Тени на прошлое бесплатное чтение
![](/img/b/172490.jpg)
Глава 1
Я
просыпаюсь
.
Ich will dem Schicksal in den Rachen greifen
(нем. я схвачу судьбу за горло)
Л.В. Бетховен
Думаете я совсем не переживаю из-за того, что не понимаю, что случилось? Это не так. Интуиция тихо поскуливает о какой-то беде, но непосредственно ничего страшного рядом с собой я не вижу. Я действую по инструкции. Не знаю по какой, но точно по какому-то алгоритму, вдолбленному в подсознание. Я даже помню этот плакат над входом в учебку космофлота: “В критической ситуации ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а упадешь до уровня своей подготовки”. Вот я и упал, действую почти на автомате. Главное – понять где я. С тем кто я вроде как разобрались, если только нашивки на комбинезоне мои. В любом случае, буду пока считать себя тест-пилотом 2 ранга Улановым Артемом Дмитриевичем. Та еще работенка, испытывать новые корабли, настраивать корабельные системы для тех, кому не сидится на родной планете.Так персональный коммуникатор отключен, нет питания. Как такое вообще возможно? Я вообще ни разу не слышал, чтобы резонансные накопители у кого-нибудь ломались, а тем более сразу оба. То есть обстановку на корабле придётся узнавать по-старинке, искать людей или ближайший корабельный терминал. Я встал, по привычке разгладил полы кителя. Осмотрелся и понял, что меня настораживает в окружающей обстановке. Мы строим очень мало больших кораблей, а я мало того, что нахожусь на большом корабле, так еще и явно не гражданском. Если судить по толщине переборок между отсеками и открытым сейчас гермозатворам. Системы жизнеобеспечения работают, искусственная гравитация тоже, но кругом полумрак, дежурное освещение, значит корабль скорее всего на стоянке. Подсветка на полу указывает на расположение ближайших эвакуационных капсул и лестниц между палубами. Даже если порталы и лифты отключены смогу подняться по лестнице на главную палубу, Вероятность встретить там кого-нибудь из экипажа намного выше. О, лифты работают. Уровень тревоги внутри сразу снизился, но почему-то не исчез совсем. Откуда внутри это мерзкое ощущение опасности, если я на обычном корабле в почти обычной обстановке. Почти, т.к. я все же не помню что тут делаю, где другие члены экипажа и почему корабль в одном из сервисных режимов. Надо срочно кого-нибудь найти и всё узнать. Внутри все больше нарастало раздражение на себя, за то, что опять вляпался в какую-то нудную историю, которая закончится написанием объяснительной для командиров. Когда-то очень давно, лет 900 назад космос называли “последним пределом” человечества, а для нас, космос просто не самая интересная часть повседневности. Если быть более точным – область интересов для менее 2% населения. Эйфория от знакомства с новыми мирами и сотнями новых цивилизаций давно прошла. Особенно после того как мы поняли, что развитие космических цивилизаций всегда находится под присмотром разного рода иерархических структур, оставляющих минимум возможностей для любопытства и следящих за балансом сил во вселенной. Нам казалось неожиданной удачей, что все друзья и враги, которые нам встречались во вселенной, находились примерно на одном уровне развития с нашей цивилизацией. Когда мы вступили в разного рода союзы и управляющие структуры галактики, стало понятно, что режим детской песочницы вовсе не является случайностью. Кураторы готовили нашу планету к жизни в космосе, но строго следили за длиной поводка, не пуская нас туда, где человечество могло благополучно прекратить свое существование. Есть много прекрасных миров куда можно добраться с Земли, но зачем? Космос не волшебный мир приключений, а царство бюрократии. Прежде чем исследовать вновь открытую планету, приходится получить множество согласований с другими членами галактических комитетов, убедиться, что мы не повлияем негативно на эволюцию планетарной экосистемы. Потому работа в космофлоте и не пользуется особой популярностью у молодежи.
Теперь открытие каждого нового населенного разумными существами мира вызывает в нашем обществе примерно такой же ажиотаж как открытие нового вида глубоководных полярных медуз на заре космической эры с бодрым рассказом об этом в коротком сюжете новостной программы минут на пять.
