Подвинься бесплатное чтение
![](/img/b/172087.jpg)
Дизайнер обложки Изабелль Александровна Фитц
© Владимир Александрович Шестаков, 2024
© Изабелль Александровна Фитц, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0062-3934-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
#предислов
Спонсор данного стихосборника – комбоусилитель Marshall, проданный на Avito
Я всегда хотел издать книгу.
Она мне представлялась в виде романа или детектива с хитро закрученным сюжетом. Но этот гениальный сюжет всё не придумывался, а вот стихи сочинялись. И постепенно они накопились в таком количестве, что я задумался: а почему бы не издать сборником именно их?
Так родилась «Млада Скверна». Скверное, потому что написано по молодости. Сейчас самые первые стихи, словно бельмо на глазу. Я очень не хотел их включать в сборник, но посчитал, что они просто необходимы для того, чтобы читатель мог отследить эволюцию автора (если таковая случилась). А вот концовка книги позволила утвердиться в выбранном стилистическом пути и встать на широкие рельсы.
Сборник выпускался в середина 2022 года, а я изначально хотел привязаться его именно к годам, а не тематикам. Материала было много, а сборник вот-вот перевалил бы за триста страниц. Поэтому я решил ограничить объем 2020-м годом, и часть написанного отложить на будущее.
И оно, наконец, наступило.
О сборнике
Что-то среднее между ударом нагайкой
и фотографией с сотней мильонов лайков.
И спорю, что излечится какой-либо триггер,
Благодаря прочитанному в этой книге!
2021
Горе горькое
- Горе горькое по свету шлялось
- И на нас с соседом невзначай набрело.
- С собой – связка апатии да усталость.
- Буркнул сосед: «Да у нас и своих полно!»
- «Это, Иваныч, новомодная штука.
- Бесцельная вовсе… Оттого и горчит».
- «Лучше ступай поскорей отсюда!
- Экий ты футуристический сыч…
- И совет тебе дружеский – на вот:
- Мы тут оба видавшие виды!
- А потому сразу бросаем за борт
- Грузный якорь непутёвой обиды.
- Ты вперёд уходи, без оглядки.
- Даже Горький твоему рывку вторит.
- А он, между прочим, задал стандарты
- Для более широкой аудитории!»
Метрополис-21
- Пёстрые флаги колеблются, блестят вензеля.
- Бездушной машины лязг гусениц слышу.
- «Код красный! Думать так много нельзя!»
- Ох и лукавил про моральную силу Ницше…
- Патриотично встретим подошву в щёку.
- Воронок тетраграмматона вот-вот примчится…
- Качество жизни давно уже побоку.
- Я/МЫ – лишь неучтённые в табеле единицы.
- Хаш! Служит молебен преподобный Голгофель,
- Триколор освящая утопией цифр.
- Запнулась швея: «Тридцать семь или восемь?..»
- Срочно разбужен был спящий наноминистр.
- При входе в острог склоните голову.
- По заветам «ХедХантера» – текучка в клетке.
- Эй, Новичок, вот узнать было б здорово,
- Где взял Ленин ту красную таблетку?
- Сотрясают парады воздух натруженный.
- Анархисты и праведники, а надежда одна —
- От «Авроры» или «Черной жемчужины»
- В Петропавловской крепости ждём ядра!
Либидовы бесчинства
- Как спустилась на улицу ночь —
- У соседей за стеной канонада…
- Возбудился и я, да не подал вида.
- И напрасно гоню желание прочь.
- Как ляжешь обнаженная рядом,
- Так бесчинствует моё либидо…
- Заговорщицки тухнет лампа,
- Как последний немой свидетель.
- Блеск в глазах тон вечеру задал.
- Так изящна ты и желанна —
- Не хватает лишь моих отметин!
- Поцелуй в шею слаще яда.
- В унисон гремит канонада.
- А затем, разрядив тишину, воцарится
- Блаженный финальный выдох.
- Словно грешники райского сада,
- Где соблазн не даёт примириться,
- Там бесчинствует её либидо…
2022
Реплика самодержавия
В XXI веке хуже монархии имперской может быть только монархия в изгнании
- Абсурд не вырезан,
- а возведён в абсолют.
- Как самый лживый из мирских кошмаров.
- Низложенные классы
- самонадеянно себе врут.
- Вот на принцессе женится очередной Романов.
- Торжественно входит
- в князей пантеон.
