И ботаники делают бизнес 1+2. Удивительная история основателя «Додо Пиццы» Федора Овчинникова: от провала до миллиона бесплатное чтение
![](/img/b/139627.jpg)
Максим Котин
И ботаники делают бизнес
Предисловие Евгения Чичваркина
Вы держите в руках, вероятно, лучшую книгу о предпринимательстве в России.
Она мне понравилось намного больше, чем книга, которую Максим Котин написал про меня. Многие люди не любят слушать свой голос, записанный на диктофон. Может быть, тут такой же эффект. А может быть, просто автор за несколько лет сильно вырос.
С первых страниц он волшебным образом заставляет тебя поверить в то, что ты уже прочитал, и в то, что ты прочтешь дальше.
Герой книги Федор Овчинников представляет собой вымирающий вид российского коммерсанта – коммерсанта свободного. Свободного от вертикали и «Единой России». Он не коммерс подментованный, а капиталист– максималист.
Он самородок и отморозок. Я употребляю слово «отморозок» в хорошем смысле. Для тех, кого оно смущает, предлагаю неологизм «саморозок», объединяющий оба понятия.
Зачастую, чтобы стать коммерсантом, нужно сделать один прыжок веры. Это очень трудно. У Федора все прыжки были в никуда, в темноту. Каждый прыжок был прыжком веры. Он человек с самурайским бесстрашием.
Читая книгу, я ловил себя на мысли: вот это я, это опять я, это совсем не я, а это все-таки я. Федор спотыкался и падал там, где я спотыкался и разбивал коленки. Ошибки с учетом товара. Делегирование полномочий ненадежным менеджерам. Предательство людей, в которых ты верил, а они вдруг уволились, потому как поняли, что на самом деле всю жизнь хотели работать сторожами на пустыре. Это мне все очень знакомо. В русском бизнесе все происходит ровно так, как описано в книге.
Но кое-что изменилось с тех пор, как я начинал бизнес. Теперь труднее. Проценты за кредиты стали страшенные. Повысилась стоимость рабочей силы. Усилился фактор «Единой России». И в целом стало понятно, что советская гниль никуда не ушла, а просто мутировала. Из красной плесени получилась бело-сине-красная. Цветок свободы вырос на гнилом болоте, и плесень его побеждает. В болоте комфортно чувствуют себя только ежины-сбажины, а не свободные коммерсанты.
Книга дает пищу для ума и, я надеюсь, поможет людям осознать, где они живут. И заставит задуматься, что делать на следующих выборах. Стоит ли идти и пачкать бюллетень или не стоит. Если вам книга не понравится, вам следует одеться в одинаковую одежду и идти маршировать под речевки.
В России мало предпринимателей. Но много молодых людей от двадцати лет, которые хотят стать настоящими бизнесменами. Они хотели бы работать на себя и стать хозяевами своей судьбы, потому что это в человеческой природе. Эта книга написана для них.
Формально история Федора Овчинникова – это не история успеха. Но это история безусловного человеческого роста. Я уверен, что он будет богат.
Книга просто привела меня в восторг. Для меня всегда недосягаемым лидером была «Представьте себе!» Тома Питерса. Но из книг о предпринимательстве по-русски «И ботаники делают бизнес» – точно лучшая. Хоть Федор мне и не кажется таким уж ботаником.
Когда ее читаешь, запитываешься позитивной энергией. Повышается настроение. Хочется что-то делать, хочется сражаться. Хочется идти открывать магазин.
Так что если вы читаете эти строки в магазине и пока не оплатили книгу – смело идите на кассу. Это будет не напрасная трата денег, а хорошая инвестиция.
Евгений Чичваркин,
создатель компании «Евросеть»,
househusband
Предисловиe автора
Людям нравятся истории успеха, поэтому принято писать про предпринимателей, которые добились своего и стали миллионерами.
Вы, может быть, читали такие истории. И наверное, ловили себя на мысли, как они похожи.
Два-три десятилетия превращения пары тысяч долларов в миллиарды замазаны крупными мазками. Автор явно держит в уме кривую биржевых котировок своей компании. Поэтому трудно избавиться от ощущения, что он сглаживает углы и опускает ключевые детали, в которых вся суть. В то же время он делает слишком уж смелые выводы из своего частного опыта и выдает банальности под видом откровений.
Если вы держали хоть одну такую книгу в руках и читали все эти оптимистичные призывы начать свое дело, вы, вероятно, задавали себе вопрос: а какое это имеет отношение к моей жизни и реальности, которая меня окружает?
Этот вопрос сегодня задают себе в России все больше и больше людей.
Когда-то бизнес здесь был уделом избранных. Нужно было не только обладать связями в правительстве (желательно еще с коммунистических времен), но и иметь навыки стрельбы из пистолета или как минимум носить бронежилет.
Немногие решались стать бизнесменами, но для смелых и приз был велик: за год-другой можно было превратиться в миллионера, за пятилетку – в миллиардера и одного из самых богатых людей планеты.
Лихая бесшабашность требовалась и тем, кто опоздал к разделу госсобственности и шел следом, во втором эшелоне. Приз для них был уже поменьше, но тоже весьма соблазнителен: лет за десять можно было с нуля создать компанию, на строительство которой на Западе ушла бы вся жизнь.
Но и эти золотые и страшные времена остались в прошлом. Вести бизнес в России теперь сложнее и проще одновременно. Появилась конкуренция, законы стали строже, шансы сразу сорвать куш драматически упали. Зато больше нет эпической неразберихи, и возникла даже какая-никакая деловая инфраструктура.
И теперь в бизнес идут не бандиты или авантюристы, а самые обыкновенные люди, менеджеры среднего звена, интеллигенты и ботаники.
Они не собираются в клуб миллиардеров, не надеются захватить нефтяную вышку и не думают создавать самую большую на планете компанию. Они хотят просто чуть-чуть изменить свою жизнь. Ну и чуть-чуть изменить мир вокруг.
Нет в окрестностях симпатичного европейского ресторана с приятной обстановкой и недорогой кухней? Можно открыть самому. Никто не издает хороших детских книжек, которые было бы приятно держать в руках? Почему бы не издавать их самостоятельно. В супермаркете нельзя найти вкусных помидоров? Значит, собственный интернет-магазин фермерских продуктов исправит ситуацию.
Еще недавно верхом мечтаний для таких людей была интересная работа за оклад, которого хватало бы на оплату кредита на импортный автомобиль и отпуск за границей. Но теперь всего этого многим уже недостаточно. Идея своего дела потрясает динамики айфонов, проникает в Facebook, теснит на квартирниках дежурный обмен мнениями по поводу новинок кино и литературы.
На языке предыдущих поколений этих наивных идеалистов, скорее всего, называли бы мечтателями и лохами. Но именно они заполняют сегодня пустоту вокруг себя. Вы наверняка лично знаете хотя бы несколько таких людей. Прежде далекие от предпринимательства, они теперь жадно вчитываются в истории успешных бизнесменов Запада или России.
Каждый из них ищет ответ на простой вопрос: а что будет со мной, если я прямо сейчас, в условиях современной России, которой правят олигархи, корпорации, чиновники и силовики, возьму и брошу большую, но чужую компанию, чтобы сделать маленькую, но свою?
История предпринимателя Федора Овчинникова отвечает на этот вопрос.
Как и многие, он не успел к бесплатной раздаче советской собственности и пропустил время пустых прилавков.
Как у других, у него не было богатых родственников, папа его не работал губернатором, и не имелось даже квартиры от прабабушки, которую можно было продать, чтобы начать свое дело и изменить свою жизнь.
Как и большинство людей, он вроде бы был не очень приспособлен к тому, чтобы вести бизнес в России. Во всяком случае он не умел «отжимать» партнеров, протискиваться без очереди и решать вопросы, не говоря уж о том, чтобы иметь бронежилет и стрелять из пистолета.
Он самый обыкновенный человек, такой, как я или вы. Хорошо учился в школе, был ответственным, инициативным работником, примерным семьянином и жил в городе, в котором вырос. Просто однажды он решил, что может больше.
Все, что было тогда у Федора Овчинникова, – это надежда на свои силы и несколько парадоксальная вера в мир вокруг.
Федор думал: если строить бизнес на счастье покупателей, а не на их безысходности, это не может не привести к успеху. Федор считал: все времена одинаковы, и мир всегда дает шанс смелым и решительным.
Борьба этой веры в лучшую жизнь и окружающей действительности продолжалась четыре года и закончилась за несколько месяцев до того, как я сел писать эти строки.
Нельзя сказать, чтобы Федор проиграл, но и нельзя сказать, чтобы он добился успеха, во всяком случае такого, какой принято описывать в книжках про удачливых предпринимателей. Но именно поэтому я и решил обо всем этом рассказать.
Я хотел описать реальную жизнь, реальные проблемы, реальные трудности. Я хотел создать портрет представителя третьей волны российских предпринимателей, которые начинают бизнес в наши дни, когда все, казалось бы, поделено и нет былых фантастических возможностей. Я хотел создать самую честную книгу о предпринимательстве в современной России.
Но помимо всего прочего, я хотел рассказать историю идеалиста, который оказался достаточно смел, чтобы попытаться воплотить свои идеалы в реальность, несмотря на обстоятельства.
Мне кажется, что для этого нужно больше смелости, чем требовалось тем, кто ходил в бронежилетах.
Да, людям нравятся истории успеха.
Это история борьбы.
Глава 1
Переход Федора через Ы
Это случилось в городе с двумя Ы.
Редко встречаются названия городов, в которых присутствуют сразу две буквы Ы. Может быть, другого такого и вовсе нет на белом свете. Поэтому жители часто прямо так и называют свой город: город с двумя Ы.
Точнее, это случилось в парке имени Кирова. Федор там, как и всегда по выходным, гулял с дочкой. Лиза спала в коляске – как и положено маленькому ребенку. Солнце светило, но не грело – как и положено солнцу в парке имени Кирова в городе с двумя Ы.
Федор не слушал музыку, не болтал по телефону и даже не пил пиво, поэтому ему совсем ничего не оставалось, кроме как думать. Вообще в последнее время он все чаще задумывался. Похожа ли его жизнь в этом городе с двумя Ы, где ему выпало родиться, на жизнь, которую он хотел бы прожить?
Федору уже исполнилось двадцать пять, а чего он достиг? Совсем недавно цифра тридцать казалась слишком большой абстракцией – ну как цифра десять в двадцать седьмой степени.
Теперь она маячила за поворотом, как в маленьком городе с двумя Ы маячит за каждым поворотом стела, поставленная при прежней власти и получившая за свою трехчастность народное название «трипера».
В этот раз размышления привели Федора к единственно верному решению: больше не размышлять. Федор решил действовать.
Это решение должно было кардинально изменить его собственную жизнь, а значит, и жизнь всей его семьи. Несмотря на это, Федор ничего не сказал жене, когда вернулся с прогулки. Ничего не сказал и маме, когда встретил ее на работе. Ничего не сказал лучшему другу, когда переписывался с ним в чате. Он не боялся, что им удастся его отговорить. Просто не хотел снова все это слушать: «А вдруг у тебя ничего не получится? А что ты будешь делать, если у тебя не получится? В этом городе с двумя Ы у тебя точно ничего не получится…» Ну зачем снова слышать все это?
В последнее время раздражает нытье вокруг: «оборотни в погонах», высокие налоги, чиновники, административные барьеры… Да, все это есть. Я мечтаю о том, чтобы Россия изменилась. Надо перестать ныть и начать действовать.
БЛОГ ФЕДОРА
Когда Федор только окончил институт, ему пришло в голову открыть в городе с двумя Ы какой-нибудь ресторан или предприятие быстрого обслуживания. Хотя на дворе был уже двадцать первый век, в городе не было «Макдоналдса». И вообще ничего не было. Если человек хотел поесть, он шел в столовую в универсаме «Универсам». В столовой надо было жевать стоя, чай подавали в пластиковых стаканах, а в пицце пытались подменить сыр майонезом. Как Федор уже успел узнать, подменять сыр майонезом, а жизнь – пластиком пытались не только в городе с двумя Ы. А значит, его триумф должен был стать только первым шагом на пути к большому успеху. Начинать в городе с двумя Ы – это ведь не приговор: первый «Макдоналдс» тоже ведь открылся не в Нью-Йорке, а в небольшом городке Сан-Бернардино.
Федор читал в книжках и газетах истории людей, которые начинали с нуля и заработали миллионы и миллиарды. Он считал, что ничуть не хуже других: голова у него соображала хорошо, энергии было с избытком. Не хватало только денег, чтобы начать. Поэтому Федор решил тогда начать с попкорна.
Чтобы начать попкорновый бизнес, хватило бы пары тысяч долларов. Тысячу стоил сам аппарат по производству воздушной кукурузы и тележка к нему. Еще столько же ушло бы на аренду помещения и закупку кукурузы, кокосового масла, бумажных стаканов и прохладительных напитков.
Знающие люди писали в интернете, что на вложенную пару тысяч долларов можно было заработать пятнадцать. Значит, вложив пятнадцать, можно было сделать больше ста, вложив сто – почти миллион. В мечтах Федор уже видел себя королем попкорна.
Корона слетела с короля от крепкой затрещины. Он получил ее, когда попросил у родителей дать ему денег в долг: родители его высмеяли. Мама сказала, что он разорится. Потому что в городе с двумя Ы никому не нужен американский попкорн. Папа сказал, что он разорится. Потому что невозможно же не разориться, если занимаешься бизнесом, тем более в городе с двумя Ы.
Не то чтобы Федор потом жалел о своей короне. Со временем он понял, что на попкорн в городе и правда нет спроса: нет ведь у людей привычки есть попкорн, прогуливаясь по залитой солнечным светом улице Карла Маркса.
Просто обычно эта улица не залита солнечным светом (как это часто почему-то случается с улицами Карла Маркса). Потому что в городе с двумя Ы солнце светит на людей из пивной бутылки.
Но Федору навсегда запомнилось, с какой энергией его убеждали ничего не делать. Никто не сказал: давай, парень, попробуй. Никто не сказал: лучше жалеть о сделанном, чем жалеть о несделанном. Никто не сказал: жить в страхе – значит не жить совсем.
Что бы ни делал в своей жизни Федор, все время наталкивался на этот странный и необъяснимый страх: люди вокруг него боялись перемен. Жизнь вокруг них кричала об их необходимости и даже неизбежности, а люди боялись даже своего желания изменений.
Именно поэтому, когда Федор после окончания школы приехал поступать в университет в Петербург и напротив Гостиного Двора познакомился с активистами Национал большевистской партии, созданной писателем Эдуардом Лимоновым, они произвели на него такое сильное впечатление. По телевизору Федор видел много партий и партийных активистов, но тогда впервые в жизни увидел партию, состоящую из искренних людей, для которых жить переменами было так же естественно, как дышать.
Нацболы, как и Федор, слушали Егора Летова, который писал стихи про то, как сквозь кожу прорастает серебристый дождь. Нацболы, как и Федор, уважали Герберта Маркузе, который писал про неототалитаризм общества массового потребления, про манипулирование людьми и про избавление от его контроля с помощью Великого Отказа.
Федор купил все номера партийной газеты «Лимонка», какие были в продаже. И поскольку он не поступил в университет и должен был вернуться поступать в институт своего города, он прочитал их все по дороге домой, лежа на койке в плацкартном вагоне поезда, идущего из города трех революций в город двух Ы.
В выходных данных «Лимонки» печатали адрес, по нему можно было связаться с редакцией и с самим Эдуардом Лимоновым, которого многие люди, включая Федора, считали великим писателем. Дома будущий король попкорна написал Лимонову письмо, выразив готовность вступить в ряды НБП.
Через пару месяцев великий писатель Эдуард Лимонов прислал ему членский билет НБП и сопроводительное письмо, написанное от руки красными революционными чернилами. «Товарищ Федор, поздравляем со вступлением в НБП, – говорило письмо. – Теперь ты один из нас».
Писатель поставил перед Федором широкий фронт задач: устраивать митинги и пикеты, писать на стенах домов в городе с двумя Ы «капитализм – дерьмо» и вербовать новых нацболов, обещая им: «Кто был ничем, тот будет всем!» Письмо было подписано: «Твой, Э. Лимонов».
Членский билет, который Лимонов прислал Федору, имел номер 923, но перед этими цифрами стояли еще два нуля, недвусмысленно намекая на сотни тысяч активистов, которых предстоит завербовать по всей стране.
В билете перепутали дату рождения Федора: вместо нуля написали шестерку. Несмотря на это, Федор приступил к выполнению своих новых обязанностей с изрядным энтузиазмом.
Федор организовал в городе с двумя Ы дистрибуцию «Лимонки». Газету доставляли поездом с проводником, потом развозили по киоскам и революционным бабушкам, которые торговали оппозиционной литературой.
Федор проводил собрания партячейки. Ребята собирались в сквере за филармонией, пили пиво, говорили о Маркузе.
Гуляя по вечерам вместе с друзьями по улице Ленина, Федор занимался вандализмом. Время от времени отставал от компании, доставал из кармана баллончик краски и писал на стене: «Смерть буржуям!»
Он тогда не знал, что пройдет совсем немного времени, и он сам станет кем-то вроде буржуя.
Родителей, конечно, новое увлечение сына напугало. А они узнали про НБП, когда отец однажды взял в руки газету «Красное знамя» и увидел, что на фотографии в газете изображен его сын.
На этой фотографии щуплый первокурсник, который выглядел на несколько лет младше своего возраста, смотрел прямо в объектив изпод надвинутой на глаза вязаной шапки. Он держал в руках мегафон. В статье рядом говорилось, что в День защитника Отечества 23 февраля у Вечного огня группа подростков, именующих себя членами Национал-большевистской партии, с ругательствами в адрес «проклятых янки» сожгла флаг США в знак протеста против «жандармской политики Соединенных Штатов» и в качестве выражения солидарности с Сербией и Ираком.
Автор статьи про митинг с сожалением констатировал, что подростки предоставлены сами себе, попадают под влияние сомнительных личностей и не поэтому ли множится число детей преступников? Новость заканчивалась словами: «Сегодня они сожгли флаг, а что они подожгут завтра?»
Материал был первополосный и соседствовал с фотоконкурсом «Северная красавица», анонсом статьи «Что будем сажать на грядках?» и сообщением о том, что в Вуктыле депутаты снова выбрали главой администрации Валерию Владимировну Зорину.
Федор поджигать больше ничего не собирался, но считал, что имеет право свободно выражать свое мнение. И если он против того, чтобы Америка бомбила Сербию, почему он не может об этом сказать в мегафон?
А папа считал, что Федора выгонят из института. Папа думал, что его арестуют. Папа боялся, что его сын разрушит всю свою жизнь…
Но ничего такого не случилось, хотя Федора даже вызвали на допрос в ФСБ (эпизод запомнился скоморошьими проводами, которые устроили ему друзья и однокурсники, доведя до дверей зловещего учреждения).
Именно благодаря НБП Федор убедился, что люди придумывают опасности и шарахаются от собственной тени, чем просто обкрадывают сами себя, лишая возможности делать то, что хочется.
С нацболами, однако, он распрощался уже через полгода: организация на глазах из анархической и идеологической становилась все более радикальной и военизированной.
На смену лозунгу «Ленин, Сталин, НБП» пришел лозунг «Сталин, Берия, ГУЛАГ». В «Лимонке» печатали контакты Федора, на него начали выходить бывшие омоновцы, которые были настроены очень решительно, но Егора Летова не слушали и Герберта Маркузе не читали.
Федор написал Лимонову, что сдает дела, потому как болен анархизмом.
В седьмом классе я пришел к будущему учителю и сказал: у меня есть мечта, я хочу быть археологом. На что он мне ответил: археология – самая скучная и тяжелая наука, ты не сбежишь? После этого я восемь лет считал черепки и мерил пряжки.
БЛОГ ФЕДОРА
Ответ от Лимонова пришел уже напечатанным на машинке с обычной черной лентой. Лимонов писал, что это дезертирство, что Федор легкомысленный, что русский анархизм сдох. А чтобы убедиться в смерти анархизма, достаточно посмотреть на главного редактора «Черной звезды» «толстожопого Костенко» (газету «Черная звезда» Федор ни разу не держал в руках, а про Костенко слышал впервые в жизни). «Чем раньше человек выберет себе борьбу и товарищей по борьбе, тем выше он поднимется в жизни и обществе», – наставлял напоследок Лимонов.
Но что великий писатель мог знать про мальчика, которого не видел никогда в жизни – разве что на фотографии три на четыре, которую Федор прислал для членского билета? Что он мог знать про борьбу этого мальчика с безверием, равнодушием и страхом, которые пропитали весь этот город с двумя Ы?
Федор хотел посвятить свою жизнь археологии. И в этом был смысл: он интересовался этим еще со школы, а в городе работал целый институт археологии Российской академии наук, и в окрестностях можно было найти немало археологических памятников. Но в археологии тоже никто не хотел перемен и все боялись задумываться об изменениях. Археологи в институте копали памятники и каталогизировали все, что откапывалось. Никто не пытался по-новому объяснить мир.
А Федору, конечно, казалось неинтересным просто копать и каталогизировать. Он выдвинул смелую теорию, что золотые пряжки, которые находили в курганах-могильниках на севере от города с двумя Ы, занесены туда иранскими племенами, вытесненными в тайгу Великим переселением народов.
Теория позволяла постоянно преодолевать границы города с двумя Ы и мысленно, и физически. Федору приходилось ездить в архивы Москвы и Петербурга, исследовать движения разных народов. Он даже вступил в переписку с французским археологом, потому что нашел во Франции аналоги находок из окрестностей города с двумя Ы.
После пяти лет работы он опубликовал статью «О происхождении харинской полихромной поясной гарнитуры», в которой, как и положено молодому ученому, не рассказал о своей гипотезе, а лишь намекнул на нее. Публикация вызвала большой интерес и гарантировала ему увлекательную жизнь вплоть до самой пенсии, но, когда Федор попал в аспирантуру, ему просто запретили продолжать исследования – только потому, что этой темой занимался другой заслуженный ученый. Уйдет на пенсию – будешь заниматься, сказали Федору. Как оказалось, конкуренция – это не то, что любят ученые в городе с двумя Ы.
Федор попробовал протестовать, но безрезультатно. Хочешь быть ученым – слушайся старших, сказали Федору. А многие так: им сказали, чем заниматься, они всю жизнь и занимаются. Поэтому, когда Федор узнал об открытии «Города мастеров», он уже не был археологом, а работал рядовым дизайнером в небольшой рекламной фирме своей мамы и мечтал о попкорне. НБП осталась в прошлом, так же как и археология, которой он занимался со школы. Только не осталось в прошлом желание что-то делать и менять.
И вот однажды в газете «Молодежь Севера» он прочитал статью о том, что скоро в городе с двумя Ы жизнь круто изменится, потому что тут откроется первый строительный гипермаркет с просторной парковкой, автоматическими дверями, движущимися дорожками и невиданным по разнообразию ассортиментом обоев, подвесных потолков, плинтусов. Репортаж о приземлении НЛО в городе с двумя Ы произвел бы на Федора меньшее впечатление. Появление на севере такого чуда настолько его поразило, что он решил тут же устроиться на работу в будущий гипермаркет «Город мастеров».
Федор нашел в интернете сайт «Города мастеров» и послал письмо на общий корпоративный адрес компании. В нем он в самых восторженных тонах написал о том, как поразила его идея гипермаркета и как сильно он хочет поучаствовать в ее реализации.
Ему никто не ответил. Но когда на сайте компании появилось объявление о вакансии в отделе маркетинга и когда Федор пришел на собеседование, менеджеры там уже знали его как того самого чудика, который прислал смешное письмо.
Всех кандидатов, прошедших предварительный отбор, хозяин этого будущего чуда Иван Дегтярев интервьюировал лично. Его рассказ о будущем гипермаркете европейского уровня поразил Федора еще больше, чем статья в газете «Молодежь Севера».
Иван Владимирович посадил его в свой «Мерседес» и сам отвез в бывший заводской цех, в котором уже шло строительство «Города мастеров», – чтобы показать Федору на месте, где будет движущаяся дорожка, где кафе для гостей, а где детская комната, в которой посетители строительного гипермаркета смогут оставить ребенка, чтобы не таскать его с собой, пока выбирают плинтуса.
Владелец строительного чуда отличался от всех знакомых Федору жителей города с двумя Ы. Наверное, потому, что Иван Владимирович был нездешний и вообще оказался тут только потому, что не боялся изменений.
Дегтярев начал свой бизнес в городе, который был еще меньше города с двумя Ы. Он торговал пластиковыми окнами и материалами для ремонта. Увидев однажды в Петербурге красивый строительный магазин с огромным ассортиментом и низкими ценами, он решил, что нужно и ему построить такой. Он решил сделать это в ближайшем крупном городе – городе с двумя Ы. Несмотря на то что от города Дегтярева до ближайшего крупного города с двумя Ы было триста километров. Как от Парижа до Брюсселя.
Слушая Дегтярева, Федор тогда еще не знал, что его идеи часто будут несоразмерны масштабу города с двумя Ы. Так же как впоследствии идеи самого Федора. Так же как идеи многих других людей, живущих в стране орла с двумя головами.
Иван Дегтярев читал в газетах, что в Америке на открытии больших магазинов с низкими ценами часто собираются огромные толпы, а люди так хотят первыми попасть в магазин, что занимают очередь с ночи. Иван Владимирович сказал Федору, что на открытии «Города мастеров» должен случиться такой ажиотаж, какого город с двумя Ы еще не видел. Он поручил Федору создать ажиотаж.
