Невеста на Рождество бесплатное чтение
![](/img/b/162393.jpg)
Мария Демар
Невеста на Рождество
Глава 1
Санкт — Петербург, 201… г., 29 декабря
Выйдя из лифта, Лера торопливо подошла к входной двери. Ключ она достала еще в лифте, и теперь пыталась не выронить большой пакет с теплой пиццей и роллами, купленными по дороге. Быстро всунула ключ в замок и привычно повернула два раза.
Сегодня была годовщина их знакомства с Юрой. Ровно год назад они случайно сели за один столик в кафешке на Невском и с первого взгляда понравились друг другу. С того дня начали встречаться, а сейчас уже собирались пожениться.
Оттого сегодня Лера специально отпросилась с работы пораньше, и начальник по случаю предстоящих новогодних праздников отпустил ее домой на три часа пораньше. По дороге Лера забежала в ресторан-бар в двух кварталах от их многоэтажного нового дома, чтобы купить вкусности. Хотела устроить романтик-ужин при свечах любимому Юрочке. Он должен был прийти полдесятого с работы, у нее было больше часа до его прихода.
Распахнув дверь Лера увидела свет и поняла, что Юра уже вернулся с работы. Это было хорошо, но сюрприза уже не получится. По инерции она поспешила на кухню, чтобы поставить пакеты с едой. Но прямо на пороге кухни замерла.
На стуле у стола сидел Юра со спущенными штанами, а между его ног на коленях стояла какая-то блондинка. Девица орудовала своими губами и рукой по интимным местам Юрия, прямо как фильмах для взрослых. Лера даже на миг опешила, не в силах поверить своим глазам.
— Юра! — только и смогла прохрипеть Лера, прижав к себе пакеты с едой.
Ей подумалось на миг, что это все ей только мерещиться. Но ей это не казалось. Действительно татуированная на всю спину девица, стоявшая между ног ее жениха, подняла голову, оторвавшись от своего непристойного занятия. Обратив к замершей на пороге Лере лицо начала облизывать свои пухлые губы, только что занятые другим предметом.
— Кто это, котик? — выпалила блондинка, округлив глаза.
— Эээ, — у Авдеева сперло в горле. Он неучтиво оттолкнул белобрысую девицу и выпалил: — Лерочка, это не то что ты подумала… она просто зашла чай поить!
— Чай?! — вспылила Лера, пятясь назад от удушливой картины измены жениха. — Я не дура, и не слепая!
— Ничего мы не чай, вино пили! — возмутилась блондинка, поднимаясь на ноги и одергивая короткую юбку.
— Замолчи! — прикрикнул на девицу Юрий.
Лера перевела взгляд на стол и увидела недопитую бутылку французского сухого шампанского и несколько бутербродов с семгой.
«Ничего себе закусочка и выпивка! — возмутилась про себя Лера. — Мне даже на день рождения зажал дорогую бутылку, а сейчас с этой шалавой пил Вдову Клико!»
Она зло швырнула пакеты с едой на пол и процедила:
— Как ты мог? У нас же свадьба через месяц!
— Дак ничего не поменялось, — закивал он убедительно, вскакивая с табуретки и заталкивая свое достоинство в штаны, оправил одежду. — Это просто шутка, игра. Я тебя люблю.
— Хватить врать! — взбрыкнула Лера и, развернувшись, бросилась в спальню.
Она начала рыться небольшом комоде. И отчетливо услышала, как блондинка истерично завопила:
— Ее любишь, а я так для развлечения? Ах ты гад!
Раздался громкий шлепок, и Лера поняла, что девица залепила Юрию пощечину.
Мотнув головой, Лера злорадно оскалилась, довольная поступком блондинки. Она продолжила рыться в верхнем ящике комода. Быстро нашла паспорт, заснула в свою сумку, далее из второго ящика достала пару стрингов и нервно застегнула в сумочку. Благо косметичка и расческа у нее всегда были с собой. Больше она не хотела ничего брать из этого дома.
— Лерочка, ты что? Что ты задумала?! — Авдеев уже был рядом.
— Я ухожу, — огрызнулась она. — Барахло оставь себе! Все же платил за все ты!
Обойдя его, она направилась к двери, собираясь немедленно уйти. Юрий попытался схватить ее за руку.
— Подожди, давай погорим, Лерочка!
— Не трожь меня! Не трожь! — возмутилась она, отталкивая его руки. — Ты кобель!
Она залепила ему тоже пощечину, и лицо Авдеева с двух сторон покраснело. Он тут же встал у нее на пути, раскинув руки в стороны.
— Не пушу, пока не поговорим.
— Между нами все кончено! Пусти!
— Я не отпускаю тебя, у нас скоро свадьба, что я скажу родителям?
— Приведешь эту и скажешь, что поменял! — зло процедила Лера, указав на блондинку, которая стояла чуть в стороне и злобно смотрела на них, и лила слезы. — Да пусти ты!
С недюжинной силой она оттолкнула Юрия с дороги и быстро зашагала дальше. Сапоги и короткую шубку она не снимала. Благо что эти вещи она купила на свои деньги, еще до встречи с Юрием год назад.
Зло отпихнув ногой кулек с едой, лежащий на ее пути, Лера дернула ручку и выскочила в общественный коридор. Она начала нервно нажимать кнопку лифта, чтобы тот поскорее приехал. Она жаждала провалиться сквозь землю и никогда больше не видеть Авдеева. Это было так унизительно и противно. Он изменял ей с другой, и тут же говорил, что любит ее Леру. Нет, никакой любовью тут и не пахло.
Юрий тоже выскочил в коридор, и громко закричал:
— Лерочка! Прости меня! Прости. Я больше не буду!
— Пошел на х…! — она выплюнула матерное слово ему в лицо.
От ее слов Юрий опешил на миг и замер. Никогда Лерочка не материлась в его присутствии. Она всегда была сдержанной, вежливой, дипломатичной. Потому он даже растерялся.
Наконец приехал лифт, и она заскочила в него.
— И не смей мне звонить! Я тебя никогда не прощу! — безапелляционно заявила она.
Дверь лифта закрылась перед носом Авдеева.
Нажав кнопку первого этажа, Лера начала трясущимися руками застегивать сумочку. Перед ее глазами все плыло. Она была словно не в себе. Узнать, что человек, которого ты любила без ума, так легко развлекался за твоей спиной с другой девушкой…
Это было невозможно вынести. А если бы она не отпросилась с работы и не пришла так рано? То ничего бы и не узнала. И этот обманщик так бы и гулял от нее в тихушку! Может он раньше так и делал? А она наивная дура верила в его верность. Еще и пельмешки ручные ему стряпала, старалась угодить!
— Капец! Гад потаскушный! Думает, что я буду прощать его шашни, как жена его брата? Дудки! Я себя не на помойке нашла! — возмущенно причитала она сама себе.
Закинув сумочку на плечо, Лера выскочила из подъезда на улицу и по инерции прошагала по заснеженному тротуару шагов десять.
Потом резко остановилась.
— И что сейчас делать? — спросила она себя.
Только сейчас придя немного в себя, она осмотрелась и задумалась.
В первую очередь надо было найти ночлег, но где? Ехать в гостиницу — дорого. Да и наверняка все гостиницы сейчас забиты до отказа перед Новым Годом. Питер все же вторая столица, много народу приезжает на зимние праздники со всей страны.
— Наверняка только дорогущие остались. Или хостелы, но это если повезет.
Открыв сумку, она осмотрела кошелек, произнесла нахмурившись:
— Так… две тысячи наличкой, еще на карте тысяч пять и все. На несколько дней хватит. Блин, надо сейчас звонить, чтобы сразу поехать.
— Лерочка! Не уходи, Лера, я тебя люблю! — раздался истошный крик сверху.
Подняв голову она увидела как Юрий, который орал из окна в общественном коридоре, машет ей рукой.
— Вот мудак, — пробурчала она зло и, захлопнув сумочку, быстро пошла вперед.
Она хотела поскорее уйти, чтобы этот ходок даже не знал где ее искать. Пытаясь не подскользнуться на ледяных корках луж, она быстро забежала за угол дома. Здесь находилась большая детская площадка еще старого вида. С деревянной покосившейся горкой, домиком и высокими перекладинам для ходьбы. Дорога сбоку вела в сторону автобусной остановки на Лиговском проспекте.
Но она не знала пока куда ехать или идти, и надо было что-то решать. На дворе было темно и к тому же валил снег.
Лера быстро зашла в детский домик на площадке и уселась на влажную деревянную скамейку. Ноги ее в сапожках на каблуках оказались выше попы. Но все же здесь было лучше, чем снаружи. Снег не падал на голову, и ее было не видно.
Вытянув телефон, она хотела набрать в яндексе слова «дешевые отели», но тут экран засветился сам, и вылезла надпись:
«Любимый»
Лера тут же сбросила телефонный звонок Юрия и начала искать отели.
— Главное узнала, какой он мудачина до свадьбы! Да. Еще бы замуж за этого кобеля выскочила, — бубнила она, чувствуя, как ее руки начали замерзать.
Первые девять отелей были безумного дорогими, номер от десяти тысяч.
— Надо хостелы поискать, — размышляла вслух Лера и начла набирать новый поиск.
Телефон опять переключился и на экране вылез гад-«любимый». Снова сбросив, она быстро закинула неугомонного женишка в черный список.
— Вот так! — пробубнила она.
На ее удачу спустя полчаса ей удалось найти недорого хостел в центре Питера, на Адмиралтейской набережной. Всего тысяча рублей сутки. Она быстро дозвонилась до него и девушка администратор ей ответила:
— Одно место освободится только завтра. Один командировочный уезжает домой.
— Спасибо! А могу я приехать сегодня обождать у вас в холле?
— Нет. Холл маленький узкий. И не положено у нас так.
— Но мне негде ночевать, я сейчас на улице, — попыталась Лера надавить на жалость, хотя и сказала правду.
Конечно можно было переждать ночь в каком-нибудь баре или дискотеке, на крайний случай на вокзале. Но там было шумно, а в баре деньги еще платить, иначе не пустят ее. А денег у нее было всего семь тысяч, мало.
Следующая зарплата на работе только после праздников, четырнадцатого января. Ей еще жить две недели на что-то надо было. Даже к маме в Омск не уедешь. Билет меньше десятки сегодня не купить на самолет, праздники. Конечно, можно было попросить маму выслать деньги.
— Но это совсем на крайняк, — прошептала Лера себе под нос, мама была инвалид на пенсии, получала крохи. Лера сама постоянно высылала ей деньги.
«Нет не вариант. Обойдусь, — пробежала быстро мысль в голове Леры. — Можно у кого на работе занять, но так неудобно.
На удивление девушка из хостела оказалась добросердечной и заявила:
— Не могу вас пустить сегодня без брони койко-места, меня уволят за это. Но можете приехать завтра пораньше, часов в семь утра. Командировочный мужик с севера уже уедет, я вас сразу заселю, пораньше без доплаты.
— Огромное, спасибо. В семь приеду, — согласилась Лера.
На работу ей завтра не надо, она взяла два отгула, а на работу только девятого января. Так что завтра выспится в хостеле.
Связь прервалась, и телефон жалобно пискнул о том, что зарядки всего десять процентов.
— И зарядка у этого в доме, — простонала она, дуя на руки, они своем замерзли. — Надо где то переконтоваться до семи. На вокзал что ли пойти?
Думала она недолго, так как ее желудок начал сильно урчать от голода.
Обедала она в полдень, а сейчас было десять вечера. Она так надеялась на романтичный ужин с Юрием с роллами и пиццей, что купила по дороге.
— Истратила почти три тысячи на это, — вздохнула она. — Лучше бы сэкономила.
Совсем замерзнув, Лера вышла из домика и побрела к автобусной остановке, обглядываясь. Но Юрия вроде не было видно. Автобусы наверное уже не ходили.
— Надо завтра купить зарядку, — решила она. — А сейчас где-то поесть. — Искать дешевую кафешку, чтобы она еще работала. И где-то рядом, ехать куда-то денег на такси не было. Надо было экономить. — Поем и на вокзал, до утра…
В трех километрах был Витебский вокзал, вполне подойдет для сидения ночью.
Глава 2
Настроение было поганым.
Лера ожидала когда ей принесут еду, пытаясь согреться.
— Пожалуйста, ваш заказ, — раздался рядом с Лерой приятный голос парня-официанта, который поставил перед ней блюдо.
— Спасибо, — кивнула она, окинув взглядом тарелку.
В это позднее время на Лиговском работало только одно кафе-бар «Райский сад». Лера дошагала до него только часам к одиннадцати, окончательно замерзнув в своих тонких джинсах и вязанной кофточке под шубкой. Ценник этого кафе был не из дешевых, но выбирать не приходилось. Еще куда-то топать по холоду она не хотела.
Заказав шаверму за триста рублей и горячий чай, Лера уселась в самом тихом местечке в глубине зала. Быстро умяв вкусную сочную лепешку с мясом и овощами, девушка медленно потягивала горячий чай, и тянула время. Идти снова на промозглую ветреную улицу совсем не было желания.
Благо заведение работало круглосуточно. Сейчас в баре стали собираться какие-то странные личности, явно жаждущие провести ночь здесь, напиваясь аперитивами и коктейлями, сидя у барной стойки. Правда была еще одна компашка, небольшая из двух парней и пары девушек. Они похоже что-то праздновали, громко смеялись и чокались. Молодые мужчины, одетые в дорогие рубашки, и их спутницы в брендовых кофточках вызвали у Леры интерес и она некоторое время наблюдала за ними.
Их внешний респектабельный вид, казался странным для этого непримечательного заведения. Словно они оказались здесь случайно. Они сидели всего через столик от нее, и иногда до Леры долетали их речи. Она невольно поняла, что одна парочка провожает куда-то другую, по этому поводу они и зашли в это кафе-бар.
— Привет, могу я угостить тебя? — раздался над Лерой неприятный мужской голос.
Она даже вздрогнула от неожиданности. Над ней стоял какой-то неопрятный бугай с красным лицом, и небритой физиономией. Уже довольно подвыпивший, и точно жаждущий охмурить кого-то на ночь. Но Лера совершенно не хотела приключений на свой зад, потому тут же грубо ответила ему:
— Мимо проходи, я не пью.
— А че так?
— Не пью и все, отстань, — буркнула она и уткнулась в свой чай.
«Надо уже валить отсюда. Еще пьяных кавалеров мне не хватало, — подумала она про себя. — Наверняка думает, что раз пришла так поздно в бар, хочет чего-то. А я не хочу. Мне идти некуда».
— Ну и пошла ты… — бросил зло мужчина и отошел от нее.
Лера быстро помахала официанту и попросила чек. Он кивнул ей в ответ.
Переведя невольно взгляд на четверку молодых людей, она заметила, как один из них внимательно смотрит на нее. Приятный на лицо парень с темно-русыми короткими волосами. Почему-то его подружки не было за столом, наверное, она ушла в туалет. Лера отвернулась от молодого человека. Наверняка он слышал как этот бугай приставал к ней.
Появился официант, и Лера отдала ему пятьсот рублей бумажкой. Тот кивнул, отдал ей чек и удалился к другому столику.
Вздохнув, Лера поднялась на ноги. Идти на холодную промозглую улицу не хотелось. До вокзала отсюда было не меньше получаса пешком. Натянула шубку, и легкую вязанную шапочку на распущенные волосы и подхватив сумочку, направилась к двери.
Но не успела сделать несколько шагов, как черт из табакерки перед ней нарисовался тот самый бугай, да еще с пивом в руке.
— Уже уходишь?
— Да, — кивнула она, и попыталась обойти его.
Он схватил ее за руку и, как-то похабно ухмыляясь ей в лицо, заявил:
— Нее… давай я все же угощу… ты мне понравилась темноволосая…
— Отойдите, — повышая голос, сказала Лера, пытаясь выдернуть руку, но небритый мужик еще сильнее сжал ее запястье.
— Никуда не пойдешь! Я хочу с тобой выпить! — в лицо выдохнул он.
Лера даже отшатнулась. От него невыносимо несло перегаром.
— Оставьте меня, мне надо идти! — уже нервно произнесла Лера, чувствуя, что мужик просто так не отвяжется.
Она пыталась вырвать свою руку из его цепких пальцев. Но бугай схватил ее за воротник шубки и притянул девушку к себе и выдохнул над ней:
— Ишь, какая ломака… люблю таких… — так и держа ее за ворот шубки, он поволок ее к бару, на ходу безапелляционно заявляя: — Выпьем винца, потом прокачу тебя на своем джипе…
— Не хочу я пить! И кататься тоже, — уже в истерике завопила Лера, упираясь каблуками сапожек, но все же ковыляла за мужиком, боясь, что он порвет ей шубку своей поросшей шерстью лапой.
— Захочешь… — хмыкнул он.
И Лера в панике начала озираться по сторонам, думая, как сбежать от него. Ей вовсе не хотелось разъезжать по городу с бухим мужиком, от вида которого ее воротило. — Отпусти ее, — вдруг раздался мужской голос рядом.
Темно-русый парень, который сидел ранее через столик от нее встал на пути ее «ухажера». Быстро положил свою крепкую ладонь поверх руки бугая, в том месте, где тот держал Леру за шубку.
— Тебе чего, чувак? — огрызнулся небритый. — Это девка со мной!
— Что-то не видно! — парировал темноволосый, и тут же отцепив руку бугая от Леры, выкрутил ее.
Бугай невольно оттолкнул девушку, и она врезалась в ближайший столб, посреди залы, уткнувшись лицом в побелку. Содрала со щеки кожу, и простонала.
Сматерившись, пьяный мужик тут же полез в драку, целясь кулаком в лицо «заступника» Леры. Но промахнулся. Темноволосый парень умело отвернулся и саданул по скуле пьяного мужика. Лера отскочила от них, так как бугай упал на пол. Но быстро поднялся на ноги и вновь бросился с кулаками на темно-русого. Однако опять промахнулся и ударил кулаком в стул рядом.
В этот момент к ним подскочили два охранника, и скрутили неадекватного мужика, который, пытаясь достать противника, ударил по соседнему столику кулаком. Охранники уволокли бугая до раздевалки, насильно вручили верхнюю одежду и выдворили на улицу.
Спаситель Леры подошел к ней, и участливо спросил:
— Ты как?
Она подняла на него глаза, и тут же отметила его добрый серый взор.
— Вроде норм, — тихо ответила она, чувствуя, что по щеке что-то течет.
Приложила руку, на ее пальцах осталась кровь.
— Ты поранилась, держи, — молодой человек быстро достал из кармана платок и протянул ей.
— В угол столба лицом въехала, когда этот толкнул.
— Видел, — кивнул понятливо он, осматривая сильную ссадину на лице Леры. — Вроде неглубокая, шрама не должно быть.
— Надеюсь, — как-то печально выдала она. — Спасибо вам.
— Да не за что, — улыбнулся парень в ответ.
— И что здесь происходит?! — раздался вдруг позади них визгливый женский голос.
Вытянув шею, Лера увидела из-за плеча молодого человека, его рыжеволосую девушку, которая быстро приблизилась к ним.
— Дина, я… — начал было парень.
— Я только на секунду вышла, а ты уже клеишь кого-то?! — перебила она его тут же.
— Никого я не клеил, Дина! — возмутился он, и попытался ее успокоить. — И перестань так кричать, все смотрят.
— Пусть смотрят! — вспылила девица и тут же со всего размаха залепила ладонью по лицу парню.
— Ты что, спятила? — опешил он, схватившись за щеку. Было видно, что он ошарашен ее пощечиной. — Я просто помог девушке и все!
— Как же, всё! Я все видела! Ворковал над ней, когда я подошла! — не унималась девица.
Понимая, что сейчас начнется скандал, Лера протянула парню платок и тихо сказала:
— Спасибо вам, я пойду.
Он кивнул, взяв платок.
— Ещё и платок ей свой дал?! — тут же взбеленилась рыжая.
— У нее шла кровь, потому и дал, что ты начинаешь?
— Ты что скорая помощь? — не унималась девица.
Лера быстро отошла от них, решив сходить в туалет, посмотреть щеку. Закрыв в туалет дверь, она оперлась руками о раковину и взглянула на свое отражение. Вроде ссадина была неглубокая, и кровь уже не текла, но все равно пересекала всю щеку. Тяжело вздыхая, оправила волосы, чуть размазанную тушь. Потом сходила в туалет и помыла руки.
Когда она вернулась в зал кафе, истерика рыжей достигла апогея. Девица отчего-то была в верхней одежде, и пыталась выйти на улицу, что-то неразборчиво крича, и отпихивая темноволосого парня, который пытался ее остановить.
— Я сказала, что не полечу никуда с тобой и всё! — кричала она.
Лера решила ненадолго присесть за ближайший столик и дождаться пока парочка уйдет. Она нахмурилась, чувствуя себя неловко. Явно из-за нее эта ненормальная устроила парню разборки. Но он то ни в чем не был виноват. Сначала Лера думала помочь, объяснить все рыжей девушке и примерить парочку, но сейчас не вмешивалась, боясь разозлить эту рыжую фурию еще сильнее.
— Что значит, не полетишь?! — уже возмутился молодой человек громко. — У нас самолет через четыре часа. Дина, прекрати!
— А мне плевать на твой самолет и на твоих родителей! Один лети! — бросила она злорадно и выскочила на улицу.
Молодой человек выскочил вслед за ней прямо в одной рубашке.
Вернулся он спустя пять минут и быстро подошел к своему столику, где остались его знакомые.
— Села в такси и укатила, — недовольно заявил молодой человек, обращаясь к друзьям. — И что теперь делать?
— Может еще вернется? — предположил его друг.
— Может… — кисло ответил темноволосый.
— Мы пойдем, Тёма, уже поздно. Мне вставать завтра рано на работу, — сказала подружка второго.
— А, хорошо, идите, конечно, — кивнул Тимофей, и когда пара уже поднялась на ноги добавил: — Простите за эту сцену. Дина она…
— Знаем, знаем, не беспокойся, — похлопал его по плечу приятель. — Я уверен что она сейчас вернется, позвони ей.
— Надеюсь, — кивнул Тимофей.
Молодые люди быстро ретировались из залы.
Тимофей устало плюхнулся на широкий диванчик, и начал что-то набирать на телефоне.
Как Лере не хотелось уйти, но она решила подойти к этому парню. Жаль его было. Все же вступился за нее и из-за этого поссорился со своей девушкой.
— Могу я вам чем-то помочь? — спросила Лера участливо, подходя к его столику.
— Нет, — буркнул он, быстро подняв к ней лицо. — Что вы сделаете, если эта вспыльчивая истеричка заводиться с пол оборота. Еще и ревнует к каждому столбу.
— Благодарю, так меня еще никто не называл, — улыбнулась Лера, решив пошутить.
Ситуация и правда была глупая. Сначала этот пьяный мужик, потом эта истерика рыжей. Веселый вечер. Похоже, до вокзала она так и не доберется сегодня.
— Извините меня, ляпнул не подумав, — печально улыбнулся он в ответ.
— Тогда, если моя помощь не нужна, я пойду, — сказала приветливо Лера, надевая на темные волосы вязанную белую шапочку.
— У вас опять пошла кровь, — сказал он вдруг.
— Правда? — нахмурилась она, инстинктивно приложив ладонь к щеке, и ощущая на пальцах жидкость.
— Посидите здесь, я спрошу у них аптечку, там наверняка есть пластырь, — предложил Тимофей, вставая, и засовывая телефон в карман.
— Не надо, обойдусь, — замотала головой Лера.
— Присядьте, вам говорю, — настойчиво велел он. — На улицу с раной пойдете? Или вы опаздываете куда-то?
— Нет, я не тороплюсь.
— Отлично. Тогда подождите меня, я вернусь с аптечкой, — сказал он и быстро направился в сторону барной стойки.
Глава 3
Лера в который раз за сегодня опустилась на сиденье за столик, стянула с волос шапку. Начала рыться в сумочке, надеясь найти хоть что-то похожее на платок или тряпку. Но ничего не было, даже упаковки одноразовых салфеток. В сумке лежали только двое стрингов, паспорт и косметичка.
Стало жарко от всей этой катавасии, и Лера расстегнула шубку. Глянула на часы. Почти полночь.
На удивление Тимофей вернулся не один, а с каким-то мужчиной в белой рубашке, с беджиком на груди.
— Добрый вечер, — поздоровался мужчина. — Я дежурный администратор бара. Давайте я осмотрю вашу рану, у меня есть корочки оказания первой помощи.
— О, спасибо, — кивнула Лера, и мужчина тут же уселся рядом с ней, деловито разложив на столе аптечку.
Он начал умело протирать рану девушки какой-то вонючей салфеткой. Тимофей стоял рядом.
— Извините, что так вышло, — обратился к Лере администратор кафе, убирая окровавленную салфетку. — Вообще, у нашей охраны четкие указания — всех дебоширов и особо агрессивных посетителей сразу выдворять из заведения. Это сегодня что-то они не заметили, как он пристал к вам.
— Ничего страшного, бывает, — вздохнула она.
Она подумала о том, что этот пьяный мужик был еще не самым страшным, что с ней сегодня приключилось.
Пустота в душе и какая-то злость на Юрия так и не оставляли ее сердца. Она столько сделала для него за этот год. То готовила вкусные изысканные ужины, то сюрпризы в виде дорогих билетов на концерт покупала. Не считая того, что всю уборку по дому делала она, как и готовила. Пыталась угодить и порадовать любимого. И за все он отплатил черной неблагодарностью. Это было для Леры ударом.
Но зато сейчас она вновь и вновь вспоминала мудрые слова матери.
«Лерочка, если мужчина тебя любит и ты ему действительно нужна, он не будет смотреть на твою внешность, и на твои кулинарные способности. Он будет принимать и любить тебя такой какая ты есть, терпеть тебя со всеми твоими закидонами и недостатками. Даже если ты будешь никчемной хозяйкой или грязнулей. А если не любит, то хоть расстелись перед ним по полной, он все равно уйдет или будет изменять».
