Академия Хозяйственных ведьм, или Осенний отбор для генерала бесплатное чтение
![](/img/b/129605.jpg)
Глава 1
— Эй! Смотри, куда едешь! — я посигналила белому фургону, едва не въехавшему мне в бок, и, включив любимую музыку погромче, нажала на газ, улетая по трассе вперед.
Боги! Как же это невероятно приятно — ехать куда-то и наслаждаться одиночеством! Сегодня я могла себе это позволить… У меня, можно сказать, праздник — первый день после развода.
Никакого тебе мытья тарелок, вилок, кастрюль с подгоревшей кашей и — о ужас! — сковородок! Никакого надраивания полов до блеска, глажки мужских маек, рубашек и носков! Никто пальцем не ткнет, если шарлотка вдруг подгорит в духовке…
Я свободна!
Нет, это ж надо было додуматься выйти замуж в восемнадцать! Три года коту под хвост! Ну ничего, я еще наверстаю упущенное, поживу для себя! Мне еще только двадцать один, и впереди — целое море возможностей!
А что? Хорошая работа у меня уже есть — папа устроил меня на хорошо оплачиваемую должность в своей конторе, пока я еще заканчивала учебу в институте.
— Уверена, что твоя мама теперь в восторге! Все трусы ее сыночка будут отфильтрованы по цвету и повешены на сушилке в порядке новизны и изношенности! — стараясь перекричать музыку, крикнула я в никуда.
Все-таки хорошо, что я одна. Стас бы сейчас, будь рядом, сказал, что я сошла с ума — так орать…
— А вот хочу и ору! — новый вопль свободы вырвался из грудной клетки.
И именно в этот момент я поняла, что слишком отвлеклась и потеряла контроль над дорогой, а еще хуже — сошла с ума, потому что прямо на меня летел… большой пушистый и явно очень довольный жизнью заяц. Летел на собственных ушах, вращающихся, словно лопасти вертолета!
— Что за ерунда?.. — прошептала я, а в следующий миг уже смогла отчетливее рассмотреть зайца, которому до моего лобового стекла остались всего пара метров.
Сам беленький, носик торчком, усики в сторону, в лапке — морковка…
Удар чудовищной силы, совершенно не соответствующий габаритам сбитого животного, отбросил машину на соседнюю полосу. Кажется, я ударилась о что-то головой…
Последнее, что запомнила перед тем, как потерять сознание — довольную физиономию зайца.
— Привет от мамы помпусика-Стасика! Наслаждайся! — пропищал он.
И все вокруг укрыла звенящая темнота.
* * *
— Ива… Ива Фокс, вы меня слышите? — кажется, кто-то хлопал меня по щекам.
Ива Фокс… Какое дурацкое смешное имя. Наполовину дерево, наполовину лиса. У меня имя красивое
— Евгения Александровна Колокольцева. Папина фамилия! Дворянская… Когда-то в далеком прошлом родственники эмигрировали в Америку, а позже мой отец вернулся и развернул очень прибыльный бизнес в России.
— Ива! — снова этот настойчивый голос.
Я попыталась открыть глаза, однако увиденное заставило меня сомневаться в реальности. Я что… в сумасшедшем доме? Или в театре? Почему у всех такие странные костюмы?
Две женщины в пышных платьях с кружевами стояли рядом со мной, а мужчина в белых одеждах — очевидно, лекарь — держал в руках пенсне!
— Ива, вам лучше?
— Но я не Ива… Я…
— Боже! Похоже, что подтвердилось самое ужасное! — возопил мужчина, не дав мне больше ничего сказать. — Она потеряла память!
— Ах! — всплеснула руками одна из женщин — брюнетка с высокой прической, в которой, словно по морю, плыли кораблики. — Но как же нам быть, ведь осенний отбор уже на носу! На Иву уже многие лорды положили глаз! Мы сможем хорошо ее прода… Выдать замуж! Выгодно!
Чего?! Замуж?! В смысле — замуж?! Я только развелась!
Где я, вообще?! Что это за дурацкое шоу?!
Внезапно всплыли последние воспоминания: трасса, мое невероятное счастье и заяц, летевший на собственных ушах. После удар… И… «Привет от мамы Стасика».
О нет… Похоже, я попала в аварию. Ведь я ничего не помню после! А если так, то я… Я умерла?! Я на том свете?!
— Вы ангелы? — зачем-то спросила.
— Девочка моя, ну приходи же в себя скорее! Ты очень сильно ударилась головой, потеряла память, но тебе нужно взять себя в руки! От этого зависит твоя судьба! — наклонилась ко мне дама с корабликами, а я закашлялась от резкого запаха ее духов, ударившего мне в нос.
Так… Что мы имеем… Я попала в аварию и, вероятно, сейчас нахожусь в коме или умерла. Я совершенно точно не на Земле. Или на Земле, но не в своем времени. На Рай или Ад это не похоже, скорее, на какую-то фэнтезийную реальность. Может, это особенности моей комы? В любом случае, если я сейчас начну рассказывать о том, кто я и как сюда попала, мне вряд ли поверят. Поэтому надо хотя бы немного здесь осмотреться, а для этого сделать то, что от меня хотят.
— Кажется, мне уже лучше, — пробормотала я, приподнимаясь на подушках. — Правда, я совершенно ничего не помню…
— Ох, хвала богам! Девочка моя, я все-все тебе расскажу! Ты еще сможешь стать счастливой даже после этого нелепого несчастного случая!
Я заняла чье-то место? Та девушка — Ива Фокс — пострадала от несчастного случая?
— Что произошло? — попыталась я выведать хоть немного информации.
— Ох, ты готовилась с Юливенной к экзамену по бытовой магии в библиотеке — вы убирали пыль, но что-то пошло не так, случился ужасный взрыв, и стеллаж упал на тебя, дорогая…
Отлично. Только такую же несчастную, как я сама, могло придавить шкафом! Что они там сказали? Бытовая магия? Если это загробная жизнь, то похоже, что я не заслужила рая. Моя персональная огненная сковорода уже пышет жаром! Потому что я ненавижу уборку! Вернее, ненавижу делать ее!
Нет, дело вовсе не в моей патологической лени. Просто кому-то дано, кому-то нет. Быт и все такое — не для меня. Вот работать я люблю, учебу тоже. Но все эти стирка, глажка — мне проще кого-то нанять для этой работы, что я и собиралась делать в будущем.
— А моя магия? — спросила я. — Она не пропала?
Лекарь прошептал какие-то слова, и меня окружило золотистое сияние.
— Нет, все в порядке. Думаете, Ива, что кто-то специально все это подстроил? Хотели покуситься на вашу совершенную магию?
Я вздохнула.
— Мало ли…
— Нет, с ней все в порядке. Что ж, думаю, мои услуги пока не нужны, раз леди Фокс пришла в себя. Я оставлю вам рекомендации по ее лечению, леди Визар, — обратился он к женщине с вавилонами на голове.
Та кивнула. Кораблики чуть качнулись. Интересно, как их крепили? Их хваленой магией? Или нет?
— Думаю, мне надо поговорить с бедняжкой наедине.
Все присутствующие в комнате вышли, и мы с леди Визар остались вдвоем.
— Ты правда ничего не помнишь? — враз посерьезнев, спросила женщина.
— Правда.
— Что ж… Думаю, что тебе повезло все забыть, потому что я не верю в то, что произошедшее в библиотеке было нелепой случайностью. Юливенна, к сожалению, уже ничего нам не расскажет. Но тебе… Тебе я советую быть осторожней. Не высовываться лишний раз. Смиренно ждать, пока на осеннем отборе какой-нибудь лорд выберет тебя.
— Вы говорите об отборе… О замужестве? Но разве выходят замуж не по любви? — осторожно прощупывала я почву.
— Что за чушь?! Все вы — студентки одной из лучших ведьмовских академий! Факультет бытовой магии всегда славился невестами, ведь именно в жены вас и готовят.
— Разве не горничные должны убирать, стирать и готовить? Зачем благородным лордам такая жена?
— Глупая! В первую очередь вы нужны, чтобы подпитывать своей магией дом и основные артефакты мужа. Мужчины подпускают к себе только тех, кто связан с их родом если не кровью, то узами брака. Но, разумеется, бытовая магия включает в себя много разделов, поэтому отбор и становится таким интересным, милая. Ты была одной из лучших на курсе! И я возлагаю на тебя особые надежды!
— Но я ничего не помню…
— Я помогу тебе освежить память.
— А мои родители? Кто они?
— Ты даже это забыла?
— Да.
— Они умерли. Много лет назад. Ты — моя воспитанница и живешь в этом заведении с рождения, Ива.
Отлично… Похоже, что до моего попадания сюда у девушки была весьма невеселая жизнь. С возраста крохи вся в тарелках, сковородках и нестиранных платочках…
Кто-то постучал в дверь.
— Леди Визар! Срочное сообщение! Осенний отбор решили перенести! — крикнули с той стороны.
— Как?! — тут же подскочила женщина. — Ива, мне нужно идти! Отдыхай…
Она умчалась, а я осталась наедине со своими невеселыми мыслями. Разумеется, первым делом слезла с кровати и кинулась к висевшему на стене зеркалу в тяжелой оправе, чтобы убедиться в том, что внешность моя… изменениям не подверглась. Разве что волосы стали чуть длиннее, а в носу не было привычного колечка-пирсинга. Ну правда, откуда ему взяться тут, у Ивы Фокс?..
— Ну как?! Съела, да?! Подарочек от Виолетты Глебовны получила?! — раздался знакомый визгливый голосок прямо над ухом.
Я в зеркале никого рядом с собой не увидела, но обернулась подтвердить свои самые смелые мысли. Заяц. Гаденыш, паря на ушах, был здесь! А в его лапках на шнурках болтались мои кеды! Те самые, которыми я перед разводом зашвырнула в Стасика!
— Откуда они у тебя?! — прошептала я.
— Ты, свинюшка ленивая, их оставила, не стала забирать. А вот Виолетта Глебовна применение им нашла полезное — отнесла ведьме! Очень мощной! Хе-хе! К этим кедам она меня привязала, чтобы я жизнь тебе изгадил! А потом кеды в машину к тебе подбросила! Ну как? Довольна моей работой?
— Ах ты, ушастый засранец… — прошипела я, не зная, кому больше были адресованы эти слова — зайцу или Стасику из-за его маман. — Быстро говори мне, где я и как отсюда выбраться?!
Заяц отвратительно заржал. Лопасти-уши завращались с утроенной силой.
— Так я тебе и рассказал, хрюша неблагодарная! Стасик плакал, когда ты его бросила! Даже супчик Виолетты Глебовны не ел.
— Ага! Давился кровавыми слезами, похоже… — прошептала я, все еще отходя от шока.
— Ты слишком язвительна для той, которая попала в большие неприятности! Даже не будешь умолять меня?
— Сейчас бухнусь на колени просить о милости и буду биться головой об пол!
— Эй!
Мой «благодетель» не договорил — в дверь постучали, и заяц молниеносно пропал вместе с моими кедами.
— Леди Фокс… Это ваша горничная Шира. Могу я войти?
— Да! Конечно!
Спустя мгновение на пороге показалась изящная, приветливо улыбающаяся блондинка с глазами сияющими, словно два голубых топаза. Невольно я ей даже позавидовала, ведь мои глаза были самого непримечательного карего оттенка, а я всегда мечтала о голубых или зеленых.
— Доброе утро. Ой, вы уже встали! Как вы себя чувствуете? Леди Визар сказала, что вы потеряли память и еще очень слабы.
— Память потеряна, а я сама в относительном порядке. Только кушать хочется.
— Леди Визар уже распорядилась, чтобы вам принесли горячий бульон. Слуги из кухни доставят его с минуты на минуту. А еще она велела, чтобы вы надели свое лучшее платье, потому что через час придет художник.
— Художник? — удивилась я.
— Ну да. Осенний отбор решили провести чуть раньше ввиду того, что принц Андриэс готовит масштабную военную кампанию на востоке страны. Вы же знаете, на отборе будут присутствовать и лорды, связавшие свою судьбу с военным делом… Художник будет писать ваш портрет, которым они впоследствии смогут вдоволь любоваться…
Перед глазами тут же промелькнула картинка, как какой-нибудь жирный старикашка лобызает мой портретик или вешает его в рамочку у себя на стене, шепча признания в вечной любви.
— Может, обойдемся без портрета?
— Вы что?! Конечно же нет! Леди Визар будет в ярости! А с ней и ее магией лучше не шутить, сами знаете.
Подобные заявления насчет леди Визар заставили меня нервно сжать и разжать пальцы. Похоже, ситуация вообще не складывается в мою сторону. Пока я буду осматриваться здесь, меня уже выдадут замуж стараниями любительницы корабликов на голове. Что вот теперь делать? Может, сбежать?
Я томно вздохнула.
— Ах, Шира… Я совсем ничего не помню… Скажи, как девушки живут здесь? В смысле, где они могут работать?
Служанка распахнула рот, а ее нижняя челюсть устремилась по направлению к полу. Ясно-понятно: с работой тут у женщин напряженка…
— Но вы же леди! — вырвалось у нее. — Работают только женщины из низших сословий, и то для этого нужно благословение родственника мужчины или ее хозяина! Если же леди опускается до работы, ее клеймят позором, а потом ссылают в Унгу!
— В Унгу? — заинтересовалась я. — Где это?
А что? Тихое и уютное захолустье, деревушка какая-нибудь. Там я и смогу в спокойствии разобраться со своими проблемами или продолжать тихо жить. Ну, это если я в своем мире совсем умерла и вернуться туда возможности не представится.
— О-о-о… — протянула девушка. — Унгу — это страшное место! Там с людьми делают жмякуш!
У меня нервно задергался глаз:
— Прости, что делают? Не расслышала…
— Ну жмякуш… Это… Как бы вам объяснить…
Пока Шира пыталась подобрать подходящие слова для объяснения, моя фантазия уже представила пирог «жмякуш» с начинкой из невыгодных людей. Почти что курник, только жмякуш…
Тем временем Шира продолжала:
— Это тоже самое, что «всмякиш», но не совсем…
— Шира!
— Да я пытаюсь объяснить… Это когда все встают в круг каждый день и проводят особый ритуал по отъему энергии… Понимаете? Жмякуш, потому что люди эти уже не могут сами ничего. Его так — этот ритуал — в народе прозвали.
Нет. В Унгу не поеду. Решено!
— А всмякиш — это что?
Будь проклято мое любопытство, зачем мне это знать…
— Это тот же ритуал, но после него люди восстанавливаются, хоть и долго болеют…
Моя рука сама потянулась к графинчику с водичкой. Я попила прямо из горлышка, сунув хрустальную пробку в руки просветительницы Ширы. Ей бы сценарии для ужастиков писать!
Стук в дверь немного разрядил обстановку — принесли бульон.
— Ешьте, леди Фокс, а я пока подготовлю ваше платье. Вы будете очень-очень красивой!
Глава 2
С бульоном я расправилась быстро, а вот с платьем — не очень. У нас возник идеологический спор с Широй насчет корсета и степени его затягивания.
— Печень, почки, селезенка — все эти органы страдают, понимаешь?! Нужно быть гуманнее! Добрее, что ли… — с надрывом пыталась я втолковать служанке, но она продолжала затягивать тесемки корсета с упорством маньяка.
Воздуха оставалось все меньше, надежды на спасение тоже. Глядя на свое отражение в зеркале, я смотрела, как моя талия натурально приближалась к размеру осиной. Я просто недоумевала, как и куда в это время расползлись мои внутренности и как их удалось поделить ровехонько на две части.
— Красота требует жертв, леди! — сказала Шира, рывком затягивая последнюю тесьму.
— Я уже умерла, да? — полузадушенным баском просипела я. — А как я сидеть буду? А кушать?
— Да что там кушать? Приличная леди поклюет, как птичка, и все…
Отлично. Похоже, в этом изуверском мире меня пытаются лишить еще и еды! Эй! Вселенское зло, сюда меня отправившее! Я отказываюсь держать голодовку! И одним бульоном сыт не будешь!
Когда Шира завершила свою пытку номер один, за ней последовала вторая — макияж. Как оказалось, с мейкапом тут полный швах. Вернее, вместо него магия. Но ее используют только в исключительных случаях. Во всех остальных местные красавицы использовали что-то вроде штукатурки.
— Прощай, моя беленькая чистая кожа… — пропела я тихонечко, уже представляя, как вечером я это все смою и обнаружу под тонной сомнительной краски ужасные волдыри и фурункулы. Все-таки местная косметика — весьма сомнительная вещь!
— Вы очаровательны! — подбодрила меня Шира, а я недобро так уставилась на свое преобразившееся отражение. Моим портретиком, похоже, будут потомков пугать…
— Что там дальше? Железный сапожок? Пояс верности? — нервничая, спросила я.
— Конечно же — парик, леди Фокс! Для портретов невесты он всегда используется. Давний обычай!
Служанка кинулась куда-то к шкафу и достала оттуда…
— Какое животное пострадало от вынужденного облысения в процессе изготовления данного шедевра?! — ужаснулась я, разглядывая в руках у Ширы нехилый такой кусок слипшейся белой шерсти.
— Ой, немного примялся! Не беспокойтесь, сейчас мы его расчешем… Это натуральные волосы! Женщины из бедной части населения часто сдают свои…
— Там вшей, случайно, нет?!
— Вы что? Конечно, нет! Мы его специально замачивали в растворе из отрыжки киккистбуса — восточного медведя! Вы же знаете, какими полезными и чудодейственными свойствами она обладает!
Мама! Верните меня обратно! Заяц, ты — покойник! Я это не на-де-ну!
С прытью молодой оленихи я подорвалась со стула, на котором сидела.
— Так, Шира, обойдемся без париков и киккистбусов! Давай надевай на меня то самое красивое платье, и я пошла фотогра… то есть портретироваться! Материализовываться в красках!
— Но, леди Фокс! Леди ди Визар будет недовольна! Она…
— Я после болезни очень чудная стала — спишешь на это. К тому же времени уже почти не осталось. Давай просто мне красиво волосы завьем и все? Ладушки, да?
Шира тяжело вздохнула, с надрывом так… И все же пошла мне на уступки. Волосы мы просто завили и сцепили на затылке в хвост, выпустив несколько локонов ниспадать, дабы дать волю воображению мужчин.
— Думаю, вы готовы! Пойдемте скорее за мной! — сказала девушка.
И я пошла. Вернее, попыталась. Почти поползла, если быть честной. Вдоль стеночки. Корсет придавил кишки к позвоночнику, туфельки по моде моей пра-пра-пра-прабабушки сжали ножки в нежные тиски, каркас платья угрожающе покачнулся, а я сама судорожно чихнула и захлебнулась, ибо дышать было нечем.
— Шира… — пропищала я. — Постой… Мне… Мне, кажется, нехорошо. Можно, вы меня в постели нарисуете? Я обещаю приветливо улыбаться и делать ручкой.
— Леди Фокс!
— Я в этом не могу… Не хочу… Мне все трет, жмет и жутко раздражает!
— Но это же привычная вам одежда! Вы словно с того света сбежали, где все ходят в одной сорочке…
— Почти… Мне снились удивительные сны во время моего забвения…
Договорить не дали. К нам стремительной походкой приближалась мегера — так я окрестила леди Визар. Ну а что? Похоже. Коротко и ясно.
— Вы еще не в красной комнате?! Чем вы занимались?! И где твой парик, Ива?!
— У меня голова от него зачесалась…
— Что за вздор?! Быстро пойдем! Мастер Петроус очень занятой человек! Ты — последняя из всех моих девочек! Он не будет долго ждать… — грубо схватила за руку и потащила по коридору. Конечно, так я шла быстрее, правда, все время норовила завалиться на шипевшую змеей мегеру. — Сюда, Ива. Заходи… — и буквально втолкнула в узкий дверной проем.
А там меня принял в свои крепкие объятия… кто-то.
— А вот и она! Вот наша последняя звездочка! — меня оторвали от пола, закружили, а потом посадили на трон.
На трон — потому что большущее позолоченное кресло цвета бордо с множеством финтифлюшек очень его напоминало.
— Располагайтесь поудобнее, — нежно пропел портретист, очень импозантный мужчина средних лет. С бородкой. Похож на итальянца.
Я расположилась поудобнее, насколько это вообще в этой одежде было возможно. Чуть вытянула ножку, да.
Леди Визар, вошедшая следом за мной, устроилась на диванчике у двери. Караулить, наверное, чтобы я не сбежала.
— В каком стиле будет портрет Ивы? — спросила мегера.
— О-о-о… Я как раз обдумываю это! — мастер Петроус подошел к мольберту и, взяв несколько кистей, старательно их обслюнявил.
Наверное, ему так думалось лучше. И рисовалось тоже. А что?! Особенная нано-технология! Экологичненько…
— Хочу сказать, что Ива у нас очень особенная девочка… Именно она должна понравиться лордам больше всех. Мы рассчитываем получить за нее большое… м-м-м… пожертвование.
— О не-е-е-ет! Никакого навязывания ваших желаний, леди Визар! Вы же знаете, как я знаменит?! Все девушки выходят красавицами! Даже если они в жизни уродины. Я для каждой нахожу свой подходящий образ! И для этого дикого цветочка тоже что-то подберу… Хм-м-м-м… Сегодня у меня все ассоциируются с цветами… Но кто же ты, ласточка моя?..
Петроус подошел ко мне вплотную, склонился, нависая и разглядывая. После выпрямился и обошел по кругу.
— …Скажи, ты — незабудка?..
Я, начиная нервничать, покачала головой.
— …Не незабудка… — вздохнул Петроус. — Может, тогда колокольчик?
Садовод несчастный, у меня сейчас воздух закончится окончательно! А ты со своим дендрарием!
— Я — розочка! — попыталась я ускорить процесс ассоциирования меня с цветами.
— О не-е-е-ет! Не розочка определенно! Ты — цветочек дикий… Чертополох! Точно!
Я мысленно застонала. Быстрее! Рисуй уже! Слюнявь свои кисточки и портретируй.
— А долго еще? — наивно спросила я тоненьким ангельским голосочком.
— Я очень быстро рисую, всего-то пять часов… Можешь не благодарить!
— Сколько?!
— Не дергайтесь, голубушка… Иначе ваше прелестное круглое личико получится немного квадратным…
— Да хоть параллелепипед там рисуйте вместо головы, я не против абстракции! Только пять часов я точно не высижу! — взмолилась я.
— Сидите ровно… Улыбайтесь! — художник сделал вид, что не заметил моих пламенных просьб.
Я вздохнула и сотворила на лице улыбку, больше похожую на оскал.
— Отлично! Просто отлично! У вас такой пылающий взгляд! — кинулся скорее зарисовывать меня Петроус.
А я пожелала самой себе терпения. Огромного терпения, ну а мужчине долгой и счастливой жизни. Лучше бы желала долгую жизнь себе, потому что то, что произошло после, полностью вышло из-под моего контроля.
Сижу я, значит, уже пятый час, не чувствуя собственного тела, и размышляю о том, как возвращаюсь в свой мир и со вкусом мщу Виолетте Глебовне, оставляя ей в подарок целую корзину с мышами, которых она так любит, как вдруг перед моими глазами появляется парящий на своих ушах зубастый гад-заяц!
Висит прямо перед моим носом, хрюкает от собственного ржача, еще и успевает через трубочку какую-то оранжевую жижу попивать из пластикового стаканчика. И самое главное, что никто — ни художник, старательно выписывающий на холсте мое изображение, ни леди Визар — его не замечает!
Заяц молчит, продолжая на меня пялиться, и пьет свое пойло, периодически подхрюкивая. Я тоже молчу — понимаю, что если начну разговаривать здесь сама с собой, меня могут не понять. Поэтому я решаюсь поговорить с художником.
— Простите, а еще долго?
— О… Я уже как раз закончил! Последние штрихи!
Он делает несколько легких мазков и поворачивает ко мне картину. Я в шоке смотрю на нее. Эта девушка — я? Получилось очень здорово! Невероятно красиво, у Петроуса действительно талант! Разве что выражение лица у меня не очень… Хмурое. Или, скорее, злодейское. Ну, так правильно — я же про Виолетту Глебовну и ее подарочки думала!
— Так красиво…
— Весьма недурно, — заметила подошедшая леди Визар, а я ей невольно посочувствовала. Все-таки женщина вместе со мной отсидела здесь пять часов.
— Мымра! — заявляет пушистый гад, подлетая на ушах к картине. — Как есть мымра!
И снова сок тянет через трубочку. Бесконечный у него он там, что ли?!
— Я не мымра… — решаюсь сказать тихо.
— Мымрятина! Щеки хомячьи, глаза — стекляшки, волосы — куцые, нос…
Я не выдерживаю, хочу поймать зайца, но сдерживаюсь из последних сил, лишь подхожу ближе к портрету и дышу. Нервно. А что, дыхательная гимнастика помогает…
— Только Стасик тебя кикиморушку и любил… Кстати, у тебя небось еще и ноги кривые…
— И волосатые! — огрызнулась я и ойкнула, поняв, что это было вслух.
— Что?! — тут же среагировала Визар, а Петроус принял все на свой счет. — Волосатость… Где здесь волосатость?! Волос достаточно, милочка! Не больше, не меньше. А если свое не устраивает, так носите, как и все, парики, они для этого и придуманы…
— Я не…
Заяц вновь злобно ржет, хряпает своей оранжевой отравой, а во мне вдруг вскипает какая-то волна. Сама не понимаю, как это произошло, но стаканчик в его руках вдруг взрывается и на картину вдруг брызжет прямо с моих раскрытых от ужаса ладоней морковный сок…
— МОЯ КАРТИНА! Мой шедевр! — заголосил Петроус, а я поняла, что все, кранты мне.
* * *
Генерал Алексэндр Ника
Дворец принца Андриэса
— Вот эта, — я отложил портрет в сторону. — Кто она?
Андр широко улыбнулся, обращая внимание на портрет девушки, белокурого ангела, с глазами наивными и чистыми, словно горный хрусталь.
— Леди Изольда Миршал, дочь лорда Миршала, помнишь такого?
Прикрыл глаза, вспоминая высокого и немного худощавого мужчину. Вечно он слишком много болтает.
— С таким не хочется родниться… Пожалуй, леди Изольда мне не подойдет.
— Ха! Разумно! — засмеялся принц. — Ну а эта?
Я взглянул на новый портрет, появившийся перед моим носом. Высокая и знойная леди в парике, который ей совершенно не шел.
— Откладывай, полное отсутствие вкуса. Не хочу, чтобы дети были такими же.
— Брось, все сейчас носят их. Даже эта твоя Изольда. Просто он ей идет, потому что она сама блондинка, — хмыкнул мужчина. — Ну а что насчет остальных? Ты все их пересмотрел?
— Все, — хмуро отозвался я. — Кроме Изольды, смотреть не на кого. Тощие, толстые, усатые… При всем при этом уверен, что они либо тупы, как пробки, либо законченные стервы.
— Ну… Ты кое-что упустил. Один портрет ты все же не видел. Да его и не хотели в общем-то показывать, обещали прислать новый… Но я настоял, что портретов должно быть двенадцать, как и девушек. Ведь знакомимся мы с ними уже послезавтра.
— Что за портрет? — тут же заинтересовался я — всегда любил загадки.
— М-м-м… Его испортили.
— Испортили?
— Измазали какой-то дрянью. Но это не мешает видеть то, что было нанесено на него изначально… Знаешь, участвуй я в отборе вместо тебя, обязательно бы заинтересовался этой штучкой.
— Покажи! — потребовал я.
Андр чуть наклонился, поднимая отставленный прежде в сторону портрет, и положил на стол передо мной. Я взглянул на него, и на моих губах появилась улыбка.
На прекрасном полотне красовалось большущее оранжево-коричневое пятно. Я чуть склонился, понюхав его.
— Морковный сок? — удивился.
— Уж не знаю, чем там леди баловались… — захохотал Андриэс. — Да ты на девицу глянь! Взгляд — огонь, столько гнева на лице, и при том такая хорошенькая…
Мой друг был прав. Под морковным пятном и вправду просматривалось изображение девицы. И она разительно отличалась от всех тех, что я просмотрел прежде. Она притягивала к себе взгляд. Дело в отсутствии парика? Или в этом ее недовольном выражении на лице? Нет… Не в этом, а в ее энергетике — в ней больше жизни, чем во всех этих чопорных куклах. Да и привлекательной внешностью она не была обделена — волосы цвета спелой пшеницы, ровные черты лица, красивые губы и изумительные невозможно яркие глаза. Жаль, что под морковным пятном сложно разобрать их цвет.
— Как ее зовут? — мой голос чуть дрогнул.
— Леди Ива Фокс. Как я понимаю, лучшая из учениц Визар. Бытовой магией владеет в совершенстве. Фоксы — довольно древний и тихий род. Ничем особенным они не выделялись: не бунтовали, никогда не были в опале, в скандалах не замешаны. Магия, как я уже сказал, на хорошем уровне. Так что с этой девушкой ты имеешь все шансы получить одаренное потомство.
— Значит, она мне подходит… — задумчиво произнес я. — И все же что-то не дает мне покоя. С ней что-то не так.
— Боги! Ника, не начинай… Твое слишком цепкое и дотошное мышление никак не уместно в делах амурных!
— А кто говорит о любви? Брак по расчету, разумеется. Как же иначе? Что же до мышления, то не хочу жениться на той, у которой есть тайны.
— Ты еще не видел всех. Вдруг приглянется другая? Портрет у кого-нибудь неудачный вышел, еще чего… В жизни все выглядят иначе. Да и ты не идеален. Ива Фокс может достаться и какому-нибудь другому претенденту.
— Ты мне должен, забыл? Прошлогодние бунты в провинции Ордо. Считай, что это будет моя маленькая просьба в ответ за сегодняшнее спокойствие. Девушка, которую выберу я, достанется только мне. И никому другому. Нет желания убивать кого-то, когда все можно решить бескровно…
— Ладно, — хмуро глянул на меня Андр. — Если что, напишу отцу. Слово наследника Леории.
Глава 3
На следующее утро чуда не произошло. Я все так же была в этом странном мире, вот только, кажется, с чуть большим багажом проблем, нежели прежде. Кто меня дернул ловить этого несчастного зайца тогда? Портрет, над которым так старался Петроус в течение пяти часов, оказался безнадежно испорчен. Все объясняли это вырвавшейся из-под контроля моей бытовой магией, но я сама… Сама я знала, что всему виной был ушастый, который почти сразу же пропал с места преступления.
