Помоги себе, и тело откликнется бесплатное чтение
![](/img/b/160441.jpg)
Анна-Мария Филльоза, Жерар Гуаш
Помоги себе, и тело откликнется
Пациентам,
которые доверились нам
Нашим ученикам
Тебе, читатель, —
будь здоров!..
Anne-Marie Filliozat
Dr Gérard Guasch
Aide-toi, ton corps t'aidera
![](/i/4/784604/i_001.jpg)
Published by arrangement with SAS Lester Literary Agency & Associates
Перевод с французского языка Ольги Яриковой
![](/i/4/784604/i_002.jpg)
© Éditions Albin Michel – Paris 2006
Published by arrangement with SAS Lester Literary Agency & Associates
© Издательство АСТ, 2023
Предисловие
«Ваше здоровье!..» – обычно говорим мы, поднимая бокалы и улыбаясь. Но что мы при этом имеем в виду? Выражаем ли пожелание или утверждение, выдаем ли желаемое за действительное? Является ли этот тост увещеванием, заклинанием, призывом к судьбе в надежде, что неведомые силы дадут и помогут сохранить столь ценное достояние? Не означает ли это, что мы вспринимаем здоровье как дар, а болезнь – как злой рок, считая, что виной всему невезение, а наше личное влияние на эту лотерею совершенно ничтожно?
В нашей книге, появившейся в результате длительного общения с людьми, – общения, состоявшего из боли и радостей, страданий и хорошего самочувствия, удовольствий и разочарований, – мы хотели бы показать, что здоровье, конечно, зависит от многих факторов, которые не всегда можно контролировать, однако мы сами располагаем действенными средствами для его сохранения, а то и улучшения.
Новый раздел медицины, получивший расширительное название психо-нейро-эндокрино-иммунологии, экспериментально продемонстрировал, что наше тело (сома) находится в постоянном взаимодействии с нашей психикой (интеллектом, аффектами, чувствами). Исследуя связи, существующие между сознанием (психо-), нервной системой (нейро-), секрецией гормонов (эндокрино-) и защитными механизмами, применяемыми организмом (иммунно-), наука подтвердила, что психика оказывает гораздо большее влияние на состояние здоровья или заболевания, чем прежде предполагалось; что наш организм – это действительно единое целое.
Можно использовать и более знакомое слово – психосоматика. Для нас, практикующих долгие годы, психосоматика – это восприятие человека в его целостности, с пониманием неразрывной связи между телом и сознанием. Такой подход подразумевает: все, что оказывает влияние на тело, совершенно точно затрагивает и сознание, однако верно и обратное.
Это единство тела и сознания порой представляется чисто умозрительным. Однако оно вполне реально. Наиболее чувствительно и естественно мы ощущаем это при определенных обстоятельствах: когда получаем яркое удовольствие или когда мы чрезвычайно напряжены. Во время сильного стресса, острой боли мы испытываем физическое напряжение одновременно с умственным и эмоциональным, при этом одно усиливает другое. В этих случаях невозможно не отдавать себе отчет в том, что тело и сознание – одно целое. Эту связь можно проиллюстрировать схемой:
![](/i/4/784604/i_003.png)
Схема 1. Психосоматический круг
Эмоциональная динамика изменяет состояние организма точно так же, как состояние организма изменяет эмоциональную жизнь. Этот постулат лежит в основе метода, который мы предлагаем вашему вниманию. Метода, который прежде всего связан с индивидуальной жизнью каждого человека и не претендует на разработку психологической или метафизической теории, которая объясняла бы все наши несчастья.
Подобно тому, как когда-то на рынках можно было найти «сонники» для толкования снов, сегодня мы находим в магазинах «толкования болезней», которые, как принято считать, помогают разгадывать их значение. Цель нашей книги в другом. Она не претендует на то, чтобы «объяснять» болезни, разгадывать их или предложить символический ключ к нашим недугам. Она предлагает вам не столько очередную интерпретацию, сколько понимание и открытие ресурсов, необходимых для вашего здоровья.
Всякая болезнь возникает из-за множества факторов, и мы далеки от того, чтобы знать их все. Очередные успехи современной медицины и обращение к медицине традиционной открывают нам новые территории, помогают обнаружить и исследовать все новые неизведанные зоны. Опыт клиницистов научил нас тому, что мы определенно можем оказывать влияние на свое здоровье. Это влияние возможно при развитии «рефлекса хорошего самочувствия».
Исходя из собственных интересов и интересов многих пациентов, мы проводили эксперименты для изучения каждого из предлагаемых вам способов. Каждый из них, каким бы скромным он ни представлялся, наглядно продемонстрировал, что может оказывать существенное влияние на ситуацию в целом. В самом деле, согласно теории систем, «изменив один элемент, я меняю всю систему целиком». В данном случае это означает, что все то полезное, что мы делаем для тела и психики, системно сказывается на нашем самочувствии и здоровье.
Приемы, которые мы вам предлагаем, естественным образом сочетаются друг с другом и в конечном итоге позволяют по-новому заботиться о здоровье. Новый способ, включающий контакт с самим собой и своим внутренним миром, позволяет лучше узнать свои рамки и ограничения, свои потребности и приоритеты. Этот способ побуждает нас пересмотреть наши убеждения, наши представления, наши «личные истины» и изменить как психологические установки, так и образ жизни, чтобы наилучшим образом использовать имеющийся скрытый потенциал для поддержания и приумножения нашего капитала здоровья.
Именно к такому новому, точнее обновленному, способу поддержания здоровья и улучшения самочувствия мы и предлагаем вам обратиться.
А для начала давайте проведем небольшой тест…
[Упражнение]
Имеется ли у вас рефлекс хорошего самочувствия?
Для того чтобы это выяснить, ответьте на несколько вопросов:
–› Если вы чувствуете, что вам неудобно сидеть или ваше тело находится в неудобном положении, сделаете ли вы что-то сразу, чтобы вам стало удобнее, или дождетесь, пока ваша поза станет для вас мучительной?
–› Если вы испытываете смутный эмоциональный дискомфорт, легкое беспокойство, чувство пустоты в желудке, предпринимаете ли вы что-нибудь или ждете, пока все само пройдет?
–› Если у вас болит голова, плечо или какая-то иная часть тела, долго ли вы ждете, прежде чем что-то предпринять?
–› Когда речь идет о вашем самочувствии и здоровье в целом, считаете ли вы, что правильнее действовать незамедлительно, или предпочитаете подождать и понаблюдать?
Хорошее самочувствие, возможно,
вы обретете позже,
но лучше себя чувствовать станете
прямо сейчас!
Итак, готовы ли вы
что-нибудь сделать для себя?
![](/i/4/784604/i_004.png)
Глава 1
Горько-сладкий коктейль: жизнь
«Жизнь – это заболевание, передающееся половым путем, неопределенной продолжительности и со смертельным исходом!..» За этой шуткой кроются некоторые истины. Жизнь – это мощный поток, который подхватывает нас и уносит. Жизнь – это приключение, о котором нам известно только, каким будет конец и каким было начало. В остальном, несмотря на все проекты, программы, заверения, перестраховки, которыми мы стремимся себя окружить, остается полагаться только на саму жизнь.
Мы проживаем нашу жизнь в двух сферах: в теле и духе, которые слишком часто полагают не связанными между собой, в то время как между ними существует тесная связь. То, как мы ее проживаем, чаще сказывается на нашем теле (соме) или духовной жизни (психике) – на самом деле лишь двух сторонах одной и той же реальности, которую мы называем психосоматикой. Образуя очень тесный союз, они лежат в основе того, что мы обычно называем здоровьем или болезнью.
Здоровье бесценно...
Так обычно говорят, но между тем у него есть цена, прежде всего экономическая, но также и эмоциональная, и энергетическая.
–› Экономическая цена подразумевает вызванную нездоровьем упущенную выгоду и расходы на медицинское обслуживание. Стремительно распространяются так называемые «болезни цивилизации»: депрессия, пищевая или респираторная аллергия, сердечно-сосудистые заболевания, ожирение; не говоря уже о пагубных последствиях употребления алкоголя и табака, а также тех состояниях, которые вызваны безработицей и длительными и повседневными стрессами. Гонка за эффективностью обходится дорого: стресс побеждает, депрессия распространяется, и общество, неспособное к саморегулированию и проведению необходимых фундаментальных реформ, которые позволили бы провести настоящую профилактику, подталкивает людей к медикализации. Так, в 2002 году мировые продажи антидепрессантов достигли рекордной отметки почти в 20 миллиардов долларов!
–› Эмоциональная, поскольку болезнь вызывает кризис. Как и любой кризис, она может предоставить возможность для перемен, размышлений, развития – или дать нам увязнуть в отрицании нашей ответственности за здоровую, лучшую жизнь. Велик соблазн свалить все на внешние факторы: «Во всем виновато невезение!» – из страха утонуть в чувстве вины, в то время как речь идет не о самобичевании, пустых сетованиях, а о том, чтобы взять на себя ответственность.
–› И энергетическая! Хотя мы каждый день используем термин «энергия» и хорошо понимаем, сколько стоит обогрев и освещение дома, обслуживание автомобиля, мы едва ли сознаем, что наше тело тоже зависит от энергии. Энергии, которую мы, конечно, получаем из пищи и дыхания, но также, менее заметным образом, из окружающей среды.
Это драгоценное здоровье
Здоровье – это ценность, поэтому мы желаем его другим. А как же наше собственное здоровье? О нем мы почти не заботимся, за исключением тех случаев, когда болеем. Когда все в порядке, когда мы чувствуем себя хорошо, мы почти не принимаем во внимание интимный опыт нашего тела; если же вдруг что-то идет не так, это вызывает у нас панику.
Когда все в порядке, нам все же время от времени случается думать, что для поддержания здоровья необходимо заботиться о питании, сне, занятиях спортом. Но если у нас появляются соматические расстройства, мы думаем лишь о том, как найти того, кто вытащит нас из этого состояния, как при необходимости ищем сантехника и ворчим, если тот ставит под сомнение состояние нашего оборудования!
В эпоху фастфуда (быстрого питания), которое чаще всего представляет собой только жирфуд (жирную пищу), если не фальшфуд («поддельную» пищу, дополнительно окрашенную, текстурированную и ароматизированную, чтобы обмануть вкусовые ощущения и потрафить нашему вкусу), и в эпоху растворимой пищи (немного порошка, немного воды – и готово!), мы надеемся, что лечение также будет коротким, а результаты – немедленными. Роль, отводимая сегодня врачу, чаще всего сводится к роли технического специалиста по здоровью, от которого мы главным образом ожидаем, что он окажется опытным специалистом по устранению неполадок.
Заболев, мы обращаемся к врачу и принимаем таблетки – вот поведение, которое считается правильным, так нас приучили. К этому в целом сводится наше представление о здоровье. Что касается специалиста, который с каждым днем знает «все больше о меньшем», то ему мы имеем обыкновение предъявлять наше тело по частям. Но ведь тело – не ветчина, которую нарезают ломтиками; это единый организм! Вот почему не стоит удивляться, что многие пациенты испытывают растущий диссонанс с медициной, которая день ото дня все больше низводит человека до роли объекта – носителя симптомов, забывая, что он прежде всего субъект, главное действующее лицо в происходящем. И также не приходится удивляться растущему спросу на альтернативные методы лечения.
Следует ли видеть в этом отражение некоторой неудовлетворенности (или даже явной неудовлетворенности) официальной медициной или осознание того, что существуют другие взгляды на здоровье и искусство врачевания, которые лучше учитывают целостность личности?
Кому можно доверить свое здоровье?
«Мое здоровье слишком ценно, чтобы я мог доверить его только врачам!» – говорил один из наших пациентов. Это куда больше, чем просто шутка; в самом деле, академическая подготовка врачей основана на изучении механизмов различных патологий. Долгие часы изучая признаки и симптомы, студент в конечном итоге начинает думать только о болезни и лечении. Образ сегодняшнего врача далек от образа врача-философа, которого Гиппократ считал равным богам. Гиппократ, отец современной медицины, утверждал: «Не следует краснеть, заимствуя у народа средства, служащие к его излечению».
В самом деле, все, что может способствовать хорошему физическому и психическому самочувствию человека, заслуживает пристального внимания врача и пациента. Увы, так не происходит. Прогресс в исследованиях, расширение научных знаний, идеологическая направленность исследований приводят к тому, что врач все чаще стремится специализироваться в какой-либо отрасли медицины и становится опытным специалистом, но пренебрегает возможностью стать медицинским педагогом – человеком, передающим свои познания пациентам. А то, что психология изучается отдельно, делает ее бедной родственницей преподавания. Представление о том, как можно инициировать процессы оздоровления, становится все более поверхностным.
Как бы то ни было, даже если человек вполне удовлетворен контактами, которые сложились у него с врачом (врачами), и осуществляемым лечением, ему следует развивать в себе ответственное отношение к своему здоровью.
Заботиться о своем здоровье не так-то просто
«Заботиться о своем здоровье не так-то просто, – говорите вы, – да к тому же я не имею представления, с чего начать». Именно для этого мы написали нашу книгу, чтобы помочь вам обрести это представление, взять дело в свои руки и развить в себе рефлекс хорошего самочувствия. Рефлекс, который так же значим для разума, как и для тела, так же связан со здоровьем, как и болезнь. Но прежде всего давайте посмотрим, что нам мешает.
Это сложный и довольно запутанный набор мыслей, в которых перемешаны чувство подавленности масштабом задачи, боязнь неспособности, непригодности и очевидное нежелание брать на себя ответственность. Чувство, отягощенное всеми нашими привычными представлениями и воспитанием. Когда мы болеем, к болезни прибавляется некоторая потеря самостоятельности, страх, растерянность и повышенная потребность в том, чтобы о нас заботился кто-то еще.
Все это вполне понятно, но мы не должны упускать из виду, что каждому из нас выгодно выработать ответственное отношение к уходу за собой; отношение полезное независимо от того, больны мы или здоровы, позволяющее избежать нестроений, которые могут нарушать гармоничный союз пары тело – сознание.
Амфора и бабочка
Жизнь непроста и полна рисков; мы испытываем их каждый день, и наше тело тоже. Тело, которое принадлежит нам, возможно, немного меньше, чем мы ему, чувствительно к изменениям окружающей среды, к нашим эмоциям, нашему настроению, к ограничениям среды, в которой мы проживаем. Как и тела других животных, оно приспосабливается и защищается, чтобы поддерживать в себе жизнь. Но наше тело не одиноко: оно тесно связано с тем, что мы называем сознанием.
Для греков дыхание, душа (psukê, «психе», от глагола psukein — «дуть»; отсюда слово «психика») – это витальность, которая и делает тело живым. Согласно древнему мифу, душа подобна бабочке, заключенной в амфору (символизирующую тело, сому) и жаждущей возобновить свой полет.
И хотя сегодня мы более охотно говорим о теле и сознании, чем о теле и душе, мы сохранили греческие корни этих слов, образовав слово «психосоматика». Однако, прежде чем идти дальше, если вы не против, давайте немного поразмышляем.
Минутка на размышление…
Когда вам попадается слово «психосоматика», о чем оно заставляет задуматься? Что вы под ним понимаете?
Что, по-вашему, относится исключительно к сознанию?
Некоторые больные, испытывающие боли в теле, тем не менее слышат от врача: «У вас ничего нет, это психосоматика». Если так говорит ваш врач, как вы его понимаете? И из чего вы делаете такие выводы? Из каких источников вы берете информацию?
Будьте уверены, это не допрос второй степени, это всего лишь небольшое уточнение, приглашение к размышлениям, нечто подобное вы найдете и в следующих главах. Это полезное уточнение, поскольку наша голова забита информацией, убеждениями, предрассудками, взятыми из разных источников и часто мешающими получению новых знаний.
Итак, давайте подведем итоги; мы станем лучше понимать друг друга, и это, возможно, позволит нам поделиться с вами новым мышлением, основанным на положениях, прежде недостаточно известных.
«Психосоматика», «психосоматический» – что это значит для вас?
Психосоматика – это единство тела и сознания
«Психосоматика» – неоднозначное слово, которое волнует или отталкивает, но значение которого слишком часто остается неопределенным. Это слово, как летучая мышь (с шерстью и крыльями!), обладает аурой, вызывающей в воображении великие тайны организма и, в частности, загадочный «скачок от психического к соматическому», постулированный Фрейдом. Будучи «пограничным объектом» для отдельных биологов, оно представляется «немыслимым объектом» для психологов. Дело в том, что сегодня науку о Жизни и науку о Человеке разделяет пропасть, которая слишком часто кажется непреодолимой. Пропасть, мостом через которую и является психосоматика.
Довольно часто термин «психосоматика» вызывает ассоциации с недугами, физическими симптомами, возникающими «в голове», страданием, которое некоторые считают скорее воображаемым. Многим врачам он служит для обозначения довольно расплывчатой категории заболеваний, которым принято приписывать психическое происхождение. Что касается нас, терапевтов, принимающих и наблюдающих людей всех возрастов, которые испытывают всевозможные страдания, то мы на практике убедились в действенности психокорпоральных методов лечения, при которых предпочтение отдается понятию энергии, а потому мы придаем слову «психосоматика» (которое пишем без дефиса) значение фундаментального единства тела и сознания.
Кроме того, если вдуматься, функционирование нашего организма может быть только психосоматическим, поскольку оно неизбежно включает в себя взаимодействие тела и сознания в динамическом единстве, в постоянном поиске равновесия и наполненности. И повседневный опыт показывает, что все, что на нас влияет, равным образом влияет как на сознание, так и на тело.
Когда мы говорим о психосоматике, речь идет не о соединении двух отдельных сущностей, а об их теснейшей связи в одной личности, где каждая из них постоянно влияет на другую, создавая неразрывное единство, которое мы называем здесь психосомой.
Это единство определяет физическое и психическое состояние нашего здоровья, весь наш жизненный путь. Наши ощущения, реакции, поведение, образ жизни в теле и сознании, импульсивные и эмоциональные телодвижения – проявления психосоматики. Мы реагируем на все, постоянно, во всех измерениях нашего существа. Единство тела и сознания обеспечивает жизнедеятельность всей этой системы.
Отсюда следует, что этот глобальный, целостный взгляд на функционирование организма относится не только к состоянию болезни, но и, в гораздо более широком смысле, ко всему нашему существованию. Таким образом, этот термин применяется к широкой области здравоохранения во многих аспектах, которые приписывает ему определение Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в котором говорится об «общем состоянии здоровья». Поэтому на протяжении всей нашей книги мы будем рассматривать основу нашего организма как психосоматическую по своей природе. Это подтверждается многочисленными исследованиями, в основном связанными со стрессом.
Быть более сознательными
По этому поводу доктор Николь Бауманн, директор лаборатории нейрохимии в больнице Питье-Сальпетриер в Париже, уверенно заявляет: «Мы сами себя создаем, равно как можем разрушать себя на протяжении всей жизни. Если бы люди знали о некоторых вредных последствиях стресса, они могли бы изменить свое поведение. Это привело бы к значительному улучшению состояния их здоровья…»
Так почему бы нам не стремиться стать более сознательными и формировать себя, а не разрушать? Быть более сознательными и активно стремиться жить лучше, но при этом не впадать в беспокойство и не превращать это исследование в очередной источник ипохондрии и стресса – вот в чем сложность.
Итак, давайте начнем с изучения обширной области того, что сегодня известно как стресс, чтобы лучше узнать его положительные и отрицательные стороны, попутно воздавая должное маленьким зверькам, которые многому нас научили.
Когда мыши лязгают зубами
Ах, скажете вы, неужели мы наконец услышим о том, чем обязаны мышам? Да, мыши – это великие бедолаги, смиренные мученики науки. Именно их, этих малоприметных безвестных тварей прививают, трепанируют, подвергают электрошоку, наркозу, самым смелым и неожиданным экспериментам. Мышей подвергают стрессу и приносят в жертву на алтарь знаний.
Что могли подумать эти маленькие грызуны, которых холодной канадской зимой доктор высадил на подоконник своей лаборатории? Они лязгали зубами и боролись, боролись со жгучим холодом. Но, как и коза г-на Сегена[1] из одноименной истории Альфонса Доде, они выбились из сил; на этом все и закончилось. Бедняжки слишком громко лязгали зубами. И когда исследователь вернулся, он обнаружил лишь маленькие, отвердевшие холодные тела. Маленькие безжизненные тела, которые попали под его скальпель, выдали странную тайну: надпочечники каждой мыши были значительно увеличены в объеме. Мог ли предполагать канадский патолог и эндокринолог Ганс Селье, что введет в оборот модное слово, которым во всем мире станут обозначать широко известное негативное явление?
Слово…
Это слово, «стресс», доктор Селье (1907–1982) позаимствовал из лексикона физиков, у которых оно обозначает силу, давление, заряд, влияющие на структуру металлического предмета, подверженного усиленным нагрузкам, которые могут его деформировать. Слово «стресс» происходит от латинского глагола stringere, который означает «обнимать, сжимать, защемить»; слово, от которого во французском языке произошли слова astreindre, étreindre, détresse – «сдерживать», «охватывать», «огорчать». Любопытно отметить, что до того, как это слово стало применяться в физике металлов, в XVII веке на английском языке им обозначали страдания, испытания, неприятности, жизненные бедствия, то есть употребляли в значении, которое вернулось сегодня в повседневный лексикон.
В 1926 году, будучи молодым студентом-медиком Пражского университета, Ганс Селье с удивлением обнаружил, что у пациентов с разными заболеваниями наблюдаются схожие биологические изменения. Из этого он заключил, что для различных патологических состояний должен существовать общий знаменатель, который он назвал «общим синдромом болезни». Все могло этим и ограничиться. Но когда несколько лет спустя, обосновавшись в Квебеке, Селье приступил к исследованиям половых гормонов у мышей, подвергнутых различным испытаниям с помощью тепла, холода, электричества, рентгеновских лучей, он с удивлением обнаружил сходные органические проявления.
Фиксируя свои наблюдения, Селье, оказавшийся при распаде Австро-Венгрии на территории Чехословакии, в 1936 году опубликовал в престижном журнале «Природа» статью о неспецифических реакциях, вызываемых любым агрессивным физическим фактором. Именно тогда впервые в привычном нам значении прозвучало слово «стресс»; судьба его нам известна. Селье оно не вполне устраивало, он предпочел бы ему слово strain (англ. «принуждение»), но ему не удалось ввести его в широкий оборот. Дальнейшие исследования привели его к более точному определению того, что он называет уже не «общим синдромом болезни», а, в более широком смысле, «общим адаптационным синдромом», и расширить свои исследования, включив психологические факторы. В 1950 году он опубликовал свою фундаментальную работу «Стресс». Более тысячи страниц, пять тысяч ссылок: впечатляет!
Двадцать пять лет спустя он заявил: «Стресс идет рука об руку с проявлением всех наших внутренних импульсов. Он является результатом любого вызова, с которым сталкивается какая-либо часть организма. На самом деле, отсутствие стресса – это смерть».
…И дело
В качестве окончательного Селье предлагает следующее определение: «Стресс – это неспецифический ответ организма на любой обращенный к нему запрос». Неспецифический означает общий. Стресс – это общая реакция организма на физическое или психическое воздействие.
Эта стимуляция может быть сильной или легкой, приятной и неприятной. Прикосновения, ласки, радость, печаль, боль, удовольствие, запахи, шумы, свет – все это является факторами стресса. Любое изменение окружающей среды представляет собой «хороший» (эустресс) или «плохой» стресс (дистресс), полезный или вредный для организма, который немедленно реагирует выделением гормонов и нейротрансмиттеров, приводя в действие сложные биологические механизмы, которые мы рассмотрим в следующей главе.
Жизнь – это постоянный и эффективный процесс адаптации, однако лишь до определенного момента. Интенсивность, продолжительность и повторяемость нагрузок способны создать эффект перегрузки. Они могут привести к сбоям в функционировании организма. Переступив за естественные пределы саморегуляции, мы чувствуем пагубные последствия стресса; тогда мы говорим: «У меня стресс». На самом деле, когда мы это сознаем, в большинстве случаев это означает, что мы уже превысили свои возможности и находимся в состоянии перенапряжения. Как заметил один юморист, «когда переходишь границы, их больше не существует».
Прежде чем идти дальше, подведем предварительные итоги…
—› Часто ли вы жалуетесь на переутомление, усталость, стресс?
–› Бывает ли у вас ощущение, что вы находитесь «на грани»?
–› Говорите ли вы себе: «Я больше не могу это выносить»?
–› Легко ли вы раздражаетесь?
–› Есть ли у вас проблемы со сном? С аппетитом?
–› Часто ли вы обращаетесь к стимуляторам?
Внимание! Если на все эти вопросы вы ответили «да», вы уже находитесь в опасном состоянии дисбаланса, которое сказывается на вашем здоровье.
Почему бы не улучить минутку, чтобы перевести дух и спросить себя, с чем это связано?
Расслабиться, поразмышлять, подвести итоги нам так же необходимо в повседневной жизни, как пилоту авиалайнера или моряку дальнего плавания.
На следующих страницах вам будет предлагаться нечто подобное, а также конкретные действия, которые помогут вам восстановиться, когда возникнет такая необходимость.