- Нарядно обклеен – фамилии, титулы…
- Но плачет невеста.
- Весь дом омрачён —
- родился уродливый монстр полиповый.
- Хилое тельце
- и слабость грудная.
- Что в петле болтается несчастная мама.
- Вбежали в палаты…
- Там наследник хватает
- скользкой щупальцей скипетр и державу.
- Прекратили агонию,
- подушкой накрыв,
- И сжали на лике наследника.
- Прорвали на теле
- тот гнойный нарыв —
- Наивной самодержавной реплики.
- Лишь профиль надменный
- отлили на никель,
- О чем скромно пишет газеты номер.
- В пепел костра
- упадут две гвоздики…
- – Покойся с миром, Романов-Гогенцоллерн.
Рецепт яичницы
- Зря ты фартук сняла и повесила.
- А ну-ка
- открывай морозильный ларь!
- Яиц сырых жёлтое месиво
- мне на слабом огне
- обжарь.
- В томлённую на углях курочку
- сыра головку натри.
- Не скупись!
- Пусть миксер, вальсируя, кружится.
- Дна сковородки
- маслом коснись.
- Зашипит на тебя
- корыто чугунное!
- Идти на попятную никак не хотя.
- Не заметишь мгновения секундного,
- как яичница уж
- норовит вырваться за края.
- Жижу влей и томи до готовности.
- Фартук сбрось
- пред подачей на стол.
- В протоколе нет место условностям,
- раз мужик твой
- голодный пришёл.
Пробуждение
- Ты меня любишь
- и носишь мне розы.
- А я,
- отойдя от наркоза,
- шепчу тебе
- «нет».
- Под ветвью сакуры,
- рисованной мелом,
- лежу…
- Какая ж я дура,
- что руку твою
- не держу.
- И ты развернёшься,
- шаги удаляя…
- – Постой!
- В белом халате
- я, гордость бросая,
- бегу за тобой.
- Бросаюсь на шею,
- с ресницы сбивая
- слезу…
- Разбитое сердце
- на две половинки
- держу!
Сухостой
- Есть сухостой, что воду ждёт
- В надежде снова стать цветами.
- Но горестно, что мало дней
- Отпущено на жизнь.
- От дум былых мороз встряхнёт.
- Пронзит насквозь осенними ветрами.
- Щебечет дрозд среди ветвей
- Покрытых инеем рябин.
- Беду предвидит, зная наперёд.
- Затянет небо грозовыми облаками.
- Разлука ждёт. И много дней
- Полёт над краем неродным.
- К земле рябину снег прижмёт.
- Обтянет ветви, словно лоскутами.
- Уснут и те, кто не хотел,
- Но стал героем для картин.
- Где с первым солнцем снег сойдёт,
- Направив кисти с тёплыми цветами.
- Чтоб ночи сделались длинней,
- Вернулись с юга журавли.
- Пробьются реки, треснет лёд.
- Набухнут почки лепестками.
- Весна идёт. Пой, соловей,
- Встречая первые цветы.
Геополитика
- В гробу вращаясь коленвалом,
- Столыпин, Витте и Плеханов
- Пытаются конструктивной критикой
- Прервать влажный сон геополитика…
Акварель
- Ждёшь от неба в поклон освежающий дождь,
- Но сквозь строй облаков грозно хлынет напалм.
- С явным страхом в глазах укрываешь ты дочь.
- Слабым телом твоим не сдержать ураган…
- Ей в стремительный мир предначертан был путь,
- Где всем детям зимы уготована роль.
- Пусть от разных невзгод душу ей берегут,
- Под нажимом судьбы рвётся лист черновой.
- Чтоб в свободный полёт навсегда отпустил.
- С новым шагом в пути, удаляется дом.
- Вспоминая отца, будет много грустить.
- Не пришёл проводить – вряд ли будет прощён.
- А по склону холма мягко следует кисть.
- Год за годом в душе прорастает зерно.
- Возвращаясь домой, ты в сердцах побежишь.
- Тёплый взгляд старика не потребует слов.
- Следом солнечный луч постучится в окно,
- Расстилая за ним долгожданный апрель.
- Оцарапав винил, станет петь граммофон.
- Ручейки горьких слёз поглотит акварель.
- Раньше в детской душе бушевал ураган,
- Но с последней слезой упадёт в стакан кисть.
- Только вместе пройдём грозовой перевал,
- Где рисунки в столе называются «жизнь».