— Леди Фокс, — обратилась ко мне Шира, уже полчаса колдовавшая над моим «утренним образом», — сегодня очень ответственный день.
— Да? Сегодня случится апокалипсис[О1], а какой-нибудь супергерой будет останавливать его?
— Не ругайтесь такими странными словами! Вы такая чудная стали после болезни, — засмеялась она. — Сегодня все женихи прибудут в Академию Клэрмундии. Леди, участвующие в отборе, должны будут их встретить и проводить в отведенные покои. Это будет первая встреча леди и лордов Осеннего отбора.
— Отлично. Первый смотр племенных кобыл…
— Ну что вы такое говорите?! Разве замужество, и такое удачное, можно сравнивать с продажей лошадей?!
— Очень даже! — хмыкнула я. — Так что там от меня потребуется?
— Пока лишь соблюдать приличия. А сейчас пройти на завтрак.
Я вздохнула.
— Только очень тебя прошу, не затягивай корсет слишком туго. Я после болезни. Дышать трудно.
Шира понятливо кивнула. Все и так списали мой морковный выплеск вчера на болезнь, а потому сейчас буквально пылинки сдували. Особенно леди Визар. Очень уж ей не хотелось, чтобы такой дорогой товар в виде меня оказался испорченным.
Когда манипуляции с моим одеванием были закончены, я посмотрела в зеркало. Вполне себе нормально выгляжу, если не считать того, что я как будто сбежала с какой-нибудь детской сказки про принцесс. Розовое облачко с рюшами. Прелестно… Хорошо хоть лицо не намалевали свеклой, и на том спасибо. Ну и за отсутствия парика отдельный плюсик в карму.
— Пойдемте… Сегодня вы вновь встретитесь с вашими подругами из академии. Жаль только, что у вас такие провалы в памяти…
— Да уж… Действительно жаль.
Будь здесь настоящая Ива Фокс, она, наверное, обрадовалась бы предстоящему общению. А вот я, откровенно говоря, побаивалась. Да чего там! Паниковала по самые уши — не заячьи, свои! Ляпну чего-нибудь, и все враз узнают, что в теле Ивы совершенно другая девушка… Нет уж. Лучше прикидываться совсем больной и молчать, по-дурацки улыбаясь. Такой типаж вечно всех отталкивает.
Эх, знала бы я, что меня ждет, не строила бы таких оптимистичных планов…
* * *
— Жаренные в кляре крысиные хвостики под соусом «Бежаво» с томатами и зеленью… — передо мной опустилась тарелка с дымящимся угощением.
Я подумала, что ослышалась.
— Чего-чего, простите? Утиные? У уток разве жарят хвосты? — поинтересовалась я у официантки.
Рядом со мной раздался язвительный смешок. Соседка уже вовсю пилила крысиную дрянь ножиком, отвратительно скрипя им по тарелке.
— Крысиные, конечно же. Очень дорого! — улыбнулась официантка.
— И очень заразно… — не удержалась я, по-новому уставившись на присутствующее под моим носом угощение.
Хвостики по форме угадывались. Как и томаты… Мне правда нужно это съесть, да? Кляра было много, можно представить, что это креветка…
Нет… Нет, не могу… Если съем такое, меня точно вырвет.
— В чем проблема, Фокси? — раздался рядом насмешливый голос, исходивший изо рта знойной брюнетки. — Раньше ты любила это угощение. Как и все дорогое.
— А-а… а у меня диета! — нашлась я. — Нужно беречь желудок после болезни. Жареное вредно, к тому же для сосудов. Можно мне заменить эти… лапки? То есть хвостики.
— Диета? — захлопала глазами официантка. — Наш повар был не в курсе… Но… Я ему передам. Он заменит.
— Ты чего? — шепнула мне блондинка, сидящая с другой стороны от меня. — Ты всегда их ела.
— Я ничего не помню, — просто ответила я, ощущая более доброжелательный настрой у девушки. — Даже всех вас…
— И как зовут не помнишь?
Я кивнула.
— И что произошло в библиотеке?
— Тоже.
За столом раздался разочарованный вздох. Видимо, все хотели услышать подробности произошедшего тогда в библиотеке.
— Хорошо, что ты хотя бы выжила. Юли так и не удалось спасти… — грустно вздохнула девушка. — Кстати, меня зовут Изольда Миршал, но можно просто Иза. Мы… дружили с тобой.
— Спасибо.
— А эта колючка — Тарьяна Веари.
Брюнетка снова усмехнулась, но ничего больше не сказала и продолжила есть.
— Меня зовут Шейла, а рядом со мной Кларисса… — представились девочки напротив.
Всего нас за столом было двенадцать. Как я поняла, мы все были участницами Осеннего отбора — девушками, которые закончили обучение бытовой магии в прошлом году и получили дипломы. Сейчас же, после летних каникул, руководители академии устраивали наши судьбы.
Взамен крысиных хвостиков мне принесли спустя десять минут суфле из индейки. Я возблагодарила небо и принялась за еду.
— Жри-жри, пока можешь! Уж я-то постараюсь, чтобы ты вышла замуж за самого неудачливого, старого, больного и бедного жениха! — заяц появился как всегда вовремя.
Как и в прошлые разы, его никто не замечал, а потому мне стоило огромных трудов снова сделать вид, что я его не вижу и не слышу.
— И не спрашивай, где я такого найду. Я уже видел список кандидатов и теперь буду работать твоей любовной феей!
— Не забудь подавиться хрустальной туфелькой в процессе! Ой, то есть кедом, — сказала я вполголоса, не выдержав.
— Ха! Язвительная стерва! Виолетта Глебовна очень беспокоится, как ты тут устроилась. Хочет, чтобы ты все прелести жизни испытала! Особенно, после того как Стасик вчера отравился грибным супом!
Надеюсь, в супе присутствовала бледная поганка и мухоморы…
— Ива… — мою ладонь сжали под столом. — Ты точно в порядке?
— А? Да, конечно…
— Пойдем! Надо поговорить! — и прежде, чем я успела что-либо ответить, блондинка, назвавшаяся Изольдой, поднялась из-за стола и поманила меня куда-то за собой.
Пойти за ней? Что ж, наверное, нужно. Вдруг узнаю что-то полезное?
Мы с Изольдой вышли из столовой, а после и из академии, и оказались в саду. Я с интересом осматривалась, подмечая красоту вокруг. Все-таки осень вне большого города всегда прекрасна! Пестрые листья, усыпавшие дорожку, выложенную каменной плиткой, отцветающие розы и много вечнозеленой хвои…
Мы дошли до невысокой беседки, где удобно расположились друг напротив друга.
— Ты совсем ничего не помнишь? — Изольда внимательно посмотрела мне в глаза.
Я покачала головой.
— Увы.
— И Яруша?
— Яруша?
— Твоего родственника. Ты собиралась выйти за него замуж.
— Я?!
— Ты.
Воцарилось молчание. Само собой разумеется, никакого родственника Яруша я помнить не могу.
— Ты говорила, что вы общались в детстве, и на участие в отборе он подал заявку ради тебя. Ива, ты ведь для него столько времени так прилежно училась! Хотела, чтобы он увидел тебя спустя много лет и влюбился без памяти!
— Если он еще не влюблен, как же он мог стать участником отбора ради меня? — в душе проснулся здоровый скептицизм.
Будучи девушкой с негативным опытом отношений, я понимала, что розовые грезы наивной Ивы Фокс с реальностью, скорее всего, не имеют ничего общего.
— Ты всегда о нем вспоминала. И даже писала письма…
— Я получала на них ответ?
— Ты говорила, что Яруш занят. В газетах писали, что он служит первым советником Андриэса, который, кстати, тоже прибудет на отбор. Жаль только, что лишь в качестве наблюдателя.
Прекрасно… Просто великолепно! Похоже, что моя предшественница была из девиц рода «наивная дурочка обыкновенная, влюбленная».
— Думаю, что мои чувства немного остыли… — сказала я и, чуть помедлив, уточнила: — после потери памяти. — Если честно, то я вообще не уверена, что хочу принимать участие в этом всем процессе купли-продажи живого товара, то есть нас. Не знаешь, как этого можно избежать?
Изольда раскрыла глаза так широко, что на миг мне показалось, что они так и останутся. После глаз она распахнула еще и рот. Ей бы в актрисы! Такая мимика пропадает зря!
— Но как же ты жить будешь?! Осенний отбор — это возможность стать кем-то…
— Просто уточню… Кем-то — это домохозяйкой на дотациях от мужа с пятью-семью сопливыми детьми, орущими день и ночь?
— Женой сиятельного лорда, конечно же!
— Одно другого не исключает, — мрачно парировала я.
— Ты действительно стала очень странной… — пробормотала Изольда. — Но такой ты мне тоже нравишься. Ты стала какой-то… взрослой. Даже старой. Морально! Но ты не подумай ничего плохого…
Ну да. Морально устаревшая. После Стасика и не такое может получиться с живым человеком…
— Так ты знаешь, как можно отвязаться от отбора, или нет?
— Только если тебя никто не выберет.
— Отлично! — просияла я. — А что потом?
— Потом тебе предложат уйти в монастырь или устроиться работать в академию — как уж повезет. Но с твоими данными к бытовой магии, думаю, что тебя с радостью возьмет к себе в штат леди Визар.
При упоминании чопорной леди, мечтающей заработать на мне целое состояние, я заметно скривилась.
Точно! Я завалю отбор!
Хоть какой-то проблеск во мраке бытия у меня наметился! Ну и попутно выясню, как вернуться в свой мир, по возможности — живой и здоровой… Ну а если нет — как выжить в этом.
* * *
Через час нас всех собрали в одной комнате. Леди Визар с деловым видом прошлась мимо каждой из нас, осмотрела и осталась чем-то недовольна. Хотя, как я понимаю, это ее обычное состояние. Ну, есть такие люди с лейблом «грымза», тут уж ничего не поделаешь. Я обычно списывала все на то, что у таких обычно было несчастное детство с прибитыми к полу деревянными игрушками.
— Минутку внимания… — Визар кашлянула, останавливаясь в центре комнаты. — Сегодня сиятельные лорды прибудут в Академию Великой Клэрмундии, чтобы принять участие в ежегодном Осеннем отборе невест. По традиции, встречать их выходят невесты…
Девушки рядом со мной оживленно зашептались, я же сохранила непроницаемую маску на лице, хотя хотелось выть.
— …Это очень романтичная церемония. Каждой из вас мы подберем образ, подходящий осеннему дереву. Проведем что-то вроде маскарада. Лорды не узнают вас под масками ровно до окончания испытания — все они уже видели ваши портреты и осведомлены о вашей красоте…
Ну да. Мое морковное пятно было незабываемым. Что ж, хорошее начало для того, чтобы вылететь с отбора. Буду считать это больше плюсом, чем минусом.
— Не терпится узнать, какой образ будет у нас! — восторженно пролепетала одна из участниц — рыжеволосая кудряшка Мари Листей.
— Сейчас и узнаете. Каждая из вас вытянет жребий.
Так-так-так… А вот про это поподробнее. Судя по тому, что намечается, нам собрались раздавать костюмы а-ля концерт в детском садике. Помнится, я много лет назад была огурцом, а мой друг по горшку — кефиром. Прикид у него был соответствующий: белый картонный ящик, из которого торчали две ручки, две кривенькие ножки и голова. На ящике так и написано было — «Кефир 3.2 %».
Леди Визар взмахнула рукой, и перед ней появилась высокая круглая ваза, расписанная золотыми узорами. Еще один взмах, и в вазу опустился ворох листьев.
— Начнем! Подходите одна за другой!
Девушки все выстроились друг за дружкой, желая получить шанс отхватить образ получше, я же скромненько устроилась в самый конец за леди Изольдой, которая тоже не особенно спешила.
— Волнуешься? — спросила я у нее, видя, как она комкает край своей юбки.
— Немного… Мне хочется хорошо выйти замуж, в отличие от тебя, Ива. Надеюсь, у меня будет красивое платье…
Покачала головой. Ну-ну. Желаю удачи.
Первой жребий вытянула та самая брюнетка — Тарьяна Веари, что дразнила меня за столом. Ей достался узкий ивовый листок. После еще одной девушке выпал лист клена, еще одной — рябина. Я начала зевать, понимая, что вовсе не заинтересована во всем этом розыгрыше гербария. Проявила интерес, лишь когда Изольда вытащила березовый листочек, ну а мне… Мне выбирать ничего не пришлось. Досталось то, что осталось… Я засунула руку в вазу и вытащила…
— Отлично. Я — дуб. Но хотя бы не венерина мухоловка…
— Дамы, сейчас вам принесут ваши наряды, — сказала леди Визар, а я поняла, что с этого момента началось очередное мое мучение.
Костюм мне принесла Шира. От одного взгляда на платье мне стало плохо, но я сумела сдержаться, устоять на ногах и даже поинтересоваться робко, то ли мне принесли.
К сожалению, ошибки не произошло. Наряд действительно был для меня. Пришлось его надеть, благо корсет на нем оказался не такой тугой. Тугим было воображение дизайнера, который создал сей шедевр, потому что стоило посмотреться в зеркало, как меня стало пробивать на ха-ха. Но я молодец — опять сдержалась.
— И как этот оранжевый баклажан на каркасе олицетворяет осеннюю дубраву? — все же не смогла не спросить.
— Как?! Вы не поняли?! Это же желудь! — с готовностью отозвалась Шира.
— Где?!
— На вас! Вот! Шляпка же еще есть…
На голову мне прицепили коричневую беретку. Образ стал окончательно фееричным. Невольно бросила завистливые взгляды на Изольду и Тарьяну… У первой было струящееся серебристое платье, расшитое березовыми листочками, а у второй узкое, темно-зеленое, с заостренным воротником. Ни о каких грушевидно-баклажанных формах не было и речи.
— Это нечестно! — процедила я. — Меня подставили!
— Леди Ива… — услышала я над ухом ледяной голос Визар. — Это платье — одно из лучших. Оно всегда приносило удачу, так как самое яркое. Не вздумайте меня подвести.
— Теперь тебе точно замуж за старика-идиота! — прохихикал над ухом злорадный голос, и заяц снова появился в поле моего зрения. — Груша дубовая, вот ты кто!
Вздохнула. Терпение и спокойствие… Терпение и спокойствие…
— Ой! Кажется, лорды начали приезжать! — раздался восторженный писк от окна.
Леди Визар тут же кинулась к обезумевшей от счастья участнице и резко задернула штору.
— Где ваши манеры?! А вдруг кто-то из них увидел бы вас?! Девочки! Мы действуем строго по инструкции. Встречаем лордов и проводим до гостевых покоев. Номер комнаты и этаж я вам буду называть. Кто кого пойдет провожать — решать будет тоже жребий.
Когда все скрыли лица за пестрыми одинаковыми масками, мы дружным строем вышли на улицу и выстроились в длинную шеренгу у крыльца академии. С другой стороны ворот уже были припаркованы несколько экипажей, а кучка разодетых лордов перетирала кому-то косточки неподалеку, поглядывая в нашу сторону.
— Леди Осеннего отбора рады приветствовать женихов! — наконец, торжественно сообщила Визар, а ее голос усилила магия.
Женихи с интересом воззрились на нас. Сколько их? Пять? А, нет… Кажется, семь… Что ж, на всех не хватит. Уже хорошо.
— Его Высочество еще не приехал. С ним прибудет один из участников… — сказал высокий темноволосый юноша.
— Так и скажи, что с ним приедет Ника, — засмеялся кто-то.
Ника? Кто-то приедет с сестрой? Или с подругой? Или с нянюшкой, как у Пушкина? С них станется, с этих мужиков. А что? Стасик бы точно с Виолеттой Глебовной притащился.
— Вот и они, — коротко улыбнулась леди Визар, когда у ворот академии остановилась золоченая карета, запряженная четверкой великолепных белых лошадей.
Из нее вышли двое молодых людей и направились сразу же к нам. И если один из них мне сразу понравился — высокий, светловолосый и улыбчивый, то другой, напротив, произвел отталкивающее впечатление. Слишком напряженный, даже хмурый, взгляд колючий, а на губах застыла холодная расчетливая усмешка.
Нет, такой с мамашей точно не приехал бы. Скорее, сразу с палачом. Рубить голову непрошенным иномирянам. А что? Алый генеральский сюртук располагал к жестоким расправам.
Вот только обладатель сюртука хоть и был серьезен до невозможности, все же был чрезвычайно молод. Сто процентов теплое место было выбито по папенькиному блату.
— Это наследник Анриэс и генерал Алексэндр Ника! — шепнула мне на ухо Изольда. — Какой же он красивый!
— Кто именно?
— Андриэс, конечно же! Той, кого выберет Ника, точно не повезет. Уж слишком жесткий у него характер. Но его таким сделала война, которую он с присущей ему гениальностью выиграл.
Леди Визар хмуро глянула на нас, и разговаривать сразу же расхотелось. Зато женщина одарила самыми сахарными улыбками ее драгоценных гостей, присев перед наследником в глубоком реверансе.
— Рада приветствовать вас на отборе, Ваше Высочество! Рада видеть и вас, генерал Ника.
— Мы тоже весьма рады быть здесь. Хоть я и всего лишь наблюдатель. Если честно, то приехал ради Ники. Сам он точно выберет какую-нибудь не ту кандидатку! — засмеялся наследник.
Ну да, ну да, вместо хорошего яблочка подсунут с гнильцой… Мерзенькое такое ощущение появилось…
Глава 4
Как и в прошлый раз, леди Визар решила использовать жеребьевку, чтобы распределить девушек, которые будут провожать мужчин до их комнат. Однако прежде, чем она начала, к ней подошел наследник и что-то шепнул на ухо. Почему мне показалось, что взгляд ее вдруг на мгновение обратился ко мне?
— Начнем! В этой вазе я вновь смешаю осенние листья. Лорды по очереди будут их вытягивать, тем самым определяя, с кем именно они войдут в Академию Великой Клэрмундии.
Мужчины не стали выстраиваться подобно девушкам-участницам в очередь. Леди Визар сама подносила им вазу с листьями. Вот Изольда упорхнула с высоким господином в белом костюме, следом за ней ушла и леди Листей, рыжеволосая кудряшка…
Возле парадного крыльца академии оставалось все меньше людей, и я начинала нервничать. Дубовый листик, как назло, опять прилип к самому дну этой вазы! А леди Визар, похоже, выбора решила не оставлять бравому генералу Нике.
Наши взгляды с мужчиной встретились. Он чуть поклонился. Я вздохнула.
— Буду рада проводить в вас в вашу опочивальню, лорд… — прогундосила, не совсем зная, как положено по этикету.
— Опочивальню? — Ника приподнял бровь, а затем расхохотался. — Вы удивительны! Где вы росли и воспитывались, что умудрились ввернуть словечко, которым пользовался еще мой прадедушка?
Леди Визар чуть кашлянула, попытавшись сгладить неловкий момент.
— Прошу понять нас, генерал. Эта леди совсем недавно пережила довольно ужасную ситуацию, в которой пострадала. Она в порядке, но память… Ее память пока не восстановилась. Наши целители делают все возможное.
— Вот как? — хорошее настроение мужчины улетучилось, словно его и не было. — Быть может, ей не стоило участвовать в отборе?
— Она… Одна из лучших моих ягодок, лорд. Вы сами поймете скоро, о чем я говорю.
Ягодки, вишенки, бусинки, цветочки! Как же я хочу домой, а не участвовать во всем этом балагане!
— Так вы идете, лорд Ника? — сухо спросила я.
— Иду, — в его голосе послышалась насмешка. — У вас такой… м-м-м-м… интересный наряд.
О да! Груша дубовая, как выразился заяц. Но тебе над собой смеяться я не позволю, уж прости.
— Один из лучших, по мнению леди Визар. Вы же не хотите спорить с ее превосходным вкусом? — спросила я чопорно.
— О, нет, конечно же!
Мы вошли в академию, и начался для меня тот самый квест, который бывает у всех первокурсников, только что вступивших в обитель знаний… Вот только Ива Фокс не была первокурсницей, а я попросту не знала, куда идти. Нет, конечно же, леди Визар сообщила мне, что комната генерала Алексэндра Ники располагается на четвертом этаже и имеет номер четыреста тридцать два. Вот только до четвертого этажа еще надо было добраться…
— М-м-м-м… Сюда! — улыбнулась я так вежливо, что у меня чуть не свело челюсти от натуги.
Алексэндр с готовностью пошел за мной. Ага. Его Наивняшество еще не знал, что его ждет увлекательный круг почета по первому этажу в поисках лестницы.
— Мы снова вышли к входу? — удивился мужчина.
Я сделала поглубже вдох, стараясь успокоиться и смириться с гениальностью архитекторов, строивших эту академию.
— Это такая традиция, лорд Ника… — пропела я. — Все, кто впервые попадают в академию, должны вначале обойти первый этаж. Пойдемте, нам нужна лестница…
Посмотрела чуть влево и досадливо закусила губу. Вот же она! Я с самого начала увела несчастного мужика не в ту сторону.
На этот раз мы пошли правильно, стали подниматься на четвертый этаж. Однако в моем платье это было так себе занятие… Тягая каркас грушевидной формы, я порядком устала и уже мысленно кляла по сотому кругу добродушного ушастого кудесника, отправившего меня сюда.
— Вы так молчаливы… Может, расскажете что-нибудь? — на одном из лестничных пролетов предложил Ника.
— Конечно… — я постаралась отдышаться, пользуясь короткой передышкой. — Сегодня прекрасная погода, не находите?
— Восхитительная. Скажите, как вас зовут?
Мы посмотрели друг другу в глаза. Под маской мужчина не мог видеть моего лица и, соответственно, сопоставить с морковным портретом тоже.
— Думаю, вам завтра об этом скажут.
— Дайте подсказку.
Усмехнулась. Есть ли смысл скрывать то, что и так будет известно? Ради леди Визар? П-ф-ф-ф… Хочет имя, пусть наслаждается.
— Морковные грезы… Пятнистая живопись… Эм-м-м-м… Лисы…
— Лисы?
— А, у вас же нет английского, — прошептала чуть слышно, но взгляд мужчины дрогнул.
— Ива Фокс, полагаю. Именно ваш портрет был заляпан тем ужасным пятном. Что случилось с вашим портретом?
— Стошнило морковной котлеткой, — съязвила я. — Так что можете считать, что вам сегодня не очень повезло с провожающей. Пойдемте. Я уже отдышалась и могу вполне передвигаться в этом пыточном устройстве дальше.
И мы пошли. Я впереди, лорд Ника чуть позади, и это ужасно раздражало. Его внимательный взгляд жег лопатки!
— О! Вот нужная нам комната. Доброй ночи, я пошла!
Я уже развернулась, чтобы включить бесценный навык «золотые пятки», но генерал Ника преградил мне путь, не давая ускользнуть быстро.
— Я рад знакомству. Полагаю, у нас будет достаточно времени, чтобы я смог узнать вас ближе… И все же не могу не поинтересоваться… Что случилось с вами, что вы потеряли память?
— Честно? — я улыбнулась. — Я не помню. Доброй ночи еще раз. Устраивайтесь поудобнее!
— Доброй ночи, леди Фокс.
Фух! Кажется, свободна! А значит можно бежать переодеваться во что-нибудь поудобнее… Кстати, я бы очень хотела прогуляться вокруг академии. Помогает собраться с мыслями. А подумать мне было над чем…
По сути, клятый заяц был единственной ниточкой, связывающей меня с моим миром. Раз он засунул меня сюда, значит в курсе, как можно отсюда вытащить. Может, с ним можно как-то договориться?
* * *
Я быстро переоделась в удобную юбку и блузку. Без всяких там кринолинов, рюшей, бантиков и прочей мишуры. Хотела бы избавиться и от корсета, но, увидь меня кто-нибудь без него, моей репутации точно пришел бы конец. Хорошо хоть, что затянула я его сама не слишком сильно, оставляя простор для дыхания.
Вышла на улицу, вдыхая терпкий и влажный осенний воздух. Прошлась вдоль здания академии, любуясь красотой сада, и вышла к небольшому озеру с раскидистой ивой на берегу. Ну вот… Здесь я и смогу, наконец, расслабиться и поразмышлять о насущном… То есть о зайце…
Однако стоило мне о нем подумать, как он появился передо мной собственной ушастой персоной. По традиции, представитель фан-клуба моркови парил на собственных ушах и что-то трескал, отплевываясь темной шелухой. Семечки! Ну как же я не догадалась…
— Ну здравствуй, гаденыш! — я двинулась на зайца, думая о том, как с наслаждением откручиваю его уши. — Может, пришла пора поговорить?
— Со Стасиком на коленях будешь разговаривать! Пф-ф-ф-ф-ф-фр-р-р-р! — и мне в лицо полетела целая очередь семечковой шелухи.
Я поняла, что начинаю желать вступить в ряды обладателей охотничьего билета.
— Давай нормально поговорим… — предложила, смахивая остатки семечек с лица, а мой голос прямо-таки был пропитан медом. Ядовитым. — Ты хочешь, чтобы я вернулась к Стасику, так?
— Виолетта Глебовна так хочет, неудачница криворукая! Из милости к тебе! И из сострадания к собственному сыну… Бедный мальчик плачет, ему не нравится, какие трусишки подбирает ему мама. Он хочет те, с обезьянками, что ты покупала! А они у тебя в квартире остались, мегера ты неблагодарная!
Знала бы Виолетта Глебовна, что я уже мечтаю сотворить с трусишками ее сына, она бы на них повесилась!
— Так-так-так… Продолжай… — мой голос чудом оставался ласковым и нежным. — Какие условия возвращения обратно, домой?
— Ща! Покажу… — заяц скинул из лапки остаток семок и волшебным образом материализовал те самые кеды, к которым якобы был привязан то ли он, то ли я. — Вот тут написано… Читаю по буквам…
Заяц перевернул один из кед и прочитал написанные на подошве черным маркером строчки:
— …Поганая тварь Женечка Колокольцева вернется назад, если в полнолуние выйдет ночью на кладбище в обуви сей и попросит прощение слезное и коленопреклоненное у Виолетты Глебовны и ее любимого сына и поклянется вступить снова с ним в брак — с ненаглядным мальчиком Станиславом, обязуется его беречь, холить и лелеять и вообще быть хорошей девочкой.
Я подавилась собственным матом.
— Отдай сюда кеды! — выпалила я, понимая, что, похоже, вся соль в них.
Хорошо еще, что мне хватило ума все же сдержать свой эмоциональный порыв и высказать все, что я об этом всем думаю, а лучше — подкрепить действием. Пинком, например, хорошим! Чтобы заяц по параболической траектории улетел прямо в пруд и там жизнерадостно утопился вместе со своими ужасными гастрономическими пристрастиями!
— Не-е-ет! Для начала я должен понять, что ты раскаиваешься… — злобно усмехнулся ушастый.
— Я раскаиваюсь! — едва не прорычала я. — Давай кеды!
— Не раскаиваешься! У меня вот че есть! Безмен раскаяния женского! На горючих соплях Стасика заговоренный!
Мгновение, и мои кеды уже болтаются на крючке безмена — такого, которым картошку на рынке взвешивают.
— По шкале раскаяния у тебя недовес! — заключил паразит, а у меня все… планка упала.
— Конец тебе, тварюга! — заорала я и кинулась на зайца, подпрыгивая и надеясь поймать самую желанную пару обуви в своей жизни.
Не получилось. Заяц полетел вдоль пруда, да еще низенько так, будто специально дразнил. Естественно, я побежала за ним, не оставляя попыток ухватить заветный приз.
— Отдай сюда сейчас же!
— Лучше думай над своим поведением! Выбирай дизайн свадебного платья! Да подешевле, можешь взять даже бэу, чтобы не затратно было! — мерзенько хихикал заяц, а я лишь больше распалялась.
Сейчас я его достану! Сейчас дотянусь до болтающихся шнурков… Всего-то один прыжок и…
— Чтоб ты провалился, пакость животная!
И я прыгнула. Не в воду, к счастью. Хотя лучше бы, наверное, туда. Потому что когда, ухватив что-то, оказалась на траве, радостно это что-то придушивая и нашаривая в барахтающихся когтистых лапах свои кеды, ко мне вдруг пришло осознание, что заяц в нескольких метрах от меня над прудом восьмерки выписывает и уходит в вертикальный штопор, возносясь к облакам. А я… я держу какое-то другое животное. Реальное. Чешуйчатое такое и…
— Ай! — кусачее очень.
Выпустила несчастного из рук и услышала за спиной пробирающий до самых костей ледяной голос.
— Что здесь происходит?! Как вы посмели прикоснуться к моему Чиичи?!
Эх… А ведь казалось, что удача была так близко…
Я медленно обернулась, уже проклиная мысленно этот день. Генерал Ника стоял напротив распластавшейся на земле меня, ему на плечо вспорхнул маленький и очень симпатичный дракончик.
— Ой! Это я тебя поймала, маленький? — искренне вырвалось у меня. — Прости, я тебя перепутала!
На лице генерала Ники не дрогнул ни один мускул. Он с ледяной ненавистью и презрением продолжал смотреть на меня:
— Леди Ива Фокс… — явно смакуя мое — вернее, не совсем мое — имя, произнес он. — Вот вы какая на самом деле… Что ж, будьте уверены — этот отбор вам не пройти. Я лично приложу все усилия.
Вздохнула.
— Вы все неправильно поняли!
— Я все хорошо видел собственными глазами — вы пытались убить мое священное животное, и лишь мое появление спасло ему жизнь!
— Да я выпустила его раньше!
— Леди Ива. Не испытывайте мое терпение, не искушайте судьбу… Смиритесь. Отбор вы не пройдете.
И тут меня прорвало. Я поднялась с земли.
— Не пройду отбор? — нервно хохотнула я. — Отлично! Просто великолепно! Вы знаете, генерал, у меня ведь никакого желания замуж выходить нет! Тер-р-рпеть не могу мужчин! Либо тираны, либо сопляки и нытики, хватающиеся за мамину юбку, либо то и другое вместе! Наверное, это про вас, раз вы, не разобравшись в ситуации, устраиваете истерику! Не представляю, какая леди в своих розовых грезах может видеть вас своим мужем! Хотите изгадить для меня отбор — флаг в руки, барабан на пузо! Вам он пойдет, с мундиром, купленным папиком, сочетаться будет! А мне же легче будет… Не надо будет специально отбор заваливать!