Понемногу того и другого
То, что мы привыкли считать негативом, сетуя на его избыток в повседневной жизни, на самом деле является необходимым механизмом адаптации. Без стресса человечество прекратило бы свое существование, и некому было бы говорить об этом.
Скажем прямо: без жизни не было бы стресса, но без стресса не было бы жизни! Давайте же рассмотрим это слово и то, как мы его применяем.
Не так давно в США, в Университете штата Огайо, было проведено исследование; оно было связано (в который раз!) с лабораторными мышами. Половина этих мелких грызунов была заперта на 2,5 часа в тесной и неудобной клетке, после чего им сделали прививку. Остальных оставили в обычной, гораздо более удобной клетке. При этом первая партия более эффективно реагировала на инъекцию аллергенного белка, и такая реакция наблюдалась на протяжении последующих девяти месяцев. Получается, что стресс, пережитый в подходящее время, позволил их организму сохранить более точную память об инородных телах.
Стресс – это механизм жизни, механизм выживания, позитивный механизм, который сам по себе не наносит вреда. В данном отношении имеет значение стрессовая нагрузка, которую мы ощущаем как чрезмерную. На самом деле каждодневное беспокойство, чрезмерная загруженность работой, усталость от транспорта, финансовые проблемы, недостаток сна, скрытые разочарования, мелкие повседневные неприятности перегружают систему и могут вывести ее из равновесия. Добавьте к этому недостаточное внимание, которое мы обычно уделяем своему телу, неправильное питание, чрезмерное употребление табака, алкоголя, недостаток физических упражнений, отдыха, – и мы получим довольно полную картину факторов, вызывающих «плохой» стресс.
А что же с «хорошим» стрессом? Его вызывают приятные ситуации: благожелательная атмосфера, интересная работа, отдых, расслабление, приятная неожиданность, поцелуи, ласки, нежные слова, тесный физический контакт, удовлетворительные эмоциональные и сексуальные отношения. Это также исходный стимул, который побуждает нас двигаться, предпринимать какие-либо действия; наилучший стресс – самый короткий. Если он затягивается, это может истощить наши резервы, а затем изменить полярность, превращаясь из «хорошего» в «плохой». И, поскольку стресс – это удел каждого из нас, важно, чтобы хорошее и плохое уравновешивалось, иначе чаша жизни может оказаться исполненной горечи.
И крутятся педали велика в моей голове…
Наш мозг постоянно создает образы, мысли, и каждый знает, как трудно остановить этот поток хотя бы на короткое время. Когда все в порядке, у нас хорошее настроение, наша умственная деятельность становится частью благополучного существования. Но настроение, как и климат, переменчиво; оно может быть хорошим или плохим, веселым или мрачным. Беспросветные дни, столкновение с трудностями, заботами вызывают негативные мысли, образы, в которых преобладают страхи, беспокойство, тоска. Маленький «велосипед», который безостановочно крутится у меня в голове, набирает обороты. Иногда он сбивается с пути и наводит меня на навязчивые размышления. Я целиком погружаюсь в существующие или мнимые проблемы. Не находя выхода, я чувствую себя разбитым.
Стрессоры, с которыми мы сталкиваемся, многочисленны. Некоторые из них приходят извне, мы о них уже говорили. Другие вызваны внутренними причинами: заботами, которые нас одолевают, негативными мыслями, чувством никчемности, обесцениванием, потерей смысла жизни и его поисками, и мы не всегда можем измерить их масштаб и влияние на нашу психосоматику.
Проблемы, с которыми я сталкиваюсь, вызывают во мне поток эмоций: страх, гнев, грусть, беспокойство, тоску, возможно, чувство вины. Моя энергия безостановочно поглощается этой психической деятельностью; педали этого маленького велосипеда неустанно крутятся в моей голове. И даже хотя он существует лишь в воображении, это создает напряжение, затруднение дыхания, сокращение мышц, которые усиливают умственное напряжение и усугубляют мой дискомфорт. Это порочный круг навязчивых размышлений.
Название вещи
Воображаемая ситуация, мысль, простое слово вызывают в нашем организме те же реакции, что и реальная ситуация. Для нашего организма вещь и идея вещи – одно и то же! Вещь и название вещи – тоже. Хотите это проверить?
[Упражнение]
Образы и слова
Экперимент I
Устройтесь поудобнее. Дайте вашему телу расслабиться. Дышите спокойно, глубоко. Продолжайте дышать ровно, размеренно, непроизвольно. Почувствуйте нежное прикосновение воздуха. Позвольте своему телу расслабляться все больше и больше. Ощутите, как вас охватывает нежное тепло, легкое оцепенение. Ваш организм ценит время, которое вы выделяете, чтобы он мог подышать. Наслаждайтесь этим отдыхом. Расслабьтесь еще больше, позволяя вашим мыслям свободно витать.
Вот так, хорошо. Расслабленность поможет вам сосредоточиться на воспоминаниях и лучше ощутить влияние ваших мыслей на тело.
Теперь представьте себе лимон. Красивый лимон, очень спелый, очень желтый, яркий, как солнце. Ароматный лимон, насыщенный соком.
Вы берете его в руки. Гладите его. Играете с ним. Вы чувствуете его гладкую, упругую кожуру. Вы его нюхаете.
Вдыхайте его фруктовый, немного кисловатый запах, такой характерный запах спелого лимона. Красивого спелого лимона.
Представьте, что вы разрезаете его пополам. Аромат усиливается. Проникает через ваши ноздри. Проникает в рот. И во рту образуется слюна.
Вы почувствовали на языке вкус лимона? Было ли это приятно? Наполнился ли рот слюной?
Если хотите, вы можете повторить эксперимент с закрытыми глазами, с другим фруктом по вашему выбору или с чем-то таким, что вы любите есть, пить, курить: со свежеиспеченным хлебом, чашкой горячего шоколада, ванильным кремом, яблочным пирогом, картофелем фри, розовыми креветками… С чем-то таким, что хорошо вам знакомо и особенно приятно.
Итак, что вы чувствуете? Ваш рот наполнился слюной?
А между тем это всего лишь слова, всего лишь образы, всего лишь идеи вещей.
Эксперимент II
По-прежнему удобно устроившись, я позволяю своему телу снять напряжение, расслабиться. Вдох-выдох. Я выдыхаю спокойно, медленно, выпуская воздух в глубоком выдохе; это выдох расслабления, хорошего самочувствия. Я даю себе время подышать. Даю себе время. Мое тело расслабляется все больше, мое сознание тоже. Я продолжаю дышать медленно, спокойно, глубоко.
Мое дыхание размеренное и свободное, мое сердце бьется спокойно и ровно. Я позволяю расслабленности проникнуть в глубину моего тела, чувствуя расслабление от корней волос и до пяток, проверяя состояние челюстей, плеч, бедер… Я расслабляюсь еще сильнее. Тело и сознание расслаблены.
Вот и все, это хорошо. Это прекрасно.
Вот так, хорошо. Превосходно.
Теперь я думаю об интимной, приятной ситуации: теле или части тела, которые я люблю, которые я всегда любил(а), которые мне желанны, к которым я с удовольствием прикасался(лась) или которые хотел(а) бы потрогать, погладить.
Что вы чувствуете?
Что происходит с вашим телом?
И это снова только слова, образы и воспоминания.
Говорить с собой «красиво»
«Смерть и жизнь – во власти языка» (Притчи 18:22). Это выражение, которое мы находим и в «Правилах тамплиеров», наводит на размышления. В самом деле, рыцарям храма предлагалось всегда говорить со своими братьями «красиво», то есть уважительно, степенно и почтительно. Дело в том, что, как считал Эзоп, язык – это лучшее и худшее, что есть на свете. Слова могут ласкать, соблазнять, утешать; они также могут задеть, ранить, обидеть. Они могут исцелять или разрушать. И не только других – нас самих тоже.
У скольких из нас, когда что-то не получается, первой реакцией бывает: «Я пустое место»? Сколь многие из нас из-за пустячной оплошности, малейшей ошибки позорят себя, подвергают жесткой критике?
Давайте подумаем об этом и будем внимательны к содержанию наших мыслей и образов, к словам, которые мы используем в своем внутреннем диалоге. Давайте воздержимся от восклицаний типа: «Это меня убивает», «Это меня гложет», «Это меня мучает», «Это меня изнуряет», «Это делает меня больным». И оскорбительных утверждений: «Какой(какая) же я..!», «Вот уж действительно, таких … как я, еще поискать». Слишком часто повторяемые, эти выражения становятся своего рода негативным программированием, наносящим вред нашей самооценке, нашему самочувствию и здоровью.
Такая враждебность по отношению к самим себе порождает негативные образы и эмоции, которые провоцируют каскад изменений в нашей внутренней среде (мы подробно рассмотрим это в следующей главе) и вызывают напряжение в мышцах. Такие сообщения получают все клетки организма. Нам следует периодически ненадолго очищать сознание, устраивать своеобразную внутреннюю помывку. Это один из способов обуздать лошадей, галопирующих в наших головах, уберечь от беды птиц, гнездящихся в нашем черепе. Так почему бы не говорить с собой «красиво», вместо того чтобы поносить себя изо дня в день? Это один из способов борьбы с психическим загрязнением.
[Упражнение]
Внутренняя помывка
Устройтесь поудобнее, чтобы возникло приятное ощущение покоя. Позвольте своему телу, своему сознанию расслабиться. Дышите спокойно, глубоко. Расслабьтесь еще. Вот так, хорошо. Очень хорошо.
Теперь вспомните слова, которые вы чаще всего используете в своем внутреннем диалоге, эпитеты, которые применяете к себе, когда злитесь.
Как бы вы отреагировали, если бы кто-то другой так вас называл?
Называл ли вас так кто-нибудь? Кто? В какой момент? При каких обстоятельствах?
Среди слов, какие представляются вам самыми негативными, какие вас сильнее ранят и обижают?
Какие из них вызывают у вас самые негативные эмоции? Чем вы могли бы их заменить?
Такой анализ поможет вам навести порядок в голове и избежать неосознанного негативного программирования. Вы можете время от времени проделывать это, наблюдая за изменениями в вашем внутреннем диалоге. Вы также наверняка заметите изменения в том, как вы говорите и, возможно, даже как смотрите на жизнь.
А чтобы ваша борьба с психическим загрязнением была более эффективной, выберите себе сразу же «защитное слово». Это слово вы будете мысленно энергично произносить, чтобы остановить поток мыслей-паразитов, подавить негативную мысль, контролировать зарождающуюся тревогу, притормозить вращение педалей маленького велосипеда в вашей голове. Это просто и действенно, хоть и может показаться наивным. Почему? Потому что мгновенно меняет ход наших мыслей. И действует еще эффективнее, если вы сопровождаете это упражнение резким выдохом.
Вы сами можете его выбрать: «Довольно! Хватит! Стоп! Баста! Достаточно! Пора остановиться!» – или, сродни компьютерной команде: «Я стираю! Удалить! Мусор! В корзину!..» – выбор велик. Важно, чтобы это слово было для вас значимым, простым, всегда наготове. Попробуйте, и вы сами увидите результат.
Что происходит во мне, когда я испытываю стресс?
—› В теле я ощущаю более или менее резкие и заметные физические изменения. Это может варьировать от обычного учащенного сердцебиения до острой нехватки воздуха; от обычного напряжения до общей дрожи; от обычной усталости до ощущения глубокой пустоты, непредолимого изнеможения.
—› В эмоциональной сфере я чувствую нечто, часто неясное, что может варьировать от смутного беспокойства до сковывающего живот страха, леденящего, вызывающего тошноту.
—› А в мыслях педали маленького велосипеда крутятся на полной скорости или, напротив, может возникнуть ощущение, что он застопорился, и в голове не осталось ни одной толковой мысли.
Это означает, что, в зависимости от моей личности, моей жизненной истории, проблем, связанных с ситуацией, мои ощущения будут более или менее интенсивными, более или менее дезорганизующими.
У каждого свой стресс
Природа физиологических и химических реакций на стрессорное воздействие у всех одинакова, в то время как индивидуальное «переживаемое» (то, как мы чувствуем), по сути, аналогов не имеет. «Каждый справляется со своим стрессом, усталостью, депрессией, болезнью самостоятельно и по своей собственной логике. Каждый стремится наилучшим образом приспособиться к жизни, какой она ему представляется», – отмечал Ганс Селье.
![](/i/4/784604/i_005.png)
Схема 2. Развитие сопротивления стрессу в различных его фазах, согласно Гансу Селье.
Это объясняет интенсивность наших реакций, ментальную и эмоциональную окраску наших чувств. Именно в эти моменты дискомфорта, плохого самочувствия мы легче всего осознаем, как функционирует наша психосоматика. Физические сбои сопровождаются эмоциями, мыслями; мы чувствуем себя вовлеченными в процессы действия-противодействия на разных уровнях нашего организма: в теле, в голове, в сердце. Именно тогда мы ощущаем себя единым целым. Под воздействием сильного стресса большинство испытуемых чувствуют недомогание и заметное снижение умственных способностей (неприятная ситуация, хорошо известная тем, кому приходилось сдавать экзамены). Есть такие, кого возбуждает испытываемое давление: оно повышает их работоспособность, ускоряет темп мышления и повышает его продуктивность. Таким образом, деятельность многих людей становится эффективной только под воздействием чрезвычайной ситуации, что является чрезмерной «энергетической расточительностью» для организма.
Какими бы ни были наши личные реакции на сложные ситуации, нам полезно знать о психофизиологических реакциях нашего организма, чтобы иметь возможность оценить наши ограничения, измерить риски, выработать действенные стратегии и платить меньшую цену за наши энергетические инвестиции. Вот схема, которая поможет нам лучше это понять (cм. Схему 2).
Эта кривая универсальна, она может относиться как к животным, так и к человеку. Вспомните, когда в последний раз вы были в океанариуме, вы наверняка обращали внимание на табличку: «Не стучите по стеклу, не делайте фотографии со вспышкой, это вызывает стресс у наших друзей-рыбок».
От фазы к фазе
Обычно мы лучше сознаем, какие изменения возникают в фазе тревоги. Дело в том, что в это время, под воздействием внезапного выброса адреналина, все системы нашего организма приходят в состояние боевой готовности и мы чувствуем себя более или менее обеспокоенными.
Затем наш организм адаптируется к ситуации. Он входит в фазу сопротивления и ценой различных корректировок восстанавливает некое подобие равновесия. На этом втором этапе мы мобилизуем все свои силы, чтобы «держать удар», что требует более или менее значительных затрат энергии и может даже вызвать ощущение скованности в шее…
Если ситуация стресса затягивается или добавляются новые стрессоры, наши силы иссякают, и способность адаптироваться ослабевает до тех пор, пока мы не опустимся ниже начального порога, в фазу истощения – очень опасное состояние, угрожающее нашему здоровью. Очевидно, что именно в этот период, особенно если ситуация затягивается, наиболее высок риск психосоматических расстройств.
Перед лицом опасности
Когда мы подвергаемся опасности из-за оскорблений, перегрузки, переедания, тошноты, наш организм спонтанно формирует определенные стратегии поведения. Биолог Анри Лабори выделил три основных реакции на угрозу, которые присущи как животным, так и людям:
—› бегство, то есть уход от ситуации. Это адаптированная реакция на агрессора – человека (людей) или ситуацию (ситуации). Это позволяет нам сократить фазу сопротивления и быстро вернуться к нормальной жизни. Однако в нашей цивилизованной жизни непосредственное бегство не всегда возможно, поэтому иногда оно принимает форму болезненного избегания, что приводит к длительным прогулам в школе или на работе;
—› атака, которая заключается в прямом столкновении с агрессором, в попытке одержать верх. Такая реакция часто невозможна в «контролируемом» обществе, подобном нашему; мы можем подвергнуться полицейскому преследованию, и потому меня с детства учили подавлять свой гнев, а значит, я не могу нарушить запрет… Вот почему неудивительно, что агрессия, подавленная в момент конфликта, скрытно всплывает на поверхность позднее;
—› торможение действия: не имея возможности обратиться к предыдущим решениям, я чаще всего вынужден выбирать именно это. Мое тело готово к действию, но оно невыполнимо; это тупик. Не имея возможности действовать, я остаюсь пассивным, беспомощным, замершим, как кролик перед удавом. Мой организм замирает, сжимается: я замыкаюсь в себе, мои тело и сознание напряжены.
Первые две стратегии побуждают нас активно реагировать, и в этом действии, будь то бегство или агрессия, мы разряжаем напряжение, что, по крайней мере отчасти, освобождает нас от последствий стресса. В случае же реакции «замри», напротив, сбросить напряжение невозможно. Мы получаем все последствия стресса: в теле – в виде мышечных зажимов, в сердце – в виде невыраженных эмоций и в сознании – в виде негативных образов. Можно сказать, что такое поведение, считающееся «социально корректным», дорого нам обходится.
К этим трем стратегиям, выделенным Анри Лабори, можно добавить четвертую: гиперактивность. В современной жизни мы часто обращаемся к ней неосознанно, она представляет собой сочетание первых двух: бегства и действия. Я действую, но не прямо, а убегая во что-то другое или в какой-то частичный аспект ситуации, с которой не могу (или не хочу) сталкиваться напрямую. Выгода, которую я от этого получаю, заключается в снятии части умственного и физического напряжения через действие и в защите через избегание эмоциональной составляющей (своего рода «выключение» чувств). Однако, если такая гиперактивность становится привычной, как это случается часто и у многих, это приводит к ухудшению самочувствия, что, в свою очередь, может подтолкнуть субъекта к поиску новых видов деятельности и довести его до состояния истощения.
Прямо в сердце
Большое ретроспективное исследование (11 119 пациентов из 52 стран, перенесших инфаркт миокарда, по сравнению с 13 648 аналогичными пациентами, не имевшими прежде проблем с сердцем), опубликованное в 2004 году, демонстрирует, что роль стресса в заболеваемости инфарктом миокарда намного выше, чем считалось ранее.
Эмоциональный стресс как фактор риска сердечных заболеваний, хоть и не такой значимый, как курение, сопоставим со стрессом, вызванным высоким кровяным давлением и ожирением. И это лишь одно из проявлений многочисленных вредных последствий чрезмерного и продолжительного стресса.
Чрезмерная загруженность работой серьезно вредит здоровью!
Следует ли помещать это предупреждение, написанное жирным шрифтом и выделенное рамкой, на анкетах для приема на работу и в платежных ведомостях? Такие мысли приходят в голову при знакомстве с результатами многочисленных исследований, посвященных стрессу на работе.
В одном из них, проведенном Французским институтом стрессовых состояний (IFAS) с марта 2003 года по март 2004 года, приняли участие 12 997 сотрудников всех уровней квалификации из четырех компаний – промышленных и работающих в сфере услуг. Результаты показывают, что среди опрошенных каждый пятый мужчина и почти каждая третья женщина страдают от чрезмерного стресса. Наиболее затронутыми стрессом оказались люди в возрасте 45–54 лет, а наиболее уязвимыми – внештатные сотрудники, за которыми следуют штатные и руководители высшего звена. Все они объясняют это состояние своей профессиональной деятельностью, а также проблемами ее совмещения с личной жизнью.
Это исследование также показывает, что стрессовая нагрузка прогрессирует на протяжении всей жизни, усиливаясь к сорока годам, и что это явление напрямую коррелирует с возможностью принятия самостоятельных решений на работе. Таким образом, у менеджеров, находящихся на вершине иерархии, риск чрезмерного стресса, по-видимому, значительно ниже, чем у внештатных работников; это вовсе не означает, что у них самих нет множества причин для стресса.
Кроме того, цифры указывают на определенную связь между коллективным измерением стресса и стилем управления компанией. То же самое относится к любому организованному сообществу: Церкви, армии, школе и, конечно, семье. Каждая семья создает особую эмоциональную атмосферу и особый тип стресса, который оказывает наиболее сильное влияние на некоторых ее членов. Стресс родителей отражается на детях, как стресс учителей – на их учениках или воспитателей – на детях, которые находятся на их попечении.
С другой стороны, безработица, которая сегодня так широко распространена, является серьезным фактором психических и физических расстройств, а жизнь без семьи также является фактором стресса. Так что же из этого следует? Что таящиеся в жизненных перипетиях факторы стресса многочисленны, а статистические исследования не в состоянии выявить их все.
Предупрежден — значит встревожен!
Часто мы испытываем больший стресс из-за мыслей, которые крутятся в нашей голове, чем из-за событий, и, таким образом, держим наш организм в неосознанном состоянии мобилизованности. Это соответствует ситуации внутренней тревоги, приводит к ненужному расходу энергии, что становится источником усталости без видимых причин. Важно осознать это и расслабиться, что обернется тем большей экономией энергии, чем более серьезное влияние оказывает длительный стресс на наше физическое, психическое и духовное здоровье. Конечно, любое заболевание можно объяснить множеством причин, но болезнь вызывает не стресс как таковой, а неправильное отношение к стрессорам. Как хорошо видно из приведенного выше графика, дойдя до состояния истощения, организм оказывается более или менее серьезно ослабленным. Это должно побудить нас избегать попадания в порочный круг стресса, удивительно схожий с порочным кругом навязчивых размышлений.
Когда я нахожусь в трудной ситуации, вызванной внешними обстоятельствами или «маленьким велосипедом», педали которого крутятся в моей голове, заставляя сосредоточиться на негативных, тревожных мыслях, у меня развивается психическое и органическое напряжение; это сказывается на химических процессах в организме. В результате постоянного взаимодействия психики – сомы, сомы – психики мышечные спазмы усиливают чувство дискомфорта, а следовательно, эмоциональный климат ухудшается. И крутится, крутится колесо беспокойства, навязчивых идей, внутреннего напряжения, судорог…
Как избежать порочного круга стресса?
Что нужно сделать, чтобы не скатиться в такую негативную спираль, не перейти в опасную фазу истощения? Как вырваться из порочного круга навязчивых мыслей?
![](/i/4/784604/i_006.png)
Схема 3.1. Психосоматический порочный круг
Необходимо двигаться и заставлять циркулировать свою энергию! Если мы не всегда способны изменить ситуацию, у нас все же остаются возможности сделать что-то для себя прямо сейчас. Итак, я выбираю простые и быстрые решения: вспоминаю свое «защитное» слово, интенсивно дышу, делая глубокие вдохи, делаю растяжку, какое-то движение, выдерживаю паузу, делаю экспресс-релаксацию, расслабляю брови, челюсти, затылок, плечи, выпиваю стакан воды (наш организм нуждается в постоянном корректном увлажнении для наилучшего осуществления электрохимических процессов), ясно оцениваю свои эмоции и потребности данного момента… Я использую все известные мне приемы, зная, что они приносят пользу и что я могу их применять в такие моменты. Например, вместо того, чтобы напрягать мышцы, я сразу же делаю глубокий вдох и глубокий выдох, избегая накопления напряжения и модулируя степень своей реакции на стресс. И чем меньшее сопротивление придется оказывать, тем меньше будет мое истощение. Это позволит мне быстрее и легче вернуть утраченное равновесие.
![](/i/4/784604/i_007.png)
Схема 3.2. Психосоматический круг
В следующих главах мы приведем множество примеров того, как следует поступать, на основе данных современной психофизиологии и всего богатства традиционных практик, в частности даосизма. Эти методы поддержания здоровья мы испытали на себе и учили им других на протяжении долгих лет. Вы тоже можете ими воспользоваться, они благотворно влияют как на тело, так и на сознание. Выберите для повседневной практики те, которые вам больше всего нравятся, которые вы находите самыми легкими и действенными, наиболее подходящими для ваших потребностей. Они помогут вам развить «рефлекс хорошего самочувствия». Конечно, они не сотворят чуда, но вы ощутите их действенность. Однако не заблуждайтесь: почувствовать себя лучше не обязательно означает сразу чувствовать себя хорошо. Однако если мы начинаем чувствовать себя не так уж плохо, это тоже большое достижение.
Эти техники помогают нам восстановиться, обрести устойчивость, оставаться на связи с самими собой и своими реальными потребностями. Улучшение самочувствия – это первый шаг на пути к хорошему самочувствию. И даже если путь предстоит долгий, это уже фактически первый шаг, а, как гласит китайская пословица, «путешествие в десять тысяч ли начинается с первого шага»!
И не стоит забывать: жизнь совершается здесь и сейчас!
Да, это так! Давайте же будем внимательны, чтобы прочувствовать, как она течет внутри нас, и бдительны, чтобы поддерживать ее пульсацию. Давайте будем восприимчивы к маленьким и большим удовольствиям, которые дарит нам жизнь: к солнечному лучу, пению птицы, неожиданному звонку друга, любимой песне по радио. Жизнь протекает здесь и сейчас, и мы не одиноки.
Нам стоит немного поднять голову и посмотреть дальше, чем на лобовое стекло или экран – телевизора, компьютера, ноутбука, калькулятора, – и на наши проблемы, которые, все до единой, мешают течению жизни, настоящей, а не той, что мы видим в реалити-шоу или виртуальной реальности.