Тогда два года назад эти слова матери казались Лере непонятными и явно не соответствующими действительности. Но сегодня она поняла, что Юрий именно использовал ее, и совсем не любил. Ведь не мог любящий человек изменять ей нагло, да еще в квартире, где они жили почти семьей. Мерзость.
Лера тряхнула головой, пытаясь позабыть все это.
— Все теперь, точно кровь не пойдет. Через два-три часа снимите, и все, — произнес администратор, поднимаясь и забирая свою аптечку.
— Спасибо, — кивнула Лера.
В этот момент около них появился официант с подносом, и начал быстро выставлять на столик какие-то разноцветные коктейли, небольшую тарелку с фруктами и сыром, и хрустящие хлебцы.
— Решил немного успокоить нервы вкусным коктейлем, составите мне компанию? — спросил Тимофей, улыбаясь Лере и садясь напротив за столик. — А то после сегодняшнего веселого вечера, до сих пор трясет.
Он словно прочитал ее мысли о том, что денек сегодня был крайне дурной и нервный.
— Эээ, — Лера замялась, не зная как поступить.
Молодой человек итак для нее уже много сегодня сделал, и злоупотреблять его добротой ей не хотелось. Она ведь не была с ним знакома.
— Или все же вы куда-то торопитесь?
— Нет. До утра я совершенно свободна, — ляпнула Лера, и поняла, что сказала лишнее.
— Отлично, тогда я угощаю. Не переживайте на счет денег, я за все заплатил.
Он снова прочитал ее мысли о том, что у нее совсем мало денег для этих коктейлей.
Он так пронзительно и по-доброму смотрел на нее, что Лера улыбнулась ему в ответ и стянула с плеч шубку.
— Хорошо, спасибо, — тихо ответила она.
— Берите, не стесняйтесь, какой нравится, — кивнул он и достал телефон. — Я пока Дине позвоню.
Лера кивнула и осторожно взяла треугольный бокал с оранжевым коктейлем, и кусочком киви на краешке чаши. Она отхлебнула, наслаждаясь кисло-сладким вкусом. Он был без алкоголя, и она довольно выпила половину.
— Блин, вот обижуля, — пробурчал Тимофей. — Не берет трубу. — Он поднял глаза на Леру. — Я без алкоголя заказал, не знал, пьете вы его или нет.
— Очень хорошо, — улыбнулась она. — Вкусный.
Она отметила, что Тимофей немного пьян, наверняка с друзьями чуть ранее пили алкогольные коктейли или что крепче.
— Рад, вы фрукты берите, не стесняйтесь, — кивнул он и снова уткнулся в телефон. — Попробую по ватсапу написать.
Он начал что-то строчить в телефоне, и спустя пять минут громко выругался:
— Вот коза!
Лера удивленно подняла на него глаза, даже не думая, что такой воспитанный малодой человек может так ругаться. На ее округлившиеся глаза, он протянул ей телефон, показывая что-то написанное в ватаппе. Лера невольно прочитала последние две фразы.
«Диночка, лапуля, давай прекращай дуться, возвращайся. Я тебя люблю» — это писал Тимофей.
«Пошел на хрен, скотина! Я тебя бросаю. Между нами все кончено!» — писала в ответ Дина.
Он убрал телефон, и Лера подумала о том, что Тимофей уж точно не «скотина», не вязалось это нехорошее слово с его образом.
Ей вдруг показалось, что ситуации у них с Тимофеем похожие. Только она бросила почти с теми же словами Юру, а его Дина. Только с одним «но». У Леры был весомый повод сделать это. А у этой рыжеволосой девицы — нет. Тимофей точно ни в чем не виноват. Просто заступился за девушку, как порядочный мужчина и все. И она искренне не понимала эту истеричку Дину. На пустом месте взяла и поссорилась с таким хорошим мужиком, еще и очень симпатичным.
Лера опять быстро скользнула взглядом по Тимофею. Аккуратно постриженные темнл-русые волосы уложены в модную прическу, правильные черты лица, высокие скулы и лоб, живые красивые серые глаза. Да и плечи широкие под рубашкой и торс подтянутый. Наверняка занимается в спортзале. И чего этой Дине еще надо? Например, Юра за последний год отрастил даже небольшой пузик на домашних харчах, а про спорт даже слышать ничего не хотел, вопил что устает на работе. На вид Тимофею было лет двадцать семь, может тридцать.
— Ну всё, еще и заблочила меня везде, — несчастно расстроился Тимофей, поджимая губы и невидящим взглядом смотря в телефон.
Лера отчетливо видела, что он по-настоящему расстроен, и не играет. Поджимал губы, и нервно подергивал плечом. Похоже любит эту скандалистку Дину. Лера решила его утешить.
— Вы не переживайте, такие обычно вспылят, а потом уже думают головой, — сказала она. — Она обязательно вернется.
— Когда? У нас через два часа самолет в Сургут. Один я не могу лететь.
— Вы из Сургута?
— Родился там. Уехал оттуда десять лет назад. На январские праздники собирались с ней вместе слетать.
— Все в Новый год на море, а вы в тайгу, медведей смотреть? — пошутила она.
— Нет, — ухмыльнулся он, кончиками губ, оценив ее шутку. — Мы к моим родителям должны были лететь в гости.
— Понятно.
— Да и не вернется она. Написала, что хочет проучить меня, — начал изливать ей душу Тимофей.
Лера знала, что порой незнакомому человеку открыться легче, чем родному. Потому добавила:
— Летите один, еще билет пропадет, будет жаль. Родителей повидаете, и вернетесь, ваша Дина уже остынет и у вас снова будет все хорошо.
Он долго задумчиво смотрел на нее и молчал. Лера даже смутилась от его настойчивого взгляда.
— Вам завтра на работу? Точнее уже сегодня, — поправился он.
— Нет, у меня отгулы до Нового года. А что?
— Я просто подумал… может вы полетите в Сургут со мной? Что скажете?
— Я? Нет, я не могу, — залепетала она, опешив. — Я вас не знаю и вообще… — она пыталась объяснить почему не может. — У вас Дина есть.
— Вот в пути и познакомимся.
— Нет, это глупость какая-то. Куда я с вами полечу? — мотала пораженно головой Лера.
— С билетом я договорюсь, поменяем на вас в аэропорту, у меня там знакомый есть. Вам когда на работу? Или вы не работаете?
— Девятого на работу, — машинально ответила она.
— Отлично. Восьмого вернемся.
— Нет, вы что? Это как-то ненормально, вот так вот…
— Вы не думайте, я очень спокойный и положительный. К вам приставать не буду. Вся поездка за мой счет. Слетаем к моим родителям и обратно. Они все равно не видели Дину. Я представлю вас, как свою невесту. Они рады, вам развлечение, и я буду доволен.
Глаза Леры округлялись все больше. Как он отлично все уже спланировал и решил за нее. Ощущался его властный характер.
— Я же сказала, нет, мы не знакомы с вами, — твердо заявила Лера, даже не сомневаясь в его порядочности.
Однако какой-то внутренний голосок затвердил ей:
«Лети с этим парнем, красавец, все оплачивает, приставать не будет. И на жилье и еду тратиться не надо. Девятого вернешься и через день зарплата, и все проблемы решены».
— Как вас зовут?
— Лера.
— Прекрасно, Валерия, я Тимофей. Теперь знакомы, — он чуть помолчал и проникновенно продолжал: — Знаете, Лера, я хотел Дину как невесту представить родителям. Они уже давно простят воочию ее увидеть, так сказать. У нас в феврале свадьба должна быть. Но я вот сейчас подумал, зачем мне эта свадьба? Постоянно вынос мозга потом будет, истерики. Она уже полгода воспитывает меня, пытается под себя переделать. Надоело. Я бы и сейчас порвал с Диной, раз она ведет себя неадекватно. Думаете это первый раз сегодня?
— Не в первый?
— Нет, постоянно дураком меня выставляет на людях. Не могу заговорить ни с одной девушкой, сразу приступ необоснованной ревности. Даже на работу ко мне приходит и скандалит. Последний раз на мою секретаршу вылила кофе зачем-то. Приревновала. А у Ирины, моя секретарша, муж прекрасный и двое маленьких детей. Нафига я ей? Да и я как-то не привык сразу с двумя девушками.
— И что ни разу не изменяли?
— Нет. Зачем? Я же не турецкий султан. Гарем мне не нужен, — пошутил он. — Простите, что — то меня понесло. Не надо было говорить все это вам. Просто накипело. Обычно я молчун еще тот.
— Да, ничего. Сказал и легче стало. Ох, простите, сказали.
— Давай на ты?
— Хорошо.
— Лера, понимаешь, я родителям обещал, они ждут. Знаю, готовят семейный ужин на Новый год. Мать сильно расстроится. Я ж у нее один сын.
Он так убедительно говорил, как-то даже просяще, и смотрел на нее немигающим завораживающим взглядом, словно гипнотизируя.
Предложение Тимофея казалось Лере дико авантюрным и невероятно заманчивым.
— Ну что, Валерия, полетишь со мной в Сургут? Теплого моря не обещаю, но медведя точно найдем, думаю.
— Можно, наверное…, — вдруг тихо ответила она, сама от себя не ожидая.
— Правда? Я очень рад! — выпалил он радостно, видимо даже не ожидая от нее положительного ответа. И снова затараторил: — Правильно, что согласилась. Как я и обещал приставать не буду. Все устрою как надо. Все за мой счет. Ты не переживай. Сейчас прямо в аэропорт и махнем, да? Вещи у меня с собой. Подожди, а тебя никто не потеряет? И вещи тебе надо, наверное, собрать?
— Не потеряют, — сказала она, поджав губы, и вновь вспомнив об измене Юры. — И из вещей у меня одна сумочка. И ничего больше нет. На работу мне девятого. Ни о чем больше не спрашивай. Если уверен в своем решении, то я готова поехать с тобой, Тимофей.
— Офигеть, просто. Кратко и все по полочкам. Конечно, уверен, иначе бы не предложил. Больше ничего спрашивать не буду, — улыбнулся он в ответ. — Тогда поехали в аэропорт. Не переживай, если что вещи тебе завтра в Сургуте купим, деньги у меня есть.
Он торопливо встал и кинул на стол бумажку в десять тысяч.
И тут же подхватил шубку Леры и открыл ее. Она вновь опешила. Она даже не по
мнила, когда Юрий помогал ей одевать верхнюю одежду. Она поблагодарила Тимофея, и залезла в свою шубку. Захватив шапочку, она натянула ее на голову, и взяла сумку.
Быстро накинув на себя короткую легкую дубленку, он поднял с сидения небольшой рюкзак, и закинул на спину.
— Пойдем? — пригласил он, пропуская ее вперед.
Они вышли на заснеженную улицу, и Тимофей быстро начал что-то набирать в телефоне.
— Через три минуты будет, — коротко бросил он.
Спустя пять минут подъехало такси, и Тимофей открыл перед Лерой дверцу. Она села внутрь теплой машины. Тимофей обошел с другой стороны машины и сел рядом с ней сзади. Озвучив таксисту еще раз, что надо ехать в аэропорт и как можно быстрее, Тимофей подбадривающе улыбнулся Лере и сказал:
— Не бойся, я не кусаюсь. Обещаю вести себя хорошо.
Видимо вид у нее был уж очень напуганный, подумалось ей, раз он так сказал. Она улыбнулась ему в ответ и отвернулась к окну, зажав между коленей озябшие пальцы рук.
Смотря на заснеженный пробегающий пейзаж за окном такси, Лера про себя подумала:
«Чтобы сказала мама… села с малознакомым мужчиной в такси и еще и еду в Сургут… как так можно… после двух часов знакомства..».
Глава 4
Стоя у квадратной колонны, посреди громадного зала отправления, Лера нервно жамкала в руках сумочку. Тимофей убежал с ее паспортом обменивать билеты почти час назад. На часах уже было почти четыре утра, а на табло вылетов и прилетов, под которым стояла Лера горела надпись — отправление самолета в Сургут в четыре двадцать. Это нервировало ее.
— Что же я делаю…, — шептала она себе под нос, оглядываясь по сторонам. — Еще и паспорт отдала ему, а вдруг он не вернется? Тогда… — она нахмурилась. — Нет такого не может быть, Высшие Силы не могут так жестоко подшутить надо мной.
Тимофей велел ей оставаться здесь, рядом с табло, и она с нетерпением ждала его. Кругом сновал разномастный народ, кто с чемоданами, кто с детьми, кто с едой. В этот час в Пулково было людно и шумно, несмотря на глубокую ночь. Сказывалось приближение Нового года. Занималось морозное утро тридцатого декабря, и все спешили улететь домой, к близким или на отдых.
— Лечу непонятно с кем, непонятно куда…, — шептала она себе под нос, высматривая высокую поджарую фигуру своего нового знакомца в бурлящей толпе. — Нет, куда понятно. В Сургут. В край нефти и снегов. Мда, Валерия Андреевна влипла ты по полной… но остальные варианты еще хуже…
— Всё поменял! — раздался у ее уха знакомый голос.
Лера даже вздрогнула, быстро оборачиваясь к молодому человеку. Тимофей приблизился как-то незаметно, и она не услышала его шагов в этом шуме.
Он протянул ей паспорт. Улыбнулся по-доброму и спросил:
— Еще не передумала лететь со мной?
Окинув пронзительным взглядом его приятное лицо с живыми глазами, которые искрились, Лера облегченно выдохнула.
— Полечу, — кивнула она, забирая свой паспорт.
И не могло быть иначе. Не мог он оказаться жуликом, такие у него глаза чистые и добрые.
— Окей! Тогда пошли скорее, посадка уже идет.
Ухватив ее за руку, он потащил Леру за собой куда-то в самую гущу людей.
— Мишка Кузнецов меня отпускать не хотел. Пришлось выпить с ним коньяка за встречу, все ж старинные друзья мы, в МГиМО вместе учились, — объяснял Тимофей, чуть оборачиваясь к девушке и продолжая быстро идти. — Но ничего успеем. Главное он билет тебе заменил. Я ему сказал, если опоздаем на самолет, то приеду с невестой ночевать к нему. — Он рассмеялся и добавил: — Он между прочим на Невском живет, в шикарном особняке девятнадцатого века.
— Ничего себе, — улыбнулась Лера, стараясь успевать за его широким шагом и не свалиться на своих сапогах с большими каблуками.
Уворачиваясь от проходящих мимо людей, они подбежали к нужной стойке регистрации. Пассажиров уже не было, и две девушки в униформах нетерпеливо оглядывали зал. Увидев их одна тут же воскликнула:
— Господин Малахов, Тимофей Александрович?
— Да. Вот документы и билеты, Лера давайте свой паспорт, — велел он.
— Хорошо-хорошо, — закивала вторая девушка в форме, сидящая за компом, быстро что-то стуча по клавишам. — Ждем только вас. Самолет итак уже задержали на пятнадцать минут.
— Из-за нас? — невольно пискнула Лера.
— Конечно из-за вас. Как же еще. Кузнецов приказал, — кивнула вторая девушка, проворно цепляя на небольшой рюкзак Тимофея бирку «ручная кладь». — Ничего, не переживайте, пилот нагонит это время в пути в Сургут, прилетите по расписанию.
— Все. Ступайте быстрее на второй этаж по эскалатору, там вас уже ждут, проводят в самолет, — велела первая, указывая в бок.
Тимофей и Лера поспешили наверх, и быстро забрались на бегущую вверх «ленту».
— А этот ваш Кузнецов, какой-то начальник здесь? — спросила невольно Лера, чуть привстав на цыпочки, говоря тихо Тимофею на ухо.
— Ага, — ухмыльнулся он. — Начальник аэропорта.
— Ааа, — протянула Лера, окончательно стушевавшись.
Они уже дошли до другой девушки в форме, и та быстро пробив их билеты, указала им в направлении прохода в рукав, ведущий к самолету. Войдя на борт, Тимофей протянул билетики стюардессе, встречающей их.
— Господин Малахов, здравствуйте. Прошу вас, вот ваши места, — поприветствовала стюардесса, нацепив дежурную улыбку на лицо и указывая рукой на два места сбоку.
— Сядешь к окну? — спросил Тимофей Леру.
— Сюда? — опешила она снова, видя, что их усадили в салон бизнес-класса. Быстро кивнула. — Ладно, к окну.
Плюхнувшись на сидение, и прижав к себе сумочку, она пораженно смотрела вокруг. Стюардесса быстро убежала сообщать командиру экипажа, что все пассажиры на борту и можно взлетать.
Лера же пораженно смотрела на Тимофея, который деловито сел рядом, поставил свой рюкзак впереди и начал поправлять плечевой ремень. Вопросы Леры множились и она недоумевала. Конечно же она и раньше летала на самолетах и много раз, но сейчас их посадили в первый салон бизнес класса.
Она хотела спросить у Тимофея не ошибка ли это? Ведь места в бизнес стоили очень дорого.
— Мы что… — начала Лера и тут же замолкла, боясь выглядеть глупо.
— Что-то не так? — обернулся он к ней, доставая наушники из рюкзака.
— Нет, все в порядке, — пролепетала она, все еще не силах осознать, что это все происходит с ней.
— Разденешься? — предложил Малахов, вставая и сняв свою куртку повесил на плечики, позади сидения. — Давай повешу.
— Да, спасибо, — кивнула Лера, снимая и протягивая ему свою короткую норковую шубку.
Лера прекрасно знала сколько стоят билеты в бизнес. Раза в три дороже, чем обычный билет в общем салоне.
Бизнес салон на двенадцать мест был почти пустым. Только впереди слева от них сидел некий пожилой мужчина в очках, сосредоточенно читающий газету.
Места здесь располагались по два в ряду, и были гораздо шире обычных мест и сделаны в виде кожаных просторных кресел. До переднего кресла было большое расстояние, удобное для ног или багажа. Плед и одноразовые тапочки, упакованные в пакет, лежали сбоку на широком подлокотнике.
Вновь появилась та же стюардесса и вежливо спросила у них:
— Будете что-то пить? Есть вино белое, красное, шампанское, коньяк, чай, кофе, соки, вода.
— Шампанское сухое? — спросил Тимофей, расстегивая верхние пуговицы рубашки.
— Нет, полусладкое, — ответила стюардесса.
— Тогда бокал белого вина.
— А вам? — обратилась стюардесса к Лере.
— Кофе если можно, — тихо ответила та.
На ее реплику Малахов как-то насмешливо хмыкнул, и поморщил нос.
— Девушка, принесите два бокала белого, — велел он стюардессе, и настойчиво посмотрел на свою спутницу. — Выпьем за нашу встречу. Идет? Или ты не пьешь спиртного?
— Можно выпить, — тихо отозвалась Лера, думая, что надо как-то снять нервное напряжение, которое владело ее телом в этот миг.
Ее смущало все: от красивого молодого Тимофея, сидящего рядом, до салона самолета бизнес-класса, в котором она находилась сейчас. Но больше всего ее нервировал какой-то сверлящий злой взор стюардессы.
— Прекрасно, потом и кофе, — кивнул Тимофей.
— Сейчас все принесу, — выдала стюардесса, и на ее лице внось появилась дежурная улыбка, обращенная к Малахову. Она указала на небольшую брошуру с картинками. — Посмотрите пока меню, что будете кушать. Там по три блюда на выбор.
— Благодарю, — ответил Тимофей.
Стюардесса быстро ретировалась, и Лера облегченно выдохнула. Она тоже взяла меню, и начала изучать его. По громкоговорителю зазвучал женский голос, говоривший о том, что рейс оправляется по маршруту Санкт-Петербург — Сургут, время в пути пять часов тридцать минут, и что надо пристегнуть ремни.
Лера быстро сделала выбор по меню, пристегнула ремень и начала рассматривать в окно взлетную полосу и аэропорт.
В это время ее спутник тыкал пальцем в своем айфоне и через какое-то время себе под нос пробубнил:
— Коза, так и не берет трубу.
Лера поджала губы, понимая, что он звонил своей невесте. Отчего-то ей стало обидно за него, все же Тимофей не заслуживал такого отношения к себе. И вообще, что он такого натворил то? Всего лишь вступился за другую девушку, к которой пристал пьяный мужик. Эта Дина точно была не козой, а дурой. Подумалось Лере. Но она тут же осекла себя, не хорошо было обзывать незнакомого человека.
— Ну и фиг с тобой. Больше не буду звонить, — заявил злым шепотом молодой человек и переключил телефон в режим полета.
Появилась девушка с подносом и белым вином в двух бокалах и небольшой тарелочкой фруктов. Она все поставила на открытый откидной столик Тимофея, и спросив не надо ли еще чего важно удалилась.
— Выпьем за наш неожиданный вояж вместе? — предложил Малахов, улыбаясь и протягивая Лере второй бокал с вином.
Девушка взяла у него вино и улыбнулась.
— Свалилась я вам, как снег на голову, а у вас все уже было запланировано.
— Ладно, снежинка, говори уже мне «ты», а то мама не поверит, что ты моя невеста, — улыбнулся он, рассматривая ее бежевую водолазку, обтягивающую грудь.
— Хорошо, — кивнула она, замечая его оценивающий взгляд, подумав о том, что точно одета не для похода в гости.
Лера немного смутилась, и невольно одернула рукав водолазки. Он словно прочитал ее мысли и сказал:
— Лера, ты не переживай за одежду. Как и обещал, прилетим в Сургут, заедим в торговый центр, купим тебе шмоток, каких надо. Потом уже в Высокий поедем.
— Высокий это город?
— Поселок городского типа. У родителей там дом на окраине. С Москвы кстати в Высокий легче добраться, маленький самолет летает. Я даже после работы успеваю до полуночи добраться.
— Вы разве не в Петербурге живете?
— Нет, в Москве. Это Дина из Питера, я постоянно к ней и мотаюсь сюда.
— Понятно, — она чуть помолчала, смотря на заснеженный город с высоты птичьего полета. Самолет все набирал высоту. — Я никогда не летала бизнес-классом.
— Вот и попробуешь, — улыбнулся он. — Я беру бизнес только из-за сидений. Расстояние больше для ног, вытянуть можно. В сидении основного салона ноги у меня затекают. Я часто летаю, не всегда бывает бизнес, как сегодня.
— Летаете по работе?
— Летаешь, Лер, — поправил он, улыбаясь. Она невольно отметила, что он рассматривает ее губы. Но Малахов быстро убрал взгляд, чтобы она не заметила, но она заметила. — Я же тебе не твой босс, а временный жених.
— Летаешь по работе? — улыбнулась она в ответ, отпивая из своего бокала вино.
Ей очень хотелось съесть дольку яблока, но она стеснялась взять, тарелка стояла на откидном столике Тимофея.
— В основном да, по работе, приходиться по всей стране мотаться, ну и в Европу еще. У нас там пара представительств нашей компании. В Питер часто езжу, обычно на Сапсане, быстрее получается.
Лера хотела спросить, чем же Малахов занимается, но промолчала. Было совсем неудобно его расспрашивать, пусть лучше рассказывает, что считает нужным.
— А ты где училась? — спросил ее Тимофей.
— В Санкт-Петербургском университете, экономический факультет.
— И кем работаешь?
— Зам главбуха в мебельной фирме.
— Значит бухгалтер?
— Да.
— А я на международно-правовом в МГИМО, но ни разу не работал по специальности. Хотя языки мне очень пригодись в работе, особенно английский в совершенстве, сейчас еще и китайский нужен. Много инструкций по машинам и робототехники на китайском написано. У меня в фирме только мой заместитель знает китайский, остальные ни бум-бум. Записал всех с нового года на курсы китайского. А то ничего в схемах понять не могут, а мне к лету надо новый конвейер по сборке машин собрать и запустить.
.
На обед Лера заказала горбушу под сыром с овощным гарниром, и свекольный салат с орехами. Все было очень вкусно.
Быстро умяв свой бистроганов с тушеной картошкой, Тимофей переключил внимание на кофе. Надо было открыть крышку бумажного стаканчика, Насыпать сахар, сливки, и помешать. Потом снова закрыть. В этот момент самолет начало трясти, и пилот объявил о турбулентности и попросил пристегнуть ремни.
Аккуратно поставив уже готовый кофе на свой откидной столик, молодой человек вдруг произнес:
— Давай обсудим твой гонорар.
— Гонорар? — опешила Лера, не понимая.
— Ну, одежда за мой счет, проживание, билеты тоже — это понятно. И у тебя же должно что-то остаться за твои услуги.
— Звучит как-то пошло, — поморщилась она.
— Глупости. Услуги эскорта же оплачиваются, и тамада, например, А ты как актриса играешь роль невесты перед моими родителями. Полста пойдет за десять дней?
— Пятьдесят тысяч?
— Да. Мало? — спросил он.
— Не надо мне денег, — категорично замотала головой она, окончательно смутившись, у нее даже щеки заалели. — Ты итак меня приютил, мне есть где жить ближайшие дни, кормишь, поишь. Не надо ничего.
— Лера, давай вот без этого, не люблю я быть должен. Ты мне итак такую услугу оказываешь. Где я актрису бы нашел за час до отлета?
— Я сказала ничего не надо. Свозишь меня в Сургут, покажешь город, и все. Мне бы так пришлось снимать номер в хостеле. Итак кучу денег съэкономлю.
— Лера, так не пойдет.
— Пойдет. И пожалуйста, Тимофей давай закроем этот вопрос, — твердо заявила она, сев прямо, и отвернув лицо к иллюминатору, делая вид что больше не будет говорить на эту щекотливую тему.
— Ладно, проехали, — хмыкнул он, рассматривая ее распущенные волосы, лежащие волнами на плечах.
Отчего-то ему захотелось потрогать их, и ощутить такие ли они мягкие на ощупь, как кажутся.
— Как ты оказалась на улице, в том кафе ночью? С родителями поссорилась?
