Под луной Тихолесья бесплатное чтение
![](/img/b/185415.jpg)
Глава 1
Поезд издал серию пыхтений и гудков, после чего стал замедляться. Пассажиры в вагоне начали перекладывать свои вещи, поправлять помятую от долгого сидения одежду, надевать ветровки и постепенно отодвигаться к краям своих сидений, готовясь поскорее вскочить и бежать к выходу, когда поезд остановится. В общем, типичная ситуация, когда пассажиры устраивают негласные соревнования “кто первый покинет вагон”.
Поезд подъехал к станции, название которой я даже не прочитала, так как была слишком утомлена.
Моя мама дремала, откинувшись на подголовник своего места, а я вяло смотрела в окно, ожидая полной остановки поезда.
Мы тщательно следили за тем, чтобы нас разделяло как минимум три города с предыдущего места жительства, и сейчас, после полутора дней пути мы были совершенно измотаны. В конце концов, поезд остановился на маленькой платформе в городке, известном как Тихолесье.
– Выйдем здесь, – тихо сказала мама, поднимаясь, и собирая свой маленький рюкзак.
Со стороны моей матери было мудрым решением приехать сюда, хотя никто из нас никогда раньше не слышал об этом месте.
Мы вышли из поезда на платформу с невысокими перилами и небольшой билетной кассой посередине. Мужчина в кассе, казалось, умирал от скуки. Он медленно жевал чипсы из пакета и с некоторым удивлением смотрел на прибывший поезд. Было очевидно, что здесь мало что происходило и мало кто выходил на этой станции.
На самом деле, мы были единственными, кто вышел из поезда.
Тем не менее, по обе стороны станции стояли большие цветочные горшки, что придавало ей аккуратный и ухоженный вид. Вдалеке виднелись пологие холмы, и я улыбнулась, подумав, что это будет идеальное убежище.
– Алиса, Женя сделал для нас эти паспорта несколько дней назад. Ты помнишь свое имя и фамилию?
Женя был старым знакомым моей матери, который параллельно с основной работой занимался изготовлением поддельных документов, удостоверяющих личность. Я не знала, как она с ним познакомилась, и никогда не спрашивала. Женя мог изготовить паспорта, свидетельства о рождении, банковские выписки – он мог сделать все, что только можно себе представить.
Я лелеяла надежду, что каждое место, в которое мы переезжаем, будет последним, но моя мать никогда не чувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы остаться в одном городе надолго.
– Да, теперь я София Мурзина, – ответила я, доставая свой новый паспорт. – А ты Луиза Мурзина.
– Пожалуйста, запомни эти имена как следует. В последнее время ты их несколько раз забывала. Я не хочу неприятностей!
– Хорошо, мама, – скучающим тоном протянула я.
Мы прошли мимо станции и направились по длинной извилистой дороге. Мимо нас проехало всего несколько машин, после чего наступило затишье.
Я обратила внимание на густой лес слева от себя и полное отсутствие человеческой жизни. Это было странно, но, возможно, именно такими и должны быть маленькие северные города.
Дорога стала намного уже, когда мы повернули, и вскоре слева от нас появились маленькие дома. Ухоженные сады и ровно выкрашенные заборы встречали нас так, словно их копировали и распечатывали один за другим.
По моему телу пробежала дрожь. Это было так непохоже на унылые, неживые, усеянные мусором и сухими листьями улицы, что мне казалось, будто я попала в какой-то утопический фантастический роман. Или картину.
Примерно через пятнадцать минут ходьбы и тихих усталых стонов мы добрались до небольшого отеля. Это был старый дом, выкрашенный в черно-белый цвет, с красивой резной крышей. Это здание идеально подходило городу. На двери висела табличка с надписью о том, что у них есть свободные места, и я кивнула маме.
– Да, зайдем туда. У меня ноги скоро отвалятся, – ответила мама, торопясь пройти мимо меня и открывая дверь отеля.
На стойке регистрации нас встретила женщина и девочка-подросток лет двенадцати с двумя французскими косами на голове.
– Добрый день, чем я могу вам помочь? – вежливо спросила женщина, ожидая когда мы подойдем. Несмотря на доброжелательность, в ее голосе было заметно удивление.
– Здравствуйте. Можно нам комнату с двумя односпальными кроватями? – ответила мама, а я облокотилась на стол, разгружая уставшие ноги.
– Конечно. Назовите ваши имена.
– Луиза и София. Нам нужно остановиться на несколько дней.
Из-за угла вышел мужчина, сменив женщину и девочку. Он посмотрел на нас, как мне показалось, с подозрением:
– На сколько дней вы планируете остановиться? – оживленно спросил он.
– На неделю, – ответила мама.
– Номер стоит три тысячи за сутки, включая завтрак. Как бы вы хотели заплатить? Наличные, карта?
Вздохнув с облегчением, что он не попросил у нас ни паспорта, ни какого-либо другого удостоверения личности, мама достала из сумки небольшую стопку денег.
– Наличные.
– Сумма за семь дней проживания – двадцать одна тысяча, – сказал он и без колебаний взял деньги. Он пересчитал их и, удовлетворившись, сделал запись в журнал.
Деньги были нашим единственным способом выжить. К счастью, у моего отчима был тайник, который мама нашла незадолго до того, как мы отправились в бегство. Несколько сотен тысяч. Это было больше, чем я когда-либо видела. Эти деньги принесли пользу: мы переезжали из города в город и останавливались в самых дешевых гостиницах, которые только могли найти, но я знала, что сумма денег начала сокращаться. Вскоре нам придется остепениться.