Мы настолько поглощены повседневной жизнью, что иногда забываем о простых и приятных вещах, которые помогают нам поддерживать контакт с мощным движением жизни: смотреть на ребенка, цветок, ласкать животное, ухаживать за растением, смотреть на небо, позволять взгляду устремляться вдаль, обнимать дорогого человека.
Жизнь проста и покойнаНад кровлей небо лишь одно,Лазурь яснеет.Над кровлей дерево одноВершиной веет.И с неба льются мне в окноОт церкви звоны,И с дерева летят в окноМне птичьи стоны.О Боже, Боже мой, все тамТак просто, стройно,И этот мирный город тамЖивет спокойно.Поль Верлен(Пер. Ф. Сологуба)
Все это поддерживает нас в контакте с самой энергией жизни, о которой слишком часто забывают современные биологи и психологи и которую нам следует постараться открыть заново. Мы еще к этому вернемся. Многие из практик, которые мы вам предлагаем, – это приглашение обратить наше сознание к простым и легким для восприятия вещам: мышечному напряжению, дыханию, контролю за ходом наших мыслей, за проявлением наших эмоций. Давайте не будем ими пренебрегать; какими бы простыми они ни были, они составляют основу.
Почему так важно состояние нашего тела
К телу следует прислушиваться, это мы говорили и повторим еще раз. Тело с его ощущениями, восприятиями и эмоциями – наше обиталище в мире, место всех наших мучений и радостей.
Прислушиваться к ощущениям тела, более полно их осознавать – это один из способов работать с ними. Если мы сразу осознаем, что идет не так, мы можем не допустить ухудшения ситуации.
Мы не являемся хозяевами и правителями Природы, мы – ее часть. Природа и жизнь пребывают в нас, мы – в них; маленькая вселенная нашего тела является частью большой Вселенной.
Для того чтобы убедиться в этом, давайте прочтем следующую главу. В ней мы увидим, как наше тело искусно использует свои возможности для поддержания равновесия.
Глава 2
Удивительный интеллект нашего тела
Лязг оружия, ржание лошадей, самолеты-истребители, автомобили-радары… От пехотинца до генерала – армию нужно инспектировать! В каждый государственный праздник под звуки духовых и бой барабанов восхищенной толпе демонстрируются силы обороны нации. Некоторых это очень впечатляет.
Однако, по здравом размышлении, лучшие силы обороны в мире, самые впечатляющие, принадлежат нам, нашему телу! Невидимая армия, клетки которой, равно как и настрой, в любое время дня и ночи обеспечивают защиту сверхсложного единства – нашего организма и слаженную работу всех его частей. Защита и адаптация: вот лозунги бойцов, которые ведут неустанные незримые сражения.
Все мы канатоходцы
Человеческое тело – это сложная совокупность органов, которые должны функционировать гармонично. Координация жизненно важных функций обеспечивается с помощью множества способов регулирования и контроля. Таким образом, не сознавая этого в полной мере, мы все являемся канатоходцами, существами, постоянно стремящимися удерживать равновесие.
Равновесие нашего организма динамично, а не статично; оно больше напоминает равновесие акробата, идущего по туго натянутому канату с шестом в руках, чем на равновесие слона, сидящего на тумбе. Ведь речь идет о поддержании в нас жизни, на которое должно расходоваться как можно меньше энергии, с сохранением физического и психического равновесия. Для этого организм должен адаптировать свои реакции к бесконечным изменениям окружающей среды.
Стресс, препятствия, принуждения, приятные и неприятные эмоции, ритм и интенсивность деятельности, изменения освещенности и температур – многие внутренние и внешние факторы нарушают равновесие нашего организма. И эти нарушения равновесия начинают ощущаться на очень тонком уровне (речь здесь не о молекулах и биохимии); в действительности все начинается на энергетическом уровне. Хорошо, если организму затем удастся восстановить равновесие, но если он не может это сделать, возникает источник риска, и мы наблюдаем своего рода каскад все усиливающихся реакций со стороны различных систем организма.
Наше внутреннее море
Происходя из примитивной клетки и от очень далеких предков, рожденных морем и эволюционировавших в солоноватых водах, мы сохранили море в себе. Наше тело примерно на две трети состоит из воды, первичной жидкости. Эта вода, насыщенная минеральными солями (кальцием, фосфором, натрием, калием, магнием и другими) и обогащенная редкими элементами (микроэлементами), такими как золото, серебро, медь, также содержит множество химических соединений – посредников, которые образуют связи между различными клетками. Эта жидкость является питательной средой для наших органов, внутренним морем, омывающим тайные берега нашего тела. Миллиарды наших клеток, действующих маленьких фабрик, черпают из нее материалы, необходимые для жизни, и выделяют в нее продукты своей жизнедеятельности. Для того чтобы наши клетки и весь организм в целом были здоровы, средняя концентрация минеральных солей должна оставаться постоянной; почки играют роль регулятора, печень – это очистные сооружения. Кровь, лимфа, внутриклеточные и внеклеточные жидкости составляют внутреннюю среду, которая с помощью различных механизмов поддерживает стабильность своих компонентов, чтобы обеспечивать клеткам наилучшие условия для функционирования.
Там, где есть геном…
В XX веке биологи, при широкой поддержке средств массовой информации, предложили нашему восхищенному вниманию нового героя: геном. Благодаря передовым технологиям мы теперь знаем, где находятся около сорока тысяч генов, составляющих наше богатое наследие, хотя нам до сих пор в точности не известно, каковы функции многих из них.
Надо помнить, что наши клетки похожи на вишни – очень маленькие, даже микроскопические. Как и этот фрукт, клетка ограничена снаружи оболочкой (мембраной), имеет желеобразную мякоть (цитоплазму), а в центре находится косточка (ядро). В ядре каждой из наших клеток имеются крошечные нити в форме плоскогубцев, которые видно под микроскопом: это хромосомы (от греческого chroma – цвет и soma – тело), которые мы наследуем наполовину от отца, наполовину от матери. Совокупность этих нитей подобна хранилищу памяти центрального компьютера, которое ядро представляет для каждой клетки; в них хранится память о нашей эволюции как живых существ.
В хромосомах располагаются гораздо более мелкие элементы, гены, которые определяют наследственные признаки: цвет кожи, форму носа или ушей и т. д. Некоторые патологические гены из поколения в поколение передают аномалии, отражающиеся на здоровье. Наследственная биохимическая ошибка может долгое время оставаться незаметной и обнаруживается только очень поздно. Управляя деятельностью каждой клетки, генетическая программа определяет особенности организма. И именно в специфической биохимической активности клетки проявляется генетическая наследственность.
Иными словами, все непременно проходит от молекул к тканям через клетки, и даже то, что до сих пор казалось неизменным, генетически детерминированным, претерпевает изменения. Флуктуации, которые сами подвержены влиянию внешней среды, условий жизни и сильнее, чем может показаться, зависимы от нашей ментальной Вселенной. Таким образом, генетическая детерминация зависит от естественного состояния нашего организма, которое на самом деле нестабильно и изменчиво.
Это относится ко всем этажам
Для того чтобы существовала жизнь, нужна структура, а для того чтобы поддерживать эту структуру, в ней должна быть налажена коммуникация. Коммуникация на всех уровнях, от самого поверхностного до самого глубокого. Наш организм – словно крупная компания, вся деятельность которой находится под тщательным контролем. Это не простое напластование органов, выполняющих свои функции независимо друг от друга, это целокупность, в которой различные функции взаимосвязаны и скоординированы и где каждая из них имеет значение только относительно целого, частью которого она является. Любое воздействие на организм извне и действие внутри организма вызывает реакцию. На каждую конкретную ситуацию организм отвечает такой реакцией, которая позволяет наилучшим образом адаптироваться и сохранить себе жизнь. Механизмы обратного контроля, или обратной связи (термин, заимствованный из кибернетики) обеспечивают согласованность этих изменений. Этот эффект можно сравнить с эффектом термостата, который регулирует температуру в помещении, включая или выключая обогреватель. Таким образом обеспечивается баланс гормонов и многих других факторов, необходимый для правильного функционирования организма.
Объединяющая внутренняя среда является таковой, потому что это пространство для «общения». Омывая все клетки, она обеспечивает диффузию и циркуляцию различных химических молекул-посредников: гормонов, которые поступают примерно из десяти желез внутренней секреции (эндокринные железы, от греческого endon, «внутри», и krino, «я выделяю»), и нейротрансмиттеров, специализирующихся на нервной проводимости. Таким образом, иммунные клетки, отвечающие за защиту организма, могут получать информацию от мозга через нейротрансмиттеры или гормоны, а сам мозг получает информацию об активности иммунной системы через химических посредников, которые вырабатывают ее клетки.
Клетки говорят с клетками
Возможно, самый захватывающий аспект этих разнообразных потоков информации – то, что клетки поддерживают постоянную связь друг с другом. На их мембранах есть рецепторы, которые специфически чувствительны к различным воздействиям, что позволяет им вырабатывать соответствующий ответ для каждой ситуации. И между некоторыми соседними клетками существуют своего рода мосты, которые называются синапсами (от греческого synapsis, «точка соединения»). Помимо химических посредников, гормонов и нейротрансмиттеров, о которых мы только что говорили, существуют другие способы межклеточной коммуникации, и они еще не вполне изучены Так, клетки обмениваются друг с другом электромагнитными и световыми сигналами. Из того, что мы знаем сегодня, важно то, что наши органы и клетки поддерживают, благодаря множеству полей и волн, постоянную сеть обменов, и что она обеспечивает гармоническое сочетание всех функций нашего организма. Но прежде химических, гормональных или электрических связей в организме происходит обмен энергией. Таким образом, энергия действует в нашем организме в самых различных формах!
Венец всему — мозг!
Миллиарды нервных клеток, соединенных между собой и собранных в единую массу, прекрасно защищенную костным скелетом, – вот что собой представляет наш мозг, центр управления, контроля и обработки информации, необходимой для жизни. Все регуляторные функции организма координируются центральной нервной системой (головным мозгом, в том числе мозжечком, и спинным мозгом) и обширной сетью волокон различного диаметра – нервов, которые являются каналами передачи нервной информации. Информация передается от нейрона к нейрону с помощью кратковременного (несколько тысячных долей секунды) электрического сигнала, запускаемого по цепи подобно высокоскоростному поезду. В определенных точках пути (синапсах) продолжения нервных клеток тянутся друг к другу, как руки, образуя цепь, но на самом деле не соприкасаясь, поскольку между ними остается крошечное пространство. Ширина этого канала составляет всего несколько тысячных долей миллиметра, но для наглядности скажем, что он похож на Ла-Манш, отделяющий Францию от Англии. Далее поезд с электрическим импульсом двигаться не может; импульсу необходимо поменять средство передвижения – сесть в лодку. Сигнал меняет свою природу: из электрического он превращается в химический (молекулы нейротрансмиттеров), чтобы подключиться к следующей клетке, в которой он снова становится электрическим. Именно этот набор сигналов – то электрических, то химических – обеспечивает передачу информации от мозга к нервным окончаниям и обратно. Таким образом, в течение очень короткого времени мы начинаем действовать и реагировать, а мысль обретает размах. Регулярно используемые синапсы стабильны, но другие, ставшие бесполезными, ослабевают и исчезают. Так в нервной сети создаются привилегированные каналы связи.
Откуда берется мысль и эмоция
Когда мы ведем машину, мы мгновенно анализируем различные параметры, необходимые для правильного управления автомобилем, а затем с помощью осознанных и рефлекторных действий прокладываем себе путь в потоке машин. Наш мозг за рекордно короткое время обрабатывает информацию, прежде чем отдать команду действовать.
Мозг служит интегрирующим центром наших действий и поведения, ему в этом помогают различные ретрансляторы: мозжечок, спинной мозг, нервные сплетения, двигательные и чувствительные нервы, однако не стоит заблуждаться: нервные структуры одновременно являются и слугами, и хозяевами. Нервная система – не одинокий исполнитель множества задач, обеспечивающих единство функционирования организма, в этом участвует каждая его часть.
![](/i/4/784604/i_008.png)
Схема 4. Мозг в разрезе. Мы видим кору головного мозга и «эмоциональный» мозг (лимбическую систему)
Мозг – средоточие мышления и языка, воли и принятия решений одновременно является источником воображения и творчества и великим интегратором нашей эмоциональной и чувственной жизни. Под его складчатой поверхностью, которая возникла в результате недавней эволюции (называемой корой головного мозга, или кортексом), скрываются более старые образования, составляющие другую часть мозга: «эмоциональный» мозг, от которого во многом зависит качество нашей жизни (См. Схему 4).
«Увидеть» мозг в действии
В 1927 году в провидческом озарении великий русский физиолог Иван Петрович Павлов писал: «Если бы можно было видеть сквозь черепную коробку и если бы место больших полушарий с оптимальной возбудимостью светилось, то мы увидели бы на думающем сознательном человеке, как по его большим полушариям передвигается постоянно изменяющееся в форме и величине причудливо неправильных очертаний светлое пятно…» В конце 1980-х годов такую картину в некотором смысле удалось получить. Не то чтобы свод черепа стал прозрачным или нейроны при обмене светились, – прозрение Павлова подтвердилось благодаря искусственной игре, в которой объединились информатика и неврология.
Эти техники, объединенные под названием визуальные методы исследования, сочетают использование позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) с функциональной магнитно-резонансной томографией (МРТ). Сегодня они позволяют «видеть», точнее получать благодаря замерам изменений кровотока, которые анализируются компьютером и преобразуются в цифровые изображения, зрительное представление о том, что происходит, когда мозг работает в различных режимах: размышляет, предается воспоминаниям, читает, молится, испытывает эмоции…
[Упражнение]
Я тоже могу визуализировать, безо всяких приборов
Для начала я отмечаю эту страницу закладкой и дышу.
Делать вдох, держать паузу, на мгновение расслабляться, когда читаем или учимся, – значит расслаблять сознание и тело, улучить минутку, чтобы новая информация стала частью багажа наших знаний.
И я могу визуализировать все, что захочу. Мне достаточно вообразить, представить себе или просто рассказать себе о ходе вещей, чтобы рассказанное запечатлелось и зафиксировалось в моем мозгу.
Так, например, я смотрю на предыдущую схему. Затем, спокойно вдыхая и выдыхая, медленно закрываю глаза и представляю себе схему, расцвечивая в воображении каждый ее фрагмент или тот, который меня особенно интересует, и думаю о функции этой части моего мозга, которая, таким образом, становится мне более понятной.
Я могу проделать то же самое с любой другой частью своего тела и даже (это же игра!) вступать с ней в диалог. Например, сказать, чего я от нее жду, что думаю о том, как она функционирует, поблагодарить за добрую службу и т. д. Так я устанавливаю диалог со своим телом, полезный для моего здоровья.
«Эмоциональный» мозг (лимбическая система)
За эмоции отвечают различные участки мозга, в том числе лимбическая система. Этот так называемый эмоциональный мозг контролирует все, что определяет наше психологическое здоровье и в значительной мере также физическое. Но он уязвим, и эта уязвмость может привести к сбоям в работе всей системы. Эмоциональные расстройства чаще всего возникают из-за неприятного или болезненного опыта, полученного в прошлом. Опыта, не имеющего непосредственного отношения к настоящему, но оставившего неизгладимый след и продолжающего влиять на чувства и поведение, иногда даже спустя долгое время. Дело в том, что наш мозг и наше тело ничего не забывают; в них запечатлеваются даже невыраженные эмоции. Они запоминаются, хранятся, инкапсулируются, замораживаются, готовые к реактивации, если условия это позволят.
Эмоциональный мозг, не особенно восприимчивый к словам и доводам рассудка, гораздо лучше реагирует на образы, продукты воображения. Все, что постоянно крутится в нашей голове – образы, мысли, чувства, – влияет на наше отношение к миру, расположение духа и настроение и делает нас более или менее восприимчивыми к стрессорам. Вот почему в своем терапевтическом подходе мы часто применяем расслабление, визуализацию образов, эмоциональное самовыражение и активацию воспоминаний тела посредством движения и дыхания.
Лимбическая система обладает естественными механизмами самовосстановления, сопоставимыми со многими другими процессами в организме, такими как заживление ран, удаление микробов и инородных тел. Техники, которые мы предлагаем в этой книге, используют преимущества этих механизмов и позволяют восстановить равновесие и хорошее самочувствие.
Кроме того, психо-нейро-эндокрино-иммунология показывает нам, что для поддержания нашего здоровья необходимо, чтобы между двумя полушариями головного мозга существовала гармоничная взаимосвязь: между левым, которое вырабатывает средства защиты, и правым, которое стимулирует их применение. Она также демонстрирует, что расслабление сознания и творческое отношение к жизни стимулируют размножение наших защитных клеток: лимфоцитов.
Сознание – это еще не всё
Головной, спинной мозг и нервы образуют центральную нервную систему, систему сознания, которая управляет нашими функциями, в то время как особая часть центральной нервной системы отвечает за функционирование органов и управление ими. Центр вегетативной нервной системы, отвечающей за телесное бессознательное, расположен в основании головного и спинного мозга. Французский анатом, физиолог и врач Мари Франсуа Ксавье Биша (1771–1802), описывая ее, говорил: «Эта система управляет нашей внутренней жизнью, которая аналогична жизни растения [отсюда и определение «вегетативная»], которое рождается, растет и погибает, закрепленное в почве, из которой оно произросло». Эта система охраняет нашу вегетативную жизнь, будучи тесно связанной с нашей эмоциональной жизнью.
Нам нет необходимости сознавать, как дышат наши легкие, бьется сердце, как осуществляют свою фильтрующую функцию почки и выделительную – печень. Организм выполняет эти функции независимо от того, спим ли мы, находимся под наркозом или в коме. Когда организм спит, вегетативная нервная система продолжает бодрствовать. Именно она управляет моторикой мышечных волокон внутренних органов, таких как сердце, желудок, кишечник, и сосудов, распределяющих кровь по организму. Именно она управляет также и секрецией внутренних желез.
Вызывая жажду, она предупреждает нас о том, что в организме недостает воды. Если вода в избытке, она активизирует процесс выведения излишней жидкости. Ее непрерывное бесперебойное функционирование обычно ускользает от воли и сознания, поэтому ее иногда также называют автономной нервной системой. Но эта автономия относительна, поскольку не изолирована: между ней и центральной нервной системой есть мостики. Так, мы можем воздействовать на частоту дыхания, частоту сердечных сокращений, температуру кожи и даже на выделение гормонов (например, щитовидной и поджелудочной железами) с помощью определенных техник, которые мобилизуют как тело, так и сознание: расслабления, медитации, визуализации, ментального программирования, даосских упражнений, цигун, йоги…
Сложная и эффективная сеть
Организованная как совокупность сетей (переплетений), с помощью которых волокна могут проникать с этажа на этаж, вегетативная нервная система надежно оплетает все наши органы; ни одна клетка нашего тела не остается неохваченной (см. Схему 5).
Функционально она делится на две подсистемы: симпатическую и парасимпатическую:
–› симпатическая подсистема приводит к повышению работоспособности организма в экстренных и стрессовых ситуациях. Ориентированная на работу и действие, она потребляет и разрушает: это расточитель;
–› парасимпатическая служит для регенерации тканей и формирования резервов организма. Ориентированная на питание и ремонт, она собирает и строит: это накопитель.
–› Однако давайте не будем делать поспешных выводов, что одна из них – «положительный персонаж» (парасимпатичный накопитель, который нас расслабляет), а другая – «плохой» (симпатичный расточитель, который побуждает нас к работе и действию): и та, и другая система необходимы для гармонизации основных функций нашего организма.
![](/i/4/784604/i_009.png)
Схема 5. Вегетативный баланс играет заметную роль в психосоматическом равновесии
Согласованная и гармоничная настройка
Пара- и симпатическая системы действуют рука об руку. Их действия, казалось бы, противонаправлены, но на самом деле они дополняют друг друга и составляют то, что называется вегетативным балансом. Гармоничность их попеременного регулирующего действия способствует поддержанию и сохранению жизни. Древние китайцы видели в этом проявление двух взаимодополняющих начал, инь и ян. Эта концепция, которая некоторым может показаться эзотерической, сегодня все более подтверждается лабораторными исследованиями.
В чрезвычайной ситуации, когда человек испытывает стресс, страх, симпатическая система подает сигнал тревоги и, беря на себя бразды правления, «вжимает педаль газа в пол». Таким образом наш организм, стимулируемый адреналином и норадреналином, выделяемыми надпочечниками, готовится к действию. Сердцебиение учащается, а кровяное давление повышается, чтобы быстрее направлять кровь к мышцам; избыток сахара выделяется в кровь, чтобы обеспечить мышцы энергией, бронхи расширяются, чтобы обеспечить лучшую оксигенацию клеток, работа пищеварительной системы замедляется, мышечная сила увеличивается: все готово к борьбе, действию или бегству. Когда ситуация нормализуется, парасимпатическая система снова берет верх; она «жмет на тормоза» и дает телу расслабиться, отдохнуть. Сердцебение и дыхание замедляются, артериальное давление падает, возобновляется работа органов пищеварения. Часто возникает позыв к мочеиспусканию. Иногда клонит в сон. Организм приходит в норму.
Риск износа!
Пара- и симпатическая системы работают либо попеременно, либо одновременно, в зависимости от нагрузки, которую получают, и задачи, которую должны выполнить. Таким образом, когда мы спим, когда тело отдыхает, мы находимся под влиянием парасимпатической системы, но, когда звонит телефон или будильник, симпатическая берет нас за руку, заставляет встать и решать задачи, которые перед нами стоят. Если мы голодны, симпатическая система побуждает нас удовлетворить голод. Если мы расслаблены, парасимпатическая система приглашает нас отдохнуть. Отсюда сонливость, которая часто возникает после еды и которую в медицинских книгах красиво называют постпрандиальной сонливостью. Для того чтобы получить удовольствие, мужчина и женщина нуждаются друг в друге. Расширяя кровеносные сосуды, парасимпатическая система обеспечивает эрекцию полового члена, а также клитора, и появление вагинальной смазки. Что касается симпатической системы, то, сокращая мышцы, она заставляет мужчину эякулировать и приводит женщину к оргазму.
Если нагрузка на одну чашу весов слишком велика, чаша выходит из равновесия. Избыточное функционирование парасимпатической системы называется ваготонией. Это означает избыточный тонус органов, иннервируемых блуждающим нервом, который контролирует движения мягкого неба, сердца и сосудов, гортани, легких и пищеварительного тракта. В своих крайних проявлениях ваготония вызывает вагусный дискомфорт, который проявляется в обильном потоотделении, головокружении и кратковременной потере сознания. Чрезмерная активность симпатической системы (называемое симпатикотонией), во многом обусловленное беспокойным ритмом жизни, нагрузками на работе и чрезмерным количеством возбуждающих средств, чаще всего остается незамеченной, поскольку не вызывает острых проявлений, сравнимых с вагусным дискомфортом. Ее воздействие на мышцы, сердце, дыхание и кровообращение более скрытно, тем не менее она вызывает дисбаланс и истощение организма.
Вот почему так важно заботиться о своей вегетативной системе (к которой столь пренебрежительно относится современная медицина!) и давать себе время подышать, сделать перерыв, расслабиться, отдохнуть. Расслабление, медитация и осознанное дыхание – отличные способы позволить парасимпатической системе лучше выполнять свою регулирующую роль. Такие упражнения помогают нам восстановить энергию и защитить наше здоровье.
Вегетативный мозг
Расположенный под находящейся в центре мозга большой массой серого вещества, называемого таламусом (отсюда и название), гипоталамус представляет собой небольшую область в промежуточном мозге, включающую в себя множество групп специфических клеток. Настоящий «вегетативный мозг», размером чуть превышающий ноготь большого пальца и весом всего 4 грамма[2], он играет в системе организма роль, непропорциональную своим скромным размерам. Гипоталамус участвует в регуляции жажды, голода, сна, жирового обмена, температуры тела, а также некоторых эмоциональных состояний, таких как гнев, страх, сексуальное возбуждение. Воздействуя на настроение, он оказывает прямое влияние на энергию, которую мы вкладываем в действие. Кроме того, он своевременно запускает и останавливает гормональные процессы, которые приводят к резкому росту человека в пубертатный период и его половому созреванию; у женщин он регулирует менструальный цикл.
Краеугольный камень регуляции вегетативной и эндокринной систем, гипоталамус тесно взаимодействует с эндокринной железой, расположенной чуть ниже него, – гипофизом. Неправильное функционирование этой пары может привести к серьезным эндокринным и метаболическим нарушениям. Кроме того, гипоталамус играет роль своеборазного хаба: его воздействие ощущается как внизу, так и вверху, что делает его стержнем психосоматической патологии (см. Схему 6).