— Могу я не отвечать на этот вопрос? — спросила она тихо, оборачиваясь к нему.
— Можешь, — вздохнул он, и вытянув ноги. — С твоего позволения я немного вздремну, голова раскалывается. Зря столько коньяку хряпнул с Кузнецовым.
Глава 5
В Сургут молодые люди прилетели к полудню по местному времени. Еще в самолете они договорившись поехать в самый большой торговый центр города. Пока получили багаж и вышли на улицу с аэропорта прошло часа два.
Погода в Сургуте была гораздо холоднее чем в Петербурге, морозец почти десять градусов и ветер. Правда небо было ясным и светило солнце, но совершенно не грея. В своей короткой шубке, Лера успела озябнуть‚ пока они ждали такси.
Спустя полчаса они вошли в четырехэтажный многолюдный торговый центр.
Малахов предложил сначала как следует поесть, а уж потом отправиться по бутикам. Лера со всем соглашалась, лишь высказалась, что ей не нужна одежда.
— Это не обсуждается, Лера. Приеду с невестой, а у тебя только сумочка с помадой, — заявил он поморщившись. — Мать мне точно выволочку устроит. Скажет, что я экономлю на тебе.
— Но…
— Все идем, — велел он, подставляя ей руку.
Лера осторожно взялась за его локоть и пошла за ним. Ей было непривычно идти под руку с мужчиной. Игорь никогда не предлагал ей локоть. Просто обычно шел рядом. Он и двери ей не открывал, в отличие от Тимофея.
— Сначала теплую одежду тебе купим, — продолжал размышлять он. — Брюки там или юбку длинную Чтобы было в чем гулять и на замерзнуть, и что-то без каблуков еще, сапоги или ботинки удобные.
— Как скажешь, тебе лучше знать, какая у тебя невеста, — кивнула она, улыбнувшись.
Прищурившись, Тимофей внимательно посмотрел на девушку:
— Подкалываешь, что ли? — спросил он.
— Даже и не думала, — честно ответила Лера. — Просто я же не знаю, как должна выглядеть твоя невеста.
— Убедила, — оскалился довольно он. — Дина постоянно меня тролила, вот и подумал.
— Я не Дина, — сказала она тихо, осматривая бутик мимо которого они проходили. — К тому же мне неизвестно, что может поправится твоим родителям. Как вообще я должна себя вести?
— Ты любая понравишься. У меня мировые родители. Главное, чтобы девушка мне нравилась. Единственное, они точно не переносят, когда человек неискренен или играет на публику.
— Хорошо, я поняла, постараюсь быть естественной, — кивнула Лера.
Она вдруг задумалась. Это было даже интересно, сыграть эту роль: невесты такого воспитанного красивого парня и не подвести. В детстве Лера играла в школьном театре, и тогда её даже хвалили учителя. Потому сейчас этот эксперимент ее даже захватил.
Молодые люди следовали дальше, рассматривая пробегающие мимо бутики, и в какой-то момент Тимофей вдруг сказал:
— И да, ты мне нравишься.
— Правда? — опешила она.
— Да. Внешне я имею виду, — объяснил он. — Мой любимый типаж: худенькая, среднего роста и волосы густые.
— Приятно слышать, — Лера смущенно, опуская глаза.
— И как постоянно смущаешься тоже нравится, — добавил он.
Окончательно смутившись и чувствуя, как ее сердце бешено бьется, Лера быстро протараторила:
— Может сюда зайдем, в Зару? Тут вещи качественные и могут быть скидки.
— Пошли, — кивнул он, следуя за девушкой внутрь просторного магазина-бутика. — Ты иди посмотри вещи, какие понравятся. Я тут сяду. Как наберешь, в примерочную вместе сходим.
— Хорошо, — кивнула Лера и уже устремилась вперед, но снова обернулась. — А сколько вещей брать?
— Ну пару на низ, и наверх что-то. По цене не смотри, деньги есть. Главное, чтобы сидело хорошо и стильно.
Понятливо кивнув Лера поспешил в зал.
По магазинам они ходили несколько часов. Лера мерила вещи и выходила из примерочной, Тимофей одобрял выбор, и расплачивался картой. Купив небольшой чемоданчик на колесиках, сразу складывали туда новый Лерин гардероб, прикупив еще спальный и домашний комплекты одежды, в так же обувь.
Ближе к пяти они находились на первом этаже торгового центра, когда Тимофей взмолился:
— Лер, слушай, ты может одна дальше сходишь? Белье только и платье осталось. А я здесь в холе посижу. Ноги гудят. И голова так и не прошла.
— Могу и сама. Я выберу и за тобой приду, — кивнула Лера, она вообще была поражена, что молодой человек терпеливо ходил с ней столько часов подряд.
Юра никогда бы не стал этого делать. Он вообще на дух не переносил женские магазины с одеждой.
— И ты не обидишься? — удивился Малахов.
— Нет, кончено.
— Странно. Дина бы точно губы надула.
— Я не Дина, — повторила она уже в который раз.
— Это уж точно, — улыбнулся он, и порывшись в своем портмоне вытянул серебристую пластиковую карточку. — И не надо ходить, Возьми. Здесь тридцатка должна быть. Думаю, хватит.
— Ты даешь мне свою карточку?
— А что сбежать собралась?
— Нет, конечно, — улыбнулась она.
— Я и не сомневался. Вид у тебя слишком скромный для воришки, — хмыкнул он. — Запиши в телефон код.
— Он у меня разрядился.
— Ладно, тогда так запоминай, Три, три, пять, семь, — сказал он усаживаясь на жесткий диванчик у столба, мимо которого сновали покупатели торгового центра.
— Запомнила. Я постараюсь взять платье подешевле.
— Блин, Лера, я же говорил, не надо дешевле. Купи красивое платье, а то все при параде, а ты как замухрышка будешь? Мама у меня любит застолья устраивать на Новый Год, вечернее платье обязательно. И про белье тоже не забудь.
— Как скажешь, господин заказчик, — пошутила она.
— Только долго не ходи, пожалуйста, уже почти пять часов. Перекусим в кафешке и сразу машину в Высокий закажу.
— Я поняла, Тимофей.
Он устало откинулся на спинку.
— Лер! — окликнул он ее — Если платье будет дороже и понравится тебе, то придешь сюда, я оплачу другой картой.
— Хорошо.
.
Спустя час Лера вернулась с небольшим бумажным пакетом, довольная и уставшая. Малахов в этот момент откинувшись на жесткую спинку скамьи, прикрыв глаза и вытянув длинные ноги, дремал. Стараясь не шуметь, Лера открыла свой новый чемоданчик, стоявший рядом с молодым человеком и убрала туда купленные вещи. В этот момент Тимофей чуть храпанул, и она поняла, что он уснул. Бросив взгляд на ручные часы, она поняла, что все же надо его разбудить. На часах доходило шесть.
— Тимофей, — позвала она тихо, склоняясь к нему и легонько потеребила его за плечо.
Немедленно встрепенувшись, Малахов открыл глаза, и сел ровно.
— Сколько времени? — спросил он хриплым ото сна голосом, и прокашлялся.
— Почти шесть. Вот карточка.
— Всё купила? Денег хватило?
Он зевнул, оправляя свою рубашку, чуть вытянувшуюся из брюк, и покрутил головой.
— Прости, на карте всего четыреста рублей осталось. Ты сказал не экономить. Но я купила и платье и белье, еще туфли под платье, убрала уже все в чемодан.
— И умница. Всё, сейчас идем в кафешку, и потом поедем, — произнес он, забирая у нее карточку и протянул не глядя руку к небольшому мягкому дипломату, но его рука пролетела мимо.
Тут же обратив взгляд вбок, он отметил что скамья рядом с ним пуста.
— Где мой дипломат? — недоуменно спросил он, нахмурившись.
— Не знаю.
— Он здесь лежал, рядом со мной! — выпалил Малахов, вскакивая на ноги и осматриваясь.
Быстро поднял куртку, но на сидении ничего не было кроме его небольшого рюкзака и шарфа.
— Бл… — сматерился он громко, оглядываясь. — Вот дебил! Оставил дипломат на виду и задрых. Идиот, сперли походу!
— Ужас, как же так? — залепетала Лера, поджав губы, и тоже начала оглядываться, осматривая проходящих людей. Соседние скамейки были пусты. Только в отдалении сидела какая-то женщина в возрасте.
— Там же и бумажник и визитка с карточками. А телефон где? — сокрушался он и начал ощупывать себя. — Бл…, тоже же в дипломат засунул, чтоб не выпал из кармана.
Он лихорадочно оглядывался по сторонам, бурча по нос:
— Если найду кто, точно морду набью, козлу!
Лера удрученно смотрела на него, не зная, как помочь. Она видела, как Тимофей расстроен, и было из-за чего. Она проворно приблизилась к сидящей неподалеку пожилой женщине и спросила:
— Извините, вы случайно не видели, кто-то подходил вон к тому молодому человеку? — она указала рукой на Тимофея, который одевал куртку.
— Нет, не видела, — ответила бабулька.
— Может все же видели кого? — тут же спросил Малахов, приблизившись к ним с рюкзаком и чемоданчиком Леры.
— Ничего я не видела, — недовольно заявила старушка. — Мне что заняться нечем по сторонам глазеть. Тут постоянно кто-то ходит.
— Очень жаль, что не видели. У нас сумку украли, — пояснила Лера.
— Я с внучкой по телефону говорила, и не смотрела по сторонам! Больно мне надо за вашими вещами следить!
— А могли бы и помочь.
— Ладно, оставь ее, — отмахнулся Тимофей, и плюхнулся на соседнюю скамью. — Вот уроды, все украли, и айфон тоже. Я тоже дурак, нет чтоб телефон в карман сунуть.
Лера уселась с ним рядом на скамью.
— Надо спокойно все обдумать, что делать.
— Слушай, дай телефон, я позвоню в банки, чтобы заблокировали карты, — попросил Малахов.
— Он же разрядился у меня, я говорила тебе. И зарядку мы забыли купить.
— Блин, точно… и моя зарядка к твоему не подходит, — констатировал он мрачно.
— Много денег на картах было?
— Ну немного, но все равно гады они.
— Пойдем в полицию, заявление напишешь о краже.
— Завтра позвоню в полицию. Сейчас вечер, поздно, кто будет разбираться, — отмахнулся Малахов, подозрительным взглядом смотря вокруг. Вспомнив про карточку, которую отдала ему Лера, он достал ее и спросил: — Сколько ты сказала на карточке осталось?
— Четыреста рублей, в банкомате проверила.
— Блин, мало, даже такси не заказать.
— Извини, если бы я знала, не стала бы все тратить…
— Ты то тут причем? — поднял брови он. — Сам я лох, и воры еще эти. Кто ж знал, что они тут промышляют.
— Ну да, — вздохнула она.
— Нам надо то только до дома родителей добраться и все. Оттуда и позвонить можно и в минтовку и в банк. Но за такси не заплатить. Они в кредит не повезут в такую даль, им аванс надо хотя бы половину.
— Давай сдадим обратно что-то из моих купленных вещей, будут деньги, — предложила Лера. — Платье, например, точно тогда на такси хватит.
Глава 6
— Лер, они деньги только на карту возвращают все, ты ж знаешь. Банки уже не работают, так что деньги придут только завтра. А может и не придет, тридцать первое завтра.
— Ты прав. И что же делать?
— Блин, если бы я знал, — он начал снова ощупывать себя. — Вот гады все забрали. Можно конечно родителям позвонить, но у тебя телефон сел.
— У меня в кошельке есть тысяча. Этого хватит на такси?
— Нет, конечно. Ехать полторы сотни километров. Эконом тысячи три будет наверное, не меньше.
— Слушай, но как-то простые люди ездят в твой Высокий? Не на такси же.
Его лицо просияло.
— Ты умница! — воскликнул молодой человек. — На электричке до Мегиона можно, билет точно недорого стоит. Потом машину найдем. Пошли! — воодушевленно сказал он, снова закидывая на плечо рюкзак и взял чемоданчик девушки в другую руку. — Вроде вечерняя электричка должна быть.
Он быстро направился к выходу из торгового центра. Лера поспешила за ним, прижимая к себе сумочку и озираясь по сторонам.
— Прости, но сегодня похоже без ужина, очень проголодалась? — спросил он, оборачиваясь к ней, и отмечая, что она успевает за ним идти.
Торопливо перебирая ногами, Лера старалась не отстать. Хотя Малахов тащил ее чемодан и свой рюкзак, но шел так стремительно, что девушка едва успевала за ним.
— Ты-то чем виноват? Кто же мог подумать, что такая неприятность случится.
— Я должен был подумать, Лера, — корил он себя, шагая дальше к выходу. — Я во всем виноват. Нажрался коньяка с Кузнецовым, сейчас задрых, даже не подумал, что нефиг оставлять дипломат у всех на виду. Одним словом — пьянство зло!
Они вышли из Торгового центра, и Малахов начал ловить машину до железнодорожного вокзала. На его единственной уцелевшей карте оставалось еще четыреста рублей, на которые Тимофей рассчитывал доехать. Без телефонов было совсем тоскливо, даже такси не заказать. Никто не останавливался. Попутные машины проезжали мимо, спеша по своим делам, все же тридцатое декабря. Лера стояла рядом с молодым человеком и вскоре замерзла. Уже стемнело.
— Может на автобусе? — предложила она.
— Идти далеко до остановки, минут пятнадцать, дойдешь?
— Дойду, — закивала она. — Все равно лучше, чем здесь стоять мерзнуть.
До ЖД вокзала они добрались только к девяти вечера, сильно замерзнув. Сначала долго ждали на остановке, почти час, а потом приехал холодный автобус, в котором отопление работало из рук вон плохо.
Когда они наконец вошли в теплое здание вокзала, Тёма участливо спросил:
— Совсем замерзла, да?
— Терпимо, — соврала Лера, чувствуя, что пальцы на ногах онемели от холода.
Все же Сургут это тебе не Петер с нулем по Цельсию. Но Тимофею, итак расстроенному кражей документов и денег, девушка не хотела еще сильнее портить настроение. В ответ Малахов печально улыбнулся и добавил:
— Главное сейчас билеты купить.
.
— До Мегиона уехала последняя электричка на сегодня, час назад, — зевая, устало ответила девушка в кассах вокзала.
— Ну что за невезуха сегодня, — вспылил Тимофей, и стукнул ладонью в стену сбоку окна.
— Эй. вы чего? — взбеленилась кассирша, сразу проснувшись. — Пьяный что ли? Мое окно бьете! Я сейчас полицию вызову!
— Прошу не надо никого вызывать, девушка, — тут же вмешалась Лера. — Нам просто очень надо уехать в Мегион.
— Ну дак берите билеты на следующую электричку, чего казенное окно портите?
— Когда она? — мрачно поинтересовался молодой человек.
— В семь утра.
— Так поздно? Раньше совсем ничего нет? — раздраженно поинтересовался он.
— Нету, — заявила кассирша недовольно. — Ночью электрички не ходят, молодой человек. Будете брать или нет?
— Давай, берем, — в ухо ему зашептала Лера и громче сказала, протягивая последнюю тысячу, которая была в ее кошельке: — Девушка, мы возьмем.
Все остальные свои деньги, и с карточки в том числе, Лера потратила на гигиенические принадлежности и белье. В самом деле не могла же она чтобы еще и это Малахов ей покупал. Потому пока ходила за платьем заодно купила шампунь, крем, тампоны и другое. Тогда она рассчитывала, что деньги до зарплаты ей будут не нужны, а вон как вышло.
— Восемьсот десять рублей, — произнесла важно кассирша, отбивая чек.
Сунув билеты в свою сумочку, Лера обернулась к Тимофею. Она видела, что он совсем сник. Она чувствовала, что ему не по себе. Каким он был бравым в самолете и позже, важным и спокойным, и как сейчас поменялся, превратившись в запутавшегося мальчика. Она хмыкнула, очередной раз вспомнив слова мамы.
«Мужчины, доча, морально слабее женщин. Как только трудности у них, о часто теряются, не знают, что делать. Женщины в этом плане сильнее внутренне, эмоционально выносливее. Потому надо поддержать мужиков-то в такой момент, чтобы не натворили глупостей».
— Осталось двести рублей в кошельке. Пойдем хоть чаю попьем, согреемся, — предложила она, решив взбодрить его.
— С баранками видимо только, вздохнул Малахов.
— Я люблю баранки. Думаю, на чай хватит.
— У меня на карте триста рублей, у тебя двести в кошельке. Мы богатеи, что уж сказать! — пошутил он.
.
Зайдя в непримечательную чайную, Тимофей и Лера сделали заказ и уселись за крайний столик. Сняв верхнюю одежду, они некоторое время молчали. Лера тайком разглядывала молодого человека. Ей нравилось на его смотреть: мужественный, ухоженный, с приятным лицом, добрыми глазами. В какой-то момент она поймала его настойчивый взгляд, направленный на ее губы, но тут же Малахов отвел глаза и тихо сказал:
— Прости меня. Все как-то через одно место сегодня. Мне так неудобно. Пригласил к себе в гости, наобещал всего. А мы так по-дурацки застряли здесь в Сургуте.
— Перестань, давай закроем эту тему, — предложила девушка. — Завтра доберемся до места и все будет хорошо.
— Надеюсь.
В этот момент официантка принесли им чай и два пирожка с повидлом. Лера сразу же расплатилась.
— Чувствую себя мерзко, еще девушка не платила за меня, — буркнул Малахов.
— Подумаешь. К тому же я не девушка, а деловой партнер, — пошутила Лера, чтобы разрядить обстановку. — У нас же соглашение. Я актриса, ты нанял меня играть роль. Так что пей чай и не парься.
Он долго смотрел на нее и через минуту на его лице расцвела улыбка.
— Какая же ты все-таки необычная, Лер. Если бы Дина была на твоем месте, она бы мне весь мозг вынесла.
— Я не Дина, — недовольно вымолвила она, строго посмотрев на него. — И пожалуйста, Тимофей, больше не сравнивай меня с твоей Диной. Мне это неприятно.
— Ок, понял, не буду.
Она начала греть руки о кружку, и отхлебывать горячий чай. Заметив, что она до сих пор дрожит, Тимофей спросил:
— Все еще не согрелась?
— Нет. — отвила она.
— Возьмешь мою куртку? Оденешь теплее будет.
— А как же ты?
— Я норм, — он тут же встал и, стянув с себя куртку, накинул ее на плечи девушки. — Вот так, грейся…
Снова усевшись за столик, он взял пирожок и с аппетитом начал есть.
— На удивление вкусно, — произнес Тимофей. — Не ожидал от этой забегаловки. Хотя конечно от повара зависит, а не от заведения. У меня мама такой пирог с вишней стряпает, ум отъешь. Когда приедем попрошу, чтобы испекла.
— Хотела бы попробовать, — улыбнулась Лера.
Настроение у нее поднялось, ведь она согрелась и была в такой замечательной компании. Она то и дело ловила внимательный и пронзительный взгляд молодого человека, который останавливался то на ее губах, то на глазах, и от этого по ее телу разливалось приятное тепло. Смущаясь, Лера опускала взгляд в чашку с чаем, думая о том, что с Тимофеем даже молчать интересно и душевно.
— У тебя необычные губы, — сказал он вдруг.
— Неужели?
— Никогда не видел, чтобы верхняя губа была полнее нижней. Красиво.
Окончательно стушевавшись, Лера решила перевести разговор в другое русло.
— А я никогда не видела Сургут.
— Увидишь, но согласен что-то не везет нам. Никак добраться до родителей не можем, — вздохнул он. — Теперь еще ночь непонятно где ночевать.
— Почему непонятно? Я сбоку в конце зала видела свободные сидения, они даже мягкие, вполне удобно, думаю.
— Мы с тобою похожи на бомжей, — усмехнулся он по-доброму. — Ни денег, нн крыши над головой, и предел мечтаний — мягкое сидение на вокзале.
— Но-но я не бомжиха, — поправила его Лера, улыбаясь в ответ. — У меня между прочим вечернее платье в чемодане от Маржело.
— Ну а че, бездомная, зато в дорогих шмотках, это по-русски.
Чуть позже они действительно отыскали эти самые сидения и устроились на них.
Лера так и сидела в куртке Тимофея, и вскоре заметила, что молодой человек, сидящий рядом с ней в одной рубашке, обхватил себя руками. Наверняка он замерз, но даже словом не обмолвился, чтобы она отдала куртку. Она потянула ему его вещь, и поблагодарила:
— Спасибо, я согрелась.
Он поднял на нее глаза, и молча взял куртку и надел ее. И тут же тихо предложил:
— Садись ближе ко мне. Я тебя обниму, вместе мерзнуть веселее будет.
Молча кивнув, Лера придвинулась к нему, и Малахов обнял ее, заключив в кольцо своих рук. Прикрыв глаза, он тихо велел:
— Подремли, еще долго сидеть.
.
Уже под утро Лера пришла в себя, и приоткрыла глаза, зевая. Ее руки обнимали Тимофея за талию, и она чувствовала, что его тело упруго и накачено. Его куртка прикрывала их обоих. Ее голова лежала на ее плече, и она боком прижималась к его груди. Лера сладко зевнула и опять прикрыла глаза.
Ей нравилась теплая успокаивающая близость Малахова. Вообще Тимофей нравился ей как мужчина. Высокий, эффектный, красивый, ухоженный. От него приятно пахло, и характер у него был совсем не вспыльчивый, как например у Юры, который постоянно распекал ее по поводу и без повода.
Малахов был антиподом Авдеева. Спокойный, вежливый, он умел предугадывать ее желания. Конечно последние часы, после того как у него украли дипломат, Тимофей сильно расстроился, и Лера тогда впервые за сутки знакомство с ним слышала от него бранные слова и видела агрессию. Но эта агрессия была направлена на самого себя.
Она прекрасно знала, что Юра бы на его месте нашел бы десять доказательств, того, что Лера всему виной. У Авдеева она всегда была во всем виновата. Потому теперь сравнивая поведение Юрия и Тимофея, она не могла до конца поверить, что такие мужчины, как Малахов существуют в реальности. Добрые, щедрые и мудрые.
Ее мысли пошли дальше. Ей подумалось, что она была бы счастлива, если такой парень, как Тимофей обратил на нее свое внимание, но тут же осекала себя:
«Лера остановись! Что ты уже себе навоображала? У Малахова есть любимая невеста, а ты всего лишь играешь роль для его родителей, не более. И он тебе никто. После десятого января Тимофей забудет о тебе, и больше не вспомнит. Зачем ты ему сдалась? Обычная, простая и без денег. У него наверняка очередь из девушек стоит. Это точно».
— Лер, — тихо позвал ее Малахов вдруг.
Лера лежала щекой на его груди, прижимаясь, и не желая открывать глаза. В следующий миг она ощутила, как его рука ласково повела по ее волосам, и он склонился к ней ниже.
— Лера, просыпайся, — настойчиво заявил он. — Электричка через полчаса. Нам еще перрон искать надо.
Открыв глаза, она улыбнулась ему.
— Тогда пойдем искать, — ответила она.
И тут же словила его взгляд, который прямо прилип к ее губам. Она опять смутилась и начала быстро застегивать свою шубку.
— Давай через туалет пройдем, а то три часа в электричке ехать, — попросила она.
— Я сам хотел это предложить, — кивнул он, подхватывая свой рюкзак и ее чемоданчик.
Малахов быстро пошел впереди, а Лера с одной дамской сумочкой важно последовала за ним. Она высоко задирала голову, и довольно смотрела по сторонам. Она была просто счастлива, что идет с ним. И пусть все завидуют тому, какой у нее красивый, сильный и галантный мужчина рядом.
Глава 7
На удивление перрон они нашли сразу, и заняли два места в электричке. Поезд тронулся по расписанию.
— Всё, теперь до Мегиона, а там рукой подать до дома родителей, — приободрил Тимофей Леру.
— Хорошо бы уже добраться, — вздохнула она. — А то мне что-то нехорошо. Голова мутная какая-то.
— Так ночь шатаемся не понять где, потерпи немного, Лерунь, — улыбнулся он. — Скоро уже доберемся. Поспишь, отдохнешь. Помоемся, наконец.
Она печально улыбнулась в ответ, чувствуя, как от его ласкового обращения «Лерунь», по ее телу разлилось тепло.
Несмотря на раннее утро электричка набилась битком, свободных мест не было. Сказывалось приближение Нового года, все торопились вернуться домой. В Сургуте — крупном городе многие жители области работали, а жили в Мегионе или близлежащих поселках и деревнях.
Рядом с Лерой и Тимофеем сидел какой-то старичок в фуфайке и с рыболовными снастями. Напротив — две женщины бальзаковского возраста, которые как-то подозрительно поглядывали на них, и эти взгляды нервировали Леру.
Через час после отправления Лера, спросив позволения у Малахова, снова прикорнула у него на плече. Сказала ему, что хочет подремать. Но на самом деле ей нравилась его близость. Нравился его едва уловимый приятный запах парфюма, а главное его крепкая рука на ее плече, которой он обнимал ее. Она хотела, чтобы все видели, какой у нее обалденный кавалер, оттого наслаждалась всем этим путешествием, хоть и утомительным.
В Мегион, небольшой городок Югры, электричка прибыла в одиннадцать утра.
— Ну что поехали на автовокзал? — спросила Лера, когда Тимофей спустился с подножки на платформу.
— Наверное, — кивнул он, осматриваясь. Он чуть отошли от поезда. — Слушай, я забыл расписание, когда ходит автобус до Высокого. Но он точно ездит несколько раз за день.
— Вам в Высокий? — спросила вдруг одна из женщин, что сидели напротив них в электричке чуть раньше и сейчас она проходила мимо.
— Да, — кивнул молодой человек.
— Я знаю, когда автобус ездит в Высокий, у меня там мать живет. Значит так… в десять пятнадцать утром есть автобус и еще в пять тридцать вечером.