Двери лифта бесшумно разошлись и в зеркальной панели напротив дверей я наконец смог осмотреть себя со стороны. Похоже вот откуда моя тревога. Где же это так меня потрепало? Темно-фиолетовый китель с золотыми вставками был очень мятым и грязным, недельная щетина на лице и ввалившиеся как от сильного недосыпа глаза. Даже в мои неполные 23 года мешки под глазами придавали лицу какой-то очень взрослый и уставший вид. Да уж, ну и видок. Без особого успеха я пригладил рукой торчащие во все стороны короткие волосы, но вместо того, чтобы зайти в лифт активировал расположенную слева от входа инженерную панель. Очень интересно! И что я мог забыть на исследовательском звездолете дальней зоны? Как раз то, о чем я говорил. На таком летают только законченные зануды из научного сообщества или инфантильные идиоты, мечтающие что-нибудь первооткрыть, но я вроде не отношусь ни к первым, ни ко вторым. Понятно, что пилоты нужны на любом корабле, но я бы запомнил, если бы был одним из этих странных, которые фанатеют от поиска новых миров. Мне, как и большинству жителей планет Союза Разумных совершенно очевидно, что для собственного развития и самопознания не обязательно пускаться в дальние путешествия с избыточным риском для жизни. Еще несколько веков назад выяснилось, что у большинства внеземных цивилизаций, очень схожие с нашими представления о Душе как о вечной псевдоматериальной субстанции, лежащей в основе всего живого. При этом, у специалистов по космическому правоведению добавилось головной боли, т.к. для многих космических рас к живому относятся практически все объекты материального мира, включая камни, воздух и даже космические корабли. В результате, человечество быстро завязло в паутине межзвездной политики. Последствием этого стало самоустранение людей от большой космической политики и уход и повышение интереса к нерегламентированной межзвездными соглашениями области права – личностному развитию. С обновленным энтузиазмом люди бросились искать ответы на вечные вопросы внутри себя, а не у множащих противоречия по данному вопросу инопланетных цивилизаций. Представления большинства космических рас о противостоянии света и тьмы, о существовании творящего начала во вселенной были очень схожи с представлениями землян. Однако принимать религию арктурианцев с их предвечными родителями или драконианцев, проповедующих, что только наши мысли приводят нас в существование, земляне не спешили. Отчасти это было связано с позицией самих инопланетных цивилизаций, в культуре которых уникальность и самобытность почитались как высшие божественные качества, дающие дополнительные права в межзвездных сообществах.
Земля и новые колонии присоединились к тем космическим расам, которые отказались от военной экспансии из рациональных соображений сохранения ресурсов. Война – это всегда слишком затратно для любой расы, поэтому землянам по сути так и не удалось поучаствовать ни в одной полномасштабной космической войне с орбитальными бомбардировками и остановкой термоядерного синтеза в чужих звездах. Это вовсе не означает, что мы отказались от постройки военного флота или разработки нового оружия. Вся история нашего вида научила нас тому, что нужно быть готовыми к тому, что даже слишком высокую цену лучше заплатить, когда речь идет о праве существовать и о праве быть собой.