![](/i/4/784604/i_010.png)
Схема 6. Связи между корой головного мозга, гипоталамусом и гипофизом
Наши гормоны – посланники
Гормон (от греческого hormaô, «я возбуждаю», «я пробуждаю») – это химическое вещество, генерируемое и выделяемое эндокринной железой в кровь. Затем кровь переносит его в определенные органы, которые избирательно чувствительны к нему и на функционирование которых оно влияет. Каждый гормон, вырабатываемый специальной железой, свободно циркулирует по организму, но действует только на определенные рецепторы. Это химический посланник, который дистанционно передает команду одному или нескольким органам-мишеням. Его действие может быть более или менее обширным. Так, гормоны яичника или яичка действуют в основном на половые органы, но также и на мозг; гормоны щитовидной железы также действуют на кожу, ногти, волосы. Инсулин – гормон поджелудочной железы – регулирует метаболизм сахара; кортизол вырабатывается в надпочечниках и влияет на водный метаболизм. Надпочечники участвуют в нашей борьбе с житейскими невзгодами и каждый день подвергаются стрессу. В самом деле, независимо от того, испытываем ли мы сильные переживания или незначительное длящееся изо дня в день недовольство, они высвобождают большое количество гормонов. Однако правильное функционирование этих желез является определяющим, поскольку от этого зависят многие другие аспекты нашего здоровья, в частности уровень физической энергии.
![](/i/4/784604/i_011.png)
Схема 7. Основные эндокринные железы
[Упражнение]
Теперь немного подышим
А что если теперь мы немного подышим и поиграем, чтобы все это себе представить?
Как мы уже видели, дышать в процессе чтения или учебы – это значит расслаблять сознание и тело, поскольку нам необходимо время на то, чтобы интегрировать новую информацию в комплекс наших знаний.
Радость в ходе обучения усиливает нашу способность к запоминанию и, следовательно, позволяет нам учиться больше и лучше. Дышать – это также означает в любых обстоятельствах укреплять и гармонизировать связи между сознанием и телом.
Поэтому я удобно откидываюсь на спинку кресла или стула и дышу… Я смотрю, как поднимается и опускается мой живот, дышу медленно, спокойно, глубоко… Это похоже на волны спокойного моря.
Я расслабляю челюсти, плечи, все тело. Я позволяю спокойствию разлиться и проникнуть вглубь моего организма, а сознанию – плыть по поверхности.
Теперь я представляю, что мой мозг – это сияющий энергетический шар, блистающий над моим телом. Это солнце, взошедшее над моим внутренним морем.
Я вижу солнце, его отблески на поверхности моря. Это тихое утро. Рассвет жизни. В море оживают первые формы жизни. Прозрачные клетки, радужные кровяные тельца.
В моем теле тоже плавают клетки. В моем теле тоже есть жемчужные раковины, мои органы отражают перламутр, нежные жемчужные текстуры.
Я могу представлять их себе, видеть, касаться их и мысленно ласкать.
Голубоватый свет пробегает по моим нервам, с головы до ног. Он несет сообщения; сообщения доходят до кончиков моих пальцев, до самых пяток. Все органы сообщаются между собой; все со всем связано. И везде царит великая гармония.
И надо всем этим сияет солнце.
Ослепительное, дружественное солнце сияет в моей голове.
Солнце, что сияет в голове, освещает мой эмоциональный мозг и, прямо в центре, крошечную железу в форме клубнички: эпифиз с его внутренними часами. Он посылает лучи к основанию моего черепа, в гипоталамус, большой, похожий на вишню, а затем в гипофиз, большой, похожий на лесной орех. И оттуда каскад света освещает все мои железы внутренней секреции, которые зажигаются одна за другой.
Щитовидная железа, похожая на бабочку, сидит у меня в горле, за ней расположены более мелкие паращитовидные железы, словно божьи коровки.
Вилочковая железа, в центре груди, прячется за грудиной, соединяющей спереди ребра.
Поджелудочная железа расположена на уровне впадины желудка, она связывает желудок и кишечник. Дальше идет солнечное сплетение, которое является великим перекрестком коммуникаций, настоящим мозговым центром моего живота. Солнечное сплетение тоже сияет, как солнце.
Надпочечники, как две маленькие пирамидки на почках.
Яичники, расположенные в тазу, или яички в мошонке.
Все мои железы светятся одновременно, освещая внутренности моего тела. Они постоянно и гармонично поддерживают во мне гормональный баланс как величайшее благо для моего здоровья.
Все во мне сообщается между собой, клетки, органы, системы. От самой простой к самой сложной, от самой сложной к самой элементарной. Всегда, непрерывно.
Если у меня есть такая потребность, я могу включить конкретную железу. Например, подсветить красным поджелудочную, чтобы стимулировать ее: я вижу, как она выделяет инсулин, который поступает в кровь, чтобы мои клетки могли идеально использовать сахар, необходимый организму для питания. Или мысленно окрасить щитовидную железу в бледно-зеленый, если мне нужно замедлить ее работу, успокоить сердце и сознание.
Я продолжаю неспешно, размеренно дышать и благодарю свой организм за то, что он так превосходно функционирует. Восхищаюсь мудростью его установок.
Затем тихо, спокойно, заканчиваю визуализацию. Открываю глаза. И, если мне так подсказывает сердце, возобновляю чтение.
Клеточный иммунитет
Иммунная система[3] – это совокупность органов и клеток, которые участвуют в защите нашего организма от нежелательных элементов, которые она идентифицирует и уничтожает. Клетки иммунной системы – белые тельца (лейкоциты); они циркулируют по всему телу через кровеносную и связанную с ней лимфатическую системы. В лимфатических узлах микробы (вирусы, бактерии) и другие инородные частицы фильтруются и уничтожаются. Вот почему в случае инфекции некоторые лимфоузлы (находящиеся в паху, подмышками, на шее) увеличиваются в объеме и могут быть болезненными при пальпации. Клеткам иммунной системы поручена очень важная миссия – провести различие между «своими» (совокупностью нормальных клеток организма) и «чужими» (аномальными клетками, инородными, раковыми или инфицированными вирусом). Как чужаки распознаются микробы, нежелательные молекулы или даже чужеродные клетки – например, в случае трансплантации органов, полученных от другого субъекта. Таким образом, эта система способна распознавать и целенаправленно атаковать как неизвестное, так и нежелательное.
Аллергия и аутоиммунитет – это сбои в работе иммунной системы. Аллергия представляет собой несоразмерную реакцию на попадание в организм посторонних элементов (продуктов питания, лекарств, респираторных аллергенов), в то время как аутоиммунные заболевания – это саморазрушение, при котором иммунная система теряет над собой контроль и атакует нормальные клетки организма, которые должна защищать. Что касается СПИДа, то он представляет собой крах этой системы, полное подавление иммунитета. Подавленная иммунная система – это дверь, широко распахнутая для агрессоров. Имеющиеся оболочки организма (кожа, слизистые) при отсутствии пробоин, то есть разрывов, ран, служат важнейшим защитным барьером от проникновения бактерий и вирусов.
Когда мои клетки играют в «полицейских и воров»…
Когда какой-либо «агрессор» проникает в наше тело, объявляется тревога. Организм быстро мобилизует свои войска и отправляет ему навстречу армию белых кровеносных телец (лейкоцитов), которым поручено нейтрализовать врага. Последние идентифицируют агрессора, приближаются к нему, окружают, поглощают и переваривают его – происходит фагоцитоз (от греческого phagein, «есть», и cytos, «клетка»). Для наглядности скажем, что они ведут себя, как те маленькие существа из видеоигр, которые глотают и переваривают врагов. Между тем очаг возгорания (воспаления), окружающий зону боевых действий, играет роль полицейского кордона, ограничивающего распространение конфликта (cм. Схему 8).
![](/i/4/784604/i_012.png)
Схема 8. Лейкоцит уничтожает чужеродную клетку
Если этот этап борьбы заканчивается победой нападающего, тогда приходит в действие другая линия защиты. К делу подключаются новые клетки: великие пожиратели – макрофаги – поглощают микробы, мертвые клетки, мусор. Они действуют как рыбы-чистильщики, отвечающие за поддержание чистоты аквариума, это мусорщики организма. Если они хорошо выполнят свою работу, на этом все может закончиться. Но иногда атакующие силы слишком многочисленны; тогда организм задействует более сложные и специфические системы.
Переварив чужеродные клетки, макрофаги выставляют напоказ свои военные трофеи! Они выставляют на своей поверхности идентификационные таблички этих клеток (антигены) и отправляют сообщения (интерлейкины). Таким образом, другим клеткам, получившим такую информацию, поручается особая миссия: охотиться и уничтожать любую клетку, несущую этот антиген. Это Т-лимфоциты (где буква Т – от тимуса, органа, где эти клетки достигают зрелости). Их союзники, В-лимфоциты (названные так потому, что они происходят из костного мозга, по-английски bone marrow), размножаются и массово продуцируют вещества, способные нейтрализовать антигены: антитела. Они распространяются по всему кровотоку и, связываясь с любым антигеном, идентичным первому распознанному, нейтрализуя, блокируют его (cм. Схему 9).
![](/i/4/784604/i_013.png)
Схема 9. Лимфоциты, высвобождающие антитела
А тем временем образуются другие лимфоциты – «клетки памяти прошедшей битвы», впредь они будут наготове в случае проникновения идентичной инфекции. Они уже проинформированы, им не нужно будет проходить фазу распознавания; это приведет к более быстрому и сильному ответу. Вот почему некоторые заболевания случаются лишь однажды: организм учится бороться с ними с первого контакта. В этом также заключается принцип вакцинации, благодаря которой посредством ослабленной инокуляции происходит выработка антител.
В дополнение к этому обширному арсеналу есть еще NK-клетки (natural killers, «естественные убийцы»), которые призваны уничтожать зарождающиеся опухолевые клетки, и лимфоциты-супрессоры, которые приказывают прекратить огонь после завершения атаки. Последние способны «наводить мосты» для ведения переговоров. Эти временные мосты действуют лишь до тех пор, пока клетка-убийца не распознает, следует уничтожить другую клетку или нет.
Таким образом, мы можем различать клеточный иммунитет, при котором борьба ведется в ближнем бою, и гуморальный иммунитет, при котором победа достигается с помощью выработки антител, распространяющихся в лимфе и сыворотке крови. Несмотря на эти бесценные средства защиты, организм остается уязвимым, а жизнь – хрупкой, и мы должны заботиться о ее поддержании.
Медитация стимулирует иммунную систему
Согласно исследованию американских ученых, опубликованному в 2003 году, иммунный ответ, вызванный прививкой от гриппа, значительно сильнее у тех, кто занимается медитацией. В некоторых случаях такое положение сохранялось в течение четырех месяцев. Ученым не удалось выяснить, какова связь между медитацией и усилением иммунного ответа, однако они отметили, что, согласно электроэнцефалограммам тех, кто занимался медитацией, у них наблюдалась повышенная активность в области мозга, связанной с приятными эмоциями: любовью и радостью.
[Упражнение]
Я визуализирую!
Информация, содержащаяся в предыдущих главах, может быть предметом визуализации. Чтобы это осуществить, я создаю образы, которые вижу, мыслю или просто воображаю. Независимо от того, вижу ли я их как на экране или вызываю эти образы с помощью слов, они очень действенны для укрепления защитных сил организма.
Но прежде я выбираю свой стиль:
–› логический, который оперирует научными схемами и образами;
или
–› аналоговый, при котором я использую поэтические образы, метафоры, мизансцены, как в мультфильмах.
В первом случае я использую полученные знания, описания и схемы.
Во втором я создаю собственные образы. (Обратите внимание: как мы уже говорили, это могут быть и словесные описания. Визуализировать – значит представлять себе, что не обязательно означает видеть графические формы, как на экране телевизора.)
Например, я представляю свои защитные клетки в виде стаи маленьких прожорливых рыбок, которые с открытыми ртами набрасываются на незваных пришельцев и поглощают их.
Или я вижу их как стайку маленьких воробьев, которые жадно расклевывают их, как хлебные крошки.
А мои кровяные тельца превращаются в голодных тигров или акул (а почему не тигровых акул?), активно ищущих, кого бы проглотить. (И именно я должен дать им понять, от чего хочу избавиться.)
Или они смеющиеся дети, играющие в «полицейских и воров».
Или это фабрики полезных продуктов (антител), которые они выбрасывают в кровь, чтобы очистить ее.
Или же представляю свои антитела как мускулистых сотрудников службы порядка, которые окружают и нейтрализуют непрошеных пришельцев (антигены).
Так или иначе, я использую здесь собственные образы, которые гораздо действенней других, именно потому что рождены моим собственным воображением.
И вот я расслабляюсь.
Устраиваюсь поудобнее и позволяю своему телу расслабиться. Дышу ровно, глубоко. Выбираю соответствующую «программу», закрываю глаза, и демонстрация фильма начинается.
Если в моей голове нет образов, меня это не беспокоит. Мне известно, в том числе на опыте (см. «Образы и слова»), что простая мысль о чем-то, простое произнесение слов оказывает на мое тело то же действие, что и оформленные образы.
Мне также известно, что расслабление (особенно если я делаю это регулярно) оказывает такое же благотворное влияние на мою иммунную систему, как и медитация.
Прежде чем закончить, я уделяю минутку тому, чтобы поблагодарить свой организм за хорошее сотрудничество и призвать его сохранять равновесие.
И затем от всей души поздравлю себя с тем благом, которое приношу себе, когда нахожу время, чтобы немного подышать и позаниматься собой.
Системы с множественным регулированием
Как мы уже видели, нервная и эндокринная системы тесно связаны, и в следующей главе мы увидим, что, как говорит Жан-Дидье Венсан[4], «нейроэндокринологическое измерение эго проявляется на поверхности бытия в форме эмоций».
Нервная и иммунная системы также тесно связаны; органы, отвечающие за выработку и качество иммунных клеток (тимус, селезенка, лимфатические узлы, костный мозг и слизистые оболочки), снабжены богатой симпатической иннервацией. Именно с учетом этих фактов родилась психонейроиммунология.
Американское исследование, проведенное еще в конце 1970-х годов, показало, что тяжелая утрата влияет на иммунный статус человека. Опираясь на данные исследования 26 вдов, ученые обнаружили, что через шесть недель после смерти супругов функция их Т-лимфоцитов резко снизилась. Напрашивался вывод: у людей, находящихся в состоянии стресса, снижается иммунная защита. Другие исследования подтвердили это: в условиях стресса нервная система блокирует иммунный ответ на разных уровнях. Например, уровень и активность NK-клеток, которые, как мы видели, самопроизвольно убивают раковые клетки, ниже всего у студентов на следующий день после экзаменов.
В ходе дальнейших исследований было также установлено, что иммунный ответ может вызывать гормональные изменения и что между мозгом и иммунной системой существует идеально интегрированная регуляторная петля. Нервная и иммунная системы сообщаются посредством гонцов, роль которых выполняют гормоны, выделяемые под воздействием стресса. Так, гормон роста стимулирует иммунные реакции, в то время как кортизол, выделяемый надпочечниками при длительном стрессе, подавляет их. Именно поэтому психонейроиммунология присоединила к своему поезду еще один вагон и стала психо-нейро-эндокрино-иммунологией.
Сегодня четко установлено, что психологическая агрессия, особенно повторяющаяся, снижает защитный потенциал человека, причем мера этого снижения зависит от структуры его личности и его способности к адаптации. Стресс, усталость, истощение, депрессия и подавленность ослабляют иммунную систему, но снижение защитных сил само по себе не приводит к болезни. Ее возникновение, как мы увидим далее, требует сочетания других факторов.
Подводя итог, мы делаем вывод, что посредством тонких энергетических изменений (мыслей, образов, эмоций, чувств) психика вызывает изменения в сигналах нервной системы, а последняя воздействует на эндокринную систему, выделяющую гормоны. Что касается иммунной системы, то у нее также есть собственные активирующие соединения, цитокины[5]. Кроме того, каждая система в ответ воздействует на другие; общие рецепторы позволяют им обмениваться информацией. Таким образом, нейротрансмиттеры и цитокины секретируются и распознаются как нервной, так и иммунной системами. И именно благодаря этим многочисленным регуляциям мы поддерживаем себя в добром здравии.
А как насчет психики?
Поверх всего этого, или подо всем этим, или в центре всего этого, но всегда во взаимодействии с органическими системами, существует психика.
В повседневном обиходе и в этой книге мы часто используем термины, очень близкие по значению. Так, мы говорим о психике, ментальном, эмоциональном, аффективном, о сознании и интеллекте… Все эти термины относятся к психической жизни, к области психологии, все они связаны с сознанием, мышлением. Давайте уточним. Главное значение, которое мы придаем термину «психика», – принципиальное, к нему относятся факты опыта, причем этот опыт может быть ментального порядка: мысли, образы, сны, фантазии – или психосоматического, касающегося прежде всего тела: эмоции, импульсы и т. д.
Если говорить в принципе, то речь идет о причине, происхождении или составляющем элементе; здесь мы говорим о составляющем элементе, который играет динамическую роль в этом сложном комплексе, который мы называем организмом, или психосомой. В других случаях мы присоединяемся к обычному словоупотреблению и термином «психика» обозначаем совокупность явлений психической или ментальной жизни.
В одной из своих вводных лекций по психоанализу Фрейд пишет: «Психоанализ не может считать сознание сутью психики, а должен смотреть на сознание как на качество психики, которое может присоединиться к другим качествам или может отсутствовать. Психика сама по себе, какой бы ни была ее природа, бессознательна». В другом месте он отмечает, что «некоторые или все этапы процесса могут оставаться за порогом сознания, что не влечет за собой никаких изменений в форме внешнего воздействия». Внешние эффекты, которые нас интересуют, независимо от того, хорошо мы их изучили или еще не всё можем объяснить, – это, прежде всего, телесные проявления и их влияние на здоровье.
Теперь давайте посмотрим, как устроена психическая жизнь. В раннем возрасте человеческий эмбрион представляет собой небольшой клубок клеток, которые дифференцируются, организуются, и внутриутробная жизнь плода по сути телесна, однако уже с сенсорными реакциями: так, он стремится избежать неприятных ощущений и продлить приятные. После рождения реакции малыша очень быстро усиливаются. Они становятся все более целенаправленными, окрашиваются эмоциями. Стремительно возникают и развиваются новые навыки как в моторике, так и в аффективной и эмоциональной сферах. Наряду с этим телесные ощущения сопровождаются мысленными образами; ребенок овладевает языком и вербальным мышлением.
Этот генезис наводит нас на мысль, что различные аспекты психики не являются независимыми друг от друга, что они функционируют синергетически и берут свое начало в теле. Нам хорошо известно, что именно мозг управляет развитием в целом, однако, несомненно, в этом участвуют и другие специфические структуры. Подобно тому, как тело функционирует по-своему и имеет собственные законы, психика имеет свои, но обе системы постоянно инкорпорированы одна в другую, находятся в тесной взаимосвязи. Фрейд полагал, что «краеугольным камнем психики является биологическое».
Со времен Античности философы пытались описать психику и объяснить ее отношение к телу, чаще всего противопоставляя их. В наши намерения не входит проводить здесь инвентаризацию различных теорий, тем не менее стоит упомянуть вклад Фрейда, который дал нам более глубокое знание психики и ее функционирования. Вводя понятие динамического бессознательного, Фрейд в своих исследованиях выявил новую сложность в области мышления и, таким образом, значительно обогатил наше понимание психических явлений, в частности наших снов. Однако, как оказалось, бессознательное также участвует в функционировании нашего организма до такой степени, что может вызывать физические симптомы.
Глава 3
Вальс эмоций
Жизнь – это таинственная сила, мощный импульс, который живет в нас с момента зачатия и до последнего вздоха. Будь он сладок или горек, коктейль жизни – это смесь многих ингредиентов, настоянная на длительном стрессе и всплесках эмоций. И все? Нет, гораздо больше! Жизнь – это движение, как и эмоции. Одно не обходится без другого. Эмоция – это движение жизни, жизнь – это поток эмоций, река, вальс, каскад эмоциональных движений, которые вызывают положительный или отрицательный отзвук в нашем организме и затрагивают как сознание, так и тело.
Палитра эмоций
Жизненный импульс непременно сопровождается эмоциями. Чувством, которое возникает одновременно в теле, сознании и сердце. Эмоциональные переживания отражают определенные отношения нашей сущности с миром. Эмоция – это быстрая и краткая реакция; за доли секунды она приводит в движение разум и тело и длится немногим более нескольких минут. Настроение (хорошее или плохое) – это общий эмоциональный фон, который сохраняется дольше. То есть наше «состояние духа» может длиться несколько часов, если не дней. Некоторые из нас испытывают значительные колебания от радости к грусти, от хорошего к плохому настроению; такая цикличность заставляет нас говорить о циклотимии (см. Схему 10).
![](/i/4/784604/i_014.png)
Схема 10. Движения расширения и сжатия в организме (амебы)
Основных цветов, которые художник использует для составления своей палитры, пять – пять основных эмоций: страх, гнев, печаль, радость, любовь, которые расцвечивают движение жизни, связывают нас с окружающей средой и позволяют на нее реагировать. Наполняя нашу повседневную жизнь игрой света и тени, эмоции придают ей рельефность, пикантность, неповторимый вкус.
Каждая из этих эмоций обладает специфической функцией:
–› страх то дает нам крылья, то пригвождает к земле, позволяет нам уйти от опасности или встретить ее лицом к лицу;
–› гнев – это энергия нападения и защиты, которая побуждает нас охранять нашу территорию, нашу целостность и завоевывать то, что нам необходимо;
–› печаль управляет слезами, которыми мы выплакиваем горе, она помогает нам «переваривать» наши страдания;
–› радость – это энергия обмена, которая усиливает наслаждение жизнью;
–› любовь делает возможным сближение людей, поиск близости, союз полов.
К этим основным эмоциям некоторые добавляют отвращение (которое мы наблюдаем уже у младенцев как реакцию на горечь и которое, по-видимому, развилось в ходе эволюции, чтобы обеспечить выживание человека), удивление (которое иные путают с тревогой, предшествующей страху), нежность и эротическое возбуждение. Все они имеют нюансы (например, печаль иногда проявляется под видом уныния, разочарования или скуки), смешиваются, сливаются, изменяются и образуют сложные аффективные состояния: чувства.
Сонет VIII
Тону в пучине и горю в огне,День ото дня живу я, умирая.Одна и та же, я всегда иная,И жизнь груба и ласкова ко мне.Смеюсь и горько плачу в тишине,На дне услад мучения нашла я.Где я? В аду или в долине рая?Цвету и чахну, бодрствуя во сне.Узнала я давно любви всевластье:Когда мне душу леденит тоска,Нежданно я спасаюсь от ненастья,Но если жду безоблачного счастья,От меткого Амура далека,Стрелу мне в грудь пошлет его рука!Луиза Лабе(Пер. Ю. Денисова)
В 2000 году с помощью техник визуализации мозга, в данном случае – позитронно-эмиссионной камеры, – мы впервые смогли визуализировать на экране области мозга, активируемые радостью, грустью, страхом или гневом, у 40 добровольцев. Области мозга, подвергающиеся нагрузке, различаются в зависимости от испытываемых эмоций, но являются общими для всех испытуемых. Совсем недавно с помощью магнитно-резонансной томографии (МРТ) нам удалось продемонстрировать, что у молодых, страстно влюбленных пар в мозгу происходит активация в зоне мотивации и вознаграждения.
Эмоции расцвечивают нашу жизнь и питают искусство, литературу, музыку, поэзию, без них ничего этого бы не было.
Бездна чувств
Чувства, тонкие и разнообразные, которые окрашивают нашу эмоциональную жизнь, подобны ветвям большого дерева, корни и ствол которого состоят из пяти вышеупомянутых эмоций: страха, гнева, печали, радости, любви.
То, что отличает эмоции от чувств, довольно тонко. Явление, которое относится как к телу, так и к сознанию, эмоции быстро ощущаются всем нашим существом. Это вызывает мгновенные соматические проявления, которые указывают на интенсивность импульса и исчезают более-менее быстро. Чувство же является менее телесным и более продолжительным. Мы также можем сказать, что эмоции являются «публичными», поскольку проявляются внешне, тогда как чувства интимны и направлены внутрь.
Предположим, моя машина попала в ДТП. Шок тут же порождает страх, сопровождающийся выбросом адреналина, что вызывает целый ряд изменений в моем организме: учащенное сердцебиение, пот, дрожь в конечностях, слабость в ногах. Этот первичный страх часто и почти мгновенно вызывает защитный рефлекс, желание отреагировать движением и голосом. Тогда возникает гнев. Я гневаюсь на другого человека, на себя, на стихию: на дождь, туман, гололед либо просто скользкую дорогу. На невезение, небо, судьбу… Обычно гнев тем сильнее, чем сильнее был страх и чем значительнее ущерб. Когда это проходит, меня охватывает усталость, изнеможение, но через несколько часов организм постепенно возобновляет нормальную работу. Эмоция угасает, и у меня остается чувство, состоящее из более тонких переживаний: возможно, я испытываю чувство вины («Ах, я должен был, я мог бы сделать то или это») или чувство беспомощности, несправедливости, любое другое чувство – их палитра бесконечна. У каждого свой собственный способ реагировать на события, в зависимости от темперамента, типа личности, жизненной истории. Таким образом, все мы постоянно находимся в некоем эмоциональном климате, и качество этого климата влияет на наше настроение и физическое состояние. Означает ли это, что испытывать эмоции – это плохо? Следует ли от них избавляться? Конечно, нет; к тому же мы не в состоянии этого сделать, поскольку эмоции лежат в основе нашего жизненного движения. Тем не менее каждый проживает их по-своему.