— Спасибо, но блин, на десять мы уже опоздали, — произнес Малахов.
— А до пяти опять ждать… — пролепетала Лера.
— Дело хозяйское, — буркнула недовольно женщина.
— Спасибо вам огромное, — обратился он снова к женщине.
Та не ответила, только фыркнула и быстро пошла далее по перрону, таща большую сумку. Тимофей внимательно посмотрел на Леру и заявил:
— Не будем мы ничего ждать. Пойдем машину ловить.
— Но у нас же всего триста рублей.
— Тут недалеко ехать, около часа, я договорюсь. Надоело уже если честно мотаться по вокзалам и поездам. Уже поесть нормально хочется.
— Как скажешь, — улыбнулась она.
.
— Значит, вот триста, — произнес Тимофей протягивая пузатому мужичку деньги. — Остальное, когда доедем до места.
— Идет, — кивнул водитель девятки. — Но сразу говорю, меньше, чем за тысячу не повезу вас. Мне крюк делать. А сегодня тридцать первое, еще в магазин с женой катить.
— Ладно, не вопрос, по приезду плюсом дам тебе тысячу рублей, — кивнул Тимофей, критично оглядывая его девятку и понимая, что мужик специально набивает цену.
Такая машина точно не тянула на тысячу рублей на часовую поездку. Но спорить было нельзя. Он был единственным, кто согласился их везти сейчас в Высокий за аванс.
Проехали они около пятнадцати минут от Мегиона, когда началась пригородная трасса, проходящая между лесного массива. Здесь наблюдалось двустороннее движение, не очень активное, но достаточное, чтобы их девятка то и дело обгоняла кого-то по встречке.
— А можно на минутку остановиться? — неожиданно попросила Лера, расстегивая ворот у шубки, она сидела сзади. — Меня что-то тошнит.
— Началось! — выдал недовольно мужик. — Только выехали же.
— Я понимаю, но мне нехорошо.
— Давай останови, Иван, — тоже попросил Тимофей.
— Я то остановлю, но если машина заглохнет и не заведется снова, пешком пойдете!
— Мотор не глуши и все, — посоветовал молодой человек.
Иван начал тормозить, прижимаясь к краю дороги, запорошенной снегом.
— Ага, не глуши, а за лишний бензин кто мне заплатит?
— Заплачу я тебе сколько скажешь! — уже вспылил Малахов. — Останавливай говорю. Она вон вся зеленая! Лер, подожди у меня, где-то пакет есть.
— Не надо, — замотала головой девушка, ощущая, что ее сейчас вырвет. — Да остановите уже!
Бросив недовольный взгляд в зеркало, мужик все же остановил у какого-то пролеска, и Лера словно ошпаренная выскочила из машины, сделав пару шагов в сторону кустов, росших на обочине. Далее идти было невозможно, сугробы по колено.
Лера быстро наклонилась и ее вытошнило. Она откашлялась и через минуту её снова вырвало. Чувствуя, что стало гораздо легче ее желудку, девушка немного отошла в чистое место.
Заметив около себя Малахова, который так же вышел из машины, и теперь почтительно стоял за ней, Лера чуть обернулась к нему.
— Прости, я наверное, что-то не то съела, — извиняясь сказала она. — Меня вообще-то никогда не тошнит.
— Не удивлен даже. Вторые сутки едим с тобой во всяких забегаловках.
Она наклонилась и, подхватив ладонью чистый снег, вытерла им рот.
— Ты чего? На возьми, — предложил Тимофей, протягивая ей носовой платок.
— Спасибо, — она печально улыбнулась ему. — Вроде мне лучше.
— Че очухалась?! — послышался громкий окрик водителя, который высунулся из пассажирского окна машины. Он недовольно глядел на них. — Поехали уже дальше! Два часа доходит. Меня жена прибьет.
— Поехали, — кивнула Лера и, поддерживаемая под руку Тимофеем, села в машину снова.
Водитель тронулся, и быстро прибавил газу.
Вскоре пошел сильный снег, большими хлопьями, заметая все кругом. Иван включил дворники, но они не справлялись. Машина то и дело натыкалась на сугробики на дороге. Вскоре он свернул вправо на какую-то проселочную дорогу.
— Зачем ты сюда свернул? — тут же задал вопрос Тимофей, смотря по сторонам и не понимая поступка водителя.
— Тут срезать можно, не боись я дорогу знаю, — убедительно заявил мужик, правя по ухабистой запорошенной снегом дороге.
Дорога была очень узкой и на ней едва можно было разъехаться двум встречным машинам. С одной стороны — поле с сугробами, с другой таежный лес с соснами и елями, которые упирались верхушками в низкое серое небо.
— Ладно, езжай, — кивнул Малахов. — Но я не знаю что-то этой дороги.
— Я знаю, не дергайся. Уже через пол часа к Высокому вырулим, — заверил Иван-водитель и в следующий миг резко дал по тормозам, увидев большую ямину на дороге.
Девятку сильно подкинуло на кочке, и Лера даже стукнулась головой о стекло.
Далее дорога была просто жуткой. Простая щебенка, припорошенная снегом, все же не была асфальтом и водитель постоянно то резко тормозил, то выворачивал руль в сторону, объезжая ямы или рытвины.
— Ты не мог бы не тормозить так резко? — не выдержал Малахов вскоре. — Ей опять сейчас плохо будет.
— Нормально я веду! — огрызнулся Иван.
— Нет, вы тормозите так, что я постоянно ногами бьюсь.
— Вон, как снег метет нифига не видно! — ответил водитель.
— Едь потише, — предлодил Тимофей. — Тогда и ямы раньше увидишь и тормозить не надо.
— Еще какой-то сопляк меня учить будет, как машину водить! — возмутился мужик. — Я права уже имел, когда ты под стол пешком еще топал! Понял?
— Понял, только все равно водишь ты ужасно.
— А давай-ка я высажу тебя сейчас и девку твою и всё? Заплатил ты мне только триста рублей, как раз досюда.
— Ты что, Иван, пошутил? — тут же возмутился Тимофей грозно. — В лесу высадишь? Давай едь. Сказал заплачу тебе по приезду.
Лера тихо сидела на своем месте, боясь вмешаться. Она чувствовала что мужик уже злой, а Тимофей тоже недоволен всем происходящим.
— Надоели вы мне, — бурчал мужик. — Ленка точно орать будет, что я поздно.
— Денег же привезешь, скажешь зарабатывал, потому и долго, — подсказал ему молодой человек, хмыкнув.
— И то правда.
В следующий момент послышался глухой сильный удар в лобовое стекло. Иван резко дал по тормозам, Лера испуганно вскрикнула. На стекле перед ними застыла тушка какого-то животного.
— Твою ма… — сматерился мужик, и быстро остановил машину у края сутроба.
Когда все вылезли из девятки посмотреть, что же произошло, то увидели лежащую на переднем капоте маленькую косулю- подростка. Крови на ней не было, но она не двигалась, прикрыв глаза.
— Видимо из леса выскочила, дурында, — сказал мрачно Иван, и зло сплюнул под ноги.
Тимофей стащил перчатку с руки и прикоснулся к голове животного. Через минуту траурно заявил:
— Мертвая.
— Ой, мамочки, вы убили ее! — всхлипнула Лера, на её глазах заблестели слезы.
— Че еще из-за какой-то косули реветь будешь? — буркнул мужик, продолжая осматривать машину. Он быстро скинул несчастное животное с машины в сугроб. — Главное стекло не помяла.
— Какой вы жестокий, — сказала девушка, подходя к животному и рассматривая его.
По ее щеке потекла слеза.
— Ладно, Лер, успокойся, — сказал тихо, Тимофей, обнимая ее за плечи. — Она же сама выскочила, не смотри.
— Если бы кто-то так не гнал, то увидел бы ее! — вспылила Лера в сторону мужика, который уже деловито сел за руль.
— Поехали! Связался с вами на свою голову, — прикрикнул Иван на молодых людей.
Глава 8
Они сели в машину, более не отвечая на злобные реплики водителя. Машина зафырчала и заглохла. Иван дергал ручку, сцепление и ключи, пытаясь завести девятку. Она снова затрещала, но так и не хотела работать.
— Не заводится, зараза! — процедил Иван, ударив рукой по рулю.
Выругавшись, он выскочил из машины, и быстро открыл капот впереди. Начал копаться внутри. Малахов тоже вышел из машины.
— Говорил я вам нельзя останавливаться! — выпалил невольно мужик в сторону молодого человека, который подошел к нему.
— Ты ж косулю сбил и заглох, мы то тут причем? — парировал Тимофей. — Отойди, дай я гляну.
— Чего ты там понимаешь?
— Понимаю, — ответил Малахов, отстраняя Ивана, и внимательно осматривая внутренности машины.
Лера тоже вышла из машины, взглянула на часы. Было около двух часов.
— Снег прямо валит, дорогу уже не видно, — удрученно сказала девушка, осматривая вокруг.
Поднялся ветер, и она поежилась в своей короткой шубке. Ее черные джинсы давали не сильно много тепла.
Мужчины копались в моторе, что-то обсуждая.
— Походу, не заведешься. Генератор сдох, — вынес вердикт Малахов спустя пятнадцать минут. — Аккамулятор есть с собой?
— Нет, — замотал головой Иван. — Дома в сарае есть.
— Не, ну нормально, генератор не фурычит у тебя, а ты без запасного аккамулятора ездишь? — возмутился Тимофей.
— Дак морозы на днях стояли, я и вынул, все равно бы перемерз в машине, она у меня на улице стоит.
— И что теперь? — вспылил молодой человек. — Завез нас в какую-то глушь! Тут даже машину другую не поймаешь. — Он начал верть головой, но ни впереди, ни позади не было видно машин. Только безлюдное белое поле, и с другой стороны хвойный лес, шумевший верхушками сосен.
— Могли бы и не ехать! Теперь я еще и виноват! — огрызнулся Иван, натягивая на голову шапку, так как снег прямо валил хлопьями.
— Надо эвакуатор вызывать, — сказал Малахов. — Звони, у нас телефон сел.
— Ага, щас! Кто ж за этот эвакуатор платить будет? Отойди!
Неучтиво оттолкнув молодого человека, Иван снова полез под капот.
— Все понятно с тобой, — отмахнулся Тимофей и обернулся к девушке, стоявшей неподалеку и крикнул ей: — Лера! Садись в машину там тепло, пока я решу, что делать.
Она кивнула, и хотела вернуться к машине, как за ее спиной раздалось рычание.
Лера быстро обернулась и испуганно вскрикнула. Две серые собаки стояли совсем рядом в пяти шагах от нее, одна из них скалила зубы. Было видно, что они вышли из леса. Странная мысль о том, что они уж очень похожи на волков, которых она видела только по телевизору, промелькнула в голове девушки.
— Лера, садись в машину, — раздался над ее ухом напряженный голос Малахова, он уже оказался рядом.
Он оттеснил девушку за свою спину.
— Это волки? — спросила она тихо, пятясь к машине.
— В машину я сказал! — приказал он.
— Твою ж ма..! Это же волки! — заорал вдруг мужик, и стремительно залез в машину, захлопнув дверцу.
Лера тоже проворно села назад в девятку. В испуге, инстинктивно Иван быстро нажал на автоматический замок дверей. Тимофей остался на улице.
— Откройте двери! — возмутилась Лера, толкая мужчину в плечо. — Вы совсем что ли?
— Ох, простите, — заблеял тот и снова открыл двери.
Тимофей дернул ручку и быстро сел к ним, на переднее сидение. Звери остались снаружи. Они сидели некоторое время в машине, и Иван все пытался завести машину. Внутри салона стало холодать. Так как печка тоже отключилась.
— Ладно… — протянул напряженно Тимофей через некоторое время, хмуро оглядывая двух хищников-волков, которые бродили вкруг машины и принюхивались. Поджав губы, он задумчиво продолжал: — Не хотел конечно этого делать, но видимо придется. А то окочуримся здесь от холода или эти сожрут.
— А меня Ленка точно прибьет! Она у меня бешеная, как что, сразу руки распускает! — выдал Иван.
— Ниче себе! — хмыкнул жалостливо Тимофей, а Лера за их спинами охнула.
Этого злого дикого мужика била жена, а так сразу и не подумаешь. Ей даже стало жаль его.
— Иван, пожалуйста, дай телефон. Позвоню кое-куда, — попросил Малахов.
— И куда звонить надумал? У меня нет денег на эвакуатор! — возмутился Иван.
— Один звонок. Говорю же у нас один телефон у Леры, он разрядился. А у меня украли сумку. Дашь или нет?
— Хорошо, но только один звонок и здесь по области!
Видя, что волки ушли обратно в лес, Малахов вышел снова из машины и чуть отошел, чтобы остальные не слышали его разговора.
После звонка Тимофея прошло почти полчаса. Они так и сидели в машине. Мужчины напряженно смотрели по сторонам, надеясь увидеть хоть какую-то машину, чтобы попроситься на буксир. Ведь Иван категорично отказался от эвакуатора.
В это время девушка, прислонившись лбом к стеклу, рассматривая медленно падающие снежинки.
Сегодня был канун Нового года. И еще неделю назад она планировала, что проведет этот день дома, с Юрой, готовя салатики и слушая новогодние песни по телеку. Но судьба распорядилась иначе. Сейчас она находилась в холодной заглохшей машине, с двумя мужчинами, замерзшая. Посреди леса, где между прочим рыскали самые настоящие волки.
Отчего-то эта ситуация показалась ей похожей на другую, сказочную. Когда злая мачеха отправила падчерицу в лес за подснежниками, и та девочка встретила двенадцать месяцев. Это показалось ей даже забавным. Так Новый год она еще не встречала. Она улыбнулась своим мыслям.
Неожиданно в ее слух врезался странный шум.
— Что это? — нахмурилась Лера, очнувшись от созерцания падающего снега, и выглядывая в окно. — Слышите шум?!
— Наконец то! — выдал довольно Малахов и быстро вылез из машины.
Он начал кому-то махать руками. А шум все усиливался, уже наполняя своим свитом всю округу.
С интересом Лера выглядывала из окна машины, стараясь разглядеть другую машину, и все равно не понимала отчего такой шум? Через минуту на белое поле, прямо в сугроб приземлился белый вертолет. Лера стремительно выпрямилась, не веря своим глазам. Вертолет? В самом деле?
Она увидела, как Тимофей подбежал прямо к вертолету, из которого вышел какой-то мужчина. Они обнялись.
Не в силах больше оставаться внутри, Лера тоже вышла, и тут же Малахов обернулся к ней и помахал.
— Лера, бери сумочку и иди сюда! — крикнул он ей.
Сумочка у нее была уже в руках, и она быстро приблизилась к мужчинам. Лопасти вертолета наконец остановились, и стало тихо.
— Знакомься, мой отец Александр Борисович, — представил Тимофей высокого седого мужчину в короткой черной куртке и джинсах. У мужчины были такие же добрые серые глаза, как и у Тимофея, только уголки глаз покрывали небольшие морщинки. Молодой человек добавил: — Лера, моя невеста, папа.
— Как Лера? Мать вроде говорила Дина? — удивился Александр Борисович.
— Она что-то перепутала, — рассмеялся Тёма, обнимая Леру за плечи и целуя ее в щеку.
Немного оторопев от его поцелуя, Лера тут же опомнилась, и поняла, что Тимофей все делал верно. Она же все-таки изображала его невесту.
— Приятно познакомится, Александр Борисович, — улыбнулась она.
— А мне то как приятно, девочка, — ответил, довольно улыбаясь, Малахов старший. — Считай полгода тебя вез сюда, этот оболдуй. Так, залезайте в вертолет. Сейчас еще Дима на джипе приедет, утянет этого твоего невезучего водителя до его дома.
— Спасибо, пап. Ты зачем сам прилетел? Николая Григорьевича бы просто послал, — сказал Тимофей, подавая руку Лере, чтобы она взобралась на подножку вертолета.
— Еще чего! — возмутился Александр Борисович. — Сына почти три месяца не видел, конечно сам полетел. Тебе надо было сразу позвонить, что вы по лесам на этой дохлой девятке разъезжаете, вообще не пойму?
— Долго рассказывать, папа, — отмахнулся Тимофей и быстро направился обратно к машине. — Сейчас вещи захвачу.
По пути молодой человек наткнулся на Ивана, который выпалил ему лицо:
— Так ты сын, Малахова, Александра Борисовича?
— Да.
— Ты бы мне раньше сказал это!
— Зачем? Чтобы ты содрал бы с меня не тысячу, а две? — ехидно произнес Тимофей.
— Нет, я бы бесплатно довез.
Странные заискивающие речи Ивана Тимофею были неинтересны, потому он быстро спросил:
— Тогда мы в расчете?
— Да-да. Твой отец столько сделал для меня.
— Эй, мужик, тебя что ли отбуксировать? — раздался позади них голос водителя, который подъехал на джипе и высунулся в окно. И кивнул Тимофею: — Привет, Тёма!
— Меня, — кивнул Иван, оборачиваясь.
— Тогда трос доставай, я сейчас развернусь.
Иван побежал к своей девятке, а Тимофей ему в след заметил:
— Хорошо то, что хорошо заканчивается. Наконец то дома будем…
Глава 9
Спустя полчаса вертолет приземлился на специальную площадку, расчищенную от снега. Впереди виднелся каменный забор, а за ним большой особняк с многими окнами. Тимофей помог Лере выйти из вертолета, и она, почти оглохнув от вертолетного шума, спрыгнула на талый снег.
Вместе с Александром Борисовичем молодые люди прошли в открытые ворота.
Дом родителей Малахова оказался самым настоящим дворцом. Двухэтажный с панорамными окнами на первом этаже, с широким крыльцом с двумя колоннами и затейливой крышей кирпичного цвета.
Едва они зашли в теплую просторную прихожую особняка, к ним навстречу выбежали две девочки лет трех и четырех. Светловолосые они очень похожи друг на друга, и казались сестрами.
— Бабушка, дядя Тёма приехал! — прямо с порога загорланила одна из двух девчушек.
— Тема приехал! — завторила ей вторая девочка, лет четырех и бросились на шею к молодому человеку.
— Тише вы, стрекозы! — пожурил их Александр Борисович, оборачиваясь к Лере и протягивая к ней руку. — Давай шубу, Лера.
Быстро сняв верхнюю короткую шубку из серой норки, она потянула ее Малахову старшему. Лера с интересом оглядывала светлую прихожую в бежевых тонах, современную, с большими зеркалами по стенам.
— А ты нам что привез сегодня? — нетерпеливо спросила первая четырехлетняя девочка, прыгая вокруг Тимофея.
— Сегодня подарки приносит Дед Мороз под елку, забыли? — сказал таинственно Тимофей.
— Да! Мы помним! Мы уже письмо от него получили, что он едет к нам! — затараторила старшая девочка, в белом платье и такого же цвета колготках.
— Виталина, Наташа, дайте ему хоть раздеться! — наставительно велел Александр Борисович, вешая шубку Леры на вешалку в шкаф.
— А ты кто? — спросила старшая, внимательно оглядывая на девушку.
— Очень неприлично так накидываться на человека, Наташа, — наставительно заявил дед, определяя и свою зимнюю куртку в шкаф.
— Ничего страшного, — улыбнулась Лера отцу Тимофея и обернулась к девчушкам, они были такие милые и забавные. Чуть склонившись к девочкам, она ответила: — Меня зовут Лера.
— Я Наташа, а это Вита. Ты приехала в гости? — не унималась в своих вопросах старшая и дернула сестру за оранжевый подол. — Слезай уже, Витка!
— Да, в гости, я пригласил Леру встретить с нами Новый год, — объяснил Тимофей, осторожно ставя Виту на пол.
Тимофей тоже начал раздеваться, а маленькие сестры все равно крутились вокруг него.
— Мама сказала, что ты приедешь, дядя, а мы с Виткой не верили! — заявила Наташа.
— Смотри какой у меня костюм лисички! — громко перекрикивала её Виталина, показывая рыжую мохнатую юбочку с небольшим хвостиком.
— Так стрекозы! Идите уже к бабушке на кухню, или в гостиную играть, — велел строго Александр Борисович.
Было заметно, что он строгий дед, но добрый.
Девчушки проигнорировали слова дедушки, и продолжали вертеться вокруг взрослых.
— Оставь их, папа, — отмахнулся Тимофей, снимая обувь и обернулся к девушке. — Лер, на тапочки, они вроде новые.
— А у нас живет Роберт, это наш бульдог и еще есть Пушистик! — воскликнула вдруг Вита, хватая за руку Леру и привлекая ее внимание.
— Хотела бы на них посмотреть, — кивнула девушка.
— Роберт, Роберт! Сюда! — закричала вторая Наташа и умчалась в открытые двери большой залы.
— Пойдемте в гостиную, — предложил Александр Борисович. — А то эти стрекозы не оставят вас в покое, пока не покажут все свои игрушки!
Они вошли в соседнюю комнату, где приятно пахло яблоками и ванилью. В ней было тепло, горели настоящие поленья в большом камине, по бокам мерцали светом несколько потолочных светильников.
Просторная зала с мягким светлым диваном и креслами, в современном стиле хай-тек, ковром на полу, что было редкостью в современных домах, показалась Лере невероятно уютной и теплой. Громадная живая ель, украшенная игрушками в белых и красных тонах, которая упиралась верхушкой в высокий четырехметровый поток, большие окна в пол, открывающие зимний пейзаж за окном, мягкие шторы — всё произвело на Леру сильное впечатление.
Уже темнело, а на улице до сих пор валил снег, покрывая округу, вдалеке виднелись высокие сосны.
По комнате разливался запах свежей хвои, и Лера обернув голову, поняла откуда он шел. На большом столе у камина, стояла ваза с живыми ветками ели, украшенными несколькими игрушечными снежинками. Видимо только сегодня или вчера сорванные ветки, пахли отменно.
— Тимоша! Наконец-то! — раздался сбоку приятный женский голос и в гостиную залу вошла женщина лет пятидесяти, в бежевом домашнем платье. Приблизившись к сыну, она обняла его. — Что случилось? Почему отец полетел за тобой аж на вертолете?
— Мам, все уже хорошо, так небольшое приключение, — улыбнулся Тимофей матери и обернулся к Лере. — Вот мама, это Лера, моя мама Алена Сергеевна.
— Лера? — удивилась женщина, осматривая девушку головы до ног.
Лера опять почувствовала себя неуютно в своей простой водолазке и черных обтягивающих джинсах.
— Здравствуйте, — улыбнулась она маме Тимофея.
— Лерочка, очень рада увидеть вас наконец! — продолжала Алена Сергеевна и девушка поняла, что мама Тимофея очень мудрая женщина, ибо не стала выяснять почему невеста сына поменяла имя. — Вы такая хорошенькая и…. вообще вас надо покормить. Я как раз с утра сварила борщ, могу накормить вас прямо сейчас.
— Это моя мама, — рассмеялся Тимофей, обнимая маму за плечи и добавил: — Мама обожает всех кормить, ей кажется, что худые люди едят неверно, потому и худые.
— Не правда, — заявила улыбаясь в ответ Алена Сергеевна. — Просто все сейчас на диетах, ничего не едят, я знаю. Вон Юленьку возьми. И вы, Лерочка, такая худенькая.
— Алена Сергеевна, я не на диете, и с удовольствием попробую ваш борщ, я очень голодна.
— Ох, как приятно, моя милая, пойдемте на кухню, накормлю вас с Тёмой горяченьким.
В этот момент в гостиную с криками вбежали Вита и Наташа, вместе с лающим бульдогом. На руках одной из девочек сидел большой белый кролик.
— Вот мой Пушистик! Смотри у его нос мокрый! — заверещала Вита, суя живность в руки Лере. Та взяла мягкого Пушистика и погладила, улыбаясь.
— Красивый.
— Так, а теперь все вместе с Пушистиком идем есть бабушкин борщ, — велел сторого Александр Борисович.
— Нет, мы не хотим суп! Мы будем бутерброды с колбаской! — возмутилась Наташа.
— А Пушистик наверняка хочет, — произнесла Лера и протянула кролика обратно Наташе. Она прекрасно знала, как трудно накормить некоторых детей.
— Да! Пойдем кормить Пушистика! — закричала довольно Вита.
— Да, покажете Пушистику как правильно есть суп, — подхватил ее фразу Тимофей, подмигивая Лере. — А то он не знает.
— Мы покажем, — закивали девочки, семеня за Аленой Сергеевной. — Бабушка, а мы нальем Пушистику в миску тоже супа?
— Обязательно, и вам и Пушистику нальем, — кивнула та, и обернувшись к сыну и Лере сказала: — У меня уже все готово. Поедите и ступайте отдыхать до Нового года. Устали поди.
— Мам, ты как всегда все сразу понимаешь, — кивнул довольно Тимофей, обнимая маму за плечи и лаково чмокнул в щеку. — А где Юля и Алексей?
— Мама в ванной! — ответила за бабушку Вита, обернувшись к дяде, пока перепрыгивала порожек в кухню. — А папа куда-то уехал.
— Ничего в этом доме не меняется, — хмыкнул Тимофей, придерживая Леру за руку, объяснил: — Юля моя старшая сестра, Алексей ее муж.
Кухня оказалась такой же великолепной, просторной и светлой. Она скорее походила на гостиную, с кухонным гарнитуром, большим обеденным столом и опять же французскими окнами до пола.
— Мам, я быстро вещи наверх подниму, и мигом спущусь, — заявил Тимофей, нахмурившись.
— Ну конечно, милый. Твоя спальня прибрана, как и всегда, — ответила Алена Сергеевна. — Я попросила Марину Ивановну еще одну спальню подготовить, если вы с Лерочкой решите отдельно спать.
— Спасибо, мама, наверное, все же Леру в отдельную лучше, — улыбнулся Тимофей.
— Тогда последняя по коридору спальня, рядом с детской. Тёма, потом покажешь Лере, где ванная.