Вызвав на терминале схему корабля, я понял как попасть в основной зал управления на верхней шестой палубе. И уже сев в лифт сообразил, что двери нигде не заблокированы, а значит мой коммункатор действительно сильно поврежден раз не может подключиться к корабельной сети. Конечно удобно, когда можно запросить схему корабля и вывести на внутренний интерфейс виртуального экрана. Вот еще в чем дело, я не помню, чтобы мой нейроинтерфейс отключался хоть раз в сознательном возрасте, будто какая-то часть тела отсутствует, очень дискомфортно. Но соображал я сейчас как-то уж очень медленно и не смог построить короткую логическую цепочку: двери отсеков не заблокированы, то есть корабль, во первых, на основных территориях Союза Разумных, а во вторых корабль распознал меня как члена экипажа. Осталось понять где весь остальной экипаж, чтобы кто-нибудь уже объяснил мне что здесь происходит. Не долго думая, я набрал код мостика. Лифт открылся в нескольких метрах от входа в рубку. Внутри было очень тревожно из-за отсутствия людей и высокой вероятности того, что я где-то нарушил устав и сейчас попаду под горячую руку руководства. Так, моего уровня доступа хватило на открытие дверей капитанского мостика. Может это и нормально, вот только по ощущениям, не мой это уровень доступа, что-то здесь явно не так. Сердце уже совершенно беззастенчиво колотилось в грудную клетку, отбивая в ушах древний сигнал опасности, не слушающий доводы рассудка. Все четыре кресла на мостике оказались пусты, а приборные панели неактивны. А еще вокруг стоял какой-то странный запах. Я машинально провел по спинке капитанского кресла рукой и даже в полумраке дежурного освещения увидел оставшиеся следы от пальцев на покрытом толстым слоем пыли кресле. Может это какое-то неудачное испытание систем корабля? Надо срочно узнать куда меня занесло и где люди. Самое время узнать мой уровень доступа. Я сделал запрос с терминала главного борт-инженера и система вывела на монитор мою персональную карточку с пиктограммой статуса в нижнем левом углу. Что? Фиолетовая восьмиконечная звезда с четырьмя короткими и четырьмя длинными лучами – символ капитанской власти в космофлоте. Высший уровень доступа? Кто же я? Подделать биометрию на таком уровне я точно не мог, это вам не учебный катер, на таких посудинах сканируются даже пси поля… В любом случае, не помню, чтобы служил на этом корабле. Не знаю впрочем, просто ощущения, что не мой корабль. И то, что разговариваю сам с собой не очень хороший признак. Значит, организм перегружен. Так, капитан явно не я, но сейчас возражать некому если я немного приду в себя в его кресле. Панели приборов на мостике моментально ожили, запустив процесс диагностики после аварийного отключения. Ага, то есть что-то тут все же произошло нештатное. В любом случае угрозы жизни и здоровью прямо сейчас нет. Надо обязательно отдохнуть и прийти в себя, чтобы не наломать случайно дров, а уже потом разбираться, куда я попал и что за ерунда с памятью творится. Так, где тут у них каюты экипажа с такими классными боксами восстановления? Вот они, совсем рядом с рубкой. Нет, это не лавное. Надо найти медицинский отсек, чтобы понять что с моим нейроинтерфейсом. Но так-то да, очень заманчиво, два комингса перешагнуть и погрузиться в объятья Морфея на пару часов. Как же заманчиво оставить разгребать все эти что и почему кому-нибудь другому, осталось только найти этого другого. Если он тут вообще есть. Похоже я и правда перетрудился где-то, у меня же высший уровень доступа. Да, что проще-то может быть чем спросить у корабельного искина что происходит, или хотя бы вывести информацию с корабельных сенсоров, а потом уже идти спать. Да где же эти метки в терминале? Мысли в голове шевелились с трудом и я впал в ступор, пытаясь найти в меню данные с биосенсоров в многоуровневом меню. Вот я не в себе конечно, можно же сделать проще. Компитур! Черт, нет я же не в катере. Валдая на гражданских судах… Рита! Включи управление голосом.
– Управление голосовыми командами активировано капитан – произнес приятный женский голос, безвозрастной как большинство женских искинов.
– Рита, есть на борту живые существа кроме меня и сколько?
– Капитан, помимо вас на борту находится 18 живых существ. Местоположение – кают-компания.
– Вот я плохо соображаю-то, конечно! Это же логично. Понятно, что у меня капитанский доступ на мостик и никто кроме высших офицеров не может сюда попасть. Понятно, что если на корабле есть еще люди, то они соберутся в кают-компании куда доступ не ограничен.
– Рита, покажи куда идти.
– На капитанском экране высветилось положение кают-компании на главной палубе, на полу появилась световая полоса, показывающая направление движения.
– Идти не хотелось, но что делать. Через три минуты я зашел в кают-компанию, но людей не увидел.
– Рита, что за шутки, где другие люди?
– Капитан, кроме вас на борту нет других людей. Вы спрашивали про живых существ. На текущем этапе возможны ошибки интерпретации из-за запущенной процедуры восстановления. Мой функционал восстановлен ан
– Вот черт. Я осмотрелся по сторонам. И кажется понял, что Рита имела ввиду. В одну из стен кают-компании был вмонтирован большой аквариум.
