязненными взглядами. Я уже не на шутку забеспокоилась, как бы уважаемые господа не устроили здесь потасовку. Но над моей головой противно запищал Тесла. Это был сигнал к началу занятия.
Мысленно чертыхаясь, я погрозила ему кулаком. Но он запищал еще громче.
Рандир вышел из аудитории и увидел меня, сжавшуюся за дверью. Неодобрительно цокнул языком, но, к счастью, никак не прокомментировал. Ушёл, раздражённо стуча каблуками по каменным плитам.
– И много услышала? – над моей головой прозвучал голос Хоргена.
Маг тоже вышел из аудитории и теперь смотрел на меня тем же неодобрительным взглядом, что и принц. Только цокать не стал. Вместо этого сложил руки на груди, всем видом показывая, что ждет ответа.
Я уже собиралась смутиться и изобразить раскаяние, а потом подумала – с чего бы это? Информации меня лишают, вот и добываю её доступными способами. Как умею.
Поэтому я тоже скрестила руки на груди, похлопала ресничками и невинно спросила:
– А какого преступника выкрали перед самой казнью? Не того ли, которого мы с вами встретили в городе?
Хорген помрачнел. В тишине коридора прозвучал отчетливый скрип его зубов.
Но всё же владел собой верховный маг превосходно. Его истинные эмоции отражались на лице всего долю секунды. Затем он натянул на себя маску строгого равнодушия и бросил:
– Лейву государственные дела не должны интересовать.
Я дёрнулась как от пощёчины.
А Хорген просто вернулся в аудиторию, жестом пригласив меня следовать за собой.
Больше мы к этой теме не возвращались. Я злилась, но не стала усугублять. Побоялась спорить с магом накануне побега. А то, что побег состоится, и уже скоро, у меня не осталось ни малейших сомнений.
Сам верховный маг предпочёл вернуться к окну. Постоял, глядя куда-то в дальние дали, а потом спросил:
– Ты выполнила домашнее задание?
Он повернулся ко мне, цепко подмечая мою растерянность и судорожные попытки вспомнить, о каком задании идёт речь.
Все последние дни и ночи я провела в подготовке к побегу. И если бы сейчас на месте Хоргена был ректор Делианарис, он без труда сумел прочитать бегающие, словно водомерки, по самой поверхности мысли.
И это меня испугало.
Я попыталась взять себя в руки, отвлечься от опасных мыслей.
Не знаю, что грозит лейвам, решившим сбежать, но вряд ли что-то хорошее. С недовольными местные законы обходятся без всякой жалости. Избитое и измождённое лицо несчастного пленника как живое всплыло перед глазами, напоминая, что меня ждет, если побег провалится.
– Так что с домашним заданием? – Хорген начал проявлять признаки нетерпения.
Я заставила себя сосредоточиться. Приструнила мысли, не позволяя им вспархивать испуганными птицами и бестолково носиться в голове, грозя выдать меня с потрохами. Вдруг ректор в этот момент прогуливается где-то поблизости?
Так, домашнее задание, домашнее задание…
Точно!
– Вы велели хорошенько подумать, с каким животным я чувствую духовное и энергетическое единение, – протараторила, почти дословно цитируя Хоргена.
– Совершенно верно, – тот изволил слегка улыбнуться и приподнять бровь: – И с каким же?
– С котёнком! – без запинки ответила я, вспомнив, как папа принёс домой нашего толстого, холёного полосатого кота Бублика.
Точнее это он потом стал толстым и холёным, а сначала представлял собой мокрый и дрожащий комочек свалявшейся шерсти. Мы с братом под руководством бабушки его накормили, укутали в одеяльце, отобранное у куклы Маши вместе с кроваткой. С этой же Машей год спустя Бублик начал творить всякие непотребства, пока мама не отнесла его к ветеринару.
– Котёнка? – слегка разочарованный голос мага вернул меня из воспоминаний. – Я ожидал чего-то более… оригинального.
Теперь уже пришла моя очередь удивляться.
– Я должна была решить, какое животное мне хочется видеть рядом? – изобразив непонимание, развела руками и тут же мстительно добавила: – Или вам? Так только скажите: я назову, кого вам захочется.
Хорген снова скрипнул зубами и метнул в меня молнию из глаз. Молния не долетела, растворившись в моей наивности и безмятежных взмахах ресницами.
А вот нечего!
– Ладно, котёнок, так котёнок, – согласился он и сердито добавил: – Хоть цверг!
Не знаю, что это за зверь, но интуиция подсказывала: вряд ли речь идет о симпатичном цвергпинчере, живущем в нашем доме этажом выше.
– Подойди ко мне! – скомандовал маг.
Я послушалась, но остановилась в трёх шагах от него. На всякий случай.
– Помнишь формулу материализации? – спросил Хорген, никак не прокомментировав мою осторожность. – Мы проходили ее на предыдущем уроке.
– Да.
Не знаю, почему они называют формулой последовательность действий “сядь в позу лягушки – согни пальцы так, как они не сгибаются – сосредоточься на своем источнике”.