Федор работал дизайнером в рекламной фирме мамы, и ему было что показать Ивану Дегтяреву. Правда, в основном его портфолио состояло из эскизов, отвергнутых заказчиками, которые боялись изменить свою унылую рекламную стратегию и решиться на что-то неординарное. Несмотря на это, Федор получил работу.
Федор не знал, как создавать ажиотаж, но компенсировал отсутствие навыков трудом и усидчивостью. Желающих попасть из города с двумя Ы в «Город мастеров» оказалось так много, что они еще долго не могли войти в магазин даже после того, как двери открылись. Покупатели стояли в очереди по несколько часов. Многие приходили с бутербродами и термосами. Город завяз в пробках. От нагрузки движущаяся дорожка сломалась. Вырубилось электричество.
Иван Владимирович был счастлив.
Федор стал начальником отдела маркетинга.
Но, несмотря на завидный карьерный скачок, он вскоре положил на стол заявление об уходе. Потому что в «Городе мастеров» он собственными глазами увидел, что мир и правда может меняться, хотя прежде все пытались его убедить, что перемены – это блажь и фантазии.
После знакомства с Дегтяревым Федор заразился вредной пассионарностью Ивана Владимировича и стал всей душой разделять его опасную веру в то, что все возможно. Даже в городе с двумя Ы. Он, например, предложил своей маме расширить ее фирму, дополнить небольшое рекламное агентство, которое делало все – от визиток до рекламых роликов, – крупным полиграфическим производством, построив современную офсетную типографию. Федор считал так: почему, если можно построить здесь европейский гипермаркет, нельзя построить тут же и современную офсетную типографию?
А мама точно знала, что в городе с двумя Ы много что невозможно. Мама боялась брать кредиты, потому что их можно не отдать и тогда можно лишиться всего. Мама сказала: у меня нет людей, чтобы этим заниматься. Мама спросила: кто этим будет заниматься – ты? Мама задала вопрос: а у тебя есть опыт? Вопрос был риторический.
Чтобы достичь сверхрезультата, нужно перестать быть обычным человеком. Обычная жизнь закончилась. Ее больше нет.
БЛОГ ФЕДОРА
Вот так обыкновенный житель города Сыктывкара Федор Овчинников подошел к своему самому важному решению, которое он принял, гуляя с дочкой в Кировском парке.
Вот так он задумал стать предпринимателем и начать свое собственное дело. Хотя у него не было денег, связей, экономического образования и опыта, а была только вера в себя. Просто, гуляя в парке и осмысляя все, что с ним случилось, Федор понял: вера и решимость – это уже немало, потому как скептики никогда не становятся успешными коммерсантами. А даже самые безнадежные ботаники иногда добиваются своего.
Настоящий предприниматель тем и отличается от простых смертных, что ни с кем ни о чем не советуется, а делает то, во что верит. И поэтому вера для предпринимателя важнее капитала, связей и экономического образования. А Федор верил, что для достижения успеха даже в этом городе совсем не обязательно воровать деньги государства, давать взятки или становиться депутатом. Федор хотел верить, что достаточно просто много трудиться, делать все по правилам, но при этом проявлять изобретательность и смелость, а не пережидать свою жизнь от одного Большого Отказа до другого. И раз уж Федор жил в этом городе, затерянном между Ы, он должен был, обязан был доказать – хотя бы самому себе, – что он не ошибается.
Он задумал, ничего никому не говоря и не тратя времени на бессмысленные препирательства, просто взять и открыть книжный магазин, о котором уже давно мечтал. Он решил назвать его «Сила ума».
Глава 2
Сила ума
Личные сбережения Федора насчитывали пятьдесят четыре тысячи рублей. Для города с двумя Ы это была сумма: за семьдесят рублей горожанин мог уехать на такси на другой конец города, на сто пятьдесят рублей – пообедать в «Блинном дворике», на десять тысяч можно было жить целый месяц. Но даже для самого маленького бизнеса, какой задумал Федор, этих денег было недостаточно.
Хорошо приходилось предпринимателям лет десять назад, когда в стране ничего не было и утроить капитал не составляло большого труда: одолжи денег у знакомых, купи грузовик экземпляров книги «Анжелика и султан» или детективов Чейза, привези в свой город, и невиданную прежде бульварную литературу люди сметут за пару-другую дней – не надо даже везти в магазин, можно продать прямо с машины, как картошку. Теперь о таком можно было только мечтать. Жизнь круто изменилась: повсюду выросли светящиеся торговые центры, открылись магазины, заработали рестораны. И вроде бы теперь оставалось не так уж много очевидных возможностей, чтобы внести свой вклад в создание иной реальности и начать новое дело.
Впрочем, идеалистам, подобным Федору, так совсем не казалось.
Когда Федор бывал в Москве или Петербурге, он заходил в книжные магазины и проводил там часы, бродя между стеллажами, листая книги и наслаждаясь атмосферой, свободой передвижения, большим выбором хороших изданий и дружелюбием продавцов. Но такого магазина с атмосферой и дружелюбием не было в городе, где он вырос. В «Доме книги», главном книжном магазине города с двумя Ы, усталые обреченные женщины торговали из-за прилавка скудным ассортиментом никому не нужных изданий. Они не работали по воскресеньям, а основные усилия, кажется, направляли на борьбу с протекающей крышей.
А Федор хотел открыть не просто хорошую книжную лавку, что уже стало бы здесь достижением, – он задумал сделать первый в городе магазин интеллектуальной литературы. Федор мечтал, чтобы веселые и знающие продавцы-консультанты торговали бы там по-настоящему хорошими книжками.
Предприниматели-первопроходцы, которые начинали свое дело после развала Советского Союза, нередко шли в бизнес от безысходности, потому как не видели другого способа заработать деньги, когда рушилась традиционная экономика. Федор же мог спокойно продолжать карьеру маркетолога, но он хотел не только заработать гораздо больше денег – он прежде всего хотел подтолкнуть скрипучую телегу прогресса, которая тащилась недостаточно быстро. Во всяком случае в городе с двумя Ы.
Чтобы сделать это, Федор решил отправиться за деньгами в банк. По телевизору и в газетах часто рассуждали о том, как важно поддерживать малый бизнес и как много у государства и банков существует программ поддержки малого бизнеса. Возможно, поэтому ему казалось, что при определенной удачливости достаточно будет рассказать про свой бизнес-план. В банке увидят, что бизнес-план хорош, – дадут под бизнес-план кредит. Федор только переживал, что выглядит недостаточно солидно: в его двадцать пять ему в лучшем случае давали восемнадцать. И поэтому его бизнес-план, может быть, не произведет нужного эффекта.
Двухэтажное здание сыктывкарского отделения банка ВТБ находилось в трех шагах от городской администрации и в одном шаге от ржавых гаражей, где счастливые автовладельцы гремели разводными ключами. Федор вошел и отправился прямиком в отдел кредитования юридических лиц. Однако на предложение ознакомиться с бизнес-планом там только улыбнулись и спросили, что начинающий предприниматель может заложить. Федор мог заложить старый, побитый автомобиль «Лада‑112». Менеджер банка сказал, что больше ста или в крайнем случае двухсот тысяч ему не дадут. И то если повезет.
И тогда Федор пошел в Сбербанк и попросил там самый обыкновенный потребительский кредит, для которого не нужно было почти ничего, кроме паспорта и справки о зарплате с работы (а получить при этом можно было вдвое больше, чем предпринимателю в ВТБ). Такой кредит назывался в Сбербанке «кредитом на неотложные нужды». Самые обыкновенные люди брали такой кредит на ремонт квартиры, покупку подержанного импортного автомобиля или холодильника. Но у самого обыкновенного человека Федора Овчинникова была неотложная нужда иного рода. Ему надо было срочно изменить свою жизнь.
Что необходимо, чтобы войти в число тех немногих людей на планете, которые могут создавать новые механизмы жизни и кроить ткань бытия по-своему? Что нужно, чтобы стать предпринимателем?
Часто кажется, что для этого нужны знания, связи, удача и – главное – деньги. В действительности зачастую для того, чтобы стать предпринимателем, не нужно ничего, кроме решимости быть им. Ничего, кроме решимости быть.
Когда люди просят кредит, они заполняют в банке анкеты, сдают необходимые документы и несколько недель ждут, пока банк примет решение, стоит давать кредит или нет. Банк может отказать, причем стабильные доходы и отсутствие судимостей – далеко не гарантия успеха.
После того как Федор отнес бумаги в банк, в его финансовом состоянии ничего не изменилось. Но тем не менее его состояние уже стало меняться. Не имея еще денег, он уже покупал газеты, читал объявления о сдаче в аренду помещений и ходил на переговоры с арендодателями, то есть делал то, что делают настоящие предприниматели, когда хотят открыть магазин.
Для спешки, впрочем, имелась причина: Федор понимал, что четыреста тысяч – это мало. Его знакомый потратил на магазин полтора миллиона.
Если вы ищете помещение, будьте готовы сразу принять решение и внести предоплату, так как свято место пусто не бывает. У меня несколько раз из-под носа уводили хорошие места.
БЛОГ ФЕДОРА
Федор чувствовал, что семнадцать процентов годовых по кредиту – это много. Когда Рэй Крок строил в Америке сеть «Макдоналдсов», он платил за кредиты шесть процентов годовых.
Федор осознавал, что Сыктывкар – не самое лучшее место для того, чтобы открыть книжный магазин. Дела у будущих конкурентов шли не лучшим образом и не внушали веры в перспективы этого бизнеса.
Федор знал, что нужны сверхусилия, чтобы что-то получилось. Поэтому нужно найти помещение заранее, чтобы не затянуть открытие магазина. Если ты уже получил кредит, но еще не открылся, значит, ты уже платишь проценты банку за бизнес, который еще не работает. Значит, ты бездарно растрачиваешь деньги.
Федор нашел помещение в торговом центре «Торговый двор». Оно располагалось в деловом квартале и стоило недорого – всего семьсот пятьдесят рублей за квадратный метр в месяц. Кроме того, оно было небольшим – всего сорок метров, а значит, ежемесячный платеж мог уложиться в тридцать тысяч рублей. К тому же оно выглядело полностью готовым к работе, а значит, не нужно было тратить деньги на ремонт.
Смущало только одно: расположение на шестом этаже. Слишком высоко для того, чтобы обычный посетитель торгового центра добрался туда.
Когда Федор пришел оценить обстановку на месте, он убедился, что сомневался не зря: в отличие от других этажей шестой пустовал. Почти все секции стояли без арендаторов. Только владельцы парикмахерской решили, что шестой этаж не проблема для людей, желающих постричься.
Но, взвесив все хорошенько, Федор решил, что ради хорошего магазина люди поднимутся и на шестой этаж. Федор пришел к выводу, что при его возможностях ничего лучше он не найдет. Федор подумал, что на шестой этаж в книжный магазин «Сила ума» он привлечет покупателей силой ума.
Не надо ныть, будто нет денег на лучшее место, а значит, ничего не получится. Надо просто придумать что-то нетривиальное, чтобы приподнять покупателей так высоко над землей. Нужно просто превратить магазин в культовое место.
И Федору казалось, что он придумал, как это сделать. Он решил просто-напросто вести в интернете блог о том, как он открывает свой магазин, и превратить таким образом открытие магазина в реалитишоу.
Основатель легендарной американской компании WalMart Сэм Уолтон закончил мемуары в год своей смерти, когда ему было уже за семьдесят.
Создатель огромной империи Virgin британец Ричард Брэнсон опубликовал свою книгу воспоминаний «Теряя невинность» за год до своего пятидесятилетия. И даже книга о русском бизнесмене Евгении Чичваркине вышла, когда его компания «Евросеть» стала лидером рынка, а ее выручка превысила два миллиарда долларов, хотя самому Евгению Чичваркину было тогда всего тридцать четыре года.
Все известные Федору книги и истории о бизнесе всегда создавались после того, как бизнес был построен и признан успешным, а авторитет его создателя уже считался почти непререкаемым. Федор подумал, что будет интересно провести эксперимент и сделать все наоборот. То есть писать мемуары, ничего еще не добившись.
Федор решил просто рассказывать о своем предпринимательском опыте шаг за шагом, откровенно и честно делясь в блоге как удачами, так и ошибками, даже если они окажутся глупыми и стыдными. Причем Федор решил делать это не избирательно, что неизбежно для хозяина огромного бизнеса, который несет ответственность за судьбу сотен и тысяч людей. Федор решил делать это бескомпромиссно.
Блог должен был принести известность его магазину, ведь его потенциальные покупатели – это люди, нацеленные на профессиональный и личный рост, многие из которых строили карьеру, и им, наверное, любопытно было бы следить за предпринимательским реалити-шоу. Кроме того, они же не вылезали из интернета. Уж точно они не смотрели телепрограмму «Время», которая выходила в девять часов вечера по Первому каналу и называлась точно так же, как называлась девятичасовая телепрограмма еще в советские времена, когда предпринимательство приравнивалось к уголовному преступлению.
Первую запись в блоге Федор Овчинников сделал 15 октября 2006 года.
«Я всегда хотел открыть свой книжный магазин, – написал он. – Я люблю книжные магазины. Это похоже на чувства модницы к бутикам или гурмана к ресторанам. Я долго думал об этом проекте. И в один момент решил, что надо действовать. Это будет новый магазин, в котором будут продаваться те книги, которые я не мог найти в нашем городе. Они будут продаваться так, как они не продавались в нашем городе. Я уверен, что если вложить в проект душу, то он будет успешен».
Мало кто из близких, друзей и знакомых Федора предрекал ему успех, почитав его блог. Они говорили: будешь торговать интеллектуальной литературой в Сыктывкаре – в первый же месяц вылетишь в трубу. Они предупреждали: будешь честно рассказывать обо всем в блоге и публиковать выручку – к тебе в магазин рано или поздно придут либо бандиты, либо налоговая, а скорее всего – и те и другие сразу. Прогоришь ты на глазах у всего города, пророчили друзья и знакомые Федора.
Но он тем не менее начал вести блог. За месяц до открытия магазина, когда банк наконец одобрил получение кредита, он написал: «Будет ли этот проект успешным, вы сможете узнать из этого блога. Я никогда до этого не открывал магазины… Я не собираюсь ничего скрывать – инвестиции, прибыль… Возможно, это будет самая открытая компания Сыктывкара».
Возьмите меня замуж!:)
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Вечерами, сидя за компьютерным столиком в своей однокомнатной квартире на улице Коммунистической и не столько слыша, сколько угадывая ровное дыхание своей дочери, спящей в кроватке, он писал о том, сколько денег удалось получить в банке, как выбирал мебель для магазина, как заказывал книги у московского оптовика и как забирал их из транспортной конторы на железнодорожном вокзале, для чего пришлось открывать лицевой счет в Сосногорске и собирать большое количество нотариально заверенных бумаг только лишь потому, что необходимо было заплатить десять рублей пошлины за уже оплаченный перед отправкой груз.
Утром, приезжая в рекламное агентство мамы, где Федор временно работал после «Города мастеров», он начинал день с чтения комментариев к записям блога, опубликованным накануне вечером. Это были не просто комментарии читателей к его блогу. И это были не просто комментарии к живой истории его бизнеса. Это были комментарии к его мечте.
Отношение комментаторов четко разделялось на восхищение «профанов» и снисходительность «знатоков».
«Шестой этаж… Для торговли это равнозначно смерти, – писал знаток. – Книжных магазинов в городе достаточно, и на проходных местах… Заказать книгу, которой нет, несложно по интернету наложенным платежом. Именно так я сделал с книгами Маккиавелли и Роберта Пирсинга «Дзенбуддизм и искусство ухода за мотоциклом»».
«Я в шоке (приятном), – признавался профан. – Не ожидал увидеть такое в Сыктывкаре».
«Я бы не стал связываться с такого рода бизнесом и вкладывать в него хоть сколько-то денег», – выносил приговор знаток.
«Побольше бы таких людей в нашем городе, которые хоть как-то повлияли на общее развитие нашего Мухосранска», – ободрял профан.
«Ну, круто, конечно, но глупо», – возражал знаток.
К скептицизму знатоков и восторгу профанов Федор относился неожиданно для самого себя отстраненно. Просто радость от поддержки или огорчение от критики незнакомых ему людей не могли сравниться с теми эмоциями, которые он стал испытывать, начав готовить открытие магазина.
С того момента как в поисках кредита Федор переступил порог банка, он начал вести двойную жизнь. Когда он разместил объявление о вакансии продавца, собеседования он проводил вечером в офисе рекламного агентства мамы. Когда ему нужно было получить платежку, он давал номер факса рекламного агентства и бежал к аппарату, чтобы факс не попал на глаза другим сотрудникам.
В одной, прежней, жизни он был все тот же Федор Овчинников, обычный житель города с двумя Ы, несостоявшийся археолог, сотрудник рекламного агентства, сын, муж, молодой отец. В другой, новой, жизни он был коммерсант, визионер, творец. И хотя в некоторых ситуациях, как в случае с беготней от рабочего места до факса и обратно, он чувствовал себя неловко, в то же время Федор ощущал, что превращается в другого человека.
Этот человек на равных разговаривал с другими предпринимателями, которые прежде казались ему небожителями. Этот человек был волен давать людям работу и отказывать. Этот человек придумывал и создавал новую реальность, превращал пустую мертвую комнату на шестом этаже в источник движения и жизни.
«Каждое утро я просыпаюсь с удивительным чувством, – писал Федор в блоге. – Это трудно описать. Какой-то азарт, кураж, вдохновение. Чувствуешь, что ты двигаешься и даже усталость, работа не могут что-либо изменить. Я долго думал об этом проекте. Это было похоже на прыжок с парашютом, когда стоишь на входе в «кукурузник» и думаешь: прыгать или нет? Что будет на земле, я еще не знаю. Пока парашют еще не раскрылся. Мне нравится, когда ты не знаешь, что будет через месяц».
Что будет через месяц, Федор и правда даже представить себе не мог. Изучив расценки на необходимое ему оборудование, он подсчитал, что после расплаты с поставщиком мебели, приобретения и регистрации кассового аппарата, а также выплаты оклада трем продавцам на покупку книг у него останется меньше половины от четырехсот тысяч.
При этом расчеты показывали, что с такими показателями магазин заработает меньше сорока тысяч рублей за месяц, даже если он продаст за это время каждую вторую книгу. А ведь арендная плата и выплата процентов по кредиту вместе составляли больше сорока тысяч. А продать за месяц половину всех книг – большая удача.
Чтобы увеличить будущую прибыль, нужно было закупить больше книг. Чтобы закупить больше книг, нужно было больше денег. К деньгам банка Федор добавил не только пятьдесят четыре тысячи личных сбережений, но еще сто тысяч, которые взял в долг у мамы.
Когда Федор поделился с мамой своей идеей открыть книжный магазин, она не пришла в восторг, как прежде не приходила в восторг от идеи протестовать против бомбежек Сербии, заниматься попкорном или строительством типографии. Но Федор сказал, что не просит поддерживать его как бизнесмена – он просит поддержать его как сына. Не могла же мама ему отказать.
Федор постеснялся написать в блоге, что одолжил деньги у мамы, хотя старался откровенно писать обо всем. Поэтому он написал, что получил «беспроцентный заем от родственников».
Запись в блоге накануне открытия магазина он озаглавил «Утро перед Ватерлоо». «Прочитал Ваши выкладки… посмеялся от души, – написал ему знаток. – Очень похоже на детские игры в «Монополию»».
Несмотря на язвительные комментарии, накануне открытия Федор спал хорошо, не ворочался и не волновался. Наверное, сказались физические нагрузки: он ведь сам вместе с приятелями таскал и собирал мебель, сортировал и расставлял книги, наклеивал ценники. Продавцам надолго запомнилось, как он пришел вечером накануне открытия в «Силу ума», посмотрел на расставленные книги и решил вдруг полностью поменять выкладку, потому как ему показалось, что книги стоят недостаточно представительно. Хотя все уже собирались уходить, пришлось возиться до поздней ночи, переставляя книги с места на место.
Федор не знал тогда, что продавцы считали его богатеньким мальчиком, который решил поиграть в бизнесмена. Никто не верил, что на книжках в городе с двумя Ы можно что-то заработать. Да и не был похож этот молодой человек в очках с внешностью типичного интеллигента-ботаника на нормального коммерсанта. Все считали, что дольше нескольких месяцев он не протянет и долго тут работать не придется.
В день открытия «Силы ума», 15 ноября 2006 года, утром Федор приехал в рекламное агентство, где дорабатывал последние месяцы, хотя мыслями он был, конечно, в своем магазине. Он мог бы отпроситься с работы, но сознательно откладывал момент посещения своего творения. Когда Федор в течение рабочего дня заходил в свой блог, он видел сообщения от людей, которые уже были в его магазине и делились впечатлениями. А сам он там еще не был. Он только звонил продавцам и спрашивал, как дела. Продавцы говорили, что дела нормально. Люди заходили в магазин, несмотря на шестой этаж. Некоторые даже покупали книги.
Хотя ради этого Федор все и затеял, он как-то даже удивился. Он открыл магазин, а кто-то взял да и купил в его магазине книгу? Фантастика.
Федор сообщил в блоге, что к шести часам он сам приедет в «Силу ума», и приглашал всех читателей прийти отпраздновать открытие бокалом шампанского. В результате вечером на пустом шестом этаже в маленьком магазинчике получилось целое столпотворение из друзей Федора, читателей его блога и случайных посетителей нового интеллектуального книжного магазина, который появился в городе с двумя Ы, кажется, вопреки законам рынка, природы и мироздания.
Федор вооружился фотоаппаратом и снимал своих первых покупателей, если они были не против. Cыктывкарский рекламист купил книгу «О рекламе» Огилви. Диджей купил книгу «Тайм‑драйв: как успевать жить и работать». Менеджер Сбербанка купила «Курс MBA по менеджменту». Правозащитник купил книгу «Секс в большой политике» Ирины Хакамады.
Их фотографии с книгами в руках Федор опубликовал в блоге. В комментарии он выразил удивление, что в первый же день хорошо продавалась не только художественная литература, но и дорогостоящие специализированные книги. Хотя средняя зарплата в Сыктывкаре равнялась примерно десяти тысячам рублей, на глазах у Федора покупатель приобрел книгу «IP телефония» за четыреста сорок три рубля. «Сегодня я могу гордиться тем, что принес почти три процента дохода», – написал в ответ счастливый обладатель «IPтелефонии».
Инвестировано в проект на 15 ноября 2006 года: 436 560 рублей 29 копеек. Заработано на 15 ноября 2006 года: 15 760 рублей. В первый день работы «Силы ума» было продано 90 книг.
БЛОГ ФЕДОРА
«Реально что-то новое и… другое, не как у всех», – хвалил один читатель. «Поразил ассортимент книг – пожалуй, именно то, чего хотелось! – поддерживал другой. – Поэтому пришлось долго бродить и выбирать то, что могу купить в первую очередь».
Всего за первый день «Сила ума» продала книг на пятнадцать тысяч рублей. За один день магазин заработал почти половину того, что, по первоначальным расчетам Федора, он мог заработать за месяц. Это было лучше, чем Федор даже мог надеяться. Эта удача внушала ему чрезмерный, неоправданный оптимизм.
Ему казалось, что в городе с двумя Ы начинается новая жизнь.
Глава 3
Нереальное возможно, невозможное реально
На исходе осени город с двумя Ы особенно хорош.
Это время, когда ночи становятся такими длинными, что человек открывает глаза в темноте, даже проспав на работу. Это время, когда коррумпированная небесная канцелярия до самого лета сдает город в субаренду облакам и осадкам. Это время, когда нужно мужество, чтобы встать утром с постели. Потому что день отличается от ночи в худшую сторону. Ночь хотя бы похожа на ночь, а день на исходе осени в городе с двумя Ы ни на что не похож.
А Федор Овчинников просыпался и вставал в городе с двумя Ы счастливым человеком. Каждый день приносил новые открытия, каждый день обещал радость движения и созидания, каждый день уводил дальше за границы обыденного и предсказуемого. Начиная бизнес, Федор думал, что открывает дверь в Зазеркалье. Только сделав шаг за порог, он обнаружил, что Зазеркальем была его прошлая жизнь, а теперь началась настоящая, реальная.
Точкой рентабельности является оборот в 7000–7500 рублей. Но при этом большинство похоронило проект в первом месяце на уровне 3000 рублей в день…:)
БЛОГ ФЕДОРА
В отличие от большинства людей, живущих в матрице корпораций, карьер и ипотечных кредитов, Федор мог придумывать и тут же воплощать идеи в жизнь, ни с кем не советуясь и никому ничего не доказывая. Придумал Федор стикер с надписью «Прочти меня» – и вот он торчит из книги «Парфюмер» Зюскинда. Придумал Федор продавать настольные игры – и вот уже настоящая «Монополия» стоит на полке. Придумал Федор организовать среди читателей блога конкурс на угадывание месячной выручки «Силы ума» – и вот уже читатели блога делают свои ставки.
Эта свобода дорогого стоила. Как и многие интеллигенты и ботаники, шагнувшие в бизнес, Федор обнаружил, что радость создания живого механизма жизни вполне может сравниться с творческим восторгом от написания картины, романа или научной работы о происхождении полихромной поясной гарнитуры. Писатель выдумывает вымышленный мир – предприниматель выдумывает реальный. Художник оживляет холст – предприниматель наполняет жизнью пространство. Ученый изучает прошлое – предприниматель создает будущее.