А сексуальность?
Она тоже проявляется у каждого по-своему. Дело в том, что в ней сливаются и перемешиваются многие желания, эмоции и чувства. Наше тело – это место, где проявляются наши эмоции и наше желание любить, а репродуктивная функция у нас, людей, дублирует не менее важную функцию: эротическую.
Но сексуальность – не только биологическая функция, это, прежде всего, одна из фундаментальных составляющих человеческой сущности; проявление пребывающего в нас жизненного импульса. Это энергия, которая движет нашим поведением, и способ поделиться своим теплом и эмоциями с выбранным нами партнером или партнершей. В этом смысле сексуальность – это общение. Желание любить – признак хорошего психического и физического здоровья. Потребность любить проявляется как в сердце, так и в теле. Что можно сказать о рассудочной любви, в которой не участвовало бы тело? Что она платоническая? Пусть так, но для того, чтобы обмен был полноценным, тела должны сблизиться.
Поцелуи, ласки способствуют выделению в организме множества химических соединений. Гормоны и нейротрансмиттеры (которые, в свою очередь, как видно из предыдущей главы, представляют собой разновидности нервных гормонов) стимулируют наши основные регуляторные механизмы через нервную, эндокринную и иммунную системы, пробуждают эмоции. Игры, прелюдии разжигают желание, пробуждают образы и ощущения и готовят тела к сексуальным действиям.
У каждого из нас разные чувства, взгляды, убеждения и поведение, связанные с сексуальностью (нашей собственной и сексуальностью других людей). Это объясняется полученным нами воспитанием и опытом, который был (и остается) только нашим. Чтобы вполне понимать сексуальное действие, мы должны подходить к нему с точки зрения одновременно биологической, психологической и социальной, поскольку сексуальность относится не только к отдельному человеку, но и ко всему сообществу людей. Она зависит не только от нейроэндокринной системы, но и от культуры, морали, политики и религии.
Мозг и эмоции
Если эмоциональные переживания всегда интересовали философов и моралистов, которые называли их страстями и считали помехой для разума («У сердца есть причины, которых разуму не понять», – говорил Блез Паскаль), то лишь относительно недавно они вызвали интерес у психологов, а в последнее время и у нейрофизиологов. Сегодня они работают рука об руку с нейрофармакологами (которые изучают влияние лекарственных средств и медикаментов на эмоциональное состояние и настроение) и нейропсихологами, которые не пренебрегают изучением неврологических механизмов. Оснащенные по последнему слову техники лаборатории, использующие в своей работе новейшие методы визуализации мозга, о которых мы уже говорили, анализируют воздействие эмоций на различные участки мозга.
Психолог Даниэль Канеман продемонстрировал, что человек не является «рациональным субъектом, принимающим решения», как считали на протяжении длительного времени, и в 2002 году был удостоен Нобелевской премии по экономике за исследования природы принятия решений и когнитивных искажений. Таким образом, интеллект и разум сегодня больше не считаются основными центрами принятия решений, и, наряду с рациональным интеллектом, стало привычным говорить об эмоциональном интеллекте.
Итак, изучаемая эмоция предстает в виде «сложного аффективного явления, состоящего из нескольких компонентов: нейрофизиологического, экспрессивного и субъективного». Поток эмоций, который пронизывает организм, сродни потоку информации, проходящей через мозг, и каскаду органических эффектов. В это вовлечены различные нервные структуры:
—› кора головного мозга, которая получает сенсорную информацию (то, что мы чувствуем и ощущаем) и управляет когнитивными и репрезентативными функциями (то, что мы знаем, можем понять и выразить). Через этот канал ощущения преобразуются в восприятие, мышление и память.
—› эмоциональный мозг (лимбическая система), который управляет аффективными компонентами опыта и «сравнивает» их с ценностью прошлого опыта. Это позволяет нам распознавать, что благоприятно и неблагоприятно как для нашего биологического баланса, так и для душевного комфорта и удовольствия;
—› архаичный мозг и, в частности, гипоталамус (настоящий маленький вегетативный мозг), который «каскадно» регулирует работу различных желез внутренней секреции (гипофиза, щитовидной железы, надпочечников и т. д.), своими выделениями изменяющих внутреннюю среду и вызывающих телесные эффекты, коррелирующие с эмоциями.
Кроме того, внимание ученых сегодня привлекают два небольших нервных образования, спрятанных в глубинах мозга. Настоящими звездами современных исследований являются миндалевидная железа и гиппокамп.
Миндалевидная железа, названная так потому, что имеет размер и форму ядрышка миндаля, является двойной и располагается под каждым полушарием головного мозга. Долгое время считалось, что миндалевидная железа играет роль, только когда речь идет о страхе, однако сегодня известно, что с ней также связаны состояния ярости и даже что через нее проходят все эмоции, прежде чем пробудить нервные центры ближайшего соседа гиппокампа и стимулировать гипоталамус. Кроме того, голландский нейроанатом Герт Хольстеге с помощью позиционной камеры (ПЭТ) смог доказать, что она отключается в момент оргазма, но остается активной, если оргазм имитируют. То же относится и к коре головного мозга.
Гиппокамп (железа, формой напоминающая маленького морского конька) тоже двойной. Он играет важную роль в запоминании эмоций и в других феноменах памяти, в частности пространственной. Исследования, проведенные на лондонских таксистах, которые, как и все таксисты, должны запоминать названия улиц, участки с односторонним или затрудненным движением и многое другое, показали, что у них особенно развит гиппокамп. Чтобы лучше понять все это, давайте на мгновение заглянем в мозг.
Какой ужас, паук!
Люсиль терпеть не может пауков. При виде одного из этих маленьких членистоногих у нее по коже бегут мурашки. И вот, когда она спокойно читала на красивой белой софе, ее взгляд внезапно улавливает нечто подозрительное. Внизу, возле своей голой ступни, она заметила что-то небольшое и черное. Какой ужас!.. А вдруг это паук?
Кровь у Люсиль стынет в жилах и тут же наполняется коктейлем из нейромедиаторов, среди которых, конечно, есть и адреналин. Гораздо быстрее, чем вы это прочтете (так как все происходит за доли секунды), ее организм приходит в состояние повышенной готовности, задействовав различные структуры мозга.
Сетчатка глаза улавливает подозрительный образ, преобразовывает его в электрохимическую информацию, которая поступает в кору головного мозга, отвечающую за зрение, – зрительную кору. Тут же появляется картинка. Но миндалевидная железа уже предупреждена, и прежде чем компоненты этого изображения – цвет, форма, характер – подвергаются анализу в височной доле, где определяется форма объекта, картинка вызывает реакцию – страх: предупреждение получено.
Рефлекторный ответ не заставил себя ждать: Люсиль испытывает яростное желание отдернуть ногу, вскочить и убежать. Но страх удерживает ее. Что, если этой ужасной твари взбредет в голову наброситься на нее в тот самый момент, когда она будет убирать ногу?
В это время другие структуры мозга работают на предельной скорости. Двигательный центр лобной коры мобилизует глазные мышцы и фиксирует внимание на подозрительном объекте. Затем передает информацию в теменную кору, которая определяет его положение. Объект движется? Нет, все еще нет. Это немного успокаивает Люсиль и дает ей время решить, что делать. Гиппокамп хранит память о том, что уже видел нечто подобное. Да, вполне возможно, что это паук. Тогда, не спуская с него глаз, Люсиль осторожно подбирает ноги, встает и с книгой в руке, готовясь раздавить незваного гостя, осторожно приближается. Уф, тот не двигается. Может, спит, думает Люсиль. Нет, он не спит, и это не паук! Просто запутавшаяся нить. Шерстяная ангорская пряжа для палантина, который Люсиль вязала до того, как начала читать.
Кора классифицирует и сортирует
Наша кора головного мозга, богатая серым веществом, активно вовлечена в эмоциональные процессы.
Команда испанских исследователей изучала ее функции в реакциях, вызываемых привязанностью, любовью, радостью. Недавно удалось выяснить, что кора головного мозга не только воспринимает эмоциональную информацию, но и распознает приятную. Так, психологи доказали, что вид маминого лица, даже если оно выражает гнев, вызывает в организме более положительные реакции, чем лицо привлекательной актрисы или спортсмена, любимцев толпы. Проводя исследование, психологи использовали серию стандартизированных изображений (пейзажи, романтические или эротические сцены и т. д.), известных психологам как международная система аффективных изображений, среди которых они поместили и портреты родственников испытуемых.
Пока испытуемые просматривали выбранные для них изображения на экране, исследователи наблюдали за мышечными реакциями их лиц (особенно за реакцией скуловой мышцы, которая контролирует улыбку) и измеряли частоту сердечных сокращений. Эти реакции были более интенсивными, когда им показывали портреты любимых людей. Кроме того, исследователи контролировали реакцию их мозга. Результаты показывают, что мозг и тело распознают образы близких как «приятные», выдавая положительную реакцию, и демонстрируют активную роль, которую в этом восприятии играет кора головного мозга.
Эмоциональный мир
Как мы только что видели, эмоция лежит в основании жизни тела. Несмотря на то что эмоции тесно связаны с нашей психической и телесной жизнью, мы довольно плохо знаем свой эмоциональный мир; мы не получаем этих знаний в школе или семье. Каждый справляется со своими эмоциями как может, без учета их природы, функций, того, как с ними лучше всего обходиться. Давайте же проанализируем, что происходит, когда мы взволнованы.
С точки зрения энергии судьба каждой эмоции одинакова: нагрузка, во время которой наблюдается рост мышечного, эмоционального, умственного напряжения, и разрядка, приносящая облегчение: страх проявляется в крике, гнев – в жестах и/или словах, печаль – в слезах, любовь и радость – в движениях, мимике, возгласах.
Эмоциональный заряд + напряжение
Эмоциональная разрядка + расслабление тела
Если процесс зарядки-разрядки затруднен, энергия остается внутри нас. Она перегружает наши нервные цепи и может перерасти в тревожность, хроническую напряженность, проживаемый длительный стресс, болезненные соматические состояния или любое другое проявление. Нарушения эмоциональной жизни являются отражением или причиной различных расстройств; мы подробно поговорим об этом в следующих главах.
«Меня все бесит!»
Сэм – 16-летний подросток, крепкий, коренастый, хорошо сложенный. Он вполне здоров, но часто жалуется на боли в плечах. Хотя он практически не занимается спортом (предпочитая видеоигры), его мышцы отлично развиты; мышцы челюсти и затылка очень напряжены. Его плечи тоже напряжены. Все его тело словно говорит о том, что он сдерживает эмоции, но какие именно? Стоит его послушать, чтобы это выяснить. «Меня все бесит!» – говорит он и рассказывает о своих ссорах: с учительницей физкультуры («Вечно трындит»), матерью («Она пасет меня…»), старшей сестрой («Такая дура!»). Он несколько раз жестко расставался со своей девушкой, которая тоже его бесит. Конфликты иногда выливаются в приступы ярости, во время которых он кричит, сыплет оскорблениями, пинает двери, стены. Недавно он разбил кулаком оконное стекло, и ему наложили шесть швов; будь рана чуть ниже, у него оказалось бы перерезано сухожилие.
Если его послушать, создается впечатление, что Сэм ищет конфликтов и доводит напряжение до кризиса, что позволяет ему несколько расслабиться. И это действительно так. Это гнев напрягает его тело, ярость сжимает его челюсти; беспомощная ярость ребенка, подчиняющегося жесткой и властной матери. Ее образ он проецирует на других женщин из своего окружения: учителя, сестру, подругу, с которыми он постоянно ищет ссор. Но полученная разрядка мимолетна: как только взрыв проходит, он чувствует себя виноватым. Потом сыплются угрозы и наказания: запреты смотреть телевизор, выходить на улицу, конфискованный ноутбук. Его родители на пределе, семейная атмосфера наэлектризована. Уладить ситуацию не удается, Сэм чувствует себя оскорбленным, неправильно понятым, жертвой несправедливости. Почему он больше не испытывает облегчения? Потому что его гнев и ярость прорываются импульсивно, потому что у него образовался своего рода «запальный» рефлекс, который, словно короткое замыкание, выключает его сознание. И, возможно, еще потому, что гнев, готовый вспыхнуть в любую минуту, скрывает нечто глубоко сокрытое.
За одной эмоцией может скрываться совсем другая
Нередко одна эмоция, часто и легко проявляемая, может скрывать другую. Например, бывают вспышки гнева, которые столь легко прорываются, поскольку маскируют слишком болезненную в своих проявлениях печаль, а печаль особенно безутешна потому, что те, кто ее испытывает, не позволяют себе гневаться.
В самом деле, очень сложно сдерживать гнев, поскольку это естественная биологическая и психологическая реакция на раздражение. Если давать волю гневу запрещено (а во многих семьях это так), разрядки не наступает. Только печаль можно излить в пережитом горе или плаче, но такой плач не поможет сбросить бремя сдерживаемого и затаенного гнева, так как имеет совершенно иную природу. Для того, чтобы от эмоции избавиться, пережив и отработав ее, необходимо ее выразить с помощью соответствующих слов, голоса и жестов. Мы не можем избыть одну эмоцию, проявляя другую. Напротив, если мы согласимся открыто выразить то, что чувствуем в данный момент, возможно, вскоре после этого выявится другая, скрытая прежде эмоциональная подоплека.
Однако, как мы только что убедились на примере Сэма, это непросто. Для того, чтобы могла быть выражена подлинная эмоция, наши внутренние защитные механизмы должны быть достаточно пластичными или достаточно тренированными в ходе терапии. Вот почему может оказаться необходимым участие психотерапевта: чтобы мы могли осознать, какую эмоцию на самом деле стоит извлечь на поверхность, чтобы не застревать в бесконечном переборе «эмоций-масок».
Дама, которая не умела сердиться
Вера – женщина лет пятидесяти, высокого социального статуса, которая, по ее словам, страдает «хронической» депрессией. Она принимает антидепрессанты и анксиолитики[6], достаточно сильные, чтобы подорвать возможности любой профессиональной и общественной деятельности. Когда мы встретились с ней, она явилась с опечаленным лицом, изможденная. На первом интервью она плакала, повторяя, что ей хочется плакать постоянно, и что так происходит уже десять лет.
На просьбу рассказать об обстоятельствах, которые привели ее к такой глубокой депрессии, она вспомнила о событии, которое причинило ей сильную боль: разрыв с подругой; разрыв, который она восприняла как предательство. Однако, когда мы попросили ее осознать свою обиду на подругу, она отрицала это чувство: «Нет-нет, – сказала она, – я на нее не сержусь. У меня нет причин на нее злиться». Ей было бесконечно больно из-за этой ссоры, но винила она только себя: она слишком много вложила в эти отношения.
На следующих интервью Вера, шаг за шагом подталкиваемая к признанию своего гнева, наконец начала говорить, что ее подруга была несправедлива. Постепенно к ней вернулись силы, и она согласилась побить подушку, чтобы выразить свой гнев. Гнев, направленный сначала на «предательницу», а затем на образы из детства: мать и бабушку, которые, как она чувствовала, тоже в какой-то момент предали ее. Так, на дне колодца слез, часто можно обнаружить гнев и сильную боязнь его выразить.
С того дня, благодаря выраженному гневу и тщательно обдуманным воспоминаниям, слезы постепенно иссякли. Вера восстанавливает силы, чтобы заниматься тем, что ей больше всего по сердцу. Она одевается в более веселые, светлые тона, делает более тщательный макияж, снижает дозу лекарств. Она планирует вернуться к прежним занятиям, ее снова вдохновляет творческий порыв. Излишне говорить, что связанные с этим соматические расстройства (усталость, бессонница, боли в спине, проблемы с пищеварением) также исчезли.
Богатые и депрессивные
Если судить по постоянно растущему потреблению анксиолитических препаратов и антидепрессантов, а также по тому факту, что консультации специалистов по лечению нервных расстройств чрезвычайно востребованы, становится очевидным, что средний уровень тревожности в экономически развитых странах продолжает расти. Согласно опросу, опубликованному в Соединенных Штатах в 2000 году, в котором сравнивались две группы молодежи 1950-х и 1990-х годов, за последние сорок лет число таких пациентов удвоилось. Разве это не показатель неблагополучия окружающей среды?
Хорошее самочувствие связано не только с материальными условиями жизни; материальное изобилие может опустошать нас, лишая нашу жизнь смысла. В так называемых богатых странах уровень депрессии, самоубийств и заболеваний, связанных со стрессом, растет с каждым годом, что не может не тревожить. Когда накопление товаров и конкурентоспособность ценятся чрезмерно высоко, все, что попадает в реестр потерь и промахов, воспринимается особенно негативно. Эмоции, связанные с утратой, рассматриваются как нежелательные и часто слишком быстро подавляются. Даже в случае потери любимого человека «приличия» требуют от нас быстрого отказа от скорби; окружающим проще пригласить нас в кино, чтобы «обменяться впечатлениями», чем подставить плечо, чтобы мы могли склонить к нему голову, и объятия, чтобы мы могли выплакать свое горе. Именно поэтому многие из нас таскают в своей «эмоциональной котомке» неоплаканные горести, которые поддерживают более или менее постоянный депрессивный фон нашей жизни.
Страх – союзник или враг?
Страх, который, делая нас более осмотрительными, может спасти нам жизнь, легко охватывает нас целиком; он может коварно просочиться в наше тело и поступки. Так он становится постоянным источником неврозов и психосоматических расстройств.
Песня без слов
Небо над городом плачет,Плачет и сердце мое.Что оно, что оно значит,Это унынье мое?И по земле, и по крышамЛасковый лепет дождя.Сердцу печальному слышенЛасковый лепет дождя.Что ты лепечешь, ненастье?Сердца печаль без причин…Да! ни измены, ни счастья —Сердца печаль без причин.Как-то особенно больноПлакать в тиши ни о чем.Плачу, но плачу невольно,Плачу, не зная о чем.Поль Верлен(Пер. В. Я. Брюсова)
По мнению Селье, интуитивный страх напрямую связан с реакцией удивления и тревоги, типичной для стресса. Сознательно или бессознательно, называем мы это страхом, тревогой или беспокойством, это явление вызывает каскад телесных реакций, среди них – выброс адреналина, влияющий на функционирование наших органов и часто способствующий возникновению различных расстройств. И если его порой так трудно контролировать без посторонней помощи, то это потому, что многие факторы, вызывающие страх или тревогу, не распознаются сознанием; тем не менее они вызывают такие же физиологические реакции. В каждый момент наш мозг получает, осмысливает и фильтрует огромное количество информации, которая остается незамеченной для наших органов чувств. «Таможенники» нашего сознания часто отвлекаются или дремлют.
Маленькая девочка, которая боялась своей тени
Полине 50 лет. Это одинокая женщина, которая живет уединенно и страдает от неизбывной тоски. Если ее вызывает к себе начальник, сердце ее начинает колотиться как бешеное, руки потеют, в голове пустота, а тело сотрясает дрожь. Ожидая в приемной, она беспокоится о том, что от нее потребуется. В голове крутится единственная мысль: «Я не смогу. Я не справлюсь. Я никогда этого не сделаю!» Если испытывающий стресс говорит себе: «Я должен это сделать!», – то тревожный думает: «Боюсь, у меня ничего не получится. Я никогда этого не сделаю», а депрессивный: «Не стоит даже думать об этом!»
Тем не менее Полина работает, прилагает усилия. Но она постоянно беспокоится, как в детстве, когда боялась взгляда отца, его замечаний. По правде говоря, он делал их редко, поскольку ему достаточно было одного взгляда, чтобы все держать под контролем. Вспоминая детство, Полина припоминает и свои страхи: боязнь призраков, ночные кошмары, боязнь учителей. Она признается: «Я даже боялась своей тени. Мне казалось, что кто-то за мной следит».
Страх, тревога, рано проявившиеся в ее жизни, укоренились в теле; ее вегетативный баланс давно нарушен: у нее болит живот, она с трудом дышит, краснеет, заикается, дрожит, у нее потеют руки. «Когда я испытываю эмоцию, – говорит Полина, – она охватывает меня целиком. Особенно сильно это проявляется, если предстоит присутствовать на собрании, на котором меня могут попросить выступить. Я боюсь, что не буду знать, что сказать. Как будто отвечаю у доски на уроке».
Полина понимает, что с ней происходит, но пока это понимание едва ли помогало ей почувствовать себя лучше. Вот почему мы собираемся предложить ей другой способ решения ее проблем. Метод, сочетающий глубокое расслабление, работу с ментальными образами, активную мобилизацию напряжения и эмоций. В частности, мы будем поощрять ее к тому, чтобы она самоутверждалась в проявлении эмоций и потребностей.
Королевство страха…
Древняя легенда гласит, что жил некогда воинственный король, который держал своих пленников в огромном подземном зале, в окружении вооруженных воинов. Перед ними была большая железная дверь, украшенная окровавленными головами мертвецов.
Собрав их вместе, король обращался к ним со следующими словами: «Теперь вы в моей власти, но я и не думаю держать вас в плену, поэтому предоставляю вам выбор: умереть прямо сейчас под стрелами моих гвардейцев или рискнуть открыть железные ворота, которые вы видите перед собой». Испытывая ужас перед таинственной дверью, все они предпочли умереть под стрелами. Много лет спустя, когда король перестал воевать, старый солдат, всегда верно ему служивший, осмелился обратиться к государю.
– О мой король, – сказал ему солдат, – я всегда верно служил вашему величеству. Теперь, когда смерть уже близко, я хотел бы успокоить душу ответом на вопрос, который ее мучает…
– Говори, храбрый солдат.
– О мой король, прежде чем я умру, я хотел бы узнать, что находится за таинственной дверью.
– Иди и взгляни сам!
Ободренный разрешением короля, старый солдат спустился в подземный зал и, несмотря на темноту, несмотря на свой страх, несмотря на головы убитых, несмотря на кровь, которую все еще было видно, толкнул железную дверь. Та скрипнула на петлях и приоткрылась. В помещение проник солнечный луч, а когда ему удалось открыть дверь полностью, солдат, к своему великому изумлению, обнаружил, что она выходит на тропинку. Тропинку, которая вела к свету и свободе.
Солдат побежал к королю. Тот, поглаживая бороду, с безграничной грустью в глазах, сказал:
– Как видишь, я всегда давал им выбор, но все они предпочли умереть, чем рискнуть открыть дверь, которая так их пугала.
Ну а мы, сколько дверей мы не решаемся открыть из страха рискнуть? Как часто предпочитаем духовную смерть, не осмелясь стать свободными? Не осмелясь открыть дверь в наши мечты.
Когда страх подпитывает гнев
Каролин обеспокоена, ужасно обеспокоена, потому что Прюн, ее шестнадцатилетняя дочь, еще не вернулась домой. Сейчас 23:15, а она разрешила ей отсутствовать до 22. Не случилось ли с ней чего-нибудь? Каролин воображает худшее: она уже видит, как на ее девочку-подростка напали бандиты, до крови избили, изнасиловали или сделали нечто еще худшее. Когда через час, показавшийся вечностью, она слышит, как в замке поворачивается ключ, Каролин бросается к дочери и, не давая ей времени объясниться, осыпает упреками. У нее чешутся руки, и в приступе ярости она едва сдерживает себя, чтобы не дать ей пощечину.
Что же происходит с этой мамой? Каролин не смогла сказать дочери о тревоге, сковавшей желудок, когда она представляла себе худшее. Она даже не успела это осознать, как весь заряд страха трансформировался в гнев и агрессию. Хуже того, этот страх, который она не сумела выразить, останется затаенным в глубине ее сердца, и отныне, при каждом ожидании дочери, Каролин рискует пережить такое же беспокойство и испытать тот же неудержимый гнев, если та не уложится в оговоренное время.
Что хорошего в том, что она делает? Она, конечно, разговаривает с дочерью. Но не всегда и не по каждому поводу; однако лучше всего было бы, если бы она нашла время и, оставшись одна, осознала природу своих эмоций и чувств. И в свете этого осознания оценила интенсивность своих страхов и поискала бы в собственной жизни, не произошло ли ранее что-то такое, что подпитывает их. На втором этапе ей следует выбрать момент покоя и доверительности, открыть свое сердце и искренне рассказать дочери о своих страхах, опасениях, о том, что ее беспокоит. Искренний разговор необходим для поддержания здоровой коммуникации.
Тревога и беспокойство
Тревога – это эмоция, которая всем нам знакома. Ее вызывают самые разные события: экзамен, спортивные соревнования, сверхурочная работа, собеседование, ожидание рождения ребенка, любовь, потеря или разлука и многое другое. Иногда она заряжает нас энергией, иногда парализует, – все зависит от ее интенсивности.