С этими словами я, гордо вздернув подбородок, ушла, оставив генерала Алексэндра Нику наедине со своим гневным взглядом и драконом… или как он там его назвал?
Ох, я опять во что-то влипла. И опять во всем виноват противный ушастый! И почему мне так не везет?
Глава 5
Утро начинается не с кофе. По крайней мере, не для Ивы Фокс, а значит и не для меня… Стоило мне только уснуть, как уже пришла пора вставать, и меня за плечо довольно грубо трясла леди Визар.
— Вы только посмотрите на нее! После потери памяти ты стала совершенно другой! Но, поверь, это не помешает мне выдать тебя замуж! — пообещала женщина, отправляя меня в ванную умываться и приводить себя в порядок.
— А пофефу вы меня фак рано расфудили? — начищая зубы деревянной щеточкой, выглянула я в комнату.
Визар скривилась, но все же соизволила ответить:
— Уверена, что ты не помнишь ни одного заклинания. А сегодня у вас будет первое испытание — открытый урок, совмещенный с девочками из начальной школы. Если ты не помнишь — в такой школе и ты училась, она принимает сирот из знатных сословий. Вы будете показывать свои умения и наставлять подрастающее поколение. Разумеется, лорды будут присутствовать и оценивать вас.
— Но я ничего не помню…
— Поэтому я здесь. Вряд ли когда-то ты будешь вытирать пыль и наводить порядок в доме богатого лорда — для этого есть слуги. Для твоего будущего мужа важен магический потенциал, чтобы ты смогла зачать одаренного наследника. И у тебя он огромен. Поэтому все, что от тебя требуется — это показать размах твоей магии, не углубляясь в дебри сложных заклятий. Я научу тебя одному простому заклинанию, которое тебе поможет пройти испытание и приглянуться кому-нибудь из лордов.
Ага. Одному, похоже, уже приглянулась… Да так, что он меня с этого отбора вышвырнуть пригрозил…
— Хорошо, я готова.
Я вышла из ванной, уже посвежевшая, причесанная и готовая к новому дню.
— Оденься… Не в сорочке же ты будешь щеголять, пока я тебя учу! — фыркнула Визар.
Я послушно окопалась в шкафу, выбрав темно-зеленое платье и все остальное необходимое. Снова закрылась в ванной, переоделась, вышла и… Офигела.
Я тоже умею устраивать беспорядок, но у леди Визар это получилось с упомянутым ей размахом — вся комната была завалена содержимым из шкафа! С люстры изящно свисали чулки. Баночки с кремами, прежде стоявшие на прикроватной тумбочке, были открыты, а их содержимое служило теперь на благо искусства — им на высоком зеркале в дубовой оправе была нарисована очень милая рожица. Подушки с кровати выпотрошены, а перья припорошили все вокруг.
Посреди этого великолепия стояла, скрестив на груди руки, леди Визар и взирала на меня.
— Ты можешь вернуть все, как было. Достаточно произнести заклинание… Смотри и учись! Аллатрио центригум! — и с ее ладони сорвался сияющий золотистый луч.
Стоило ему попасть на этот хаос, как все тут же отправлялось по своим местам: разорванная подушка сама втянула в себя перья, словно пылесос, и сама же заштопалась. Вещи взлетели и упаковались в услужливо распахнувшийся шкаф. Часть рожицы с зеркала смылась — кремы по капелькам собрались обратно в баночки.
— Вот так это происходит, — подытожила леди Визар. — Как ты заметила, я не все убрала. Остальное должна убрать ты.
Вздохнула. Боги… Как я ненавидела это “Ты должна убрать”. За годы жизни со Стасиком и его мамой я каждый день это слышала: “Ты должна убрать, ты должна постирать, ты должна помыть, ты должна работать, ты должна приготовить…”. И ладно бы еще, если бы хотя бы раз за все то время, что я посвятила Стасику, я услышала банальное “спасибо”.
Да, я не была ни ангелом, ни золушкой. Но все же я работала, еще и училась. Вставала в пять сорок пять, неслась умываться, приводить себя в порядок, и до восьми на работе. Домой приезжала, измучившись в пробках, уже когда нормальные люди все читали детям книжку на ночь.
В моей же жизни начиналось самое интересное: мытье гор посуды, из которой Стасик, временно неработающий, в течение дня ел, пуляясь перед компом в игрушки, его трусишки с обезьянками, которые мальчик сам боялся стирать, поставить тесто для пирогов, Стасик так любит сладенькое…
Р-р-р-р-р-р!
Как же я все это ненавижу! Быт? Да никогда больше! Особенно под чужую дудку!
Получив развод, я поклялась на собственном паспорте, что больше палец о палец не ударю по чужой прихоти. Готовить? Есть служба доставки. Убирать? Клининговая компания. Стирать? Куплю хорошую машинку, которая не выскакивает на середину комнаты, оставляя после себя дорожку из отгнивших запчастей. А ведь говорила я Стасику, что мы можем позволить себе купить новую. Но нет! Виолетта Глебовна была против! Как же, это же ОНА покупала! Лет сорок назад…
— Ива? Ты меня услышала? — голос леди Визар заставил меня прийти в чувство.
— Да… Да, конечно.
— Нужно, чтобы ты повторила заклинание, вложив в нее свою магию…
Я вздохнула.
Ладно, Женя, это ненадолго. Просто завалю отбор, устроюсь в Академию на работу, за которую меня не сошлют на съедение каким-нибудь бешеным носорогам, и заживу. Ну или поймаю-таки зайца.
— А можете напомнить еще раз заклинание? — попросила я.
— Аллатрио центригум.
На этот раз луч не вырвался с ее пальцев — леди Визар контролировала магию.
— Аллатрио центригум, — повторила я, потянувшись мысленно к своей, о которой ровным счетом ничего не знала.
Я почти была уверена в том, что ничего не произойдет, но… Из моей руки ударил такой же луч, как был у леди Визар. Эффект получился практически одинаковый. Практически — потому что скорость уборки раза в три превышала ту, что была у моей наставницы.
— Ты понимаешь теперь, о чем я говорила? Сила твоей магии уникальна! Твои дети станут великими магами!
— А я? — спросила, когда наконец комната засияла чистотой. — А я смогу научиться чему-то большему, чем простая уборка?
Визар заломила бровь, на ее губах появилась снисходительная насмешка:
— Что за чушь? Конечно же нет.
— Нет?
— Нет. Леди не положено изучать магию. Никакую, кроме бытовой. Думаю, на этом достаточно упражнений. Запомни это заклинание и используй на сегодняшнем испытании. Не подведи меня!
Я кивнула, понимая, что больше ничего от женщины не добьюсь.
Когда она ушла, ее сменила Шира, принесшая мне завтрак.
— Скорее кушайте, леди Фокс! Открытый урок начнется уже через полчаса.
— Это ведь просто каша? — на всякий случай уточнила я, заглядывая в тарелку.
— Да, овсяная.
Отлично! Как хорошо день-то начался! Может, здесь не так уж и плохо? Если у меня такой магический потенциал, может, сумею чему-нибудь научиться и вернусь домой? Потом, и не все здесь мне чуждо, может… я и останусь. Вот даже кашу нормальную принесли. Без кулинарных изысков.
Ох, зря я говорила про хороший день, магию и все остальное. Потому что впереди меня ждал настоящий кошмар!
* * *
— Сквозняк!
— Ой, простите… — я обернулась и закрыла за собой дверь.
Один из лордов, щуплый и хилый на вид, одетый в темно-коричневый костюмчик в зеленую клеточку, шумно высморкался в кружевной платочек.
— Теперь окно! Сквозит прямо по ногам…
В классе, полном детей, раздалось тихое хихиканье. Леди Визар, тоже присутствующая здесь, попыталась сгладить ситуацию и, взмахнув рукой, применила магию. Окно, чуть приоткрытое прежде, с шумом захлопнулось.
— Леди всегда опаздывает? — раздался чуть раздраженный голос с задних рядов.
Так знакомый голос… Хотя лучше бы он провалился куда-нибудь вместе со своим хозяином Никой!
— Леди Фокс задержалась, потому что усердно тренировалась перед сегодняшним уроком. Кстати, она может занять свое место, — сказала Визар, а я, облегченно вздохнув, устроилась за одной из парт рядом с Изольдой.
— Ты что так долго? — шепнула она мне на ухо. — Этот ужасный генерал раза три о тебе спросил.
— Так получилось, — вздохнула я.
Тем временем урок начался, и я смогла потихоньку осмотреться вокруг. Здесь за партами сидели девочки лет семи-восьми, на задних рядах — лорды, которых я насчитала восемь штук, а первые два ряда занимали мы — воспитанницы Академии Великой Клэрмундии.
Ника на меня не смотрел, и я выдохнула, надеясь, что генерал просто забудет о моем существовании.
— …Девочки вашего возраста уже должны начинать смотреть в будущее, — тем временем вещала леди Визар. — Впереди вас ждет трудная дорога, итогом которой рано или поздно станет замужество…
— И чужие нестиранные носки, — невольно вырвалось у меня, а Изольда хихикнула.
— …Вы все должны уметь поддерживать порядок в доме, в который войдете супругой и спутницей, а так же напитывать его магией, чтобы он сохранял свой прекрасный вид многие годы. Но пока мы начнем с простого — будем выводить пятна. Есть универсальное заклинание, которое поможет вам в этом. Итак, начнем. Лорды! Кто из вас будет первым добровольцем?
Первым желающим изведать на себе магию адепток Великой Клэрмундии оказался лорд Дейризи — возрастной мужчина с седенькой бородкой и трясущимися руками.
— Выходите сюда… — скомандовала Визар, щелкнула пальцами, и в ее руке оказался бокал, полный красной искрящейся жидкости. — Предположим, что вы засиделись у камина вечером с бокалом прекрасного эдрийского, и ваша рука дрогнула…
— Боюсь, что если лорд Дейризи возьмет бокал в руки, донести до рта он его вообще не успеет, — прокомментировала я на этот раз слишком громко.
Дети засмеялись, кто-то из лордов тоже. А вот леди Визар моя невольная реплика не пришлась по нраву.
— Леди Фокс, раз уж вы проявили такую заботу о лорде Дейризи, покажите, на что способны. Уверена, что лорд оценит ваши уникальные способности. К тому же… Я хочу, чтобы вы все обратили внимание, лорды, на потенциал адепток. Используйте истинное зрение, чтобы убедиться, какой степенью дара обладает каждая из участниц. Сделайте после этого соответствующие выводы.
Я скрипнула зубами. Тянули меня за язык! Но опять же хорошо, если я своим поведением оттолкну всех. Главное — не нарваться на что похуже, чем просто провал отбора. А то сошлют еще куда-нибудь зубастому любителю морковок на радость.
С другой стороны, я могла наглядно убедиться в том, что способности Ивы Фокс достаточно… м-м-м… мощные. И меня, как племенную кобылу с хорошими данными, все равно потащат замуж…Блин, блин, блин! Нет… Магию показывать никак нельзя. Может, свалиться в обморок?
— Леди Фокс. Выходите сюда. Вы не услышали меня с первого раза?
— Ой, кажется, у меня серные пробки, — мило улыбнулась я. — Иду-иду…
И я вышла. Чуть поежилась под сальным взглядом мужика, невольно глянула на Нику, рядом с которым сидел наследник. И если последний что-то старательно писал пером на бумаге, то Ника смотрел на меня. Напряженно так. Словно ждал. Чего? Моего провала? Что ж… Я еще сама не знаю, чего жду сама от себя.
Тем временем Визар ловко плеснула содержимое бокала на идеальный костюм мужчины. Тот кашлянул, нервно растирая расплывающееся красное пятно на сюртуке.
— Помогите мне, леди Фокс, — сказал он.
— Сейчас леди Фокс, девочки, покажет вам заклинание «Аллатрио центригум» в действии! — прокомментировала леди Визар.
Я замерла. Ладно. Будь, что будет, но магию показывать нельзя. Табу. Пусть лучше считают неудачницей, пусть меня сожрет мегера Визар. Плевать.
— Алла-кхе-кхе… — закашлялась я. — Ой, простите… Кхе-кхе!
— Что с вами, милочка?! — лорд Дейризи взволнованно посмотрел на меня. — Вы больны?
— Туберкулез и коклюш… В очень страшной форме… Заразной! Так что мне лучше… кхе-кхе…
Женишок нервно шарахнулся в сторону. Потом подумал и сделал еще один шажок. На всякий случай.
— Никто не хочет открыть окно? — вопросил он.
— Сквозняк! У меня больные почки! Помилуйте, лорд! — отозвался клетчатый с дальних рядов.
— Ивочка, а что происходит? — ласково так пропела моя наставница. — Ты застеснялась лорда Дейризи, так он тебе понравился? Лорды, не обращайте внимания, это у леди Фокс такой юмор…
— Весьма специфический юмор! — недовольно сообщил Дейризи. — Пусть она потом покажет свое мастерство! А пока откашляет свою заразу! А меня… Меня пусть другая леди почистит! Вот эта!
Корявый трясущийся палец лорда уставился на рыжеволосую кудряшку Мари.
Так и хотелось ей крикнуть, чтобы лорда хорошо почистила, с порошочком! А лучше его в стиральной машинке сразу провернуть и сушиться повесить вверх ногами.
— Садись, Ивочка, отдохни. Ты переволновалась — я понимаю, — сказала леди Визар, и я, облегченно выдохнув, поспешила занять свое место.
Ну а к лорду Дейризи уже спешила Мари. Она произнесла заклинание, и сюртук лорда вновь стал идеальным.
— У Мари средний уровень дара. К тому же она обладает прекрасным добрым и отзывчивым характером, — сообщила наставница.
Ага. А так же, если купите ее по акции, получите в подарок мешок сухого корма и комплект колготок размера XXL.
Девушки по очереди стали выходить к лордам, которые бесстрашно подставляли свою грудь под неиссякаемое «эндрийское». Я наблюдала за ними скучающим взглядом, отмечая про себя, что магия каждой действовала по-разному. У кого-то пятно исчезало очень медленно, а у одной так и не вывелось до конца… Этой несчастной оказалась Шейла Лесски — ее дар, как сообщила Визар, очень низкий. Пятно потом довывела другая участница.
— Генерал Ника, вы не хотите лично принять участие в этом милейшем испытании? — спросила леди Визар, когда все лорды уже были магически отмочены и застираны.
— Отчего же? Хочу. Я ждал всего лишь, пока пройдет приступ у леди Ивы Фокс. Думаю, что уже достаточно времени прошло. — Генерал поднялся со своего места и вышел к Визар. — Вино я наколдую сам.
Легкое, едва заметное движение — и он держит в руке бокал с рубиновой жидкостью.
— Подходите сюда, леди Фокс, — и Визар глянула на меня так строго, что я поняла: на этот раз маневр с кашлем не прокатит.
Придется феячить… или как у них тут это называется?
Глава 6
— Вы так часто дышите, леди Фокс… — произнес Алексэндр Ника, прожигая меня взглядом. — Успокойтесь. Просто дайте нам всем посмотреть на ваш потенциал. Ведь тогда вы сможете пройти дальше. Ведь это ваша основная цель?
Вот ведь зар-раза! Цель у меня, как же… Похоже, мужчина, поняв, что исключением с отбора меня не запугать, решил действовать наоборот.
— Конечно! Просто это все так волнительно… — пропела я тоненьким голосочком.
— Ивочка, давай без фокусов? Хорошо, девочка моя? — леди Визар улыбнулась мне так сахарно, что я поняла: если провалюсь сейчас, она меня лично повесит, еще и веревочку намылит и табуреточку подставит, которую после с наслаждением пнет.
— Леди Визар! Я делаю все возможное… — сказала я немного капризным тоном. — Лорд Ника? Вы будете сегодня принимать виноградные ванны или нет? Все ждут только вас.
И, не дожидаясь ответа от генерала, я выхватила бокал из его рук и плеснула ему на рубашку. Эх, а как хотелось в лицо!
— Спасибо, леди Фокс… — прошипел генерал.
Я уже настроилась произносить заклинание, как над ухом раздался ехидный голосок.
— Скучала, цыпа?
Блин. Притащила нелегкая ушастого. Ладно. Колдую и не обращаю на него никакого внимания. Вдох-вы-ы-ы-ы-ыдох…
— Теперь ждут все только вас, леди Фокс, — ледяной голос Ники привел меня в чувство.
— Я настраиваюсь!
— А-а, это так называется теперь…
— У Стасика сегодня обострился гастрит. Он съел слишком жирную котлетку из магазина. А все потому, что у него не было приготовленной тобой диетической еды. То, что готовит Виолетта Глебовна, ему не нравится! Ты — злодейка! Кощеиха, вот ты кто! — надрывался заяц, паря у меня где-то над головой — я его даже не видела.
Вот только выбешивало это ужасно. Сосредоточиться не получалось от слова совсем. Все мысли были о котлетах.
— Леди Фокс… — вновь напомнил о себе Ника.
— Стасик голода-а-а-а-ает! — выл заяц.
Все. Крайняя степень бешенства. Да пусть подавится своими котлетами! Пора заканчивать этот балаган.
— Аллатрио центригум! — выпалила я.
С моих рук вырвался даже не луч, а целый поток света. Рванулся к генералу, и тот, удивленно распахнув глаза, пошатнулся, едва сумев устоять на ногах. Пятно на его груди моментально испарилось и даже собралось рубиновой жидкостью обратно в бокал у меня в руках.
Я уже хотела облегченно выдохнуть, но, как оказалось, рано… Рано было расслабляться! Потому что в следующий момент мой нос отчетливо уловил запах жаренных котлет!
— Черт… Только не это… — прошептала я, подозревая что-то явно нехорошее…
Не зря подозревала. Потому что прямо на сцене появился сияющий золотой вихрь. В этом вихре я узрела… огромную такую котлетину — величиной с меня. Вначале она была призрачной, словно мираж, но все быстрее обретала очертания.
— Ива?! — голос леди Визар дрогнул.
— Я после болезни! Тщедушных, маленьких и ненормальных не бьют! И не наказывают!
Заметив, что у котлеты появляются тоненькие ножки и ручки, я смалодушничала и, кинувшись к наставнице, спряталась за ее спину. А что? Она у нас мастер магии, пусть и разбирается с творениями своих учеников.
Тем временем сияние пропало. У котлеты открылись глаза, кристально-чистые, голубые. Прямо как у Виотлетты Глебовны! И рот… Рот был Стасика.
— Леди Ива Фокс! Что происходит?! — сощурил взгляд Ника.
Но слишком поздно. Котлета, плотоядно улыбаясь и злобно хихикая, двинулась к нему.
— Ты мой пупсяш! — выдал шедевр кулинарного искусства голосом моей бывшей свекрови. — Обнимемся?..
В классе раздался откровенный ржач, но Нике было не смешно. Как и мне. Потому что котлетина продолжала приближаться к мужчине, распахивая свои объятия.
— …Скушай кусочек… Котлетки с мышьяком… Станешь тут же суперчуваком!.. — продолжала уговоры монстра.
Я заметила, что у Ники помутнел взгляд. Прямо как в мультиках, когда героев по голове чем-нибудь ударят, и вокруг них такие птички вьются в этот момент.
Котлетка приблизилась почти вплотную:
— …Съешь меня! Тебе будет очень вкусно перед тем, как ты сдохнешь в мучениях и страшных конвульсиях!
Почему никто ничего не делает?
— Леди Визар! Он же съест ее сейчас! — сказала я, но наставница ошалело посмотрела на меня.
— Мы в театре! — выдала она. — Какое милое представление! Не мешай! Сейчас накажут злодея…
Я-то, конечно, не против наказания для злодея, но не насмерть же! Это котлета его сейчас прикончит!
Глянула на зал. Похоже, все здесь пребывали в странном забытье.
— Что за бред?! — прошептала я и, поняв, что жизнь горе-генералу спасать придется мне, кинулась к нему.
Он уже протягивал руки к кокетливо подставленному котлетному бочку, когда я сшибла его с ног и завалилась на него сверху.
Мгновенно осознала свое дурацкое положение, и генерал закашлялся, приходя в себя.
— Леди Фокс! Слезьте с меня! — прохрипел Ника, а я заметила, как котлета неподалеку от нас рассеивается и машет на прощание, словно олимпийский мишка. — Какого дьявола вы здесь натворили?!
— Лучше бы сказали спасибо, что я спасла вам жизнь, — пробурчала я, с трудом поднимаясь на ноги.
— А перед этим едва не убили вашей безумной кулинарной фантазией?! О чем вы только думали, когда создавали заклятие?!
Генерал тоже встал. Он был сейчас немного помятым.
— Простите, лорд Ника… — срывающимся голосом кинулась к нему Визар. — Это все моя вина! Девочке и правда не следовало принимать участие в отборе, она еще не восстановилась, ее память…
— Эта девочка — уникум. Ее степень даже не пятая, как было заявлено в бумагах отбора, — резко ответил генерал. — Она — Нисце! Утаив ее, вы бы совершили преступление. Плевать на ее память. Думаю, вы догадываетесь, что в правильных руках этот не огранённый алмаз сможет стать редчайшей красоты бриллиантом.
— Уверяю вас, в бумагах не было никакой ошибки! Пятая степень! Нисце… Я ни разу не видела у Ивы такой магии… Только сейчас…
— Надеюсь, Ива Фокс продолжит отбор… Многие за нее сделают очень щедрое пожертвование на благо Академии Великой Клэрмундии, — заявил генерал.
И я поняла, что лучше бы котлета его придушила. Проблем было бы меньше.
* * *
Алексэндр Ника
— Мне нужна вся информация, которая есть на вашу воспитанницу — Иву Фокс. Так же мне нужны отчеты касательно проведенного вами внутреннего расследования о произошедшем в библиотеке, — сказал я, переходя сразу к делу.
Леди Визар, побледнев, вцепилась пальцами в столешницу. Сейчас она напоминала больше напуганную мышь, нежели властную женщину, привыкшую все держать в своих руках.
— Конечно, — все же выдавила она из себя, поднимаясь из-за стола и подходя к высокому стеллажу, несколько полок которого были заставлены толстыми папками.
Женщина пробежалась пальцами по корешкам, отыскивая нужную.
— Вот. Ива Фокс. Здесь все про эту девочку.
— Благодарю, — я легко подхватил папку из ее рук. — Отчет?
Визар поджала губы:
— Как вы понимаете, расследование было внутренним. Мы не передавали сведения куда-либо. Поэтому и отчет не составляли.
— Значит, у вас появилась хорошая возможность сделать то, что вы были обязаны, но не сделали.
— Как будет угодно. Отчет будет у вас к вечеру.
Кивнул:
— Спасибо.
Уже собирался выйти из кабинета, как женщина меня окликнула.
— Генерал Ника!
— Да?
— Скажите, леди Фокс… Она приглянулась вам? Мне рассчитывать на то, что эта кандидатка ваша? Вы знаете, во время отбора всякое случается. Если я… в какой-то мере подыграю вам, это не будет лишним?
— Не стоит. Я пока присматриваюсь. Несомненно, леди Ива очень одаренная девушка. И все же жену я ищу для себя, ориентируясь не только на магический потенциал.
— Ну вот и отлично, — на губах у женщины заиграла странная улыбка. — А я уже не знала, как быть. Просто кое-кто уже попросил меня об этой маленькой услуге.
Почувствовал, как сердце кольнуло какое-то странное чувство. Не ревность, нет… Но что-то очень близкое, смешанное с раздражением.
— И кто же положил глаз на такое сокровище?
— Простите, я не могу раскрывать имен. Просто имейте в виду, что удача может быть и не на вашей стороне, если решитесь слишком поздно.
— Я буду иметь это в виду.
* * *
Ива Фокс
Ужасная привычка грызть ногти. Как и все вредные привычки, ее трудно бросить. Но я держалась! Целый год. Даже на курс «Успокойся и живи в браке с улыбкой» у психотерапевта потратилась из личного кармана, после чего разразился скандал с Виолеттой Глебовной, которая утверждала, что сама может заменить любого психолога. «Трудотерапия, — утверждала она, — может вылечить любого!». В качестве избавления от стресса мне было предложено заняться ремонтом в ее комнате. Рр-р-р-р! С каким наслаждением я тогда обдирала обои! С улыбкой! И со спокойствием!
Но старания и психологов, и моей бывшей свекровушки все канули в Лету. Потому что сейчас у меня был ногтегрызочный срыв. Благодаря стараниям генерала Ники!
У меня уникальная магия? Я — еще более ценный товар?! Да подавись ты своей рекламой! После нее лорды окружили меня, оценивающе так оглядывая. Хорошо, что хоть по «крупу» не хлопали и сахарком не угощали!
— Придурок! — зашвырнула я подушкой-думочкой в дверь, благо в комнате никого не было и истерике я могла предаваться со вкусом и от души.
А ведь нужно было собраться! Понять, как дальше быть и все такое…
Вздохнула. Похоже, никак не быть. Либо выйти замуж за одного из этих… жеребцов, либо покаяться и вернуться к Стасику и Виолетте Глебовне.
Осененная странной идеей, я закусила губу. А что если разыграть перед зайцем комедию? Ну разрыдаюсь я и поклянусь в вечной любви к бывшему мужу. Ну выполню манипуляции с кедами на кладбище или где там… Подумаешь! Никто не помешает мне развестись со Стасиком второй раз, а заодно ночью тихо придушить его маман вместе с ведьмой, что отправила меня сюда! Все лучше, чем обрекать себя на неизвестно какую судьбу…
Вздрогнула. Нет… Не могу. Как вспомню этот хладнокровный взгляд жабы-убийцы, так прям мороз по коже. Не дошла я еще до нужной кондиции.
В комнату постучали.
— Да? Кто там? — спросила.
— Грузчик.
Грузчик… Ко мне пришел грузчик… Смысл сказанного доходил до меня не сразу — сказывалось нервное утро.
— Это не ко мне, — наконец, выдала я.
— Вы же леди Фокс?
Вообще-то нет, но да…
— Я.
— Тогда я к вам. Откройте пожалуйста, тяжело держать…
Открыла дверь и потеряла свою челюсть где-то в районе плинтуса — рядом со мной стоял красавец-мужчина! Вернее, не стоял, а висел… находился в пространстве — вот! В объятиях грузчика… А мужчина этот был статуей… Которая ну очень так походила на одного из лордов, которых я видела сегодня… Изваяние было такое же… м-м-м-м… объемное и лучащееся искренним, почти щенячьим восторгом от себя самого.
— Это… чего? — пискнула я, не спеша впускать подобный шедевр скульптурного искусства в свою комнату.
— Это подарок от лорда Флюнделя! Он считает, что так вы сможете ближе стать друг к другу.
Прищурилась. Ну да. Ближе с Флюнделем мы определенно станем. Если его втащат в мою комнату, то еще и видеться будем каждый день. И каждую ночь…
— А может, не надо? — робко спросила я. — Мне кажется, что я недостойна принять такую красоту…
— Пропустите! Я уже пупочек надорвал.
Аргумент был весомый. Бесспорный, я бы даже сказала. Пупочки надо беречь. Поэтому я посторонилась, и Флюнделя втащили и водрузили у стены. Напротив моей кровати.
Теперь я уже смогла и грузчика рассмотреть. Ага. Мужчина комплекции Стасика. Классический «дрищ обыкновенный».
— Вот непонятно мне… А как вы вообще его… ну… дотащили?
— Так я с детства сильный! — улыбнулся мужчина кривоватой улыбкой. — Ну, конечно, есть всему предел, но крышки от банок я всегда пальцами открывал!
— Милота какая… Что ж, спасибо… За подарок. Флюнделю.
— Так не за что. Меня, если что, Харчосси зовут.
Я мило улыбнулась:
— Ага. Хорошо. А я — Же… То есть Ива. Ива Фокс.
Мужчина снова расплылся в улыбке:
— Так я это… того. Знаю. В общем, у меня сегодня еще заказы есть. На грузо-погрузочные работы. И на доставку. Я побежал.
— Спасибо! Пока…
Стоило только закрыть за ним дверь, как я хмуро уставилась на Флюнделя. И что теперь с ним делать? Вздохнула и с некоторым наслаждением повесила на него осенний плащик. А на голову шляпку надела. А что? От этого у статуи настроение не упало. Он все так же жизнерадостно продолжал озарять своей улыбкой пространство.
Только хотела заняться чем-нибудь полезным — книжечку там почитать, восстановить душевное равновесие, — как в дверь снова постучали.
— Кто там?
— Харчосси! Курьер.
Отлично… Открыла дверь. В руках у мужчины была такая ма-а-а-а-алюсенькая коробочка. Перевязанная розовой ленточкой.
— Снова подарок? — хмуро спросила я.
Мужчина закивал головой.
— От Флюнделя?
— Нет! От лорда Пуппи.
Я приняла коробочку. Харчосси ушел.
Развернула с некоторым опасением. Кстати, лорд Пуппи — это кто? Хотя, судя по подарку, несложно догадаться… Внутри лежал красивенький клетчатый носовой платочек.
— Надеюсь, в него не сморкались прежде… — пробормотала я, обнаруживая в коробочке еще и записку:
«Незабвенная леди Фокс! Осень — время простуд! Женщина должна быть здоровой и сильной, чтобы родить достойное потомство. Примите этот скромный дар.
С нежностью, ваш лорд Пуппи».
Сжала кулаки так сильно, что невольно скомкала и записку клетчатого сморчка, вечно недовольного сквозняками. Похоже, лорды всерьез задумались над тем, чтобы я произвела им на свет их маленькие копии.
В дверь снова постучали. Я уже догадывалась, кто там может быть, поэтому распахнула ее, намереваясь узреть очередной подарок, но просчиталась и зарядила по лбу какому-то мужчине. Симпатичному, кстати. Блондину.
— Простите, я не специально… — пробормотала, глядя на то, как один из лордов морщится от боли, прикладывая часики на цепочке ко лбу.
— Ох, Ива… Ты всегда была такая невнимательная! — мужчина прошмыгнул ко мне в комнату, с интересом тут же воззрившись на статую Флюнделя. — А этот тут что делает? — спросил незнакомец.
Я дернула плечом:
— Отдыхает, судя по всему.
— А-а-а… — Мужчина развернулся ко мне, прекратив уже лелеять ушибленную надбровную дугу. Внимательно осмотрел меня с головы до пят. — Ива. Ты меня вообще не помнишь?
— Э-э… нет.
— Это же я — Яруш!