Жидкость в аквариуме слегка светилась, периодически вспыхивая яркими трэками, остающимися после очень быстрого прямолинейного перемещения местных обитателей. В аквариуме жили скоростные неоновые рыбки с Эридана-5. Очень модные домашние питомцы. Они похожи на обычных земных гуппи с такими же причудливыми раскрасками и ажурными плавниками, но несколько крупнее. А самое главное, они способны плавать со скоростью раз в 20 быстрее чем обычные земные рыбки, оставляя за собой светящийся след, гаснущий за несколько секунд. Ну и плавают они в совершенно другой манере чем земные аналоги: рывок, потом замирание, смена направления движения и новый рывок. В итоге аквариум похож экран с вечно меняющимся геометрическим рисунком из причудливых светящихся многоугольников. Для человека такая манера движения очень непривычна. Было даже специальное исследование, чтобы подтвердить что скоростные рыбки не слишком усиливают уровень стресса у экипажа. В итоге такие аквариумы есть теперь почти на всех новых кораблях. Даже в наше время космос – это зона повышенного риска, а значит люди должны быть начеку, не в расслабленном состоянии. Практика показала, что абсолютный комфорт – это плохо, люди теряют бдительность. Поэтому и придумали разные хитрости, чтобы поддерживать умеренный уровень стресса и напоминать людям, что что они не дома, что надо бдить. Скоростные рыбки идеально вписались в эту концепцию как один из способов держать экипаж в тонусе. С тех пор как изобрели синтезаторы пищи, командование разрешило вполне легально держать на кораблях разного рода питомцев.
Я сел за большой обеденный стол кают компании, тупо пялясь на появление новых трэков в аквариуме. И эти будоражащие нервы вспышки сработали.
Воспоминания вернулись внезапно, как мощный электрический разряд.
Арина! Это же я уговорил своего однокашника по академии Витьку Затворова поменяться заданиями. Виктор повел мою Ариадну к Сириусу B, а я взял его ждущую летных испытаний Киранапутру. Никто не проверяет маршруты кораблей дальней зоны, отследить калиброванное пространство все равно невозможно. Они не разрешили мне лететь на Цалфею из-за опасности вспышек и мне пришлось пойти на обман. Ну, скажем так, на маленькую хитрость. Разумеется, я понимаю, что существует теоретическая вероятность искажения временного контура, если корабль попадет в поток вирилл во время вспышки, но шансы проскочить почти 80%, а любовь стоит того, чтобы ради нее идти на риск. Люди часто говорят, что готовы отдать за свою любовь безликое всё, но, когда речь заходит о конкретных вещах, о поступках, они отступают. Что именно входит в это всё? Здоровье, деньги, дети? Вы действительно готовы это все отдать за любовь? Обычно нет, они всегда находят оправдывающие их бездействие обстоятельства и нюансы. Но я не такой, я способен на поступки. Сейчас мой поступок оправдан той внутренней уверенностью, которая сообщает мне, что я поступаю правильно. Калиброванная среда более устойчива к скачкам плотности энергии времени, но проблема в том, что калибратор Виктор со своей командой еще не испытывали. Помню, что из-за этого мне пришлось лететь на обычных WARP, а это значит, что когда вернусь мне немного попадет, может даже накажут. До Цалфеи, где меня ждет любимая всего двенадцать часов на варпах. Помню, что решил просто побродить по кораблю. У меня была мысль зайти в медицинский отсек и опробовать на себе модуль гибернации, так как это редкая штука и их ставят только на исследовательские и медицинские корабли на случай нештатных ситуаций, но потом решил, что времени не так уж много и лучше потратить его на изучение корабля в сознательном состоянии. Стараниями Витьки сенсоры биоактивности были настроены на мои параметры со статусом капитана, и я мог спокойно попасть в любой отсек. Повезло же ему работать на таком продвинутом корабле. Да, конечно, я обычно невысокого мнения об искателях приключений в дальнем космосе. Тут ничего не изменилось. Но Киранапутра – это шедевр инженерной мысли, исследовательский корабль набитый всем, что только успело изобрести человечество. Создатели постарались сделать его не только многофункциональным, но еще и очень красивым. Четырехсотметровая черно-серебристая громадина, стилизованная под пикирующую ласточку – символ прихода весны и возрождения жизни. Два больших флаера класса «ближний космос» и полный набор оборонительного вооружения. Бронирование корпуса закончили всего месяц назад и уже через неделю Виктор и еще 50 человек команды отправятся на этой красивой птичке куда-то к границам известного. Может Витька и не такой идиот, что согласился служить на таком корабле. Но мне это не подходит в любом случае. У меня есть Арина. Она не может оставить свои исследования на Цалфее, а я должен быть рядом с любимой. Она для меня как воздух, как пароль от жизни. Какой смысл в приключениях и путешествиях, когда любимой нет рядом?