Беспокойство, тревога и подавленность – три степени одного и того же эмоционального состояния. Все три эмоции сопровождаются тревожной реакцией организма и связаны с одной основной эмоцией – страхом. Уточним:
—› беспокойство – это состояние внутреннего напряжения, волнение, вызванное страхом, неуверенностью, опасениями, нерешительностью, которое порой сопровождается двигательным возбуждением;
–› тревога – это сложная эмоция, вызывающая чувство неотвратимости некоей неопределенной угрозы. Это ослабленная форма беспокойства, без соматических проявлений;
–› подавленность также выражается в предчувствии надвигающейся опасности, но сопровождается болезненными физическими ощущениями, которые проявляются стеснением в груди, в дыхании, в сердце. Когда она становится более интенсивной, это может привести к череде вегетативных проявлений (вызванных перегрузкой вегетативной нервной системы): холодные потные руки, общая потливость, озноб, головокружение, дрожь, ощущение комка в горле, ком в желудке, покраснение или бледность, позывы к мочеиспусканию, диарея…
Разница в понятиях, как будто отчетливая, становится более размытой, когда мы все это проживаем. Реальность показывает, что на самом деле то, что их различает, зависит от интенсивности переживания. Впрочем, эти различия не имеют большого практического значения, поскольку механизмы, задействованные организмом, одинаковы во всех случаях, и в первую очередь важны переживания, ощущения субъекта.
Добавим к сказанному, что некоторая путаница связана с особенностями их обозначения на английском, немецком и французском языках. Вот почему в повседневном обиходе и даже в психологических и медицинских кругах часто происходит смешение этих терминов.
Тревога во всех ее формах
Если страх – это эмоция, вызываемая осознанным объектом, то к тревоге это не относится. Это не означает, что она лишена объекта, но чаще всего объект остается, по крайней мере на начальном этапе, неосознанным. Философы-экзистенциалисты, в частности Сартр, говорят об экзистенциальной тревоге, определяя дискомфорт, который мы порой испытываем перед лицом жизни и смерти и который заставляет нас подвергать сомнению наше положение как человеческих существ. Такое беспокойство – наша общая участь, и непосредственная тревога, возникающая из-за существующих трудностей или вызванная ими, подпитывается еще и историей нашей жизни через анахроничные и болезненные воспоминания.
Время от времени возникающее чувство тревоги или беспокойства естественно, потому что тревога, как и стресс, является неотъемлемой частью человеческой натуры; без него нет прогресса, исследований и изобретений. Но если оно становится слишком интенсивным или захватывает нас на длительное время, это может значительно ухудшить наше самочувствие и продуктивность нашей деятельности. Поэтому, когда тревога достигает таких масштабов, что парализует нас и заставляет бояться внезапной смерти, она переходит в панику. Когда при этом мы сосредотачиваемся на некоторых предметах (ножах, лезвиях, булавках, насекомых, змеях, микробах, замкнутом пространстве…), она превращается в фобию. А если из-за нее у нас вырабатываются навязчивые привычки (сто раз мыть руки, избегать подобных мыслей, не произносить определенных слов), это уже одержимость.
У субъектов с тяжелыми психическими расстройствами (психозами) тревожность принимает более деструктивную форму, меняет их восприятие мира и самих себя, что приводит к чувству нереальности происходящего, деперсонализации и раздробленности. Менее сильная тревога делает нас уязвимыми и заставляет терять объективность; наш внутренний ландшафт темнеет, жизнь нам представляется непереносимой, а вещи – в худшем свете. Так, одни живут, снедаемые тоской и страхом смерти, другие распространяют тревогу на внутренние органы, превращая ее, при участии вегетативной нервной системы и бессознательного, в различные функциональные расстройства: гастрит, колит, спазмы, тахикардию, сексуальные дисфункции, боли при мочеиспускании…
Что касается верно или неверно названного тревожного невроза, то он проявляется как состояние, при котором тревога становится постоянным, навязчивым спутником человека. Это состояние, перемежающееся острыми приступами и сопровождающееся различными психическими и соматическими расстройствами. Наконец, как мы увидим в главе 7, различные проявления тревожности обычно сопровождают депрессивные состояния и даже порой маскируют их, что затрудняет диагностику.
Каков уровень вашей тревожности?
Считаете ли вы себя тревожным? Осознаете ли вы это?
Вот несколько вопросов, которые помогут вам подвести итоги. Мы приглашаем вас отвечать на вопросы, уточняя: никогда, иногда, всегда.
–› Чувствуете ли вы болезненное, смутное и необъяснимое напряжение?
–› Чувствуете ли вы себя подавленным, раздраженным без видимой причины?
–› Вам не терпится закончить то, за что вы взялись?
–› Вам трудно сосредоточиться на чтении, проблеме, задаче?
–› Испытываете ли вы необъяснимое чувство страха?
Если в ваших ответах много «всегда» или «часто», вам, видимо, неплохо бы подумать о том, что следует поискать способ расслабиться и попробовать понять, что вызывает у вас тревожное напряжение.
Является ли тревожность наследственной?
Беспокойство – естественное состояние человека, порой оно бывает чрезмерным, и нет такого возраста, в котором бы человек не беспокоился. Однако следует ли считать, что это чувство врожденное?
В 1996 году американский еженедельник «Science» шумно объявил об открытии «гена тревожности» – гена SLC 6A4, расположенного на хромосоме 17: сообщалось, что он является аномально коротким у тех, кто склонен видеть жизнь в черном свете.
Это наблюдение, кажется, на самом деле не подтвердилось, однако сегодня многие специалисты сходятся во мнении, что все мы обладаем более-менее выраженной склонностью к беспокойству. Склонностью, которая, как и многие другие особенности человека, обусловлена несколькими генами (а не одним) и связана как с нашим темпераментом, так и с нашей вегетативной чувствительностью, и при этом усиливается или ослабляется опытом раннего детства. Таким образом, тревожность является как врожденным, так и приобретенным свойством; с этим согласны все. Полезно помнить, что, как мы говорили в главе 2, генетическая детерминация подвергается в своих проявлениях колебаниям, в свою очередь зависящим от внешней среды, от условий жизни, и не столь уж независимым, как мы думаем, от нашей ментальной вселенной.
Что касается основного биохимического механизма тревожности, то сегодня он в значительной степени изучен. Он включает в себя нейромедиатор серотонин, который, как считается, секретируется в недостаточном количестве либо улавливается ограниченным числом нервных рецепторов. Вот почему в состоянии сильной тревоги, особенно при приступах паники, в аллопатической медицине принято назначать антидепрессанты, которые помогают концентрировать серотонин, и анксиолитики, уменьшающие чувство тревоги.
[Упражнение]
Как обуздать нарастающее чувство тревоги?
Ощущение неизбежности катастрофы (которая на самом деле может никогда не наступить) вызывает тревогу; неспособность действовать может вызвать болезнь. Вот почему полезно быстро все брать в свои руки.
Если мы чувствуем, что нас охватывает беспокойство, действуя быстро, мы можем избежать ощущения чрезмерной дезорганизованности.
–› Первое, что следует сделать, это как можно скорее преградить путь мыслям и ощущениям, которые нас переполняют. Для этого можно использовать энергично произнесенное слово «Стоп!» или любое другое собственное слово («Баста!», «Нет!», «Довольно», «Стираю»…). Главное – отразить атаку. И поскорее!
–› Затем, чтобы сделать паузу, выпейте стакан воды, медленно и глубоко вдохните, сделайте несколько шагов. Если вы находитесь в офисе, на собрании, выйдите на минутку, пойдите в туалет, вымойте руки, только не умывайте лицо прохладной водой. Приведение тела в движение предотвратит проявление тревоги в мышцах и дыхании.
–› Теперь мы можем уделить некоторое время размышлениям. Мысль о том, что тревога возникает в результате столкновения различных эмоций, которые, мешая друг другу, не могут быть ясно выражены, поможет найти конец нити и распутать клубок. Всегда полезно искать то, что волнует, беспокоит, принимать истинное положение вещей. Но лучше всего сначала расслабиться…
–› Медленное и глубокое дыхание, желательно брюшное (диафрагмальное), и расслабление мышц помогут нам в этом. Но внимание: дыхание должно быть очень, очень медленным, поскольку, когда мы тревожимся, оно учащается и становится поверхностным, что повышает уровень кислорода в крови и может вызвать судороги и спазмы – симптомы, которые, в свою очередь, усиливают чувство дискомфорта и тревоги.
Вот почему необходимо уделить время тому, чтобы полностью сосредоточиться на дыхании, сделать его более глубоким и, прежде всего, более медленным. В дополнение к физиологическим преимуществам, которые это приносит, сосредоточение внимания на дыхании укрепляет разум и помогает ему избавиться от тревожных мыслей. Однако давайте не будем слишком нетерпеливыми, это может занять несколько минут.
–› Если у вас есть кто-то, кому вы доверяете, без колебаний поговорите с этим человеком. Разделенную тревогу легче переносить.
–› Если приступы повторяются, не стесняйтесь обращаться за консультацией к врачу. Сегодня существует много способов улучшить самочувствие, так зачем же страдать?
Я тревожусь, куда ушла моя тревога
Ги 42 года; уже добрый десяток лет он страдает от тревожности, но больше всего – от мучительного стеснения в груди, которое порой длится целую неделю. Анксиолитик в сочетании с антидепрессантом, назначенные врачом, который поставил диагноз «панические атаки», ничего не дали. Краткая терапия с женщиной-психологом, за которой некоторое время спустя последовала еще одна с другой женщиной-психологом, немного облегчила его состояние.
Ги – биолог в частной лаборатории, но вообще-то хотел стать пилотом авиалайнера. Ему не хватает уверенности в себе, он постоянно сомневается в принимаемых решениях. «Все началось, когда я окончил университет, – говорит он, – но уже во время учебы я брал на себя болезни других людей. Если у товарища болела голова, у меня тоже начинала болеть голова. Если я узнавал, что у кого-то из близких болит живот, у меня начинал болеть живот. С тех пор как я узнал, что у моей сестры гипертония, меня стало беспокоить сердце». В начале учебы он женился на девушке, которую знал с подросткового возраста, и у них сразу родился ребенок. Его жена – преподаватель математики. «Все дело в характере! – говорит он. – Я довольно сдержан, но, когда выхожу из себя, я взрываюсь».
С тех пор как, он начал лечение, сопровождаемое гомеопатическими и фитотерапевтическими препаратами, он чувствует себя лучше, а временами даже перестает испытывать беспокойство. Тогда он удивляется, начинает беспокоиться, думая: «Это невозможно, это не может длиться долго». Подсознательно он стремится вернуться в состояние, которое ему хорошо знакомо. Мы объясняем ему, что он похож на человека, который, страдая от зубной боли, удивляется, когда больше ее не испытывает, трогая зуб кончиком языка, и испытывает своего рода облегчение от сознания, что боль еще может вернуться.
Испытывает ли Ги дефицит серотонина или он является кандидатом в члены «клуба любителей адреналина», который, похоже, с каждым днем набирает все больше последователей? Возможно, мы узнаем об этом позже. В данный момент мы предлагаем ему «оставить свой зуб в покое», не будить спящего волка и практиковаться в технике, которую мы только что привели. Технике, которая, по его же словам, дает результат.
Для тревожности нет возрастных ограничений
Эти болезненные состояния знакомы детям, младенцам и, возможно, эмбрионам, определенные реакции которых сегодня можно наблюдать с помощью трехмерных ультразвуковых исследований. Дети особенно чувствительны к страху и тревоге и чаще, чем взрослые, переживают их в виде физического дискомфорта. Дело в том, что чем меньше у ребенка доступ к языковому общению, тем больше он использует психосоматические механизмы. Эмоциональные переживания оказывают более глубокое воздействие на его мозг, который пребывает в стадии развития, и, если не находят выхода, имеют тенденцию инкапсулироваться в его организме, пока не образуют своего рода броню, о которой мы поговорим в следующей главе. Если эти эмоции, ощущаемые как тревожные, продолжаются или повторяются с определенной частотой, организм говорит себе: «Я нахожусь во враждебном мире, мне нужно более эффективно себя защищать». И вырабатывает более мощные защитные механизмы. Генетическая предрасположенность, определяющая наш темперамент, делает одних детей менее уязвимыми, чем другие.
Чувствительность или уязвимость?
В отделении, где помогают тяжелобольным, умирает пациент. Молодая сиделка, которая заботилась о нем, не может сдержать слез. Если она быстро не возьмет себя в руки, то, скорее всего, услышит в свой адрес: «Деточка, если вы такая чувствительная, вам нечего делать в этой профессии!»
Сколько раз каждому из нас приходилось подавлять слезы, изображать спокойствие, сдерживать себя, скрывать горе, бороться с комом в горле, который мешал вымолвить хотя бы слово (не рискуя при этом разрыдаться)? Посыл общества звучит примерно так: «Главное – не сорваться!» Но что это значит? Не сорваться в чем? В заученной твердости? Или откуда – с защитных дамб? Не испортить фасад, который должен выглядеть безупречно? Однако, если я никогда не сорвусь, во мне сохранится этот эмоциональный накал. Чтобы удержать все в себе, я напрягаюсь так, что от этого хрустят мои суставы.
В каких же иллюзиях живут те, кто отказывает мне в свободе выразить свое горе? Боятся ли они, что я буду плакать и не смогу остановиться, что взорвусь от ярости, что мои эмоции заразительны? Почему и чего они боятся? Ведь на самом деле речь всего лишь о том, чтобы позволить мне как-то выразить свои эмоции, выплакаться, выразить страх, гнев или горе. После этого мне стало бы легче, и кто-то мог бы оказать мне поддержку, вместо того чтобы оставлять меня наедине с моими переживаниями.
Неужели в нашем цивилизованном обществе у хорошо воспитанных (или постоянно подавленных) людей единственная альтернатива стостоит в том, чтобы спрятаться за броню – или сломаться? В самом деле, экранирование представляет собой форму защиты, однако если оно сплошное или его приходится слишком часто применять, это не обходится без последствий. Если я не позволяю себе волноваться, я защищаю себя от чувства, которое может быть болезненным; если я подавляю всплеск эмоций, я избавляю себя от столкновения с таящимися в глубине нашего естества старыми эмоциональными травмами. Но разве это не ложная защита? В любом случае речь идет о плохо подобранной защите, если к ней приходится прибегать слишком часто, поскольку такая защита делает меня жестче, способствует ригидности мышц, «заковывает» организм в броню. Обособившись таким образом, я больше не прислушиваюсь ни к другому человеку, ни к себе, отгораживаясь отуязвимой, но на редкость чувствительной части себя. Мало того: носить эти доспехи тяжело, не очень удобно и не очень полезно для здоровья, не так ли? Чувствительность, несомненно, часто ведет к тому, что мы больше страдаем, но также и позволяет больше и полнее наслаждаться жизнью.
Что касается уязвимости, порой присущей нам, то она обусловлена чувствительными точками, которые представляют собой более-менее затянувшиеся шрамы от старых ран. Когда ситуация напоминает нам о плохо заживших старых ранах, она пробуждает в нас нечто такое, что трудно контролировать. В таком случае существует риск почувствовать себя подавленным, выдавать эмоциональные реакции, несоразмерные текущей ситуации. Такая реакция – это приглашение вернуться к прошлому, признать болевые точки и разобраться с ними. Знание своих старых шрамов позволяет нам использовать их в качестве ориентиров в нашей эмоциональной картографии.
Помимо страха и гнева – жизнь
Страхи, неуверенность, тревога, беспокойство – многие из них являются причиной наших блокировок и запретов в повседневной жизни. Познакомиться с ними лучше, чтобы легче преодолевать, – это возможно?
Жизнь в ее полноте требует преодолевать поток эмоций, моменты страха так же, как горести и проявления гнева. Наша естественность зависит от способности позволить этому чувству поселиться в нас, не блокируя его, что, конечно, не означает выражать его, когда и как угодно.
Признание обоснованности наших эмоциональных проявлений – первый шаг к большей свободе быть самим собой. Первый шаг к восстановлению заблокированных энергий и возвращению к полноценной жизни. Если эти старые или новые аффекты блокируются, они стягивают сетку нашей эмоциональной ткани и препятствуют свободному течению жизненной силы внутри нас. Это сказывается на нашем физическом и психическом здоровье. Распознавать эмоции, которые паразитируют на нас, и учиться их высвобождать – необходимый шаг на пути к полноценному здоровью.
Эмоции вызывают зверский аппетит…
Принято считать, что эмоции вызывают зверский аппетит, и, возможно, когда вы дойдете до конца этой главы, вы почувствуете, что немного проголодались. Но прежде чем прогуляться до кухни, прочтите эту главу до конца.
Исследование, проведенное американскими и канадскими учеными, показало, что мужчины и женщины по-разному относятся к еде. Мужчины лучше, чем женщины, способны дистанцироваться от своих негативных чувств (гнева, грусти и т. д.) и сосредоточиться на положительных эмоциях. Поэтому они предпочитают продукты, укрепляющие положительные эмоции: суп, макароны или мясо. Что касается женщин, то, чувствуя себя подавленными или испытывая стресс, они употребляют продукты, «поднимающие настроение»: мороженое, шоколад, пирожные, после чего чувствуют себя виноватыми (объем талии обязывает!). Это исследование также показало, что, хотя на выбор продуктов питания влияют эмоции, на них влияют и другие факторы, такие как пол, возраст, культура и образование.
Признание того, что эмоции влияют на пищевые привычки, может помочь нам питаться более рационально и, избегая «заедания» мелких неприятностей и подавления эмоций, наполнять желудок, не набирая лишних килограммов. Опять же, прежде чем устремиться к холодильнику, почему бы нам на мгновение не остановиться, чтобы подышать, спросить себя, какие эмоции нас беспокоят, и не выпить стакан воды. Если для того, чтобы почувствовать расслабление, нам все-таки нужно набить желудок, мы можем при этом избежать лишних калорий.
А что думаете вы о результатах этого исследования?
—› Каков ваш личный опыт влияния эмоций на характер вашего питания?
–› Подумайте немного о пережитых ситуациях.
–› Подумайте о пяти основных эмоциях, которые мы описали: гнев, страх, печаль, радость и любовь. Когда вы испытываете ту или иную из этих эмоций, вызывает ли это у вас желание заняться чем-то из нижеследующего: поесть, покурить, выпить, подвигаться, подышать свежим воздухом?
–› Влияют ли все или некоторые эмоции, в частности на ваш аппетит? Какие из них усиливают или ослабляют чувство голода? Испытываете ли вы желание искать какие-то конкретные продукты? Какие? Что вы делаете в таких случаях?
Мир любителям шоколада!
Возможно, вы из числа тех, кто ищет (и находит) утешение в шоколаде. Знайте, что вы не одиноки – и что вы правы. В самом деле, шоколад обладает тонизирующими и антистрессорными свойствами благодаря множеству содержащихся в нем веществ, в том числе обладающих антидепрессивным и психостимулирующим действием. Кроме того, его потребление стимулирует выброс в мозг дофамина – нейромедиатора, который активно участвует в ощущении удовольствия. Вот почему так сложно придерживаться «разумного» потребления шоколада. И все же не каждый человек, предпочитающий шоколад, является шоколадоманом! Согласно критериям, установленным докторами Фавр-Бисмутом и Грузманом, в результате исследования, проводившегося на протяжении 22 лет и охватывавшего пациентов обоих полов, истинный любитель потребляет только темный шоколад (с содержанием какао более 50 %); его потребление равно или превышает 100 г в день, и это связано с определенной маркой. Не особенно страдая от своей «зависимости» и не испытывая чувства стыда или вины, такой человек, как правило, не зациклен на страхе набрать вес и не применяет такие стратегии контроля веса, как булимия: рвоту, прием мочегонного или слабительного… И это уже обнадеживает, не так ли? И если вы все еще хотите представить себе веские причины употреблять шоколад (конечно, темный и с содержанием какао 75 % и более) или, что еще лучше, чистое какао, прочтите следующую вставку.
Напиток богов…
Когда Эрнан Кортес и его войска открыли Мексику, их многое удивило. В том числе красноватый, темный и пряный напиток, который ацтеки называли xocolatl (горькая вода), – напиток, приготовленный из смеси какао и перца, который они считали достойным богов.
Выделив первое активное вещество какао, химики назвали его теобромином[7]. Теобромин стимулирует гладкие мышцы, дыхательную функцию и улучшает работу мышц. Он ускоряет передачу нервных импульсов и уменьшает последствия стресса (в отличие от кофеина, который их усиливает), блокируя рецепторы адреналина, что объясняет способность какао снижать кровяное давление у людей с гипертонической болезнью. Помимо теобромина, какао содержит более четырехсот активных химических соединений, среди которых родственник аспирина, полезные жирные кислоты и антиоксиданты, обычно содержащиеся во фруктах, овощах, зеленом чае и вине. Последние, предположительно, способны замедлять старение, защищают от сердечно-сосудистых заболеваний и некоторых форм рака, борются со свободными радикалами и препятствуют образованию атеросклероза и «плохого» холестерина. Вот почему диетологи рекомендуют употреблять две чайные ложки чистого какао-порошка в день, а еще лучше – две столовые ложки, поскольку какао в них окажется куда больше.
Так что, если вы хотите максимально использовать преимущества «напитка богов», не опасаясь набрать вес, пейте какао, приготовленное на воде или обезжиренном молоке. Его горьковатый вкус успокаивает чувство голода.
Любители кофе также могут приготовить ацтекский мокко – moka azteca, как его пьют в Мексике; для этого разведите одну или две чайные ложки какао в чашке кофе.
Глава 4
Когда эмоция «обретает форму»
Mens sana in corpore sano, «В здоровом теле здоровый дух», – говорили римляне. Сегодня нам известно, что верно и обратное, но приступить к научной проверке этого постулата удалось только во второй половине XX века, благодаря развитию нейробиологии и визуализации мозга. Именно тогда мы начали углубленно изучать влияние, которое эмоции, мысли, убеждения и чувства могут оказывать на мобилизацию защитных сил организма и состояние здоровья или болезни.
Эмоции, аффекты и чувства – это импульсы, которые меняют наше настроение, питают душевную жизнь и влияют на работу внутренних органов. В предыдущей главе мы видели, как эмоция воздействует на наше тело, теперь давайте посмотрим, как она обретает форму.
Тело и эмоция
Воздействие эмоций на организм было хорошо изучено еще в начале XX века американским физиологом Уолтером Кэнноном (1871–1945) и русским – Иваном Петровичем Павловым (1849–1936), – которые, подчеркнув взаимосвязь, существующую между мозгом и другими внутренними органами, проложили путь Константину Михайловичу Быкову (1886–1959), описавшему кортико-висцеральную патологию. По их стопам пошли такие современные исследователи как Анри Лабори, Жан-Поль Винсент или Антонио Дамасио, помимо других нейрофизиологов и многих специалистов по психосоматике.
Расстройства желудочной секреции психического происхождения, выявленные русской школой в опытах на собаках, были обнаружены почти экспериментально С. Вольфом у больного по имени Том в 1943 году; в силу своего исключительного характера это наблюдение стало историческим. Дело было в следующем: в желудке одного больного, который не мог глотать пищу, было проделано отверстие, и он через трубку исторгал пищу, которую предварительно долго пережевывал. Благодаря этому широкому отверстию в форме искусственного рта исследователи могли наблюдать изменения в моторике и секреции желудка. Они значительно усиливались из-за беспокойства или гнева, настолько, что иногда сопровождались кровоизлиянием и эрозией слизистой оболочки, перерастающими в настоящие язвы, которые быстро заживали, когда пациент успокаивался.