.
Продремала Лера не более часа. Все же новое место, большая светлая спальня для нее одной, тихое завывание ветра за окном — всё приводило ее мысли в смятение, совершенно не давая до конца расслабится.
Нажав кнопочку у прикроватной люстры, она зажгла свет и села на постели. Отметила, что на электронных часах доходит семь.
Поднявшись с высокой кровати, подошла к огромному французскому окну, рассматривая падающий снег.
За окном совсем стемнело, и уличные фонари, во дворе просторного участка, мерцающими бликами освещали большую лужайку, с заснеженными вазонами. Все же это был не просто дом, а невероятно просторный особняк, можно сказать маленький дворец в современном стиле. Пока Тимофей вел ее в спальню, Лера насчитала комнат двадцать на двух этажах.
Понимая, что сидеть в комнате совсем не вежливо, она решила спуститься вниз, может быть нужна была ее помощь.
Быстро накинув на себя домашний костюмчик, она проворно устремилась в ванную, которая располагалась напротив ее спальни, в общем коридоре. Наскоро приняв душ, Лера тщательно вымыла волосы, вытерлась полотенцем, которое ей показал Тимофей чуть раньше, и быстро вернулась обратно в свою спальню.
Оделась в свои неизменные джинсы, новую голубую кофточку, что они купили в Сургуте по дороге, и собрала еще влажные волосы в хвост.
Около восьми Лера спустилась вниз. Она быстро прошла гостиную, где находились Александр Борисович и Тимофей и отметила, что они тихо разговаривали, сидя в креслах у камина, потягивая из бокалов вино. Девушка же устремилась в сторону кухни. Тут хлопотала Алена Сергеевна, повязав на домашнее платье фартук и пытаясь выложить большой торт из коробки на высокое хрустальное блюдо на ножке. Но у нее не получалось, было видно, что она боится его уронить.
— Давайте я помогу! — немедленно предложила Лера, торопливо входя в кухню, и взяв со стола салфетку, начала вытягивать тяжелый торт из коробки.
— Ох, спасибо, Лерочка, — обрадовалась мама Тимофея.
Вместе они аккуратно выложили торт, не помяв его бока.
— Алена Сергеевна, скажите, что еще делать, — попросила Лера, видя, что на кухне полный хаос из продуктов, недоделанных салатов и нарезки.
Девушка подошла к мойке и быстро сполоснула руки.
— Вот этот салатик выложи в ту фарфоровую миску. И свечки поставь на торт, на столе они, рядом с апельсинами.
— Да, хорошо, — кивнула девушка, быстро принимаясь за дело.
— Ничего не успеваю, — сокрушалась Алена Сергеевна, нарезая ветчину на тарелку. — Марину Ивановну с обеда отпустила. Это наша домработница. Праздник все же, а ей к дочери в соседний город ехать еще. Вот потому и не успеваю ничего. На стол даже еще не накрывала, хорошо хоть Марина скатерть погладила с утра.
— Я вам помогу, не переживайте, все вместе сделаем.
Позади из коридора раздались громкие крики, детский смех девочек.
— Еще эти малявки под ногами мешаются. Юля видимо не спустится до вечернего застолья. Думала, что она хоть дочек займет, но у нее голова что-то болит.
В подтверждение ее слов в кухню вбежали Наташа и Вита, что-то крича и играя в салки.
Лера проворно закончила с тем, что ей сказала Алена Сергеевна.
— Алена Сергеевна, эту скатерть вы хотели стелить на праздничный стол? — спросила Лера, видя перекинутую через спинку стула белую вышитую скатерть.
— Да, она.
— Я постелю скатерть и вернусь, — кивнула Лера, видя что рядом со сатертью на столе лежат уже приготовленные приборы. Она тут же обратилась к маленьким сестрам: — Девочки, а кто умеет раскладывать салфетки и приборы по сказочному? Чтобы Дед Мороз доволен был.
— Я не умею, — замотала головой Вита.
— И я не знаю, — завторила ей Наташа.
— Тогда пойдемте со мной, покажу, — предложила Лера, снимая скатерть со стула и добавила: — Вита, бери эти салфетки, Наташа, ты вилки. — Лера обернулась к маме Тимофея. — Большой стол в гостиной?
— Да, милая, ужинать в гостиной будем. Ты только еловые ветки на камин сверху переставь. И стол протри тряпочкой от пыли.
— Хорошо-хорошо, — кивнула Лера, взяв одноразовое полотенце свободной рукой.
Она устремилась вперед девочек, а они радостно поспешили за ней, неся вилки и салфетки.
— Знаете, что главное в сказочном накрывании? — обратилась к ним через плечо Лера. — Чтобы ничего не упало на пол. Если что уроните, то все Дед Мороз обидится и подарки не принесет.
— Мы поняли! — закричали в голос девчушки. — Мы будем всё крепко держать.
Лера быстро протерла стол, постелила скатерть и оставив девочек раскладывать вилки и салфетки, поспешила обратно в кухню.
В коридоре она нечаянно налетела на Тимофея. Он стоял в темноте, скалясь белозубой улыбкой.
— Значит знаешь, что любит Дед Мороз? — тихо спросил он.
— Ты напугал меня, — улыбнулась она в ответ.
Малахов придвинулся к ней ближе, чуть приобнял ее одной рукой и склонился к ней.
— Интересно, — завораживающим голосом продолжал он, заглядывая в глаза Леры. — А если накрыть стол по сказочному, и угодить Дед Морозу, он выполнит любое желание? Даже самое безумное?
— Наверняка, — пролепетала она, видя, что его взгляд прилип к ее губам.
Она подумала, что он сейчас поцелует ее, и ее сердце бешено забилось. Но в следующий миг Тимофей выпрямился и улыбнулся лишь одними кончиками губ.
— Тогда пойду помогу девочкам, и загадаю желание про снегурочку, — многозначительно добавил он и направился в гостиную.
Лера поводила его долгим взглядом, чувствуя, как у нее горят щеки.
Глава 10
Лера вернулась в кухню к Алене Сергеевне и довольно доложила:
— Все заняла их, чтобы не мешались. Велела сосчитать сколько всего будет людей за столом, а потом разложить приборы и салфетки по нужному количеству. Сказала им, что Дед Мороз все видит. Думаю, на полчаса их слышно не будет. И стол накрыт.
— Все верно, какая ты умница, — закивала ей мама Тимофея. — Лерочка, глянь в духовке утку, проткни ее. Если кровь не идет, то вон те ломтики апельсинов на нее сверху выложи.
Девушка с энтузиазмом принялась выполнять очередное поручение Алены Сергеевны. Ей нравилось все происходящее. Всё напоминало ей о детстве, когда она вместе с мамой также готовила салатики на Новогодний стол, ожидая в гости многочисленных родственников. Сейчас ее мама была далеко, и Лера звонила ей час назад, поздравляла с праздником, но та уютная атмосфера дома и предвкушения праздника сейчас снова была с ней.
Спустя полчаса в кухню к женщинам заглянул Тимофей.
— Как вы тут, хозяюшки? — ласково спросил он, подходя к Лере сзади.
— Да нормально всё, — кивнула Лера, когда Тимофей стащил с доски кусок соленого огурца, который она резала.
— Я думал ты отдыхаешь. А ты здесь, — приобнял ее за плечи и поцеловал в щёку.
Лера подумала, что он специально ищет повод только бы поцеловать ее в щеку и показать, что она его невеста. А может и не искал, а просто вел себя естественно как и привык. Щеки Леры тут же заалели, и она смутилась, но отметила, что жест сына, явно пришелся по душе Алене Сергеевна, которая внимательно смотрела на них, и довольно улыбалась.
— Мы уже почти все сделали. Лерочка так помогла мне, — сказала она. — Такая хорошая девочка. Где ж ты ее такую нашел?
— Как где? Под елкой, — оскалился в ответ матери Тимофей. — Знаешь, как в Морозко. Сидела под елкой, замерзала в лесу, я ее и подобрал.
— Ох, ты и шутник, Тёмка! — хмыкнула Алена Сергеевна. — Всё, Лерочка, этот салат, раз закончила отнеси на стол и отпускаю тебя.
Тимофей быстро взял салат со стола и важно заявил девушке:
— Сам поставлю на стол. Иди прихорашивайся к Новому году. Мам, в одиннадцать садимся?
— Конечно, как обычно.
Лера спустилась вниз полдвенадцатого, чуть задержалась, так как долго не могла уложить волосы. Немного подкрутив их плойкой, которую одолжила у Алены Сергеевны, пыталась придать локонам естественный вид. Она нервничала, ей очень хотелось понравится Тимофею, и произвести на него впечатление.
Когда она вошла в открытые двери гостиной, из которой слышались голоса, то немного замялась на пороге.
Столовая, с большой елью упирающейся верхушкой в потолок, сверкала множеством огней-повесток и люстр. На праздничном столе горели свечи, плазменный телевизор на стене фонил «Голубым огоньком». Вита и Наташа играли на ковре у елки вместе с Робертом. Хозяева дома и Тимофей стояли у окна, что-то обсуждая, еще двое молодых людей сидели на просторном диване в стороне, попивая вино из хрустальных бокалов. Скорее всего это были Юля и ее муж, подумала Лера.
Ей показалось, что она попала в некую сказку, в богатый дворец на Рождественский ужин. Изыскано и модно одетые домочадцы, просторная красивая гостиная, ель мерцающая фонарями, выполненными в виде свечей.
Заслышав легкие шаги, Тимофей стремительно обернулся. Он уже с нетерпением ждал ее появления.
Лера показалась ему ослепительной. Темно-синее платье в пол, обтягивающее ее совершенную фигуру невероятно шло ей. Он на миг даже не поверил своим глазам, ибо преображение Леры было кардинальным. Из милой девушки — пацанки в джинсах с высоким хвостом и озорной улыбкой, она превратилась в прекрасную незнакомку в синем, с чуть волнистыми густыми волосами, сверкающими оленьими глазами. Оттенок платья невозможно шел к ее каштановым волосам, и светлой коже, и наряд был сшит как будто специально для нее. Бежевые туфли лодочки прекрасно сочетались с ее образом.
— Лера, наконец-то! Проходи! — велел Александр Борисович.
Она прошла дальше в гостиную. Тимофей уже оказался рядом с Лерой, и предложил ей локоть.
— Прекрасное платье, — сказал он ей на ухо. — Я оценил…
Он приобнял ее и опять поцеловал в щеку. Они прошли дальше, подходя к молодой паре. Высокий мужчина брутального вида с небольшой короткой бородой и цепким взглядом встал, когда Тимофей представил Леру.
— Моя старшая сестра Юля, Алексей ее муж, — представил Тёма пепельную блондинку в белом переливающимся платье в обтяжку, которая осталось сидеть на диване. Она была стройной, грациозной, с высокой прической и чересчур накрашенной. Высокомерное выражение ее лица, сменилось на недовольное, едва она окинула взглядом Леру.
— Приятно познакомится, Юлия, Алексей, — улыбнулась приветливо им Лера.
Алексей поздоровался и отошел к дочерям, которые стали шумно себя вести.
Взгляд Юлии критично прошелся по округлым бедрам Леры, длинным ногам, и весьма внушительному вырезу на выступающей груди.
— Добрый вечер, — холодно ответила Юлия и обернувшись к брату едко заметила: — Ты же блондинок любишь, Тёма. Весьма странный выбор.
Поняв, что сестра Тимофея решила ее уклонить, Лера поджала губы.
— Кто это сказал? — удивился Малахов.
— Ты всегда говорил, — продолжала лить яд Юлия. — Хотя поменять никогда не поздно.
Поняв, что сразу же не понравилась сестре Темы, Лера нахмурилась и сжала локоть Тимофея.
— Юль, иди сюда, покажи Вите ту игрушку, в которую ты в детстве играла, — окликнул жену Алексей, переводя ее внимание на себя.
Лера поняла, что Алексей мудро пытался пресечь дальнейший недовольный словесный поток жены в ее сторону.
Тут же Тимофей потянул девушку за руку к камину, подальше от сестры.
— Пойдем, покажу мою самую любимую детскую фотку, — сказал Тимофей Лере, и когда они чуть отошли в сторону шепнул ей на ухо: — Не слушай ее, Лерунь. Юлька она та еще язва.
.
— Всё, всё! Садимся за стол, скоро президент будет говорить! Надо еще за старый год выпить! — позвала всех Алена Сергеевна.
— Дак, Димка еще не вернулся, мама, — ответил Тимофей.
— Приедет, садитесь, — отмахнулась от него хозяйка дома, и обернулась к мужу. — Саша, девочки идите уже за стол. Ты, Лерочка, с Тёмой рядом садись, вот сюда.
— Так, что открываю? Шампанское? Вино какое? — громко спросил Алексей, перебирая спиртное, стоящее на отдельном столике.
— Шаманское конечно! — велела Алена Сергеевна и испуганно воскликнула в сторону внучек, которые усаживались на высокие стулья: — Вита, Натка, осторожнее! Сейчас тарелки снесете!
Но малышки, пытаясь взобраться на стулья, задевали платьями и попами скатерть и стол.
Их мать Юлия, важно уселась с другой стороны от них, даже не взглянув на девочек, как будто они ей были чужими.
Раздался грохот и на пол со звоном упала праздничная фарфоровая тарелка, вдребезги разбившись. Младшая Вита, нечаянно смахнула ее со стола своим лисьим хвостом.
Наступило молчание, и все обернулись к нашкодившей девочке.
— Леша, мне красного вина налей, — раздался безмятежный голос Юлии, в тишине гостиной.
— Вита, ну что ты творишь?! — прикрикнул на дочь Алексей, который в этот момент откупоривал шампанское.
— Ой, я нечаянно, бабушка! — заголосила испуганно Вита, смотря с испугом на осколки тарелки на паркетном полу.
— Я соберу, Алена Сергеевна, не беспокойтесь, — воскликнула Лера, и встав из-за стола, быстро присела на корточки, склонившись к разбитой вещи.
Вита тоже соскочила со стула и бросилась к девушке:
— Я помогу, тётя Лера!
Лера дала ей самый большой осколок, и Алена Сергеевна, поправлявшая салаты на столе, велела внучке:
— Виточка, положи там на журнальный столик, я после уберу.
— Ничего себе! У нас новая домработница? Еще и в модном платье? — раздался вдруг громкий мужской возглас, и в залу прошел молодой человек.
Лера подняла на него глаза, и увидела, того самого молодого мужчину, который приезжал в лес на джипе, и утянул Ивана на буксире. Сейчас он с усмешкой смотрел в упор на нее.
— Дмитрий, прекрати! — возмутился Александр Борисович, уже сидевший во главе стола.
Очередной колкий выпад в ее сторону, задел Леру. Она поджала губы, быстро собирая оставшиеся осколки на полу, и думая о том, что не все в этом доме рады ее видеть. Вряд ли можно было списать слова Дмитрия на незнание, кто она такая. Он прекрасно видел, что она с Темой и садилась с ним в вертолет.
— Можно и без тупых шуток, да? — вспылил Тимофей, уже приблизившись к Лере и забирая у нее последние осколки и велел: — Лера, садись за стол, я сам. И ты, Вита.
— А что такого? — ухмыльнулся нагло Дима, садясь напротив Леры и Тимофея за стол и снова оглядывая девушку критичным взглядом серых глаз. Подтянутый, широкоплечий и красивый на лицо, Дмитрий явно имел высокое мнение о себе. — Я б не отказался, если бы такая прислуга подавала мне кофе по утрам в постель.
— Ага‚ сейчас, — хмуро отозвался Александр Борисович. — Не хватало еще у меня в доме твоего бесконечного блуда!
— Дима, это наша гостья, невеста Тёмы, держи себя в руках, — наставительно заявила Алена Сергеевна. — Лучше говори какой салатик тебе положить?
— Извините, — ухмыльнулся Дмитрий, было заметно, что он даже не раскаивался в своих словах.
Тема уже уселся за стол, рядом с Лерой и предостерегающе посмотрел на двоюродного брата.
— Где-то ездил пол дня, теперь решил всем праздник испортить? — заявил Тимофей.
— Да больно надо, шуток что ли не понимаете? — огрызнулся Дима.
— Все хорошо? — спросил Тимофей, наклоняясь к уху Леры. — Это мой двоюродный брат, все время ведет себя вызывающе. Не обращай внимания.
Она кивнула, и печально улыбнулась ему.
— И где ты шатался, Дмитрий? — задала вопрос Юлия. — Мама волновалась.
— Что без меня не пьется? — парировал Дима, скалясь белозубой ровной улыбкой.
— Действительно, ты чего так долго? — спросил глава дома.
— Девушку на Новый год искал, Все парами, а я как идиот один, — буркнул Дима, вновь оглядывая неприятным взором Тиму и Леру. Двоюродный брат что-то в этот момент шептал Лере на ухо.
— Девушку ищут заранее, а не за два часа до Нового года, — наставительно сказал Алексей.
— Ну всё успокойтесь! Отец, включи громче, сейчас речь уже будет! — велела Алена Сергеевна.
— Алексей, Тёма, разливайте шампанское.
Глава 11
— Так, девочки! А теперь все идем на улицу запускать фейерверки и жечь бенгальские огни, которые купил ваш папа! — заявила громко Алена Сергеевна, обращаясь к внучкам.
На часах было половина второго ночи. Чуть ранее все обменялись подарками, которые Наташа и Вита достали из-под елки, наелись, и жаждали куда-то применить свою энергию.
— Бабушка, мы уже идем одеваться! — закричала Наташа и понеслась прочь из гостиной, а за ней и Вита.
Все домочадцы поспешили в прихожую, а Лера окликнула Тимофея:
— Прости, я что-то не хочу, — сказала она тихо ему на ухо.
— Не хочешь, не ходи, — улыбнулся он в ответ. — Это же для малышек приколюха.
Спустя пятнадцать минут Лера подошла к большому французскому окну, и прижавшись к мягкой портьере, с интересом наблюдала, как на улицу выбежали девочки, затем вышли остальные взрослые. Александр Борисович уходя выключил свет и в гостиной теперь царил полумрак, только свечи на столе и елочная гирлянда озаряли пустынную комнату. Оттого было хорошо видно, что происходило на улице, где фонари ярко освещали придомовую территорию.
Лера видела, как все начали зажигать бенгальские свечи, еще какие-то огненные вертушки, воткнутые в снег. Она смотрела за всем этим радостным весельем и думала о том, что попала в какую-то сказку. Теплый красивый дом, добрые люди, много веселья и радости вокруг. Она точно вытянула у судьбы счастливый билетик, раз на Новый год оказалась в этом доме, рядом с Тимофеем и его семьей.
А ведь с того самого момента, как она захлопнула дверь в квартиру Юры, она ни разу не пожалела о своем решении уйти от него. Она словно оставила ту старую жизнь в его маленькой однокомнатной квартирке и вступила в новую интересную жизнь, необычную и яркую, где все было для нее ново, интересно и очень по душе.
Лера с интересом разглядывала из окна Дмитрия, Юлию, Алену Сергеевну с мужем, девочек на улице, и невольно искала глазами высокую фигуру Тимофея, но его не было.
— Не пожалела, что приехала к нам? — вдруг раздался над ее ухом голос Тёмы.
Она вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему, совсем не услышав, как он подошел сзади.
— Конечно же нет. Мне здесь нравится, — ответила она. — Ты не пошел со всеми?
— Ты же осталось, не хочу оставлять тебя одну, — объяснил Малахов, и она ощутила, как его рука обняла ее за талию. — Ты не против?
— Нет, — сказала она тихо, чувствуя, что ей невероятно приятно оттого, что они сейчас стояли вот так у окна, вместе, в полумраке и он легко обнимал ее.
Они вместе какое-то время смотрели на улицу, наблюдая за другими. В какой-то миг Лера обернула лицо к молодому человеку и проникновенно вымолвила:
— Спасибо тебе за все. Ты такой… хороший, — она хотела сказать другое слово, более интимное, но не решилась.
Подчиняясь неожиданному порыву, она быстро придвинулась и поцеловала Тимофея в щеку. Она сама не понимала, зачем это сделала, но в этот миг ей очень этого хотелось. В знак благодарности и того, что он так внимателен к ней.
Тут же руки Малахова сомкнулись на талии девушки, и он крепко прижал ее к себе.
— Прости, я не сдержана… — начала лепетать Лера, видя, как мерцают во мраке его глаза.
На это он широко улыбнулся и в следующий момент, быстро склонившись, поцеловал ее в губы. Крепко, властно, нежно. Опешив от его действий, Лера инстинктивно уперлась ладошками в грудь Тимофея, он тут же отстранился от ее лица.
— Не извиняйся. И я не буду, — улыбнулся призывно он. Лера отметила, как горит его взор. — Я хотел это сделать еще с самолета.
— Да? И почему не делал? — задала она самый глупый вопрос, какой можно было только придумать.
Мысли Леры сейчас были в таком чувственном хаосе, а сердце билось, как бешеное, потому она плохо соображала, что делает и говорит.
— Потому что обещал, что не буду к тебе приставать. Но вижу, что ты и сама не против моих объятий. Так?
— Не против, — промямлила она, опуская глаза вниз, смущаясь под его вмиг потемневшим взглядом.
Осознание того, что этот прекрасный, эффектный, притягательный Малахов пытался сейчас соблазнить ее поцелуями, вызывало у Леры сладостную дрожь во всем теле.
— Тогда может продолжим? — прошептал хрипло он, осторожно поднимая пальцами подборок девушки и снова склоняясь к ее губам.
Второй поцелуй был более страстным, жгучим, и чуть-чуть безумным. Лера обвила шею Тимофея руками, а он с такой силой стиснул ее руками в своих объятьях, что она едва могла дышать. Целовались они долго, исследуя губы друг друга, и не хотели останавливаться.
— Эй, вы чего здесь в темноте? — раздался голос Алексея Баринова, который вошел в гостиную.
Молодые люди резко отпрянули друг от друга, словно пойманные с поличным и Баринов рассмеялся.
— Вы прям как школьники! Че такого-то? — выдал Алексей. Он показал взглядом на большой ящик, который держал в руках. — Пойдемте на улицу. Я кучу фейерверков накупил, сейчас будем запускать!
Алексей быстро вышел из гостиной, оставляя за ними права выбора. Тимофей опять притянул Леру к себе и заглядывая ей в глаза, спросил:
— Пойдем или здесь останемся?
— Я бы сходила.
— Тогда одевайся, — улыбнулся он и, снова быстро поцеловав ее в губы, отодвинулся и лукаво прошептал: — Эта твоя верхняя губа сведет меня с ума.
— Да, ладно, — рассмеялась она в ответ.
.
В новогоднюю ночь Лера никак не могла уснуть. Она ворочалась на постели и вспоминала весь прошедший день.
После поцелуя у окна, они Тёмой поспешили на улицу ко всем домочадцам. Сначала запускали фейерверки, потом водили хороводы и кидались снежками. Девочки пищали от восторга, так как все семейство кроме бабушки Алены участвовало в этом веселье.
Вернувшись в теплый дом часа в четыре утра, Лера выпила с Тимофеем горячего чаю, а потом он проводил её до спальни. Перед дверью он вновь страстно поцеловал ее, и пожелал поспать до обеда. Она рассмеялась, и сказала, что обязательно выйдет к завтраку. На том они и расстались.
После, лежа в мягкой шелковой постели, в уютной просторной спальне на втором этаже, Лера долгое время не мола уснуть. Он смотрела в потолок и думала о том, что сейчас по-настоящему счастлива. Она все вспоминала и вспоминала поцелуи Тимофея и в темной гостиной и второй у двери ее спальни. И эти страстные мысли бередили ее сознание.
Ей думалось, что Тимофей так же, как и она тоже влюбился и получал удовольствие от ее компании. Разве могло быть иначе? Конечно же нет. Иначе он бы точно не стал целовать ее, да еще и наедине, когда никто не видит, и не надо играть роль.
Тимофей был открытым, добрым, честным, он точно бы не стал лукавить в своих желаниях. И она наверняка нравилась ему, Лера чувствовала это. И от этих сладостных мыслей и воспоминаний о молодом человеке ее сердце глухо сильно билось. Оттого она и не могла уснуть, все думая и думая. Но все же ее сморил сон.
.
Проснулась она оттого, что дятел на сосне, чуть вдалеке начал настойчиво долбить ствол.
Оглядевшись и придя в себя, Лера вспомнила, что она в доме родителей Тимофея. Она счастливо улыбнулась и снова прикрыла глаза. Но тут же ощутила, что в горле пересохло, видимо от шампанского, которое она вчера пила за праздничным столом.
Уже почти рассвело, но ночной сумрак еще не покинул дом. Одев мягкие тапочки, Лера накинула на ночнушку, домашнее платье-халат, которое они купили в Сургуте. Тихо открыла дверь в коридор. В доме было тихо.
Она решила потихоньку сходить вниз на кухню попить воды. Ее горло нещадно саднило от сухости. Пройдя по коридору, она бесшумно спустилась вниз по большой лестнице. Домочадцы еще спали и Лера осторожно прошла в сторону кухни. Электронные часы, висевшие на стене, показывали восемь утра, и естественно никто еще не встал, ведь легли все только под утро.
Напившись воды из чайника, она направилась обратно в свою спальню. Прошла по коридору в сторону лестницы на второй этаж, и вдруг услышала знакомый голос из-за приоткрытых дверей:
— Я звонил тебе вчера четыре раза, Дина, — сокрушался Тимофей, говоря с кем-то по телефону. — Ты не брала трубу.
Лера осторожно приблизилась к открытым дверям кабинета. Прижалась к стене, навострив уши. Она понимала, что подсушивать нехорошо. Но ничего не могла с собой поделать. Тимофей со вчерашнего дня занимал в ее сердце слишком большое место, чтобы быть равнодушной к его разговорам и словам.
— Ты должна простить меня, Дина. Ты слушаешь? — не унимался Малахов.