Новый гражданин
- Под знаком кожаной дубинки
- на бланке ставится печать.
- – Рвались прилюдно осуждать
- вчера на площади Неглинки?
- Чудес не будет, светит ссылка.
- Воистину, то праведный исход.
- Отлично правит битый код
- Судьбы на каторге дробилка!
- Пакуйтесь в путь. На Сахалин…
- Или на бланке напишите,
- Коль всей семьёю дорожите,
- Что свято любите режим!
- Теперь вы (новый) гражданин!
- Вещдоком станет голубь мира.
- Чтоб вновь система пояснила,
- Кто раб, кто господин.
Шестаков (акростих)
- Шелка сменить на гимнастёрку —
- Единственный, но верный путь.
- Система вновь берёт иголку,
- Тупым концом вонзаясь в грудь.
- А там ломается о камень,
- Как точка страшного суда.
- О, эта жизнь! Сотри мне память!
- Вели забыться навсегда.
Мы будем праведно скитаться
- На перекрестье стыка судеб
- Мы снова встретились с тобой.
- За эту связь нас не осудят,
- А лишь закроют путь домой.
- Мы будем праведно скитаться
- И навестим сиротский дом.
- Там мезонин в тени акаций
- Большим представим кораблём.
- Он понесёт нас в даль покоя,
- Где обитает благодать.
- Я ясно слышу шум прибоя.
- И так хочу его обнять!
Раздрай
- Гранитной грудью тормозили
- Волны́ стремительный набег.
- Веками жив, насторожились,
- Завидев в небе чёрный снег.
- Была то копоть с броненосца,
- Что рядом бросил якоря.
- И в зиму ту не грело солнце.
- Был век последнего царя.
- Блуждавший эхом гнев орудий
- Ворвался с воем в тронный зал.
- Благословляя кровь в сосуде,
- Давно наполнился Грааль.
- Цвет разделил стоящих вровень.
- Принёс раздрай на целый век.
- Теперь никто не остановит
- Волны стремительный набег.
Salve, Poembookus
- Привет, Поэт!
- Располагайся тут,
- на Poembook’е.
- Что нам расскажешь о себе?
- Ты их мычишь сперва?..
- Ну те,
- рифмованные звуки…
- Или из тех,
- кто расшибает лоб
- в мольбе?
- – Анкета каверзна…
- Я здесь немного приукрашу.
- Что ни последователей,
- да и паству
- не ищу!
- Не жду плевков
- зубрящих пятиклашек,
- Коль выпадет учить
- поэзию мою.
- Не высекут в гранит
- написанное мною.
- Поэтов маркетолог
- словно цензор для судьбы.
- В союз писак
- и по знакомству не устроят.
- Я, как и все,
- чрез время буду позабыт.
Легитимный выбор
- Насколько легитимен «выбор поэмбука»?
- Кто в этот список волен отбирать?
- Он очертил лишь принадлежность к кругу,
- Тому, что велено ценить и уважать.
- Что за масон озвучил провидение?
- Дебаты где?
- А прения?
- Отбор?
- Мы наблюдаем здесь типичное явление —
- Культ личности да поэтический террор.
- Бесспорно, есть достойные творения,
- Но отобрал их субъективный вкус.
- И голос точит камень преткновения,
- Взвалив на плечи не по силам груз.
Европеец (акростих)
- Единым фронтом за идею
- встаёт народ с восходом солнца.
- Решительность запечатлели,
- отлив на памятник из бронзы.
- Представив Карла Маннергейма
- единой силой с Мажино.
- Есть старый шрам у европейцев —
- цена свободы городов.
Володичу (акростих)
- В варьете обветшалые двери.
- Обвинитель готов начинать.
- Лирику Моцарта и Сальери
- оскорбил эфемерный скрипач.
- Демонстрирует силу поэт,
- изгаляясь пощёчиной-словом.
- – Человека без творчества нет!
- Угасает вместо вспышки Сверхновой.
Влипли
«Кавалерия красных прорвалась у Дебальцево,
там влипли Марковцы, оставлена была батарея.
Никогда не думал, что положение дел настолько серьёзно».
Орлов Г. А. Дневник Добровольца. Хроника гражданской войны
1918—1921
- Пушистый снег летает, кружи́тся,
- На чёрные гимнастёрки падая.
- За горизонт уходит телег вереница.