Это непосредственное наблюдение, как и наблюдения, проведенные на животных школой Павлова, показывает, что повторные функциональные расстройства могут приводить к органическим клеточным изменениям; к процессу, который можно схематично описать следующим образом
подавленная эмоция ➔ психический конфликт ➔ энергетические расст
Anne-Marie Filliozat Dr Gérard Guasch Aide-toi, ton corps t'aidera Published by arrangement with SAS Lester Literary Agency & Associates Перевод с французского языка Ольги Яриковой © Éditions Albin Michel – Paris 2006 Published by arrangement with SAS Lester Literary Agency & Associates © Издательство АСТ, 2023 Предисловие «Ваше здоровье!..» – обычно говорим мы, поднимая бокалы и улыбаясь. Но что мы при этом имеем в виду? Выражаем ли пожелание или утверждение, выдаем ли желаемое за действительное? Является ли этот тост увещеванием, заклинанием, призывом к судьбе в надежде, что неведомые силы дадут и помогут сохранить столь ценное достояние? Не означает ли это, что мы вспринимаем здоровье как дар, а болезнь – как злой рок, считая, что виной всему невезение, а наше личное влияние на эту лотерею совершенно ничтожно? В нашей книге, появившейся в результате длительного общения с людьми, – общения, состоявшего из боли и радостей, страданий и хорошего самочувствия, удовольствий и разочарований, – мы хотели бы показать, что здоровье, конечно, зависит от многих факторов, которые не всегда можно контролировать, однако мы сами располагаем действенными средствами для его сохранения, а то и улучшения. Новый раздел медицины, получивший расширительное название психо-нейро-эндокрино-иммунологии, экспериментально продемонстрировал, что наше тело (сома) находится в постоянном взаимодействии с нашей психикой (интеллектом, аффектами, чувствами). Исследуя связи, существующие между сознанием (психо-), нервной системой (нейро-), секрецией гормонов (эндокрино-) и защитными механизмами, применяемыми организмом (иммунно-), наука подтвердила, что психика оказывает гораздо большее влияние на состояние здоровья или заболевания, чем прежде предполагалось; что наш организм – это действительно единое целое. Можно использовать и более знакомое слово – психосоматика. Для нас, практикующих долгие годы, психосоматика – это восприятие человека в его целостности, с пониманием неразрывной связи между телом и сознанием. Такой подход подразумевает: все, что оказывает влияние на тело, совершенно точно затрагивает и сознание, однако верно и обратное. Это единство тела и сознания порой представляется чисто умозрительным. Однако оно вполне реально. Наиболее чувствительно и естественно мы ощущаем это при определенных обстоятельствах: когда получаем яркое удовольствие или когда мы чрезвычайно напряжены. Во время сильного стресса, острой боли мы испытываем физическое напряжение одновременно с умственным и эмоциональным, при этом одно усиливает другое. В этих случаях невозможно не отдавать себе отчет в том, что тело и сознание – одно целое. Эту связь можно проиллюстрировать схемой: Схема 1. Психосоматический круг Эмоциональная динамика изменяет состояние организма точно так же, как состояние организма изменяет эмоциональную жизнь. Этот постулат лежит в основе метода, который мы предлагаем вашему вниманию. Метода, который прежде всего связан с индивидуальной жизнью каждого человека и не претендует на разработку психологической или метафизической теории, которая объясняла бы все наши несчастья. Подобно тому, как когда-то на рынках можно было найти «сонники» для толкования снов, сегодня мы находим в магазинах «толкования болезней», которые, как принято считать, помогают разгадывать их значение. Цель нашей книги в другом. Она не претендует на то, чтобы «объяснять» болезни, разгадывать их или предложить символический ключ к нашим недугам. Она предлагает вам не столько очередную интерпретацию, сколько понимание и открытие ресурсов, необходимых для вашего здоровья. Всякая болезнь возникает из-за множества факторов, и мы далеки от того, чтобы знать их все. Очередные успехи современной медицины и обращение к медицине традиционной открывают нам новые территории, помогают обнаружить и исследовать все новые неизведанные зоны. Опыт клиницистов научил нас тому, что мы определенно можем оказывать влияние на свое здоровье. Это влияние возможно при развитии «рефлекса хорошего самочувствия». Исходя из собственных интересов и интересов многих пациентов, мы проводили эксперименты для изучения каждого из предлагаемых вам способов. Каждый из них, каким бы скромным он ни представлялся, наглядно продемонстрировал, что может оказывать существенное влияние на ситуацию в целом. В самом деле, согласно теории систем, «изменив один элемент, я меняю всю систему целиком». В данном случае это означает, что все то полезное, что мы делаем для тела и психики, системно сказывается на нашем самочувствии и здоровье. Приемы, которые мы вам предлагаем, естественным образом сочетаются друг с другом и в конечном итоге позволяют по-новому заботиться о здоровье. Новый способ, включающий контакт с самим собой и своим внутренним миром, позволяет лучше узнать свои рамки и ограничения, свои потребности и приоритеты. Этот способ побуждает нас пересмотреть наши убеждения, наши представления, наши «личные истины» и изменить как психологические установки, так и образ жизни, чтобы наилучшим образом использовать имеющийся скрытый потенциал для поддержания и приумножения нашего капитала здоровья. Именно к такому новому, точнее обновленному, способу поддержания здоровья и улучшения самочувствия мы и предлагаем вам обратиться. А для начала давайте проведем небольшой тест… Имеется ли у вас рефлекс хорошего самочувствия? Для того чтобы это выяснить, ответьте на несколько вопросов: –› Если вы чувствуете, что вам неудобно сидеть или ваше тело находится в неудобном положении, сделаете ли вы что-то сразу, чтобы вам стало удобнее, или дождетесь, пока ваша поза станет для вас мучительной? –› Если вы испытываете смутный эмоциональный дискомфорт, легкое беспокойство, чувство пустоты в желудке, предпринимаете ли вы что-нибудь или ждете, пока все само пройдет? –› Если у вас болит голова, плечо или какая-то иная часть тела, долго ли вы ждете, прежде чем что-то предпринять? –› Когда речь идет о вашем самочувствии и здоровье в целом, считаете ли вы, что правильнее действовать незамедлительно, или предпочитаете подождать и понаблюдать? Хорошее самочувствие, возможно, вы обретете позже, но лучше себя чувствовать станете прямо сейчас! Итак, готовы ли вы что-нибудь сделать для себя? Глава 1 Горько-сладкий коктейль: жизнь «Жизнь – это заболевание, передающееся половым путем, неопределенной продолжительности и со смертельным исходом!..» За этой шуткой кроются некоторые истины. Жизнь – это мощный поток, который подхватывает нас и уносит. Жизнь – это приключение, о котором нам известно только, каким будет конец и каким было начало. В остальном, несмотря на все проекты, программы, заверения, перестраховки, которыми мы стремимся себя окружить, остается полагаться только на саму жизнь. Мы проживаем нашу жизнь в двух сферах: в теле и духе, которые слишком часто полагают не связанными между собой, в то время как между ними существует тесная связь. То, как мы ее проживаем, чаще сказывается на нашем теле (соме) или духовной жизни (психике) – на самом деле лишь двух сторонах одной и той же реальности, которую мы называем психосоматикой. Образуя очень тесный союз, они лежат в основе того, что мы обычно называем здоровьем или болезнью. Здоровье бесценно... Так обычно говорят, но между тем у него есть цена, прежде всего экономическая, но также и эмоциональная, и энергетическая. –› Экономическая цена подразумевает вызванную нездоровьем упущенную выгоду и расходы на медицинское обслуживание. Стремительно распространяются так называемые «болезни цивилизации»: депрессия, пищевая или респираторная аллергия, сердечно-сосудистые заболевания, ожирение; не говоря уже о пагубных последствиях употребления алкоголя и табака, а также тех состояниях, которые вызваны безработицей и длительными и повседневными стрессами. Гонка за эффективностью обходится дорого: стресс побеждает, депрессия распространяется, и общество, неспособное к саморегулированию и проведению необходимых фундаментальных реформ, которые позволили бы провести настоящую профилактику, подталкивает людей к медикализации. Так, в 2002 году мировые продажи антидепрессантов достигли рекордной отметки почти в 20 миллиардов долларов! –› Эмоциональная, поскольку болезнь вызывает кризис. Как и любой кризис, она может предоставить возможность для перемен, размышлений, развития – или дать нам увязнуть в отрицании нашей ответственности за здоровую, лучшую жизнь. Велик соблазн свалить все на внешние факторы: «Во всем виновато невезение!» – из страха утонуть в чувстве вины, в то время как речь идет не о самобичевании, пустых сетованиях, а о том, чтобы взять на себя ответственность. –› И энергетическая! Хотя мы каждый день используем термин «энергия» и хорошо понимаем, сколько стоит обогрев и освещение дома, обслуживание автомобиля, мы едва ли сознаем, что наше тело тоже зависит от энергии. Энергии, которую мы, конечно, получаем из пищи и дыхания, но также, менее заметным образом, из окружающей среды. Это драгоценное здоровье Здоровье – это ценность, поэтому мы желаем его другим. А как же наше собственное здоровье? О нем мы почти не заботимся, за исключением тех случаев, когда болеем. Когда все в порядке, когда мы чувствуем себя хорошо, мы почти не принимаем во внимание интимный опыт нашего тела; если же вдруг что-то идет не так, это вызывает у нас панику. Когда все в порядке, нам все же время от времени случается думать, что для поддержания здоровья необходимо заботиться о питании, сне, занятиях спортом. Но если у нас появляются соматические расстройства, мы думаем лишь о том, как найти того, кто вытащит нас из этого состояния, как при необходимости ищем сантехника и ворчим, если тот ставит под сомнение состояние нашего оборудования! В эпоху фастфуда (быстрого питания), которое чаще всего представляет собой только жирфуд (жирную пищу), если не фальшфуд («поддельную» пищу, дополнительно окрашенную, текстурированную и ароматизированную, чтобы обмануть вкусовые ощущения и потрафить нашему вкусу), и в эпоху растворимой пищи (немного порошка, немного воды – и готово!), мы надеемся, что лечение также будет коротким, а результаты – немедленными. Роль, отводимая сегодня врачу, чаще всего сводится к роли технического специалиста по здоровью, от которого мы главным образом ожидаем, что он окажется опытным специалистом по устранению неполадок. Заболев, мы обращаемся к врачу и принимаем таблетки – вот поведение, которое считается правильным, так нас приучили. К этому в целом сводится наше представление о здоровье. Что касается специалиста, который с каждым днем знает «все больше о меньшем», то ему мы имеем обыкновение предъявлять наше тело по частям. Но ведь тело – не ветчина, которую нарезают ломтиками; это единый организм! Вот почему не стоит удивляться, что многие пациенты испытывают растущий диссонанс с медициной, которая день ото дня все больше низводит человека до роли объекта – носителя симптомов, забывая, что он прежде всего субъект, главное действующее лицо в происходящем. И также не приходится удивляться растущему спросу на альтернативные методы лечения. Следует ли видеть в этом отражение некоторой неудовлетворенности (или даже явной неудовлетворенности) официальной медициной или осознание того, что существуют другие взгляды на здоровье и искусство врачевания, которые лучше учитывают целостность личности? Кому можно доверить свое здоровье? «Мое здоровье слишком ценно, чтобы я мог доверить его только врачам!» – говорил один из наших пациентов. Это куда больше, чем просто шутка; в самом деле, академическая подготовка врачей основана на изучении механизмов различных патологий. Долгие часы изучая признаки и симптомы, студент в конечном итоге начинает думать только о болезни и лечении. Образ сегодняшнего врача далек от образа врача-философа, которого Гиппократ считал равным богам. Гиппократ, отец современной медицины, утверждал: «Не следует краснеть, заимствуя у народа средства, служащие к его излечению». В самом деле, все, что может способствовать хорошему физическому и психическому самочувствию человека, заслуживает пристального внимания врача и пациента. Увы, так не происходит. Прогресс в исследованиях, расширение научных знаний, идеологическая направленность исследований приводят к тому, что врач все чаще стремится специализироваться в какой-либо отрасли медицины и становится опытным специалистом, но пренебрегает возможностью стать медицинским педагогом – человеком, передающим свои познания пациентам. А то, что психология изучается отдельно, делает ее бедной родственницей преподавания. Представление о том, как можно инициировать процессы оздоровления, становится все более поверхностным. Как бы то ни было, даже если человек вполне удовлетворен контактами, которые сложились у него с врачом (врачами), и осуществляемым лечением, ему следует развивать в себе ответственное отношение к своему здоровью. Заботиться о своем здоровье не так-то просто «Заботиться о своем здоровье не так-то просто, – говорите вы, – да к тому же я не имею представления, с чего начать». Именно для этого мы написали нашу книгу, чтобы помочь вам обрести это представление, взять дело в свои руки и развить в себе рефлекс хорошего самочувствия. Рефлекс, который так же значим для разума, как и для тела, так же связан со здоровьем, как и болезнь. Но прежде всего давайте посмотрим, что нам мешает. Это сложный и довольно запутанный набор мыслей, в которых перемешаны чувство подавленности масштабом задачи, боязнь неспособности, непригодности и очевидное нежелание брать на себя ответственность. Чувство, отягощенное всеми нашими привычными представлениями и воспитанием. Когда мы болеем, к болезни прибавляется некоторая потеря самостоятельности, страх, растерянность и повышенная потребность в том, чтобы о нас заботился кто-то еще. Все это вполне понятно, но мы не должны упускать из виду, что каждому из нас выгодно выработать ответственное отношение к уходу за собой; отношение полезное независимо от того, больны мы или здоровы, позволяющее избежать нестроений, которые могут нарушать гармоничный союз пары тело – сознание. Амфора и бабочка Жизнь непроста и полна рисков; мы испытываем их каждый день, и наше тело тоже. Тело, которое принадлежит нам, возможно, немного меньше, чем мы ему, чувствительно к изменениям окружающей среды, к нашим эмоциям, нашему настроению, к ограничениям среды, в которой мы проживаем. Как и тела других животных, оно приспосабливается и защищается, чтобы поддерживать в себе жизнь. Но наше тело не одиноко: оно тесно связано с тем, что мы называем сознанием. Для греков дыхание, душа (psukê, «психе», от глагола psukein — «дуть»; отсюда слово «психика») – это витальность, которая и делает тело живым. Согласно древнему мифу, душа подобна бабочке, заключенной в амфору (символизирующую тело, сому) и жаждущей возобновить свой полет. И хотя сегодня мы более охотно говорим о теле и сознании, чем о теле и душе, мы сохранили греческие корни этих слов, образовав слово «психосоматика». Однако, прежде чем идти дальше, если вы не против, давайте немного поразмышляем. Когда вам попадается слово «психосоматика», о чем оно заставляет задуматься? Что вы под ним понимаете? Что, по-вашему, относится исключительно к сознанию? Некоторые больные, испытывающие боли в теле, тем не менее слышат от врача: «У вас ничего нет, это психосоматика». Если так говорит ваш врач, как вы его понимаете? И из чего вы делаете такие выводы? Из каких источников вы берете информацию? Будьте уверены, это не допрос второй степени, это всего лишь небольшое уточнение, приглашение к размышлениям, нечто подобное вы найдете и в следующих главах. Это полезное уточнение, поскольку наша голова забита информацией, убеждениями, предрассудками, взятыми из разных источников и часто мешающими получению новых знаний. Итак, давайте подведем итоги; мы станем лучше понимать друг друга, и это, возможно, позволит нам поделиться с вами новым мышлением, основанным на положениях, прежде недостаточно известных. «Психосоматика», «психосоматический» – что это значит для вас? Психосоматика – это единство тела и сознания «Психосоматика» – неоднозначное слово, которое волнует или отталкивает, но значение которого слишком часто остается неопределенным. Это слово, как летучая мышь (с шерстью и крыльями!), обладает аурой, вызывающей в воображении великие тайны организма и, в частности, загадочный «скачок от психического к соматическому», постулированный Фрейдом. Будучи «пограничным объектом» для отдельных биологов, оно представляется «немыслимым объектом» для психологов. Дело в том, что сегодня науку о Жизни и науку о Человеке разделяет пропасть, которая слишком часто кажется непреодолимой. Пропасть, мостом через которую и является психосоматика. Довольно часто термин «психосоматика» вызывает ассоциации с недугами, физическими симптомами, возникающими «в голове», страданием, которое некоторые считают скорее воображаемым. Многим врачам он служит для обозначения довольно расплывчатой категории заболеваний, которым принято приписывать психическое происхождение. Что касается нас, терапевтов, принимающих и наблюдающих людей всех возрастов, которые испытывают всевозможные страдания, то мы на практике убедились в действенности психокорпоральных методов лечения, при которых предпочтение отдается понятию энергии, а потому мы придаем слову «психосоматика» (которое пишем без дефиса) значение фундаментального единства тела и сознания. Кроме того, если вдуматься, функционирование нашего организма может быть только психосоматическим, поскольку оно неизбежно включает в себя взаимодействие тела и сознания в динамическом единстве, в постоянном поиске равновесия и наполненности. И повседневный опыт показывает, что все, что на нас влияет, равным образом влияет как на сознание, так и на тело. Когда мы говорим о психосоматике, речь идет не о соединении двух отдельных сущностей, а об их теснейшей связи в одной личности, где каждая из них постоянно влияет на другую, создавая неразрывное единство, которое мы называем здесь психосомой. Это единство определяет физическое и психическое состояние нашего здоровья, весь наш жизненный путь. Наши ощущения, реакции, поведение, образ жизни в теле и сознании, импульсивные и эмоциональные телодвижения – проявления психосоматики. Мы реагируем на все, постоянно, во всех измерениях нашего существа. Единство тела и сознания обеспечивает жизнедеятельность всей этой системы. Отсюда следует, что этот глобальный, целостный взгляд на функционирование организма относится не только к состоянию болезни, но и, в гораздо более широком смысле, ко всему нашему существованию. Таким образом, этот термин применяется к широкой области здравоохранения во многих аспектах, которые приписывает ему определение Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в котором говорится об «общем состоянии здоровья». Поэтому на протяжении всей нашей книги мы будем рассматривать основу нашего организма как психосоматическую по своей природе. Это подтверждается многочисленными исследованиями, в основном связанными со стрессом. Быть более сознательными По этому поводу доктор Николь Бауманн, директор лаборатории нейрохимии в больнице Питье-Сальпетриер в Париже, уверенно заявляет: «Мы сами себя создаем, равно как можем разрушать себя на протяжении всей жизни. Если бы люди знали о некоторых вредных последствиях стресса, они могли бы изменить свое поведение. Это привело бы к значительному улучшению состояния их здоровья…» Так почему бы нам не стремиться стать более сознательными и формировать себя, а не разрушать? Быть более сознательными и активно стремиться жить лучше, но при этом не впадать в беспокойство и не превращать это исследование в очередной источник ипохондрии и стресса – вот в чем сложность. Итак, давайте начнем с изучения обширной области того, что сегодня известно как стресс, чтобы лучше узнать его положительные и отрицательные стороны, попутно воздавая должное маленьким зверькам, которые многому нас научили. Когда мыши лязгают зубами Ах, скажете вы, неужели мы наконец услышим о том, чем обязаны мышам? Да, мыши – это великие бедолаги, смиренные мученики науки. Именно их, этих малоприметных безвестных тварей прививают, трепанируют, подвергают электрошоку, наркозу, самым смелым и неожиданным экспериментам. Мышей подвергают стрессу и приносят в жертву на алтарь знаний. Что могли подумать эти маленькие грызуны, которых холодной канадской зимой доктор высадил на подоконник своей лаборатории? Они лязгали зубами и боролись, боролись со жгучим холодом. Но, как и коза г-на Сегена[1] из одноименной истории Альфонса Доде, они выбились из сил; на этом все и закончилось. Бедняжки слишком громко лязгали зубами. И когда исследователь вернулся, он обнаружил лишь маленькие, отвердевшие холодные тела. Маленькие безжизненные тела, которые попали под его скальпель, выдали странную тайну: надпочечники каждой мыши были значительно увеличены в объеме. Мог ли предполагать канадский патолог и эндокринолог Ганс Селье, что введет в оборот модное слово, которым во всем мире станут обозначать широко известное негативное явление? Слово… Это слово, «стресс», доктор Селье (1907–1982) позаимствовал из лексикона физиков, у которых оно обозначает силу, давление, заряд, влияющие на структуру металлического предмета, подверженного усиленным нагрузкам, которые могут его деформировать. Слово «стресс» происходит от латинского глагола stringere, который означает «обнимать, сжимать, защемить»; слово, от которого во французском языке произошли слова astreindre, étreindre, détresse – «сдерживать», «охватывать», «огорчать». Любопытно отметить, что до того, как это слово стало применяться в физике металлов, в XVII веке на английском языке им обозначали страдания, испытания, неприятности, жизненные бедствия, то есть употребляли в значении, которое вернулось сегодня в повседневный лексикон. В 1926 году, будучи молодым студентом-медиком Пражского университета, Ганс Селье с удивлением обнаружил, что у пациентов с разными заболеваниями наблюдаются схожие биологические изменения. Из этого он заключил, что для различных патологических состояний должен существовать общий знаменатель, который он назвал «общим синдромом болезни». Все могло этим и ограничиться. Но когда несколько лет спустя, обосновавшись в Квебеке, Селье приступил к исследованиям половых гормонов у мышей, подвергнутых различным испытаниям с помощью тепла, холода, электричества, рентгеновских лучей, он с удивлением обнаружил сходные органические проявления. Фиксируя свои наблюдения, Селье, оказавшийся при распаде Австро-Венгрии на территории Чехословакии, в 1936 году опубликовал в престижном журнале «Природа» статью о неспецифических реакциях, вызываемых любым агрессивным физическим фактором. Именно тогда впервые в привычном нам значении прозвучало слово «стресс»; судьба его нам известна. Селье оно не вполне устраивало, он предпочел бы ему слово strain (англ. «принуждение»), но ему не удалось ввести его в широкий оборот. Дальнейшие исследования привели его к более точному определению того, что он называет уже не «общим синдромом болезни», а, в более широком смысле, «общим адаптационным синдромом», и расширить свои исследования, включив психологические факторы. В 1950 году он опубликовал свою фундаментальную работу «Стресс». Более тысячи страниц, пять тысяч ссылок: впечатляет! Двадцать пять лет спустя он заявил: «Стресс идет рука об руку с проявлением всех наших внутренних импульсов. Он является результатом любого вызова, с которым сталкивается какая-либо часть организма. На самом деле, отсутствие стресса – это смерть». …И дело В качестве окончательного Селье предлагает следующее определение: «Стресс – это неспецифический ответ организма на любой обращенный к нему запрос». Неспецифический означает общий. Стресс – это общая реакция организма на физическое или психическое воздействие. Эта стимуляция может быть сильной или легкой, приятной и неприятной. Прикосновения, ласки, радость, печаль, боль, удовольствие, запахи, шумы, свет – все это является факторами стресса. Любое изменение окружающей среды представляет собой «хороший» (эустресс) или «плохой» стресс (дистресс), полезный или вредный для организма, который немедленно реагирует выделением гормонов и нейротрансмиттеров, приводя в действие сложные биологические механизмы, которые мы рассмотрим в следующей главе. Жизнь – это постоянный и эффективный процесс адаптации, однако лишь до определенного момента. Интенсивность, продолжительность и повторяемость нагрузок способны создать эффект перегрузки. Они могут привести к сбоям в функционировании организма. Переступив за естественные пределы саморегуляции, мы чувствуем пагубные последствия стресса; тогда мы говорим: «У меня стресс». На самом деле, когда мы это сознаем, в большинстве случаев это означает, что мы уже превысили свои возможности и находимся в состоянии перенапряжения. Как заметил один юморист, «когда переходишь границы, их больше не существует». —› Часто ли вы жалуетесь на переутомление, усталость, стресс? –› Бывает ли у вас ощущение, что вы находитесь «на грани»? –› Говорите ли вы себе: «Я больше не могу это выносить»? –› Легко ли вы раздражаетесь? –› Есть ли у вас проблемы со сном? С аппетитом? –› Часто ли вы обращаетесь к стимуляторам? Внимание! Если на все эти вопросы вы ответили «да», вы уже находитесь в опасном состоянии дисбаланса, которое сказывается на вашем здоровье. Почему бы не улучить минутку, чтобы перевести дух и спросить себя, с чем это связано? Расслабиться, поразмышлять, подвести итоги нам так же необходимо в повседневной жизни, как пилоту авиалайнера или моряку дальнего плавания. На следующих страницах вам будет предлагаться нечто подобное, а также конкретные действия, которые помогут вам восстановиться, когда возникнет такая необходимость. Понемногу того и другого То, что мы привыкли считать негативом, сетуя на его избыток в повседневной жизни, на самом деле является необходимым механизмом адаптации. Без стресса человечество прекратило бы свое существование, и некому было бы говорить об этом. Скажем прямо: без жизни не было бы стресса, но без стресса не было бы жизни! Давайте же рассмотрим это слово и то, как мы его применяем. Не так давно в США, в Университете штата Огайо, было проведено исследование; оно было связано (в который раз!) с лабораторными мышами. Половина этих мелких грызунов была заперта на 2,5 часа в тесной и неудобной клетке, после чего им сделали прививку. Остальных оставили в обычной, гораздо более удобной клетке. При этом первая партия более эффективно реагировала на инъекцию аллергенного белка, и такая реакция наблюдалась на протяжении последующих девяти месяцев. Получается, что стресс, пережитый в подходящее время, позволил их организму сохранить более точную память об инородных телах. Стресс – это механизм жизни, механизм выживания, позитивный механизм, который сам по себе не наносит вреда. В данном отношении