Лера до боли в руке сжала дверной косяк и закусила губу. Он простил прощения у этой взбалмошной ревнивицы Дины, и это больно резануло по сердцу Леры.
— Дина, я прилечу восьмого, заеду к тебе, — он немного помолчал, видимо слушая ответ Дины. — Да… Ты будешь дома?… Ну вот другой разговор, — снова молчание. — Ты для меня близкий человек, пойми…
Более не в силах слушать все эти интимные слова молодого человека Лера стремительно отпрянула от двери кабинета и бегом направилась наверх в свою спальню. Через минуту захлопнув дверь, она прислонилась к ней спиной, и сжала кисти рук, несчастно выдохнув сама себе:
— Какая же ты дура, Валерия Андреевна! Напридумывала себе, что он влюблен! Нужна ты ему больно. Вон он своей любимой Дине звонит и раньше четыре раза набирал.
Она упала на кровать и нервно стукнула ладонью подушку. На ее глазах появились слезы.
— Идиотка! — корила она себя. — Еще сама первая целоваться лезла к нему в Новогоднюю ночь. А он что? Мужчина, чего бы не поцеловать в ответ, если предлагают… а думает все равно о своей Дине… любит ее…
Через пару минут, окончательно расстроившись, Лера расплакалась. Еще сегодня ночью ей казалось, что за последние два дня они с Тимофеем очень сблизились, понимали друг друга с полуслова. Он вел себя с ней по-доброму и щедро, и им было не скучно вместе. Именно поэтому она решила, что он испытывает к ней некие чувства.
Но в этот миг она поняла, что Малахов просто хороший человек, добрый, вежливый и заботливый, и всё. И к влюбленности в нее в Леру никакой и не было и нет. Он любил Дину, которой и звонил сейчас. И это было очень больно осознавать теперь.
.
Хотя Лера и обещала выйти к завтраку, но спустилась вниз только к обеду, часа в два. У нее не было настроения. Осознание того, что Тёма просто играл с ней роль жениха для своих родителей, не давало ей расслабиться.
Когда она вошла в столовую, за столом были только Алена Сергеевна, Тимофей и Дмитрий.
— С добрым утром! — тут же поздоровался Тёма и улыбнулся ей.
— Добрый день, — тихо ответила она, подходя к столу.
Одета Лера была строго и мило одновременно, в классические брюки и светлую кофточку в стиле кэжуал. Волосы в хвосте. Она попыталась улыбнуться всем, но у нее получилась только вымученная гримаса.
— Все уже пообедали, садись, — велела Алена Сергеевна, допивая свой кофе.
Тимофей быстро встал, отодвинул стул Лере и она села.
— Есть зимний салат и дранники, мама настряпала, — тут же заявил Тимофей, так же садясь обратно за стол рядом с ней и явно желая положить ей что-то.
— Я только чаю выпью, — ответила Лера тихо, поднимая на него печальные глаза. Она надеялась, что он не заметит, что они красны от слез. — Есть не хочу.
— Давай, я налью, — кивнула Алена Сергеевна, быстро наливая в чистую чашку чай и обратилась к Дмитрию, что сидел рядом. — Передай, Дима.
Наступило молчание, и Лера только пила свой чай, стараясь больше не смотреть в сторону Тимофея. Она была напряжена и подавлена.
— Как спалось на новом месте? — спросила Алена Сергеевна.
— Прекрасно, такая шелковая постель, одно удовольствие, — ответила, улыбаясь женщине Лера, снова отпивая из чашки чай.
— Лерунь, может покатаемся на снегоходе? Или просто прогуляемся? Погода солнечная, — предложил вдруг с энтузиазмом Тимофей.
— Извини, но я что-то неважно себя чувствую, если можно, то прилягу снова, — ответила Лера холодно.
— Очень жаль, может быть позже? Или завтра? — спросил с надеждой он.
Но Лера сразу поняла, что Тимофей опять играет эту свою роль «влюбленного жениха», но сейчас она уже на это не купится, и не будет такой наивной дурехой.
— Не знаю, я подумаю, — коротко ответила она нервно.
Не в силах дальше продолжать разговор с молодым человеком, она проворно встала из-за стола, взяв в руки чашку с недопитым чаем.
— Спасибо, Алина Сергеевна, чай очень ароматный.
— На здоровье, девочка, — кивнула женщина.
— Я отнесу на кухню.
Но Алена Сергеевна тоже поднялась на ноги, забрала у нее чашку.
— Сама отнесу, Лерочка, иди отдыхай, что-то ты очень бледная.
— Спасибо, — кивнула Лера, и почти бегом вышла из столовой, не в силах больше находиться с Тимофеем в одной комнате.
— Я на кухню, тесто поставлю, — заявила важно Алена Сергеевна, обращаясь к сыну и племяннику. — Обещала девочкам пиццу на вечер испечь. Вы тут заканчивайте, и всё на кухню принесите со стола.
— Хорошо, мам, уберем, не переживай, — отозвался Тимофей, траурно смотря на свою тарелку с яичницей.
Алена Сергеевна ушла по своим делам, и молодые люди оставались одни.
— Ты че из-за Лерки расстроился? — выдал Дима, отодвигая от себя пустую тарелку, и хлюпая апельсиновым соком из стакана.
— Нет, — ответил Тимофей, но Дима прекрасно видел, как двоюродный брат хмуриться.
— Да не парься ты. Они все бабы такие, когда им что-то нужно так хвостом вертят, а как что не по ним, сразу пошел ты на…
— Лера не такая, — ответил Тимофей, вздыхая и мрачно смотря на дверь, за которой недавно скрылась девушка.
— Я не такая, я жду трамвая, — ехидно оскалился Дмитрий. — Все они одинаковые, Тёма.
— Не все.
— Все, говорю. Делают вид, что им не интересны твои деньги, но это не так. Лапшу по ушам, что любит, ценит. А на самом деле кошелек видят. Потому и любовь сразу у них. Знаю я этих современных девиц.
— Лера другая, — замотал головой Тимофей.
Он чувствовал, что с девушкой что-то случилось после новогодней ночи, когда она была с ним так открыта и радостна. Но не мог понять причину, а очень хотел понять.
— Такая… У нее на лице все написано, — гнул свое Дима.
— И что же там написано? — хмыкнул недоверчиво Тёма, обернувшись к брату. — Ты что в физиогномике разбираться стал?
— Да, нет. Только лицо Лерка твоя она красивая и фигура огого: зад хороший и ноги длинные. Перед тоже ничего. Короче, фасад что надо. Значит цену себе знает.
— Прекрати, — оборвал его недовольно Тимофей. — Говоришь о ней, как о предмете. Мерзко слушать. Но она не такая, как все. Я чувствую. В ней душа главное место занимает. Не фасад, как ты сказал.
— Говорю, как есть. Стала бы она с тобой крутить, если бы не твой статус и деньги?
— Я не хочу обсуждать с тобой Леру, — оборвал его Тимофей. — Ты все равно ничего не понимаешь ни в ней, ни в женщинах. Так что твои теории мне неинтересны.
— Ну-ну, ничего не понимаю, конечно, — зло отозвался Дима. — Попомни мое слово. Она красивая, видная. На нее мужики, как на мед наверняка липнут. Точно тебе изменять будет.
— Не правда. Лера не похожа на пустышку.
— Откуда ты знаешь? А?! Побогаче кого встретит и уведут ее у тебя.
— Если это произойдет, если я только узнаю… — Тимофей помолчал и глухо выдохнул: — Порву с ней тут же, даже не сомневайся. Бегать за ней точно не буду.
— Вот и верно. А лучше бросить ее сейчас, самому, пока она тебя попользовать не успела или поиметь на деньги.
— Отстать от меня, Дима. Что привязался? Наши отношения с Лерой тебе не касаются, — огрызнулся Тема, и встав из-за стола, начал собирать грязные тарелки.
— Яж тебе добра желаю, брат, — заявил твердо Дима, и так же быстро встав, похлопал Тёму по плечу. — Обещай, что сначала, как следует все обдумаешь, перед женитьбой.
— Я сказал, что если она только… ну ты понял… То расстанусь с ней, не раздумывая.
Глава 12
На следующий день, когда Лера только вышла после утреннего душа, еще с влажными волосами, раздался настойчивый стук в дверь.
Вчера вся в расстроенных чувствах она просидела в спальне, даже не выйдя на ужин.
— Лера, ты встала? — раздался требовательный голос Тимофея из-за двери.
Понимая, что уже невежливо сидеть взаперти, она быстро накинула домашнее платице и открыла дверь. Тимофей стоял на пороге такой красивый и притягательный, в темных джинсах и свободном голубом полувере, что она невольно несчастно вздохнула.
Она чуть вышла к нему в коридор.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он настойчиво, вперившись внимательным взглядом в ее лицо.
— Уже гораздо лучше, я… — промямлила она.
Не дождавшись окончания ее фразы, молодой человек вдруг стремительно заключил девушку в объятья, и без предисловий поцеловал ее в губы. Опешив от его действий, Лера уже хотела запротестовать, но услышала рядом шаги. В следующий момент с ними поравнялся Александр Борисович, видимо шел из своей спальни, а впереди него прыгали Вита и Наташа, что-то крича.
— Молодежь, хоть в комнату зайдите! — рассмеялся старший Малахов. — Тут и дети ходят.
— Ага, — бросил через плечо Тимофей, оторвавшись на мгновение от Леры и проворно подталкивая ее внутрь спальни.
Он захлопнул дверь, так и не выпуская девушку из своих рук и прижал ее спиной к створке. Склонился к ней, напряженно смотря прямо ей в глаза. Она лишь ошарашенно моргала ничего не понимая.
— Забыла, что ты играешь роль моей невесты? — сказал он строго, его серьезный взор давил.
— Нет, не забыла, — тихо выдала она, пытаясь высвободиться из его объятий.
Но Тимофей не дал ей отойти и упер руки сбоку от ее головы
— Тогда хватит сидеть в комнате одной, — выдал он властно. — Говоришь, нормально себя чувствуешь?
— Хорошо, сегодня уже хорошо, — кивнула она.
— Значит собирайся по-быстрому. Поедем кататься на снегоходе, а то родители еще подумают, что ты больная какая-то.
— Я не больная.
— Прекрасно. Собирайся. Позавтракаем и через час поедем.
Говорил он отрывисто, сухо, безапелляционно. Лера впервые услышала у Тимофея такой строгий жесткий тон. И впервые видела Малахова в таком образе, властного взрослого мужчины. Раньше он казался ей мягким, добрым, как плюшевый мишка. Но сейчас она отчетливо поняла, что он совсем не мягок, а лишь казался таким, и видимо, когда надо мог включить и «мужика», как сейчас.
Он так и отходил ее, и уже прижимал ее всем телом к двери, не сильно, но явно показывая, что не намерен отпускать ее.
— Ты вчера на что-то обиделась? — задал он вопрос в лоб.
— Нет
— Говори, что не так?
— Тебе показалось, — замотала она головой.
— Лера, я не вчера родился, — хмыкнул он. — Давай ты не будешь от меня ничего скрывать. Мне это не нравится.
— Всё нормально, правда, — произнесла она тихо, совершенно не собираясь загружать его своими истериками и недовольствами, которые сейчас терзали ее душу. — Я поеду с тобой на снегоходе, не переживай, только мне надо полчаса, чтобы собраться.
Она не успела договорить, как Тимофей склонился сильнее, и снова властно поцеловал ее, долго и страстно. Она невольно затрепетала от его горячности, но даже не сопротивлялась. Он сильнее прижал ее к двери, а его рука зарылась в распущенные волосы Леры. Вторая его рука прошлась по спине деввушки, умело лаская пальцами ее тело и спускаясь далее на ягодицы, Он лишь на миг отпустил ее губы, испепеляя горящим взглядом.
— Зачем ты это… нас же не видят… — пискнула Лера, опешившая, дрожащая и до крайности взволнованная.
Ее дыхание срывалось, а сердце дико стучало от его близости и того что он делал. Ей очень хотелось продолжения его нежных настойчивых ласк, но она понимала, что у них только сделка. Боясь потерять окончательно голову, она опасалась даже прикоснуться к нему, и ответить на его поцелуи и объятия, оттого стояла неподвижно, словно застывшая кукла.
— Тебе не нравится? — спросил Малахов, истолковав ее зажатость по-своему.
— Нравится, но…
— Тогда прекрати вести себя, как холодная затворница и пошли со мной гулять, — заявил он недовольно.
— Конечно, я сейчас. Мы же договорились я играю для всех роль твоей невесты, — кивнула она и печально улыбнулась, чтобы немного успокоить его.
Было видно, что он напряжен и от него исходила некая агрессия. Она опаять попыталась выбраться из плена его рук, но он ухватил ее за плечо.
— Ты теперь все время будешь об этом вспоминать? — вдруг вспылил Тимофей. — Почему не можешь просто расслабиться и получать удовольствие от жизни?
— Прости, я подвела тебя.
Она поняла, что разозлила его своими вчерашними капризами. Ведь у них был договор — он везет ее в дом родителей, она — изображает его невесту, а она как какая то обиженка закрылась в своей спальне на сутки, и показывала свой характер.
— И извиняться прекращай, — велел он.
Малахов не понимал, что происходит, и отчего девушка, которая все предыдущие дни казалось такой веселой, компанейской, легкой на подъем и даже счастливой, превратилась в это испуганное несчастное существо. Он чувствовал, что где-то накосячил, раз Лера так изменилась с новогодней ночи, но не мог понять где. И это его бесило неимоверно. И теперь он злился прежде всего на себя, и не мог придумать, как заслужить ее прощение. Потому и вел себя так агрессивно и нагловато.
— Я…
— Не знаю, что ты там напридумывала себе, на что обиделась, — перебил он ее. — Но пожалуйста, давай вернем все как было? А? Будем просто наслаждаться обществом друг драга.
— Я только за, Тимофей. Я же сказала, что сейчас соберусь.
— Замечательно, — кивнул он, и наконец отодвинулся от нее. — Жду тебя внизу. Потеплее одевайся, чтобы не замерзнуть.
Выдав свою короткую фразу-указ он вышел из спальни.
Лера облегченно выдохнула, припав спиной к двери, и ощущая как дрожит все ее тело от страстного озноба. Этот мужчина не просто возбуждал ее, а вызвал в ее существе чувственный ураган, бурю, которая заглушала в ней все разумные мысли.
Второго числа они провели весь день вместе Тимофеем. Катались на снегоходе по окрестностям и лесу. Нашли заброшенный домик лесника, и долго целовались там, пока не замерзли. Малахов предложил поехать в ближайшую деревню, в шашлычную для дальнобойщиков. Там они наелись горячих блинов со сгущенкой, запивая все брусничным горячим чаем. На улице так и стояла солнечная погода, с небольшим морозцем. Домой они вернулись только к ужину.
С того дня отношения между молодыми людьми вновь стали доверительными и душевными. Лера перестала париться по поводу сделки, и то что она играет роль. А решила просто наслаждаться обществом Тёмы, как он и советовал ей. Она хотела получить сполна его внимания, поцелуев, заботы, которые он щедро дарил ей, и которые она никогда не видела от Юры. Она радовалась, что хотя бы на краткие несколько дней она познает счастье, как это быть рядом с таким классным парнем.
Неделя пролетела быстро, в разных активностях.
Третьего и четвертного числа они вместе с Тёмой и семейством Бариновых ездили кататься на ближайшую горнолыжную турбазу с ночевкой. Два дня они катались на бубликах, лыжах. Наташа и Вита пищали от восторга, так как все два дня они ели в местной кафешке гамбургеры, пирожные. И папа Алексей даже не противился этому. Взрослые же согревались кофе и горячим глинтвейном, небольшими бутербродами и шашлыками.
Спустя день ездили на массовый каток в Мегионе, затем ходили по магазинчикам. В основном они проводили время вдвоем с Тимофеем, только пару раз присоединяясь к Бариновым. На каток шестого числа с ними увязался еще и Дима. Но Лера старалась поменьше с ним общаться. Она чувствовала, что он сразу невзлюбил ее, как и Юлия.
Все эти дни Лера пребывала в радостной эйфории и сладостных мечтах о поцелуях Тёмы. Он целовал ее часто, обычно наедине, но мог чмокнуть и при всех, совершенно не стесняясь. Она отвечала на его поцелуи так же страстно, пытаясь запомнить каждый миг наедине с молодым человеком.
.
Очнулась Лера от своих активных удовольствий в компании Малахова только вечером седьмого числа. Когда все домочадцы собрались за столом в гостиной, справить Рождество.
— Вы завтра, когда улетаете, Тёма? — спросила тогда Алена Сергеевна.
— Днем мам, в два самолет.
Услышав ответ Тимофея, Лера которая в этот момент с удовольствием поглощала грибной суп, который они сварили вместе с Аленой Сергеевной, замерла. Она вдруг словно осознала какое сегодня число, и что завтра последний день новогодних праздников. Вся эта чудесная неделя пролетала у нее как один день.
Лера судорожно сглотнула, понимая, что ее счастливые каникулы закончились. Завтра они прилетят в Петербург и все будет кончено. Их договор, ее радостное ликование оттого, что Тимофей все эти дни был рядом. Завтра все будет кончено, и она превратится из принцессы обратно в Золушку, а все что окружало теперь — в тыкву с крысами.
— Я вас отвезу до Сургута, — тут же предложил Дима, как-то недовольно сверля Леру взглядом.
— Спасибо, — улыбнулся брату Тёма. — А то второй такой вояж, как сюда, мне не хотелось бы. Хорошо хоть ничего снять с карт не успели эти козлы, спасибо отцу, — добавил он, намекая на то, что по приезду тридцать первого декабря Александр Борисович подключил все свои связи и деньги на счетах карточек удалось заблокировать в тот же день.
Увидев, как Тимофей печально улыбнулся ей, словно намекая на их совместное неприятное приключение, Лера так же улыбнулась ему в ответ. У нее совсем пропал аппетит. Она доела свой суп и сидела молча, смотря за тем, как Алексей шутил с дочками, делая из салфеток зайчиков, только бы чтобы они ели суп. Юлия, как и обычно витала в своих мыслях, Дима то и дело, хитро щурясь, бросал неприятные взгляды на Леру.
— Хорошо, что приехали к нам на праздники, — сказала Алена Сергеевна. — И ты, Лерочка, молодец, что приехала. Ждем тебя снова в гости.
Как и все предыдущие дни Малахов проводил Леру до спальни, но вместо сладкого поцелуя у двери вдруг сказал:
— Может поболтаем еще? Только десять. Притащу снизу вина, фруктов, посидим поговорим о жизни?
На его предложение Лера просияла. Она тоже так не хотела расставаться с ним сейчас. Осознание, того что завтра их последний день вместе терзало ее душу.
— Конечно, давай.
— Прекрасно! — выпалил он и предложил: — Пойдем ко мне в комнату?
Она кивнула, и он, схватив Леру за руку, словно маленькую девочку, потянул за собой. Когда они вошли в спальню Тимофея, он усадил ее в кресло. Быстро зажег электрический камин и включил неяркую подсветку потолка.
— Посиди пока, я быстро, — велел он, улыбнувшись и скрылся за дверью.
Глава 13
Вернулся он спустя пятнадцать минут с двумя бутылками белого вина и небольшим подносом на котором красовались фрукты, орехи и нарезанный сыр.
Поставил все на журнальный прозрачный столик. Быстро откупорил вино и налил в бокалы.
— Я рад, что ты согласилась, — заявил он, улыбаясь и протягивая ей бокал. — Итак, за что выпьем?
— За отличные новогодние каникулы, — ответила она.
— За отличные каникулы с прекрасной снегурочкой, — добавил он.
Они чокнулись и отпили из бокалов вино.
Малахов начал рассказывать что-то забавное о своем детстве, чуть пододвинув свое кресло ближе Лере. Оттого постоянно как бы невзначай задевал своими коленями ее колени, когда наливал вино или брал с тарелки сыр или орехи.
Именно в эти моменты, когда он так проникновенно тепло смотрел на нее, Лера поняла зачем он пригласил ее в свою комнату. Конечно, у нее и раньше мелькнула такая мысль, но сейчас она утвердилась в ней. Сегодня была их последняя ночь вместе. И совсем неудивительно, что после девяти дней знакомства, на протяжении которых они все время провели вместе, Тимофей хотел большего.
Лера жаждала того же. Она понимала, что завтра вся эта сказка окончится. Что Малахов оправится к Дине, к которой обещал приехать по прилету в Питер, а она Лера, будет искать себе съемное жилье, выйдет на работу и будет пытаться забыть его.
Всё закончится и их дороги разойдутся. Но как же она хотела, чтобы этого не случилось. Она поняла, что влюбилась в Тимофея сильно, бесповоротно, без взаимности. И сейчас все равно хотела близости с ним, принадлежать ему. Хотя бы на краткий жизненный миг, на одну ночь. Чтобы потом было что вспомнить.
Вспоминать о том, что когда-то была рядом с таким прекрасным, добрым, понимающим мужчиной, принцем из сказки, который всего за неделю наполнил ее жизнь яркими красками, а сердце трепетом.
Потому, когда Малахов вдруг поднялся на ноги и наклонился над ней, она, прекрасно считав его намерение, призывно улыбнулась. Он все понял без слов, и тут же страстно впился в губы девушки, приподнимая ее с кресла. Они едва успели дойти до кровати, обнажая друг друга и лаская губами и руками.
Всё произошло бурно, страстно и упоительно. Именно так, как и представляла в своих мечтах близость с Тимофеем Лера. Она отдавалась ему со всей страстью и открытостью, на которую была способна, чувствуя, что совсем потеряла голову.
Заснули они уже за полночь, сжимая друг к друга в нежных объятьях, утомленные и счастливые.
.
Когда Лера проснулась, Тёма еще спал. Она осторожно выбралась из-под его тяжелой руки, и встала с кровати. Любуясь его любимым лицом, печально улыбнулась и начала торопливо одеваться. Через пять минут выскользнула из комнаты молодого человека незамеченной и бегом устремилась в свою спальню.
Все еще пребывая в сладостных воспоминаниях о чудесной ночи, и ни на секунду не жалея, что отдалась молодому человеку, она захватила сменное белье и направилась в общую ванную. Благо она оказалась свободной. Домочадцы похоже еще спали, а за окнами в коридоре второго этажа дома едва забрезжило морозное ясное утро.
Быстро приняв душ, Лера вернулась в свою спальню. Наскоро высушила волосы, оставив их распущенными, тщательно накрасилась и облачилась в прямую мягкую юбку и свободную вязанную кофточку. Она хотела выглядеть свежо и красиво, чтобы Тёма и на утро любовался ею.
Когда она спустилась вниз, решив выпить кофе, на электронных часах горело восемь тридцать. Войдя на кухню, она наткнулась там Дмитрия. Одетый в свободные штаны и футболку, молодой человек в этот момент деловито засовывал в тостер куски хлеба. Он стоял к ней боком, и его широкоплечая подтянутая фигура, загораживала проход к холодильнику.
Лера чуть замедлила шаг, не желая встречаться с ним. За последнюю неделю она не слышала от двоюродного брата Тимофея ни одного доброго слова. Он постоянно подзуживал ее и зло шутил. Она собралась развернуться и уйти, пока он не увидел её.
— Заходи, не бойся! — тут же заявил громко Дима, обернувшись к девушке, и на его губах заиграл хитрая ухмылка.
— Я и не боюсь, — ответила Лера, не желая показывать ему свою слабость.
Она прошла в просторную светлую кухню, озаренную яркими восходящими лучами солнца и направилась к кофе машине. Молча взяла контейнер, подошла к раковине и начала мыть прозрачную емкость, на которой остались остатки вчерашнего кофе. Дима в это время уселся за стол и начал намазывать гусиным паштетом поджаренный хлеб. Стакан апельсинового сока дополнял его трапезу.
— Смотрю я на тебя, Лерунь, и думаю, повезло тебе сказочно, — начал свою словесную атаку на девушку Дима, жадно откусывая хлеб с паштетом, и проходясь оценивающим взглядом по пятой точке и ногам Леры в обтягивающей трикотажной юбке.
Она проигнорировала его выпад, и начала протирать одноразовым полотенцем чистую емкость для кофе машины.
— Лапши Тёмке на уши навешала, что такая вся положительная и верная альтруистка. Еще и хозяйственной прикинулась, чтобы тетке моей понравится, — продолжал он лить яд в ее уши, отпивая сока.
— Что тебе надо, Дмитрий? — выпалила Лера нервно, оборачиваясь к нему и окатив его недовольным взглядом.
— Да ничего такого. Оставь моего брата в покое и всё.
— Наши отношения с Тёмой тебя не касаются.
— Касаются, детка, — процедил он, снова откусывая кусок. — Что думаешь залезла к нему в постель и чуть покувыркалась там и думаешь отношения у вас?
— Это не твое дело.
— Мое-мое. А ничего между вами нет на самом деле. Попользует тебя Димка и бросит. У него Дина есть, Лощеная, красивая, с деньгами. Ты то ему нафига нищебродка?
— Замолчи.
Замотала она головой, и попыталась уйти с кухни, не собираясь дальше все это выслушивать. Но Дмитрий быстро поднялся на ноги и в три шага приблизился к ней и загородил ей путь.
— Ты лучше сама его брось, пока он этого не сделал. Тебе же так легче будет. Я как лучше советую.
— Обо мне что ли заботишься? — подозрительно спросила Лера.
— Конечно, — кивнул он и она отметила, что он стал серьезным. — Говорю тебе прилетите в Питер, он даже не вспомнит о тебе, страдать только будешь.
— Дай мне пройти, — тихо заявила она, пытаясь его обойти, но он снова встал на дороге.
— Что так взъелась? Я ведь только помочь хочу.
— Я так и поняла. Оскорбил меня, наговорил гадостей — это твоя помощь? — обвинительно сказала Лера. — Что тебе от меня надо? Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай! Понял?!