Источника у себя внутри я так и не нашла за всё время занятий, вместо него ощущая тепло в грудной клетке. Но задания выполнялись, поэтому решила не заморачиваться – стержень, клубок, точка, источник. Главное, что моя магия работает. Правда, не всегда так, как от неё ожидается.
– Сейчас ты используешь формулу материализации, добавишь в неё образ котёнка. Прибавишь своё желание, чтобы он впитал часть твоей магии и явился служить тебе. Тогда, с птицей, ты немного не дотянула.
– Как служить? – удивилась я, вычленив ключевое, на мой взгляд, слово.
Бублик никогда не служил, только требовал. Сначала громким писком, а потом и пуская в ход когти. И, надо сказать, наш кот всегда добивался своего.
– Я учу тебя создавать фамильяра, – на остатках терпения пояснил Хорген. – Это будет твой личный защитник, помощник, а заодно и передвижной накопитель магической энергии. Ты сможешь сбрасывать в него лишнюю силу, как деньги в сундук. Понимаешь? Он будет носить её в себе, сколько потребуется. А затем, если вдруг возникнет необходимость, ты заберешь её обратно. Например, в бою, чтоб подпитать мужа. Или вылечить его, если он ранен. Понятно?
Да, объяснял дор Хорген понятно, но мне не нравилось, что вся учёба в конечном итоге сводилась к потребностям гипотетического мужа. Хотя мысль завести волшебного котика пришлась мне по вкусу.
– А он сможет разговаривать? – дефицит общения с кем-то близким заставлял желать невозможного.
Но, к моему удивлению, Хорген кивнул.
– Если ты наделишь его даром речи. Твой фамильяр будет именно таким, как ты захочешь. Ведь это материализация внутренней потребности в защите. Скажем так, это дух, который услышит твой зов и добровольно откликнется на него. А ты придашь ему форму и наделишь нужными полномочиями.
Вот это здорово!
Мой собственный говорящий котик!
– Я готова! – заявила, принимая позу лягушки.
– Пятая арна, седьмая, пятнадцатая! – скомандовал маг.
Я быстро проделала пальцами нужные манипуляции. Хорошо, что за время тренировок они стали гнуться почти во все стороны. Затем, разведя локти в стороны, уперла кулак левой руки в ладонь правой. Закрыла глаза. Отринула окружающий мир. Нащупала тёплый клубочек в груди.
– Образ! – отрывистыми фразами направлял меня Хорген. – Потребность. Желание!
Я добросовестно пыталась вызвать образ маленького дрожащего котёнка, но неожиданно все мысли вытеснил Арден. Такой, каким я его увидела на берегу: обнаженный, стоящий на четвереньках, силящийся обратиться.
Обычно с ним я чувствовала себя защищённой, но в тот момент он сам нуждался в защите.
– Сила. Вливай! – голос Хоргена ввинтился в мой разум.
Я машинально подчинилась.
– Материализация!
Магия хлынула неудержимым потоком, выбрасывая сформировавшийся образ в реальность.
Ох, мамочки, кажется, это совсем не котенок! Что же у меня получилось?
– Какого цверга?! – прозвучало рычание.
Такое злобное, что я втянула голову в плечи.
Открывать глаза и встречаться с тем, кто наколдовался, совсем не хотелось. Наоборот, хотелось исчезнуть.
– Зачем ты призвала оборотня? – раздался недоуменный вопль Хоргена.
Кого я призвала? Какого оборотня?
Глаза открылись сами собой.
Передо мной, нос к носу стоял мохнатый чёрный волк и скалил огромные белые зубы. Кажется, он собирался меня сожрать!
– Мамочка, – я в ужасе вытаращилась на него.
– Дур-ра! – взвыл волк совсем по-человечески.
А я, вместо того чтобы обрадоваться – мой фамильяр разговаривает, как и было задумано – обиделась. Чего это он обзывается?
– Сам дурак! – бросила ему. А потом, надувшись, добавила: – Ты вообще-то мой фамильяр! Должен мне служить, а не обзываться!
– Р-р-идиотка! – волк, похоже, был другого мнения. – Кто позволил тебе колдовать?
Он даже не двинулся с места. Так и продолжал нависать надо мной, сидящей перед ним на полу.
– Отпусти его, – подал голос дор Хорген.
Все это время он так усиленно прижимался к окну, словно хотел выйти из него спиной вперёд.
– Как отпустить? – непонимающе заморгала. – Я ведь его не держу.
– Ты его призвала, теперь отпусти. Он не может уйти без твоего разрешения, – пояснил маг немного дрожащим голосом.
– Р-развоплоти! – рыкнул волк. – Быстр-ро!
Это он что, еще и приказывать будет?
Я решила, что сейчас прекрасный момент, чтобы объяснить ему, кто из нас кто.
– Пойдём-ка выйдем, дружочек, – сказала, поднимаясь на ноги.
Страх прошел, будто его и не было. Отряхнула юбку, а потом абсолютно спокойно ухватила волка за шкирку и потянула к двери.
За спиной тихо ахнул верховный маг.
– Сейчас вернусь! – крикнула ему, не оборачиваясь, и потащила зверя прочь из аудитории.
В коридоре, закрыв за собой двери и убедившись, что поблизости никого нет, отпустила шкуру волка. Встала перед ним, уперев руки в бока.