«Сила ума» была комнаткой на шестом этаже в торговом центре. Полугодовой договор аренды, несколько стеллажей, коробки с книгами и контрольно-кассовая машина, зарегистрированная в налоговой инспекции. Вот в общем-то и все. Магазин, каких немало можно было найти даже в городе с двумя Ы.
Но для Федора Овчинникова «Сила ума» стала точкой преломления реальности. Открыв магазин, он задал совершенно новую траекторию своей жизни. Просыпаясь каждое утро, он не представлял, чем закончится день и что будет с ним завтра. И даже не пытался представить, что будет представлять собой его жизнь в самом ближайшем будущем.
В «Торговом дворе» очень интеллектуальные охранники. Их можно часто видеть в нашем магазине за стеллажами с классической литературой. Среди них есть симпатичная девушка. Сегодня весь вечер она пыталась поймать хулигана, который курил в запертом туалете. Она мне сказала, что никогда не видела, чтобы на шестом этаже в будний день было так много народу.
БЛОГ ФЕДОРА
В этом он оказался прав. Посетив тогда его маленький магазинчик «Сила ума», открытый на потребительский кредит, выданный «на неотложные нужды», невозможно было представить, что произойдет с ним через какие-то два-три года.
Часто, опьяненный радостью изобретательства, Федор, конечно, придумывал что-то не то. Знакомые предприниматели, например, с самого начала говорили ему, что надо покупать сканер штрих-кодов и программу «1С: Бухгалтерия» для учета финансов. Но Федор считал, что главное в торговле – ассортимент, поэтому деньги надо направлять на закупку книг. И если можно на чем-то другом сэкономить, надо экономить.
Федор решил, что без программы вполне можно обойтись. Вместо нее он придумал использовать простой редактор таблиц Microsoft Excel. Он импортировал в программу накладные поставщиков – получалась таблица, в которой каждая строчка – это книга, а столбцы – даты. Когда покупатель приобретал книгу, продавец по поиску находил книгу и отмечал продажу в соответствующем столбце – как правило, ставил единицу, потому что книжка продавалась впервые. В последней строчке таблица сама считала дневную выручку. В конце дня оставалось только сверить ее с кассой и посмотреть, какие книги проданы за день и какие стоит закупить снова.
Программа «1С: Бухгалтерия» стоила бы Федору около тридцати тысяч рублей. Таблица в Microsoft Excel стоила Федору ноль рублей. А работала, как казалось Федору, не хуже.
Он только не учел, что ассортимент в книжном магазине насчитывает тысячи позиций, а в накладных поставщиков часто длинные названия подвергаются нетривиальным сокращениям. Из-за этого продавцы подолгу не могли найти в базе нужную строчку. Человек мог отвлечься, забыть внести изменения. Программа иногда вылетала, не сохранив изменений. В первый же день данные кассы не сошлись с цифрами в таблице. Федор понял, что на «1С», очевидно, сэкономить не получится. Купил «1С».
Суперхиты «Силы ума» 1. Патрик Зюскинд. «Парфюмер» 2. Вайсбергер. «Дьявол носит Prada» 3. Аллен Карр. «Легкий способ сбросить вес» 4. Аллен Карр. «Легкий способ бросить курить» 5. Оксана Робски. «Casual» 6. Экзамены в ГАИ ГИБДД
БЛОГ ФЕДОРА
Зато безумная идея реалити-шоу оправдывала себя даже больше, чем Федор мог ожидать. Вскоре его блог уже посещало двести человек в день. Что в масштабах страны могло показаться довольно скромным, для города с двумя Ы было выдающимся достижением: в то время главный новостной портал всей республики «Коми-Информ» посещало четыреста человек.
Федор регулярно публиковал реальные цифры своего бизнеса – не только сколько потратил, но и сколько заработал. Первые записи он начинал с показателей выручки за день. Потом стал просто рисовать графики продаж.
Такая поразительная открытость, очевидно, оказывала магнетическое воздействие на людей, для которых предпринимательство в худшем случае приравнивалось к бандитизму, а в лучшем случае сводилось к спекуляции и черным кассам.
Продавец «Силы ума» Наталья Одинцова прежде работала в книжной лавке «Букинист». И хотя она стояла на кассе, там ей не доверяли подсчитывать выручку за день и держали цифру продаж в секрете. А этот странный предприниматель публиковал выручку в блоге – это не могло не вызывать любопытства и удивления.
После открытия «Силы ума» Федору позвонил журналист информационного агентства, попросил о телефонном интервью и задал несколько вопросов, на которые Федор постарался честно ответить. На следующий день журналист позвонил снова и спросил: «Ставим новость о вашем магазине в ленту? Это будет стоить три тысячи рублей».
Сегодня меня назвали сумасшедшим за то, что я публикую дневную выручку в открытом доступе на сайте. Я долго думал, какой реальный вред может нанести моему бизнесу раскрытие финансовых показателей. Я просто логически не смог найти скрытой угрозы.
БЛОГ ФЕДОРА
Федор отказался, хотя для города с двумя Ы такой формат общения прессы с бизнесом был обычным делом. Необычным и даже удивительным делом было бы, если бы в городе с двумя Ы интервью опубликовали бесплатно.
Чудеса, впрочем, начались довольно скоро: газета «Огни Вычегды» совершенно бесплатно опубликовала интервью с Федором и в предисловии к нему не только сообщила веб-адрес его блога, но и назвала его бизнес-проект исключительным.
Не заплатив ни копейки, Федор получил возможность рассказать, как придумал свой бизнес, для кого предназначен его магазин и какова ценовая политика «Силы ума».
Многие предприниматели открывали магазины куда красивее, продавали куда больше товара и оказывали на экономику города куда более масштабное влияние, но так и оставались для журналистов скучными статистами. А Федор только открыл магазин – и уже стал раздавать интервью и начал превращаться в знаменитость города с двумя Ы.
Вероятно, людей в городе с двумя Ы ошеломляло сочетание предпринимательского духа и идеализма. Наверное, идеализм – это не то качество, которое читатели привыкли относить на счет предпринимателей. Идеалистами в России могли считаться ученые, писатели, революционеры и даже террористы. Но только не предприниматели. Хотя только идеалист может мечтать о предпринимательстве в городе, в котором нет даже «Макдоналдса», в стране, которая до сих пор смотрит программу «Время».
Не поверишь, но в моей семье мы спорим о твоем проекте.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Федор опубликовал интервью газеты «Огни Вычегды» в блоге и написал, что появление этого интервью «еще раз доказывает, что интересные проекты, оригинальная подача и искреннее отношение к делу многое меняют». В оправдание Федора можно сказать, что у него действительно имелся повод так думать.
Когда перед открытием магазина Федор искал поставщика книг, он пытался наладить сотрудничество с крупнейшей оптовой компанией «Топ-книга», но на письма, отправленные им на корпоративный адрес, никто не ответил. А когда он пытался договориться по телефону, в новосибирском офисе компании сказали, что ему нужно обратиться в московский, а в московском – в новосибирский. Федор купил книги у других оптовых компаний и написал о неприятном опыте с «Топ-книгой» в блоге.
В городах поменьше и побольше города с двумя Ы маленькие магазинчики индивидуальных предпринимателей появлялись и исчезали, как вспышки на солнце, но в результате этой публикации Федору позвонил топ-менеджер «Топ-книги». Человек из Петербурга, города в тысяче километров от города с двумя Ы, поздравил Федора с хорошим началом и сказал, что прочитал его отзывы о «Топ-книге» и готов сделать все, чтобы исправить неприятное впечатление о своей компании. Федор стал сотрудничать с «Топ-книгой».
Судьба как будто специально заманивала Федора в ловушку, заставляя поверить в призраки и миражи. Спустя два месяца после открытия магазина Федору позвонили из сети продуктовых супермаркетов «Ассорти» и поинтересовались, не хочет ли он поставлять книги на своих стойках во все магазины сети.
Итоги первого месяца. Выручка: 306 500 рублей. Средняя выручка в день: 9917 рублей 63 копейки. Выручка с одного квадратного метра: 8155 рублей 08 копеек в месяц. Всего продано книг: 1919 единиц (в среднем 64 книги в день). Книг в обороте на данный момент: 4109 единиц. Средняя стоимость купленной книги: 156 рублей.
БЛОГ ФЕДОРА
Федор чуть со стула не упал. Федор знал, как трудно поставщику попасть в сеть и поставлять туда товар, чтобы получить возможность зарабатывать на потоке покупателей супермаркета. Федор слышал, что многим коммерсантам приходилось платить или официальную плату «за вход» в супермаркет, или взятки менеджерам сети, которые принимают решения, кого пустить, а кому отказать.
Федор открыл свой магазин месяц назад и, по большому счету, еще ничего толком не понимал в своем бизнесе, а крупнейшая в городе сеть продуктовых магазинов уже сама предлагала ему сотрудничество, платы за вход не просила, взяток не вымогала. Ну как после этого не поверить в то, что искреннее отношение к делу «многое меняет».
Ну и еще многое меняет аккуратный логотип, набранный самым простым шрифтом Arial красными буквами на белом фоне. Предприниматели в российской глубинке обычно предпочитали использовать вычурные гарнитуры. Увидев простой логотип «Силы ума», в «Ассорти» даже подумали, что это московский проект, который развивается в городе с двумя Ы по франшизе.
Ничто, однако, не располагало к тому, чтобы принять предложение. Книжный магазин «Сила ума» был розничным бизнесом, а стойки с книгами в продуктовых магазинах «Ассорти», по сути, оптовым. Федор до звонка из «Ассорти» не собирался заниматься оптовым бизнесом. «Сила ума» торговала интеллектуальной литературой, а в «Ассорти» под тем же брендом нужно было продавать макулатуру и разрушать тем самым бренд. Кроме того, требовалось найти деньги на закупку новых книг и стойки, причем расставить книги и стойки в супермаркетах до начала новогодних праздников.
Чтобы найти деньги, закупить книги и развезти их по магазинам, оставалось две недели.
Но Федор недолго думая согласился. Хотя, вешая трубку, не имел еще никакого понятия о том, как он вывернется из этой ситуации.
Федор согласился, потому что ему льстило предложение, – ему казалось, что он, начинающий предприниматель, получил билет в высшую лигу и большой бизнес и глупо бы было от него отказаться.
Федор согласился, потому что, как и многие коммерсанты между первым и вторым российскими кризисами, полагал, будто все кругом будет расти и надо только работать, чтобы успеть захватить рынки и понастроить успешные компании.
Федор согласился, потому как считал, что Иван Дегтярев смог построить в городе с двумя Ы настоящий строительный гипермаркет только потому, что не боялся сказать «да», когда страх, слабоволие и безверие подталкивали сказать «нет». В мире вообще что-нибудь создается и меняется к лучшему, только когда люди не позволяют страху, слабоволию и безверию взять над собой верх.
В общем, Федор не понимал, во что он ввязывается. Так же как не понимал Федор, во что он ввязался, решив стать предпринимателем в городе с двумя Ы в стране орла с двумя головами.
Своих денег у Федора не было, кредитный ресурс он исчерпал. Поэтому начинающий предприниматель решил найти себе партнера. Войти в дело по книжкам в «Ассорти» Федор предложил знакомому по «Городу мастеров» финансисту.
Закупленные для «Ассорти» книги, конечно же, не поместились на «складе» магазина «Сила ума». Потому что склад «Силы ума» представлял собой пару квадратных метров магазина, отгороженных от покупателей высокой стеной, а в сети «Ассорти» насчитывалось десять магазинов, и для них требовалось много книг. Пачки литературы заполнили квартиры новоиспеченных партнеров.
Перед тем как отвезти их в «Ассорти», требовалось наклеить штрих-коды. Федор с партнером приезжали в «Силу ума» после закрытия магазина и полночи сортировали книги, обыкновенным клеем приклеивали штрих-коды, распечатанные на обыкновенном принтере, потому что не могли себе позволить купить специальную машинку, которая сильно ускоряла процедуру.
Причем к открытию магазина нужно было все прибрать так, чтобы у покупателей не возникало подозрения, что ночью магазин интеллектуальной литературы представлял собой цех по упаковке и сортировке бестселлеров Донцовой. Федор только успевал вернуться домой, чтобы поспать пару часов, а потом сесть в свою скрипящую машину, чтобы самостоятельно развозить рассортированные за ночь книги по магазинам «Ассорти».
Процедура оказалась не такой простой, как представлялось. Книги принимались там же, где принимают в магазине весь остальной товар. Приезжая, Федор вынужден был занимать очередь за грузовиком с кокаколой, пакетами молока или хлебом. Чтобы подписать документы, приходилось подолгу ждать завмага, нюхая тухлые огурцы и теряя драгоценное время.
Устанавливая стойки в магазине, Федор часто думал, как будет смешно, если менеджер «Ассорти», который предложил ему сотрудничество, увидит гендиректора фирмы «Сила ума», расставляющего книги на полки.
26 декабря дочери Лизе исполнялся год. Весь день Федор развозил последние книги, приехал домой только под вечер, весь взмыленный. Но все же успел к раздаче торта. Он испытывал облегчение и некоторую даже гордость. Потому что он выкрутился и сделал все вовремя.
Федор еще не знал, что бизнес с «Ассорти» и бизнес вообще в самом скором времени принесет ему много хлопот и разочарований. Наоборот, целая череда таких удивительных успехов в самом начале пути внушала Федору неоправданную веру в лучшее будущее и заставляла поверить в опасную фантазию, что надо делать все честно и открыто, трудиться и придумывать и ничего не бояться и тогда все получится, даже если кажется, что ничего получиться не может.
Как говорил известный московский предприниматель Сергей Полонский, нереальное реально. Невозможное возможно, как говорила всемирная реклама кроссовок Adidas.
Головокружение от первых успехов не позволяло Федору осознать хорошенько, что его способ жить явно противоречил способу жить, принятому в городе с двумя Ы, да и в других городах России. И что это неминуемо рано или поздно должно было привести его к катастрофе.
Цены на книги шокируют. 130 рублей жалко, это же не водка.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Впрочем, в городах России предпринимателей вели к катастрофам совершенно разные пути. Как привели они к катастрофе дядю предпринимателя Федора Овчинникова. Дядя Федора занимался коммерцией еще с девяностых и со временем превратился в одного из самых влиятельных бизнесменов своего городка Троицка в Челябинской области. Именно поэтому его и убили.
Это произошло через три месяца после того, как Федор выпил шампанского с друзьями и гостями на открытии «Силы ума». Бывший партнер Виктор Жуков встретил машину дяди Федора с обрезом в руках на Барумбайском мосту, на котором дядя познакомился со своей женой. Партнер перегородил мост машиной. Дядя вышел ему навстречу. Партнер его застрелил. После этого застрелился сам.
Отдав необходимые распоряжения продавцам, Федор поехал в Троицк на похороны.
Несмотря на то что Федор жил в Сыктывкаре, а дядя в Троицке, они были довольно близки. Когда Федор был школьником, дядя жил на Украине, где начинал свой предпринимательский путь с торговли сахаром. На летние каникулы Федор часто ездил к нему в деревню Глыбачок.
Дядя по-отечески ругал его, если заставал с книжкой в руках. Он считал, что молодой парень должен драться, пить самогон и мять девчонок.
Однажды летом Федор проснулся в доме дяди от того, что над его кроватью стоял человек с чулком на голове и с саблей в руках и кричал: «Где доллары?» В тот день дядя зарезал свинью, позвал гостей и хорошо провел время. Ночью в дверь позвонили. Только дядя открыл, как его рубанули саблей – дядя едва успел увернуться. Сабля задела руку, хлынула кровь. Его жену вытащили из кровати за волосы. Сестра жены схватила его маленькую дочку и выскочила в окно. На шум прибежали соседи, которые спугнули налетчиков. Грабители дали деру, схватив пачку катушек для швейной машинки, которую приняли за пачку долларов.
Весь дом был залит кровью. Жена дяди заявила, что не сможет больше жить не только в этом доме, но и в этих краях. Семья собрала вещи и уехала с Украины, перебравшись в Троицк. В Троицке дядя начал жизнь с чистого листа.
Когда Федор открывал «Силу ума», Николай Норов уже владел известной в Троицке компанией «Малахит», которая производила под одноименной маркой колбасы, мясные деликатесы, полуфабрикаты, пельмени. Дядя даже стал депутатом гордумы Троицка.
Он жил в купеческом доме девятнадцатого века. В соседнем доме жил убивший его друг и партнер Виктор Жуков. Когда Федор приехал на похороны, в обоих домах был траур. Вообще весь город был в трауре, поскольку дядя и его партнер были влиятельными людьми, многие были с ними знакомы и многие им были обязаны.
Но при всей шекспировской трагичности случившегося на Федора смерть дяди не произвела того впечатления, какое могла бы произвести на начинающего предпринимателя смерть другого предпринимателя, причем близкого человека. Потому что ему казалось, будто дядя был сделан из совсем другого теста и варился совсем в другой каше.
Когда дядя перебрался с Украины в Челябинскую область, Федор так же каждый год ездил к нему в Троицк, как прежде ездил в Глыбачок. Федор видел, как с каждым годом дядя богател. На пальцах дяди появился сначала один огромный перстень, потом другой. Федор смеялся над дядей и спрашивал, зачем он, человек с высшим образованием, носит перстни. А дядя смеялся над Федором и отвечал, что без перстней покупатели-азербайджанцы не будут воспринимать его всерьез.
Работая в рекламе, Федор не мог спокойно смотреть на то, что пельмени дяди не только назывались «Малахит», но даже имели на пачке изображение малахита. С точки зрения Федора, это только усиливало ассоциацию с камнем, который невозможно разгрызть. Федор пытался убедить дядю разработать нормальный бренд, но дядя только отмахивался: дела и так шли хорошо.
В двадцать первом веке перстни ушли в прошлое, на смену им пришли дорогие костюмы, хороший парфюм и Jeep Cherokee. Дядя ходил в баню с важными чиновниками, которые могли помочь развитию бизнеса. Имел знакомства среди авторитетных людей. Вступил в «Единую Россию». Боролся за кресло мэра. То есть делал то, что никогда бы не стал делать Федор. И поэтому Федор считал, что с дядей случилось то, что вряд ли может случиться с Федором.
Когда друг и партнер дяди Виктор Жуков вышел из бизнеса, в результате раздела фирмы он получил пельменный и рыбный цеха, но остался недоволен. И вот незадолго до гибели партнеров к Николаю Норову пришел человек, который заявил, что получил заказ на его убийство за сто пятьдесят тысяч рублей. Дядя обратился в прокуратуру, которая инсценировала успешное покушение и после «убийства» арестовала Максима Жукова, который и явился на встречу с киллером расплачиваться за «успешно проделанную» работу. Максим Жуков был племянником Виктора Жукова.
История могла бы закончиться вполне благополучно для Николая Норова, если бы дядя не выпил лишнего, не стал звонить своему бывшему другу и партнеру и не сказал бы ему, что он неудачник, который остаток жизни проведет на нарах, причем за убийство, которое у него не удалось. На следующий день на Барумбайском мосту убийство Виктору Жукову вполне удалось.
После этого случая мама Федора стала предостерегать сына от работы с партнерами. Но Федор не проецировал судьбу дяди на свою и даже не думал, что с ним может случиться что-то подобное. Потому что считал произошедшую с дядей трагедию в чем-то закономерной: что-то подобное могло случиться намного раньше.
Себя Федор считал предпринимателем принципиально другого типа.
Дядя был человеком талантливым, предприимчивым и смелым. Эти качества сильно выручали его в девяностые, но в новое время, кажется, их было уже недостаточно. Ведь его благополучие было построено не на знании потребностей рынка, а скорее на безысходности покупателей и отсутствии реальной конкуренции. Не на передовых технологиях или выдающихся управленческих процедурах, а на непрозрачных схемах и административном ресурсе. Не на корпоративных правилах и четком разграничении полномочий, а на авторитете и запутанных личных отношениях.
Федор вернулся в город с двумя Ы еще более полным решимости делать свой новый бизнес, строить другую, новую жизнь. Тогда он не думал, что, может быть, «та эпоха» на самом деле так и не стала «той», а по-прежнему оставалась «этой», а вера в новую жизнь, которая постепенно побеждает старую, была лишь иллюзией и самообманом. Он не думал о том, что никогда не было в России «той» жизни, а во все времена всегда была только «эта». И не существовало, может быть, в действительности никаких предпринимателей «нового типа», кроме самого Федора и похожих на него одиночек, разбросанных по городам этой непостижимой территории от Калининграда до Чукотки.
Глава 4
Гарлем, НДС, шоколадка
Когда Федор вернулся в город с двумя Ы и пришел в свой магазин, он обнаружил, что за время его отсутствия в «Силе ума» многое изменилось. На полках зияли пустоты, а лучшие книги лежали на складе – вместо того чтобы стоять на самых видных местах.
Складом Федор называл подсобку, отгороженную от остального магазина перегородкой. То есть продавцам нужно было всего-то распаковать привезенные бестселлеры и расставить их тут же на места.
Федор экономил каждый рубль, чтобы закупать больше книг, поднимать продажи. Федор понимал, что бизнес, созданный без капитала, должен быть сверхэффективным. Но такое отношение делало его усилия бессмысленными: о какой сверхэффективности могла идти речь, когда продавцы забывали выставить на полки самые нужные читателю книжки?
То есть прежде чем построить в городе с двумя Ы другую жизнь, предпринимателю новой эпохи сначала предстояло разобраться со старыми проблемами. Такими как лень, безответственность, равнодушие, зависть и авось.
Когда вскоре пришло время продлевать полугодовой договор аренды «Силы ума», хозяин помещения вдруг заявил, что повышает арендную ставку. Федор спросил почему. Хозяин ответил: потому что дела у тебя идут хорошо.
Очевидно, он почитал блог Федора, изучил цифры. Зашел в магазин, увидел, что на шестом этаже толпится народ. И ему пришла в голову нетривиальная мысль: а почему бы Федору теперь не платить больше? Не обеднеет.
Федор просидел с ним в кафе два часа, пытаясь отстоять прежнюю ставку. Он говорил, что впереди летний спад продаж и магазин просто не потянет новую цену аренды. Он объяснял, что на бизнесе висит высокая кредитная нагрузка и нельзя повышать цену только потому, что у покупателя «дела идут хорошо». Он намекал, что мало найдется безумцев, которые захотят снимать по такой цене помещение в новом торговом центре на шестом этаже.
Все было впустую. Договориться о снижении цены не удалось, платить больше Федор не согласился. «Сила ума» должна была закрыться, едва проработав полгода. Федору предстояло искать для магазина новое помещение.
Коммерческий бог как будто испытывал Федора и проверял его на прочность: сколько в его донкихотстве и шапкозакидательстве настоящего идеализма и истинной решимости?
После возвращения из Троицка судьба давала Федору мало поводов верить, что у него получится построить новую жизнь. К весне продажи в «Силе ума» упали драматически. К апрелю дневная выручка снизилась до рекордной отметки в шесть тысяч четыреста рублей в день, хотя еще несколько месяцев назад она едва не достигла тридцати тысяч. На фирменных стойках в супермаркетах «Ассорти» книги продавались не лучше, а прибыли приносили еще меньше, потому что супермаркеты делали на них свои наценки, из-за чего самому Федору приходилось наценивать меньше, чем в «Силе ума», – иначе книги стали бы слишком дорогими.
Он, конечно, пытался выкрутиться. Пробовал компенсировать упущенную в «Ассорти» прибыль, вводя в оборот беспардонно дешевые книги, на которые наценки можно было сделать больше, потому что все равно получалась приемлемая цена.
Книгу-брошюру «Тридцать видов бульонов» он покупал у оптовика за десять рублей, еще по десять набавляли и «Ассорти», и «Сила ума». За двадцать рублей продается книга или за тридцать, покупателю по большому счету было все равно, а зарабатывал Федор на ней почти столько же, сколько на бестселлерах Донцовой.
Эти ходы, может, и принесли бы какой-нибудь результат, если бы не роковая ошибка, совершенная в самом начале этого многообещающего проекта. С самого начала Федор с партнером договорились, что бухгалтерию возьмет на себя именно партнер – как человек с финансовым, а не гуманитарным, как у Федора, образованием.
Дело было в том, что сеть «Ассорти» поставила перед «Силой ума» условие: выделять в расчетах отдельной строкой налог на добавленную стоимость. В своем магазине Федор обходился без бухгалтера и работал на упрощенной системе налогообложения. И для поставок в «Ассорти» и учета налога на добавленную стоимость требовался подкованный человек.
На любом складе грузчики размещают на стенах изображения обнаженных женщин. Стены нашего помещения также украшены уже из-рядно выцветшими телами.
БЛОГ ФЕДОРА
Через несколько месяцев после начала работы выяснилось: этот подкованный человек посчитал, что «Силе ума» для учета налога достаточно просто начать отражать его в отчетности. На самом же деле надо было перерегистрировать фирму в налоговой инспекции, причем сделать это можно было только в определенное время и при определенных условиях.
Таким образом, получилось, что в течение нескольких месяцев отчетность велась с нарушениями и в результате фирме пришлось заплатить два налога вместо одного: не только налог с оборота, но и налог на добавленную стоимость. Пришлось заплатить лишних сорок тысяч рублей.
Федор и раньше видел, что партнер его не очень увлечен их совместным бизнесом, поскольку у него есть основной, и история с налоговой ошибкой только подтвердила его подозрения. Поэтому Федор выкупил долю и снова стал единственным хозяином своего дела.
А сколько приходилось возиться с этими злосчастными супермаркетами «Ассорти»… Федору нужно было ездить на склад за железную дорогу, забирать доставленные из Москвы книги. Потом сортировать и снабжать штрих-кодами. Потом развозить по магазинам, дожидаться приемки и раскладывать на стойках. И так каждую неделю.