Лера была всегда очень спокойной, неконфликтной, но если ее доводили, то могла и грубо послать куда надо. Так она поступила, когда застукала Юру с той девицей, а сейчас этот неугомонный Дима довел ее своими гадкими речами.
— Не кипятись ты, Лерунь, — как-то по-доброму сказал он вдруг и улыбнулся. — Ну ляпнул про нищебродку, не подумал. Не обижайся.
— А я обиделась, — вспылила она нервно.
— Ну твое дело. Я только сказать хотел, — он полез рукой в карман спортивных штанов и достал небольшую карточку, протянул ей. — Моя визитка. Ты позвони мне если что. Я же тоже в Москве обитаю. Помогу если что. Вдруг тебе что-то надо будет. Ну там деньгами или в ресторанчик как-нибудь вечером сходим.
Он поднял руку и осторожно поправил локон ее каштановых волос на плече, прилипший к шее. И только тут Лера поняла, что злое отношение к ней Дмитрия, вся его неприязнь, просто скрывали его интерес к ней. Всю неделю он изводил еще ехидными замечаниями и насмешками, с одной целью — не показать окружающим, что она ему тоже нравилась. И теперь он прямым текстом намекал ей, что, когда его брат непременно бросит ее, он так и быть подберет ее.
Эти умозаключения тут же остудили недовольство Леры. Каков засранец. Значит говорил гадости ей про Тимофея. Ему наверняка говорил гадости про нее. А все для того, чтобы самому пристроиться к ее телу.
Она проигнорировала протянутую им визитку и холодно улыбнулась ему.
— Нафиг пошел, — очень вежливо растягивая слова сказала она. — Звонить я тебе не буду, даже не мечтай!
С силой оттолкнув его с дороги, Лера почти бегом устремилась прочь из кухни.
— Сама вали нафиг, снежная королевна! — услышала она в спину его злые слова.
Вся в расстроенных чувствах и нервах, Лера вернулась в свою комнату и начала с холодной яростью собирать свой чемоданчик. Она никак не могла успокоиться, конечно же этот вредный Димка был прав, и едва они вернутся в Петербург Малахов сразу же побежит к своей Дине. Он обещал ей это по телефону, когда Лера подслушала их разговор. К н и г о е д. н е т
В какой-то момент Лера отодвинула чемодан в сторону и плюхнувшись на кресло, тяжко вздохнула. Невидящим взглядом смотря в одну точку, пролепетала:
— Он во всём прав. Тёма сразу же побежит к своей Дине. Наверняка уже дождаться не может.
Лере же будущее казалось мрачным и безрадостным. Она знала, что по приезду в Питер поедет в тот самый хостел, который хотела забронировать раньше. В праздники она созвонилась с девушкой-администратором и перенесла бронь на восьмое, и зарезервировала койко-место пока на неделю. За это время она собиралась получить на работе зарплату и найти съемное жилье.
Хотя сейчас ее жизнь снова возвращалась в суровую трудную реальность Лера все равно не собиралась иметь ничего общего с этим заносчивым Дмитрием. Да он не уступал во внешних данных Тимофею, но его вредный характер был невыносим. К тому же ее сердце сейчас было полно любовью к Тёме, и менять его на кого-то более удобного она не собиралась. Лера всегда жаждала строить отношения только по любви, а деньги уже были второстепенны. И она конечно же не была «нищебродкой», как обозвал ее Дима. У нее имелись работа, образование, характер и отменное здоровье. А это не так уж и мало.
Она опять вспомнила про Тему и горько вздохнув, прошептала:
— Если не нужна ему так и быть. Навязываться ему я не буду.
В просторный холл внизу Лера спустилась в десять, как они и договаривались с Тимофеем чуть раньше. Внизу Александр Борисович говорил с Тёмой. Молодой человек уже стоял в верхней одежде и ждал ее. Она бесшумно спустилась и остановилась в пяти шагах от мужчин, они ее не замечали.
— Очень приятная девочка и характер замечательный, — сказал тихо Александр Борисович сыну. Лера, стоящая за их спинами, всё прекрасно услышала. — Дураком будешь если упустишь. Вместе вы хорошо смотритесь.
Она горько сглотнула. Если бы Александр Борисович знал, что никаких вместе у них не может быть, да и не было. У них был договор, и он оканчивался сегодня. Она вдруг снова вспомнила про то, что было ночью, и ей захотелось опять заплакать, как утром. Как ей не хотелось отправляться в Петербург, прямо до жути не хотелось.
Сегодня с утра она даже не открыла дверь спальни Тёме, когда он за ней зашел, чтобы позавтракать вместе. Она ответила, что уже поела и собирается. Тогда он предупредил, что в десять они выезжают.
— Лера! — обернулся у ней Тимофей, наконец заметив ее. — Ты готова?
— Да, — кивнула она, подходя к нему и катя свой чемоданчик на колесах.
На хожу застегнула шубку.
— Тогда поехали, Дима уже в машине ждет, — сказал он и, взяв у нее чемодан, обернулся к Александру Борисовичу. — Пока, папа. Я позвоню из аэропорта.
— Хорошо, — кивнул тот, и чуть приобнял Леру. — До свидания, Лера. Обязательно приезжай к нем еще. С Аленой же попрощалась уже?
— Да. Сейчас зашла к ней в спальню. Спасибо вам за всё, — кивнула девушка.
Тёма направился к входной двери, Лера пошла за ним.
Всю дорогу до Сургута, Дмитрий косил глазами в водительское стекло, кидая мрачные взгляды на Леру. Она сидела сзади. Это нервировало ее. Она вспоминала их перепалку на кухне утром. В какой-то момент не выдержав, Лера пересела на другое место, за Тёму что сидел впереди, чтобы этот вредный Дима не видел ее в водительское зеркало.
Глава 14
Санкт — Петербург, 8 января
.
Расставались они на улице у того же самого кафе на Лиговском, где и познакомились. Рядом с ними проходили люди, но Тимофей и Лера не обращали на них внимания. Было уже семь вечера, и завтра у большей части населения страны начинался первый трудовой день после праздников.
— Давай, я отвезу тебя все же домой? — заявил Тимофей, нахмурившись. Он стоял в пяти шагах от такси, которые его дожидалось. — Как-то не удобно оставлять тебя здесь на улице.
— Все удобно, Тимофей. Мне здесь рядом, недалеко, — ответила Лера, указывая куда-то во дворы.
На самом деле она не хотела говорить, что ей негде ночевать. И что сейчас ей надо будет ехать на другой конец центра города в хостел. Лера не собиралась грузить его своими проблемами. У нее не было настроения, а сердце глухо билось в предчувствии расставания. Но она пыталась скрыть свое нервное состояние от молодого человека.
— Правда, все хорошо? — спросил Малахов, заглядывая ей в глаза.
— Да. Вполне. Спасибо тебе за все. Мне очень понравились твои родители, — сказала она, печально улыбнувшись.
— Я рад. Да, Лер, я перевел тебе на карту полтинник, как и договаривались.
— На какую карту? Зачем? — опешила она. — Я же не говорила тебе номер карты.
— По телефону, Лера, — улыбнулся он. — У тебя же он привязан к карте сбер? Там и имя твое высветилось.
Она тут же достала телефон и увидела, что действительно пришла смска что поступили деньги, пятьдесят тысяч рублей.
— Ты зачем это сделал? — возмутилась она. — Я же сказала ничего не надо.
— Надо Лера, не спорь. Ты оказала мне услугу, я благодарен.
— А ну да, — как-то кисло произнесла она.
Слово «услуга» окончательно добило ее. Конечно у них были только договорные отношения и только. Все верно. Но все же ей нужны были сейчас деньги. Надо было заплатить за хостел на неделю, купить продуктов. К тому же внести аванс за месяц вперед, если ей удастся снять квартиру в ближайшие дни. Потому она промямлила:
— Я как только получу зарплату отдам тебе деньги. С первой зарплаты половину и со следующей остальное.
— Прекрати, — властно заявил он. — Ты эти деньги честно заработала, и прекращай спорить со мной на счет денег.
— Но…. — она замялась.
— Ты замерзла похоже, — заметил он, видя, как девушка трет голые ладошки друг о друга.
— Немного. Надо уже идти, — кивнула она.
Тимофей быстро приблизился к Лере и чмокнул ее в щеку на прощание.
— Да, кончено, ступай.
Но Лера медлила, и несчастно смотрела на Малахова. Она никак не могла заставить себя уйти. Отчего-то надеялась, что вот сейчас Тёма остановит ее и скажет: «Давай жить вместе. Дина мне не нужна». Но он этого не говорил, ни сейчас, ни на протяжении всей обратной дороги из Сургута.
Почему-то ей казалось, что после такой чудесной недели вместе, и той сладостной ночи, он тоже стал испытывать к ней какие-то чувства. Но он лишь сказал:
— И что дальше пешком пойдешь?
— Да, — кивнула она.
— Что ж, иди. Я позвоню…
— А… ладно, — пролепетала Лера, окончательно скиснув.
Подобную фразу «я позвоню» мужчины говорили обычно, когда хотели просто отделаться от женщины, которая им не интересна. Ведь если бы Малахов на самом деле хотел снова встретиться с ней или продолжить отношения, он бы теперь назначил следующее свидание. Или хотя бы спросил, когда она в ближайшие дни свободна. Но он этого не сделал. А просто стоял и как-то странно пронзительно смотрел на нее. Видимо, Дима был прав — Тимофей любил Дину, а она Лера так и осталась ему чужой.
— Пока, — тихо сказала она и в последний раз окинула широкоплечую фигуру Тимофея тоскливым влюбленным взглядом.
Более не в силах смотреть на него, Лера резко развернулась и быстро пошла прочь, катя по влажной мостовой свой чемоданчик. Растаявший снег превратился в грязную кашу, и девушка пыталась как можно скорее пе
Глава 1 Санкт – Петербург, 201… г., 29 декабря Выйдя из лифта, Лера торопливо подошла к входной двери. Ключ она достала еще в лифте, и теперь пыталась не выронить большой пакет с теплой пиццей и роллами, купленными по дороге. Быстро всунула ключ в замок и привычно повернула два раза. Сегодня была годовщина их знакомства с Юрой. Ровно год назад они случайно сели за один столик в кафешке на Невском и с первого взгляда понравились друг другу. С того дня начали встречаться, а сейчас уже собирались пожениться. Оттого сегодня Лера специально отпросилась с работы пораньше, и начальник по случаю предстоящих новогодних праздников отпустил ее домой на три часа пораньше. По дороге Лера забежала в ресторан-бар в двух кварталах от их многоэтажного нового дома, чтобы купить вкусности. Хотела устроить романтик-ужин при свечах любимому Юрочке. Он должен был прийти полдесятого с работы, у нее было больше часа до его прихода. Распахнув дверь Лера увидела свет и поняла, что Юра уже вернулся с работы. Это было хорошо, но сюрприза уже не получится. По инерции она поспешила на кухню, чтобы поставить пакеты с едой. Но прямо на пороге кухни замерла. На стуле у стола сидел Юра со спущенными штанами, а между его ног на коленях стояла какая-то блондинка. Девица орудовала своими губами и рукой по интимным местам Юрия, прямо как фильмах для взрослых. Лера даже на миг опешила, не в силах поверить своим глазам. – Юра! – только и смогла прохрипеть Лера, прижав к себе пакеты с едой. Ей подумалось на миг, что это все ей только мерещиться. Но ей это не казалось. Действительно татуированная на всю спину девица, стоявшая между ног ее жениха, подняла голову, оторвавшись от своего непристойного занятия. Обратив к замершей на пороге Лере лицо начала облизывать свои пухлые губы, только что занятые другим предметом. – Кто это, котик? – выпалила блондинка, округлив глаза. – Эээ, – у Авдеева сперло в горле. Он неучтиво оттолкнул белобрысую девицу и выпалил: – Лерочка, это не то что ты подумала… она просто зашла чай поить! – Чай?! – вспылила Лера, пятясь назад от удушливой картины измены жениха. – Я не дура, и не слепая! – Ничего мы не чай, вино пили! – возмутилась блондинка, поднимаясь на ноги и одергивая короткую юбку. – Замолчи! – прикрикнул на девицу Юрий. Лера перевела взгляд на стол и увидела недопитую бутылку французского сухого шампанского и несколько бутербродов с семгой. «Ничего себе закусочка и выпивка! – возмутилась про себя Лера. – Мне даже на день рождения зажал дорогую бутылку, а сейчас с этой шалавой пил Вдову Клико!» Она зло швырнула пакеты с едой на пол и процедила: – Как ты мог? У нас же свадьба через месяц! – Дак ничего не поменялось, – закивал он убедительно, вскакивая с табуретки и заталкивая свое достоинство в штаны, оправил одежду. – Это просто шутка, игра. Я тебя люблю. – Хватить врать! – взбрыкнула Лера и, развернувшись, бросилась в спальню. Она начала рыться небольшом комоде. И отчетливо услышала, как блондинка истерично завопила: – Ее любишь, а я так для развлечения? Ах ты гад! Раздался громкий шлепок, и Лера поняла, что девица залепила Юрию пощечину. Мотнув головой, Лера злорадно оскалилась, довольная поступком блондинки. Она продолжила рыться в верхнем ящике комода. Быстро нашла паспорт, заснула в свою сумку, далее из второго ящика достала пару стрингов и нервно застегнула в сумочку. Благо косметичка и расческа у нее всегда были с собой. Больше она не хотела ничего брать из этого дома. – Лерочка, ты что? Что ты задумала?! – Авдеев уже был рядом. – Я ухожу, – огрызнулась она. – Барахло оставь себе! Все же платил за все ты! Обойдя его, она направилась к двери, собираясь немедленно уйти. Юрий попытался схватить ее за руку. – Подожди, давай погорим, Лерочка! – Не трожь меня! Не трожь! – возмутилась она, отталкивая его руки. – Ты кобель! Она залепила ему тоже пощечину, и лицо Авдеева с двух сторон покраснело. Он тут же встал у нее на пути, раскинув руки в стороны. – Не пущу, пока не поговорим. – Между нами все кончено! Пусти! – Я не отпускаю тебя, у нас скоро свадьба, что я скажу родителям? – Приведешь эту и скажешь, что поменял! – зло процедила Лера, указав на блондинку, которая стояла чуть в стороне и злобно смотрела на них, и лила слезы. – Да пусти ты! С недюжинной силой она оттолкнула Юрия с дороги и быстро зашагала дальше. Сапоги и короткую шубку она не снимала. Благо что эти вещи она купила на свои деньги, еще до встречи с Юрием год назад. Зло отпихнув ногой кулек с едой, лежащий на ее пути, Лера дернула ручку и выскочила в общественный коридор. Она начала нервно нажимать кнопку лифта, чтобы тот поскорее приехал. Она жаждала провалиться сквозь землю и никогда больше не видеть Авдеева. Это было так унизительно и противно. Он изменял ей с другой, и тут же говорил, что любит ее Леру. Нет, никакой любовью тут и не пахло. Юрий тоже выскочил в коридор, и громко закричал: – Лерочка! Прости меня! Прости. Я больше не буду! – Пошел на х…! – она выплюнула матерное слово ему в лицо. От ее слов Юрий опешил на миг и замер. Никогда Лерочка не материлась в его присутствии. Она всегда была сдержанной, вежливой, дипломатичной. Потому он даже растерялся. Наконец приехал лифт, и она заскочила в него. – И не смей мне звонить! Я тебя никогда не прощу! – безапелляционно заявила она. Дверь лифта закрылась перед носом Авдеева. Нажав кнопку первого этажа, Лера начала трясущимися руками застегивать сумочку. Перед ее глазами все плыло. Она была словно не в себе. Узнать, что человек, которого ты любила без ума, так легко развлекался за твоей спиной с другой девушкой… Это было невозможно вынести. А если бы она не отпросилась с работы и не пришла так рано? То ничего бы и не узнала. И этот обманщик так бы и гулял от нее в тихушку! Может он раньше так и делал? А она наивная дура верила в его верность. Еще и пельмешки ручные ему стряпала, старалась угодить! – Капец! Гад потаскушный! Думает, что я буду прощать его шашни, как жена его брата? Дудки! Я себя не на помойке нашла! – возмущенно причитала она сама себе. Закинув сумочку на плечо, Лера выскочила из подъезда на улицу и по инерции прошагала по заснеженному тротуару шагов десять. Потом резко остановилась. – И что сейчас делать? – спросила она себя. Только сейчас придя немного в себя, она осмотрелась и задумалась. В первую очередь надо было найти ночлег, но где? Ехать в гостиницу – дорого. Да и наверняка все гостиницы сейчас забиты до отказа перед Новым Годом. Питер все же вторая столица, много народу приезжает на зимние праздники со всей страны. – Наверняка только дорогущие остались. Или хостелы, но это если повезет. Открыв сумку, она осмотрела кошелек, произнесла нахмурившись: – Так… две тысячи наличкой, еще на карте тысяч пять и все. На несколько дней хватит. Блин, надо сейчас звонить, чтобы сразу поехать. – Лерочка! Не уходи, Лера, я тебя люблю! – раздался истошный крик сверху. Подняв голову она увидела как Юрий, который орал из окна в общественном коридоре, машет ей рукой. – Вот мудак, – пробурчала она зло и, захлопнув сумочку, быстро пошла вперед. Она хотела поскорее уйти, чтобы этот ходок даже не знал где ее искать. Пытаясь не подскользнуться на ледяных корках луж, она быстро забежала за угол дома. Здесь находилась большая детская площадка еще старого вида. С деревянной покосившейся горкой, домиком и высокими перекладинам для ходьбы. Дорога сбоку вела в сторону автобусной остановки на Лиговском проспекте. Но она не знала пока куда ехать или идти, и надо было что-то решать. На дворе было темно и к тому же валил снег. Лера быстро зашла в детский домик на площадке и уселась на влажную деревянную скамейку. Ноги ее в сапожках на каблуках оказались выше попы. Но все же здесь было лучше, чем снаружи. Снег не падал на голову, и ее было не видно. Вытянув телефон, она хотела набрать в яндексе слова «дешевые отели», но тут экран засветился сам, и вылезла надпись: «Любимый» Лера тут же сбросила телефонный звонок Юрия и начала искать отели. – Главное узнала, какой он мудачина до свадьбы! Да. Еще бы замуж за этого кобеля выскочила, – бубнила она, чувствуя, как ее руки начали замерзать. Первые девять отелей были безумного дорогими, номер от десяти тысяч. – Надо хостелы поискать, – размышляла вслух Лера и начла набирать новый поиск. Телефон опять переключился и на экране вылез гад-«любимый». Снова сбросив, она быстро закинула неугомонного женишка в черный список. – Вот так! – пробубнила она. На ее удачу спустя полчаса ей удалось найти недорого хостел в центре Питера, на Адмиралтейской набережной. Всего тысяча рублей сутки. Она быстро дозвонилась до него и девушка администратор ей ответила: – Одно место освободится только завтра. Один командировочный уезжает домой. – Спасибо! А могу я приехать сегодня обождать у вас в холле? – Нет. Холл маленький узкий. И не положено у нас так. – Но мне негде ночевать, я сейчас на улице, – попыталась Лера надавить на жалость, хотя и сказала правду. Конечно можно было переждать ночь в каком-нибудь баре или дискотеке, на крайний случай на вокзале. Но там было шумно, а в баре деньги еще платить, иначе не пустят ее. А денег у нее было всего семь тысяч, мало. Следующая зарплата на работе только после праздников, четырнадцатого января. Ей еще жить две недели на что-то надо было. Даже к маме в Омск не уедешь. Билет меньше десятки сегодня не купить на самолет, праздники. Конечно, можно было попросить маму выслать деньги. – Но это совсем на крайняк, – прошептала Лера себе под нос, мама была инвалид на пенсии, получала крохи. Лера сама постоянно высылала ей деньги. « Нет не вариант. Обойдусь, – пробежала быстро мысль в голове Леры. – Можно у кого на работе занять, но так неудобно. На удивление девушка из хостела оказалась добросердечной и заявила: – Не могу вас пустить сегодня без брони койко-места, меня уволят за это. Но можете приехать завтра пораньше, часов в семь утра. Командировочный мужик с севера уже уедет, я вас сразу заселю, пораньше без доплаты. – Огромное, спасибо. В семь приеду, – согласилась Лера. На работу ей завтра не надо, она взяла два отгула, а на работу только девятого января. Так что завтра выспится в хостеле. Связь прервалась, и телефон жалобно пискнул о том, что зарядки всего десять процентов. – И зарядка у этого в доме, – простонала она, дуя на руки, они своем замерзли. – Надо где то переконтоваться до семи. На вокзал что ли пойти? Думала она недолго, так как ее желудок начал сильно урчать от голода. Обедала она в полдень, а сейчас было десять вечера. Она так надеялась на романтичный ужин с Юрием с роллами и пиццей, что купила по дороге. – Истратила почти три тысячи на это, – вздохнула она. – Лучше бы сэкономила. Совсем замерзнув, Лера вышла из домика и побрела к автобусной остановке, оглядываясь. Но Юрия вроде не было видно. Автобусы наверное уже не ходили. – Надо завтра купить зарядку, – решила она. – А сейчас где-то поесть. – Искать дешевую кафешку, чтобы она еще работала. И где-то рядом, ехать куда-то денег на такси не было. Надо было экономить. – Поем и на вокзал, до утра… В трех километрах был Витебский вокзал, вполне подойдет для сидения ночью. Глава 2 Настроение было поганым. Лера ожидала когда ей принесут еду, пытаясь согреться. – Пожалуйста, ваш заказ, – раздался рядом с Лерой приятный голос парня-официанта, который поставил перед ней блюдо. – Спасибо, – кивнула она, окинув взглядом тарелку. В это позднее время на Лиговском работало только одно кафе-бар «Райский сад». Лера дошагала до него только часам к одиннадцати, окончательно замерзнув в своих тонких джинсах и вязанной кофточке под шубкой. Ценник этого кафе был не из дешевых, но выбирать не приходилось. Еще куда-то топать по холоду она не хотела. Заказав шаверму за триста рублей и горячий чай, Лера уселась в самом тихом местечке в глубине зала. Быстро умяв вкусную сочную лепешку с мясом и овощами, девушка медленно потягивала горячий чай, и тянула время. Идти снова на промозглую ветреную улицу совсем не было желания. Благо заведение работало круглосуточно. Сейчас в баре стали собираться какие-то странные личности, явно жаждущие провести ночь здесь, напиваясь аперитивами и коктейлями, сидя у барной стойки. Правда была еще одна компашка, небольшая из двух парней и пары девушек. Они похоже что-то праздновали, громко смеялись и чокались. Молодые мужчины, одетые в дорогие рубашки, и их спутницы в брендовых кофточках вызвали у Леры интерес и она некоторое время наблюдала за ними. Их внешний респектабельный вид, казался странным для этого непримечательного заведения. Словно они оказались здесь случайно. Они сидели всего через столик от нее, и иногда до Леры долетали их речи. Она невольно поняла, что одна парочка провожает куда-то другую, по этому поводу они и зашли в это кафе-бар. – Привет, могу я угостить тебя? – раздался над Лерой неприятный мужской голос. Она даже вздрогнула от неожиданности. Над ней стоял какой-то неопрятный бугай с красным лицом, и небритой физиономией. Уже довольно подвыпивший, и точно жаждущий охмурить кого-то на ночь. Но Лера совершенно не хотела приключений на свой зад, потому тут же грубо ответила ему: – Мимо проходи, я не пью. – А че так? – Не пью и все, отстань, – буркнула она и уткнулась в свой чай. « Надо уже валить отсюда. Еще пьяных кавалеров мне не хватало, – подумала она про себя. – Наверняка думает, что раз пришла так поздно в бар, хочет чего-то. А я не хочу. Мне идти некуда». – Ну и пошла ты…– бросил зло мужчина и отошел от нее. Лера быстро помахала официанту и попросила чек. Он кивнул ей в ответ. Переведя невольно взгляд на четверку молодых людей, она заметила, как один из них внимательно смотрит на нее. Приятный на лицо парень с темно-русыми короткими волосами. Почему-то его подружки не было за столом, наверное, она ушла в туалет. Лера отвернулась от молодого человека. Наверняка он слышал как этот бугай приставал к ней. Появился официант, и Лера отдала ему пятьсот рублей бумажкой. Тот кивнул, отдал ей чек и удалился к другому столику. Вздохнув, Лера поднялась на ноги. Идти на холодную промозглую улицу не хотелось. До вокзала отсюда было не меньше получаса пешком. Натянула шубку, и легкую вязанную шапочку на распущенные волосы и подхватив сумочку, направилась к двери. Но не успела сделать несколько шагов, как черт из табакерки перед ней нарисовался тот самый бугай, да еще с пивом в руке. – Уже уходишь? – Да, – кивнула она, и попыталась обойти его. Он схватил ее за руку и, как-то похабно ухмыляясь ей в лицо, заявил: – Нее.. давай я все же угощу… ты мне понравилась темноволосая… – Отойдите, – повышая голос, сказала Лера, пытаясь выдернуть руку, но небритый мужик еще сильнее сжал ее запястье. – Никуда не пойдешь! Я хочу с тобой выпить! – в лицо выдохнул он. Лера даже отшатнулась. От него невыносимо несло перегаром. – Оставьте меня, мне надо идти! – уже нервно произнесла Лера, чувствуя, что мужик просто так не отвяжется. Она пыталась вырвать свою руку из его цепких пальцев. Но бугай схватил ее за воротник шубки и притянул девушку к себе и выдохнул над ней: – Ишь, какая