Яруш? Тот самый, кому настоящая Ива писала трогательные письма, а он, зараза такая, молчал? А теперь заявляет, что я невнимательная? Отлично! Прекрасный образец мужского скотства! Но мне в любом случае нужно держать себя в руках. Потому что, похоже, это мой единственный вариант на спасение. Если, конечно же, Яруш согласится на некоторые условия…
— Прости… У меня совсем плохо с памятью после того несчастного случая… — пробормотала я. — И я помню только некоторые моменты из жизни… Например, что я писала тебе длинные и подробные письма, но в ответ…
— Я ничего не получал, — совершенно серьезно ответил мужчина, а я поняла, что он не врет.
За время, проведенное со Стасиком, я научилась мужскую ложь и правду отличать как черное и белое.
— Странно…
— Я и на этот отбор-то пошел ради тебя. Знал, что ты точно не в восторге будешь от всего этого. Ты всегда мечтала о тихой и скромной свадьбе, о домике у моря…
Так-так-так, с этого момента поподробнее! Похоже, у меня тут вырисовывается невольный союзник!
— Послушай… Я бы хотела… нормально выйти замуж. Без этих ярмарочных торгов, что тут устраивают… Ну или хотя бы потянуть время. Не в этом году… В следующем… Выйти замуж за того, кого полюблю! — мой голосок стал тонким и нежным, словно лесной ручеек.
Яруш вздохнул:
— Ты такая еще малышка!
— Поверь, если меня отдадут одному из этих павлинов, я не выдержу!
— А если мне?
— Ты же дашь мне время? — прошептала я, глядя в его глаза почти с мольбой.
Почти, это потому что, наверное, сильно переигрывала, внутри злорадно потирая ладошки. Шах и мат, ушастая зараза с кедами! Если Яруш согласится, то у меня появится достаточно времени, чтобы найти способ отвоевать свою свободу.
— Я сделаю все возможное, — мужчина притянул меня к себе, обнимая. — Знаешь, я ведь и так уже кое-что сделал…
— Да? Что именно? — тут же заинтересовалась я.
— На отборах есть негласная традиция: можно застолбить девушку, которая тебе понравилась. Для этого обращаются с просьбой к распорядительнице отбора, и она делает все, чтобы оградить ее от других претендентов. Если честно, то, увидев, как на тебя смотрят остальные, я не выдержал и… попросил об этом леди Визар. Она дала свое согласие.
— Да?! Боги! Ты просто чудо! — я повисла на шее у мужчины, внутри себя уже празднуя победу.
«Б» — значит Бинго!
И именно в этот момент в дверь снова постучали.
— Харчосси, ты сейчас курьер или грузчик?
— Доставщик цветов! — раздалось с той стороны замученное. — Лилии от лорда Дейризи. И порошки. От коклюша.
Мы с Ярушем понимающе переглянулись и засмеялись. А жизнь-то, похоже, налаживается!
Глава 7
На следующий день я шла на очередное испытание, как на праздник. А что? Я почти одержала победу, выиграв для себя и время, и кусочек свободы от навязчивых лордов. Могла себе позволить и королевскую улыбку, и походку от бедра!
Со мной под руку шла Изольда, и мы обсуждали всякую ерунду, начиная от погоды и заканчивая желтыми туфлями лорда Пуппи.
Почти в дверях аудитории, предназначенной для проведения следующего этапа отбора, мы с Изой столкнулись с Никой. И если моя подруга прошмыгнула внутрь помещения, просто ограничившись кивком головы, то со мной такой номер не прошел. Генерал сделал шаг, преграждая мне путь.
— Вы не могли бы куда-нибудь деться? Вперед, назад, вправо, влево… Вы немного мне мешаете, а я очень спешу, — сообщила я с улыбкой, рассчитывая на то, что мужчина подчинится и куда-нибудь отчалит.
Но нет… Не отчалил. Алексэндр Ника вместо этого щелчком пальцев материализовал в руках исписанный мелким убористым почерком пергамент.
— В этой бумаге указано, что несчастный случай произошел с вами в библиотеке…
Я приподняла бровь:
— И?
— В библиотеке нет остаточных следов вашей магии.
Приехали.
— Понятия не имею, о чем вы.
— Флер от магии. Я не почувствовал ничего даже близкого к тому, что ощутил во время предыдущего испытания. Библиотека временно закрыта после случившегося с вами. Так что никто другой туда попасть не мог.
— Значит, я в тот день не колдовала. Со мной же была еще одна девочка, — я пожала плечами. — К сожалению, она погибла. Думаю, вы об этом знаете.
— Ошибаетесь. Есть свидетели того, что в тот день в библиотеке именно вы творили магию. Кое-кто заглядывал к вам, а потом ушел.
Под пристальным взглядом мужчины мне стало неловко:
— И что вы от меня хотите? Я все равно ничего не помню…
Генерал усмехнулся и посторонился, все же пропуская меня:
— Я внимательно изучаю ваше дело, леди Фокс. Просто знайте об этом.
— Да хоть заучите наизусть, мне все равно.
Прошла в кабинет и присела рядом с Изольдой за одну из парт.
— Чего он от тебя хотел?
— По поводу случившегося в библиотеке. У него, наверное, хобби такое — лезть в чужие дела…
Договорить мы не успели. В кабинет, в котором на этот раз присутствовали только участницы и участники осеннего отбора, вплыла леди Визар. Мне показалось, что сегодня она была какой-то слишком дерганной. Под глазами пролегли темные круги, как будто женщина не спала всю ночь. И все же она старалась источать тонны сахарной благожелательности и оптимизма.
Я невольно проследила и за Никой, что вошел в аудиторию после нее и занял место рядом с наследником Андриэсом. Наши с генералом взгляды на секунду встретились, и я сразу перевела свой на наставницу.
— Приветствую вас на втором испытании Осеннего отбора в Академии Великой Клэрмундии! — заговорила она, занимая место рядом с преподавательским столом. — Вчера вы, лорды, могли оценить магический потенциал претенденток на ваше руку и сердце, а сегодня сможете вдоволь насладиться образованностью наших выпускниц. Леди в академии глубоко изучают историю, географию, право и этику. С такой девушкой не стыдно прийти в приличное светское общество, и сегодня вы в этом убедитесь!..
История, обществознание, этика… Одно дело — сдавать зачет по дисциплинам моего мира, совсем другое — пытаться выкрутиться здесь, когда совершенно ничего не знаешь. Но… ведь это же и хорошо? Кому нужна невежда? Главное, чтобы Яруш свое решение не изменил…
— …Так же, как и в прошлый раз, кто-то из лордов будет выходить сюда, к моему столу. Я буду задавать тему беседы, а вы, леди, должны будете ее поддержать.
Первым за преподавательский стол сел Пуппи. Поправил чуть помявшийся сюртук. Высморкался в платочек.
— Я готов!
— Ну вот и отлично… Что ж… Леди Бьянка, идите сюда.
Девушка вспорхнула со своего места и устремилась к мужчине, шумно шмыгавшему носом. Леди Визар заботливо пододвинула ей стул.
— Тема вашей беседы — Правление короля Фридриха Сиятельного.
Разговор начала леди Кларисса Бьянка. Речь из ее уст лилась просто сказочная, настолько, что я начала зевать еще на том, как Фридриха вскармливали молоком матери целых десять лет. Поэтому он вырос большим, умным, сильным…
Лорд на это только активно поддакивал и пожирал глазами декольте леди Бьянки, взахлеб рассказывавшей о достоинствах прошлого короля.
— …А когда Фридрих приручил своего скакуна, то в подарок он ему подарил целое ведро моркови!
— Прелестно, моя дорогая! Просто прелестно… Морковь… — отозвался Пуппи, а у меня над ухом раздался подозрительно знакомый голосок.
— Морковь! Два ведра! Жмотяра недоделанный! На один укус всего! И потом… Почему скакунам все лучшее, а зайцам ничего?
— Потому что некоторым зайцам нужно быть скромнее! — усмехнулась я, заметив удивленный взгляд Изольды.
— Ты чего? — шепнула она.
— Да так… Обдумываю поступки Фридриха, — нашлась я и больше на комментарии ушастого не реагировала.
После Пуппи за преподавательский стол, натужено крякнув, уселся объемный Флюндель.
— Сразу говорю, что хочу пообщаться с леди Фокс, — заявил он глухим баском.
Визар поджала губы.
— Ах, это… Видите ли, я уже заранее расписала девочек… Уверена, что Изольда ничем не уступает Ивочке.
Изольда со вздохом поднялась со своего места. Лорду Флюнделю подобный расклад не понравился, он кинул красноречивый взгляд на Визар, но все же был вынужден подчиниться и спустя несколько минут уже вовсю обсуждал со своей партнершей столовые приборы и меню известных столичных вечеринок.
— Генерал Ника, не желаете попробовать? — улыбнулась ему распорядительница, когда Изольда и Флюндель закончили и вернулись на свои места.
— Желаю.
Ему посчастливилось беседовать с Тарьяной Веари на тему сложившейся напряженной обстановки у границ империи, и генерал буквально засыпал ее вопросами, на которые девушка блестяще ответила.
Стоило им закончить, настала моя очередь.
— Лорд Яруш Грегери, думаю, вам будет приятно побеседовать с Ивой Фокс.
— Бесконечно приятно! — отозвался с улыбкой блондинчик, усаживаясь за стол.
Я вышла и села напротив него, сразу же как-то успокаиваясь. От Яруша исходило какое-то особенное тепло.
— Че расселась с довольным видом?! Ща позориться будешь, дурища! Твой шанс блеснуть прямой извилиной!
И заяц тут как тут! В первых рядах, гад, устроился, бургер жрал, капая соусом на стульчик. Кстати, почти рядом с генералом Никой, который, приподняв бровь, изучал не меня, а… Яруша.
— Тема беседы — поэзия, — с улыбкой сообщила леди Визар. — Поразмышляйте над этим стихотворением…
Сияние луны
В туманной мгле возникло
Снег. Нора
Смотрю я в небеса
И замирает сердце
Кажется, сейчас пора мне уходить.
— Это творение великого лорда Меревери. Оно называется «Сомнение». Можете начинать беседу.
Леди Визар посмотрела на меня. Я поежилась под почти гипнотическим взглядом наставницы. Так удав смотрит на кролика. Похоже, придется и впрямь рассуждать о творческих изысканиях этого Меревери.
— Невероятно красивое стихотворение… — начала осторожно я. — Глубокое. Со смыслом.
Яруш улыбнулся:
— Не бойся, — шепнул одними губами. — Я же рядом.
— Его можно понимать и трактовать по-разному. Каждый видит в нем что-то свое…
— Несомненно… — ответил мой собеседник, полностью со мной соглашаясь.
Покосилась на зайца, тот облизывал лапу, другой смахивая невидимые крошки от бургера на генерала Нику.
Заметив это, я невольно улыбнулась. Он поймал мой взгляд и ничуть не постеснялся вмешаться в разговор:
— Полагаю, что вы и сами для себя что-то нашли в этом произведении?
— Лорд! — попытался сделать замечание Яруш, но лишь наткнулся на насмешливую улыбку.
— Вы ответите мне, леди Фокс? Уж не сочтите за труд…
Вздохнула. Сейчас я тебе отвечу, зараза!
— Да. Кое-что я нашла в нем.
— И что же?
— Оно близко мне по духу! Вернее, вам…
— Мне? — Ника искренне удивился. — Просветите меня.
— Оно про медведя, — хмыкнула я мстительно, а по аудитории прошелся баловень-шепоток.
Зрители уже ожидали очередное шоу.
— Про медведя, — приподнял бровь генерал, явно не поняв моих чистых стремлений к познанию прекрасного.
— Ну да. Мне представляется медведь, который стоит и смотрит на луну. Он как раз сомневается, лезть ему бесцеремонно в нору или нет. В любом случае вы с ним похожи. Медведь не считается с другими. Он груб, невежествен, своеволен… Порой даже смешон. Только если одно простительно животному, то человеку вряд ли…
На лице у генерала Ники заиграли желваки. Некоторое время он сверлил меня взглядом, и я уже понадеялась, что смогу вернуться к разговору с Ярушем, но не тут-то было.
— Вы неправильно понимаете смысл, который заложил Меревери в эти строки. По моему мнению, это стихотворение о женщине.
— О женщине?
— Да. О прекрасной женщине, за которой наблюдает автор. Его мир, полный тьмы, сумрака и сомнений напоминает ему нору. Он наблюдает тайком за той, что явилась перед ним подобно лунному сиянию. Однако чем больше он смотрит, тем более убеждается в том, что прекрасный образ лишь навеяло его подсознание…
Теперь уже мне пришлось кидать на Нику гневные взгляды. И почему меня так задели его слова?
— Браво! Как ловко он тебя уел? — хрюкнул заяц. — Заканчивай уже страдать ерундой и возвращайся к Стасику! Стих однозначно про него… Намек свыше! Сияние луны — это свет, исходящий от бесконечно доброй и щедрой души Виолетты Глебовны! А нора — это темнота твоей тупости и упрямства!
— Ушастый засранец! — не выдержала я.
Зал охнул. Леди Визар ТАК на меня посмотрела, что я поняла — нужно выкручиваться… Срочно!
— Что вы сказали, леди? — Ника даже со своего места чуть приподнялся.
— Э-э-э…Засланец. Ушастый. Стих обрел новый смысл, понимаете? Ну, небо, тучки, луна… И тут заяц. Радуется жизни. Пока может.
— И кто же его заслал? — Ника явно потешался.
— Ну кто засылает зайца? Другие зайцы! Послали его проверить, много ли еще моркови в норе осталось.
— И?
— И… И дальше все плохо. Вы же сами поняли, что конец у стиха грустный… Заяц такой думает: моркови нет, снег везде, луна… А вдалеке вообще охотник ходит… Пора, наверное, сваливать туда, откуда пришел! А то «пиф-паф-ой-ой-ой — на сосиски он пошел» будет!
— Ты! Ты… — мой ушастый друг задохнулся от возмущения. — Я буду мстить!
Легко пожала плечами, мол, да мсти пожалуйста, Морковкин. Куда уж, блин, хуже?!
— По-моему, у вас слишком бурная фантазия…
— Постойте, но я тоже хочу сказать! — Яруш посмотрел на меня. — Хочу сказать, что леди Фокс очень многогранна и удивительна! Я бесконечно доволен беседой с ней! Браво!
Зал захлопал. Я чуть не прослезилась. Да уж… Побеседовали. С генералом! И надо было Нике влезть? Ведь так все хорошо начиналось!
— Займите свое место, леди Фокс… — чуть кашлянула Визар. — И вы, лорд Яруш… Или желаете еще пообщаться с кем-то из девочек?
— Нет… Нет, совсем не желаю, — пробурчал мой потенциальный жених и поспешил тоже покинуть сцену.
Глава 8
— Ива! Ты еще не знаешь? — поймала меня Изольда после испытания.
— Чего не знаю? — спросила я.
— Все девочки сегодня едут в город. Визар отпустила. Приехал сам великий Гнусавио!
Я вздернула бровь:
— И чем он так велик?
— Это известнейший прорицатель! Очень мощный! — заверила меня подруга, а мое сердце наполнилось неиссякаемым скептицизмом.
— Да ну? Ты правда в это все веришь? По-моему, это какая-то ерунда.
— Пророчества — не ерунда. Это тотдельный вид магии! Только не у всех получается видеть настолько четкие и ясные картины, как у него! Кстати, поговаривают, что и лорды к нему собираются…
Я представила трясущегося от холода и сквозняков Пуппи напротив ритуального стола, сморкающегося на хрустальный шар, и невольно улыбнулась. На это стоило посмотреть!
— Пожалуй, мне стало интересно. Когда идем?
— Через полчасика. Нужно собраться. Сегодня на улице прохладно.
Я кивнула, и мы разошлись по комнатам. Пока собиралась и выбирала пальто потеплее, думала, сможет ли этот загадочный провидец определить мою судьбу? Вдруг он сможет помочь мне вернуться домой без помощи зайца?
Вздохнула. Надеюсь, что хотя бы раз мне повезет…
Через полчаса мы снова встретились с Изольдой и остальными девушками отбора. Некоторые из них посматривали на меня с затаенной злобой.
— В чем причина? Я их чем-то обидела? — шепнула я на ухо Изольде.
Та тихонько засмеялась:
— Конечно, нет. Они завидуют тебе.
— Завидуют?
— Почти все лорды сделали ставку на тебя. А еще я слышала, что все они ходили просить леди Визар «об услуге», касающейся тебя. Но повезло только лорду Ярушу… А Ника…
— Что Ника?
— Он единственный не стал просить ни о чем Визар. И он вообще ведет себя очень странно, как будто взъелся на тебя за что-то.
Я дернула плечом:
— Не знаю, что с ним. Может, он такой по жизни. Тут его только пожалеть нужно… Злобненьким родился да тупеньким…
Моя подруга хихикнула:
— Да уж!
Все девочки шли впереди, весело о чем-то разговаривая, мы же с Изольдой не сильно торопясь…
Как оказалось, Академия Великой Клэрмундии находится в столице — Шайнитер. Я любовалась вымощенными брусчаткой улочками, невысокими домами с затейливыми узорами на стенах, башнями и дворцами…
Прорицатель Гнусавио обосновался в одной из неприметных лавчонок, в которой продавались пирожные. Нам пришлось встать в длинную очередь, но не за эклерами и корзиночками с безе и фруктами, а к этому господину.
— Он пользуется популярностью, смотрю, — хмыкнула я, с интересом провожая взглядом вышедших из лавки двух девушек, восторженно о чем-то щебечущих.
— Он невероятен! По слухам, именно он предсказал леди Мавруше и Хасфусу появление третьего ребенка с волосатыми зубами!
Усмехнулась.
— Прям так и напророчил?
Иза принялась мне пересказывать подробности, я отвлеклась, и время пролетело быстро. Перед нами уже почти никого не осталось, как вдруг из лавки раздались крики.
— Жалкий шарлатан! Неумеха! Это я-то не выйду замуж за военного?! Моим мужем будет сам генерал Ника, понятно?! — на улицу выбежала Тарьяна Веари — та самая брюнетка, с которой дискутировал сегодня объект ее воздыханий.
— Похоже, она услышала не то, что хотела, — хмыкнула Изольда. — Кстати, пошли. Наша очередь…
Мы поднялись по лесенке внутрь лавки, прошли мимо выставленных ароматных пирожных, условившись обязательно уделить им должное внимание после сеанса и просочились за темную ширму, где и сидел великий и ужасный (или прекрасный) обладатель волшебного дара.
— Какого черта?! — вырвалось у меня, потому что прямо напротив меня, улыбаясь золотыми вставными зубами, сидел наш дворник — Юсуф Хазибекович Гадыев.
На голове Юсуфа Хазибековича была шапка с рыжим облезлым мехом, фасона “Из Шарика. Лишай и блохи прилагаются”.
Ниже шло одутловатое лицо, шея, украшенная массивными колье с черепами и бесформенный зеленый халат в мелкую пчелку. Завершали образ тапочки с бриллиантами в виде крапчатых мух.
— Вай-вай-вай! — запел Юсуф. — Какой роскошный женщин ко мне прилетел!
— По-моему, мы с вами прежде где-то встречались… — сделала я осторожный намек.
— Со мной?! Крысавица! Черешневая ветвь моей бальшой любовь! С тобой мы виделись в моих грезах!
— Ахах, да…
Ну да. Наверное. Скорее всего, это действительно не наш дворник… Просто близнец из другого мира. Бывает же так? Ведь мы с Ивой Фокс тоже были похожи, видимо…
— Но эти грезы были очень мрачными… — продолжил вдруг прорицатель. — Я видел там железных птиц, вах какой! Пэрсикового цвэта!..
Нахмурилась. Заметила, как Гнусавио мне лукаво подмигнул и тут же насторожилась. Не показалось! Точно нет! Но если так, то получается, мужчина что-то знает?
— …Давай так, прылестница, бессонная ночь моей жизни. Тебе нужно ждать!
— Ждать?
— Я хочу пообщаться вначале с этой лебедь! — мужчина кивнул на Изольду, и та покраснела. — Нам есть, что обсудить с тобой. После! Жди!
Я пожала плечами, послушно удаляясь из-за ширмы, за которой сидел прорицатель, и решила обратить внимание на пирожные.
— Здравствуйте! Вам какие? — улыбнулась широко продавщица за прилавком.
Я ткнула пальцем в ягодные корзиночки:
— Вот эти.
Всегда такие любила. Песочное тесто приятно рассыпалось во рту, кислинка от фруктов, нежный йогуртовый крем и желе.
— Не советую, — был мне ответ.
Я приподняла удивленно бровь:
— Почему?
— Провидец Гнусавио заговорил их так, что если вы съедите хоть одно, то заснете.
— Надолго?
— На месяц, — хмыкнула беззаботно девушка, а я нахмурилась.
— А вот эти? — я обратила свое внимание на творожные колечки.
— От мух.
Я поперхнулась:
— В смысле?!
— Ну-у-у… Съедаете одно — и вокруг вас начинают умирать насекомые. Мухи, комары, клещи… Правда, они не только умирают, но и притягиваются к вам…
Невольно представила горы дохлых комаров вокруг себя и содрогнулась.
— Пожалуй, тоже нет. А вот эти?
— Для веселья.
— Так это же хорошо! — удивилась я, уже подозревая подставу.
— Для полного веселья. В хлам. Ну то есть совсем…
— Гхм…
— Позвольте мне вам предложить нечто особенное… Нечто, что точно вас обрадует.
Если честно, то меня точно обрадует котлета по-киевски с зайчатиной, скормленная Виолетте Глебовне. Но, разумеется, я не стала говорить это вслух. Вместо этого мило улыбнулась:
— Конечно…
— Я сейчас! Принесу со склада.
Продавщица убежала, я осталась одна размышлять о своей судьбинушке. Правда, момент ожидания длился недолго. Очень скоро девушка прибежала, держа на блюде — таком массивном и явно серебряном — двух жабок. Кремовых. Или песочных. Короче, пирожные в форме жаб.
Я продолжила улыбаться, глядя на них.
— Как мило! — вырвалось у меня немного нервно. — А эти с каким эффектом?
— Эти пирожные называются «Встреча двух ква-ква». Они заговорены так, что когда вы встретите свою любовь, то судьба столкнет вас лбами! — Попробуйте кусочек. Невероятно вкусно!
Девушка ковырнула жабку в районе пузика и протянула мне на деревянной палочке кусочек. Я послушно съела предложенное и сразу почувствовала небывалую легкость во всем теле.
— Какая прелесть!
Обернулась и поняла, что во что-то врезалась.
— Ай! — потерла шишку на лбу.
— Леди Фокс… Ко всем вашим минусам вы еще и неуклюжи… — услышала я чуть раздраженный голос.
Подняла голову:
— И вам доброго вечера, лорд Ника. Любите сладкое? Попробуйте вот эти эклеры. Отличные! Просто замечательные!
Я кивнула на эклеры, рядом с которыми призывно алела надпись на ценнике «От тягот земных».
— Даже боюсь предположить, каким эффектом они обладают — успокоительным или… м-м-м-м… от тягот земных, — хмыкнул Алексэндр. — Спасибо, Ива. Вы очень великодушны. Кстати, что вы здесь делаете? Зашли отведать сладкого или поддались этому всеобщему сумасшествию насчет прорицателя?
Я усмехнулась:
— А вы?
Ника улыбнулся:
— А я… А мне можно тортик? Вот этот… С медом, орешками и мятой. И упакуйте. Мне для леди. В подарок.
Сердце невольно кольнуло странное чувство.
«Для леди. В подарок».
Неужели генерал Ника уже определился с избранницей и решил порадовать ее сладким? Интересно, кто она? Леди Тарьяна Веари?
Пока Нике заворачивали сладкое, ко мне выбежала восторженная Изольда и потянула к ширме.
— Твоя очередь! — шепнула она. — Он все точь-в-точь сказал!
Девушка чуть подтолкнула меня внутрь, и я снова оказалась рядом с прорицателем. Гнусавио галантно предложил мне опуститься на стульчик напротив него.
Я уселась, и мужчина, некоторое время посверлив меня взглядом черных глаз, все же начал разговор.
— Цветочная ветвь пришла узнать свой судьба? Любовь? Сердечко стук-стук?
Я усмехнулась, скрестив руки на груди:
— Было бы странно, если бы сердечко не стук-стук! Сомневаюсь, что я бы к вам тогда вообще пришла своими ногами… Что же до любви, то она меня не интересует.
— Ах, да… — Гнусавио почмокал губами, внимательно меня рассматривая. — Можно твоя рука? Я посмотрю перекрестья линий… Иероглиф твой длинный жизнь!
Иероглиф моей длинной жизни я посмотреть дала. Протянула ладонь, а Гнусавио зачмокал губами активнее, щурясь и разглядывая мою ладонь.
— Очень интересно… Вай, какой пендаль судьбы!
Да уж… Ничем другим, кроме как пендалем судьбы, мое теперешнее положение назвать нельзя.
— Простите, что вы имеете в виду под пендалем? — спросила я, чуть кашлянув.
— В детстве ты, мой персик, отравилась рыбными консервами… Очень неприятно вышло! Пендаль… Иначе и не назовешь!
Он снова зачмокал губами, а я нервно сжала кулаки.
— Простите, а можете вы заглянуть чуть дальше? Ну, попозже, понимаете?
— Да-да-да… Не торопись, крысотка! Скоро узнаю все твои секретики!
Вдох-вы-ы-ы-ыдох… Главное — терпение и спокойствие. Я — лотос. Лотос я.
— Ой, какой хорошенький! — вдруг запищал совсем как ребенок Гнусавио. — Прелесть просто! Вай-вай-вай!
— Что там такое?
— Головастик! В реке! Вижу реку… Мощный поток воды.
Скрипнула зубами, чувствуя, как терпение подходит к концу.
— Давайте просто будущее посмотрим!
Прорицатель посмотрел на меня обиженным взглядом.
— Для того чтобы увидеть будущее, нужно хорошо разбираться в прошлом! Но если ты настаиваешь, прелесть моя, то я посмотрю твой будущий…
На мгновение воцарилась тишина, прерываемая только причмокиваниями Гнусавио. Он грезил. Потом вдруг вскинул на меня совершенно безумный взгляд.
— Чу! То есть — вай! Вах-вах-вах! Ух!
— И ах… — мрачно добавила я, сдерживаясь из последних сил.
— Я узрел твой будущий, цветочная ветвь… Будущий твой — генерал!
— Он меня убьет или просто покалечит? — с подозрением спросила. — Он ведь затаил злобу, верно?
— Убийство? Вэй… Убийство вижу… Мрачное. Темное… И генерала вижу…
По спине пробежался холодок.
— Он правда меня убьет? Это из-за его дракона, да?
Но Гнусавио лишь отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи. Очень обидно, кстати…
— Вы не ответите?
— Помолчи, болтливый женщин, сбежавший с бешенной кухня! Образы обступили меня… Тьма… Вижу тьму… И грибы!
— Я пойду за грибами, и там он меня прикончит? — я чувствовала, как у меня начинают дрожать руки.
— Нет… Это грибы в подарок… Он женщин. Тучный женщин с характером фурий!
Виолетта Глебовна… Сомнения, что Гнусавио просто обычный шарлатан, отступили. Он точно видел ее…
— И что эта женщина? Что еще вы видите? — нетерпеливо спросила я.
— Женщин с характером фурий эти грибы не ела…
— Послушайте… Если вы правда что-то видите, то перестаньте говорить загадками… Можете мне прямо объяснить, что произошло?
— Ты действительно этого желаешь, ветвь абрикоса?
Кивнула:
— Желаю.
Мне услужливо пододвинули хрустальный шар:
— Зырь!
— Зырь?
— Зырь в корень зла! Зырь сюда!.. — и Гнусавио речитативом затянул какую-то магическую формулу заклятий.
Я вгляделась в шар, даже не рассчитывая что-то разглядеть. Однако каково же было мое удивление, когда я заметила, что внутри шара начинает собираться туманное облачко. А в нем проступали очертания двора дома, в котором мы жили со Стасиком.
По двору вышагивает, переваливаясь, словно сытая бегемотиха, Виолетта Глебовна. Взгляд ее хмур и суров. В руке она держит полупрозрачный пакет из супермаркета. Женщина доходит до детской площадки и садится на лавочку, гипнотизирующим взглядом удава уставившись на ребенка, съезжающего с горки.
— Где твоя мама, мальчик? — ласковым голосочком спросила она.
Мальчик не без страха смотрит на Виолетту Глебовну.
— Там… Вон… На той лавочке, — он показывает пальцем на лавочку на другой стороне площадки.
Там сидит молодая женщина и что-то вяжет.
— Какой позор! Твоя мама — идиотка! — шипит моя бывшая свекровь, и у меня мурашки по спине побежали. — Я напишу письмо в комиссию по надзору за детьми! В детском доме ты будешь окружен любовью и заботой!
Мальчишка хныкает и бежит к матери. Виолетта Глебовна же довольно растягивает жабьи губы в усмешке.
— Понарожают дуры, потом не смотрят за детьми!
— Незабвенная… Так вы себя назвали в прошлый раз… Мы с вами созванивались же? — в туманном облачке появляется сухая карга в черном одеянии.
Вместе с Виолеттой Глебовной они смотрятся очень колоритно. Как будто обе прямо сейчас метлы оседлают и рванут на шабаш.
— Да, это я.
— Вы принесли, что я просила? Личную вещь и источник зла?
— О да!
Глебовна шуршит пакетом выуживает оттуда… Мои кеды! Вслед за кедами она и правда достает баночку с маринованными грибами.
Отчего-то эта банка показалась мне странно знакомой…
— Это ее личная вещь — Женькина! — кеды бывшая свекровь швырнула на лавочку. — А это, — кивает на грибы, — источник зла!
— Интер-ресный выбор… — карга вертит баночку с грибами в руках. — Конечно, все может быть… Что там? Засоленные в цианиде бледные поганки?
Я усмехнулась комментарию. Похоже, у ведьмы — а что это именно она, я уже не сомневалась — с чувством юмора все отлично. И все же, если она меня сюда отправила, да еще и в угоду Виолетте Глебовне, то это плохо. Обидно даже…
— Это не поганки! — губы моей экс-свекрови дрогнули, а голос наполнился искренней томной трагичностью. — Это рядовки буравчатые! Мы всегда их собирали! Еще с моей тетей, когда я была маленькой. Я их замариновала, а эта тварь принципиально есть не стала, нос отворотила!