имеет значение стрессовая нагрузка, которую мы ощущаем как чрезмерную. На самом деле каждодневное беспокойство, чрезмерная загруженность работой, усталость от транспорта, финансовые проблемы, недостаток сна, скрытые разочарования, мелкие повседневные неприятности перегружают систему и могут вывести ее из равновесия. Добавьте к этому недостаточное внимание, которое мы обычно уделяем своему телу, неправильное питание, чрезмерное употребление табака, алкоголя, недостаток физических упражнений, отдыха, – и мы получим довольно полную картину факторов, вызывающих «плохой» стресс. А что же с «хорошим» стрессом? Его вызывают приятные ситуации: благожелательная атмосфера, интересная работа, отдых, расслабление, приятная неожиданность, поцелуи, ласки, нежные слова, тесный физический контакт, удовлетворительные эмоциональные и сексуальные отношения. Это также исходный стимул, который побуждает нас двигаться, предпринимать какие-либо действия; наилучший стресс – самый короткий. Если он затягивается, это может истощить наши резервы, а затем изменить полярность, превращаясь из «хорошего» в «плохой». И, поскольку стресс – это удел каждого из нас, важно, чтобы хорошее и плохое уравновешивалось, иначе чаша жизни может оказаться исполненной горечи. И крутятся педали велика в моей голове… Наш мозг постоянно создает образы, мысли, и каждый знает, как трудно остановить этот поток хотя бы на короткое время. Когда все в порядке, у нас хорошее настроение, наша умственная деятельность становится частью благополучного существования. Но настроение, как и климат, переменчиво; оно может быть хорошим или плохим, веселым или мрачным. Беспросветные дни, столкновение с трудностями, заботами вызывают негативные мысли, образы, в которых преобладают страхи, беспокойство, тоска. Маленький «велосипед», который безостановочно крутится у меня в голове, набирает обороты. Иногда он сбивается с пути и наводит меня на навязчивые размышления. Я целиком погружаюсь в существующие или мнимые проблемы. Не находя выхода, я чувствую себя разбитым. Стрессоры, с которыми мы сталкиваемся, многочисленны. Некоторые из них приходят извне, мы о них уже говорили. Другие вызваны внутренними причинами: заботами, которые нас одолевают, негативными мыслями, чувством никчемности, обесцениванием, потерей смысла жизни и его поисками, и мы не всегда можем измерить их масштаб и влияние на нашу психосоматику. Проблемы, с которыми я сталкиваюсь, вызывают во мне поток эмоций: страх, гнев, грусть, беспокойство, тоску, возможно, чувство вины. Моя энергия безостановочно поглощается этой психической деятельностью; педали этого маленького велосипеда неустанно крутятся в моей голове. И даже хотя он существует лишь в воображении, это создает напряжение, затруднение дыхания, сокращение мышц, которые усиливают умственное напряжение и усугубляют мой дискомфорт. Это порочный круг навязчивых размышлений. Название вещи Воображаемая ситуация, мысль, простое слово вызывают в нашем организме те же реакции, что и реальная ситуация. Для нашего организма вещь и идея вещи – одно и то же! Вещь и название вещи – тоже. Хотите это проверить? Образы и слова Экперимент I Устройтесь поудобнее. Дайте вашему телу расслабиться. Дышите спокойно, глубоко. Продолжайте дышать ровно, размеренно, непроизвольно. Почувствуйте нежное прикосновение воздуха. Позвольте своему телу расслабляться все больше и больше. Ощутите, как вас охватывает нежное тепло, легкое оцепенение. Ваш организм ценит время, которое вы выделяете, чтобы он мог подышать. Наслаждайтесь этим отдыхом. Расслабьтесь еще больше, позволяя вашим мыслям свободно витать. Вот так, хорошо. Расслабленность поможет вам сосредоточиться на воспоминаниях и лучше ощутить влияние ваших мыслей на тело. Теперь представьте себе лимон. Красивый лимон, очень спелый, очень желтый, яркий, как солнце. Ароматный лимон, насыщенный соком. Вы берете его в руки. Гладите его. Играете с ним. Вы чувствуете его гладкую, упругую кожуру. Вы его нюхаете. Вдыхайте его фруктовый, немного кисловатый запах, такой характерный запах спелого лимона. Красивого спелого лимона. Представьте, что вы разрезаете его пополам. Аромат усиливается. Проникает через ваши ноздри. Проникает в рот. И во рту образуется слюна. Вы почувствовали на языке вкус лимона? Было ли это приятно? Наполнился ли рот слюной? Если хотите, вы можете повторить эксперимент с закрытыми глазами, с другим фруктом по вашему выбору или с чем-то таким, что вы любите есть, пить, курить: со свежеиспеченным хлебом, чашкой горячего шоколада, ванильным кремом, яблочным пирогом, картофелем фри, розовыми креветками… С чем-то таким, что хорошо вам знакомо и особенно приятно. Итак, что вы чувствуете? Ваш рот наполнился слюной? А между тем это всего лишь слова, всего лишь образы, всего лишь идеи вещей. Эксперимент II По-прежнему удобно устроившись, я позволяю своему телу снять напряжение, расслабиться. Вдох-выдох. Я выдыхаю спокойно, медленно, выпуская воздух в глубоком выдохе; это выдох расслабления, хорошего самочувствия. Я даю себе время подышать. Даю себе время. Мое тело расслабляется все больше, мое сознание тоже. Я продолжаю дышать медленно, спокойно, глубоко. Мое дыхание размеренное и свободное, мое сердце бьется спокойно и ровно. Я позволяю расслабленности проникнуть в глубину моего тела, чувствуя расслабление от корней волос и до пяток, проверяя состояние челюстей, плеч, бедер… Я расслабляюсь еще сильнее. Тело и сознание расслаблены. Вот и все, это хорошо. Это прекрасно. Вот так, хорошо. Превосходно. Теперь я думаю об интимной, приятной ситуации: теле или части тела, которые я люблю, которые я всегда любил(а), которые мне желанны, к которым я с удовольствием прикасался(лась) или которые хотел(а) бы потрогать, погладить. Что вы чувствуете? Что происходит с вашим телом? И это снова только слова, образы и воспоминания. Говорить с собой «красиво» «Смерть и жизнь – во власти языка» (Притчи 18:22). Это выражение, которое мы находим и в «Правилах тамплиеров», наводит на размышления. В самом деле, рыцарям храма предлагалось всегда говорить со своими братьями «красиво», то есть уважительно, степенно и почтительно. Дело в том, что, как считал Эзоп, язык – это лучшее и худшее, что есть на свете. Слова могут ласкать, соблазнять, утешать; они также могут задеть, ранить, обидеть. Они могут исцелять или разрушать. И не только других – нас самих тоже. У скольких из нас, когда что-то не получается, первой реакцией бывает: «Я пустое место»? Сколь многие из нас из-за пустячной оплошности, малейшей ошибки позорят себя, подвергают жесткой критике? Давайте подумаем об этом и будем внимательны к содержанию наших мыслей и образов, к словам, которые мы используем в своем внутреннем диалоге. Давайте воздержимся от восклицаний типа: «Это меня убивает», «Это меня гложет», «Это меня мучает», «Это меня изнуряет», «Это делает меня больным». И оскорбительных утверждений: «Какой(какая) же я..!», «Вот уж действительно, таких … как я, еще поискать». Слишком часто повторяемые, эти выражения становятся своего рода негативным программированием, наносящим вред нашей самооценке, нашему самочувствию и здоровью. Такая враждебность по отношению к самим себе порождает негативные образы и эмоции, которые провоцируют каскад изменений в нашей внутренней среде (мы подробно рассмотрим это в следующей главе) и вызывают напряжение в мышцах. Такие сообщения получают все клетки организма. Нам следует периодически ненадолго очищать сознание, устраивать своеобразную внутреннюю помывку. Это один из способов обуздать лошадей, галопирующих в наших головах, уберечь от беды птиц, гнездящихся в нашем черепе. Так почему бы не говорить с собой «красиво», вместо того чтобы поносить себя изо дня в день? Это один из способов борьбы с психическим загрязнением. Внутренняя помывка Устройтесь поудобнее, чтобы возникло приятное ощущение покоя. Позвольте своему телу, своему сознанию расслабиться. Дышите спокойно, глубоко. Расслабьтесь еще. Вот так, хорошо. Очень хорошо. Теперь вспомните слова, которые вы чаще всего используете в своем внутреннем диалоге, эпитеты, которые применяете к себе, когда злитесь. Как бы вы отреагировали, если бы кто-то другой так вас называл? Называл ли вас так кто-нибудь? Кто? В какой момент? При каких обстоятельствах? Среди слов, какие представляются вам самыми негативными, какие вас сильнее ранят и обижают? Какие из них вызывают у вас самые негативные эмоции? Чем вы могли бы их заменить? Такой анализ поможет вам навести порядок в голове и избежать неосознанного негативного программирования. Вы можете время от времени проделывать это, наблюдая за изменениями в вашем внутреннем диалоге. Вы также наверняка заметите изменения в том, как вы говорите и, возможно, даже как смотрите на жизнь. А чтобы ваша борьба с психическим загрязнением была более эффективной, выберите себе сразу же «защитное слово». Это слово вы будете мысленно энергично произносить, чтобы остановить поток мыслей-паразитов, подавить негативную мысль, контролировать зарождающуюся тревогу, притормозить вращение педалей маленького велосипеда в вашей голове. Это просто и действенно, хоть и может показаться наивным. Почему? Потому что мгновенно меняет ход наших мыслей. И действует еще эффективнее, если вы сопровождаете это упражнение резким выдохом. Вы сами можете его выбрать: «Довольно! Хватит! Стоп! Баста! Достаточно! Пора остановиться!» – или, сродни компьютерной команде: «Я стираю! Удалить! Мусор! В корзину!..» – выбор велик. Важно, чтобы это слово было для вас значимым, простым, всегда наготове. Попробуйте, и вы сами увидите результат. Что происходит во мне, когда я испытываю стресс? Это означает, что, в зависимости от моей личности, моей жизненной истории, проблем, связанных с ситуацией, мои ощущения будут более или менее интенсивными, более или менее дезорганизующими. У каждого свой стресс Природа физиологических и химических реакций на стрессорное воздействие у всех одинакова, в то время как индивидуальное «переживаемое» (то, как мы чувствуем), по сути, аналогов не имеет. «Каждый справляется со своим стрессом, усталостью, депрессией, болезнью самостоятельно и по своей собственной логике. Каждый стремится наилучшим образом приспособиться к жизни, какой она ему представляется», – отмечал Ганс Селье. Схема 2. Развитие сопротивления стрессу в различных его фазах, согласно Гансу Селье. Это объясняет интенсивность наших реакций, ментальную и эмоциональную окраску наших чувств. Именно в эти моменты дискомфорта, плохого самочувствия мы легче всего осознаем, как функционирует наша психосоматика. Физические сбои сопровождаются эмоциями, мыслями; мы чувствуем себя вовлеченными в процессы действия-противодействия на разных уровнях нашего организма: в теле, в голове, в сердце. Именно тогда мы ощущаем себя единым целым. Под воздействием сильного стресса большинство испытуемых чувствуют недомогание и заметное снижение умственных способностей (неприятная ситуация, хорошо известная тем, кому приходилось сдавать экзамены). Есть такие, кого возбуждает испытываемое давление: оно повышает их работоспособность, ускоряет темп мышления и повышает его продуктивность. Таким образом, деятельность многих людей становится эффективной только под воздействием чрезвычайной ситуации, что является чрезмерной «энергетической расточительностью» для организма. Какими бы ни были наши личные реакции на сложные ситуации, нам полезно знать о психофизиологических реакциях нашего организма, чтобы иметь возможность оценить наши ограничения, измерить риски, выработать действенные стратегии и платить меньшую цену за наши энергетические инвестиции. Вот схема, которая поможет нам лучше это понять (cм. Схему 2). Эта кривая универсальна, она может относиться как к животным, так и к человеку. Вспомните, когда в последний раз вы были в океанариуме, вы наверняка обращали внимание на табличку: «Не стучите по стеклу, не делайте фотографии со вспышкой, это вызывает стресс у наших друзей-рыбок». От фазы к фазе Обычно мы лучше сознаем, какие изменения возникают в фазе тревоги. Дело в том, что в это время, под воздействием внезапного выброса адреналина, все системы нашего организма приходят в состояние боевой готовности и мы чувствуем себя более или менее обеспокоенными. Затем наш организм адаптируется к ситуации. Он входит в фазу сопротивления и ценой различных корректировок восстанавливает некое подобие равновесия. На этом втором этапе мы мобилизуем все свои силы, чтобы «держать удар», что требует более или менее значительных затрат энергии и может даже вызвать ощущение скованности в шее… Если ситуация стресса затягивается или добавляются новые стрессоры, наши силы иссякают, и способность адаптироваться ослабевает до тех пор, пока мы не опустимся ниже начального порога, в фазу истощения – очень опасное состояние, угрожающее нашему здоровью. Очевидно, что именно в этот период, особенно если ситуация затягивается, наиболее высок риск психосоматических расстройств. Перед лицом опасности Когда мы подвергаемся опасности из-за оскорблений, перегрузки, переедания, тошноты, наш организм спонтанно формирует определенные стратегии поведения. Биолог Анри Лабори выделил три основных реакции на угрозу, которые присущи как животным, так и людям: Первые две стратегии побуждают нас активно реагировать, и в этом действии, будь то бегство или агрессия, мы разряжаем напряжение, что, по крайней мере отчасти, освобождает нас от последствий стресса. В случае же реакции «замри», напротив, сбросить напряжение невозможно. Мы получаем все последствия стресса: в теле – в виде мышечных зажимов, в сердце – в виде невыраженных эмоций и в сознании – в виде негативных образов. Можно сказать, что такое поведение, считающееся «социально корректным», дорого нам обходится. К этим трем стратегиям, выделенным Анри Лабори, можно добавить четвертую: гиперактивность. В современной жизни мы часто обращаемся к ней неосознанно, она представляет собой сочетание первых двух: бегства и действия. Я действую, но не прямо, а убегая во что-то другое или в какой-то частичный аспект ситуации, с которой не могу (или не хочу) сталкиваться напрямую. Выгода, которую я от этого получаю, заключается в снятии части умственного и физического напряжения через действие и в защите через избегание эмоциональной составляющей (своего рода «выключение» чувств). Однако, если такая гиперактивность становится привычной, как это случается часто и у многих, это приводит к ухудшению самочувствия, что, в свою очередь, может подтолкнуть субъекта к поиску новых видов деятельности и довести его до состояния истощения. Прямо в сердце Большое ретроспективное исследование (11 119 пациентов из 52 стран, перенесших инфаркт миокарда, по сравнению с 13 648 аналогичными пациентами, не имевшими прежде проблем с сердцем), опубликованное в 2004 году, демонстрирует, что роль стресса в заболеваемости инфарктом миокарда намного выше, чем считалось ранее. Эмоциональный стресс как фактор риска сердечных заболеваний, хоть и не такой значимый, как курение, сопоставим со стрессом, вызванным высоким кровяным давлением и ожирением. И это лишь одно из проявлений многочисленных вредных последствий чрезмерного и продолжительного стресса. Чрезмерная загруженность работой серьезно вредит здоровью! Следует ли помещать это предупреждение, написанное жирным шрифтом и выделенное рамкой, на анкетах для приема на работу и в платежных ведомостях? Такие мысли приходят в голову при знакомстве с результатами многочисленных исследований, посвященных стрессу на работе. В одном из них, проведенном Французским институтом стрессовых состояний (IFAS) с марта 2003 года по март 2004 года, приняли участие 12 997 сотрудников всех уровней квалификации из четырех компаний – промышленных и работающих в сфере услуг. Результаты показывают, что среди опрошенных каждый пятый мужчина и почти каждая третья женщина страдают от чрезмерного стресса. Наиболее затронутыми стрессом оказались люди в возрасте 45–54 лет, а наиболее уязвимыми – внештатные сотрудники, за которыми следуют штатные и руководители высшего звена. Все они объясняют это состояние своей профессиональной деятельностью, а также проблемами ее совмещения с личной жизнью. Это исследование также показывает, что стрессовая нагрузка прогрессирует на протяжении всей жизни, усиливаясь к сорока годам, и что это явление напрямую коррелирует с возможностью принятия самостоятельных решений на работе. Таким образом, у менеджеров, находящихся на вершине иерархии, риск чрезмерного стресса, по-видимому, значительно ниже, чем у внештатных работников; это вовсе не означает, что у них самих нет множества причин для стресса. Кроме того, цифры указывают на определенную связь между коллективным измерением стресса и стилем управления компанией. То же самое относится к любому организованному сообществу: Церкви, армии, школе и, конечно, семье. Каждая семья создает особую эмоциональную атмосферу и особый тип стресса, который оказывает наиболее сильное влияние на некоторых ее членов. Стресс родителей отражается на детях, как стресс учителей – на их учениках или воспитателей – на детях, которые находятся на их попечении. С другой стороны, безработица, которая сегодня так широко распространена, является серьезным фактором психических и физических расстройств, а жизнь без семьи также является фактором стресса. Так что же из этого следует? Что таящиеся в жизненных перипетиях факторы стресса многочисленны, а статистические исследования не в состоянии выявить их все. Предупрежден — значит встревожен! Часто мы испытываем больший стресс из-за мыслей, которые крутятся в нашей голове, чем из-за событий, и, таким образом, держим наш организм в неосознанном состоянии мобилизованности. Это соответствует ситуации внутренней тревоги, приводит к ненужному расходу энергии, что становится источником усталости без видимых причин. Важно осознать это и расслабиться, что обернется тем большей экономией энергии, чем более серьезное влияние оказывает длительный стресс на наше физическое, психическое и духовное здоровье. Конечно, любое заболевание можно объяснить множеством причин, но болезнь вызывает не стресс как таковой, а неправильное отношение к стрессорам. Как хорошо видно из приведенного выше графика, дойдя до состояния истощения, организм оказывается более или менее серьезно ослабленным. Это должно побудить нас избегать попадания в порочный круг стресса, удивительно схожий с порочным кругом навязчивых размышлений. Когда я нахожусь в трудной ситуации, вызванной внешними обстоятельствами или «маленьким велосипедом», педали которого крутятся в моей голове, заставляя сосредоточиться на негативных, тревожных мыслях, у меня развивается психическое и органическое напряжение; это сказывается на химических процессах в организме. В результате постоянного взаимодействия психики – сомы, сомы – психики мышечные спазмы усиливают чувство дискомфорта, а следовательно, эмоциональный климат ухудшается. И крутится, крутится колесо беспокойства, навязчивых идей, внутреннего напряжения, судорог… Как избежать порочного круга стресса? Что нужно сделать, чтобы не скатиться в такую негативную спираль, не перейти в опасную фазу истощения? Как вырваться из порочного круга навязчивых мыслей? Схема 3.1. Психосоматический порочный круг Необходимо двигаться и заставлять циркулировать свою энергию! Если мы не всегда способны изменить ситуацию, у нас все же остаются возможности сделать что-то для себя прямо сейчас. Итак, я выбираю простые и быстрые решения: вспоминаю свое «защитное» слово, интенсивно дышу, делая глубокие вдохи, делаю растяжку, какое-то движение, выдерживаю паузу, делаю экспресс-релаксацию, расслабляю брови, челюсти, затылок, плечи, выпиваю стакан воды (наш организм нуждается в постоянном корректном увлажнении для наилучшего осуществления электрохимических процессов), ясно оцениваю свои эмоции и потребности данного момента… Я использую все известные мне приемы, зная, что они приносят пользу и что я могу их применять в такие моменты. Например, вместо того, чтобы напрягать мышцы, я сразу же делаю глубокий вдох и глубокий выдох, избегая накопления напряжения и модулируя степень своей реакции на стресс. И чем меньшее сопротивление придется оказывать, тем меньше будет мое истощение. Это позволит мне быстрее и легче вернуть утраченное равновесие. Схема 3.2. Психосоматический круг В следующих главах мы приведем множество примеров того, как следует поступать, на основе данных современной психофизиологии и всего богатства традиционных практик, в частности даосизма. Эти методы поддержания здоровья мы испытали на себе и учили им других на протяжении долгих лет. Вы тоже можете ими воспользоваться, они благотворно влияют как на тело, так и на сознание. Выберите для повседневной практики те, которые вам больше всего нравятся, которые вы находите самыми легкими и действенными, наиболее подходящими для ваших потребностей. Они помогут вам развить «рефлекс хорошего самочувствия». Конечно, они не сотворят чуда, но вы ощутите их действенность. Однако не заблуждайтесь: почувствовать себя лучше не обязательно означает сразу чувствовать себя хорошо. Однако если мы начинаем чувствовать себя не так уж плохо, это тоже большое достижение. Эти техники помогают нам восстановиться, обрести устойчивость, оставаться на связи с самими собой и своими реальными потребностями. Улучшение самочувствия – это первый шаг на пути к хорошему самочувствию. И даже если путь предстоит долгий, это уже фактически первый шаг, а, как гласит китайская пословица, «путешествие в десять тысяч ли начинается с первого шага»! И не стоит забывать: жизнь совершается здесь и сейчас! Да, это так! Давайте же будем внимательны, чтобы прочувствовать, как она течет внутри нас, и бдительны, чтобы поддерживать ее пульсацию. Давайте будем восприимчивы к маленьким и большим удовольствиям, которые дарит нам жизнь: к солнечному лучу, пению птицы, неожиданному звонку друга, любимой песне по радио. Жизнь протекает здесь и сейчас, и мы не одиноки. Нам стоит немного поднять голову и посмотреть дальше, чем на лобовое стекло или экран – телевизора, компьютера, ноутбука, калькулятора, – и на наши проблемы, которые, все до единой, мешают течению жизни, настоящей, а не той, что мы видим в реалити-шоу или виртуальной реальности. Мы настолько поглощены повседневной жизнью, что иногда забываем о простых и приятных вещах, которые помогают нам поддерживать контакт с мощным движением жизни: смотреть на ребенка, цветок, ласкать животное, ухаживать за растением, смотреть на небо, позволять взгляду устремляться вдаль, обнимать дорогого человека. Все это поддерживает нас в контакте с самой энергией жизни, о которой слишком часто забывают современные биологи и психологи и которую нам следует постараться открыть заново. Мы еще к этому вернемся. Многие из практик, которые мы вам предлагаем, – это приглашение обратить наше сознание к простым и легким для восприятия вещам: мышечному напряжению, дыханию, контролю за ходом наших мыслей, за проявлением наших эмоций. Давайте не будем ими пренебрегать; какими бы простыми они ни были, они составляют основу. Почему так важно состояние нашего тела К телу следует прислушиваться, это мы говорили и повторим еще раз. Тело с его ощущениями, восприятиями и эмоциями – наше обиталище в мире, место всех наших мучений и радостей. Прислушиваться к ощущениям тела, более полно их осознавать – это один из способов работать с ними. Если мы сразу осознаем, что идет не так, мы можем не допустить ухудшения ситуации. Мы не являемся хозяевами и правителями Природы, мы – ее часть. Природа и жизнь пребывают в нас, мы – в них; маленькая вселенная нашего тела является частью большой Вселенной. Для того чтобы убедиться в этом, давайте прочтем следующую главу. В ней мы увидим, как наше тело искусно использует свои возможности для поддержания равновесия. Глава 2 Удивительный интеллект нашего тела Лязг оружия, ржание лошадей, самолеты-истребители, автомобили-радары… От пехотинца до генерала – армию нужно инспектировать! В каждый государственный праздник под звуки духовых и бой барабанов восхищенной толпе демонстрируются силы обороны нации. Некоторых это очень впечатляет. Однако, по здравом размышлении, лучшие силы обороны в мире, самые впечатляющие, принадлежат нам, нашему телу! Невидимая армия, клетки которой, равно как и настрой, в любое время дня и ночи обеспечивают защиту сверхсложного единства – нашего организма и слаженную работу всех его частей. Защита и адаптация: вот лозунги бойцов, которые ведут неустанные незримые сражения. Все мы канатоходцы Человеческое тело – это сложная совокупность органов, которые должны функционировать гармонично. Координация жизненно важных функций обеспечивается с помощью множества способов регулирования и контроля. Таким образом, не сознавая этого в полной мере, мы все являемся канатоходцами, существами, постоянно стремящимися удерживать равновесие. Равновесие нашего организма динамично, а не статично; оно больше напоминает равновесие акробата, идущего по туго натянутому канату с шестом в руках, чем на равновесие слона, сидящего на тумбе. Ведь речь идет о поддержании в нас жизни, на которое должно расходоваться как можно меньше энергии, с сохранением физического и психического равновесия. Для этого организм должен адаптировать свои реакции к бесконечным изменениям окружающей среды.—› В теле я ощущаю более или менее резкие и заметные физические изменения. Это может варьировать от обычного учащенного сердцебиения до острой нехватки воздуха; от обычного напряжения до общей дрожи; от обычной усталости до ощущения глубокой пустоты, непредолимого изнеможения.
—› В эмоциональной сфере я чувствую нечто, часто неясное, что может варьировать от смутного беспокойства до сковывающего живот страха, леденящего, вызывающего тошноту.
—› А в мыслях педали маленького велосипеда крутятся на полной скорости или, напротив, может возникнуть ощущение, что он застопорился, и в голове не осталось ни одной толковой мысли.
—› бегство, то есть уход от ситуации. Это адаптированная реакция на агрессора – человека (людей) или ситуацию (ситуации). Это позволяет нам сократить фазу сопротивления и быстро вернуться к нормальной жизни. Однако в нашей цивилизованной жизни непосредственное бегство не всегда возможно, поэтому иногда оно принимает форму болезненного избегания, что приводит к длительным прогулам в школе или на работе;
—› атака, которая заключается в прямом столкновении с агрессором, в попытке одержать верх. Такая реакция часто невозможна в «контролируемом» обществе, подобном нашему; мы можем подвергнуться полицейскому преследованию, и потому меня с детства учили подавлять свой гнев, а значит, я не могу нарушить запрет… Вот почему неудивительно, что агрессия, подавленная в момент конфликта, скрытно всплывает на поверхность позднее;
—› торможение действия: не имея возможности обратиться к предыдущим решениям, я чаще всего вынужден выбирать именно это. Мое тело готово к действию, но оно невыполнимо; это тупик. Не имея возможности действовать, я остаюсь пассивным, беспомощным, замершим, как кролик перед удавом. Мой организм замирает, сжимается: я замыкаюсь в себе, мои тело и сознание напряжены.
Поль Верлен(Пер. Ф. Сологуба)