ломака… люблю таких… – так и держа ее за ворот шубки, он поволок ее к бару, на ходу безапелляционно заявляя: – Выпьем винца, потом прокачу тебя на своем мерсе… – Не хочу я пить! И кататься тоже, – уже в истерике завопила Лера, упираясь каблуками сапожек, но все же ковыляла за мужиком, боясь, что он порвет ей шубку своей поросшей шерстью лапой. – Захочешь… – хмыкнул он. И Лера в панике начала озираться по сторонам, думая, как сбежать от него. Ей вовсе не хотелось разъезжать по городу с бухим мужиком, от вида которого ее воротило. – Отпусти ее, – вдруг раздался мужской голос рядом. Темно-русый парень, который сидел ранее через столик от нее встал на пути ее «ухажера». Быстро положил свою крепкую ладонь поверх руки бугая, в том месте, где тот держал Леру за шубку. – Тебе чего, чувак? – огрызнулся небритый. – Это девка со мной! – Что-то не видно! – парировал темноволосый, и тут же отцепив руку бугая от Леры, выкрутил ее. Бугай невольно оттолкнул девушку, и она врезалась в ближайший столб, посреди залы, уткнувшись лицом в побелку. Содрала со щеки кожу, и простонала. Сматерившись, пьяный мужик тут же полез в драку, целясь кулаком в лицо «заступника» Леры. Но промахнулся. Темноволосый парень умело отвернулся и саданул по скуле пьяного мужика. Лера отскочила от них, так как бугай упал на пол. Но быстро поднялся на ноги и вновь бросился с кулаками на темно-русого. Однако опять промахнулся и ударил кулаком в стул рядом. В этот момент к ним подскочили два охранника, и скрутили неадекватного мужика, который, пытаясь достать противника, ударил по соседнему столику кулаком. Охранники уволокли бугая до раздевалки, насильно вручили верхнюю одежду и выдворили на улицу. Спаситель Леры подошел к ней, и участливо спросил: – Ты как? Она подняла на него глаза, и тут же отметила его добрый серый взор. – Вроде норм, – тихо ответила она, чувствуя, что по щеке что-то течет. Приложила руку, на ее пальцах осталась кровь. – Ты поранилась, держи, – молодой человек быстро достал из кармана платок и протянул ей. – В угол столба лицом въехала, когда этот толкнул. – Видел, – кивнул понятливо он, осматривая сильную ссадину на лице Леры. – Вроде неглубокая, шрама не должно быть. – Надеюсь, – как-то печально выдала она. – Спасибо вам. – Да не за что, – улыбнулся парень в ответ. – И что здесь происходит?! – раздался вдруг позади них визгливый женский голос. Вытянув шею, Лера увидела из-за плеча молодого человека, его рыжеволосую девушку, которая быстро приблизилась к ним. – Дина, я… – начал было парень. – Я только на секунду вышла, а ты уже клеишь кого-то?! – перебила она его тут же. – Никого я не клеил, Дина! – возмутился он, и попытался ее успокоить. – И перестань так кричать, все смотрят. – Пусть смотрят! – вспылила девица и тут же со всего размаха залепила ладонью по лицу парню. – Ты что, спятила? – опешил он, схватившись за щеку. Было видно, что он ошарашен ее пощечиной. – Я просто помог девушке и всё! – Как же, всё! Я всё видела! Ворковал над ней, когда я подошла! – не унималась девица. Понимая, что сейчас начнется скандал, Лера протянула парню платок и тихо сказала: – Спасибо вам, я пойду. Он кивнул, взяв платок. – Ещё и платок ей свой дал?! – тут же взбеленилась рыжая. – У нее шла кровь, потому и дал, что ты начинаешь? – Ты что скорая помощь? – не унималась девица. Лера быстро отошла от них, решив сходить в туалет, посмотреть щеку. Закрыв в туалет дверь, она оперлась руками о раковину и взглянула на свое отражение. Вроде ссадина была неглубокая, и кровь уже не текла, но все равно пересекала всю щеку. Тяжело вздыхая, оправила волосы, чуть размазанную тушь. Потом сходила в туалет и помыла руки. Когда она вернулась в зал кафе, истерика рыжей достигла апогея. Девица отчего-то была в верхней одежде, и пыталась выйти на улицу, что-то неразборчиво крича, и отпихивая темноволосого парня, который пытался ее остановить. – Я сказала, что не полечу никуда с тобой и всё! – кричала она. Лера решила ненадолго присесть за ближайший столик и дождаться пока парочка уйдет. Она нахмурилась, чувствуя себя неловко. Явно из-за нее эта ненормальная устроила парню разборки. Но он то ни в чем не был виноват. Сначала Лера думала помочь, объяснить все рыжей девушке и примерить парочку, но сейчас не вмешивалась, боясь разозлить эту рыжую фурию еще сильнее. – Что значит, не полетишь?! – уже возмутился молодой человек громко. – У нас самолет через четыре часа. Дина, прекрати! – А мне плевать на твой самолет и на твоих родителей! Один лети! – бросила она злорадно и выскочила на улицу. Молодой человек выскочил вслед за ней прямо в одной рубашке. Вернулся он спустя пять минут и быстро подошел к своему столику, где остались его знакомые. – Села в такси и укатила, – недовольно заявил молодой человек, обращаясь к друзьям. – И что теперь делать? – Может еще вернется? – предположил его друг. – Может… – кисло ответил темноволосый. – Мы пойдем, Тёма, уже поздно. Мне вставать завтра рано, на работу, – сказала подружка второго. – А, хорошо, идите, конечно, – кивнул Тимофей, и когда пара уже поднялась на ноги добавил: – Простите за эту сцену. Дина она… – Знаем, знаем, не беспокойся, – похлопал его по плечу приятель. – Я уверен что она сейчас вернется, позвони ей. – Надеюсь, – кивнул Тимофей. Молодые люди быстро ретировались из залы. Тимофей устало плюхнулся на широкий диванчик, и начал что-то набирать на телефоне. Как Лере не хотелось уйти, но она решила подойти к этому парню. Жаль его было. Все же вступился за нее и из-за этого поссорился со своей девушкой. – Могу я вам чем-то помочь? – спросила Лера участливо, подходя к его столику. – Нет, – буркнул он, быстро подняв к ней лицо. – Что вы сделаете, если эта вспыльчивая истеричка заводиться с пол оборота. Еще и ревнует к каждому столбу. – Благодарю, так меня еще никто не называл, – улыбнулась Лера, решив пошутить. Ситуация и правда была глупая. Сначала этот пьяный мужик, потом эта истерика рыжей. Веселый вечер. Похоже, до вокзала она так и не доберется сегодня. – Извините меня, ляпнул не подумав, – печально улыбнулся он в ответ. – Тогда, если моя помощь не нужна, я пойду, – сказала приветливо Лера, надевая на темные волосы вязанную белую шапочку. – У вас опять пошла кровь, – сказал он вдруг. – Правда? – нахмурилась она, инстинктивно приложив ладонь к щеке, и ощущая на пальцах жидкость. – Посидите здесь, я спрошу у них аптечку, там наверняка есть пластырь, – предложил Тимофей, вставая, и засовывая телефон в карман. – Не надо, обойдусь, – замотала головой Лера. – Присядьте, вам говорю, – настойчиво велел он. – На улицу с раной пойдете? Или вы опаздываете куда-то? – Нет, я не тороплюсь. – Отлично. Тогда подождите меня, я вернусь с аптечкой, – сказал он и быстро направился в сторону барной стойки. Глава 3 Лера в который раз за сегодня опустилась на сиденье за столик, стянула с волос шапку. Начала рыться в сумочке, надеясь найти хоть что-то похожее на платок или тряпку. Но ничего не было, даже упаковки одноразовых салфеток. В сумке лежали только двое стрингов, паспорт и косметичка. Стало жарко от всей этой катавасии, и Лера расстегнула шубку. Глянула на часы. Почти полночь. На удивление Тимофей вернулся не один, а с каким-то мужчиной в белой рубашке, с беджиком на груди. – Добрый вечер, – поздоровался мужчина. – Я дежурный администратор бара. Давайте я осмотрю вашу рану, у меня есть корочки оказания первой помощи. – О, спасибо, – кивнула Лера, и мужчина тут же уселся рядом с ней, деловито разложив на столе аптечку. Он начал умело протирать рану девушки какой-то вонючей салфеткой. Тимофей стоял рядом. – Извините, что так вышло, – обратился к Лере администратор кафе, убирая окровавленную салфетку. – Вообще, у нашей охраны четкие указания – всех дебоширов и особо агрессивных посетителей сразу выдворять из заведения. Это сегодня что-то они не заметили, как он пристал к вам. – Ничего страшного, бывает, – вздохнула она. Она подумала о том, что этот пьяный мужик был еще не самым страшным, что с ней сегодня приключилось. Пустота в душе и какая-то злость на Юрия так и не оставляли ее сердца. Она столько сделала для него за этот год. То готовила вкусные изысканные ужины, то сюрпризы в виде дорогих билетов на концерт покупала. Не считая того, что всю уборку по дому делала она, как и готовила. Пыталась угодить и порадовать любимого. И за все он отплатил черной неблагодарностью. Это было для Леры ударом. Но зато сейчас она вновь и вновь вспоминала мудрые слова матери. « Лерочка, если мужчина тебя любит и ты ему действительно нужна, он не будет смотреть на твою внешность, и на твои кулинарные способности. Он будет принимать и любить тебя такой какая ты есть, терпеть тебя со всеми твоими закидонами и недостатками. Даже если ты будешь никчемной хозяйкой или грязнулей. А если не любит, то хоть расстелись перед ним по полной, он все равно уйдет или будет изменять». Тогда два года назад эти слова матери казались Лере непонятными и явно не соответствующими действительности. Но сегодня она поняла, что Юрий именно использовал ее, и совсем не любил. Ведь не мог любящий человек изменять ей нагло, да еще в квартире, где они жили почти семьей. Мерзость. Лера тряхнула головой, пытаясь позабыть все это. – Все теперь, точно кровь не пойдет. Через два-три часа снимите, и все, – произнес администратор, поднимаясь и забирая свою аптечку. – Спасибо, – кивнула Лера. В этот момент около них появился официант с подносом, и начал быстро выставлять на столик какие-то разноцветные коктейли, небольшую тарелку с фруктами и сыром, и хрустящие хлебцы. – Решил немного успокоить нервы вкусным коктейлем, составите мне компанию? – спросил Тимофей, улыбаясь Лере и садясь напротив за столик. – А то после сегодняшнего веселого вечера, до сих пор трясет. Он словно прочитал ее мысли о том, что денек сегодня был крайне дурной и нервный. – Эээ, – Лера замялась, не зная как поступить. Молодой человек итак для нее уже много сегодня сделал, и злоупотреблять его добротой ей не хотелось. Она ведь не была с ним знакома. – Или все же вы куда-то торопитесь? – Нет. До утра я совершенно свободна, – ляпнула Лера, и поняла, что сказала лишнее. – Отлично, тогда я угощаю. Не переживайте на счет денег, я за все заплатил. Он снова прочитал ее мысли о том, что у нее совсем мало денег для этих коктейлей. Он так пронзительно и по-доброму смотрел на нее, что Лера улыбнулась ему в ответ и стянула с плеч шубку. – Хорошо, спасибо, – тихо ответила она. – Берите, не стесняйтесь, какой нравится, – кивнул он и достал телефон. – Я пока Дине позвоню. Лера кивнула и осторожно взяла треугольный бокал с оранжевым коктейлем, и кусочком киви на краешке чаши. Она отхлебнула, наслаждаясь кисло-сладким вкусом. Он был без алкоголя, и она довольно выпила половину. – Блин, вот обижуля, – пробурчал Тимофей. – Не берет трубу. – Он поднял глаза на Леру. – Я без алкоголя заказал, не знал, пьете вы его или нет. – Очень хорошо, – улыбнулась она. – Вкусный. Она отметила, что Тимофей немного пьян, наверняка с друзьями чуть ранее пили алкогольные коктейли или что крепче. – Рад, вы фрукты берите, не стесняйтесь, – кивнул он и снова уткнулся в телефон. – Попробую по ватсапу написать. Он начал что-то строчить в телефоне, и спустя пять минут громко выругался: – Вот коза! Лера удивленно подняла на него глаза, даже не думая, что такой воспитанный малодой человек может так ругаться. На ее округлившиеся глаза, он протянул ей телефон, показывая что-то написанное в ватаппе. Лера невольно прочитала последние две фразы. «Диночка, лапуля, давай прекращай дуться, возвращайся. Я тебя люблю» – это писал Тимофей. «Пошел на хрен, скотина! Я тебя бросаю. Между нами все кончено!» – писала в ответ Дина. Он убрал телефон, и Лера подумала о том, что Тимофей уж точно не «скотина», не вязалось это нехорошее слово с его образом. Ей вдруг показалось, что ситуации у них с Тимофеем похожие. Только она бросила почти с теми же словами Юру, а его Дина. Только с одним «но». У Леры был весомый повод сделать это. А у этой рыжеволосой девицы – нет. Тимофей точно ни в чем не виноват. Просто заступился за девушку, как порядочный мужчина и все. И она искренне не понимала эту истеричку Дину. На пустом месте взяла и поссорилась с таким хорошим мужиком, еще и очень симпатичным. Лера опять быстро скользнула взглядом по Тимофею. Аккуратно постриженные темнл-русые волосы уложены в модную прическу, правильные черты лица, высокие скулы и лоб, живые красивые серые глаза. Да и плечи широкие под рубашкой и торс подтянутый. Наверняка занимается в спортзале. И чего этой Дине еще надо? Например, Юра за последний год отрастил даже небольшой пузик на домашних харчах, а про спорт даже слышать ничего не хотел, вопил что устает на работе. На вид Тимофею было лет двадцать семь, может тридцать. – Ну всё, еще и заблочила меня везде, – несчастно расстроился Тимофей, поджимая губы и невидящим взглядом смотря в телефон. Лера отчетливо видела, что он по-настоящему расстроен, и не играет. Поджимал губы, и нервно подергивал плечом. Похоже любит эту скандалистку Дину. Лера решила его утешить. – Вы не переживайте, такие обычно вспылят, а потом уже думают головой, – сказала она. – Она обязательно вернется. – Когда? У нас через два часа самолет в Сургут. Один я не могу лететь. – Вы из Сургута? – Родился там. Уехал оттуда десять лет назад. На январские праздники собирались с ней вместе слетать. – Все в Новый год на море, а вы в тайгу, медведей смотреть? – пошутила она. – Нет, – ухмыльнулся он, кончиками губ, оценив ее шутку. – Мы к моим родителям должны были лететь в гости. – Понятно. – Да и не вернется она. Написала, что хочет проучить меня, – начал изливать ей душу Тимофей. Лера знала, что порой незнакомому человеку открыться легче, чем родному. Потому добавила: – Летите один, еще билет пропадет, будет жаль. Родителей повидаете, и вернетесь, ваша Дина уже остынет и у вас снова будет все хорошо. Он долго задумчиво смотрел на нее и молчал. Лера даже смутилась от его настойчивого взгляда. – Вам завтра на работу? Точнее уже сегодня, – поправился он. – Нет, у меня отгулы до Нового года. А что? – Я просто подумал… может вы полетите в Сургут со мной? Что скажете? – Я? Нет, я не могу, – залепетала она, опешив. – Я вас не знаю и вообще… – она пыталась объяснить почему не может. – У вас Дина есть. – Вот в пути и познакомимся. – Нет, это глупость какая-то. Куда я с вами полечу? – мотала пораженно головой Лера. – С билетом я договорюсь, поменяем на вас в аэропорту, у меня там знакомый есть. Вам когда на работу? Или вы не работаете? – Девятого на работу, – машинально ответила она. – Отлично. Восьмого вернемся. – Нет, вы что? Это как-то ненормально, вот так вот… – Вы не думайте, я очень спокойный и положительный. К вам приставать не буду. Вся поездка за мой счет. Слетаем к моим родителям и обратно. Они все равно не видели Дину. Я представлю вас, как свою невесту. Они рады, вам развлечение, и я буду доволен. Глаза Леры округлялись все больше. Как он отлично все уже спланировал и решил за нее. Ощущался его властный характер. – Я же сказала, нет, мы не знакомы с вами, – твердо заявила Лера, даже не сомневаясь в его порядочности. Однако какой-то внутренний голосок затвердил ей: «Лети с этим парнем, красавец, все оплачивает, приставать не будет. И на жилье и еду тратиться не надо. Девятого вернешься и через день зарплата, и все проблемы решены». – Как вас зовут? – Лера. – Прекрасно, Валерия, я Тимофей. Теперь знакомы, – он чуть помолчал и проникновенно продолжал: – Знаете, Лера, я хотел Дину как невесту представить родителям. Они уже давно простят воочию ее увидеть, так сказать. У нас в феврале свадьба должна быть. Но я вот сейчас подумал, зачем мне эта свадьба? Постоянно вынос мозга потом будет, истерики. Она уже полгода воспитывает меня, пытается под себя переделать. Надоело. Я бы и сейчас порвал с Диной, раз она ведет себя неадекватно. Думаете это первый раз сегодня? – Не в первый? – Нет, постоянно дураком меня выставляет на людях. Не могу заговорить ни с одной девушкой, сразу приступ необоснованной ревности. Даже на работу ко мне приходит и скандалит. Последний раз на мою секретаршу вылила кофе зачем-то. Приревновала. А у Ирины, моя секретарша, муж прекрасный и двое маленьких детей. Нафига я ей? Да и я как-то не привык сразу с двумя девушками. – И что ни разу не изменяли? – Нет. Зачем? Я же не турецкий султан. Гарем мне не нужен, – пошутил он. – Простите, что–то меня понесло. Не надо было говорить все это вам. Просто накипело. Обычно я молчун еще тот. – Да, ничего. Сказал и легче стало. Ох, простите, сказали. – Давай на ты? – Хорошо. – Лера, понимаешь, я родителям обещал, они ждут. Знаю, готовят семейный ужин на Новый год. Мать сильно расстроится. Я ж у нее один сын. Он так убедительно говорил, как-то даже просяще, и смотрел на нее немигающим завораживающим взглядом, словно гипнотизируя. Предложение Тимофея казалось Лере дико авантюрным и невероятно заманчивым. – Ну что, Валерия, полетишь со мной в Сургут? Теплого моря не обещаю, но медведя точно найдем, думаю. – Можно, наверное…, – вдруг тихо ответила она, сама от себя не ожидая. – Правда? Я очень рад! – выпалил он радостно, видимо даже не ожидая от нее положительного ответа. И снова затараторил: – Правильно, что согласилась. Как я и обещал приставать не буду. Все устрою как надо. Все за мой счет. Ты не переживай. Сейчас прямо в аэропорт и махнем, да? Вещи у меня с собой. Подожди, а тебя никто не потеряет? И вещи тебе надо, наверное, собрать? – Не потеряют, – сказала она, поджав губы, и вновь вспомнив об измене Юры. – И из вещей у меня одна сумочка. И ничего больше нет. На работу мне девятого. Ни о чем больше не спрашивай. Если уверен в своем решении, то я готова поехать с тобой, Тимофей. – Офигеть, просто. Кратко и все по полочкам. Конечно, уверен, иначе бы не предложил. Больше ничего спрашивать не буду, – улыбнулся он в ответ. – Тогда поехали в аэропорт. Не переживай, если что вещи тебе завтра в Сургуте купим, деньги у меня есть. Он торопливо встал и кинул на стол бумажку в десять тысяч. И тут же подхватил шубку Леры и открыл ее. Она вновь опешила. Она даже не помнила, когда Юрий помогал ей одевать верхнюю одежду. Она поблагодарила Тимофея, и залезла в свою шубку. Захватив шапочку, она натянула ее на голову, и взяла сумку. Быстро накинув на себя короткую легкую дубленку, он поднял с сидения небольшой рюкзак, и закинул на спину. – Пойдем? – пригласил он, пропуская ее вперед. Они вышли на заснеженную улицу, и Тимофей быстро начал что-то набирать в телефоне. – Через три минуты будет, – коротко бросил он. Спустя пять минут подъехало такси, и Тимофей открыл перед Лерой дверцу. Она села внутрь теплой машины. Тимофей обошел с другой стороны машины и сел рядом с ней сзади. Озвучив таксисту еще раз, что надо ехать в аэропорт и как можно быстрее, Тимофей подбадривающе улыбнулся Лере и сказал: – Не бойся, я не кусаюсь. Обещаю вести себя хорошо. Видимо вид у нее был уж очень напуганный, подумалось ей, раз он так сказал. Она улыбнулась ему в ответ и отвернулась к окну, зажав между коленей озябшие пальцы рук. Смотря на заснеженный пробегающий пейзаж за окном такси, Лера про себя подумала: «Чтобы сказала мама… села с малознакомым мужчиной в такси и еще и еду в Сургут.. как так можно… после двух часов знакомства..». Глава 4 Стоя у квадратной колонны, посреди громадного зала отправления, Лера нервно жамкала в руках сумочку. Тимофей убежал с ее паспортом обменивать билеты почти час назад. На часах уже было почти четыре утра, а на табло вылетов и прилетов, под которым стояла Лера горела надпись – отправление самолета в Сургут в четыре двадцать. Это нервировало ее. – Что же я делаю…, – шептала она себе под нос, оглядываясь по сторонам. – Еще и паспорт отдала ему, а вдруг он не вернется? Тогда… – она нахмурилась. – Нет такого не может быть, Высшие Силы не могут так жестоко подшутить надо мной. Тимофей велел ей оставаться здесь, рядом с табло, и она с нетерпением ждала его. Кругом сновал разномастный народ, кто с чемоданами, кто с детьми, кто с едой. В этот час в Пулково было людно и шумно, несмотря на глубокую ночь. Сказывалось приближение Нового года. Занималось морозное утро тридцатого декабря, и все спешили улететь домой, к близким или на отдых. – Лечу непонятно с кем, непонятно куда…, – шептала она себе под нос, высматривая высокую поджарую фигуру своего нового знакомца в бурлящей толпе. – Нет, куда понятно. В Сургут. В край нефти и снегов. Мда, Валерия Андреевна влипла ты по полной… но остальные варианты еще хуже… – Всё поменял! – раздался у ее уха знакомый голос. Лера даже вздрогнула, быстро оборачиваясь к молодому человеку. Тимофей приблизился как-то незаметно, и она не услышала его шагов в этом шуме. Он протянул ей паспорт. Улыбнулся по-доброму и спросил: – Еще не передумала лететь со мной? Окинув пронзительным взглядом его приятное лицо с живыми глазами, которые искрились, Лера облегченно выдохнула. – Полечу, – кивнула она, забирая свой паспорт. И не могло быть иначе. Не мог он оказаться жуликом, такие у него глаза чистые и добрые. – Окей! Тогда пошли скорее, посадка уже идет. Ухватив ее за руку, он потащил Леру за собой куда-то в самую гущу людей. – Мишка Кузнецов меня отпускать не хотел. Пришлось выпить с ним коньяка за встречу, все ж старинные друзья мы, в МГиМО вместе учились, – объяснял Тимофей, чуть оборачиваясь к девушке и продолжая быстро идти. – Но ничего успеем. Главное он билет тебе заменил. Я ему сказал, если опоздаем на самолет, то приеду с невестой ночевать к нему. – Он рассмеялся и добавил: – Он между прочим на Невском живет, в шикарном особняке девятнадцатого века. – Ничего себе, – улыбнулась Лера, стараясь успевать за его широким шагом и не свалиться на своих сапогах с большими каблуками. Уворачиваясь от проходящих мимо людей, они подбежали к нужной стойке регистрации. Пассажиров уже не было, и две девушки в униформах нетерпеливо оглядывали зал. Увидев их одна тут же воскликнула: – Господин Малахов, Тимофей Александрович? – Да. Вот документы и билеты, Лера давайте свой паспорт, – велел он. – Хорошо-хорошо, – закивала вторая девушка в форме, сидящая за компом, быстро что-то стуча по клавишам. – Ждем только вас. Самолет итак уже задержали на пятнадцать минут. – Из-за нас? – невольно пискнула Лера. – Конечно из-за вас. Как же еще. Кузнецов приказал, – кивнула вторая девушка, проворно цепляя на небольшой рюкзак Тимофея бирку «ручная кладь». – Ничего, не переживайте, пилот нагонит это время в пути в Сургут, прилетите по расписанию. – Все. Ступайте быстрее на второй этаж по эскалатору, там вас уже ждут, проводят в самолет, – велела первая, указывая в бок. Тимофей и Лера поспешили наверх, и быстро забрались на бегущую вверх «ленту». – А этот ваш Кузнецов, какой-то начальник здесь? – спросила невольно Лера, чуть привстав на цыпочки, говоря тихо Тимофею на ухо. – Ага, – ухмыльнулся он. – Начальник аэропорта. – Ааа, – протянула Лера, окончательно стушевавшись. Они уже дошли до другой девушки в форме, и та быстро пробив их билеты, указала им в направлении прохода в рукав, ведущий к самолету. Войдя на борт, Тимофей протянул билетики стюардессе, встречающей их. – Господин Малахов, здравствуйте. Прошу вас, вот ваши места, – поприветствовала стюардесса, нацепив дежурную улыбку на лицо и указывая рукой на два места сбоку. – Сядешь к окну? – спросил Тимофей Леру. – Сюда? – опешила она снова, видя, что их усадили в салон бизнес-класса. Быстро кивнула. – Ладно, к окну. Плюхнувшись на сидение, и прижав к себе сумочку, она пораженно смотрела вокруг. Стюардесса быстро убежала сообщать командиру экипажа, что все пассажиры на борту и можно взлетать. Лера же пораженно смотрела на Тимофея, который деловито сел рядом, поставил свой рюкзак впереди и начал поправлять ремень. Вопросы Леры множились и она недоумевала. Конечно же она и раньше летала на самолетах и много раз, но сейчас их посадили в первый салон бизнес класса. Она хотела спросить у Тимофея не ошибка ли это? Ведь места в бизнес стоили очень дорого. – Мы что… – начала Лера и тут же замолкла, боясь выглядеть глупо.