Продолжать сортировку в «Силе ума» и каждый раз наводить после этого порядок стало совсем уж невыносимо, и Федор снял под склад угол в типографском цеху. От основного помещения угол был отгорожен листовым железом, а его окна были закрыты фанерой. Там было холодно и тоскливо, но зато стоило это помещение всего пять тысяч рублей в месяц, а находилось недалеко от магазина.
Федор называл помещение не складом, как он именовал пространство за перегородкой в «Силе ума», а более реалистично: бичовским уголком.
Он приезжал в бичовский уголок поздно вечером, всю ночь клеил штрих-коды, слушал, как ухают типографские станки, и курил, чтобы согреться. Этими долгими холодными ночами, освещенными резким светом ламп накаливания, Федор частенько задумывался о том, стоит ли хвататься за любую возможность, которую дает тебе случай. Ведь, может быть, этот случай – слепой, с перспективой стать несчастным?
Однако Федор продолжал клеить и курить, курить и клеить.
Но неудачи и ошибки последних недель, все вместе взятые, не шли ни в какое сравнение с той бедой, которую Федор сотворил для себя своими собственными руками, причем пребывая в твердой уверенности, что он творит будущее благополучие.
В начале года он набрался смелости и стал просить поставщиков об отсрочке оплаты. Ведь он был уже не просто мечтательный молодой человек в очках, вооруженный планом открытия книжного магазина. «Сила ума» работала с десяти до восьми каждый день без перерывов на обед и выходных. Люди приходили, покупали дорогие книжки. План стал реальностью.
Тем не менее, когда поставщики согласились отгрузить книги в кредит, Федор удивился, как прежде удивлялся, что люди покупают книги в магазине, который он придумал и открыл. Раньше Федор сначала платил и только потом получал книжки, теперь же ему сначала присылали товар, а платить за него нужно было потом.
Он так обрадовался этому «потом», что воспользовался новыми возможностями совершенно бездарно. Хотя и осознал это только спустя несколько месяцев после возвращения из Троицка.
На радостях Федор набрал много книг, движимый в общем-то верной идеей расширить ассортимент и таким образом увеличить выручку с квадратного метра – ведь чем больше в магазине книг, тем выше шанс, что посетитель найдет что-нибудь по вкусу.
Но Федор не подумал, что будет, если отсрочка закончится, а книги не продадутся.
Он еще не знал элементарного правила, которое знает любой опытный торговец: если берешь товар на условиях отсрочки платежа, то брать его надо ровно столько, сколько ты можешь продать за время отсрочки. Иначе тебя настигнет «кассовый разрыв». Иначе придет время, когда ты не сможешь расплачиваться с поставщиками, потому что у тебя просто не хватит денег.
И вот это время пришло. Книг Федор набрал много, а продавались они все хуже и хуже. Платить было нечем.
Пережитое после этого Федор впоследствии называл не иначе как инициацией.
Чтобы стать полноправным членом общества, первобытному молодому человеку нужно было пройти через очищающий опыт болезненных обрядов вроде выбивания зубов, выщипывания волос, обжигания огнем или обрезания крайней плоти, а иногда всех этих процедур, вместе взятых.
Чтобы стать полноправным членом бизнес-сообщества, в нынешние времена нужно было пройти через опыт нарушения своих обязательств и обещаний. И Федору такая инициация представлялась не менее болезненной, чем обрезание плоти или выщипывание волос.
С первого дня своей трудовой карьеры бывший аспирант и археолог Федор крайне щепетильно относился к своим обязательствам перед партнерами, перед клиентами, перед работодателем.
Когда Федор занимался рекламой в «Городе мастеров», потенциальные исполнители рекламных заказов периодически предлагали ему откаты, как образно называли люди в постсоветской России банальные взятки, которые были вполне дежурным элементом деловых отношений.
Автор романа «Околоноля», которым считают главного кремлевского идеолога Владислава Суркова, даже называл мздоимство и откаты «вековыми скрепами державы». Однако Федор Овчинников, будучи историком, считал, что на таких скрепках страна долго не продержится. Поэтому от откатов и взяток в «Городе мастеров» Федор отказывался, чем повергал многих в недоумение.
Многие его считали позером. Некоторые его считали занудой. Большинство полагали, что он просто пускает пыль в глаза. Хотя для бывшего археолога и бывшего лимоновца размышления о державе и честном слове отнюдь не представлялись пустым звуком.
И вот теперь Федор Овчинников должен был нарушить данные обязательства, не вернуть в срок деньги, которые ему дали в долг, на время, под честное слово. У него это в голове не укладывалось.
Но что он мог поделать? Путей было два: или затянуть платежи, или закрыть бизнес.
Если бы Федор закрыл бизнес, он смог бы расплатиться с поставщиками, но тогда ему пришлось бы не только признать свое поражение как предпринимателя, причем в самом начале пути, но и оставить без работы тех немногих сотрудников, которые уже поверили в «Силу ума» и в начинающего предпринимателя-интеллигента Федора Овчинникова.
Маленький ты еще, идеалист…
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Если бы Федор затянул платежи, он смог бы расплатиться довольно скоро, сохранить бизнес, встать на ноги и на многие годы стать для издателей надежным партнером, продавать в городе с двумя Ы их интеллектуальные книжки, которые прежде тут никто не продавал.
Федор решил не платить – тянуть время. Собравшись с духом, он стал обзванивать поставщиков: описывал ситуацию, договаривался о рассрочках.
К его удивлению, большинство издателей отнеслось к неприятным новостям философски. Очевидно, другие партнеры, с которыми они вели дела, прошли подобную инициацию давным-давно. Возможно, они и сами когда-то в своей жизни пережили нечто подобное. Не исключено, что некоторым и вовсе не требовалось какой-либо инициации, чтобы нарушать обещания.
Но, как бы тяжело ни давалось Федору расставание с первыми предпринимательскими иллюзиями, этот первый финансовый кризис, отягощенный сезонным падением продаж, демаршем хозяина помещения, ошибками сотрудников и своими собственными, не убавил при этом его решимости заниматься предпринимательством.
Федор ведь и не ждал, что будет легко. Федор читал в книгах, что все великие предприниматели проходили через тяжелые кризисы, пока строили свои великие предприятия.
Федор удвоил усилия, хотя он ведь и до этого не сидел сложа руки. Чтобы поднять продажи, организовал смелые акции по раздаче рекламных листовок прямо у дверей конкурентов, в жизни не видевших прежде никакой конкуренции. Напечатал и распространил по почтовым ящикам рекламный каталог. Договорился об автограф-сессии сыктывкарского композитора Михаила Герцмана, который написал книгу воспоминаний «Тупица» (Федору очень хотелось, чтобы «Сила ума» из книжного магазина превратилась в культурный центр). Ну а пережив кризис и разобравшись с платежами поставщикам, Федор стал реализовывать антикризисную программу.
Магазин «Сила ума», в котором продается книга «Тупица». Сильно!)
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Старшим продавцом в «Силе ума», который отвечал за выкладку книг и недосмотрел с приемкой бестселлеров, работал хороший знакомый Федора. Когда этот хороший знакомый устраивался на работу, Федор спросил, понимает ли он, что на работе они не друзья? Хороший знакомый ответил, что понимает. Оказалось, он обманывал либо Федора, либо себя.
После того как Федор увидел на складе нераспакованные бестселлеры, он хорошего знакомого уволил, не выплатив ему премию. Хороший знакомый на Федора обиделся, потому что считал, будто премию заслужил, несмотря на очевидные недочеты. После этого Федор решил больше никогда не работать с друзьями. Каждый раз, когда Федор впоследствии нарушал это правило, он об этом жалел.
Вместо уволенного хорошего знакомого отвечать за приемку и выкладку книг Федор назначил рядового продавца Наталью Одинцову, хотя сначала на собеседовании она показалась ему крайне неуверенным в себе человеком.
Она долго сидела дома с ребенком, давно нигде не работала. Федор тем не менее взял ее на работу, потому что в отличие от большинства кандидатов она разговаривала на русском языке, к тому же когда-то продавала книжки в магазине «Букинист».
Компании «Сила ума» требуются молодые энергичные люди, готовые вместе с нами двигать мир! Я не буду предлагать вам баснословную зарплату, полный социальный пакет, гарантированные выходные и трех-разовое питание. Возможно, это когда-нибудь будет, но сейчас все наоборот:) Все, что у нас есть, – это будущее.
БЛОГ ФЕДОРА
Но спустя полгода Федор стал подозревать, что первое впечатление оказалось обманчиво. Одинцова демонстрировала гораздо больше здравого смысла, ответственности и банальной организованности, чем многие другие люди, с которыми Федору приходилось общаться. Он предложил вчерашней домохозяйке повышение, и дела стали налаживаться.
Чтобы больше не попадать впросак с финансами, Федор решил не только взять на работу бухгалтера, но и заняться финансовым планированием: он стал разрабатывать в программе Excel таблицу, с помощью которой можно было планировать доходы и расходы с учетом отсрочек платежей и видеть приближение проблем до того, как они становились неотвратимыми.
Не найдя понимания с хозяином помещения, Федор принялся за поиски нового и довольно скоро нашел подходящий вариант, причем в том же торговом центре, на том же шестом этаже. Только в соседнем помещении, в нескольких метрах от старого.
Разные секции торгового центра в свое время купили у владельца центра разные люди, поэтому у них были разные хозяева. Разные хозяева имели разные представления о стоимости аренды своих помещений.
Правда, площадь нового помещения превышала прежнюю почти на восемнадцать квадратных метров, и, хотя стоимость квадратного метра была ниже, общая цена аренды возрастала.
Позвольте Вас спросить, Федор, если Вы всю прибыль вкладываете в оборот, на что же вы элементарно кушаете? Причем уже четвертый месяц подряд?
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
То есть вместо того, чтобы решать проблемы упавшей выручки и недостатка финансов экономией, Федор решил бороться с ними увеличением расходов и расширением бизнеса. Федор задумал пойти ва-банк. Федор читал в книжках, что многие выдающиеся компании появились на свет только потому, что их создатели не боялись пойти ва-банк.
«Вырастут ли продажи с увеличением площади магазина? – задался он вопросом в своем блоге. – Сколько стоит переезд и как сделать его наименее затратным? Стоила ли игра свеч? Где взять деньги на дополнительное торговое оборудование для нового магазина? Даст ли мне банк новый кредит и на каких условиях?»
«При спаде не надо расширяться: только увеличишь постоянные расходы», – написал ему в ответ знаток. Этот знаток, может быть, тоже читал книжки про выдающиеся компании, но при этом знал, что пошедшие ва-банк куда чаще заканчивают плохо, просто про них не пишут книжки.
Хотя впереди и правда был летний спад продаж, Федор знатока не послушался, взял новый кредит в двести тысяч рублей на закупку новой мебели для большого магазина, подписал договор аренды на год. Он был уверен, что выкрутится, найдет способ поднять выручку даже летом, чего бы это ему ни стоило. «Если будет необходимо, я сам буду раздавать листовки «Силы ума» на улице», – написал он.
Предстояла большая работа: нужно было переезжать в новое помещение, набирать новых сотрудников, увеличивать ассортимент за счет аудиокниг и фильмов, придумывать новые креативные ходы. Федор стал размещать рекламу «Силы ума» на заборах и стенах домов в городе с двумя Ы: печатал на принтере интригующие отрывки из художественных книжек, а в конце писал: «Продолжение – в «Силе ума»». Весь город покрылся литературными листовками, как прежде весь город покрывался граффити «Смерть буржуям».
Чтобы было куда посадить бухгалтера, да и самому наконец куда-нибудь приткнуться, Федор снял свой первый офис. Он нашел подходящую недорогую комнатку на «первой линии» прямо на одной из центральных улиц, причем недалеко от магазина.
В том же доме располагалось престижное в городе с двумя Ы кафе Lounge, а также инвестиционная компания «Дилер» и студия загара «Шоколадка». Коридор украшал рекламный плакат с загорелой женщиной, на которой из предметов одежды имелись только темные очки, сережки и лента для волос.
Помимо «Дилера» и «Шоколадки» в доме располагалось и мужское общежитие. Наверное, это отчасти объясняло, почему вместо сосков у женщины были дырки, а двор дома был превращен в помойку, будто развороченную недавним ураганом. Постояльцы общежития не утруждали себя выносом мусора и выбрасывали обертки и бутылки прямо в окна, которые выходили не на улицу, а во двор. Лестничная площадка, куда Федор выходил покурить, была исписана кривыми граффити вроде: «Настя К. сучка. Чмо тупое. Шлюха. Вротберушка».
В некотором смысле это общежитие представляло собой довольно точную метафору устройства жизни в стране Федора: увеселительные заведения и инвестиционные фирмы в беспросветной разрухе, скрытой за более-менее сносным фасадом.
«Когда вечером выходишь на улицу через темные коридоры общаги, ощущение, что попал на окраину Гарлема, каким его показывают в криминальных фильмах 80-х, – написал Федор в дневнике. – Не так давно в этом офисе я пытался объяснить опытному кандидату-бухгалтеру, зачем я публикую отчеты о продажах на сайте. Серьезная женщина лет сорока, планировавшая сбежать из какой-то корпорации, смотрела на меня как на чудака».
Правильно оценив этот взгляд, Федор решил пока не рассказывать ей о планах построить федеральную книжную сеть, которые в последнее время стали занимать его все больше и больше. Хотя «Сила ума» едва зарабатывала, чтобы платить аренду и расплачиваться по кредитам, Федор стал всерьез думать о появлении «Силы ума» в каждом крупном российском городе.
Конечно, можно было мечтать о том, чтобы «Сила ума» появилась в других городах недалеко от Сыктывкара, но Федор понимал, что интеллектуальный книжный магазин может выжить только в большом городе. Поэтому нужно идти за пределы республики.
План казался ему не фантастическим, а реальным. Надо только разработать эффективную технологию и продавать франшизу начинающим предпринимателям, чтобы люди открывали по технологии Федора магазины под вывеской «Сила ума» и платили за это Федору процент.
Хотя Федор не хотел просто получать процент, не в проценте было дело. Он хотел создать сеть единомышленников– пассионариев, которая помогала бы друг другу строить бизнес, обмениваться опытом.
Такую сеть Федор думал наладить уже в ближайшее время, хотя в тот момент у него не было никакого повода предполагать, что его собственный бизнес доживет даже до первой годовщины.
Наверное, такие мысли помогали ему продолжать движение, видеть за Гарлемом и бичовским уголком нечто большее, чем помойку около мужской общаги и неотапливаемый склад в заброшенной типографии, где проходила его новая предпринимательская жизнь. Наверное, людям вообще, чтобы жить, как правило, нужно видеть за своей будничной жизнью нечто большее.
Федор: – Как вы считаете, что нужно сделать в первую очередь, если у вас планы федерального масштаба? Читатель: – Составить завещание.
БЛОГ ФЕДОРА
Федор даже поделился наполеоновскими планами с читателями блога. Через три дня после публикации он получил три письма от начинающих предпринимателей из Казани, Волгограда и Ейска.
Федор только знакомился с первым кассовым разрывом в своей жизни и только проходил инициацию, а люди уже интересовались условиями предоставления франшизы. Федор вынужден был признать, что пока еще не готов, но скоро обязательно подготовится.
Десятого июня он отпраздновал свой очередной день рождения. Вместе с друзьями пошел гулять по городу. Как это часто случается у мужчин, зашел разговор об автомобилях. Федору похвастаться было нечем: к тому времени скрипучие «Жигули» Федор сменил на «Хендай Акцент». И хотя его новая машина имела иностранное название, она оказалась не менее скрипучей.
Федору, конечно, нравились хорошие машины, но автомобили никогда не входили у бывшего лимоновца и бывшего археолога в число важнейших жизненных приоритетов.
Однако тогда он поддался настроению праздничного дня. И когда мимо проехала Toyota Camry, эта машина, стоившая чуть ли не дороже всего его бизнеса, вдруг представилась ему всеобъемлющим символом делового и жизненного успеха, к которому он стремился.
По телевизору Федор видел рекламу этой машины. Рекламный слоган призывал: «Управляй мечтой».
И хотя Федор ходил на работу в офис в мужском общежитии и едва справлялся с выплатой по своим многочисленным долгам – иными словами, мечта Федора пока была совершенно неуправляемая, – начинающий предприниматель сказал друзьям, посмотрев вслед автомобилю:
– Через год я куплю себе «Тойоту Камри».
Этим он как бы говорил друзьям: через год моя жизнь изменится на сто восемьдесят. Через год все будет иначе. Через год все будет не так, как сейчас.
Через год, несмотря ни на что: несмотря на Барумбайский мост, несмотря на нераспакованные бестселлеры, несмотря на бухгалтерские ошибки и финансовые просчеты, несмотря на падение выручки и рост арендной платы, – я построю для себя, для своей семьи, для своих сотрудников и для всего своего города новую реальность. Силой ума.
– Этого не будет никогда, – сказали друзья.
Глава 5
Магазины, как и люди, смертны
Записная книжка автора
6 марта 2010 года
Ровно через год Федор «Тойоту» купил. Еще через год он ее продал, чтобы вложить деньги в дело, которое все еще балансировало на грани жизни и смерти.
Когда я с ним встретился, его бизнесу было уже три года. О своих былых мечтах он не мог вспоминать без улыбки. Сам он передвигался или на разбитой «девятке», приписанной к фирме, или на такси, или на велосипеде. На велосипеде ему нравилось больше всего. Он любил рассказывать, как приятно ехать на работу, крутя педали.
Ему даже повезло: в подъезде под лестницей в его доме организовали место для хранения детских колясок, которое запиралось на ключ. Там как раз оставалось место для велосипеда. В квартире его просто было бы некуда поставить.
Спустя три года Федор не стал миллионером и даже не смог существенно увеличить свои доходы.
Сегодня я продаю машину, потому что бизнесу сейчас очень нужны оборотные средства. Когда мы выдаем зарплату, я получаю ее последний, потому что денег, чтобы выдать всем сразу, не хватает. Иногда у меня не оказывается наличных на бензин или на обед. Visa давно пустая. Бывают и такие дырки. Все, что у меня есть и было, – все в моем бизнесе. Без остатка.
БЛОГ ФЕДОРА
Он по-прежнему жил в однокомнатной квартире в хрущевке с женой и ребенком.
Более того, Федор не стал знаменитым, не реализовал франчайзинговый проект, не создал сеть пассионариев-единомышленников, не открыл магазины в других городах, не стал лидером книжного рынка всей страны и примером для подражания. Федор не сделал ничего, о чем он мечтал в начале своего предпринимательского пути.
Он, однако, добился многого: за три года пережил столько, сколько иные люди не переживают и за десять.
Эти три года его изменили. Романтический молодой человек, каким я знал его прежде, исчез. Федор приобрел взгляд человека, который знает, что делает. Просто потому, что прежде много раз не побоялся сделать то, о чем не имел ни малейшего представления.
Он больше не выглядит намного моложе своих лет. Он стал увереннее в себе и сильнее. И у него перекосило лицо.
– Вообще это почти незаметно, но если поднять брови, то видно, что поднимается только левая бровь, – говорит Федор.
Он поднимает брови, чтобы продемонстрировать. И замирает, как старый актер на красной дорожке, который строит фирменное выражение лица и держит его, чтобы все фотографы успели сделать достаточное количество фотографий.
И правда, поднимается только левая бровь – правая не поднимается. Из-за чего выражение лица у Федора получается недоброе.
На днях Федор подумал о том, что надо взять себя в руки и заняться спортом, чтобы держать себя в форме. Пошел в тренажерный зал, с большим удовольствием пробежал пять километров на дорожке, вышел распаленный на мороз, подумывая о том, что надо бы ходить в зал почаще.
И застудил лицо, из-за чего парализовало всю правую половину физиономии. Теперь Федор большую часть дня проводит в больнице на физиотерапии, ему делают уколы и ставят капельницы. Он плохо видит правым глазом, потому что постоянно лопаются сосуды. Во рту у него солоноватый привкус, будто разбил губу, потому что повреждены нервы.
Доктор сказал, что ему надо разрабатывать мышцы лица. А для этого необходимо жевать, спать на поврежденной стороне и как можно чаще смеяться.
Федору, однако, не до смеха, потому как бизнес его пока приносит убытки, даже несмотря на то, что это больше не один маленький магазинчик на шестом этаже, а крупное торговое предприятие.
Я встретился с ним накануне решающего сражения, которое он должен был дать в этой долгой и изнурительной войне за независимость – независимость от кредиторов, от финансовых кризисов, от поставщиков и партнеров, но прежде всего – от мрачной предопределенности, что нельзя в твоем городе, в твоей стране и в твоей жизни что-то изменить.
Завтра открывается его новый книжный. И хотя за три года Федор открыл много магазинов, для него это не просто очередное открытие. Это момент истины. Рубикон, при переходе через который решается ключевой вопрос: будет ли жить дело, которое он создал?
Поэтому, несмотря на кривое лицо и невидящий глаз, Федор сбежал из больницы. Вот уже неделю его сотрудники готовят магазин к открытию в круглосуточном режиме, сменяя друг друга, чтобы успеть к сроку. Даже менеджеры после завершения рабочего дня приезжают в магазин, чтобы помочь продавцам. И вместо того чтобы прохлаждаться на больничной койке, Федор едет поддержать сотрудников, вдохновить их личным примером.
У нас часто бывает: чем хуже дела в компании, тем дороже машины покупает владелец бизнеса, тем больше и круче он потребляет. Это мистическая иррациональная уверенность в том, что деньги привлекают деньги. Если бизнес падает, не надо ныть, ужиматься, надо брать Cayenne в новый кредит, и это даст силы, уверенность, успех и мотивацию.
БЛОГ ФЕДОРА
Но где самому взять вдохновение, когда уже больше года сидишь в убытках, да еще у тебя перекосило лицо?
Неожиданно звонит телефон. Подержав трубку у уха, Федор спрашивает на повышенных тонах:
– Почему завтра? Мы с тобой месяц назад говорили! Так ты бы мне сразу сказал, что мы не успеем. На что надеялся-то? Как мы сейчас мелкий товар будем выставлять? Ты мне завтра продажи убиваешь. Молодец!
Он убирает телефон и, помолчав, поясняет:
– Ну вот, полседьмого вечера, а подрядчик сообщает, что будет готова только половина оборудования для магазина, – говорит Федор и даже улыбается от удовольствия. И на этот раз почему-то улыбка получается искренняя и совсем не кривая. Именно так улыбаются люди, которые только что получили подтверждение своим самым плохим опасениям. – Причем мы вытащили деньги из оборота и заплатили ему заранее. А я долбил его каждый день… И это лучший мебельщик в городе – другие опоздали бы еще больше.
Мы едем с Федором на разбитой «девятке», приписанной к фирме.
Прежде чем отправиться в Эжву, город-сателлит Сыктывкара, Федор хочет заехать в офис, чтобы проверить, как шли дела в его отсутствие.
– Они нам делали мебель, когда мы открывали самый большой магазин в Сыктывкаре. Последние шкафы мы тогда ставили в шесть утра перед открытием, пилили в самом магазине. Но тогда мы все же успели, – вспоминает Федор. – Я их реально схватил тогда за яйца. Сказал: не сделаете, суки, я вам просто жить не дам.
Хотя по календарю уже весна, на обочинах дороги в городе с двумя Ы сугробы высотой в человеческий рост. На крышах в городе с двумя Ы лежит снег, многослойный, как торт «Наполеон».
– Диски мы тогда не успели привести в порядок. – Федор все дальше погружается в воспоминания. В отличие от многих людей, которые так никогда и не решаются переступить черту, отделяющую обыкновенных людей от предпринимателей, ему есть что вспомнить. – Так и выложили в драных коробках. Наклеили распечатки: «Уважаемые покупатели, к сожалению, мы не успели красиво выложить диски. Поэтому выложили их в коробках». Всем понравилось, люди подумали, что это такая фишка…
В тот раз утром Федор после бессонной ночи пошел спать. Проснувшись, позвонил в магазин узнать, как идут дела. Дела шли не хуже, чем у Ивана Дегтярева при открытии «Города мастеров».
Люди ломали ограждения в очереди, матерились и ругались, что жарко, а стоять за книжками нужно час: очередь была от касс на весь магазин. Но все равно стояли. Просто такого большого, такого красивого книжного магазина горожане еще не видели. Тогда за один день Федор заработал четыреста девяносто тысяч рублей.
Имхо, вы именно делаете что-то не так. Оглянитесь, столько труда, вроде бы крупная компания, а денег нет.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Водитель высаживает нас у другого шедевра бизнес-империи Федора Овчинникова – магазина канцтоваров, в помещении которого располагается и офис. Проходя по залу, Федор здоровается с продавцами (с мужчинами за руку), поправляет криво стоящую табличку, закрывает приоткрытую дверь, которая ведет в служебные помещения. Через склад, заставленный коробками, проходит в небольшую комнату на четырех человек, где он теперь проводит большую часть своей жизни.
Гарлем в общежитии остался в прошлом. Но это тоже не дворец бракосочетаний. Протертый линолеум, пенопластовый потолок. Стекло заросло инеем. Сквозь иней не видно ничего, кроме снега, голых кустов и столбов линии электропередачи: магазин находится на территории бывшего мясоперерабатывающего завода.
Сняв верхнюю одежду и подключив ноутбук, Федор начинает совещание.
– Таблица актуальная? – спрашивает он менеджеров, которые отвечают за продажи оптовым клиентам и должны делать пометки в таблице, сколько звонков они совершили за день. И привели эти звонки к продажам или нет.