— Их только в зелье добавлять… — бормочет еле слышно карга. — Так что там дальше было?
— Женечка мне нагрубила, когда я пыталась ее заставить их есть. Нужно уважать старших! Пришлось мне провести беседу с сыном, чтобы он провел с этой… А она… Она на развод подала!
Ах, да… Вспомнила! Маринованные грибы… Если честно, то я даже внимания не акцентировала, из-за чего именно мы разругались. Меня настолько уже все достало, столько всего накопилось, что я в тот день выплеснула все и сразу. Полегчало. Особенно после развода. Первые полчаса, пока я сюда не попала!
— Отлично. Подойдет. — Грибы приняты.
— И что мы будем делать? Как заставим ее вернуться с моему сынишке? — заискивающе спрашивает Виолетта Глебовна.
— Эти кеды… — старая женщина берет в руки мою обувь, — приведут ее туда, где она должна быть.
— Со Стасиком? — хлопает глазами свекровь.
— Она должна быть с ним? Это ее судьба? — приподнимает бровь ведьма.
— Конечно же!
— Тогда будет.
— Но… погодите… Где гарантии? И как все это будет происходить?!
— Я привяжу к ней духа, чтобы он подталкивал ее в правильном направлении. Девушка будет маяться, пока не найдет верный путь…
Дальше я не смогла увидеть, так как изображение вдруг снова затянули облачка, и мне пришлось обратить внимание на прорицателя, внимательно смотревшего все это время на меня.
— Прекрасный бутон увидела то, что было нужно? — поинтересовался он.
— Увидела, — вздохнула я. — Только легче от этого не стало.
— В твоей рука власть над собственной жизня! А теперь иди… Иди и позови того, кому я тоже сейчас нужен.
— Простите… — я поднялась со стула. — А вы точно… Меня не помните?
Мужчина лукаво улыбнулся:
— Возможно, ландыш мой, ты грезилась мне во снах… А может, и нет. В любом случае… время вышло, с вас десять сребрушек. Мой пэрсик.
Скрипнула зубами, но сребрушки отдала. Ради счастья понаблюдать своими глазами, кто меня проклял — не жалко. Вот только почему мне показалось, что ведьма и не рада была меня проклинать? И ее уклончивая фраза про кеды… Они приведут меня туда, куда мне нужно. Про Стасика уже Глебовна додумала… А если так, то, может, и не все потеряно?
Глава 9
Когда я вышла, надеялась увидеть Изольду, но вместо этого столкнулась с Никой.
— Ну как? Хорош предсказатель? — чуть приподняв бровь, спросил.
— Идите и узнаете, — отозвалась я беззаботно.
Генерал преградил мне путь:
— Вы долго беседовали. О чем? Желали узнать имя суженого? Чье он назвал?
— Ваше! — не выдержав, припечатала я.
А Ника, кажется, принял это всерьез.
— Мое. Хмм…
— Я шучу, разумеется. — Генерал враз посерьезнел. — Кстати, вас звали. Чао!
Я выпорхнула из-за стены, именующейся генералом Алексэндром Никой, и выбежала и из лавки.
Изольда, как оказалось, ждала меня на улице. Она сразу же начала меня расспрашивать, что мне рассказывал провидец, но я лишь отшучивалась, говоря, что мы вели задушевные беседы о будущем, о счастье и прочем. Девушка немного обиделась, что я не была с ней откровенной, но довольно быстро переключилась на нечто иное.
— Смотри! — шепнула она. — Там чей-то чиичи!
Я, услышав знакомое незнакомое слово, посмотрела, куда указывала подруга, и обалдела. Мне хватило трех секунд, чтобы броситься к дракоше, который без зазрения совести копался в мусорке и с наслаждением что-то жрал, довольно урча и вышвыривая всякую гадость из деревянного контейнера. Ну, хвосты там рыбные… консервные банки…
— Фу! — заорала я. — Кому сказала?! Брось каку!
— Ива! — услышала я голос подруги, но никак не отреагировала.
А что если там, в мусоре, трубчатые кости?! Собакам же их нельзя! Кто сказал, что маленьким дракончикам можно?!
Дракон, увидав меня, бешено заверещал, поскользнулся и свалился с бортика контейнера прямо мне в руки.
— ИВА!.. — услышала я отчаянно-убитый возглас Изольды.
А после него — разгневанный голос неизвестно откуда взявшегося Ники:
— Леди Фокс! Какого дьявола вы опять творите?!
А дракон… Он вдруг потянулся ко мне и лизнул щеку.
— Шейт?! — Ника подошел ближе, недоумевающе переводя взгляд со своего дракончика на меня. — Она… тебе понравилась?!
Словно подтверждая его слова, дракончик заурчал, словно кот, и снова меня лизнул.
Я умилилась, конечно же, но понимала, что в такой ситуации это мало меня спасет от генеральского гнева, а потому отцепила животное, впившееся коготками в мое платье, и осторожно передала мужчине:
— Получите и распишитесь. И вообще! Вместо того чтобы орать, лучше бы спасибо сказали.
— Спасибо?
— Он копался в помойке и жрал что-то оттуда. С упоением! А если бы это были кости?! Трубчатые кости ломаются острыми осколками и повреждают пищеварительную систему животных! — сказала я, заметно нервничая.
Генерал как-то странно на меня посмотрел:
— Вы только что сказали величайшую глупость, Ива. Но весь ваш бессмысленный словесный поток меркнет на фоне того, что вы снова трогали моего чиичи!
Боги… Надо было почитать хотя бы в библиотеке, кто это такие! А сейчас опять придется сетовать на пострадавшую память…
— Моя память… — горестно вздохнула я.
Ника застонал:
— Разумеется, ваша память оставила в вашей голове заметки о том, что голыми люди не ходят, но напрочь стерла информацию о том, что прикосновение к духам-фамильярам — весьма личные?! И что хозяин чиичи прекрасно все чувствует?
— Ой… — пискнула я. — Я не знала… То есть я не помнила…
— Конечно, — процедил мужчина. — Будьте впредь осторожнее. И да… В желудке у драконов находится концентрированная серная кислота. Она же и во рту. Пища не успеет что-то повредить.
— А моя щека?! — тут же схватилась я за лицо. — Меня лизнули!
Я принялась тереть щеку, но это вновь лишь позабавило генерала:
— Успокойтесь, Ива. Когда драконы проявляют нежность, их слюна безопасна.
— П-простите, лорд… — вдруг вмешалась Изольда, — можно мы пойдем? Нам еще нужно к завтрашнему испытанию готовиться, и все такое…
— Конечно же идите, — легко согласился мужчина. — До завтра, леди Фокс.
— До свидания, генерал… — пробормотала я.
* * *
Генерал Алексэндр Ника
— Особые условия, леди Визар. Я желаю воспользоваться вашим щедрым предложением… — сказал я, откидываясь поудобнее на спинку стула и гипнотизируя распорядительницу взглядом.
Та нервно поджала губы.
— Извольте меня простить, лорд, но я уже оказала эту услугу другому господину. Я сразу предупредила вас: желающих много.
Ну конечно. И один из таких желающих — Яруш Грегери. Забавный мальчишка. И ужасно раздражающий. Особенно тем, что к нему леди Фокс была куда более благосклонна, чем ко мне.
Хотя я тоже хорош… Тогда, когда она накинулась впервые на моего чиичи… Если честно, я был уверен, что она пытается причинить ему вред. Я чувствовал, что мой фамильяр был напуган… Лишь позже Шейт поделился со мной воспоминаниями. Похоже, девчонка хотела поймать вовсе не его…
— И все же я настаиваю.
— Лорд! Я уже ответила на ваш вопрос и не собираюсь менять своих решений! Это репутация моей академии, понимаете?!
— Понимаю. Как и то, что ваша репутация может пострадать еще сильнее, если будет обнародована некоторая конфиденциальная информация. Касаемо того случая в библиотеке. Для отработки заклинаний должны использоваться специальные кабинеты. И у каждой адептки должен быть туда пропуск. По крайней мере, так написано в регламентирующих бумагах, с которыми я имел честь ознакомиться. Однако… Ни одна из девочек вашей академии даже не задумывалась о том, чтобы потренироваться в свободное от учебы время там. Как думаете, почему?
Губы леди Визар задрожали. Я видел, что ей стоит огромного труда сейчас сдерживаться и сохранять на лице ту самую невозмутимую улыбку.
— И почему же? — все же выдавила она из себя.
— Потому что пропуск в эти тренировочные залы им никто не выдавал. Никогда. Даже если они просили. Мне кажется, это прямое нарушение регламента, который, кстати, был рекомендован вам Комитетом магии. А значит… Я нашел как минимум одного виновного в этой трагедии. Занимайся девочки в кабинете, предназначенном для этого, шкаф бы не упал на Иву Фокс. И вторая адептка не погибла бы. Не так ли?
— Вы не понимаете! — вскочила женщина. — Если бы мы дали всем пропуск, то в специальных кабинетах, как вы выразились, началась бы вакханалия! Это же дети! А там магические колбы, препараты, артефакты…
— И много места, где можно потренироваться.
— Лорд!
— Мне поделиться своими соображениями с моим другом, наследником Андрэсом?
Визар шумно втянула носом воздух.
— Вы должны понимать, что я не могу просто так отказать лорду Грегери. Как я должна это сделать?!
— Может, его просто убрать с отбора? — предложил я.
— Он заплатил взнос.
— Предложите ему другую девушку.
— Он не хочет никого, кроме Ивы.
— Леди Визар, — мое терпение подходило к концу. — Вы такая образованная и умная женщина, неужели не сможете ничего придумать? Я надеюсь на вашу изобретательность. А теперь мне пора.
Я откланялся. Знал, что леди Визар уже попалась, а потому был уверен, что она придумает, как обойти данное Ярушу обещание.
* * *
Женя
— Ничего себе! — вырвалось у меня. — Это что за кракозября?
Иных слов не находилось, потому что передо мной лежало и вправду «нечто». Рисунок — вернее, схема — какого-то здания, больше похожего на гигантскую каракатицу.
— Это план храма богине Любви. К сожалению, сейчас ей уже никто не поклоняется, зато традиция проходить в нем испытания осталась, — пояснила Изольда, тоже склоняясь над бумагой. — Леди Визар передала это, потому что именно в этом храме будет проходить следующее испытание.
— Мы будем петь хвалебные гимны и приносить женихов в жертву? — поинтересовалась я.
Иза засмеялась и покачала головой:
— Нет. Мы должны будем спуститься от самого верха здания вниз, при этом не попавшись в руки «ловцу» и не наступив на ловушки.
— Чего? — у меня как-то даже глаз задергался. — Мы что, решили поиграть в «Отыщи сокровища фараона»? Или здесь не жен готовят, а спецназ?
— Жизнь и работа некоторых из лордов связана с риском и опасностью. Для некоторых ловкость, смелость и ум будущей супруги важнее, чем красота и послушание.
— А костюмчик супермена дадут?
— Чего? — не поняла Изольда, а я только покачала головой.
— Кстати, что за «ловцы»?
— Это лорды. Они будут ловить девушек, то есть нас.
— И день икс у нас, разумеется, завтра?
Изольда только руками развела. Завтра, значит, завтра. В любом случае повеселюсь, погуляю по храму… Вряд ли Яруш будет устраивать для меня бешеный кросс-марафон по заброшенному зданию. А что до того, что там могут быть ловушки… Да, неприятная история. Но не смертельная же? Попадусь в какую-нибудь сетку, повишу в ней минут пятнадцать — и вуаля, на свободу с песнями и проигрышем, чтобы остальные лорды зариться перестали. Ну, вот такая я неуклюжая, трусливая и неподготовленная…
Ох, как я снова ошибалась!
* * *
На следующее утро всех нас — участниц отбора — порталами переместили к храму, в котором должно было проводиться испытание. Это было высокое здание, похожее на башню, с балконом на самой вершине. Именно туда мы поднялись в сопровождении леди Визар.
Девушки замерли трепетной стайкой на одной его стороне, мужчины держались группой напротив. Я скользнула по лордам взглядом и занервничала — Яруша не было. Но почему? Что могло с ним случиться?
— Простите, леди Визар, — заволновалась я, — здесь нет одного из лордов. Я беспокоюсь…
— А что, кого-то нет? — вопросил с легкой усмешкой генерал Ника. — А-а-а… Лорда Грегери. И правда, куда же он запропастился?
— Лорд Грегери был вынужден сегодня уехать в столицу, — сухо отозвалась Визар.
Я занервничала. С чего бы это Ярушу куда-то уезжать? И если его нет, то кого назначат моим ловцом? Будет жребий? Или Визар сама всех распределит?
— Как вы знаете, сегодняшнее испытание будет одним из самых сложных. Однако оно прекрасно проверит вас, юные леди, на прочность, психическую устойчивость, ум, ловкость… Кто-то скажет, что подобные качества не нужны девушке, призванной быть женой, однако для кого-то это имеет ценность…
— Я слышала, что нас ожидают ловушки! — надрывно перебила рыженькая Мари Листей. — Нашим жизням ничего не угрожает?
— Разумеется, нет. Но попасться будет неприятно. Хочу предупредить: храм богини Любви сам подстраивается под жертву и ловца. Он ведет их отдельной тропой. И у ловца есть преимущество — постоянно обновляющаяся карта ловушек.
— Как мы поймем, что нас поймали? — спросила я.
— Достаточно прикосновения к вам. Храм сразу же выведет вас из игры. Однако хочу заметить, что чем больше вы продержитесь, тем более привлекательной станете в глазах женихов. И еще один нюанс. Та, которая пройдет испытание и сама выберется из храма, получит подарок от богини — она выполнит любую просьбу девушки. И это не миф.
У меня в глазах, наверное, как в мультиках, восклицательные знаки зажглись. Любая просьба?! Прям совсем любая?! Теряюсь между возвращением домой и убийством зайца! Может, попросить назад свои кеды?
— Но лордов меньше, чем нас! — резонно заметила одна из девушек, отвлекая меня от мыслей.
— Не переживайте. Кое-кто с радостью пройдет испытание еще пару раз. Сейчас же я распределю вас на пары. И так, начнем.
Глава 10
Это было отвратительно, возмутительно и ужасно, но Визар в отсутствии Яруша определила меня к генералу Нике! А тот еще так довольно усмехнулся, как будто знал, что так будет, заранее! Зар-раза!
И ведь ничего не поделаешь…
Для себя я решила обязательно пройти это испытание до конца и попытать счастья получить дар от богини Любви. Сказали ведь, что просить можно все что угодно. Вот и выпрошу для себя билет на родину.
— Не разочаруйте меня, леди Фокс… — бросил генерал перед тем, как уйти с остальными лордами.
— Главное, что я не разочарую себя, — отозвалась я, но он, кажется, уже не услышал.
Леди Визар дала всем инструкции — просто спускаться вниз, а храм сам определит нас на нужный путь. И ловушки подберет по своему усмотрению.
Я должна была идти последней и никак не могла дождаться своей очереди, а когда сделала первый шаг вниз по лестнице, то поняла, что попала! Потому что прямо ко мне, жизнерадостно подскакивая на ступенях до потолка, словно резиновый детский мячик, мчался мой ушастый друг! В лапе он держал ведерочко с красной икрой, откуда серебряной ложечкой умудрялся еще ее и хомячить.
— Ты! — вырвалось у меня невольно.
— Ты… — передразнил меня заяц, подлетая и зависая перед моим лицом.
Он неаккуратно отправил в рот еще одну ложку икры, и она повисла у меня на носу. Все! Крайняя степень бешенства!
Я попыталась схватить зайца, но руки прошли сквозь него. Вот как такое может быть? Икра настоящая, а заяц нет!
Дух поржал и, зависнув рядом с моим плечом, затих. Я же неспешно начала спускаться дальше вниз.
Одна ступенька, другая, третья… Заметила, что вдалеке что-то поблескивает и остановилась. А вдруг там ловушка?
— Че тормозим, чеши давай вперед, — буркнул заяц.
— А ты вместо того, чтобы язвить и гадости делать постоянно, лучше бы помог! — заметила я.
— Так не прикольно.
— Очень даже прикольно!
— Да ты все равно не пройдешь… Там впереди тебя куча всякой дряни ждет… Я видел некоторые планы и схемки… У нас, у духов, своя тусовка, все друг другу все сливают…
Я скрипнула зубами:
— Ну и фиг с тобой. А я поищу, куда свернуть…
Стоило мне подумать о каком-нибудь запасном ходе, как я тут же заметила прямо в стене появившуюся дверь и, открыв ее, шагнула в темный коридор.
Глаза довольно быстро привыкли к темноте, да и впереди забрезжил лучик света.
— О! Видела? — услышала я голос зайца над ухом.
— Нет… — тут же напряглась. — А что там?
Сразу же показалось, что впереди промелькнула какая-то тень. И звуки какие-то подозрительные. Будто что-то заскреблось…
— Друган мой… Кроль Вареньевич… Прикован к этому храму уже тысячи лет… — вздохнул заяц. — Пушистиков, наверное, пошел выпускать…
— К-каких п-пушистиков? — нервно спросила я, понимая, что шуршание мне не показалось.
— Ой, такие ми-и-илые. Они тебя впечатлят!
Я прислушалась снова. Звук такой странный… будто топот тысячи маленьких ножек… Или лапок….
Свет впереди коридора дрогнул. Я сделала неловкий шаг назад.
— Бу! — услышала над ухом и едва не закричала.
Вернее, закричала все же, когда увидела, ЧТО ко мне бежит.
— АРМИЯ ТАРАНТУЛОВ! — взвизгнула и помчалась по коридору обратно к спасительной дверце, которая оказалась… замурованной!
Как же быть?! Делать-то чего?!
Пауки приближались, а я норовила схлопотать разрыв сердца.
Как же быть?! Делать-то чего?! Пауки приближались, я норовила схлопотать разрыв сердца.
Заяц безбожно ржал, улюлюкал и похрюкивал. Я подумывала о собственных похоронах и декоре могилки. Интересно, если эти пушистые твари меня сожрут, заяц отправит урну с моими бренными останками Виолетте Глебовне?
Тряхнула головой. Да нет. Ни за что! Кажется, у меня там магия была… Бытовая… Точно! И я знаю целое одно заклинание. Зато эффективное!
Зажмурилась, когда от пауков до меня оставалось всего-то пару метров, и что есть силы заорала:
— Аллатрио центригум! Не надо котлет, пусть просто они все того… Уберутся куда-нибудь! Как угодно!
«Аллатрио центригум» — не боевое заклинание. Но универсальное, направленное на поддержание быта, семейного очага и порядка. Пауки в прекрасную модель мира бытовой магии никак не вписывались. Вернее, неаккуратно ползающие пауки… Не сложенные стопочкой, не постиранные и не поглаженные…
Заяц захлебнулся собственным матом. Я тоже стояла, стараясь унять дергающийся глаз, и с немым апофигеем наблюдала за тем, что происходило вокруг.
Часть пауков упаковало в аккуратные мешочки и подвесило их на стены на здоровые крюки. Часть расплющило, выгладило и сложило в ровные стопочки и кучки. Еще одна партия оказалась законсервирована в банки. Взяла одну дрожащими руками и прочитала: «Маринад со стр. № 14, слабый посол».
— Дура! — заверещал заяц. — Кроль Вареньевич никогда тебе этого не простит!
— А так бы в банку оказалась закатана я, да?! Заботливыми ручками твоей патронессы, да? Посмертно! — огрызнулась я и, стараясь больше не задерживаться в этом ужасном месте, побежала по коридору вперед.
Мой забег оказался коротким. Я свернула налево, потом направо, и вдруг в одном из проходов мелькнула тень. Мне показалось, или я заметила часть генеральского сюртука?
— Нет… — прошептала я. — Туда я не пойду.
Развернулась и пошла в обратную сторону, теперь уже стараясь не шуметь. Очень не хотелось, выпутавшись из передряги с пауками, попасть в лапы генерала Ники.
Однако и впереди я снова заметила человеческий силуэт. Который сразу же направился ко мне.
— Вот ведь! — я развернулась и снова побежала.
Заяц, кстати, занял наблюдательную позицию, больше не вмешиваясь и не мешая мне. Наверное, консервированные пауки его впечатлили, а может, он просто выговорился на весь день.
— Ива, можешь не бегать от меня, все равно поймаю, — услышала я голос за спиной.
Обернулась. Ника! Он даже не торопился, зараза! Шел медленно, с видом победителя… Что там нужно ловцу, чтобы поймать жертву? Коснуться ее? Ну уж нет!
Словно отзываясь на мои мысли, рядом в стене вдруг замерцала стена, и часть кладки стала прозрачной. Недолго думая, я шагнула внутрь, и кладка за моей спиной вернула прежний вид. Что ж! Это я удачно успела.
Или не очень… Потому что комната, в которой я оказалась, не внушала никакого доверия от слова «совсем». Ни окон, ни дверей, еще и потолок будто оседал прямо на меня. По чуть-чуть так полз, по миллиметру…
— Мамочки! — пискнула я.
— Все, Женя. Мы попали… — как-то слишком уныло сообщил заяц. — Кроль обиделся. И я, кстати, по твоей вине у него теперь в черном списке!
Отсутствие привычной язвительности зайца напрягло, заставило нервничать. Запаниковать…
— Участницы ведь не могут погибнуть, да? — спросила я, поглядывая на медленно, но верно приближавшийся ко мне потолок.
— Теоретически — нет, — сказал заяц. — Но, знаешь, всякое бывает… Как несчастный случай на стройке.
МАМА! Спасите меня!
Я кинулась к стене, замолотила по ней руками.
— Эй! Кто-нибудь! Помогите!
Естественно, меня никто не услышал. С такими-то толстыми стенами!
— Аллатрио центригум! — выдохнула я и насладилась результатом…
В квадратной камере стало действительно чисто! Полы аж засверкали! И даже одна баночка с пауками перенеслась. Для уюта.
— Блин! Чего делать…
Я стала ходить вдоль стен, пытаясь нашарить какой-нибудь потайной камень или рычаг, что откроет мне проход обратно, но ничего не срабатывало. Всхлипнула.
— И вот так я погибну?
— Я отправлю Виолетте Глебовне открытку с твоей предсмертной фотографией, — трогательно сообщил заяц, и я вообще завыла белугой.
И когда мое отчаяние уже дошло до крайней стадии, а я почти смирилась со своей ужасной судьбой и отсутствием хеппи-энда собственной жизни, вдруг услышала голос Ники:
— Ива! Ива ты жива? Ты меня слышишь? — он был явно усилен магией, но я обрадовалась ему, как родному.
— Жива! Жива, только, похоже, ненадолго….
Услышала еле слышное ругательство.
— Сейчас я перемещусь к тебе…
— Что?! — я в ужасе отпрянула от стены, здраво предполагая, что мой невидимый собеседник находится за ней. — Нет. Ко мне не надо! Ты же меня так поймаешь!
— Настолько жаждешь выбраться из храма и получить приз от богини? — раздалось насмешливое. — Что хочешь загадать? Власть? Деньги?
— Билет в Нарнию! — огрызнулась я, понимая, что Ника все равно ничего не понимает…
Ну и пусть!
— Я пришлю своего чиичи. Он перенесет тебя.
Отлично. Мне пошли на уступки… И даже грозятся спасти. Вот только как бы цена за спасение не оказалась слишком высокой. А я этой… неплатежеспособной клиенткой!
Чиичи, радостно впечатавшийся в меня, появился спустя несколько минут. К этому времени потолок уже просел настолько, что заставлял меня неловко склонять голову, подобно молодой березе на ветру. Заяц растворился в пространстве, махнув лапкой на прощание, но, видимо, все же остался незримо, потому что иначе вряд ли бы он до этого так паниковал по поводу потолка.
— Ива! Закрой глаза и подумай обо мне. И не выпускай из рук дракона! — скомандовал генерал Ника.
Я послушно прикрыла глаза и прижала дракончика к себе, почесывая его между крыльев.
— ИВА! — раздалось гневное. — Не надо его чесать! И гладить тоже!
Я поджала губы:
— Хорошо.
В этот же миг глаза ослепила яркая вспышка, и мы с чиичи оказались в коридоре. Напротив нас замер генерал Алексэндр Ника.
— И стоило убегать? — приподнял он бровь.
— Таковы правила.
Мужчина усмехнулся и протянул руку. Чиичи легко перепорхнул к нему на предплечье и переполз на плечо, о чем-то ворча, словно делясь с хозяином какими-то мыслями.
— Ну, спасибо за все, я пошла…
Я сделала несколько неловких шагов назад, но мужчина шепнул какое-то заклинание, и вокруг меня замерцал огненными всполохами магический круг.
— Стоять!
— Да-да?
— Сомневаюсь, что подобная комната была предусмотрена правилами испытания. У тебя есть враги?
Пожала плечами.
— Без понятия. Вы же знаете, я ничего не помню и…
— Да знаю, знаю… — поморщился Ника. — И все же мне кажется, что я постоянно что-то упускаю.
Я молчала, не зная, что говорить дальше. Генерал же рассматривал меня, будто впервые увидел и думал какие-то свои, лишь одному ему понятные и известные думы.
— Мы пойдем вместе.
Я удивленно распахнула глаза. Даже рот раскрыла. Это он сейчас серьезно?
— В смысле? То есть обещали, что ловить не будете, если поможете выбраться, а сейчас пошли в отказку, да? Нехорошо как! Совести у вас нет!
Взгляд мужчины полыхнул странным огнем:
— У меня-то совести нет? Дорогая, полагаю, что вам просто необходимо смотреть почаще в зеркало! Вы несколько раз безбожно тискали моего чиичи! А один раз даже пытались убить!
— Ой, все!
Мы гневно посверлили друг друга взглядами. В результате совесть к генералу вернулась. Жаль, что не вся. Потому что ловить меня он отказался, а вот вежливо и галантно проводить дальше — это пожалуйста.
— А так было можно, да? — похлопала я глазами. — Почему же остальные леди и лорды сразу не использовали этот лайфхак?
— Лайфхак? — чуть не поперхнулся незнакомым словечком Ника, но я не стала его жалеть.
— Это на гоблинском, — смело соврала я.
— Да неужели?!
Еще пара гневных взглядов.
— Мы идем? Сейчас кто-нибудь придет первее нас, и никакого подарка от богини. А я с нее еще плату за моральный ущерб хотела стребовать…
— Моральный ущерб? — мужчина щелкнул пальцами, и магический круг вокруг меня начал таять.
— Ты пауков консервированных по дороге сюда видел? — Судя по шокированному лицу генерала Ники, с моими домашними заготовками он не был знаком. — Ясно-понятно, потом как-нибудь угощу…
— Только попробуй!
Я пожала плечами и легко перешагнула через потухший круг.
И мы пошли.
Кстати, у генерала было огромное преимущество — карта. Именно она помогала выбирать нужную дорогу и избегать ловушек. А их было достаточно, если верить постоянно вспыхивавшим на карте костеркам. И не всегда их можно было легко и просто обойти. Иногда приходилось перепрыгивать что-нибудь, перелезать, даже карабкаться по веревке вверх.
Отважный Ника был все время рядом. Болел за меня. Да. Подстегивал словами: «Давай, дохлячка!».
Результат я показала хороший. Отличный, можно сказать. Пятибальная отметка по шкале ненависти к Нике, который еще и насвистывал какую-то там мелодию, пока я на канаты взбиралась и брала препятствия с наскока (не с первого раза, да).
— Мне казалось, ты должна быть довольна, — хмыкнул мужчина, когда перед нами, наконец, забрезжил свет в конце тоннеля. — Мы почти вышли.
— Трепещу от восторга.
— Ты всегда такая хмурая?
— Я потянула все, что могла потянуть, и растянула все, что могла растянуть…
— Нужно заняться твоей подготовкой. Мне кажется, что ты не в самой лучшей форме. Ты вообще посещала физическую подготовку в твоей академии?
— Прогуливала, — честно отозвалась я.
А что? Я и правда не посещала физ-ру. У меня тетушка была медик. Бесконечные справки о освобождении творили чудеса, давая мне пару часов отдыха.
— А мне говорили, что ты примерная ученица…
Я вскинула взгляд на Нику:
— Тебе врали.
— Ой ли?! Кстати, вон там выход. Иди, если хочешь получить награду от богини. Как раз попадешь в ее храм, а потом на улицу.
Я замялась. Если честно, то идти одной немного жутковато. Все-таки с Никой было спокойнее, несмотря на то, что он жуть как меня раздражал. С другой стороны, если потащу его с собой, вдруг богиня не одарит меня подарками? Да и просьба у меня, так сказать, личная…
Однако пока я думала и раскачивалась, все решили за меня…
— Пойдем, — сказал мужчина. — Провожу тебя.
— Ой, да не надо… Я и сама мо…
— Пошли вместе, сказал. Или мне коснуться тебя? Тогда вообще останешься без приза.
— Ладно, — скрипнула я зубами.
Надеюсь, что богиня согласится переговорить тет-а-тет, потому что посвящать Нику в свои проблемы я не хотела.
Глава 11
А в храме было довольно странно… Да-да, именно странно. Во-первых, немного удивляло то, что храм богини, в котором должны проводиться обряды, находился в… храме богини. То есть храм в храме.
Другая странность заключалась в том, что здесь не было привычных мне свечей, икон, статуй… Здесь вообще ничего не было. Голые стены. Покрашенные желтенькой красочкой. Вдоль стен росли ромашки. Все.
— Ой, мы не туда попали! — с дурацкой улыбкой сообщила я генералу Нике.
Но тот покачал головой:
— Туда. Просто это все, что осталось от былого великолепия. Но, полагаю, оно и не нужно для того, чтобы пообщаться с богиней. Можешь начинать, кстати.
— Закрой уши.
— Зачем?
— Не хочу, чтобы меня подслушивали.
Мужчина усмехнулся:
— Все же память тебя подводит основательно, Ива. Защитный полог вокруг тебя устроит?
— Вполне! — обрадовалась я.
После терпеливо подождала, пока Ника создаст вокруг меня нечто вроде прозрачного мыльного пузыря, сквозь который мужчина меня не слышал. Единственное, теперь я переживала, не помешает ли это моему общению с богиней… А, ладно… Нужно ее для начала как-то призвать… Как там к богам обращаются?
Я перешла в центр зала. Неловко попереминалась с ноги на ногу. Решила, что просить о чем-нибудь все же лучше на коленях. Сложила молитвенно ладошки и содрогнулась. А ну как сейчас Виолетта Глебовна передо мной появится, а я тут… на коленях.