Конечно, мы научились делать постоянные порталы и многие проблемы, связанные с привязанностью к любимым местам в разных географических точках планеты сразу исчезли. Сидя у себя дома в окружении снегов, можно любоваться настоящим закатом в тропиках на берегу океана и даже сбегать искупаться в последних лучах солнца, а потом сходить за грибами в осенний лес в заполярную белую ночь. Главное – не переусердствовать со сменой климатических зон. Проблема в том, что бытовые порталы работают только в пределах одного планетного образования. Энергия Карен, которая используется для их формирования пока еще не до конца изучена.
Мы изобретаем все более совершенные методы перемещения в пространстве и иногда даже во времени, но расстояния все также повелевают нами, как и тысячи лет назад. Сможем ли мы когда-нибудь перемещаться быстрее, чем расширяются границы нашего мира? Сейчас это не важно, пока они все еще быстрее.
Так, ладно, надо собраться. Почему я потерял сознание и оказался на полу в камбузе? Должно быть, я выключился всего на несколько секунд, иначе Рита утащила бы меня в медицинский модуль, если, конечно, сервисботы уже загружены на корабль. И все же странно как-то.
Арина, я все-таки прилетел к тебе! Вот любимая обрадуется, когда узнает, что я смог вырваться. Тоже мне придумали опасность вспышек, в наше время, когда наука почти дотянулась до Бога. «Пообщайтесь в виртуалке». Это ведь совсем не то же самое, что приехать и обнять по-настоящему, своими руками, а не в квантовой симуляции. За хулиганский поступок, конечно, накажут, но вряд ли сильно, они ведь понимают, что значит новая семья и что значит для человека любить. К тому же корабль все равно был не занят ни в каких текущих исследованиях. Главное, чтобы летать не запретили, для пилота главное летать, точнее любить летать, а я очень люблю свою работу, почти также сильно как Арину. Наша первая встреча произошла на Клеоптре – небольшой курортной планете у беты лебедя. У меня был отпуск после окончания летного училища, а у нее курсовая работа по морским кристаллам Клеоптры для четвертого курса университета. Мы вышли из одной автоплатформы, и она удивилась вслух как здесь все перестроили. А мне было нечего ответить, я был здесь впервые и спросил ее, где же здесь море? Клеоптра больше всего известна своими двухцветными морями. Человеческие курорты находятся на южном берегу всегда теплого Закатного моря, переливающегося оттенками голубого и розового одновременно. Мы разговорились, Арина принялась объяснять мне как такое возможно, что вода двухцветная, причем цвета не относятся к соседствующим областям спектра, но я почти все прослушал. Что-то про минерал, растворенный в воде со сложной пористой структурой вроде пыльцы на крыльях бабочек или гиройдных покрытий наших шаттлов. Мне было все равно. Я просто смотрел на нее и мне было бы достаточно, даже если бы она не разрешила взять себя за руку. Я мог бы бесконечно слушать как она рассказывает про фотонные кристаллы и коэффициенты преломления. Что мне до них, я простой пилот и мне просто нравится двухцветное море, звучание ее голоса и ее голубые глаза с маленькими из-за яркого света зрачками.
Тогда я и сказал ей, что люблю ее.
В ответ она только удивленно подняла брови – Ты меня любишь?
– Да
– Как ты можешь об этом знать? Мы ведь только познакомились.
– Я знаю об этом внутри себя. А как-то знать об этом еще, по-моему, бессмысленно.
– Она ничего не ответила, но, наверное, была права. Тогда я и вам не был уверен в том, что говорю. И по-настоящему я осознал это только сейчас, когда между нами образовалось непреодолимое пространство. Почему же так? За что Бог посылает мне такие испытания?
Моим утешением были только слова, которые часто повторяла наш тренер гармоничного физического развития в академии.