- Ей офицер бывалый командует.
- Руки тугими бинтами стянуты:
- Обожгли их холодные воды Урупа.
- – Эх, капитан, всё же прав был ты…
- Красные вовсю показали зубы!
- Вспоминает высоту недоступную.
- Пулемёты, косящие волну за волной.
- Приведшую к бойне команду преступную:
- – Взять рудники любой ценой!
- Кровь пьют ненасытные красные.
- Рубят шашками по белой груди.
- – Ах, Россия моя, несогласная!
- Как тебя нам от смерти спасти?
- А в капкане лощины невольники.
- Им снова всадники кричат:
- – Сдавайтесь, чернопогонники!
- Лишь в гробах вы вернётесь назад!..
- Пушистый снег летает, кружи́тся,
- Сердце болит и спать не даёт.
- Ах, если б тогда удалось закрепиться…
- Но уже на Галлиполи ждёт пароход.
Дайте Сахар/ов/а
- Кончились в супермаркетах греча и рафинад.
- Жаждущим отчётливо слышен лязг гусениц…
- Советские люди что-то ностальгировать не спешат,
- Как сражался с системой их последний мученик.
- Бравирующий атомом снова в почёте.
- Спит и видит сыр из ракетных кратеров…
- – Разве можно с землёй сводить счёты? —
- Шепчет с трибуны академик Сахаров.
- В диссиденты записан, как и стоик Сенека.
- – У границы Союза трутся полчища гуннов!
- Несогласных газеты запишут в изменники.
- Тернист путь от Горького до трибуны.
- Кончен латентный период страны.
- На гонки лафетные соискателей пятеро.
- Вновь сахар ищут на полках полупустых.
- Но сахар не нужен, а нужен Сахаров!
Современная поэзия – это война
- Современная поэзия – это война,
- Где бетон разлагается в мякоть.
- Опустилась мораль до самого дна,
- Хотя никто воевать не обязан.
- Старые бюсты низвергнуты взрывом,
- Открывая донаторам бонусный раунд.
- На теле бездарей рвутся нарывы,
- Проступая через свежеотглаженный саван.
- Верлибры метает Джавелина Петровна.
- Декламирует долго, срываясь на крик.
- Дырбулщиров завет трактовав своевольно,
- Нецензурно бранит канонический стих.
- Всюду лезет и Элеонора Никитична,
- Время на пенсии спуская на флуд.
- Культура общения – тема вторичная.
- Желчь между строчками – входной атрибут.
- В прорыв бросили чугунную банку.
- По законам улицы пощёчины бьют.
- Уничтожили хокку, на очереди и танка.
- Восхитись! Или в дело пойдёт утюг.
- В шесть катренов ёмкость у Маузера,
- Чтоб бить навылет дурновкусия тело.
- Пять попыток в поиске браузера,
- А шестая предоставлена смелым.
Страна Ленивия
- Разум взбунтует. И с обманутой химией
- Архаика и модерн схлестнутся в бою.
- Цветёт и пахнет лавандой страна Ленивия.
- И в рядах её граждан я мерно стою…
- Особенно силён запах по понедельникам,
- Где свежий мох объедает железо машин.
- Почёт и слава потомственным бездельникам!
- А с девяти до семнадцати – постельный режим.
- Из года в год картина клинически стойкая —
- Непопулярен в обществе сомнительный труд.
- Успех здесь измеряется место-койками.
- Их, как реликвию, по наследству передают.
- Но фальшь этой размеренности отталкивает!
- И колет в грудь нефритовым значком.
- Мне есть что сказать, но я робко помалкиваю
- И продолжаю бить по чурке каменным топором.
- А разум бунтует! И под свет керосиновый
- В две полярные ночи напишу манифест.
- Представился шанс – без доли насилия
- Активных людей подниму на протест.
- Нужно спешить, чтоб успеть до рассвета.
- Дать забитой стране даже маленький шанс.
- Клею листовки к дверям ватерклозетов,
- Рискуя попасться в комендантский час.
- Манифест зачитался на площади Лени.
- В центре столицы, толпе у дворца.
- Шпика приметил на широких ступенях.
- Выдал его чёрный цвет языка.
- Агентам кивает, те резво набросятся,
- Свяжут запястья и вдавят в асфальт.
- Крамолу закончит – удар в переносицу.
- И тело предателя унесут в зиккурат.
- Там ходят титульные, маркизы да герцоги.