Качнула головой, избавляясь от непрошенного образа. Я думаю о хорошем!
Заново сложила ладошки, сделала глубокий вдох, обрела в душе почти дзен и возвела глаза к потолку.
— Дорогая богиня! Не соизволишь ли ты… явить себя… для ничтожной перед твоим великим взором меня… Дабы одарить ту, что пришла сюда первой из всех… — начала я и тут же втянула голову в плечи, услышав надсадный басовитый кашель, а затем смех.
Я бы даже сказала — хохот. Показалось, что мужской, но нет — женский. И мне явился образ полноватой женщины цыганской наружности с пучком волос на голове и родинкой над губой.
— Позолоти ручку, прелесть моя!.. — подмигнула она и снова захохотала.
Я растерялась.
— …Ну давай, че там у тебя… По списку. Говорю сразу, денег нет — я на мели. Сама видишь — храм в запустении, прихода нет, власти не имею, мне почти никто не молится. Любовь императора подарить не могу — на нем стоит с рождения защита…
Богиня воззрилась на меня.
— Да мне совсем не это надо! — пропищала я. — У меня совсем простое желание!
— Мда? И чего прелесть желает? Грудь могу увеличить только на размер.
Я невольно скосила взгляд вниз:
— Да нормальная у меня грудь!
— Ха-ха-ха! У тебя?!
— Да подождите вы! Мне всего лишь надо домой вернуться. В свой мир, понимаете? Я тут случайно. Меня бывшая свекровь отправила и…
— Если ты тут, то точно не случайно. Так что соглашайся на грудь и….
— Да не надо мне! Мне домой…
Богиня нахмурилась:
— Я не поняла. Ты че, споришь со мной, что ли?!
Я снова вжала голову в плечи.
— Нет, я просто…
— Ща дам зелье. Пить три раза в день. Мужики от восторга будут слюнями капать уже через неделю, — доверительно сообщила богиня, а мне захотелось заплакать.
— Простите, я вас очень уважаю, очень… И уверена, что зелье у вас отличное. Но мне не надо. Я тогда… пошла.
Я уже поднялась с пола и собралась идти, но меня никуда не пустили.
— Ой, все вы такие… Сразу нос воротите от подарков… А я ведь дело говорю. Ладно… Рассказывай, че там у тебя приключилось…
Подумала, глянула на Нику, который со скучающим видом прогуливался вдоль стен и срывал ромашки, да и решила излить богине свою душеньку. Про все рассказала! И про своего бывшего, и про свекровь, и про аварию, и про зайца, который с моими кедами заявился в этот мир и отравлял мне жизнь…
Отдать должное богине, она слушала внимательно и не перебивала. Когда же мой монолог был окончен, она цыкнула зубом, глубоко так вздохнула и воззрилась на меня изучающим взглядом.
— Вот ду-у-ура… — выдала она. — Где ты, свет мой, такого заморыша нашла с наседкой-гюрьзой в довесок?
— Еще в школе вместе учились, — вздохнула я. — За одной партой сидели, дружили…
— Его мать вместе с вами, небось, за партой-то сидела? — вновь захохотала богиня, а я обиделась.
— Нет. Он нас перед свадьбой познакомил.
— Надо было после знакомства сразу теряя тапки бежать, милая. Без оглядки.
— Сейчас я это понимаю. И все ведь было хорошо! Развелась! Больше никаких мужиков и…
Богиня чуть кашлянула. Скосила глаза в сторону Ники, который, ожидая меня, от нечего делать, терзал сорванную ромашку, отрывая ей лепестки.
— А это че за перец?
— Он так, мимо пробегал… — отмахнулась я, но в глазах богини зажегся огонь интереса.
— Мимо, говоришь… Знаешь, дорогая. А возьмусь-ка я за твою историю…
— Вы правда поможете мне вернуться?! — с воодушевлением спросила я.
Богиня усмехнулась.
— Куда вернуться? Ты в аварии пострадала сильно… Я имею в виду твое прежнее тело. Как только вернешься, станешь никому не нужна. Разве что этой карге, которая тебя затравит…
Эта новость прозвучала как гром среди ясного неба. Мое тело… Пострадало?! Мне некуда возвращаться?
— А эта девушка… Настоящая Ива… — прошептала я. — Она где?
— Ее душа ушла навсегда, увы.
Между нами воцарилось молчание.
— Тогда я не понимаю, как вы можете помочь… Спасибо… Что сказали мне все это.
Богиня снова тяжело вздохнула.
— Ох, как же утомительно. Отставить депрессию, милочка! Твоя судьба в моих надежных руках! Я устрою все так, что закачаешься! Можешь не переживать… А теперь все, иди. Точнее, не иди…
Я посмотрела на женщину.
— Так идти или нет?
— Самое главное! Подарок!
Инстинктивно прикрыла руками грудь, а богиня обидно захохотала снова.
— О нет! Я передумала. Вот эта вещица тебе нужнее.
Мгновение, и у меня в руках оказалась длинная бамбуковая трубка с примотанными к ней миниатюрными стрелами с розовым оперением.
Я поперхнулась, разглядывая “подарочек”.
— А это что?
— Всему тебя учи. Не видишь что ли? Ружье. Духовое. Зайца мочить будешь.
— Насовсем?
— Да нет. Этого прохвоста так не уничтожишь просто. Но кеды ты свои вернешь. Если попадешь, конечно же.
— Спасибо! — искренне поблагодарила я. — А кеды… Они как-то могут на что-то повлиять?
— Это твой якорь, — помрачнела богиня. — Не вздумай их потерять, до того, как обретешь нечто другое, что тебя будет привязывать к этому миру. Иначе вернешься в свое тело, в свой мир и останешься навеки калекой, поняла?
Я кивнула.
— Хорошо. А вы сказали про что-то, что может меня привязать… Это что?
— Брак, к примеру. Или обретение родственника, который связан с тобой кровью. Можно провести соответствующий ритуал и стать кому-нибудь сестрой, если конечно же желающие найдутся…
— Ясно.
— А теперь ступай… Удачи в ловле зайца! — напутствовала меня богиня своим хохотом, растворяясь, словно туман.
Вместе с этим я заметила, что и полог вокруг меня пал, и теперь я стою посреди храма растерянная и с духовым ружьем в руках.
Ника, казалось, только сейчас заметил мой “подарок” и удивленно вскинул бровь.
— Даже спрашивать не хочу, какое желание ты загадала… — хмыкнул мужчина, оглядев мой подарок. — А теперь пошли.
Алексэндр протянул мне руку. Теперь мне ничто не мешало позволить ему коснуться меня. Хоть какие-то, но я получила ответы на свои вопросы. И это уже давало надежду.
Когда мы вышли на улицу, нас уже ждала леди Визар. Она скользнула по нам недовольным взглядом.
— Вы удивительно быстро справились. К тому же мне показалось, что вы, генерал Ника, не соблюдали правила испытания. Как только вы заметили Иллирику, должны были коснуться ее, но вы этого делать не стали… — в голосе леди Визар сквозила откровенная неприязнь.
Если честно, раньше мне казалось, что она относилась к генералу по-другому. Что могло измениться за такое короткое время?
— Ваши действия тоже далеки от поступков ангела, леди Визар, — парировал с легкостью Ника. — Эта девушка могла и не выбраться из комнаты, в которой оказалась замурована. Как я понял, этого не было ни у кого в планах? Так что же вы считаете меня таким плохим, когда сами не сумели обеспечить безопасность? Снова.
Визар напряглась, вытянулась, словно струна.
— Прошу простить. Этого больше не повторится.
* * *
Какое блаженство остаться одной! Когда на тебя никто не смотрит, не оценивает, не обсуждает! Когда можно просто побыть собой, запустить пару уточек в ванной и блаженно нежиться в пушистой розовой пене… Да! Невероятный кайф! До которого мне как до Луны на ракете-улитке.
Кефир у них, видите ли! Кефир! Который я терпеть не могу с детства, а тут этот напиток возведен в ранг целебнейших и самых почитаемых. Ага. И используется вместо чая вечером. Церемония так и называется — кефиропитие! Кефирдник! Тьфу!
— Как я вам завидую!.. — мечтательно возвела глаза к потолку приставленная ко мне служанка. — Вы будете пить кефир… Говорят, на таких вечерах бывает до десяти, а то и пятнадцати сортов этого божественного напитка!
Я нервно сглотнула вставший в горле ком. Пятнадцать сортов ненавистного кефира — это сила! Убойная. В данном случае — для меня.
— Хочешь, поменяемся местами вечером? — миролюбиво предложила я, но служанка лишь надрывно всхлипнула.
— Ох, как я бы хотела! Особенно тыквенный кефир попробовать! Но я не могу…
Представив, сколько времени после тыквенного кефира несчастный человек, попробовавший его, будет приходить в себя, я более уважительно посмотрела на девушку. А что? Могет же!
— Я тебе принесу. Не переживай… — похлопала ее по плечу и, быстро глянув на себя в зеркало, решительно отправилась на кефиропитие, очень надеясь, что кефир мне там пить все-таки не придется.
Мероприятие проводилось в малой столовой. Чисто для своих… Для лордов, леди и Визар, которая уже вовсю порхала, словно ядовитая бабочка, проверяя все ли на столиках в порядке, стоят ли изящно кефирные стаканчики а-ля советское прошлое, разложены ли слюнявчики и салфеточки. Графинчики с сортами кефира поправила…
— Привет! — взяла меня под руку Изольда. — Ника еще не пришел.
— А? — я не поняла ее комментарий.
— Твой генерал задерживается. А Яруша сегодня и вовсе не будет.
Я вздохнула. Про Яруша новость неутешительная. Я на него ставки сделала.
— Обидно, что Яруша не будет. А что до Ники, так мне на него совершенно наплевать. Надеюсь, он выберет себе какую-нибудь девушку, которую не сильно жалко…
— Какая доброжелательность! — раздалось язвительное из-за плеча, и я, враз покраснев, медленно обернулась.
— Добрый вечер… — пискнула я.
— А я вот, знаете, ожидал встречи с вами.
— Да что вы говорите?! Быть такого не может! — я даже ресницами похлопала и жеманно улыбнулась, отправляя Нике флюиды идиотизма и придурковатости.
Ну пусть он хоть раз взглянет на кого-то другого, а? Разочек. Всего-то. Масюсенький. Мне вообще сейчас не до игр этих отборных… Мне бы понять, как дальше жить…
— Наш столик, кажется, там… Пойдемте.
Ника чуть коснулся моей спины, будто собираясь увлечь за собой, но я в шоке отпрянула:
— А я… А у меня… — слова застряли в горле от вырисовывающихся перспектив. — А я с Изольдой хочу поужинать.
— Леди Визар только что распределила столики. Леди Изольда и еще несколько девушек будут сидеть с лордом Пуппи.
— Он что, гарем себе собирает? — пробурчала тихо, но меня услышали.
— Количество лордов и леди неравное…
— Да-да… Я помню.
Все же я позволила Нике утащить себя за один из столиков. Печально махнула подруге рукой перед этим.
— Прошу, — мужчина отодвинул для меня стул, затем сел напротив.
Перед моим носом тут же оказался графинчик с кефиром, из которого генерал уже щедро отливал себе в стаканчик серо-белую жижу.
— А вам какого?
— А я кефир только бескефирный пью. Ну как пиво. Безалкогольное, — мило улыбнулась я.
— Серьезно? — приподнял бровь Ника. — Не любишь кефир?
Покачала головой:
— Вообще-то не очень. То есть совсем. Ненавижу.
Эта невольная искренность вызвала у генерала Ники на лице неожиданную улыбку.
— Я тоже.
— Что? — пришла моя очередь удивляться.
— Ненавижу кефир. Кстати, здесь ничего другого нет… Я уже осмотрел столики… — сказал он чуть тише, подавшись ко мне. — Предлагаю совершить преступление.
— Просто ничего не пить и не есть? — предложила я.
— Слабоватая попытка, Ива. Сбежим отсюда, конечно же.
Так. У меня есть единомышленник — это определенно плюс. Но это Ника — это минус. Однозначно. Он предлагает отсюда смыться. Два плюса всяко лучше, чем один минус.
— Я согласна!
— Тогда п�
Глава 1 – Эй! Смотри, куда едешь! – я посигналила белому фургону, едва не въехавшему мне в бок, и, включив любимую музыку погромче, нажала на газ, улетая по трассе вперед. Боги! Как же это невероятно приятно – ехать куда-то и наслаждаться одиночеством! Сегодня я могла себе это позволить… У меня, можно сказать, праздник – первый день после развода. Никакого тебе мытья тарелок, вилок, кастрюль с подгоревшей кашей и – о ужас! – сковородок! Никакого надраивания полов до блеска, глажки мужских маек, рубашек и носков! Никто пальцем не ткнет, если шарлотка вдруг подгорит в духовке… Я свободна! Нет, это ж надо было додуматься выйти замуж в восемнадцать! Три года коту под хвост! Ну ничего, я еще наверстаю упущенное, поживу для себя! Мне еще только двадцать один, и впереди – целое море возможностей! А что? Хорошая работа у меня уже есть – папа устроил меня на хорошо оплачиваемую должность в своей конторе, пока я еще заканчивала учебу в институте. – Уверена, что твоя мама теперь в восторге! Все трусы ее сыночка будут отфильтрованы по цвету и повешены на сушилке в порядке новизны и изношенности! – стараясь перекричать музыку, крикнула я в никуда. Все-таки хорошо, что я одна. Стас бы сейчас, будь рядом, сказал, что я сошла с ума – так орать… – А вот хочу и ору! – новый вопль свободы вырвался из грудной клетки. И именно в этот момент я поняла, что слишком отвлеклась и потеряла контроль над дорогой, а еще хуже – сошла с ума, потому что прямо на меня летел… большой пушистый и явно очень довольный жизнью заяц. Летел на собственных ушах, вращающихся, словно лопасти вертолета! – Что за ерунда?.. – прошептала я, а в следующий миг уже смогла отчетливее рассмотреть зайца, которому до моего лобового стекла остались всего пара метров. Сам беленький, носик торчком, усики в сторону, в лапке – морковка… Удар чудовищной силы, совершенно не соответствующий габаритам сбитого животного, отбросил машину на соседнюю полосу. Кажется, я ударилась о что-то головой… Последнее, что запомнила перед тем, как потерять сознание – довольную физиономию зайца. – Привет от мамы помпусика-Стасика! Наслаждайся! – пропищал он. И все вокруг укрыла звенящая темнота. *** – Ива… Ива Фокс, вы меня слышите? – кажется, кто-то хлопал меня по щекам. Ива Фокс… Какое дурацкое смешное имя. Наполовину дерево, наполовину лиса. У меня имя красивое – Евгения Александровна Колокольцева. Папина фамилия! Дворянская… Когда-то в далеком прошлом родственники эмигрировали в Америку, а позже мой отец вернулся и развернул очень прибыльный бизнес в России. – Ива! – снова этот настойчивый голос. Я попыталась открыть глаза, однако увиденное заставило меня сомневаться в реальности. Я что… в сумасшедшем доме? Или в театре? Почему у всех такие странные костюмы? Две женщины в пышных платьях с кружевами стояли рядом со мной, а мужчина в белых одеждах – очевидно, лекарь – держал в руках пенсне! – Ива, вам лучше? – Но я не Ива… Я… – Боже! Похоже, что подтвердилось самое ужасное! – возопил мужчина, не дав мне больше ничего сказать. – Она потеряла память! – Ах! – всплеснула руками одна из женщин – брюнетка с высокой прической, в которой, словно по морю, плыли кораблики. – Но как же нам быть, ведь осенний отбор уже на носу! На Иву уже многие лорды положили глаз! Мы сможем хорошо ее прода… Выдать замуж! Выгодно! Чего?! Замуж?! В смысле – замуж?! Я только развелась! Где я, вообще?! Что это за дурацкое шоу?! Внезапно всплыли последние воспоминания: трасса, мое невероятное счастье и заяц, летевший на собственных ушах. После удар… И… «Привет от мамы Стасика». О нет… Похоже, я попала в аварию. Ведь я ничего не помню после! А если так, то я… Я умерла?! Я на том свете?! – Вы ангелы? – зачем-то спросила. – Девочка моя, ну приходи же в себя скорее! Ты очень сильно ударилась головой, потеряла память, но тебе нужно взять себя в руки! От этого зависит твоя судьба! – наклонилась ко мне дама с корабликами, а я закашлялась от резкого запаха ее духов, ударившего мне в нос. Так… Что мы имеем… Я попала в аварию и, вероятно, сейчас нахожусь в коме или умерла. Я совершенно точно не на Земле. Или на Земле, но не в своем времени. На Рай или Ад это не похоже, скорее, на какую-то фэнтезийную реальность. Может, это особенности моей комы? В любом случае, если я сейчас начну рассказывать о том, кто я и как сюда попала, мне вряд ли поверят. Поэтому надо хотя бы немного здесь осмотреться, а для этого сделать то, что от меня хотят. – Кажется, мне уже лучше, – пробормотала я, приподнимаясь на подушках. – Правда, я совершенно ничего не помню… – Ох, хвала богам! Девочка моя, я все-все тебе расскажу! Ты еще сможешь стать счастливой даже после этого нелепого несчастного случая! Я заняла чье-то место? Та девушка – Ива Фокс – пострадала от несчастного случая? – Что произошло? – попыталась я выведать хоть немного информации. – Ох, ты готовилась с Юливенной к экзамену по бытовой магии в библиотеке – вы убирали пыль, но что-то пошло не так, случился ужасный взрыв, и стеллаж упал на тебя, дорогая… Отлично. Только такую же несчастную, как я сама, могло придавить шкафом! Что они там сказали? Бытовая магия? Если это загробная жизнь, то похоже, что я не заслужила рая. Моя персональная огненная сковорода уже пышет жаром! Потому что я ненавижу уборку! Вернее, ненавижу делать ее! Нет, дело вовсе не в моей патологической лени. Просто кому-то дано, кому-то нет. Быт и все такое – не для меня. Вот работать я люблю, учебу тоже. Но все эти стирка, глажка – мне проще кого-то нанять для этой работы, что я и собиралась делать в будущем. – А моя магия? – спросила я. – Она не пропала? Лекарь прошептал какие-то слова, и меня окружило золотистое сияние. – Нет, все в порядке. Думаете, Ива, что кто-то специально все это подстроил? Хотели покуситься на вашу совершенную магию? Я вздохнула. – Мало ли… – Нет, с ней все в порядке. Что ж, думаю, мои услуги пока не нужны, раз леди Фокс пришла в себя. Я оставлю вам рекомендации по ее лечению, леди Визар, – обратился он к женщине с вавилонами на голове. Та кивнула. Кораблики чуть качнулись. Интересно, как их крепили? Их хваленой магией? Или нет? – Думаю, мне надо поговорить с бедняжкой наедине. Все присутствующие в комнате вышли, и мы с леди Визар остались вдвоем. – Ты правда ничего не помнишь? – враз посерьезнев, спросила женщина. – Правда. – Что ж… Думаю, что тебе повезло все забыть, потому что я не верю в то, что произошедшее в библиотеке было нелепой случайностью. Юливенна, к сожалению, уже ничего нам не расскажет. Но тебе… Тебе я советую быть осторожней. Не высовываться лишний раз. Смиренно ждать, пока на осеннем отборе какой-нибудь лорд выберет тебя. – Вы говорите об отборе… О замужестве? Но разве выходят замуж не по любви? – осторожно прощупывала я почву. – Что за чушь?! Все вы – студентки одной из лучших ведьмовских академий! Факультет бытовой магии всегда славился невестами, ведь именно в жены вас и готовят. – Разве не горничные должны убирать, стирать и готовить? Зачем благородным лордам такая жена? – Глупая! В первую очередь вы нужны, чтобы подпитывать своей магией дом и основные артефакты мужа. Мужчины подпускают к себе только тех, кто связан с их родом если не кровью, то узами брака. Но, разумеется, бытовая магия включает в себя много разделов, поэтому отбор и становится таким интересным, милая. Ты была одной из лучших на курсе! И я возлагаю на тебя особые надежды! – Но я ничего не помню… – Я помогу тебе освежить память. – А мои родители? Кто они? – Ты даже это забыла? – Да. – Они умерли. Много лет назад. Ты – моя воспитанница и живешь в этом заведении с рождения, Ива. Отлично… Похоже, что до моего попадания сюда у девушки была весьма невеселая жизнь. С возраста крохи вся в тарелках, сковородках и нестиранных платочках… Кто-то постучал в дверь. – Леди Визар! Срочное сообщение! Осенний отбор решили перенести! – крикнули с той стороны. – Как?! – тут же подскочила женщина. – Ива, мне нужно идти! Отдыхай… Она умчалась, а я осталась наедине со своими невеселыми мыслями. Разумеется, первым делом слезла с кровати и кинулась к висевшему на стене зеркалу в тяжелой оправе, чтобы убедиться в том, что внешность моя… изменениям не подверглась. Разве что волосы стали чуть длиннее, а в носу не было привычного колечка-пирсинга. Ну правда, откуда ему взяться тут, у Ивы Фокс?.. – Ну как?! Съела, да?! Подарочек от Виолетты Глебовны получила?! – раздался знакомый визгливый голосок прямо над ухом. Я в зеркале никого рядом с собой не увидела, но обернулась подтвердить свои самые смелые мысли. Заяц. Гаденыш, паря на ушах, был здесь! А в его лапках на шнурках болтались мои кеды! Те самые, которыми я перед разводом зашвырнула в Стасика! – Откуда они у тебя?! – прошептала я. – Ты, свинюшка ленивая, их оставила, не стала забирать. А вот Виолетта Глебовна применение им нашла полезное – отнесла ведьме! Очень мощной! Хе-хе! К этим кедам она меня привязала, чтобы я жизнь тебе изгадил! А потом кеды в машину к тебе подбросила! Ну как? Довольна моей работой? – Ах ты, ушастый засранец… – прошипела я, не зная, кому больше были адресованы эти слова – зайцу или Стасику из-за его маман. – Быстро говори мне, где я и как отсюда выбраться?! Заяц отвратительно заржал. Лопасти-уши завращались с утроенной силой. – Так я тебе и рассказал, хрюша неблагодарная! Стасик плакал, когда ты его бросила! Даже супчик Виолетты Глебовны не ел. – Ага! Давился кровавыми слезами, похоже… – прошептала я, все еще отходя от шока. – Ты слишком язвительна для той, которая попала в большие неприятности! Даже не будешь умолять меня? – Сейчас бухнусь на колени просить о милости и буду биться головой об пол! – Эй! Мой «благодетель» не договорил – в дверь постучали, и заяц молниеносно пропал вместе с моими кедами. – Леди Фокс… Это ваша горничная Шира. Могу я войти? – Да! Конечно! Спустя мгновение на пороге показалась изящная, приветливо улыбающаяся блондинка с глазами сияющими, словно два голубых топаза. Невольно я ей даже позавидовала, ведь мои глаза были самого непримечательного карего оттенка, а я всегда мечтала о голубых или зеленых. – Доброе утро. Ой, вы уже встали! Как вы себя чувствуете? Леди Визар сказала, что вы потеряли память и еще очень слабы. – Память потеряна, а я сама в относительном порядке. Только кушать хочется. – Леди Визар уже распорядилась, чтобы вам принесли горячий бульон. Слуги из кухни доставят его с минуты на минуту. А еще она велела, чтобы вы надели свое лучшее платье, потому что через час придет художник. – Художник? – удивилась я. – Ну да. Осенний отбор решили провести чуть раньше ввиду того, что принц Андриэс готовит масштабную военную кампанию на востоке страны. Вы же знаете, на отборе будут присутствовать и лорды, связавшие свою судьбу с военным делом… Художник будет писать ваш портрет, которым они впоследствии смогут вдоволь любоваться… Перед глазами тут же промелькнула картинка, как какой-нибудь жирный старикашка лобызает мой портретик или вешает его в рамочку у себя на стене, шепча признания в вечной любви. – Может, обойдемся без портрета? – Вы что?! Конечно же нет! Леди Визар будет в ярости! А с ней и ее магией лучше не шутить, сами знаете. Подобные заявления насчет леди Визар заставили меня нервно сжать и разжать пальцы. Похоже, ситуация вообще не складывается в мою сторону. Пока я буду осматриваться здесь, меня уже выдадут замуж стараниями любительницы корабликов на голове. Что вот теперь делать? Может, сбежать? Я томно вздохнула. – Ах, Шира… Я совсем ничего не помню… Скажи, как девушки живут здесь? В смысле, где они могут работать? Служанка распахнула рот, а ее нижняя челюсть устремилась по направлению к полу. Ясно-понятно: с работой тут у женщин напряженка… – Но вы же леди! – вырвалось у нее. – Работают только женщины из низших сословий, и то для этого нужно благословение родственника мужчины или ее хозяина! Если же леди опускается до работы, ее клеймят позором, а потом ссылают в Унгу! – В Унгу? – заинтересовалась я. – Где это? А что? Тихое и уютное захолустье, деревушка какая-нибудь. Там я и смогу в спокойствии разобраться со своими проблемами или продолжать тихо жить. Ну, это если я в своем мире совсем умерла и вернуться туда возможности не представится. – О-о-о… – протянула девушка. – Унгу – это страшное место! Там с людьми делают жмякуш! У меня нервно задергался глаз: – Прости, что делают? Не расслышала… – Ну жмякуш… Это… Как бы вам объяснить… Пока Шира пыталась подобрать подходящие слова для объяснения, моя фантазия уже представила пирог «жмякуш» с начинкой из невыгодных людей. Почти что курник, только жмякуш… Тем временем Шира продолжала: – Это тоже самое, что «всмякиш», но не совсем… – Шира! – Да я пытаюсь объяснить… Это когда все встают в круг каждый день и проводят особый ритуал по отъему энергии… Понимаете? Жмякуш, потому что люди эти уже не могут сами ничего. Его так – этот ритуал – в народе прозвали. Нет. В Унгу не поеду. Решено! – А всмякиш – это что? Будь проклято мое любопытство, зачем мне это знать… – Это тот же ритуал, но после него люди восстанавливаются, хоть и долго болеют… Моя рука сама потянулась к графинчику с водичкой. Я попила прямо из горлышка, сунув хрустальную пробку в руки просветительницы Ширы. Ей бы сценарии для ужастиков писать! Стук в дверь немного разрядил обстановку – принесли бульон. – Ешьте, леди Фокс, а я пока подготовлю ваше платье. Вы будете очень-очень красивой! Глава 2 С бульоном я расправилась быстро, а вот с платьем – не очень. У нас возник идеологический спор с Широй насчет корсета и степени его затягивания. – Печень, почки, селезенка – все эти органы страдают, понимаешь?! Нужно быть гуманнее! Добрее, что ли… – с надрывом пыталась я втолковать служанке, но она продолжала затягивать тесемки корсета с упорством маньяка. Воздуха оставалось все меньше, надежды на спасение тоже. Глядя на свое отражение в зеркале, я смотрела, как моя талия натурально приближалась к размеру осиной. Я просто недоумевала, как и куда в это время расползлись мои внутренности и как их удалось поделить ровехонько на две части. – Красота требует жертв, леди! – сказала Шира, рывком затягивая последнюю тесьму. – Я уже умерла, да? – полузадушенным баском просипела я. – А как я сидеть буду? А кушать? – Да что там кушать? Приличная леди поклюет, как птичка, и все… Отлично. Похоже, в этом изуверском мире меня пытаются лишить еще и еды! Эй! Вселенское зло, сюда меня отправившее! Я отказываюсь держать голодовку! И одним бульоном сыт не будешь! Когда Шира завершила свою пытку номер один, за ней последовала вторая – макияж. Как оказалось, с мейкапом тут полный швах. Вернее, вместо него магия. Но ее используют только в исключительных случаях. Во всех остальных местные красавицы использовали что-то вроде штукатурки. – Прощай, моя беленькая чистая кожа… – пропела я тихонечко, уже представляя, как вечером я это все смою и обнаружу под тонной сомнительной краски ужасные волдыри и фурункулы. Все-таки местная косметика – весьма сомнительная вещь! – Вы очаровательны! – подбодрила меня Шира, а я недобро так уставилась на свое преобразившееся отражение. Моим портретиком, похоже, будут потомков пугать… – Что там дальше? Железный сапожок? Пояс верности? – нервничая, спросила я. – Конечно же – парик, леди Фокс! Для портретов невесты он всегда используется. Давний обычай! Служанка кинулась куда-то к шкафу и достала оттуда… – Какое животное пострадало от вынужденного облысения в процессе изготовления данного шедевра?! – ужаснулась я, разглядывая в руках у Ширы нехилый такой кусок слипшейся белой шерсти. – Ой, немного примялся! Не беспокойтесь, сейчас мы его расчешем… Это натуральные волосы! Женщины из бедной части населения часто сдают свои… – Там вшей, случайно, нет?! – Вы что? Конечно, нет! Мы его специально замачивали в растворе из отрыжки киккистбуса – восточного медведя! Вы же знаете, какими полезными и чудодейственными свойствами она обладает! Мама! Верните меня обратно! Заяц, ты – покойник! Я это не на-де-ну! С прытью молодой оленихи я подорвалась со стула, на котором сидела. – Так, Шира, обойдемся без париков и киккистбусов! Давай надевай на меня то самое красивое платье, и я пошла фотогра… то есть портретироваться! Материализовываться в красках! – Но, леди Фокс! Леди ди Визар будет недовольна! Она… – Я после болезни очень чудная стала – спишешь на это. К тому же времени уже почти не осталось. Давай просто мне красиво волосы завьем и все? Ладушки, да? Шира тяжело вздохнула, с надрывом так… И все же пошла мне на уступки. Волосы мы просто завили и сцепили на затылке в хвост, выпустив несколько локонов ниспадать, дабы дать волю воображению мужчин. – Думаю, вы готовы! Пойдемте скорее за мной! – сказала девушка. И я пошла. Вернее, попыталась. Почти поползла, если быть честной. Вдоль стеночки. Корсет придавил кишки к позвоночнику, туфельки по моде моей пра-пра-пра-прабабушки сжали ножки в нежные тиски, каркас платья угрожающе покачнулся, а я сама судорожно чихнула и захлебнулась, ибо дышать было нечем. – Шира… – пропищала я. – Постой… Мне… Мне, кажется, нехорошо. Можно, вы меня в постели нарисуете? Я обещаю приветливо улыбаться и делать ручкой. – Леди Фокс! – Я в этом не могу… Не хочу… Мне все трет, жмет и жутко раздражает! – Но это же привычная вам одежда! Вы словно с того света сбежали, где все ходят в одной сорочке… – Почти… Мне снились удивительные