– Моя актуальная, – отвечает Настя. – Почти.
Она работала прежде на складе, но Федор с первого дня остро нуждался в менеджерах, способных работать и приносить результат, поэтому решил поэкспериментировать и поставить ее на продажи.
– У тебя второго числа ни одного контакта нет, – замечает Федор.
– Как так? А, ну да. У меня второго марта день был такой кипешной…
– Третьего контактов нет, четвертого контактов нет, – продолжает Федор. Чем больше он изучает таблицу, тем хуже становится его настроение. – Ты ни с кем не контактировала или не заносила в таблицу?
– Я не могла ни с кем не контактировать, потому что телефон у меня звонит постоянно, – говорит Настя. – И я также совершаю звонки.
– У тебя не было ни одной отгрузки за неделю, – говорит Федор.
Если не было ни одной отгрузки, значит, за неделю Настя не заключила ни одного реального договора, который закончился продажей товара. Значит, всю неделю она зря получала свою зарплату.
– Да были, – отмахивается Настя.
– Кто отгружался? – спрашивает Федор.
– У вас какая-то таблица неправильная, – уходит от ответа Настя.
– В понедельник не было отгрузок. Во вторник не было. – Федор делает паузу, Настя молчит. – Давай ты будешь говорить либо «да», либо «нет», либо «не знаю».
– Не знаю.
– Хорошо. – Федор отвлекается от экрана и, откинувшись на спинку стула, смотрит на Настю. Настя хоть и выросла в Эжве, но иногда напоминала человека, приехавшего из деревни. Поэтому Федор и поставил ее на продажи региональным клиентам, надеясь, что ей будет проще найти с ними общий язык. Но похоже, его надежды не оправдывались.
– Просто расскажи вне таблицы свое видение, – предлагает он. – Как прошла неделя, что успела сделать.
– Для меня неделя прошла плодотворно, – говорит Настя. – У меня разрывается мой сотовый телефон. Конкретно звонят и интересуются. Эти контакты я не отмечаю. В Ухте клиент образовался, – наконец вспоминает она. – Мы отправили счет на оплату. Правда, девушка пока молчит. Она берет для детского сада.
– На перепродажу? Или напрямую для детского сада? – уточняет Федор.
– Я ума не приложу, она сказала: «Мне нужно для детского сада», – почему-то повышает голос Настя.
– Так что ты ума не приложишь? – почти теряет терпение Федор, но моментально успокаивается: – Ты выясни потребность, что за клиент, для чего ему нужны товары… Анкету они составляют?
– Нет, она не хочет, спрашивает, будет ли товар. Говорит, мы по счету все оплотим.
– Оплатим, – поправляет Федор.
– Оплатим, – поправляется Настя.
У Федора, кажется, мелькает мысль, что пора возвращать Настю на склад.
Я думаю, что Федор должен бы относиться к этому философски: за время его предпринимательства это далеко не первая неудачная попытка разбудить человека, предложить ему прыгнуть выше головы, захотеть чего-то большего, чем то, чего он привык хотеть.
В машину тем не менее Федор садится в расстроенных чувствах. Лобовое стекло в «девятке» по всему периметру украшено старыми радужными компакт-дисками. Водитель включает музыку. «Наполеоны» на крышах плывут мимо нас, пока Крис де Бург поет про леди в красном.
Однажды я по-терял свой смысл. Я очень устал. За два года мы очень много работали. Я не жалел ни себя, ни людей. Мы собирали магазины за ночь, чтобы платить меньше аренды впустую, потому что хотели быть лучше всех, потому что хотели выйти за рамки. Но потом я увидел, что у нас нет тех результатов, которых я ждал. Я спросил себя, что мы делали не так. Мы же так много работали. Мы были лучше всех. И не нашел ответа.
БЛОГ ФЕДОРА
Год назад люди похоронили Майкла Джексона, в Америке выбрали первого чернокожего президента, в Арабских Эмиратах клонировали первого верблюда. А здесь, в городе с двумя Ы, слушают Криса де Бурга. Путешествие из столицы в провинцию – это всегда еще и путешествие во времени. Последний раз я эту песню слышал на школьной дискотеке.
Федор обычно сам, конечно, не слушает про леди в красном, но не возражает.
– В какой-то момент я разочаровался в своем бизнесе, – признается он тоном человека, который после домашнего обеда в кругу семьи и друзей говорит гостю, что были времена, когда они с женой оказались на грани развода. – Я открывал «Силу ума» с ощущением, что кругом море возможностей – дайте мне только рычаг, я землю переверну. У меня был заряд, я думал, что если будешь работать и не будешь ныть, что везде взятки нужны и связи, то все получится… Оказалось, все гораздо сложнее. Но я нормально себя чувствую. Любая сложность, которую ты преодолеваешь, делает тебя сильнее.
Звучит ободряюще. Но делает ли в действительности человека сильнее расставание с иллюзиями и борьба с ветряными мельницами? Делают ли человека сильнее бесплодные поиски тех, кто хочет перемен и готов сам меняться? Делает ли человека сильнее каждодневное перетягивание каната, когда с одной стороны – одиночка-идеалист, а с другой – мрачная многовековая история твоей страны? Или человек просто склонен принимать за силу равнодушие и покорность, которую неизбежно приносит ему опыт?
По пути в магазин Федор заезжает в торговый центр в Эжве, где он прежде арендовал помещение для «Книги за книгой». Площадь была маленькая, новый магазин будет в три раза больше. Теперь надо подписать документы с арендодателем о прекращении аренды. Поднимаясь по лестнице, Федор останавливается у небольшой секции, в которой продаются дешевые китайские сувениры. Я чуть не налетаю на него.
Федор говорит, что теперь будет продавать вот такую хрень. Вот такую хрень, уточняю я, как эти дешевые репродукции картин художника Шишкина? Да, именно такую хрень и даже хуже, отвечает Федор. Миникальяны. Ароматические палочки «Волна». Броские копеечные подарки вроде кружки «Пивной бюргерской», стакана «Для сотрудников ГИБДД» или «Мерника храбрости», что бы это ни было на самом деле. Подобной хрени, дребедени и фигни Федор заказал целый контейнер, чтобы наполнить ею полки магазина. Федор с нетерпением ждет прибытия этого контейнера в город с двумя Ы. Федор уверен, что в его городе хрень, дребедень и фигня будут пользоваться большим спросом.
Три года назад он был уверен совсем в другом и ждал совсем другого. После открытия «Силы ума» Федор радостно писал в своем блоге, что эксперимент по продаже Донцовой в его интеллектуальном магазине провалился: люди Донцову не покупали, а покупали серьезную литературу. По мнению Федора, это свидетельствовало о том, что в городе с двумя Ы все-таки есть люди, которым нужны умные книжки, хотя все кругом говорили Федору, что таких людей нет и он разорится. Федор мечтал превратить «Силу ума» в центр культурной жизни и готов был для этого работать больше, чем кто бы то ни было. Он был уверен, что все получится.
«Силы ума» больше нет. На двери на месте первого магазина «Сила ума» – распечатка со словом «аренда» и телефоном. Федор оказался прав, когда предрекал хозяину помещения, что тот не найдет арендатора, если поднимет цену.
Я решил полностью отказаться от литературы Дарьи Донцовой и других ее сателлитов, которой и так было у нас очень мало. Мы экспериментально, а иногда и случайно привозили подобные книги, но они совершенно не хотели продаваться в нашем магазине. Обожаю нашу аудиторию!
БЛОГ ФЕДОРА
А на месте второго магазина «Сила ума», куда Федор переехал спустя полгода, находится магазин одежды. А сам предприниматель Федор Овчинников вместо интеллектуальных магазинов теперь открывает книжные супермаркеты, потому что он ведь занимается торговлей, а не арт-проектами, а в торговле главное – выручка с квадратного метра и прибыль. А бестселлеры Донцовой – самый надежный способ поднять и то и другое.
По новому супермаркету, который Федор готовит к открытию, не пройти: стоят коробки, стопки книг. Уже вечер, а завтра в девять утра все эти книги будут стоять на полках, и магазин сможет начать работу. Не открыть магазин завтра в девять нельзя: Федор распространил по всей Эжве рекламные листовки, где рассказал, что открывается книжно-канцелярский «гипермаркет» и на открытии человек с листовкой получит скидку. Федор говорит, что так он открывал каждый новый магазин в своей жизни. Федор сравнивает открытие магазина со штурмом крепости, на который должно подняться все войско.
Федор говорит, что его партнеры относятся к сотрудникам как к расходному материалу. Но ведь если бы не самоотверженность этих людей, Федор не смог бы открыть ни одного магазина. Именно поэтому он не может оставаться в больнице, когда они прилагают сверхусилия, чтобы успеть к сроку.
Федор сообщает начальнику розницы, что мебели не будет. Начальник розницы говорит, что мебельщик обещал успеть – почему он обманывает? Федор не знает, почему он обманывает. Начальник розницы показывает Федору, что уже сделано, сообщает о принятых решениях, информирует, что назревает конфликт с другими магазинами торгового центра, потому что они хотят иметь возможность бегать через книжный в туалет. Кроме того, в самом магазине не работает вентиляция, поэтому очень душно и жарко.
Федор вспоминает Воркуту. Когда он открывал магазин в Воркуте, там тоже было жарко. На улице была зима, все сотрудники были в теплой обуви. Бегать по залу в тяжелых сапогах было неудобно. И Федор тогда придумал разуться и надеть на ноги полиэтиленовые пакеты. В пакетах ногам все равно было жарко, но зато дело пошло лучше, потому что в пакетах получалось весело кататься по скользкому полу.
Федор говорит, что после открытия магазина его всегда посещает легкая грусть. Когда он видит первых покупателей, у него возникает чувство, что чужие люди пришли к нему домой и ходят по дому в уличной обуви.
Завтра утром в этом помещении тоже откроются двери, придут люди в уличной обуви, Федора посетит легкая грусть, магазин начнет здесь свою жизнь. Долгой будет эта жизнь или короткой? Выживет ли вообще дело его жизни? Кто знает. Федор знает только, что магазины, как и люди, смертны. И с этим ничего не поделаешь.
Завтра решающее сражение в истории его бизнеса. Но в этом нет ничего необычного. Все эти три года Федор едва успевал перевести дух между одним решающим сражением и другим. Кажется, вся его жизнь со дня открытия «Силы ума» была наполнена этими сменяющими друг друга решающими сражениями, каждое из которых требовало мобилизации всех его сил.
Может быть, так и должна выглядеть жизнь настоящего предпринимателя? Может быть, так и должна выглядеть жизнь человека.
На прилавке стоит магнитофон, играет музыка, в сравнении с которой Крис де Бург кажется кем-то вроде Моцарта или Джона Леннона.
– А девочке твоей всего пятнадцать лет, и паспорта у девочки, конечно, нет, – поет синтетический, как майка с Черкизовского рынка, голос. – И, сколько ни проси, не продадут билет, девочке твоей не продадут билет. А девочке твоей всего пятнадцать лет…
Федор берется помогать продавцам выставлять книги на полки. По иронии судьбы, Федору достаются коробки с бесчисленными бестселлерами Донцовой. Сняв свитер, Федор принимается за работу.
Глава 6
Холдинг-шмолдинг
В биографии великого американского коммерсанта Сэма Уолтона можно найти немало вдохновляющих примеров для подражания. Он добился небывалого успеха благодаря трезвому взгляду на действительность, завидной изобретательности и безграничному усердию.
Чтобы купить для магазина дамские трусы подешевле, Сэм Уолтон мотался на своем грузовичке с самодельным прицепом через два штата. Чтобы изучить технологии работы крупных компаний, проникал в штаб-квартиры поставщиков под видом мелкого торговца. Чтобы вдохновить своих сотрудников, заключал с ними рискованные пари. А если проигрывал, надевал гавайскую рубаху и юбку, шел на Уолл-стрит танцевать в таком виде посреди улицы на потеху публике.
Уолтон начинал с одного магазина в американском захолустье, но прощальную симфонию жизни этот деятельный чудак слушал владельцем огромной торговой империи WalMart и одним из самых богатых людей Америки.
Когда он умер, под вывеской WalMart работали многие сотни магазинов по всей стране, а сама сеть WalMart стала таким же символом Америки, как Диснейленд и «Макдоналдс». Автобиография великого американского предпринимателя, однако, говорила при этом, что после того, как Сэм Уолтон открыл свой первый магазин, он проработал в нем семь лет, прежде чем ему удалось открыть второй.
Только после того как Федор пережил свой первый кризис, разобрался с кассовым разрывом и прошел своеобразную инициацию неплатежами, он начал по-настоящему понимать значение этого маленького факта в биографии великого американца.
Спустя полгода после открытия «Силы ума» начинающий предприниматель Федор Овчинников боялся даже думать о том, что значит семь лет работать в одном магазине. Что значит семь лет изо дня в день вот так бороться за выживание, не имея никакой уверенности в том, что твои усилия не обернутся разорением и крахом.
Еще пятнадцать лет назад первым русским коммерсантам требовалось куда меньше времени, чтобы сколотить капитал на руинах советского государства. И хотя зачастую капиталы тогда терялись с такой же скоростью, с какой создавались, выжившие в этой русской рулетке и во времена Федора оставались на коне. Начиная бизнес, он невольно равнялся на них. Настроился добиться успеха с такой же скоростью, пусть и не таким же путем.
Просто семь лет ему казались слишком большим сроком. Просто семь лет назад город с двумя Ы был совершенно другим городом – тут даже не было торгового центра, в котором Федор теперь открыл магазин. И семь лет назад это была совершенно другая планета – на ней даже мало кто знал, что такое блог, и далеко не каждый хорошо себе представлял, что такое интернет. Да и сам Федор семь лет назад был совершенно другим человеком и в качестве главного в городе лимоновца ходил на допросы в ФСБ.
Федор теперь часто задумывался о том, как здорово было бы открыть второй магазин. Но, погружаясь в экселевские таблицы, которые он начал составлять после первого кассового разрыва, Федор каждый раз убеждался, что с такими долгами и такими продажами открыть второй магазин у него получится нескоро.
Надвигалось лето, и в городе с двумя Ы шел бесконечный дождь. Федор говорил себе, что дождь – это хорошо, потому что дождь способствует чтению, а значит, и продажам. Во всяком случае, когда Федор вспоминал моменты полного погружения в книги, оказывалось, что у него они всегда были связаны с дождем.
Дождь барабанил по крыше, когда он читал «Бесов» Достоевского, лежа в сарае у бабушки на старой раскладушке. Дождь бил по палатке, когда Федор читал «Сто лет одиночества» Маркеса, пережидая непогоду во время археологической экспедиции. Дождь стучал в окно его квартирки на улице Коммунистической, когда Федор перед открытием своего бизнеса закопался в книги о том, как достичь успеха.
Закуривая очередную сигарету на лестнице в Гарлеме и глядя на капли на мутном стекле, Федор думал о том, что город с двумя Ы благодаря бесконечным дождям можно смело считать столицей чтения. И еще он думал о том, что его реальность сильно отличается от того, что написано в книгах о достижении успеха. Впрочем, может быть, это лишь проблема перевода с английского языка на русский.
Мы станем выдающейся компанией. Я пишу и говорю все это не ради красивых слов. Для меня это реальность. Я хочу, чтобы вы получили такую же уверенность в нашем успехе, какая есть у меня.
ПИСЬМО ФЕДОРА СОТРУДНИКАМ КОМПАНИИ
В один такой вполне обычный дождливый день Федору позвонил незнакомец и сказал, что представляет крупный региональный Холдинг, и предложил пообщаться лично, поскольку есть тема для обсуждения. На встрече в кафе Lounge этот человек бегло рассказал о Холдинге и потом быстро перешел к сути дела: есть перспективные помещения под магазины, Холдинг хочет развивать книжный бизнес – приходи к нам работать.
Федор сказал: вы смеетесь? У меня свой магазин, где я сам себе хозяин. Зачем мне управлять чужим бизнесом?
За полгода он уже распробовал вкус свободы, хорошо знакомый людям, которые решаются взяться за свое дело. Если с самого начала у человека не выворачивает от него все нутро наизнанку, как правило, он ни за что уже не променяет этот терпкий вкус экзотического фрукта на унылые бизнес-ланчи обыкновенного клерка.
Встреча ничем не закончилась, но через несколько дней люди из Холдинга позвонили снова. На этот раз они предложили купить долю в «Силе ума», вложить деньги в развитие и, используя энергию Федора, построить большую сеть книжных магазинов по всей республике.
Иными словами, эти люди предложили Федору реализовать его мечту.
Прежде чем что-либо ответить, он навел о Холдинге справки. В городе с двумя Ы тот считался большим и влиятельным, группе принадлежали многие фирмы на рынках телекоммуникаций, торговли электроникой, производства мебели. Возглавлял Холдинг генеральный директор крупной республиканской госкомпании. Правда, сам он не занимался оперативным управлением – розничную сферу курировал его зять, по совместительству депутат муниципалитета. Пообщавшись со знакомыми, которые работали с компаниями Холдинга, Федор понял, что эти люди не бандиты и не рейдеры, а вполне цивилизованные бизнесмены, которые стараются придерживаться западных корпоративных стандартов, чтобы при случае можно было продать бизнес серьезным федеральным или иностранным инвесторам.
Федор, готовься распроститься с бизнесом. Жаль, что тебя не учили не давать больше тридцати процентов в обмен на инвестиции.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
В общем, это были серьезные коммерсанты, которые Федору показались чуть ли не олигархами. Во всяком случае в офисе у них гостей встречал секретарь. В переговорной стояли кожаные кресла. Молодому предпринимателю бросилось в глаза, что ногти хозяина, депутата Васи, покрыты лаком. Он вертел в руках ручку за двадцать тысяч долларов (о цене ручки Федору было сказано мимоходом). В отличие от Федора Вася учился бизнесу в Москве и имел диплом MBA.
У этих людей явно водились деньги, и при всем этом они не претендовали на то, чтобы управлять компанией. После некоторых колебаний Вася согласился разделить бизнес пятьдесят на пятьдесят. И хотя Федор осознавал, что схема рискованная, он решил, что это шанс и его нельзя упускать.
Федор видел вокруг себя многих предпринимателей, которые не могли выбраться из тесного лабиринта малого бизнеса и до конца дней, кажется, были обречены оставаться владельцами киосков, ларьков или конторок, арендующих секции со столом и стулом в дешевых торговых центрах. Он считал, что способен на большее.
Сделка растянулась на многие дни. Решили, что Федор вложит в новую компанию все активы своего магазина, а партнеры внесут эквивалентную сумму живыми деньгами, а дальше будут кредитоваться. Поэтому первым делом нужно было провести инвентаризацию и оценить все товарные запасы и мебель. В магазин «Сила ума» и в бичовский уголок приехали менеджеры Холдинга, чтобы провести ревизию достижений начинающего предпринимателя Федора Овчинникова. Достижений насчитали на миллион. После этого юристы стали писать договор. Когда документы были готовы, Федор приехал в офис Холдинга и подписал толстую стопку бумаг. «Партнерство пятьдесят на пятьдесят – это как брак, – сказал депутат Вася. – Нужно, чтобы у нас был счастливый брак».
Вступление «в брак» позволило Федору решить проблему с НДС: он не мог соскочить с упрощенки самостоятельно, но налоговая принудительно снимала предприятие с упрощенной системы, если другая компания покупала больше четверти фирмы. Освободившись от налоговых проблем и получив финансовый рычаг, Федор принялся строить большую компанию с энтузиазмом человека, которому доверили подготовку первого межгалактического перелета.
ПОРВЕШЬ ИХ, КАК ТУЗИК ГРЕЛКУ!!!
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Надо было торопиться и как можно скорее захватить рынок: знакомые риелторы сообщали, что крупные федеральные книжные сети уже ищут место под свой первый магазин. Федор хорошо понимал, что первого успеха без копейки в кармане он добился только из-за отсутствия настоящей конкуренции. Своими деньгами, своими технологиями, своим безграничным ассортиментом и низкими ценами федералы просто размажут его по стенке.
Над местом для второго своего магазина Федору долго думать не пришлось. В двадцати минутах езды от города с двумя Ы находился город-спутник Эжва. Хотя формально Эжва была вовсе даже не городом, а районом Сыктывкара, эжвинцы жили своей жизнью, выбирались в центр не так часто, как говорили, а книжных магазинов у них при этом не было ни одного.
Наладить доставку книг в Эжву представлялось не таким сложным делом, да и контролировать такой магазин было бы намного легче, чем магазин в любом другом городе республики, где расстояние между более-менее крупными населенными пунктами почти всегда исчислялось сотнями километров.
Проблема, однако, заключалась в том, что Эжва появилась на свет вокруг целлюлозного предприятия, люди жили там хорошие, но простые, да и было их не так чтобы много: тысяч семьдесят. Федору представлялось очевидным, что открывать интеллектуальный книжный магазин там бесполезно.
Выбор был прост. Либо сохранить верность мечте о красивом магазине интеллектуальной литературы и тогда забыть про Эжву, сдать город федералам и упустить возможность расширить бизнес. Либо отступить от задуманного и принять идею о том, что настоящий коммерсант создает бизнес не для себя, а для людей. И если женщинам нужна книжка про то, как домохозяйка становится детективом и расследует дело о похищении свекрови, значит, такую книгу и надо продавать. А если мужчинам нужна книжка про то, как майор спецназа попадает в Древнюю Русь и крошит печенегов, значит, такую книгу и надо ставить на полку. И не надо подсовывать мужчинам и женщинам вместо этого разное интеллигентское фуфло.
Неожиданно для себя Федор осознал, что хочет быть успешным предпринимателем куда больше, чем владельцем одного красивого магазина, который каждый день вынужден бороться за выживание. Он вошел во вкус, ему понравилось профессионально расти и расширяться. Он решил открыть в Эжве не «Силу ума», а магазин массовой литературы под новым именем, хотя еще полгода назад мечтал совсем о другом.
Это больше похоже на конец, чем на новый этап. «Сила ума» для меня ассоциировалась раньше с идеей, экспериментом, а сейчас тупо бизнес, бабло, проценты.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Он и сам не заметил, как быстро стал идти на компромиссы, которые до появления Холдинга считал недопустимыми.
Федор обещал партнерам, что к концу года сделает их компанию лидером книжного рынка республики, чтобы потом уже двинуться на федеральный уровень. Он настолько серьезно относился к этим планам, что цветовую гамму будущей сети магазинов «Книга за книгой» подобрал так, чтобы отличаться от любой другой книжной сети, которая существовала тогда в стране.
Место для третьего магазина Федор начал искать, еще не открыв второй. Теперь, когда у него были деньги, он мог уже найти место в центре не на шестом этаже, а прямо на первой линии. Поиски места для этого третьего магазина и привели его в кабинет к Вадиму Павловичу Корнеюку, который в городе был известен многим просто как Палыч.
Вадим Павлович приехал в Сыктывкар из Тбилиси. В начале девяностых в его родном городе электричество давали на час в сутки, а люди разбирали паркет, чтобы отапливать дома. Когда Корнеюк принял решение бежать, его жена была уже на восьмом месяце. Далекий и холодный Сыктывкар, встретивший его тридцатиградусными морозами, он выбрал только потому, что тут жили родственники.
Город с двумя Ы с деревянными домами и хмурыми жителями после столицы Грузии показался ему жопой вселенной. Но через месяц жена родила, и нужно было как-то выкручиваться. Начинал Палыч с челночной торговли. Поездом приезжал в Москву, пережидал ночь на вокзале, потому что не было денег даже на общежитие, да и боялся грабежей и разбоя, а когда открывалось метро, ехал на рынок и с товаром возвращался обратно в Сыктывкар, где сдавал шмотки местным торговцам.
Неизвестно, какие за этим последовали лихие приключения, но спустя десятилетие он был уже влиятельным и авторитетным коммерсантом. Владел в городе с двумя Ы самой разнообразной недвижимостью и принадлежал к тому типу людей, которые всем маркам одежды предпочитали Dolce&Gabbana, а всем моделям телефонов – Vertu.
Когда Федор еще работал в рекламном агентстве, он пытался выйти на Корнеюка, чтобы предложить ему рекламные услуги, но тот даже не стал тратить на Федора время и довольно бесцеремонно завершил разговор. Однако теперь, когда Федор хотел арендовать у него помещение на улице Карла Маркса, Вадим Павлович, наоборот, отнесся к Федору довольно радушно.
Просто представивший Федора риелтор был читателем и даже поклонником блога «Сила ума», и он рассказал Палычу, что Овчинников – не просто очередной арендатор, а молодой инновационный предприниматель. А Корнеюк уважал людей с головой – он даже держал на столе среди бумаг диплом об окончании института с приложением, где стояли одни пятерки. Чтобы показать при случае каждому гостю, что и хозяин офиса не дурак, а человек с образованием.
Как и в офисе Холдинга, у Палыча в кабинете стояли кожаные кресла и диваны. На специальной стойке лежал самурайский меч. Принимая молодого предпринимателя, Корнеюк картинно хлопал в ладоши и кричал: «Алла! Фрукты!» Алла приносила фрукты на блюде. Вадим Павлович громко критиковал их качество, Алла уносила блюдо, приносила новые.
Несмотря на фрукты и симпатию к молодому напористому предпринимателю, Палыч на переговорах настежь открывал окно, хотя на улице было холодно. Как потом узнал Федор, это у него была такая тактика. Вадим Павлович считал: если гость на переговорах чувствует себя неуютно, ему хочется поскорее уйти, и тогда он скорее согласится на не самые выгодные условия. Федор мерз, но пытался до последнего отстоять свои позиции, нахваливая книжный магазин. Помещение было хорошее, тем более хозяин брал на себя ремонт. Молодой предприниматель Федор Овчинников и опытный коммерсант Палыч ударили по рукам.