– Если душа болит – значит она развивается. Жизнь вытесняет вас в зону страданий, если вы засиделись в комфорте и не хотите сами передвигать конечностями. Так что боль – это просто признак того, что скоро вы научитесь чему-то настоящему, чему-то ради чего стоит помучиться.
Да, наверное ради любви стоит и ждать и можно даже помучиться, чтобы что-то про себя понять. Арина была против того, чтобы я приезжал, но я действую из чистых намерений с открытым сердцем. На самом деле она тоже хочет, чтобы я приехал, просто не хочет меня расстраивать. Сейчас мне нужно просто успокоиться. Хоть и страшно, что мне теперь влетит, и ситуация в которую я попал прямо скажем странная, воспоминания о нашем счатье подпитывали меня и придавали сил идти дальше. Наверное все, что я мог сейчас – это хвататься за самые светлые воспоминания и за надежду, что мы скоро будем вместе. Пока есть надежда, все возможно. Я вспоминал до мельчайших деталей как мы первый раз пошли купаться на Клеоптре. Вода была градусов 28 или 30, но местные отдыхающие жаловались на непогоду и холодную воду. Аборигены очень похожи на земных дельфинов с одним заметным отличием: в пожилом возрасте на некоторых участках кожи у них отрастаю длинные пучки волос, которые могут тянуться от головы до хвоста и даже дальше. Тогда я об этом не знал и подумал, что это какое-то заболевание или какие-то чужеродные организмы вроде нитчатых водорослей бурого цвета. Взрослые клеоптреанцы не склонны общаться с людьми, поэтому их персональные бассейны или бухты обычно отгорожены от прогулочных дорожек людей, но молодые дельфиноподобные местные наоборот очень дружелюбны и общительны. Еще клеоптрианцы в гораздо большей степени чем люди социализированы. Интересы общества для них всегда превыше собственных. Может по этому они никогда не впадают в уныние или отчаяние. Они легко отдают свою жизнь, если в какой-то ситуации посчитают это полезным для своей семьи или общества. А тогда, я, привыкший смотреть на человека как не первого среди равных, принял их за обычных дельфинов завезенных с земли это обернулось большими неприятностями. Я всегда мечтал поплавать с дельфинами и сдуру попытался искупаться в персональном бассейне одно из местных без разрешения, что конечно же вызвало большой конфуз и было грубым нарушением местных этических представлений. Конечно, в академии мы общались в представителями разных звездных цивилизаций, а изучали еще больше, но человеку рефлекторно проще признать разумность в целом гуманойдного вида драконийцев или даже представителей авианов с треугольными головами чем существ, земные разновидности которых далеки от уровня интеллектуального развития достигнутого людьми.
Оказалось, что мы с Ариной зарезервировали комнаты в одной гостинице, и тогда я придавал этому большое значение, значительно позже узнав про существование всего двух гостиниц на побережье. Наша называлась Клермона и была больше похожа на роскошный дворец с башнями и резными окнами самых причудливых форм. Внутреннее убранство оказалось еще более вычурным с обилием позолоченных деталей и декоративных элементов, изготовленных с большим мастерством и вкусом.
На всякий случай особо изощренные в плане украшений участки гостиницы имели перед собой мягкий выступ на полу в форме отделанных красным бархатом подушечек с прерывистым бортиком. Видимо, эти выпуклости на полу должны предупреждать посетителей, что перед ними какой-то особенно красивый, но хрупкий уголок декора. По всей видимости это предупреждение было не лишним, т.к. в каждом коридоре был один или несколько лоточков под стульями или в специальных нишах, на которых было написано «демонтаж Клермоны». Такой странный местный юмор, перенятый по всей видимости от местных. В лоточки люди складывали различные отвалившиеся из-за их неосторожных действий элементы декора. В этих лоточках всегда что-то лежало: позолоченные декоративные шишечки, резные барашки от мебели, колечки от штор и прочая мелочь. Я и сам пару раз, испытывая невероятную неловкость положил в эти лоточки какие-то детали местной водопроводной системы, но персонал смотрел на такого рода действия не с осуждением, а с благодарностью в глазах будто мы и правда выполняли какую-то важную часть работы по улучшению интерьера.