сны во время моего забвения… Договорить не дали. К нам стремительной походкой приближалась мегера – так я окрестила леди Визар. Ну а что? Похоже. Коротко и ясно. – Вы еще не в красной комнате?! Чем вы занимались?! И где твой парик, Ива?! – У меня голова от него зачесалась… – Что за вздор?! Быстро пойдем! Мастер Петроус очень занятой человек! Ты – последняя из всех моих девочек! Он не будет долго ждать… – грубо схватила за руку и потащила по коридору. Конечно, так я шла быстрее, правда, все время норовила завалиться на шипевшую змеей мегеру. – Сюда, Ива. Заходи… – и буквально втолкнула в узкий дверной проем. А там меня принял в свои крепкие объятия… кто-то. – А вот и она! Вот наша последняя звездочка! – меня оторвали от пола, закружили, а потом посадили на трон. На трон – потому что большущее позолоченное кресло цвета бордо с множеством финтифлюшек очень его напоминало. – Располагайтесь поудобнее, – нежно пропел портретист, очень импозантный мужчина средних лет. С бородкой. Похож на итальянца. Я расположилась поудобнее, насколько это вообще в этой одежде было возможно. Чуть вытянула ножку, да. Леди Визар, вошедшая следом за мной, устроилась на диванчике у двери. Караулить, наверное, чтобы я не сбежала. – В каком стиле будет портрет Ивы? – спросила мегера. – О-о-о… Я как раз обдумываю это! – мастер Петроус подошел к мольберту и, взяв несколько кистей, старательно их обслюнявил. Наверное, ему так думалось лучше. И рисовалось тоже. А что?! Особенная нано-технология! Экологичненько… – Хочу сказать, что Ива у нас очень особенная девочка… Именно она должна понравиться лордам больше всех. Мы рассчитываем получить за нее большое… м-м-м… пожертвование. – О не-е-е-ет! Никакого навязывания ваших желаний, леди Визар! Вы же знаете, как я знаменит?! Все девушки выходят красавицами! Даже если они в жизни уродины. Я для каждой нахожу свой подходящий образ! И для этого дикого цветочка тоже что-то подберу… Хм-м-м-м… Сегодня у меня все ассоциируются с цветами… Но кто же ты, ласточка моя?.. Петроус подошел ко мне вплотную, склонился, нависая и разглядывая. После выпрямился и обошел по кругу. – …Скажи, ты – незабудка?.. Я, начиная нервничать, покачала головой. – …Не незабудка… – вздохнул Петроус. – Может, тогда колокольчик? Садовод несчастный, у меня сейчас воздух закончится окончательно! А ты со своим дендрарием! – Я – розочка! – попыталась я ускорить процесс ассоциирования меня с цветами. – О не-е-е-ет! Не розочка определенно! Ты – цветочек дикий… Чертополох! Точно! Я мысленно застонала. Быстрее! Рисуй уже! Слюнявь свои кисточки и портретируй. – А долго еще? – наивно спросила я тоненьким ангельским голосочком. – Я очень быстро рисую, всего-то пять часов… Можешь не благодарить! – Сколько?! – Не дергайтесь, голубушка… Иначе ваше прелестное круглое личико получится немного квадратным… – Да хоть параллелепипед там рисуйте вместо головы, я не против абстракции! Только пять часов я точно не высижу! – взмолилась я. – Сидите ровно… Улыбайтесь! – художник сделал вид, что не заметил моих пламенных просьб. Я вздохнула и сотворила на лице улыбку, больше похожую на оскал. – Отлично! Просто отлично! У вас такой пылающий взгляд! – кинулся скорее зарисовывать меня Петроус. А я пожелала самой себе терпения. Огромного терпения, ну а мужчине долгой и счастливой жизни. Лучше бы желала долгую жизнь себе, потому что то, что произошло после, полностью вышло из-под моего контроля. Сижу я, значит, уже пятый час, не чувствуя собственного тела, и размышляю о том, как возвращаюсь в свой мир и со вкусом мщу Виолетте Глебовне, оставляя ей в подарок целую корзину с мышами, которых она так любит, как вдруг перед моими глазами появляется парящий на своих ушах зубастый гад-заяц! Висит прямо перед моим носом, хрюкает от собственного ржача, еще и успевает через трубочку какую-то оранжевую жижу попивать из пластикового стаканчика. И самое главное, что никто – ни художник, старательно выписывающий на холсте мое изображение, ни леди Визар – его не замечает! Заяц молчит, продолжая на меня пялиться, и пьет свое пойло, периодически подхрюкивая. Я тоже молчу – понимаю, что если начну разговаривать здесь сама с собой, меня могут не понять. Поэтому я решаюсь поговорить с художником. – Простите, а еще долго? – О… Я уже как раз закончил! Последние штрихи! Он делает несколько легких мазков и поворачивает ко мне картину. Я в шоке смотрю на нее. Эта девушка – я? Получилось очень здорово! Невероятно красиво, у Петроуса действительно талант! Разве что выражение лица у меня не очень… Хмурое. Или, скорее, злодейское. Ну, так правильно – я же про Виолетту Глебовну и ее подарочки думала! – Так красиво… – Весьма недурно, – заметила подошедшая леди Визар, а я ей невольно посочувствовала. Все-таки женщина вместе со мной отсидела здесь пять часов. – Мымра! – заявляет пушистый гад, подлетая на ушах к картине. – Как есть мымра! И снова сок тянет через трубочку. Бесконечный у него он там, что ли?! – Я не мымра… – решаюсь сказать тихо. – Мымрятина! Щеки хомячьи, глаза – стекляшки, волосы – куцые, нос… Я не выдерживаю, хочу поймать зайца, но сдерживаюсь из последних сил, лишь подхожу ближе к портрету и дышу. Нервно. А что, дыхательная гимнастика помогает… – Только Стасик тебя кикиморушку и любил… Кстати, у тебя небось еще и ноги кривые… – И волосатые! – огрызнулась я и ойкнула, поняв, что это было вслух. – Что?! – тут же среагировала Визар, а Петроус принял все на свой счет. – Волосатость… Где здесь волосатость?! Волос достаточно, милочка! Не больше, не меньше. А если свое не устраивает, так носите, как и все, парики, они для этого и придуманы… – Я не… Заяц вновь злобно ржет, хряпает своей оранжевой отравой, а во мне вдруг вскипает какая-то волна. Сама не понимаю, как это произошло, но стаканчик в его руках вдруг взрывается и на картину вдруг брызжет прямо с моих раскрытых от ужаса ладоней морковный сок… – МОЯ КАРТИНА! Мой шедевр! – заголосил Петроус, а я поняла, что все, кранты мне. *** Генерал Алексэндр Ника Дворец принца Андриэса – Вот эта, – я отложил портрет в сторону. – Кто она? Андр широко улыбнулся, обращая внимание на портрет девушки, белокурого ангела, с глазами наивными и чистыми, словно горный хрусталь. – Леди Изольда Миршал, дочь лорда Миршала, помнишь такого? Прикрыл глаза, вспоминая высокого и немного худощавого мужчину. Вечно он слишком много болтает. – С таким не хочется родниться… Пожалуй, леди Изольда мне не подойдет. – Ха! Разумно! – засмеялся принц. – Ну а эта? Я взглянул на новый портрет, появившийся перед моим носом. Высокая и знойная леди в парике, который ей совершенно не шел. – Откладывай, полное отсутствие вкуса. Не хочу, чтобы дети были такими же. – Брось, все сейчас носят их. Даже эта твоя Изольда. Просто он ей идет, потому что она сама блондинка, – хмыкнул мужчина. – Ну а что насчет остальных? Ты все их пересмотрел? – Все, – хмуро отозвался я. – Кроме Изольды, смотреть не на кого. Тощие, толстые, усатые… При всем при этом уверен, что они либо тупы, как пробки, либо законченные стервы. – Ну… Ты кое-что упустил. Один портрет ты все же не видел. Да его и не хотели в общем-то показывать, обещали прислать новый… Но я настоял, что портретов должно быть двенадцать, как и девушек. Ведь знакомимся мы с ними уже послезавтра. – Что за портрет? – тут же заинтересовался я – всегда любил загадки. – М-м-м… Его испортили. – Испортили? – Измазали какой-то дрянью. Но это не мешает видеть то, что было нанесено на него изначально… Знаешь, участвуй я в отборе вместо тебя, обязательно бы заинтересовался этой штучкой. – Покажи! – потребовал я. Андр чуть наклонился, поднимая отставленный прежде в сторону портрет, и положил на стол передо мной. Я взглянул на него, и на моих губах появилась улыбка. На прекрасном полотне красовалось большущее оранжево-коричневое пятно. Я чуть склонился, понюхав его. – Морковный сок? – удивился. – Уж не знаю, чем там леди баловались… – захохотал Андриэс. – Да ты на девицу глянь! Взгляд – огонь, столько гнева на лице, и при том такая хорошенькая… Мой друг был прав. Под морковным пятном и вправду просматривалось изображение девицы. И она разительно отличалась от всех тех, что я просмотрел прежде. Она притягивала к себе взгляд. Дело в отсутствии парика? Или в этом ее недовольном выражении на лице? Нет… Не в этом, а в ее энергетике – в ней больше жизни, чем во всех этих чопорных куклах. Да и привлекательной внешностью она не была обделена —волосы цвета спелой пшеницы, ровные черты лица, красивые губы и изумительные невозможно яркие глаза. Жаль, что под морковным пятном сложно разобрать их цвет. – Как ее зовут? – мой голос чуть дрогнул. – Леди Ива Фокс. Как я понимаю, лучшая из учениц Визар. Бытовой магией владеет в совершенстве. Фоксы – довольно древний и тихий род. Ничем особенным они не выделялись: не бунтовали, никогда не были в опале, в скандалах не замешаны. Магия, как я уже сказал, на хорошем уровне. Так что с этой девушкой ты имеешь все шансы получить одаренное потомство. – Значит, она мне подходит… – задумчиво произнес я. – И все же что-то не дает мне покоя. С ней что-то не так. – Боги! Ника, не начинай… Твое слишком цепкое и дотошное мышление никак не уместно в делах амурных! – А кто говорит о любви? Брак по расчету, разумеется. Как же иначе? Что же до мышления, то не хочу жениться на той, у которой есть тайны. – Ты еще не видел всех. Вдруг приглянется другая? Портрет у кого-нибудь неудачный вышел, еще чего… В жизни все выглядят иначе. Да и ты не идеален. Ива Фокс может достаться и какому-нибудь другому претенденту. – Ты мне должен, забыл? Прошлогодние бунты в провинции Ордо. Считай, что это будет моя маленькая просьба в ответ за сегодняшнее спокойствие. Девушка, которую выберу я, достанется только мне. И никому другому. Нет желания убивать кого-то, когда все можно решить бескровно… – Ладно, – хмуро глянул на меня Андр. – Если что, напишу отцу. Слово наследника Леории. Глава 3 На следующее утро чуда не произошло. Я все так же была в этом странном мире, вот только, кажется, с чуть большим багажом проблем, нежели прежде. Кто меня дернул ловить этого несчастного зайца тогда? Портрет, над которым так старался Петроус в течение пяти часов, оказался безнадежно испорчен. Все объясняли это вырвавшейся из-под контроля моей бытовой магией, но я сама… Сама я знала, что всему виной был ушастый, который почти сразу же пропал с места преступления. – Леди Фокс, – обратилась ко мне Шира, уже полчаса колдовавшая над моим «утренним образом», – сегодня очень ответственный день. – Да? Сегодня случится апокалипсис[О1] , а какой-нибудь супергерой будет останавливать его? – Не ругайтесь такими странными словами! Вы такая чудная стали после болезни, – засмеялась она. – Сегодня все женихи прибудут в Академию Клэрмундии. Леди, участвующие в отборе, должны будут их встретить и проводить в отведенные покои. Это будет первая встреча леди и лордов Осеннего отбора. – Отлично. Первый смотр племенных кобыл… – Ну что вы такое говорите?! Разве замужество, и такое удачное, можно сравнивать с продажей лошадей?! – Очень даже! – хмыкнула я. – Так что там от меня потребуется? – Пока лишь соблюдать приличия. А сейчас пройти на завтрак. Я вздохнула. – Только очень тебя прошу, не затягивай корсет слишком туго. Я после болезни. Дышать трудно. Шира понятливо кивнула. Все и так списали мой морковный выплеск вчера на болезнь, а потому сейчас буквально пылинки сдували. Особенно леди Визар. Очень уж ей не хотелось, чтобы такой дорогой товар в виде меня оказался испорченным. Когда манипуляции с моим одеванием были закончены, я посмотрела в зеркало. Вполне себе нормально выгляжу, если не считать того, что я как будто сбежала с какой-нибудь детской сказки про принцесс. Розовое облачко с рюшами. Прелестно… Хорошо хоть лицо не намалевали свеклой, и на том спасибо. Ну и за отсутствия парика отдельный плюсик в карму. – Пойдемте… Сегодня вы вновь встретитесь с вашими подругами из академии. Жаль только, что у вас такие провалы в памяти… – Да уж… Действительно жаль. Будь здесь настоящая Ива Фокс, она, наверное, обрадовалась бы предстоящему общению. А вот я, откровенно говоря, побаивалась. Да чего там! Паниковала по самые уши – не заячьи, свои! Ляпну чего-нибудь, и все враз узнают, что в теле Ивы совершенно другая девушка… Нет уж. Лучше прикидываться совсем больной и молчать, по-дурацки улыбаясь. Такой типаж вечно всех отталкивает. Эх, знала бы я, что меня ждет, не строила бы таких оптимистичных планов… *** – Жаренные в кляре крысиные хвостики под соусом «Бежаво» с томатами и зеленью… – передо мной опустилась тарелка с дымящимся угощением. Я подумала, что ослышалась. – Чего-чего, простите? Утиные? У уток разве жарят хвосты? – поинтересовалась я у официантки. Рядом со мной раздался язвительный смешок. Соседка уже вовсю пилила крысиную дрянь ножиком, отвратительно скрипя им по тарелке. – Крысиные, конечно же. Очень дорого! – улыбнулась официантка. – И очень заразно… – не удержалась я, по-новому уставившись на присутствующее под моим носом угощение. Хвостики по форме угадывались. Как и томаты… Мне правда нужно это съесть, да? Кляра было много, можно представить, что это креветка… Нет… Нет, не могу… Если съем такое, меня точно вырвет. – В чем проблема, Фокси? – раздался рядом насмешливый голос, исходивший изо рта знойной брюнетки. – Раньше ты любила это угощение. Как и все дорогое. – А-а… а у меня диета! – нашлась я. – Нужно беречь желудок после болезни. Жареное вредно, к тому же для сосудов. Можно мне заменить эти… лапки? То есть хвостики. – Диета? – захлопала глазами официантка. – Наш повар был не в курсе… Но… Я ему передам. Он заменит. – Ты чего? – шепнула мне блондинка, сидящая с другой стороны от меня. – Ты всегда их ела. – Я ничего не помню, – просто ответила я, ощущая более доброжелательный настрой у девушки. – Даже всех вас… – И как зовут не помнишь? Я кивнула. – И что произошло в библиотеке? – Тоже. За столом раздался разочарованный вздох. Видимо, все хотели услышать подробности произошедшего тогда в библиотеке. – Хорошо, что ты хотя бы выжила. Юли так и не удалось спасти… – грустно вздохнула девушка. – Кстати, меня зовут Изольда Миршал, но можно просто Иза. Мы… дружили с тобой. – Спасибо. – А эта колючка – Тарьяна Веари. Брюнетка снова усмехнулась, но ничего больше не сказала и продолжила есть. – Меня зовут Шейла, а рядом со мной Кларисса… – представились девочки напротив. Всего нас за столом было двенадцать. Как я поняла, мы все были участницами Осеннего отбора – девушками, которые закончили обучение бытовой магии в прошлом году и получили дипломы. Сейчас же, после летних каникул, руководители академии устраивали наши судьбы. Взамен крысиных хвостиков мне принесли спустя десять минут суфле из индейки. Я возблагодарила небо и принялась за еду. – Жри-жри, пока можешь! Уж я-то постараюсь, чтобы ты вышла замуж за самого неудачливого, старого, больного и бедного жениха! – заяц появился как всегда вовремя. Как и в прошлые разы, его никто не замечал, а потому мне стоило огромных трудов снова сделать вид, что я его не вижу и не слышу. – И не спрашивай, где я такого найду. Я уже видел список кандидатов и теперь буду работать твоей любовной феей! – Не забудь подавиться хрустальной туфелькой в процессе! Ой, то есть кедом, – сказала я вполголоса, не выдержав. – Ха! Язвительная стерва! Виолетта Глебовна очень беспокоится, как ты тут устроилась. Хочет, чтобы ты все прелести жизни испытала! Особенно, после того как Стасик вчера отравился грибным супом! Надеюсь, в супе присутствовала бледная поганка и мухоморы… – Ива… – мою ладонь сжали под столом. – Ты точно в порядке? – А? Да, конечно… – Пойдем! Надо поговорить! – и прежде, чем я успела что-либо ответить, блондинка, назвавшаяся Изольдой, поднялась из-за стола и поманила меня куда-то за собой. Пойти за ней? Что ж, наверное, нужно. Вдруг узнаю что-то полезное? Мы с Изольдой вышли из столовой, а после и из академии, и оказались в саду. Я с интересом осматривалась, подмечая красоту вокруг. Все-таки осень вне большого города всегда прекрасна! Пестрые листья, усыпавшие дорожку, выложенную каменной плиткой, отцветающие розы и много вечнозеленой хвои… Мы дошли до невысокой беседки, где удобно расположились друг напротив друга. – Ты совсем ничего не помнишь? – Изольда внимательно посмотрела мне в глаза. Я покачала головой. – Увы. – И Яруша? – Яруша? – Твоего родственника. Ты собиралась выйти за него замуж. – Я?! – Ты. Воцарилось молчание. Само собой разумеется, никакого родственника Яруша я помнить не могу. – Ты говорила, что вы общались в детстве, и на участие в отборе он подал заявку ради тебя. Ива, ты ведь для него столько времени так прилежно училась! Хотела, чтобы он увидел тебя спустя много лет и влюбился без памяти! – Если он еще не влюблен, как же он мог стать участником отбора ради меня? – в душе проснулся здоровый скептицизм. Будучи девушкой с негативным опытом отношений, я понимала, что розовые грезы наивной Ивы Фокс с реальностью, скорее всего, не имеют ничего общего. – Ты всегда о нем вспоминала. И даже писала письма… – Я получала на них ответ? – Ты говорила, что Яруш занят. В газетах писали, что он служит первым советником Андриэса, который, кстати, тоже прибудет на отбор. Жаль только, что лишь в качестве наблюдателя. Прекрасно… Просто великолепно! Похоже, что моя предшественница была из девиц рода «наивная дурочка обыкновенная, влюбленная». – Думаю, что мои чувства немного остыли… – сказала я и, чуть помедлив, уточнила: – после потери памяти. – Если честно, то я вообще не уверена, что хочу принимать участие в этом всем процессе купли-продажи живого товара, то есть нас. Не знаешь, как этого можно избежать? Изольда раскрыла глаза так широко, что на миг мне показалось, что они так и останутся. После глаз она распахнула еще и рот. Ей бы в актрисы! Такая мимика пропадает зря! – Но как же ты жить будешь?! Осенний отбор – это возможность стать кем-то… – Просто уточню… Кем-то – это домохозяйкой на дотациях от мужа с пятью-семью сопливыми детьми, орущими день и ночь? – Женой сиятельного лорда, конечно же! – Одно другого не исключает, – мрачно парировала я. – Ты действительно стала очень странной… – пробормотала Изольда. – Но такой ты мне тоже нравишься. Ты стала какой-то… взрослой. Даже старой. Морально! Но ты не подумай ничего плохого… Ну да. Морально устаревшая. После Стасика и не такое может получиться с живым человеком… – Так ты знаешь, как можно отвязаться от отбора, или нет? – Только если тебя никто не выберет. – Отлично! – просияла я. – А что потом? – Потом тебе предложат уйти в монастырь или устроиться работать в академию – как уж повезет. Но с твоими данными к бытовой магии, думаю, что тебя с радостью возьмет к себе в штат леди Визар. При упоминании чопорной леди, мечтающей заработать на мне целое состояние, я заметно скривилась. Точно! Я завалю отбор! Хоть какой-то проблеск во мраке бытия у меня наметился! Ну и попутно выясню, как вернуться в свой мир, по возможности – живой и здоровой… Ну а если нет – как выжить в этом. *** Через час нас всех собрали в одной комнате. Леди Визар с деловым видом прошлась мимо каждой из нас, осмотрела и осталась чем-то недовольна. Хотя, как я понимаю, это ее обычное состояние. Ну, есть такие люди с лейблом «грымза», тут уж ничего не поделаешь. Я обычно списывала все на то, что у таких обычно было несчастное детство с прибитыми к полу деревянными игрушками. – Минутку внимания… – Визар кашлянула, останавливаясь в центре комнаты. – Сегодня сиятельные лорды прибудут в Академию Великой Клэрмундии, чтобы принять участие в ежегодном Осеннем отборе невест. По традиции, встречать их выходят невесты… Девушки рядом со мной оживленно зашептались, я же сохранила непроницаемую маску на лице, хотя хотелось выть. – …Это очень романтичная церемония. Каждой из вас мы подберем образ, подходящий осеннему дереву. Проведем что-то вроде маскарада. Лорды не узнают вас под масками ровно до окончания испытания – все они уже видели ваши портреты и осведомлены о вашей красоте… Ну да. Мое морковное пятно было незабываемым. Что ж, хорошее начало для того, чтобы вылететь с отбора. Буду считать это больше плюсом, чем минусом. – Не терпится узнать, какой образ будет у нас! – восторженно пролепетала одна из участниц – рыжеволосая кудряшка Мари Листей. – Сейчас и узнаете. Каждая из вас вытянет жребий. Так-так-так… А вот про это поподробнее. Судя по тому, что намечается, нам собрались раздавать костюмы а-ля концерт в детском садике. Помнится, я много лет назад была огурцом, а мой друг по горшку – кефиром. Прикид у него был соответствующий: белый картонный ящик, из которого торчали две ручки, две кривенькие ножки и голова. На ящике так и написано было – «Кефир 3.2%». Леди Визар взмахнула рукой, и перед ней появилась высокая круглая ваза, расписанная золотыми узорами. Еще один взмах, и в вазу опустился ворох листьев. – Начнем! Подходите одна за другой! Девушки все выстроились друг за дружкой, желая получить шанс отхватить образ получше, я же скромненько устроилась в самый конец за леди Изольдой, которая тоже не особенно спешила. – Волнуешься? – спросила я у нее, видя, как она комкает край своей юбки. – Немного… Мне хочется хорошо выйти замуж, в отличие от тебя, Ива. Надеюсь, у меня будет красивое платье… Покачала головой. Ну-ну. Желаю удачи. Первой жребий вытянула та самая брюнетка – Тарьяна Веари, что дразнила меня за столом. Ей достался узкий ивовый листок. После еще одной девушке выпал лист клена, еще одной – рябина. Я начала зевать, понимая, что вовсе не заинтересована во всем этом розыгрыше гербария. Проявила интерес, лишь когда Изольда вытащила березовый листочек, ну а мне… Мне выбирать ничего не пришлось. Досталось то, что осталось… Я засунула руку в вазу и вытащила… – Отлично. Я – дуб. Но хотя бы не венерина мухоловка… – Дамы, сейчас вам принесут ваши наряды, – сказала леди Визар, а я поняла, что с этого момента началось очередное мое мучение. Костюм мне принесла Шира. От одного взгляда на платье мне стало плохо, но я сумела сдержаться, устоять на ногах и даже поинтересоваться робко, то ли мне принесли. К сожалению, ошибки не произошло. Наряд действительно был для меня. Пришлось его надеть, благо корсет на нем оказался не такой тугой. Тугим было воображение дизайнера, который создал сей шедевр, потому что стоило посмотреться в зеркало, как меня стало пробивать на ха-ха. Но я молодец – опять сдержалась. – И как этот оранжевый баклажан на каркасе олицетворяет осеннюю дубраву? – все же не смогла не спросить. – Как?! Вы не поняли?! Это же желудь! – с готовностью отозвалась Шира. – Где?! – На вас! Вот! Шляпка же еще есть… На голову мне прицепили коричневую беретку. Образ стал окончательно фееричным. Невольно бросила завистливые взгляды на Изольду и Тарьяну… У первой было струящееся серебристое платье, расшитое березовыми листочками, а у второй узкое, темно-зеленое, с заостренным воротником. Ни о каких грушевидно-баклажанных формах не было и речи. – Это нечестно! – процедила я. – Меня подставили! – Леди Ива… – услышала я над ухом ледяной голос Визар. – Это платье – одно из лучших. Оно всегда приносило удачу, так как самое яркое. Не вздумайте меня подвести. – Теперь тебе точно замуж за старика-идиота! – прохихикал над ухом злорадный голос, и заяц снова появился в поле моего зрения. – Груша дубовая, вот ты кто! Вздохнула. Терпение и спокойствие… Терпение и спокойствие… – Ой! Кажется, лорды начали приезжать! – раздался восторженный писк от окна. Леди Визар тут же кинулась к обезумевшей от счастья участнице и резко задернула штору. – Где ваши манеры?! А вдруг кто-то из них увидел бы вас?! Девочки! Мы действуем строго по инструкции. Встречаем лордов и проводим до гостевых покоев. Номер комнаты и этаж я вам буду называть. Кто кого пойдет провожать – решать будет тоже жребий. Когда все скрыли лица за пестрыми одинаковыми масками, мы дружным строем вышли на улицу и выстроились в длинную шеренгу у крыльца академии. С другой стороны ворот уже были припаркованы несколько экипажей, а кучка разодетых лордов перетирала кому-то косточки неподалеку, поглядывая в нашу сторону. – Леди Осеннего отбора рады приветствовать женихов! – наконец, торжественно сообщила Визар, а ее голос усилила магия. Женихи с интересом воззрились на нас. Сколько их? Пять? А, нет… Кажется, семь… Что ж, на всех не хватит. Уже хорошо. – Его Высочество еще не приехал. С ним прибудет один из участников… – сказал высокий темноволосый юноша. – Так и скажи, что с ним приедет Ника, – засмеялся кто-то. Ника? Кто-то приедет с сестрой? Или с подругой? Или с нянюшкой, как у Пушкина? С них станется, с этих мужиков. А что? Стасик бы точно с Виолеттой Глебовной притащился. – Вот и они, – коротко улыбнулась леди Визар, когда у ворот академии остановилась золоченая карета, запряженная четверкой великолепных белых лошадей. Из нее вышли двое молодых людей и направились сразу же к нам. И если один из них мне сразу понравился – высокий, светловолосый и улыбчивый, то другой, напротив, произвел отталкивающее впечатление. Слишком напряженный, даже хмурый, взгляд колючий, а на губах застыла холодная расчетливая усмешка. Нет, такой с мамашей точно не приехал бы. Скорее, сразу с палачом. Рубить голову непрошенным иномирянам. А что? Алый генеральский сюртук располагал к жестоким расправам. Вот только обладатель сюртука хоть и был серьезен до невозможности, все же был чрезвычайно молод. Сто процентов теплое место было выбито по папенькиному блату. – Это наследник Анриэс и генерал Алексэндр Ника! – шепнула мне на ухо Изольда. – Какой же он красивый! – Кто именно? – Андриэс, конечно же! Той, кого выберет Ника, точно не повезет. Уж слишком жесткий у него характер. Но его таким сделала война, которую он с присущей ему гениальностью выиграл. Леди Визар хмуро глянула на нас, и разговаривать сразу же расхотелось. Зато женщина одарила самыми сахарными улыбками ее драгоценных гостей, присев перед наследником в глубоком реверансе. – Рада приветствовать вас на отборе, Ваше Высочество! Рада видеть и вас, генерал Ника. – Мы тоже весьма рады быть здесь. Хоть я и всего лишь наблюдатель. Если честно, то приехал ради Ники. Сам он точно выберет какую-нибудь не ту кандидатку! – засмеялся наследник. Ну да, ну да, вместо хорошего яблочка подсунут с гнильцой… Мерзенькое такое ощущение появилось… Глава 4 Как и в прошлый раз, леди Визар решила использовать жеребьевку, чтобы распределить девушек, которые будут провожать мужчин до их комнат. Однако прежде, чем она начала, к ней подошел наследник и что-то шепнул на ухо. Почему мне показалось, что взгляд ее вдруг на мгновение обратился ко мне? – Начнем! В этой вазе я вновь смешаю осенние листья. Лорды по очереди будут их вытягивать, тем самым определяя, с кем именно они войдут в Академию Великой Клэрмундии. Мужчины не стали выстраиваться подобно девушкам-участницам в очередь. Леди Визар сама подносила им вазу с листьями. Вот Изольда упорхнула с высоким господином в белом костюме, следом за ней ушла и леди Листей, рыжеволосая кудряшка… Возле парадного крыльца академии оставалось все меньше людей, и я начинала нервничать. Дубовый листик, как назло, опять прилип к самому дну этой вазы! А леди Визар, похоже, выбора решила не оставлять бравому генералу Нике. Наши взгляды с мужчиной встретились. Он чуть поклонился. Я вздохнула. – Буду рада проводить в вас в вашу опочивальню, лорд… – прогундосила, не совсем зная, как положено по этикету. – Опочивальню? – Ника приподнял бровь, а затем расхохотался. – Вы удивительны! Где вы росли и воспитывались, что умудрились ввернуть словечко, которым пользовался еще мой прадедушка? Леди Визар чуть кашлянула, попытавшись сгладить неловкий момент. – Прошу понять нас, генерал. Эта леди совсем недавно пережила довольно ужасную ситуацию, в которой пострадала. Она в порядке, но память… Ее память пока не восстановилась. Наши целители делают все возможное. – Вот как? – хорошее настроение мужчины улетучилось, словно его и не было. – Быть может, ей не стоило участвовать в отборе? – Она… Одна из лучших моих ягодок, лорд. Вы сами поймете скоро, о чем я говорю. Ягодки, вишенки, бусинки, цветочки! Как же я хочу домой, а не участвовать