Эта сделка, впрочем, принесла Федору немало хлопот. Вадим Павлович оказался не только фактурным коммерсантом, но и дотошным и деятельным строителем, который постоянно фонтанировал идеями. Федору приходилось все время лавировать, чтобы и не обидеть более опытного и авторитетного предпринимателя, и отстоять свое мнение.
Однажды Корнеюк зашел в помещение будущей «Книги за книгой», когда сотрудники Федора монтировали музыку для магазина. Хозяину показалось, что с ним недостаточно почтительно поговорили. Он накричал на сотрудников Федора примерно так, как он привык кричать на своих подчиненных. Когда Федор узнал о случившемся, он позвонил Вадиму Павловичу. Тот наорал и на Федора. Тогда Федор сказал, что расторгает договор. Потому что нецивилизованно вы общаетесь – как с вами иметь дело? Так сказал молодой предприниматель Федор Овчинников опытному коммерсанту Палычу.
Иван Дегтярев считал Федора талантливым выдумщиком и интеллигентом, который в принципе неспособен ворочать дела, отжимать партнеров и вести бизнес, тем более в такой стране, как Россия, в таком городе, как Сыктывкар. Федор и сам, может быть, не был уверен в том, что сможет на равных общаться с важными дядьками, и не ожидал от себя, что сможет дать Палычу отпор. Но оказалось, что все не так сложно, если следовать здравому смыслу.
А здравый смысл подсказывал, что нельзя позволить переступить черту, иначе потом уже не заставишь себя уважать. Вадим Павлович привык к таким выходкам только потому, что не встречал прежде сопротивления, и в чем-то он напоминал Федору его дядю: за броским реквизитом, который тот притащил из девяностых, Федор мог при желании разглядеть в нем умного, думающего человека.
Через два часа Вадим Павлович перезвонил и извинился. Он признался, что никогда раньше не извинялся. Он пообещал, что теперь все будет цивилизованно. Федору показалось, что фраза про нецивилизованность его сильно задела. Эпизод остался в прошлом, и вскоре на Карла Маркса открылся книжный магазин «Книга за книгой».
Расширяя сеть, Федор понял, что ему нужно переосмыслить всю систему работы. У компании, например, прежде не было склада: книги сразу доставлялись в «Силу ума», а затем и в «Книгу за книгой». Однако без склада невозможно гибко управлять ассортиментом: не создав запаса товара, нельзя быть уверенным в том, что полки не опустеют. Без склада нельзя внедрять современные системы учета, потому что приемкой и учетом должны заниматься специально выделенные для этого люди, а не продавцы. Наконец, без склада невозможно начать экспансию в другие города, потому что нужен перевалочный пункт для сортировки и перераспределения поступившей от поставщиков номенклатуры.
Федор стал искать помещение под настоящий склад, а не бичовский уголок, который у него был до этого для сортировки книг под «Ассорти».
Организация логистического узла оказалась делом хлопотным, сложным и увлекательным. Федору предстояло не только набрать и обучить новых сотрудников и организовать приемку и отгрузку, но и создать сложную систему автоматического учета поступившего товара, чтобы склад мог переваривать объемы, рассчитанные на сеть из нескольких магазинов, а для этого надо было писать сложную надстройку к программе бухгалтерского учета «1С».
Складские помещения в городе с двумя Ы располагались на двух улицах. Одна называлась Огородной, другая Колхозной. Федору удалось найти подходящее помещение на Огородной среди других магазинов-складов, торгующих самым разнообразным товаром – от парниковой пленки до сотового поликарбоната. Хозяином был армянин, который всем представлялся Фердинандом. Когда Федор подписывал договор, он узнал, что настоящее его имя было Ильич Корленович, причем Корленович было фамилией. Впрочем, с некоторыми странностями Фердинанда Корленовича легко было смириться: Фердинанд был куда менее сложным арендодателем, чем Вадим Павлович. Главным в отношениях с ним было научиться вежливо отказываться от очередного приглашения вместе съездить на шашлыки.
Розничный магазин «Сила ума» работает в Сыктывкаре уже больше семи месяцев. Средний оборот за это время составил 394 463 рубля в месяц.
БЛОГ ФЕДОРА
Помещение у Фердинанда было достаточно просторным для того, чтобы на первом этаже устроить склад, а на второй перевезти офис из Гарлема. Кроме того, в соседние магазины и склады постоянно ходили люди, и поэтому здесь многие торговали в розницу, продавая светильники и беляши. Федор тоже открыл при складе маленький розничный магазинчик. И хотя потолок в новом офисе лежал буквально на голове, а в кабинетике Федора имелось только одно маленькое окошко, после Гарлема он казался дворцом.
Мечта Федора о большом бизнесе буквально на глазах становилась реальностью. Он не проработал и года, а уже имел четыре магазина и готовил настоящую республиканскую экспансию. Если бы ему удалось сохранить такую скорость развития хотя бы на три года, он бы стал самым удачливым коммерсантом своего города. Поэтому, отправляясь на встречу с партнерами, где нужно было подвести итоги работы, Федор немного волновался, но при этом понимал, что он заслужил одобрение компаньонов.
Все лето он носился как угорелый. Открывал новые магазины. Мотался на стройки к Палычу. Перевозил офис из Гарлема в новое помещение, открывал склад, создавал новую систему логистики и закладывал тем самым базу для создания большой региональной сети. За каких-то несколько месяцев благодаря его усилиям компания из маленького магазинчика превратилась в сеть. Федору казалось, что он проделал достойную работу.
На собрании акционеров, однако, все пошло не так, как он рассчитывал. Депутат Вася, с которым у него сложились вполне дружеские отношения, неожиданно заявил Федору, что ожидал совсем других показателей. Компания-то убыточна. Где наши деньги? Где прибыль? Где капитализация?
Обвинения звучали абсурдно: нельзя быть прибыльным, когда строишь сеть и инвестируешь деньги в рост. Федор стал защищаться, и встреча партнеров быстро превратилась в перепалку.
Федор отвечал, что операционно каждый отдельный магазин вполне рентабелен. А депутат говорил, что его не интересуют операционные показатели отдельных магазинов. Федор напомнил, что книжный бизнес – не нефтяной и невозможно в нем за полгода окупить вложения и получить сверхприбыли. А депутат говорил, что речи о сверхприбыли не идет – нет ведь вообще никакой прибыли. Федор предложил обсудить любые допущенные ошибки и сказал, что готов выслушать любые конкретные предложения. Конкретных предложений у депутата не было, на ошибки он указать не мог.
«Я готов учиться у любого человека, который может управлять в республике книжными магазинами лучше меня, – покажите мне этого человека», – сказал Федор. Депутат показать человека не смог и вынужден был отступить. Федор понял, что его критиковали не ради того, чтобы принести пользу общему бизнесу, а только для того, чтобы он чувствовал себя виноватым.
Получать выговор было тем обиднее, что депутат Вася сам-то не торопился выполнять условия их соглашения. В начале лета компаньоны договорились, что Федор будет строить сеть, используя финансовый ресурс Холдинга. Деньги должны были поступать в виде займов от входящих в Холдинг компаний или же банковских кредитов под залог активов Холдинга. Но у депутата не существовало никакого финансового плана, и свою часть работы он делал не то чтобы очень аккуратно. Когда доходило до дела, вдруг оказывалось, что обещанных денег нет и надо подождать – неделю, другую, месяц.
Депутат Вася, судя по всему, вообще относился к своим обязательствам без лишней трепетности.
Так, помимо публичной борьбы за народное благо и частной деятельности по повышению собственного благосостояния он увлекался еще и бальными танцами и однажды, когда ему понадобились танцевальные туфли, попросил Федора купить их по случаю в Москве. Федор, разумеется, туфли купил, однако при передаче денег за них не получил.
Депутат, кажется, думал, что возвращать деньги за туфли необязательно. Он как будто удивился, когда Федор попросил отдать ему сумму, указанную в чеке, и сослался на то, что просто нет при себе таких денег. Федор предположил, что Вася думал, будто ему будет сделан такой подарок, и такие подарки преподносят ему время от времени остальные директора входящих в Холдинг компаний. Может быть, поэтому Федору пришлось несколько раз напоминать о долге: депутат протанцевал в новеньких туфлях больше месяца, прежде чем все-таки вернул деньги.
Близкое знакомство с хозяином всего Холдинга оказалось не более приятным. В конце года Папа (а именно так называл его Вася) сошел со своего чиновничьего олимпа и лично приехал в офис одного из собственных предприятий, чтобы проинспектировать работу теневых фирм, бизнес которых, как правило, держался на контрактах госкомпании, которой Папа и руководил. Так, в Холдинг входила мебельная фирма, которая поставляла госкомпании мебель, а также охранное предприятие, которое оказывало госкомпании охранные услуги, и даже столовая, которая столовала сотрудников госкомпании.
Когда Федор приехал на место, он увидел толпу людей, которая дожидалась своей очереди, потела и нервно курила. Это были директора предприятий Холдинга. Федор понял, что он был чуть ли не единственным относительно независимым партнером, потому что его бизнес не зависел напрямую от контрактов госхолдинга. В этом Федор даже нашел что-то хорошее: значит, партнеры не дураки и понимают, что такая система неустойчива, пытаются измениться, начинают сотрудничать с независимыми коммерсантами.
Однако когда очередь дошла до Федора, стало понятно, что Папа относился к нему не как к равноправному партнеру, а как ко всем остальным людям из этого коридора, то есть как к одному из своих подчиненных. Федор решил не тратить времени на развенчание его иллюзий, а просто рассказал о том, что сделано за год и какие свершения предстоят в новом. «Хорошо», – сказал Папа и отпустил его с богом. Бремя лежащих на нем лет, наполненных интригами и борьбой за власть, сделало его крайне немногословным. За весь разговор он едва выдал три предложения. Депутат Вася, ерзавший рядом на стуле, явно испытал облегчение, что отчет строптивого компаньона начальнику и тестю прошел без проблем.
Федор покинул помещение со смешанными чувствами. С одной стороны, никакой катастрофы не случилось. С другой стороны, Федору стало абсолютно ясно, что он и партнеры слишком разные люди.
Он понял, что у великого американского коммерсанта Сэма Уолтона имелись веские причины на то, чтобы не искать партнеров с большим мешком денег, а терпеливо работать семь лет, прежде чем открыть второй магазин.
Впрочем, дело было сделано – что теперь стенать? Нужно было трудиться дальше. Впереди Федора ждала большая работа, правда, не озаренная уже, как прежде, светом великой надежды, а залитая отравой сомнений.
Впереди Федора ждала Воркута.
Глава 7
Греки в Воркуте
Нельзя было придумать ничего глупее, чем открывать книжный магазин в Воркуте.
От Сыктывкара до Воркуты – почти тысяча километров. Это вдвое больше, чем до Кирова, и почти столько же, сколько до Москвы. Но до Москвы и до Кирова из Сыктывкара можно было доехать на машине. До Воркуты на машине добраться было нельзя.
Если человек хотел попасть в Воркуту на автомобиле, он должен был ехать триста километров до Ухты, а потом ставить машину на железнодорожную платформу и тащиться с ней на поезде.
И если в Кирове жило почти полмиллиона человек, в Москве пятнадцать миллионов, то в Воркуте было всего семьдесят тысяч жителей, причем не студентов и интеллигентов, а шахтеров и работяг, и каждый год после распада Советского Союза их становилось все меньше, потому что не так-то много людей хотели жить всего в ста сорока километрах от Северного Ледовитого океана.
Нельзя было придумать ничего глупее, чем открывать книжный магазин в Воркуте, однако это был третий по величине город республики. А Федор бредил идеей строительства республиканской сети и еще не знал, что в реальном бизнесе ничего не значат административные границы между территориями и людьми, прочерченные однажды по произволу чиновников.
Он не знал, что настоящий бизнесмен должен мыслить не черточками на карте, а думать о том, где живет больше людей и насколько они образованны, сколько будет стоить доставка и можно ли найти квалифицированную рабочую силу. И если удобнее и быстрее доставить книжки в город Киров в соседнюю область, надо доставлять книжки в Киров. А Воркуту оставить шахтерам. Пусть ты не сможешь красиво называть себя лидером рынка республики, но зато будешь хорошо зарабатывать, вместо того чтобы бороться с предопределением.
Все, Федор… Теперь уж тебе вообще нечего опасаться… Дальше Воркуты все равно не пошлют.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Федор, однако, не прочь был побороться с предопределением, да и не мог он не открыть магазин в Воркуте, потому что этого очень хотели его партнеры.
Как раз в это время в госкомпании Папы шла реструктуризация. Госкомпания планировала избавиться от ненужных активов, в числе которых было немало нежилой недвижимости, которую теперь можно было арендовать. Одно из таких помещений, которое госкомпания стала сдавать в аренду, находилось именно в Воркуте.
Депутат Вася говорил Федору о перспективных помещениях, где можно будет открываться, еще до сделки. И тогда Федору казалось, что это поможет ему быстрее и эффективнее построить сеть магазинов, как он и мечтал. Но когда он высадился в Воркуте и приехал осмотреть первое такое помещение, он понял, что место ему досталось никудышное: далеко от центра, к тому же в плохом состоянии, из-за чего магазину требовались лишние инвестиции в ремонт.
Не имея договоренностей с партнерами, Федор мог бы без труда снять помещение намного лучше. Так он на собственном опыте прочувствовал то, что до этого знал лишь по абстрактной экономической теории: свободный и открытый рынок эффективнее бюрократии и личных отношений.
Но отказаться от этого помещения Федор уже не мог. Депутат Вася ведь не просто так хотел, чтобы там открылся книжный магазин. Папа задумал подобным образом прибрать ненужные помещения госхолдинга к рукам: их нельзя было просто взять и продать своим частным фирмам – такие операции согласовывались с Москвой, поэтому план Папы заключался в том, чтобы для начала взять их в аренду, а уже потом, когда представится случай, выкупить.
Партнеры вообще, судя по всему, приняли решение инвестировать в книжную фирму Федора только для того, чтобы с его помощью занять помещения госкомпании. Хотя депутат Вася, конечно, никогда не говорил этого прямо, но по отдельным оговоркам и по тому, как настойчиво он убеждал Федора открываться на помещениях госхолдинга, инновационный предприниматель Овчинников стал осознавать, что дело его жизни, в которое он вкладывал душу, партнеры просто-напросто цинично использовали в какой-то бюрократической многоходовке.
Впрочем, удивляться было нечему. Примерно так оно и происходит в этом мире с идеалистами: для самых циничных махинаций нет лучших исполнителей, чем самые искренние романтики.
Возможно, я идеалист, но я настырный идеалист.
БЛОГ ФЕДОРА
Тем не менее, хоть открытие магазина в Воркуте было глупейшей ошибкой, впоследствии Федор вспоминал эти поездки на Север как одни из самых ярких и волнующих эпизодов своей предпринимательской истории. Может быть, жизнь человека вообще так странно устроена, что его лучшие годы состоят по большей части из самых глупых ошибок.
Гуляя по улицам Воркуты и рассматривая по-северному ярко раскрашенные дома, Федор обратил внимание, что в этом маленьком городе несметное количество ресторанов, кафе и клубов. А вскоре он узнал, что в городке на семьдесят тысяч жителей два театра, кинотеатр, несколько бассейнов и спортивных комплексов.
В Воркуте даже имелась детская секция фехтования. А в городе с двумя Ы никто не фехтовал. Наверное, потому, что город с двумя Ы жил более-менее обыкновенной жизнью провинциального русского города. А в Воркуте плюсовая температура держалась всего два месяца в году. В таких условиях секция фехтования становилась важным элементом стратегии выживания.
«Значимость спорта, хобби, ресторанов, театров, музыки, книг – всего того, что наполняет жизнь красками, – намного больше, чем на «материке», – записал Федор в дневнике. – Это реальная потребность, как витамин против цинги».
При этом книжная розница влачила в Воркуте жалкое существование – по сравнению с ней старосоветский «Дом книги» в Сыктывкаре мог показаться дворцом торговли. Книги продавались на каких-то развалах и в лавках, оставшихся еще с прежних времен. В современном мире эти лавки и магазинами нельзя было назвать.
Сложив явную потребность в досуге с недоразвитостью книжной торговли, Федор получил в уме перспективную кривую продаж. Федор решил, что сможет открыть в Воркуте успешную точку, даже несмотря на то, что помещение под магазин ему досталось здесь не самое лучшее. В конце концов, партнеры финансировали рост его компании, без них он не смог бы открыть даже второй магазин, и он убедил себя, что должен учитывать их интересы.
Федор вообще придумал считать все это испытанием на прочность. Некоторые люди взваливают на себя тяжелые рюкзаки, тратят огромные деньги на перелет и потом отправляются на какую-нибудь гору, чтобы терпеть лишения, карабкаться по скале и подвергать свою жизнь опасности, вместо того чтобы сидеть смотреть на диване «тиви». Вот и Федор отправлялся из дома карабкаться на свою гору.
В конце концов, он занимался благородным делом: открывал магазины, как и мечтал. А если мечта исполнялась не совсем так, как хотелось бы, все равно надо было поблагодарить судьбу, что это происходит. Обычно мечты вообще не добираются до города с двумя Ы через реку Сысолу, Верхнекамскую возвышенность и Северные Увалы.
В командировки в Воркуту Федор брал с собой одноклассника своего младшего брата. Он когда-то работал грузчиком, а потом пытался заниматься продажами никому не нужной «народной справки», пока Федор не взял его к себе на работу. Он был надежным исполнительным парнем. Кроме того, он имел крепкий вид и умел договариваться с работягами, что в Воркуте было совсем не лишнее.
– Тухлый город, с людьми, набитыми спесью и завышенным самомнением… То ли дело Инта. – Инта? Это где ж такое?.. Это вообще на Земле?
КОММЕНТАРИИ В БЛОГЕ ФЕДОРА
– Тухлый город, с людьми, набитыми спесью и завышенным самомнением… То ли дело Инта. – Инта? Это где ж такое?.. Это вообще на Земле? КОММЕНТАРИИ В БЛОГЕ ФЕДОРА
– Тухлый город, с людьми, набитыми спесью и завышенным самомнением… То ли дело Инта. – Инта? Это где ж такое?.. Это вообще на Земле? КОММЕНТАРИИ В БЛОГЕ ФЕДОРА
С его помощью Федор нашел строителей, затеял ремонт и вернулся домой. За ходом ремонта присматривала сотрудница Елена из госкомпании Папы. Ее попросил депутат Вася, за заботы ей никто не платил, но она тем не менее помогала с энтузиазмом. Может быть, ей показалось интересным поучаствовать в чем-то необычном или она просто надеялась, что со временем ей это зачтется. В том мире, в котором жили владельцы и сотрудники Холдинга, все было построено на таких запутанных взаимных обязательствах. Так же как когда-то это было построено у дяди Федора.
Помощница Елена оказалась пробивной женщиной, которая могла зайти в любой закрытый для других кабинет и знала в городе всех значимых людей – от мэра до лидеров преступных группировок. Поэтому ремонт под ее присмотром шел довольно споро.
Когда он уже подходил к концу, Федор снова поехал в Воркуту, забив вагон купе необходимым оборудованием и книгами. Елена встретила Федора на вокзале на «уазике», на котором обычно ездят милиционеры или военные, и поселила его в арендованную квартиру: это было дешевле, чем снимать гостиницу.
Главная задача Федора заключалась в том, чтобы набрать сотрудников. Он разместил объявление в интернете и стал принимать соискательниц. Женщины, заходя в квартиру, несколько пугались, и небезосновательно. Федор прекрасно осознавал, что со стороны все это выглядело и правда диковато.
Комната без штор в квартире на первом этаже. Из предметов мебели – только кровать. На месте гостей Федор решил бы, что это притон наркодилера или офис аферистов. Одна из первых соискательниц, оценив обстановку, спросила Федора, под кем он работает. И похвасталась, что у нее связи с ифовцами, если что. Как потом выяснилось, братьями Ифа называлась в Воркуте одна из преступных группировок. Федор поблагодарил за участие и сказал, что у него уже все в этом смысле решено.
Многие женщины приходили с мужьями. Причем мужья пытались отвечать на вопросы Федора вместо жен. Тогда Федор спрашивал: а на работу кто будет ходить, мужья или жены? И просил мужей удалиться и подождать за дверью. Эта процедура в большинстве случаев полностью отшибала у женщин способность к использованию речевого аппарата.
Отсматривая одну кандидатуру за другой, Федор постепенно приходил в отчаяние. Перед его глазами проходила череда женщин с базарным или криминально-дворовым сознанием. Спасло его чудо – а иначе как чудом невозможно назвать появление в этой странной квартире в городе в ста шестидесяти километрах к северу от Полярного круга гречанки Жанны Яньсовны.
Чудо стало возможным благодаря Вооруженным силам Российской Федерации: Жанна Яньсовна была замужем за военным, за которым и перемещалась по российским просторам. Когда-то она даже жила в Петербурге и работала там в газете. Она помогла найти Федору остальных сотрудников, после чего инновационный предприниматель предложил ей стать директором магазина.
Последние дни перед открытием, как обычно, прошли в режиме аврала. Проснувшись, Федор вызывал такси и мчался на железную дорогу принимать контейнеры с книгами. Потом отвозил их в магазин и вместе с женщинами Воркуты до глубокой ночи расставлял их на полки. Обедать он ходил в кафе «Маски» рядом с драматическим театром. Он думал, что это культурное место, а потом оказалось, что место на самом деле бандитское: там собиралась еще одна воркутинская преступная группировка под названием Маски.
Cтранное решение. Заходил, книги хорошие, выбор отличный для Воркуты, только народ все-таки бедный, тратит больше не на книги, а на то, чтобы отсюда уехать.
КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА
Как город с двумя Ы отставал во времени от столицы страны, так Воркута отставала от города с двумя Ы. У Федора появилось чувство, что здесь, в вечной мерзлоте за Полярным кругом, время шло настолько медленно, что люди по-прежнему жили в девяностых годах прошлого века.
Судя по названиям преступных группировок, воркутинские бандиты девяностых годов прошлого века были чисты и наивны, как дети.
Федор бандитов опасался, но не боялся. Начиная бизнес, он верил, что время расцвета бандитизма осталось в прошлом. Кроме того, он считал, что со всеми можно договориться, и бандиты не исключение. Больше того, он отчетливо осознавал, что его блог – эффективное оружие в борьбе с наездами. Зачем кому-то связываться с этим сумасшедшим, чтобы прославиться на весь город? Кругом полно коммерсантов, которые делают деньги в подобающей этому процессу тишине. Их можно развести без шума и пыли.
Кроме того, со временем в результате общения с авторитетными коммерсантами Федор стал понимать, что у них, в отличие от многих политиков и чиновников, существует своеобразная мораль. В соответствии с этой моралью не грех взгреть продавца колбасы, но наезжать на торговца книгами – святотатство. Торговля книгами бандитам казалась не бизнесом, а подвижничеством. Как показала потом судьба «Книги за книгой», они были не так далеки от истины.
Наши мышцы развиваются быстрее, чем кости.
БЛОГ ФЕДОРА
Магазин в Воркуте Федор открыл в декабре. Перед отъездом он подробно проинструктировал Жанну Яньсовну, посвятил ее во все тонкости работы и даже оставил ей подробные письменные инструкции. Федор, Жанна Яньсовна и Елена отметили открытие в ресторане, и Федору показалось, что все прошло благополучно, но за пять минут до отправления поезда директор магазина отозвала его в сторонку и сказала, что увольняется.
Просто увидев, как Федор пакует вещи, Жанна Яньсовна запаниковала. Потому как подумала о том, что сейчас этот странный молодой человек в очках помашет ей ручкой и оставит ее один на один с этим магазином, этими сотнями книг, этой контрольно кассовой машиной, налоговой инспекцией, пожарными и санэпиднадзором, а также Масками и братьями Ифа. Нет, я не справлюсь, сказала Жанна Яньсовна. Я боюсь, добавила гречанка. Я передумала, мне это не надо, сказала жительница Воркуты.
Федора прошиб холодный пот. Это был его первый магазин за тысячу километров от родного города. Этот магазин он наполнил товаром на гигантскую для него сумму в семьсот тысяч рублей. Что будет теперь с его деньгами? Где он найдет в этом вымерзшем городе нового директора? Что он скажет партнерам?
Федор думал, что может положиться здесь хотя бы на одного человека, которому надо чего-то больше того, что у него уже есть в этой его жизни, прямо сказать, не лучшей на земле. И теперь этот человек говорил, что Федор ошибался, что ему ничего не надо, и в особенности – невыносимой тяжести этой ответственности.
Федор, однако, сказал, что такие вопросы нельзя решать за пять минут. Мы поговорим по телефону, когда я вернусь в Сыктывкар, добавил он. После чего сел в поезд, помахал гречанке Жанне Яньсовне ручкой и оставил ее в Воркуте один на один с этим магазином, этими сотнями книг, этой контрольно-кассовой машиной, налоговой инспекцией, пожарными, санэпиднадзором, а также Масками, братьями Ифа и всеми остальными преступными группировками этого города, какие бы странные названия они ни носили.
Слушая стук колес и глядя в окно, Федор старался не думать о том, что ему делать, если после возвращения в Сыктывкар не удастся Жанну Яньсовну переубедить и она действительно уволится.
Руководить магазином на расстоянии, не имея на месте надежного человека, невозможно. Переселиться в Воркуту Федор не мог, убедить кого-то переселиться из Сыктывкара вряд ли хватило бы денег. Найти другого человека среди воркутинцев Федору представлялось малореальным. Так же как снаряды никогда не падают в одну воронку, так же чудо не случается дважды на одном веку в одном северном русском городе в ста шестидесяти километрах к северу от Полярного круга.
Федор, однако, ничего не мог поделать, пока сутки ехал в поезде из Воркуты в город с двумя Ы. И он заставил себя расслабиться и не думать о том, что не в силах был изменить. Ведь хотя первые его волнения не шли ни в какое сравнение с тем, что ему предстояло пережить в ближайшие годы, он уже тогда начал понимать: коммерсант должен уметь расслабляться в любой ситуации. Иначе можно просто поседеть.
Справляться со стрессами для предпринимателя – такая же минимальная профессиональная необходимость, как для композитора – знание нотной грамоты, а для повара – умение молниеносно нашинковать капусту. И если Федор действительно хотел стать настоящим бизнесменом и построить большую компанию, он должен был научиться этой непростой науке.
И Федор стал учиться. В дорогу он взял книгу «Лед» Владимира Сорокина. После того как поезд оставил позади цветные дома Воркуты, начинающий предприниматель заставил себя ее раскрыть и на сутки погрузиться в мир охотников на блондинов с ледяными молотами и забыть обо всех проблемах своего бизнеса.
Эффект этого простейшего упражнения оказался колоссальным. В город с двумя Ы Федор приехал в самом лучшем состоянии духа. Отдохнул так, как давно уже у него не получалось. Несмотря на все сложности, у него снова было ощущение, что любую проблему можно решить – надо только приложить побольше старания и смекалки.
Так ведь оно и есть на самом деле. Созвонившись с Жанной Яньсовной, Федор убедил гречанку остаться.
Глава 8
Сопли замерзают на ветру
Наконец федералы пришли. «Топ-книга» нашла помещение в городе с двумя Ы, а «Топ-книга» – это была орда, это была тьма, это была катастрофа.
Это была крупнейшая в стране книжная компания. Основатель «Топ-книги» Георгий Лямин начал торговать книгами, когда Федор был еще школьником. Когда Федор ездил осенью на крупнейшую в стране книжную выставку, он даже сфотографировался с Ляминым. Для Федора сфотографироваться с Ляминым было все равно что для начинающего режиссера сфотографироваться с Тарантино.
«Топ-книга» поставляла литературу другим книжным магазинам по всей стране, развивала несколько собственных книжных сетей во всех крупнейших городах, работала за рубежом. Что мог Федор Овчинников выставить против этой машины?
В декабре 2007 года оборот компании «Сила ума» превысил 2,5 миллиона рублей: прирост к декабрю 2006 года составил более 500 %. Мы закончили 2007 год лидерами книжного рынка Республики Коми.
БЛОГ ФЕДОРА
Со своими четырьмя магазинами он был пушинкой, лежащей на рельсах магистральной железной дороги. И теперь на него на всех парах летел товарняк.
Как это всегда и случается, беда пришла в самый неподходящий момент.
Первые слухи о грядущем пришествии федералов в город с двумя Ы появились еще в начале лета, когда Федору казалось, что он сможет вырвать победу у любого, кто попытается покуситься на его успех. Тогда у него только появились влиятельные партнеры, он был полон надежд и наполеоновских планов.
Оказалось, что предпринимателю нужно совсем немного времени, чтобы оказаться на острове Эльба.
После рождественских праздников Федор решил подвести итоги своей работы за год. Ну и выяснил вдруг, что рентабель�
В этой книге нет вымышленных персонажей и придуманных историй. Она рассказывает только о реальных героях и случаях, которые происходили с нашими современниками на самом деле. Текст основан на проверенных фактах, воспоминаниях очевидцев и свидетельствах репортеров, наблюдавших события своими глазами. Предисловие Евгения Чичваркина Вы держите в руках, вероятно, лучшую книгу о предпринимательстве в России. Она мне понравилась намного больше, чем книга, которую Максим Котин написал про меня. Многие люди не любят слушать свой голос, записанный на диктофон. Может быть, тут такой же эффект. А может быть, просто автор за несколько лет сильно вырос. С первых страниц он волшебным образом заставляет тебя поверить в то, что ты уже прочитал, и в то, что ты прочтешь дальше. Герой книги Федор Овчинников представляет собой вымирающий вид российского коммерсанта – коммерсанта свободного. Свободного от вертикали и «Единой России». Он не коммерс подментованный, а капиталист-максималист. Он самородок и отморозок. Я употребляю слово «отморозок» в хорошем смысле. Для тех, кого оно смущает, предлагаю неологизм «саморозок», объединяющий оба понятия. Зачастую, чтобы стать коммерсантом, нужно сделать один прыжок веры. Это очень трудно. У Федора все прыжки были в никуда, в темноту. Каждый прыжок был прыжком веры. Он человек с самурайским бесстрашием. Читая книгу, я ловил себя на мысли: вот это я, это опять я, это совсем не я, а это все-таки я. Федор спотыкался и падал там, где я спотыкался и разбивал коленки. Ошибки с учетом товара. Делегирование полномочий ненадежным менеджерам. Предательство людей, в которых ты верил, а они вдруг уволились, потому как поняли, что на самом деле всю жизнь хотели работать сторожами на пустыре. Это мне все очень знакомо. В русском бизнесе все происходит ровно так, как описано в книге. Но кое-что изменилось с тех пор, как я начинал бизнес. Теперь труднее. Проценты за кредиты стали страшенные. Повысилась стоимость рабочей силы. Усилился фактор «Единой России». И в целом стало понятно, что советская гниль никуда не ушла, а просто мутировала. Из красной плесени получилась бело-сине-красная. Цветок свободы вырос на гнилом болоте, и плесень его побеждает. В болоте комфортно чувствуют себя только ежины-сбажины, а не свободные коммерсанты. Книга дает пищу для ума и, я надеюсь, поможет людям осознать, где они живут. И заставит задуматься, что делать на следующих выборах. Стоит ли идти и пачкать бюллетень или не стоит. Если вам книга не понравится, вам следует одеться в одинаковую одежду и идти маршировать под речевки. В России мало предпринимателей. Но много молодых людей от двадцати лет, которые хотят стать настоящими бизнесменами. Они хотели бы работать на себя и стать хозяевами своей судьбы, потому что это в человеческой природе. Эта книга написана для них. Формально история Федора Овчинникова – это не история успеха. Но это история безусловного человеческого роста. Я уверен, что он будет богат. Книга просто привела меня в восторг. Для меня всегда недосягаемым лидером была «Представьте себе!» Тома Питерса. Но из книг о предпринимательстве по-русски эта книга – точно лучшая. Хоть Федор мне и не кажется таким уж ботаником. Когда ее читаешь, запитываешься позитивной энергией. Повышается настроение. Хочется что-то делать, хочется сражаться. Хочется идти открывать магазин. Так что если вы читаете эти строки в магазине и пока не оплатили книгу – смело идите на кассу. Это будет не напрасная трата денег, а хорошая инвестиция. Предисловие автора Людям нравятся истории успеха, поэтому принято писать про предпринимателей, которые добились своего и стали миллионерами. Вы, может быть, читали такие истории. И наверное, ловили себя на мысли, как они похожи. Два-три десятилетия превращения пары тысяч долларов в миллиарды замазаны крупными мазками. Автор явно держит в уме кривую биржевых котировок своей компании. Поэтому трудно избавиться от ощущения, что он сглаживает углы и опускает ключевые детали, в которых вся суть. В то же время он делает слишком уж смелые выводы из своего частного опыта и выдает банальности под видом откровений. Если вы держали хоть одну такую книгу в руках и читали все эти оптимистичные призывы начать свое дело, вы, вероятно, задавали себе вопрос: а какое это имеет отношение к моей жизни и реальности, которая меня окружает? Этот вопрос сегодня задают себе в России все больше и больше людей. Когда-то бизнес здесь был уделом избранных. Нужно было не только обладать связями в правительстве (желательно еще с коммунистических времен), но и иметь навыки стрельбы из пистолета или как минимум носить бронежилет. Немногие решались стать бизнесменами, но для смелых и приз был велик: за год-другой можно было превратиться в миллионера, за пятилетку – в миллиардера и одного из самых богатых людей планеты. Лихая бесшабашность требовалась и тем, кто опоздал к разделу госсобственности и шел следом, во втором эшелоне. Приз для них был уже поменьше, но тоже весьма соблазнителен: лет за десять можно было с нуля создать компанию, на строительство которой на Западе ушла бы вся жизнь. Но и эти золотые и страшные времена остались в прошлом. Вести бизнес в России теперь сложнее и проще одновременно. Появилась конкуренция, законы стали строже, шансы сразу сорвать куш драматически упали. Зато больше нет эпической неразберихи, и возникла даже какая-никакая деловая инфраструктура. И теперь в бизнес идут не бандиты или авантюристы, а самые обыкновенные люди, менеджеры среднего звена, интеллигенты и ботаники. Они не собираются в клуб миллиардеров, не надеются захватить нефтяную вышку и не думают создавать самую большую на планете компанию. Они хотят просто чуть-чуть изменить свою жизнь. Ну и чуть-чуть изменить мир вокруг. Нет в окрестностях симпатичного европейского ресторана с приятной обстановкой и недорогой кухней? Можно открыть самому. Никто не издает хороших детских книжек, которые было бы приятно держать в руках? Почему бы не издавать их самостоятельно. В супермаркете нельзя найти вкусных помидоров? Значит, собственный интернет-магазин фермерских продуктов исправит ситуацию. Еще недавно пределом мечтаний для таких людей была интересная работа за оклад, которого хватало бы на оплату кредита на импортный автомобиль и отпуск за границей. Но теперь всего этого многим уже недостаточно. Идея своего дела потрясает динамики айфонов, проникает в Facebook, теснит на квартирниках дежурный обмен мнениями по поводу новинок кино и литературы. На языке предыдущих поколений этих наивных идеалистов, скорее всего, называли бы мечтателями и лохами. Но именно они заполняют сегодня пустоту вокруг себя. Вы наверняка лично знаете хотя бы несколько таких людей. Прежде далекие от предпринимательства, они теперь жадно вчитываются в истории успешных бизнесменов Запада или России. Каждый из них ищет ответ на простой вопрос: а что будет со мной, если я прямо сейчас, в условиях современной России, которой правят олигархи, корпорации, чиновники и силовики, возьму и брошу большую, но чужую компанию, чтобы сделать маленькую, но свою? История предпринимателя Федора Овчинникова отвечает на этот вопрос. Как и многие, он не успел к бесплатной раздаче советской собственности и пропустил время пустых прилавков. Как у других, у него не было богатых родственников, папа его не работал губернатором, и не имелось даже квартиры от прабабушки, которую можно было продать, чтобы начать свое дело и изменить свою жизнь. Как и большинство людей, он вроде бы был не очень приспособлен к тому, чтобы вести бизнес в России. Во всяком случае, он не умел «отжимать» партнеров, протискиваться без очереди и решать вопросы, не говоря уж о том, чтобы иметь бронежилет и стрелять из пистолета. Он самый обыкновенный человек, такой, как я или вы. Хорошо учился в школе, был ответственным, инициативным работником, примерным семьянином и жил в городе, в котором вырос. Просто однажды он решил, что может больше. Все, что было тогда у Федора Овчинникова, – это надежда на свои силы и несколько парадоксальная вера в мир вокруг. Федор думал: если строить бизнес на счастье покупателей, а не на их безысходности, это не может не привести к успеху. Федор считал: все времена одинаковы, и мир всегда дает шанс смелым и решительным. Борьба этой веры в лучшую жизнь и окружающей действительности продолжалась четыре года и закончилась за несколько месяцев до того, как я сел писать эти строки. Нельзя сказать, чтобы Федор проиграл, но и нельзя сказать, чтобы он добился успеха, во всяком случае такого, какой принято описывать в книжках про удачливых предпринимателей. Но именно поэтому я и решил обо всем этом рассказать. Я хотел описать реальную жизнь, реальные проблемы, реальные трудности. Я хотел создать портрет представителя третьей волны российских предпринимателей, которые начинают бизнес в наши дни, когда все, казалось бы, поделено и нет былых фантастических возможностей. Я хотел создать самую честную книгу о предпринимательстве в современной России. Но помимо всего прочего, я хотел рассказать историю идеалиста, который оказался достаточно смел, чтобы попытаться воплотить свои идеалы в реальность, несмотря на обстоятельства. Мне кажется, что для этого нужно больше смелости, чем требовалось тем, кто ходил в бронежилетах. Да, людям нравятся истории успеха. Это история борьбы. Глава 1. Переход Федора через Ы Это случилось в городе с двумя Ы. Редко встречаются названия городов, в которых присутствуют сразу две буквы Ы. Может быть, другого такого и вовсе нет на белом свете. Поэтому жители часто прямо так и называют свой город: город с двумя Ы. Точнее, это случилось в парке имени Кирова. Федор там, как и всегда по выходным, гулял с дочкой. Лиза спала в коляске – как и положено маленькому ребенку. Солнце светило, но не грело – как и положено солнцу в парке имени Кирова в городе с двумя Ы. Федор не слушал музыку, не болтал по телефону и даже не пил пиво, поэтому ему совсем ничего не оставалось, кроме как думать. Вообще в последнее время он задумывался все чаще. Похожа ли его жизнь в этом городе с двумя Ы, где ему выпало родиться, на жизнь, которую он хотел бы прожить? Федору уже исполнилось двадцать пять, а чего он достиг? Совсем недавно цифра тридцать казалась слишком большой абстракцией – ну как цифра десять в двадцать седьмой степени. Теперь она маячила за поворотом, как в маленьком городе с двумя Ы маячит за каждым поворотом стела, поставленная при прежней власти и получившая за свою трехчастность народное название «трипера». В последнее время раздражает нытье вокруг: «оборотни в погонах», высокие налоги, чиновники, административные барьеры… Да, все это есть. Я мечтаю о том, чтобы Россия изменилась. Надо перестать ныть и начать действовать. В этот раз размышления привели Федора к единственно верному решению: больше не размышлять. Федор решил действовать. Это решение должно было кардинально изменить его собственную жизнь, а значит, и жизнь всей его семьи. Несмотря на это, Федор ничего не сказал жене, когда вернулся с прогулки. Ничего не сказал и маме, когда встретил ее на работе. Ничего не сказал лучшему другу, когда переписывался с ним в чате. Он не боялся, что им удастся его отговорить. Просто не хотел снова все это слушать: «А вдруг у тебя ничего не получится? А что ты будешь делать, если у тебя не получится? В этом городе с двумя Ы у тебя точно ничего не получится…» Ну зачем снова слышать все это? Когда Федор только окончил институт, ему пришло в голову открыть какой-нибудь ресторан или предприятие быстрого обслуживания. Хотя на дворе был уже двадцать первый век, в городе не было «Макдоналдса». И вообще ничего не было. Если человек хотел поесть, он шел в столовую в универсаме «Универсам». В столовой надо было жевать стоя, чай подавали в пластиковых стаканах, а в пицце пытались подменить сыр майонезом. Как Федор уже успел узнать, подменять сыр майонезом, а жизнь – пластиком пытались не только там, где он вырос. А значит, его триумф должен был стать только первым шагом на пути к большому успеху. Начинать в городе с двумя Ы – это ведь не приговор: первый «Макдоналдс» тоже ведь открылся не в Нью-Йорке, а в небольшом городке Сан-Бернардино. Федор читал в книжках и газетах истории людей, которые начинали с нуля и заработали миллионы и миллиарды. Он считал, что ничуть не хуже других: голова у него соображала хорошо, энергии было с избытком. Не хватало только денег, чтобы начать. Поэтому Федор решил начать с попкорна. Чтобы начать попкорновый бизнес, хватило бы пары тысяч долларов. Тысячу стоил сам аппарат по производству воздушной кукурузы и тележка к нему. Еще столько же ушло бы на аренду помещения и закупку кукурузы, кокосового масла, бумажных стаканов и прохладительных напитков. Знающие люди писали в интернете, что на вложенную пару тысяч долларов можно было заработать пятнадцать. Значит, вложив пятнадцать, можно было сделать больше ста, вложив сто – почти миллион. В мечтах Федор уже видел себя королем попкорна. Корона слетела с короля от крепкой затрещины. Он получил ее, когда попросил у родителей дать ему денег в долг: они его высмеяли. Мама сказала, что он разорится. Потому что никому здесь не нужен американский попкорн. Папа сказал, что он разорится. Потому что невозможно же не разориться, если занимаешься бизнесом, тем более в городе с двумя Ы. Не то чтобы Федор потом жалел о своей короне. Со временем он понял, что на попкорн в городе и правда нет спроса: нет ведь у людей привычки есть попкорн, прогуливаясь по залитой солнечным светом улице Карла Маркса. Просто обычно эта улица не залита солнечным светом (как это часто почему-то случается с улицами Карла Маркса). Потому что в этом удивительном городе солнце светит на людей из пивной бутылки. Но Федору навсегда запомнилось, с какой энергией его убеждали ничего не делать. Никто не сказал: давай, парень, попробуй. Никто не сказал: лучше жалеть о сделанном, чем жалеть о несделанном. Никто не сказал: жить в страхе – значит не жить совсем. Что бы ни делал в своей жизни Федор, все время наталкивался на этот странный и необъяснимый страх: люди вокруг него боялись перемен. Жизнь вокруг кричала об их необходимости и даже неизбежности, а люди боялись даже помыслить о том, чтобы что-то менять. Именно поэтому, когда Федор после окончания школы приехал поступать в университет в Петербург и напротив Гостиного Двора познакомился с активистами Национал-большевистской партии, созданной писателем Эдуардом Лимоновым, они произвели на него такое сильное впечатление. По телевизору Федор наблюдал много партий и партийных активистов, но тогда впервые в жизни увидел партию, состоящую из искренних людей, для которых жить переменами было так же естественно, как дышать. Нацболы, как и Федор, слушали Егора Летова, который писал стихи про то, как сквозь кожу прорастает серебристая рожь. Нацболы, как и Федор, уважали Герберта Маркузе, который писал про неототалитаризм общества массового потребления, про манипулирование людьми и про избавление от его контроля с помощью Великого Отказа. Федор купил все номера партийной газеты «Лимонка», какие были в продаже. И поскольку он провалил экзамены в университет и должен был вернуться поступать в институт своего города, он прочитал их все по дороге домой, лежа на койке в плацкартном вагоне поезда, идущего из города трех революций в город двух Ы. В выходных данных «Лимонки» печатали адрес, по нему можно было связаться с редакцией и с самим Эдуардом Лимоновым, которого многие люди, включая Федора, считали великим писателем. Дома будущий король попкорна написал Лимонову письмо, выразив готовность вступить в ряды НБП. Через пару месяцев великий писатель Эдуард Лимонов прислал ему членский билет НБП и сопроводительное письмо, написанное от руки красными революционными чернилами. «Товарищ Федор, поздравляем со вступлением в НБП, – говорило письмо. – Теперь ты один из нас». Писатель поставил перед Федором широкий фронт задач: устраивать митинги и пикеты, писать на стенах домов «капитализм – дерьмо» и вербовать новых нацболов, обещая им: «Кто был ничем, тот станет всем!» Письмо было подписано: «Твой, Э. Лимонов». Членский билет, который Лимонов прислал Федору, имел номер 1923, но перед этими цифрами стояли еще два нуля, недвусмысленно намекая на сотни тысяч активистов, которых предстоит завербовать по всей стране. В билете перепутали дату рождения: вместо нуля написали шестерку. Несмотря на это, Федор приступил к выполнению своих новых обязанностей с изрядным энтузиазмом. Он организовал в своем городе дистрибуцию «Лимонки». Газету доставляли поездом с проводником, потом развозили по киоскам и революционным бабушкам, которые торговали оппозиционной литературой. Федор проводил собрания партячейки. Ребята собирались в сквере за филармонией, пили пиво, говорили о Маркузе. Гуляя по вечерам вместе с друзьями по улице Ленина, Федор занимался вандализмом. Время от времени отставал от компании, доставал из кармана баллончик краски и писал на стене: «Смерть буржуям!» Он тогда не знал, что пройдет совсем немного времени, и сам революционер станет кем-то вроде буржуя. Родителей, конечно, новое увлечение сына напугало. А они узнали про НБП, когда отец однажды взял в руки газету «Красное знамя» и увидел, что на фотографии в газете изображен его сын. В седьмом классе я пришел к будущему учителю и сказал: у меня есть мечта, я хочу быть археологом. На что он мне ответил: археология – самая скучная и тяжелая наука, ты не сбежишь? После этого я восемь лет считал черепки и мерил пряжки. На этой фотографии щуплый первокурсник, который выглядел на несколько лет младше своего возраста, смотрел прямо в объектив из-под надвинутой на глаза вязаной шапки. Он держал в руках мегафон. В статье рядом говорилось, что в День защитника Отечества, 23 февраля, у Вечного огня группа подростков, именующих себя членами Национал-большевистской партии, с ругательствами в адрес «проклятых янки» сожгла флаг США в знак протеста против «жандармской политики Соединенных Штатов» и в качестве выражения солидарности с Сербией и Ираком. Автор статьи про митинг с сожалением констатировал, что подростки предоставлены сами себе, подпадают под влияние сомнительных личностей и не поэтому ли множится число детей-преступников? Новость заканчивалась словами: «Сегодня они сожгли флаг, а что они подожгут завтра?» Материал был первополосный и соседствовал с фотоконкурсом «Северная красавица», анонсом статьи «Что будем сажать на грядках?» и сообщением о том, что в Вуктыле депутаты снова выбрали главой администрации Валерию Владимировну Зорину. Федор поджигать больше ничего не собирался, но считал, что имеет право свободно выражать свое мнение. И если он против того, чтобы Америка бомбила Сербию, почему он не может об этом сказать в мегафон? А папа считал, что Федора выгонят из института. Папа думал, что его арестуют. Папа боялся, что его сын разрушит всю свою жизнь… Но ничего такого не случилось, хотя Федора даже вызвали на допрос в ФСБ (эпизод запомнился скоморошьими проводами, которые устроили ему друзья и однокурсники, доведя до дверей зловещего учреждения). Именно благодаря НБП Федор убедился, что люди придумывают опасности и шарахаются от собственной тени, чем просто обкрадывают сами себя, не позволяя себе делать то, что хочется. С нацболами, однако, он распрощался уже через полгода: организация на глазах из анархической и идеологической становилась все более радикальной и военизированной. На смену лозунгу «Ленин, Сталин, НБП» пришел лозунг «Сталин, Берия, ГУЛАГ». В «Лимонке» печатали контакты Федора, на него начали выходить бывшие омоновцы, которые были настроены очень решительно, но Егора Летова не слушали и Герберта Маркузе не читали. Федор написал Лимонову, что сдает дела, потому как болен анархизмом. Ответ от Лимонова пришел уже напечатанным на машинке с обычной черной лентой. Лимонов писал, что это дезертирство, что Федор легкомысленный, что русский анархизм сдох. А чтобы убедиться в смерти анархизма, достаточно посмотреть на главного редактора «Черной звезды» «толстожопого Костенко» (газету «Черная звезда» Федор ни разу не держал в руках, а про Костенко слышал впервые в жизни). «Чем раньше человек выберет себе борьбу и товарищей по борьбе, тем выше он поднимется в жизни и обществе», – наставлял напоследок Лимонов. Но что великий писатель мог знать про мальчика, которого не видел никогда в жизни – разве что на фотографии три на четыре, которую тот прислал для членского билета? Что он мог знать про борьбу этого мальчика с безверием, равнодушием и страхом, которые пропитали весь этот город? Федор хотел посвятить свою жизнь археологии. Он интересовался раскопками еще со школы. В городе работал целый институт археологии Российской академии наук. В окрестностях можно было найти немало археологических памятников. Но и здесь тоже никто не хотел перемен и все боялись задумываться об изменениях. Ученые в институте копали памятники и каталогизировали все, что откапывалось. Никто не пытался по-новому объяснить мир. А Федору, конечно, казалось неинтересным просто копать и каталогизировать. Он выдвинул смелую теорию, что золотые пряжки, которые находили в курганах-могильниках на севере, занесены туда иранскими племенами, вытесненными в тайгу Великим переселением народов. Теория позволяла постоянно преодолевать границы города с двумя Ы и мысленно, и физически. Федору приходилось ездить в архивы Москвы и Петербурга, исследовать движения разных народов. Он даже вступил в переписку с французским археологом, потому что нашел во Франции аналоги находок из окрестностей своего северного русского города. После пяти лет работы он опубликовал статью «О происхождении харинской полихромной поясной гарнитуры», в которой, как и положено молодому ученому, не рассказал о своей гипотезе, а лишь намекнул на нее. Публикация вызвала большой интерес и гарантировала ему увлекательную жизнь вплоть до самой пенсии, но, когда Федор попал в аспирантуру, ему просто запретили продолжать исследования – только потому, что этой темой занимался другой заслуженный ученый. Уйдет на пенсию – будешь заниматься, сказали Федору. Как оказалось, конкуренция – это не то, что любят ученые в институте Российской академии наук. Федор попробовал протестовать, но безрезультатно. Хочешь быть ученым – слушайся старших, посоветовали ему. А многие так: им сказали, чем заниматься, они всю жизнь и занимаются. Поэтому, когда Федор узнал об открытии «Города мастеров», он уже не был археологом, а работал рядовым дизайнером в небольшой рекламной фирме своей мамы и мечтал о попкорне. НБП осталась в