во всем этом балагане! – Так вы идете, лорд Ника? – сухо спросила я. – Иду, – в его голосе послышалась насмешка. – У вас такой… м-м-м-м… интересный наряд. О да! Груша дубовая, как выразился заяц. Но тебе над собой смеяться я не позволю, уж прости. – Один из лучших, по мнению леди Визар. Вы же не хотите спорить с ее превосходным вкусом? – спросила я чопорно. – О, нет, конечно же! Мы вошли в академию, и начался для меня тот самый квест, который бывает у всех первокурсников, только что вступивших в обитель знаний… Вот только Ива Фокс не была первокурсницей, а я попросту не знала, куда идти. Нет, конечно же, леди Визар сообщила мне, что комната генерала Алексэндра Ники располагается на четвертом этаже и имеет номер четыреста тридцать два. Вот только до четвертого этажа еще надо было добраться… – М-м-м-м… Сюда! – улыбнулась я так вежливо, что у меня чуть не свело челюсти от натуги. Алексэндр с готовностью пошел за мной. Ага. Его Наивняшество еще не знал, что его ждет увлекательный круг почета по первому этажу в поисках лестницы. – Мы снова вышли к входу? – удивился мужчина. Я сделала поглубже вдох, стараясь успокоиться и смириться с гениальностью архитекторов, строивших эту академию. – Это такая традиция, лорд Ника… – пропела я. – Все, кто впервые попадают в академию, должны вначале обойти первый этаж. Пойдемте, нам нужна лестница… Посмотрела чуть влево и досадливо закусила губу. Вот же она! Я с самого начала увела несчастного мужика не в ту сторону. На этот раз мы пошли правильно, стали подниматься на четвертый этаж. Однако в моем платье это было так себе занятие… Тягая каркас грушевидной формы, я порядком устала и уже мысленно кляла по сотому кругу добродушного ушастого кудесника, отправившего меня сюда. – Вы так молчаливы… Может, расскажете что-нибудь? – на одном из лестничных пролетов предложил Ника. – Конечно… – я постаралась отдышаться, пользуясь короткой передышкой. – Сегодня прекрасная погода, не находите? – Восхитительная. Скажите, как вас зовут? Мы посмотрели друг другу в глаза. Под маской мужчина не мог видеть моего лица и, соответственно, сопоставить с морковным портретом тоже. – Думаю, вам завтра об этом скажут. – Дайте подсказку. Усмехнулась. Есть ли смысл скрывать то, что и так будет известно? Ради леди Визар? П-ф-ф-ф… Хочет имя, пусть наслаждается. – Морковные грезы… Пятнистая живопись… Эм-м-м-м… Лисы… – Лисы? – А, у вас же нет английского, – прошептала чуть слышно, но взгляд мужчины дрогнул. – Ива Фокс, полагаю. Именно ваш портрет был заляпан тем ужасным пятном. Что случилось с вашим портретом? – Стошнило морковной котлеткой, – съязвила я. – Так что можете считать, что вам сегодня не очень повезло с провожающей. Пойдемте. Я уже отдышалась и могу вполне передвигаться в этом пыточном устройстве дальше. И мы пошли. Я впереди, лорд Ника чуть позади, и это ужасно раздражало. Его внимательный взгляд жег лопатки! – О! Вот нужная нам комната. Доброй ночи, я пошла! Я уже развернулась, чтобы включить бесценный навык «золотые пятки», но генерал Ника преградил мне путь, не давая ускользнуть быстро. – Я рад знакомству. Полагаю, у нас будет достаточно времени, чтобы я смог узнать вас ближе… И все же не могу не поинтересоваться… Что случилось с вами, что вы потеряли память? – Честно? – я улыбнулась. – Я не помню. Доброй ночи еще раз. Устраивайтесь поудобнее! – Доброй ночи, леди Фокс. Фух! Кажется, свободна! А значит можно бежать переодеваться во что-нибудь поудобнее… Кстати, я бы очень хотела прогуляться вокруг академии. Помогает собраться с мыслями. А подумать мне было над чем… По сути, клятый заяц был единственной ниточкой, связывающей меня с моим миром. Раз он засунул меня сюда, значит в курсе, как можно отсюда вытащить. Может, с ним можно как-то договориться? *** Я быстро переоделась в удобную юбку и блузку. Без всяких там кринолинов, рюшей, бантиков и прочей мишуры. Хотела бы избавиться и от корсета, но, увидь меня кто-нибудь без него, моей репутации точно пришел бы конец. Хорошо хоть, что затянула я его сама не слишком сильно, оставляя простор для дыхания. Вышла на улицу, вдыхая терпкий и влажный осенний воздух. Прошлась вдоль здания академии, любуясь красотой сада, и вышла к небольшому озеру с раскидистой ивой на берегу. Ну вот… Здесь я и смогу, наконец, расслабиться и поразмышлять о насущном… То есть о зайце… Однако стоило мне о нем подумать, как он появился передо мной собственной ушастой персоной. По традиции, представитель фан-клуба моркови парил на собственных ушах и что-то трескал, отплевываясь темной шелухой. Семечки! Ну как же я не догадалась… – Ну здравствуй, гаденыш! – я двинулась на зайца, думая о том, как с наслаждением откручиваю его уши. – Может, пришла пора поговорить? – Со Стасиком на коленях будешь разговаривать! Пф-ф-ф-ф-ф-фр-р-р-р! – и мне в лицо полетела целая очередь семечковой шелухи. Я поняла, что начинаю желать вступить в ряды обладателей охотничьего билета. – Давай нормально поговорим… – предложила, смахивая остатки семечек с лица, а мой голос прямо-таки был пропитан медом. Ядовитым. – Ты хочешь, чтобы я вернулась к Стасику, так? – Виолетта Глебовна так хочет, неудачница криворукая! Из милости к тебе! И из сострадания к собственному сыну… Бедный мальчик плачет, ему не нравится, какие трусишки подбирает ему мама. Он хочет те, с обезьянками, что ты покупала! А они у тебя в квартире остались, мегера ты неблагодарная! Знала бы Виолетта Глебовна, что я уже мечтаю сотворить с трусишками ее сына, она бы на них повесилась! – Так-так-так… Продолжай… – мой голос чудом оставался ласковым и нежным. – Какие условия возвращения обратно, домой? – Ща! Покажу… – заяц скинул из лапки остаток семок и волшебным образом материализовал те самые кеды, к которым якобы был привязан то ли он, то ли я. – Вот тут написано… Читаю по буквам… Заяц перевернул один из кед и прочитал написанные на подошве черным маркером строчки: – …Поганая тварь Женечка Колокольцева вернется назад, если в полнолуние выйдет ночью на кладбище в обуви сей и попросит прощение слезное и коленопреклоненное у Виолетты Глебовны и ее любимого сына и поклянется вступить снова с ним в брак – с ненаглядным мальчиком Станиславом, обязуется его беречь, холить и лелеять и вообще быть хорошей девочкой. Я подавилась собственным матом. – Отдай сюда кеды! – выпалила я, понимая, что, похоже, вся соль в них. Хорошо еще, что мне хватило ума все же сдержать свой эмоциональный порыв и высказать все, что я об этом всем думаю, а лучше – подкрепить действием. Пинком, например, хорошим! Чтобы заяц по параболической траектории улетел прямо в пруд и там жизнерадостно утопился вместе со своими ужасными гастрономическими пристрастиями! – Не-е-ет! Для начала я должен понять, что ты раскаиваешься… – злобно усмехнулся ушастый. – Я раскаиваюсь! – едва не прорычала я. – Давай кеды! – Не раскаиваешься! У меня вот че есть! Безмен раскаяния женского! На горючих соплях Стасика заговоренный! Мгновение, и мои кеды уже болтаются на крючке безмена – такого, которым картошку на рынке взвешивают. – По шкале раскаяния у тебя недовес! – заключил паразит, а у меня все… планка упала. – Конец тебе, тварюга! – заорала я и кинулась на зайца, подпрыгивая и надеясь поймать самую желанную пару обуви в своей жизни. Не получилось. Заяц полетел вдоль пруда, да еще низенько так, будто специально дразнил. Естественно, я побежала за ним, не оставляя попыток ухватить заветный приз. – Отдай сюда сейчас же! – Лучше думай над своим поведением! Выбирай дизайн свадебного платья! Да подешевле, можешь взять даже бэу, чтобы не затратно было! – мерзенько хихикал заяц, а я лишь больше распалялась. Сейчас я его достану! Сейчас дотянусь до болтающихся шнурков… Всего-то один прыжок и… – Чтоб ты провалился, пакость животная! И я прыгнула. Не в воду, к счастью. Хотя лучше бы, наверное, туда. Потому что когда, ухватив что-то, оказалась на траве, радостно это что-то придушивая и нашаривая в барахтающихся когтистых лапах свои кеды, ко мне вдруг пришло осознание, что заяц в нескольких метрах от меня над прудом восьмерки выписывает и уходит в вертикальный штопор, возносясь к облакам. А я… я держу какое-то другое животное. Реальное. Чешуйчатое такое и… – Ай! – кусачее очень. Выпустила несчастного из рук и услышала за спиной пробирающий до самых костей ледяной голос. – Что здесь происходит?! Как вы посмели прикоснуться к моему Чиичи?! Эх… А ведь казалось, что удача была так близко… Я медленно обернулась, уже проклиная мысленно этот день. Генерал Ника стоял напротив распластавшейся на земле меня, ему на плечо вспорхнул маленький и очень симпатичный дракончик. – Ой! Это я тебя поймала, маленький? – искренне вырвалось у меня. – Прости, я тебя перепутала! На лице генерала Ники не дрогнул ни один мускул. Он с ледяной ненавистью и презрением продолжал смотреть на меня: – Леди Ива Фокс… – явно смакуя мое – вернее, не совсем мое – имя, произнес он. – Вот вы какая на самом деле… Что ж, будьте уверены – этот отбор вам не пройти. Я лично приложу все усилия. Вздохнула. – Вы все неправильно поняли! – Я все хорошо видел собственными глазами – вы пытались убить мое священное животное, и лишь мое появление спасло ему жизнь! – Да я выпустила его раньше! – Леди Ива. Не испытывайте мое терпение, не искушайте судьбу… Смиритесь. Отбор вы не пройдете. И тут меня прорвало. Я поднялась с земли. – Не пройду отбор? – нервно хохотнула я. – Отлично! Просто великолепно! Вы знаете, генерал, у меня ведь никакого желания замуж выходить нет! Тер-р-рпеть не могу мужчин! Либо тираны, либо сопляки и нытики, хватающиеся за мамину юбку, либо то и другое вместе! Наверное, это про вас, раз вы, не разобравшись в ситуации, устраиваете истерику! Не представляю, какая леди в своих розовых грезах может видеть вас своим мужем! Хотите изгадить для меня отбор – флаг в руки, барабан на пузо! Вам он пойдет, с мундиром, купленным папиком, сочетаться будет! А мне же легче будет… Не надо будет специально отбор заваливать! С этими словами я, гордо вздернув подбородок, ушла, оставив генерала Алексэндра Нику наедине со своим гневным взглядом и драконом… или как он там его назвал? Ох, я опять во что-то влипла. И опять во всем виноват противный ушастый! И почему мне так не везет? Глава 5 Утро начинается не с кофе. По крайней мере, не для Ивы Фокс, а значит и не для меня… Стоило мне только уснуть, как уже пришла пора вставать, и меня за плечо довольно грубо трясла леди Визар. – Вы только посмотрите на нее! После потери памяти ты стала совершенно другой! Но, поверь, это не помешает мне выдать тебя замуж! – пообещала женщина, отправляя меня в ванную умываться и приводить себя в порядок. – А пофефу вы меня фак рано расфудили? – начищая зубы деревянной щеточкой, выглянула я в комнату. Визар скривилась, но все же соизволила ответить: – Уверена, что ты не помнишь ни одного заклинания. А сегодня у вас будет первое испытание – открытый урок, совмещенный с девочками из начальной школы. Если ты не помнишь – в такой школе и ты училась, она принимает сирот из знатных сословий. Вы будете показывать свои умения и наставлять подрастающее поколение. Разумеется, лорды будут присутствовать и оценивать вас. – Но я ничего не помню… – Поэтому я здесь. Вряд ли когда-то ты будешь вытирать пыль и наводить порядок в доме богатого лорда – для этого есть слуги. Для твоего будущего мужа важен магический потенциал, чтобы ты смогла зачать одаренного наследника. И у тебя он огромен. Поэтому все, что от тебя требуется – это показать размах твоей магии, не углубляясь в дебри сложных заклятий. Я научу тебя одному простому заклинанию, которое тебе поможет пройти испытание и приглянуться кому-нибудь из лордов. Ага. Одному, похоже, уже приглянулась… Да так, что он меня с этого отбора вышвырнуть пригрозил… – Хорошо, я готова. Я вышла из ванной, уже посвежевшая, причесанная и готовая к новому дню. – Оденься… Не в сорочке же ты будешь щеголять, пока я тебя учу! – фыркнула Визар. Я послушно окопалась в шкафу, выбрав темно-зеленое платье и все остальное необходимое. Снова закрылась в ванной, переоделась, вышла и… Офигела. Я тоже умею устраивать беспорядок, но у леди Визар это получилось с упомянутым ей размахом – вся комната была завалена содержимым из шкафа! С люстры изящно свисали чулки. Баночки с кремами, прежде стоявшие на прикроватной тумбочке, были открыты, а их содержимое служило теперь на благо искусства – им на высоком зеркале в дубовой оправе была нарисована очень милая рожица. Подушки с кровати выпотрошены, а перья припорошили все вокруг. Посреди этого великолепия стояла, скрестив на груди руки, леди Визар и взирала на меня. – Ты можешь вернуть все, как было. Достаточно произнести заклинание… Смотри и учись! Аллатрио центригум! – и с ее ладони сорвался сияющий золотистый луч. Стоило ему попасть на этот хаос, как все тут же отправлялось по своим местам: разорванная подушка сама втянула в себя перья, словно пылесос, и сама же заштопалась. Вещи взлетели и упаковались в услужливо распахнувшийся шкаф. Часть рожицы с зеркала смылась – кремы по капелькам собрались обратно в баночки. – Вот так это происходит, – подытожила леди Визар. – Как ты заметила, я не все убрала. Остальное должна убрать ты. Вздохнула. Боги… Как я ненавидела это “Ты должна убрать”. За годы жизни со Стасиком и его мамой я каждый день это слышала: “Ты должна убрать, ты должна постирать, ты должна помыть, ты должна работать, ты должна приготовить…”. И ладно бы еще, если бы хотя бы раз за все то время, что я посвятила Стасику, я услышала банальное “спасибо”. Да, я не была ни ангелом, ни золушкой. Но все же я работала, еще и училась. Вставала в пять сорок пять, неслась умываться, приводить себя в порядок, и до восьми на работе. Домой приезжала, измучившись в пробках, уже когда нормальные люди все читали детям книжку на ночь. В моей же жизни начиналось самое интересное: мытье гор посуды, из которой Стасик, временно неработающий, в течение дня ел, пуляясь перед компом в игрушки, его трусишки с обезьянками, которые мальчик сам боялся стирать, поставить тесто для пирогов, Стасик так любит сладенькое… Р-р-р-р-р-р! Как же я все это ненавижу! Быт? Да никогда больше! Особенно под чужую дудку! Получив развод, я поклялась на собственном паспорте, что больше палец о палец не ударю по чужой прихоти. Готовить? Есть служба доставки. Убирать? Клининговая компания. Стирать? Куплю хорошую машинку, которая не выскакивает на середину комнаты, оставляя после себя дорожку из отгнивших запчастей. А ведь говорила я Стасику, что мы можем позволить себе купить новую. Но нет! Виолетта Глебовна была против! Как же, это же ОНА покупала! Лет сорок назад… – Ива? Ты меня услышала? – голос леди Визар заставил меня прийти в чувство. – Да… Да, конечно. – Нужно, чтобы ты повторила заклинание, вложив в нее свою магию… Я вздохнула. Ладно, Женя, это ненадолго. Просто завалю отбор, устроюсь в Академию на работу, за которую меня не сошлют на съедение каким-нибудь бешеным носорогам, и заживу. Ну или поймаю-таки зайца. – А можете напомнить еще раз заклинание? – попросила я. – Аллатрио центригум. На этот раз луч не вырвался с ее пальцев – леди Визар контролировала магию. – Аллатрио центригум, – повторила я, потянувшись мысленно к своей, о которой ровным счетом ничего не знала. Я почти была уверена в том, что ничего не произойдет, но… Из моей руки ударил такой же луч, как был у леди Визар. Эффект получился практически одинаковый. Практически – потому что скорость уборки раза в три превышала ту, что была у моей наставницы. – Ты понимаешь теперь, о чем я говорила? Сила твоей магии уникальна! Твои дети станут великими магами! – А я? – спросила, когда наконец комната засияла чистотой. – А я смогу научиться чему-то большему, чем простая уборка? Визар заломила бровь, на ее губах появилась снисходительная насмешка: – Что за чушь? Конечно же нет. – Нет? – Нет. Леди не положено изучать магию. Никакую, кроме бытовой. Думаю, на этом достаточно упражнений. Запомни это заклинание и используй на сегодняшнем испытании. Не подведи меня! Я кивнула, понимая, что больше ничего от женщины не добьюсь. Когда она ушла, ее сменила Шира, принесшая мне завтрак. – Скорее кушайте, леди Фокс! Открытый урок начнется уже через полчаса. – Это ведь просто каша? – на всякий случай уточнила я, заглядывая в тарелку. – Да, овсяная. Отлично! Как хорошо день-то начался! Может, здесь не так уж и плохо? Если у меня такой магический потенциал, может, сумею чему-нибудь научиться и вернусь домой? Потом, и не все здесь мне чуждо, может… я и останусь. Вот даже кашу нормальную принесли. Без кулинарных изысков. Ох, зря я говорила про хороший день, магию и все остальное. Потому что впереди меня ждал настоящий кошмар! *** – Сквозняк! – Ой, простите… – я обернулась и закрыла за собой дверь. Один из лордов, щуплый и хилый на вид, одетый в темно-коричневый костюмчик в зеленую клеточку, шумно высморкался в кружевной платочек. – Теперь окно! Сквозит прямо по ногам… В классе, полном детей, раздалось тихое хихиканье. Леди Визар, тоже присутствующая здесь, попыталась сгладить ситуацию и, взмахнув рукой, применила магию. Окно, чуть приоткрытое прежде, с шумом захлопнулось. – Леди всегда опаздывает? – раздался чуть раздраженный голос с задних рядов. Так знакомый голос… Хотя лучше бы он провалился куда-нибудь вместе со своим хозяином Никой! – Леди Фокс задержалась, потому что усердно тренировалась перед сегодняшним уроком. Кстати, она может занять свое место, – сказала Визар, а я, облегченно вздохнув, устроилась за одной из парт рядом с Изольдой. – Ты что так долго? – шепнула она мне на ухо. – Этот ужасный генерал раза три о тебе спросил. – Так получилось, – вздохнула я. Тем временем урок начался, и я смогла потихоньку осмотреться вокруг. Здесь за партами сидели девочки лет семи-восьми, на задних рядах – лорды, которых я насчитала восемь штук, а первые два ряда занимали мы – воспитанницы Академии Великой Клэрмундии. Ника на меня не смотрел, и я выдохнула, надеясь, что генерал просто забудет о моем существовании. – …Девочки вашего возраста уже должны начинать смотреть в будущее, – тем временем вещала леди Визар. – Впереди вас ждет трудная дорога, итогом которой рано или поздно станет замужество… – И чужие нестиранные носки, – невольно вырвалось у меня, а Изольда хихикнула. – …Вы все должны уметь поддерживать порядок в доме, в который войдете супругой и спутницей, а так же напитывать его магией, чтобы он сохранял свой прекрасный вид многие годы. Но пока мы начнем с простого – будем выводить пятна. Есть универсальное заклинание, которое поможет вам в этом. Итак, начнем. Лорды! Кто из вас будет первым добровольцем? Первым желающим изведать на себе магию адепток Великой Клэрмундии оказался лорд Дейризи – возрастной мужчина с седенькой бородкой и трясущимися руками. – Выходите сюда… – скомандовала Визар, щелкнула пальцами, и в ее руке оказался бокал, полный красной искрящейся жидкости. – Предположим, что вы засиделись у камина вечером с бокалом прекрасного эдрийского, и ваша рука дрогнула… – Боюсь, что если лорд Дейризи возьмет бокал в руки, донести до рта он его вообще не успеет, – прокомментировала я на этот раз слишком громко. Дети засмеялись, кто-то из лордов тоже. А вот леди Визар моя невольная реплика не пришлась по нраву. – Леди Фокс, раз уж вы проявили такую заботу о лорде Дейризи, покажите, на что способны. Уверена, что лорд оценит ваши уникальные способности. К тому же… Я хочу, чтобы вы все обратили внимание, лорды, на потенциал адепток. Используйте истинное зрение, чтобы убедиться, какой степенью дара обладает каждая из участниц. Сделайте после этого соответствующие выводы. Я скрипнула зубами. Тянули меня за язык! Но опять же хорошо, если я своим поведением оттолкну всех. Главное – не нарваться на что похуже, чем просто провал отбора. А то сошлют еще куда-нибудь зубастому любителю морковок на радость. С другой стороны, я могла наглядно убедиться в том, что способности Ивы Фокс достаточно… м-м-м… мощные. И меня, как племенную кобылу с хорошими данными, все равно потащат замуж…Блин, блин, блин! Нет… Магию показывать никак нельзя. Может, свалиться в обморок? – Леди Фокс. Выходите сюда. Вы не услышали меня с первого раза? – Ой, кажется, у меня серные пробки, – мило улыбнулась я. – Иду-иду… И я вышла. Чуть поежилась под сальным взглядом мужика, невольно глянула на Нику, рядом с которым сидел наследник. И если последний что-то старательно писал пером на бумаге, то Ника смотрел на меня. Напряженно так. Словно ждал. Чего? Моего провала? Что ж… Я еще сама не знаю, чего жду сама от себя. Тем временем Визар ловко плеснула содержимое бокала на идеальный костюм мужчины. Тот кашлянул, нервно растирая расплывающееся красное пятно на сюртуке. – Помогите мне, леди Фокс, – сказал он. – Сейчас леди Фокс, девочки, покажет вам заклинание «Аллатрио центригум» в действии! – прокомментировала леди Визар. Я замерла. Ладно. Будь, что будет, но магию показывать нельзя. Табу. Пусть лучше считают неудачницей, пусть меня сожрет мегера Визар. Плевать. – Алла-кхе-кхе… – закашлялась я. – Ой, простите… Кхе-кхе! – Что с вами, милочка?! – лорд Дейризи взволнованно посмотрел на меня. – Вы больны? – Туберкулез и коклюш… В очень страшной форме… Заразной! Так что мне лучше… кхе-кхе… Женишок нервно шарахнулся в сторону. Потом подумал и сделал еще один шажок. На всякий случай. – Никто не хочет открыть окно? – вопросил он. – Сквозняк! У меня больные почки! Помилуйте, лорд! – отозвался клетчатый с дальних рядов. – Ивочка, а что происходит? – ласково так пропела моя наставница. – Ты застеснялась лорда Дейризи, так он тебе понравился? Лорды, не обращайте внимания, это у леди Фокс такой юмор… – Весьма специфический юмор! – недовольно сообщил Дейризи. – Пусть она потом покажет свое мастерство! А пока откашляет свою заразу! А меня… Меня пусть другая леди почистит! Вот эта! Корявый трясущийся палец лорда уставился на рыжеволосую кудряшку Мари. Так и хотелось ей крикнуть, чтобы лорда хорошо почистила, с порошочком! А лучше его в стиральной машинке сразу провернуть и сушиться повесить вверх ногами. – Садись, Ивочка, отдохни. Ты переволновалась – я понимаю, – сказала леди Визар, и я, облегченно выдохнув, поспешила занять свое место. Ну а к лорду Дейризи уже спешила Мари. Она произнесла заклинание, и сюртук лорда вновь стал идеальным. – У Мари средний уровень дара. К тому же она обладает прекрасным добрым и отзывчивым характером, – сообщила наставница. Ага. А так же, если купите ее по акции, получите в подарок мешок сухого корма и комплект колготок размера XXL. Девушки по очереди стали выходить к лордам, которые бесстрашно подставляли свою грудь под неиссякаемое «эндрийское». Я наблюдала за ними скучающим взглядом, отмечая про себя, что магия каждой действовала по-разному. У кого-то пятно исчезало очень медленно, а у одной так и не вывелось до конца… Этой несчастной оказалась Шейла Лесски – ее дар, как сообщила Визар, очень низкий. Пятно потом довывела другая участница. – Генерал Ника, вы не хотите лично принять участие в этом милейшем испытании? – спросила леди Визар, когда все лорды уже были магически отмочены и застираны. – Отчего же? Хочу. Я ждал всего лишь, пока пройдет приступ у леди Ивы Фокс. Думаю, что уже достаточно времени прошло. – Генерал поднялся со своего места и вышел к Визар. – Вино я наколдую сам. Легкое, едва заметное движение – и он держит в руке бокал с рубиновой жидкостью. – Подходите сюда, леди Фокс, – и Визар глянула на меня так строго, что я поняла: на этот раз маневр с кашлем не прокатит. Придется феячить… или как у них тут это называется? Глава 6 – Вы так часто дышите, леди Фокс… – произнес Алексэндр Ника, прожигая меня взглядом. – Успокойтесь. Просто дайте нам всем посмотреть на ваш потенциал. Ведь тогда вы сможете пройти дальше. Ведь это ваша основная цель? Вот ведь зар-раза! Цель у меня, как же… Похоже, мужчина, поняв, что исключением с отбора меня не запугать, решил действовать наоборот. – Конечно! Просто это все так волнительно… – пропела я тоненьким голосочком. – Ивочка, давай без фокусов? Хорошо, девочка моя? – леди Визар улыбнулась мне так сахарно, что я поняла: если провалюсь сейчас, она меня лично повесит, еще и веревочку намылит и табуреточку подставит, которую после с наслаждением пнет. – Леди Визар! Я делаю все возможное… – сказала я немного капризным тоном. – Лорд Ника? Вы будете сегодня принимать виноградные ванны или нет? Все ждут только вас. И, не дожидаясь ответа от генерала, я выхватила бокал из его рук и плеснула ему на рубашку. Эх, а как хотелось в лицо! – Спасибо, леди Фокс… – прошипел генерал. Я уже настроилась произносить заклинание, как над ухом раздался ехидный голосок. – Скучала, цыпа? Блин. Притащила нелегкая ушастого. Ладно. Колдую и не обращаю на него никакого внимания. Вдох-вы-ы-ы-ы-ыдох… – Теперь ждут все только вас, леди Фокс, – ледяной голос Ники привел меня в чувство. – Я настраиваюсь! – А-а, это так называется теперь… – У Стасика сегодня обострился гастрит. Он съел слишком жирную котлетку из магазина. А все потому, что у него не было приготовленной тобой диетической еды. То, что готовит Виолетта Глебовна, ему не нравится! Ты – злодейка! Кощеиха, вот ты кто! – надрывался заяц, паря у меня где-то над головой – я его даже не видела. Вот только выбешивало это ужасно. Сосредоточиться не получалось от слова совсем. Все мысли были о котлетах. – Леди Фокс… – вновь напомнил о себе Ника. – Стасик голода-а-а-а-ает! – выл заяц. Все. Крайняя степень бешенства. Да пусть подавится своими котлетами! Пора заканчивать этот балаган. – Аллатрио центригум! – выпалила я. С моих рук вырвался даже не луч, а целый поток света. Рванулся к генералу, и тот, удивленно распахнув глаза, пошатнулся, едва сумев устоять на ногах. Пятно на его груди моментально испарилось и даже собралось рубиновой жидкостью обратно в бокал у меня в руках. Я уже хотела облегченно выдохнуть, но, как оказалось, рано… Рано было расслабляться! Потому что в следующий момент мой нос отчетливо уловил запах жаренных котлет! – Черт… Только не это… – прошептала я, подозревая что-то явно нехорошее… Не зря подозревала. Потому что прямо на сцене появился сияющий золотой вихрь. В этом вихре я узрела… огромную такую котлетину – величиной с меня. Вначале она была призрачной, словно мираж, но все быстрее обретала очертания. – Ива?! – голос леди Визар дрогнул. – Я после болезни! Тщедушных, маленьких и ненормальных не бьют! И не наказывают! Заметив, что у котлеты появляются тоненькие ножки и ручки, я смалодушничала и, кинувшись к наставнице, спряталась за ее спину. А что? Она у нас мастер магии, пусть и разбирается с творениями своих учеников. Тем временем сияние пропало. У котлеты открылись глаза, кристально-чистые, голубые. Прямо как у Виотлетты Глебовны! И рот… Рот был Стасика. – Леди Ива Фокс! Что происходит?! – сощурил взгляд Ника. Но слишком поздно. Котлета, плотоядно улыбаясь и злобно хихикая, двинулась к нему. – Ты мой пупсяш! – выдал шедевр кулинарного искусства голосом моей бывшей свекрови. – Обнимемся?.. В классе раздался откровенный ржач, но Нике было не смешно. Как и мне. Потому что котлетина продолжала приближаться к мужчине, распахивая свои объятия. – …Скушай кусочек… Котлетки с мышьяком… Станешь тут же суперчуваком!.. – продолжала уговоры монстра. Я заметила, что у Ники помутнел взгляд. Прямо как в мультиках, когда героев по голове чем-нибудь ударят, и вокруг них такие птички вьются в этот момент. Котлетка приблизилась почти вплотную: – …Съешь меня! Тебе будет очень вкусно перед тем, как ты сдохнешь в мучениях и страшных конвульсиях! Почему никто ничего не делает? – Леди Визар! Он же съест ее сейчас! – сказала я, но наставница ошалело посмотрела на меня. – Мы в театре! – выдала она. – Какое милое представление! Не мешай! Сейчас накажут злодея… Я-то, конечно, не против наказания для злодея, но не насмерть же! Это котлета его сейчас прикончит! Глянула на зал. Похоже, все здесь пребывали в странном забытье. – Что за бред?! – прошептала я и, поняв, что жизнь горе-генералу спасать придется мне, кинулась к нему. Он уже протягивал руки к кокетливо подставленному котлетному бочку, когда я сшибла его с ног и завалилась на него сверху.