прошлом, так же как и археология. Только не осталось в прошлом желание что-то делать и все менять. И вот однажды в газете «Молодежь Севера» он прочитал статью о том, что скоро в его городе жизнь круто изменится, потому как тут откроется первый строительный гипермаркет с просторной парковкой, автоматическими дверями, движущимися дорожками и невиданным по разнообразию ассортиментом обоев, подвесных потолков, плинтусов. Репортаж о приземлении НЛО произвел бы на Федора меньшее впечатление. Появление на севере такого чуда настолько его поразило, что он решил тут же устроиться на работу в будущий гипермаркет «Город мастеров». Федор нашел в интернете сайт торгового предприятия и послал письмо на общий корпоративный адрес компании. В нем он в самых восторженных тонах написал о том, как поразила его идея гипермаркета и как сильно он хочет поучаствовать в ее реализации. Ему никто не ответил. Но когда на сайте компании появилось объявление о вакансии в отделе маркетинга и когда Федор пришел на собеседование, менеджеры там уже знали его как того самого чудика, который прислал смешное письмо. Всех кандидатов, прошедших предварительный отбор, хозяин этого будущего чуда Иван Дегтярев интервьюировал лично. Его рассказ о будущем гипермаркете европейского уровня поразил Федора еще больше, чем статья в газете «Молодежь Севера». Иван Владимирович посадил его в свой «Мерседес» и сам отвез в бывший заводской цех, в котором уже шло строительство «Города мастеров», – чтобы показать Федору на месте, где будет движущаяся дорожка, где кафе для гостей, а где детская комната, в которой посетители строительного гипермаркета смогут оставить ребенка, чтобы не таскать его с собой, пока выбирают плинтуса. Владелец строительного чуда отличался от всех знакомых Федору жителей города с двумя Ы. Наверное, из-за того, что Иван Владимирович был нездешний и вообще оказался тут только потому, что не боялся изменений. Дегтярев начал свой бизнес в городе, который был еще меньше. Он торговал пластиковыми окнами и материалами для ремонта. Увидев однажды в Петербурге красивый строительный магазин с огромным ассортиментом и низкими ценами, он решил, что нужно и ему построить такой. Он решил сделать это в ближайшем крупном городе. Несмотря на то что от города Дегтярева до ближайшего крупного города с двумя Ы было триста километров. Как от Парижа до Брюсселя. Слушая Дегтярева, Федор тогда еще не знал, что его идеи часто будут несоразмерны масштабу провинциальной северной жизни. Так же как впоследствии идеи самого Федора. Иван Дегтярев читал в газетах, что в Америке на открытии больших магазинов с низкими ценами часто собираются огромные толпы, а люди так хотят первыми попасть в магазин, что занимают очередь с ночи. Иван Владимирович сказал Федору, что на открытии «Города мастеров» должен случиться такой ажиотаж, какого этот город еще не видел. Он поручил Федору создать ажиотаж. Федор работал дизайнером в рекламной фирме мамы, и ему было что показать Ивану Дегтяреву. Правда, в основном его портфолио состояло из эскизов, отвергнутых заказчиками, которые боялись изменить свою унылую рекламную стратегию и решиться на что-то неординарное. Несмотря на это, Федор получил работу. Он не знал, как создавать ажиотаж, но компенсировал отсутствие навыков трудом и усидчивостью. Желающих попасть в «Город мастеров» оказалось так много, что они еще долго не могли войти в магазин даже после того, как двери открылись. Покупатели стояли в очереди по несколько часов. Многие приходили с бутербродами и термосами. Город завяз в пробках. От нагрузки движущаяся дорожка сломалась. Вырубилось электричество. Иван Владимирович был счастлив. Федор стал начальником отдела маркетинга. Но, несмотря на завидный карьерный скачок, он вскоре положил на стол заявление об уходе. Потому что в «Городе мастеров» он собственными глазами увидел, что мир и правда может меняться, хотя прежде все пытались его убедить, что перемены – это блажь и фантазии. После знакомства с Дегтяревым Федор заразился вредной пассионарностью Ивана Владимировича и стал всей душой разделять его опасную веру в то, что все возможно. Даже в городе с двумя Ы. Он, например, предложил своей маме расширить ее фирму, дополнить небольшое рекламное агентство, которое делало все – от визиток до рекламных роликов, – крупным полиграфическим производством, построив современную офсетную типографию. Федор считал так: почему, если можно построить здесь европейский гипермаркет, нельзя построить тут же и современную офсетную типографию? А мама точно знала, что в этом самом городе много что невозможно. Мама боялась брать кредиты, потому что их можно не отдать и тогда есть риск лишиться всего. Мама сказала: у меня нет людей, чтобы этим заниматься. Мама спросила: кто этим будет заниматься – ты? Мама задала вопрос: а у тебя есть опыт? Вопрос был риторический. Чтобы достичь сверхрезультата, нужно перестать быть обычным человеком. Обычная жизнь закончилась. Ее больше нет. Вот так обыкновенный житель города Сыктывкара Федор Овчинников подошел к своему самому важному решению, которое он принял, гуляя с дочкой в Кировском парке. Вот так он задумал стать предпринимателем и начать собственное дело. Хотя у него не было денег, связей, экономического образования и опыта, а была только вера в себя. Просто, гуляя в парке и осмысляя все, что с ним случилось, Федор понял: вера и решимость – это уже немало, потому как скептики никогда не становятся успешными коммерсантами. А даже самые безнадежные ботаники иногда добиваются своего. Настоящий предприниматель тем и отличается от простых смертных, что ни с кем ни о чем не советуется, а делает то, во что верит. И поэтому вера для предпринимателя важнее капитала, связей и экономического образования. А Федор верил, что для достижения успеха даже в этом городе совсем не обязательно воровать деньги государства, давать взятки или становиться депутатом. Федор хотел верить, что достаточно просто много трудиться, делать все по правилам, но при этом проявлять изобретательность и смелость, а не пережидать свою жизнь от одного Большого Отказа до другого. И раз уж Федор жил в этом городе, затерянном между Ы, он должен был, обязан был доказать – хотя бы самому себе, – что он не ошибается. Он задумал, ничего никому не говоря и не тратя времени на бессмысленные препирательства, просто взять и открыть книжный магазин, о котором уже давно мечтал. Он решил назвать его «Сила ума». Глава 2. Сила ума Личные сбережения Федора насчитывали пятьдесят четыре тысячи рублей. Для города с двумя Ы это была сумма: за семьдесят рублей житель Сыктывкара мог уехать на такси на другой конец города, на сто пятьдесят – пообедать в «Блинном дворике», на десять тысяч можно было жить целый месяц. Но даже для самого маленького бизнеса, какой задумал Федор, этих денег было недостаточно. Хорошо приходилось предпринимателям лет десять назад, когда в стране ничего не было и утроить капитал не составляло большого труда: одолжи денег у знакомых, купи грузовик экземпляров книги «Анжелика и султан» или детективов Чейза, привези в свой город, и невиданную прежде бульварную литературу люди сметут за пару-другую дней – не надо даже везти в магазин, можно продать прямо с машины, как картошку. Теперь о таком можно было только мечтать. Жизнь круто изменилась: повсюду выросли светящиеся торговые центры, открылись магазины, заработали рестораны. И вроде бы теперь оставалось не так уж много очевидных возможностей, чтобы внести свой вклад в создание иной реальности и начать новое дело. Впрочем, идеалистам, подобным Федору, так совсем не казалось. Когда Федор бывал в Москве или Петербурге, он заходил в книжные магазины и проводил там часы, бродя между стеллажами, листая книги и наслаждаясь атмосферой, свободой передвижения, большим выбором хороших изданий и дружелюбием продавцов. Но такого магазина с атмосферой и дружелюбием не было в городе, где он вырос. В «Доме книги», главном книжном магазине, усталые обреченные женщины торговали из-за прилавка скудным ассортиментом никому не нужных изданий. Они не работали по воскресеньям, а основные усилия, кажется, направляли на борьбу с протекающей крышей. А Федор хотел открыть не просто хорошую книжную лавку, что уже стало бы здесь достижением, – он задумал сделать первый в городе магазин интеллектуальной литературы. Федор мечтал, чтобы веселые и знающие продавцы-консультанты торговали бы там по-настоящему хорошими книжками. Предприниматели-первопроходцы, которые начинали свое дело после развала Советского Союза, нередко шли в бизнес от безысходности, потому как не видели другого способа заработать деньги, когда рушилась плановая экономика. Федор же мог спокойно продолжать карьеру маркетолога, но он хотел не только заработать гораздо больше денег – он прежде всего хотел подтолкнуть скрипучую телегу прогресса, которая тащилась недостаточно быстро. Во всяком случае в городе с двумя Ы. Чтобы сделать это, Федор решил отправиться за деньгами в банк. По телевизору и в газетах часто рассуждали о том, как важно поддерживать малый бизнес и как много у государства и банков существует программ поддержки малого бизнеса. Возможно, поэтому ему казалось, что при определенной удачливости достаточно будет рассказать про свой бизнес-план. В банке увидят, что бизнес-план хорош, – дадут под бизнес-план кредит. Федор только переживал, что выглядит недостаточно солидно: в его двадцать пять ему в лучшем случае давали восемнадцать. И поэтому его бизнес-план, может быть, не произведет нужного эффекта. Двухэтажное здание сыктывкарского отделения банка ВТБ находилось в трех шагах от городской администрации и в одном шаге от ржавых гаражей, где счастливые автовладельцы гремели разводными ключами. Федор вошел и отправился прямиком в отдел кредитования юридических лиц. Однако на предложение ознакомиться с бизнес-планом там только улыбнулись и спросили, что начинающий предприниматель может заложить. Федор мог заложить старый, побитый автомобиль «Лада-112». Менеджер банка сказал, что больше ста или в крайнем случае двухсот тысяч ему не дадут. И то если повезет. И тогда Федор пошел в Сбербанк и попросил там самый обыкновенный потребительский кредит, для которого не нужно было почти ничего, кроме паспорта и справки о зарплате с работы (а получить при этом можно было вдвое больше, чем предпринимателю в ВТБ). Такой кредит назывался в Сбербанке «кредитом на неотложные нужды». Самые обыкновенные люди брали такой кредит на ремонт квартиры, покупку подержанного импортного автомобиля или даже холодильника. Но у самого обыкновенного человека Федора Овчинникова была неотложная нужда иного рода. Ему надо было срочно изменить свою жизнь. Что необходимо, чтобы войти в число тех немногих людей на планете, которые могут создавать новые механизмы жизни и кроить ткань бытия по-своему? Что нужно, чтобы стать предпринимателем? Часто кажется, что для этого нужны знания, связи, удача и – главное – деньги. В действительности зачастую для того, чтобы стать предпринимателем, не нужно ничего, кроме решимости быть им. Ничего, кроме решимости быть. Если вы ищете помещение, будьте готовы сразу принять решение и внести предоплату, так как свято место пусто не бывает. У меня несколько раз из-под носа уводили хорошие места. Когда люди просят кредит, они заполняют в банке анкеты, сдают необходимые документы и несколько недель ждут, пока банк примет решение, стоит давать кредит или нет. Банк может отказать, причем стабильные доходы и отсутствие судимостей – далеко не гарантия успеха. После того как Федор отнес бумаги в банк, в его финансовом состоянии ничего не изменилось. Тем не менее его состояние уже стало меняться. Не имея еще денег, он уже покупал газеты, читал объявления о сдаче в аренду помещений и ходил на переговоры с арендодателями, то есть делал то, что делают настоящие предприниматели, когда хотят открыть магазин. Для спешки, впрочем, имелась причина: Федор понимал, что четыреста тысяч – это мало. Его знакомый потратил на магазин полтора миллиона. Федор чувствовал, что семнадцать процентов годовых по кредиту – это много. Когда Рэй Крок строил в Америке сеть «Макдоналдсов», он платил за кредиты шесть процентов годовых. Федор осознавал, что Сыктывкар – не самое замечательное место для того, чтобы открыть книжный магазин. Дела у будущих конкурентов шли не лучшим образом и не внушали веры в перспективы этого бизнеса. Федор знал, что нужны сверхусилия, чтобы что-то получилось. Поэтому нужно найти помещение заранее, чтобы не затянуть открытие магазина. Если ты уже получил кредит, но еще не открылся, значит, ты уже платишь банку проценты за бизнес, который еще не работает. Значит, ты бездарно растрачиваешь деньги. Федор нашел помещение в торговом центре «Торговый двор». Оно располагалось в деловом квартале и стоило недорого – всего семьсот пятьдесят рублей за квадратный метр в месяц. Кроме того, оно было небольшим – всего сорок метров, а значит, ежемесячный платеж мог уложиться в тридцать тысяч рублей. К тому же оно выглядело полностью готовым к работе, а значит, не нужно было тратить деньги на ремонт. Смущало только одно: расположение на шестом этаже. Слишком высоко для того, чтобы обычный посетитель торгового центра добрался туда. Когда Федор пришел оценить обстановку на месте, он убедился, что сомневался не зря: в отличие от других этажей шестой пустовал. Почти все секции стояли без арендаторов. Только владельцы парикмахерской решили, что шестой этаж не проблема для людей, желающих постричься. Но, взвесив все хорошенько, Федор решил, что ради отличного магазина люди поднимутся и на шестой этаж. Федор пришел к выводу, что при его возможностях ничего лучше он не найдет. Федор подумал, что на шестой этаж в книжный магазин «Сила ума» он привлечет покупателей силой ума. Не надо ныть, будто нет денег на лучшее место, а значит, ничего не получится. Надо просто придумать что-то нетривиальное, чтобы приподнять покупателей так высоко над землей. Нужно просто превратить магазин в культовое место. И Федору казалось, что он придумал, как это сделать. Он решил просто-напросто вести в интернете блог о том, как он открывает свой магазин, и превратить таким образом открытие магазина в реалити-шоу. Основатель легендарной американской компании Wal-Mart Сэм Уолтон закончил мемуары в год своей смерти, когда ему было уже за семьдесят. Создатель огромной империи Virgin британец Ричард Брэнсон опубликовал свою книгу воспоминаний «Теряя невинность» за год до своего пятидесятилетия. И даже книга о русском бизнесмене Евгении Чичваркине вышла, когда его компания «Евросеть» стала лидером рынка, а ее выручка превысила два миллиарда долларов, хотя самому Евгению Чичваркину было тогда всего тридцать четыре года. Возьмите меня замуж!:) Все известные Федору книги и истории о бизнесе всегда создавались после того, как бизнес был построен и признан успешным, а авторитет его создателя уже считался почти непререкаемым. Федор подумал, что будет интересно провести эксперимент и сделать все наоборот. То есть писать мемуары, ничего еще не добившись. Федор решил просто рассказывать о своем предпринимательском опыте шаг за шагом, откровенно и честно делиться в блоге как удачами, так и ошибками, даже если они окажутся глупыми и стыдными. Причем Федор решил делать это не избирательно, что неизбежно для хозяина огромного бизнеса, который несет ответственность за судьбу сотен и тысяч людей. Федор решил делать это бескомпромиссно. Блог должен был принести известность его магазину, ведь его потенциальные покупатели – это люди, нацеленные на профессиональный и личный рост, многие из которых строили карьеру, и им, наверное, любопытно было бы следить за предпринимательским реалити-шоу. Кроме того, они же не вылезали из интернета. Уж точно они не смотрели телепрограмму «Время», которая выходила в девять часов вечера по Первому каналу и называлась точно так же, как называлась девятичасовая телепрограмма еще в советские времена, когда предпринимательство приравнивалось к уголовному преступлению. Первую запись в блоге Федор Овчинников сделал 15 октября 2006 года. «Я всегда хотел открыть свой книжный магазин, – написал он. – Я люблю книжные магазины. Это похоже на чувства модницы к бутикам или гурмана к ресторанам. Я долго думал об этом проекте. И в один момент решил, что надо действовать. Это будет новый магазин, в котором будут продаваться те книги, которые я не мог найти в нашем городе. Они будут продаваться так, как они не продавались в нашем городе. Я уверен, что если вложить в проект душу, то он будет успешен». Мало кто из близких, друзей и знакомых Федора предрекал ему успех, почитав его блог. Они говорили: будешь торговать интеллектуальной литературой в Сыктывкаре – в первый же месяц вылетишь в трубу. Они предупреждали: будешь честно рассказывать обо всем в блоге и публиковать выручку – к тебе в магазин рано или поздно придут либо бандиты, либо налоговая, а скорее всего – и те и другие сразу. Прогоришь ты на глазах у всего города, пророчили друзья и знакомые Федора. Но он тем не менее начал вести блог. За месяц до открытия магазина, когда банк наконец одобрил получение кредита, он написал: «Будет ли этот проект успешным, вы сможете узнать из этого блога. Я никогда до этого не открывал магазины… Я не собираюсь ничего скрывать – инвестиции, прибыль… Возможно, это будет самая открытая компания Сыктывкара». Вечерами, сидя за компьютерным столиком в своей однокомнатной квартире на улице Коммунистической и не столько слыша, сколько угадывая ровное дыхание своей дочери, спящей в кроватке, он писал о том, сколько денег удалось получить в банке, как выбирал мебель для магазина, как заказывал книги у московского оптовика и как забирал их из транспортной конторы на железнодорожном вокзале, для чего пришлось открывать лицевой счет в Сосногорске и собирать большое количество нотариально заверенных бумаг только лишь потому, что необходимо было заплатить десять рублей пошлины за уже оплаченный перед отправкой груз. Утром, приезжая в рекламное агентство мамы, где Федор временно работал после «Города мастеров», он начинал день с чтения комментариев к записям блога, опубликованным накануне вечером. Это были не просто комментарии читателей к его блогу. И это были не просто комментарии к живой истории его бизнеса. Это были комментарии к его мечте. Отношение комментаторов четко разделялось на восхищение «профанов» и снисходительность «знатоков». «Шестой этаж… Для торговли это равнозначно смерти, – писал знаток. – Книжных магазинов в городе достаточно, и на проходных местах… Заказать книгу, которой нет, несложно по интернету наложенным платежом. Именно так я сделал с книгами Маккиавелли и Роберта Пирсига “Дзен-буддизм и искусство ухода за мотоциклом”». «Я в шоке (приятном), – признавался профан. – Не ожидал увидеть такое в Сыктывкаре». «Я бы не стал связываться с такого рода бизнесом и вкладывать в него хоть сколько-то денег», – выносил приговор знаток. «Побольше бы таких людей в нашем городе, которые хоть как-то повлияли на общее развитие нашего Мухосранска», – ободрял профан. «Ну, круто, конечно, но глупо», – возражал знаток. К скептицизму знатоков и восторгу профанов Федор относился неожиданно для самого себя отстраненно. Просто радость от поддержки или огорчение от критики незнакомых ему людей не могли сравниться с теми эмоциями, которые он стал испытывать, начав готовить открытие магазина. С того момента как в поисках кредита Федор переступил порог банка, он начал вести двойную жизнь. Когда он разместил объявление о вакансии продавца, собеседования проводил вечером в офисе рекламного агентства мамы. Когда ему нужно было получить платежку, он давал номер факса рекламного агентства и бежал к аппарату, чтобы факс не попал на глаза другим сотрудникам. В одной, прежней, жизни он был все тот же Федор Овчинников, обычный житель города с двумя Ы, несостоявшийся археолог, сотрудник рекламного агентства, сын, муж, молодой отец. В другой, новой, жизни он был коммерсант, визионер, творец. И хотя в некоторых ситуациях, как в случае с беготней от рабочего места до факса и обратно, он чувствовал себя неловко, в то же время Федор ощущал, что превращается в другого человека. Этот человек на равных разговаривал с другими предпринимателями, которые прежде казались ему небожителями. Этот человек был волен давать людям работу и отказывать. Этот человек придумывал и создавал новую реальность, превращал пустую мертвую комнату на шестом этаже в источник движения и жизни. «Каждое утро я просыпаюсь с удивительным чувством, – писал Федор в блоге. – Это трудно описать. Какой-то азарт, кураж, вдохновение. Чувствуешь, что ты двигаешься и даже усталость, работа не могут что-либо изменить. Я долго думал об этом проекте. Это было похоже на прыжок с парашютом, когда стоишь на входе в “кукурузник” и думаешь: прыгать или нет? Что будет на земле, я еще не знаю. Пока парашют еще не раскрылся. Мне нравится, когда ты не знаешь, что будет через месяц». Порадовали маленькие маркетинговые штучки в виде закладок «Выбор “Силы ума”» или «Скандальная книга». Что будет через месяц, Федор и правда даже представить себе не мог. Изучив расценки на необходимое ему оборудование, он подсчитал, что после расплаты с поставщиком мебели, приобретения и регистрации кассового аппарата, а также выплаты оклада трем продавцам на покупку книг у него останется меньше половины от четырехсот тысяч. При этом расчеты показывали, что с такими показателями магазин заработает меньше сорока тысяч рублей за месяц, даже если он продаст за это время каждую вторую книгу. А ведь арендная плата и выплата процентов по кредиту вместе составляли больше сорока тысяч. А продать за месяц половину всех книг – большая удача. Чтобы увеличить будущую прибыль, нужно было закупить больше книг. Чтобы закупить больше книг, нужно было больше денег. К деньгам банка Федор добавил не только пятьдесят четыре тысячи личных сбережений, но еще сто тысяч, которые взял в долг у мамы. Когда Федор поделился с мамой своей идеей открыть книжный магазин, она не пришла в восторг, как прежде не приходила в восторг от идеи протестовать против бомбежек Сербии, заниматься попкорном или строительством типографии. Но Федор сказал, что не просит поддерживать его как бизнесмена – он просит поддержать его как сына. Не могла же мама ему отказать. Федор постеснялся написать в блоге, что одолжил деньги у мамы, хотя старался откровенно писать обо всем. Поэтому он написал, что получил «беспроцентный заем от родственников». Запись в блоге накануне открытия магазина он озаглавил «Утро перед Ватерлоо». «Прочитал Ваши выкладки… посмеялся от души, – написал ему знаток. – Очень похоже на детские игры в “Монополию”». Несмотря на язвительные комментарии, накануне открытия Федор спал хорошо, не ворочался и не волновался. Наверное, сказались физические нагрузки: он ведь сам вместе с приятелями таскал и собирал мебель, сортировал и расставлял книги, наклеивал ценники. Продавцам надолго запомнилось, как он пришел вечером накануне открытия в «Силу ума», посмотрел на расставленные книги и решил вдруг полностью поменять выкладку, потому как ему показалось, что книги стоят недостаточно представительно. Хотя все уже собирались уходить, пришлось возиться до поздней ночи, переставляя книги с места на место. Федор не знал тогда, что продавцы считали его богатеньким мальчиком, который решил поиграть в бизнесмена. Никто не верил, что на книжках в Сыктывкаре можно что-то заработать. Да и не был похож этот молодой человек в очках с внешностью типичного интеллигента-ботаника на нормального коммерсанта. Все считали, что дольше нескольких месяцев он не протянет и долго тут работать не придется. Утром в день открытия «Силы ума», 15 ноября 2006 года, Федор приехал в рекламное агентство, где дорабатывал последние месяцы, хотя мыслями он был, конечно, в своем магазине. Он мог бы отпроситься с работы, но сознательно откладывал момент посещения своего творения. Когда Федор в течение рабочего дня заходил в свой блог, он видел сообщения от людей, которые уже были в его магазине и делились впечатлениями. А сам он там еще не был. Только звонил продавцам и спрашивал, как дела. Продавцы говорили, что дела нормально. Люди заходили в магазин, несмотря на шестой этаж. Некоторые даже покупали книги. Инвестировано в проект на 15 ноября 2006 года: 436 560 рублей 29 копеек. Заработано на 15 ноября 2006 года: 15 760 рублей. В первый день работы «Силы ума» было продано 90 книг. Хотя ради этого Федор все и затеял, он как-то даже удивился. Он открыл магазин, а кто-то взял да и купил в его магазине книгу? Фантастика. Федор сообщил в блоге, что к шести часам сам приедет в «Силу ума», и приглашал всех читателей прийти отпраздновать открытие бокалом шампанского. В результате вечером на шестом этаже в маленьком магазинчике получилось целое столпотворение из друзей Федора, читателей его блога и случайных посетителей нового интеллектуального книжного магазина, который появился в городе с двумя Ы, кажется, вопреки законам рынка, природы и мироздания. Федор вооружился фотоаппаратом и снимал своих первых покупателей, если они были не против. Cыктывкарский рекламист купил книгу «О рекламе» Огилви. Диджей купил книгу «Тайм-драйв: как успевать жить и работать». Менеджер Сбербанка купила «Курс MBA по менеджменту». Правозащитник купил книгу «Секс в большой политике» Ирины Хакамады. Их фотографии с книгами в руках Федор опубликовал в блоге. В комментарии он выразил удивление, что в первый же день хорошо продавалась не только художественная литература, но и дорогостоящие специализированные книги. Хотя средняя зарплата в Сыктывкаре равнялась примерно десяти тысячам рублей, на глазах у Федора покупатель приобрел книгу «IP-телефония» за четыреста сорок три рубля. «Сегодня я могу гордиться тем, что принес почти три процента дохода», – написал в ответ счастливый обладатель «IP-телефонии». «Реально что-то новое и… другое, не как у всех», – хвалил один читатель. «Поразил ассортимент книг – пожалуй, именно то, чего хотелось! – поддерживал другой. – Поэтому пришлось долго бродить и выбирать то, что могу купить в первую очередь».Евгений Чичваркин,создатель компании «Евросеть»,househusband