– Можете ли вы рассказать нам о городе? Где мы можем поесть? Где ближайшие магазины? – спросила мама.
– Главная улица находится примерно в пяти минутах ходьбы отсюда. Там вы найдете все, что вам нужно. Несколько кафе, бар, супермаркет и множество магазинов одежды. Если вам нужно что-то вроде торгового центра, вам придется сесть на поезд до большого города. Будьте осторожны ночью, есть люди, которые недружелюбно относятся к приезжим, – ответила дама с мрачным выражением лица.
Я нахмурилась:
– Бандиты? В таком маленьком городке?
– Нет, но город довольно своеобразен. Я прожила здесь всю свою жизнь, и здесь всегда царит атмосфера… – Она сделала паузу, как будто пытаясь подобрать правильное слово: – Сегрегации. Не в расистском смысле, конечно, но…
В этот момент заговорила девочка:
– Я бы не приехала сюда на вашем месте. Приезжие вообще не задерживаются у нас надолго, – сказала она, сложив руки на груди. Ее мать покачала головой и попросила девочку посидеть в кабинете.
– Не обращайте внимание на нашу болтовню, – тут же улыбнулась женщина, пытаясь исправить ситуацию. – Возможно, вам понравится и вы поймете, что Тихолесье – именно для вас!
– Мы не планируем оставаться надолго, – ответила я.
– Возможно, это к лучшему, – пробормотал наконец мужчина после небольшой паузы.
Я почувствовала, как непроизвольная дрожь пробежала по моей спине и вызвала мурашки по коже.
Спустя пять минут я бросила сумку на кровать и была приятно удивлена, обнаружив, что в воздух не поднимается пыль. Я провела пальцем по подоконнику и с удовлетворением отметила, что он чистый. Комната была маленькая, но довольно приятная и отлично подошла бы для недолгого проживания. Две кровати были одинаково застелены бежевыми покрывалами и стояли рядом друг с другом, и я заняла ту, что была ближе всего к окну, как я всегда делала. Я обследовала небольшую прикроватную тумбочку и не нашла в ней ничего, кроме Библии. Рядом стоял шкаф с несколькими вешалками, лениво покачивающимися внутри.
Ванная комната была такой же простой: белая сантехника, белые стены и белый кафельный пол. Белый цвет мне нравился, но в нем не было ни вкуса, ни характера.
Я расстегнула небольшую сумку, с которой ушла из дома, и начала развешивать свои немногочисленные вещи на вешалки для одежды. Косметические средства отнесла в ванную.
Я покупала одежду в разных местах, которые мы посетили за последний год. В ней не было чего-то особенного: простые футболки и джинсы, один или два джемпера. Я не могла выделяться, мне нужно было быть максимально незаметной.
– Я уже тоже все разложила. Пойдем перекусим и немного прогуляемся, – сказала мама с улыбкой.
Я тут же вскочила с кровати, на которую села минутой раньше, чтобы проверить, насколько она мягкая и удобная. Мне не терпелось пойти в город и посмотреть, что из себя представляет Тихолесье, в котором мы будем жить в обозримом будущем.
Мы вышли из комнаты и прошли мимо стойки регистрации, где все еще стоял мужчина. Он коротко кивнул нам и проводил взглядом до самой двери.
Выйдя на улицу, мы быстро и нетерпеливо пошли в центр маленького городка. Центр был недалеко от отеля, и я поняла, что большую часть этого города занимал лес. Казалось, он охватывал весь город, словно какая-то жуткая ловушка, удерживающая всех жителей внутри.
Насколько я могла судить, дорога была только одна или две. Тем не менее, это было довольно красивое место, ухоженное и опрятное. Мусора на земле не было, а воздух был чистым и свежим.
Слева от нас из дома вышла пожилая женщина, она быстро мотнула головой слева направо, прежде чем сделать шаг наружу с маленькой коричневой собакой на поводке. Собака долго нюхала воздух, затем вытащила хвост, который был у нее под ногами, и начала им вилять.
Нахмурившись, женщина прошла мимо нас, после чего натянула поводок и ускорила шаг.
– Какие дружелюбные соседи! – прокомментировала я с усмешкой.
Мама засмеялась и закатила глаза:
– Она пожилая, не суди строго. У старых людей свои предрассудки.
Мы добрались до центра города, который состоял из нескольких магазинов одежды, большого супермаркета, продуктовых магазинов, кафе и ресторана, а также большого фонтана посередине.
Фонтан привлек мое внимание. Он был очень красивым: в центре стояли три белых волка, а вокруг них лилась вода, брызги от которой на солнечном свету переливались всеми цветами радуги. Фонтан окружали яркие цветы, что делало это место еще более красивым.
– Какая красота, – тихо сказала я, обращаясь к маме.
Она переключила свое внимание с красивых платьев в небольшом бутике на фонтан.
– О да, он прекрасен. Интересно, почему волки?
– Ну… – я сделала паузу. – Волки – удивительные животные. Если бы я была животным, думаю, я была бы волком.
Мама рассмеялась искренним смехом, которого я давно не слышала.
– Иногда ты кусаешься словами, как настоящий волк, – она улыбнулась и перевела тему, кивая на соседнее здание. – Может, нам что-нибудь поесть?
Это было небольшое кафе под названием «Клевер», и я кивнула. Оно выглядело достаточно мило: несколько маленьких столиков снаружи и красивое меню на стойке около входа. Когда мы вошли, нас встретила дружелюбная девушка, немногим старше меня, которая проводила нас за небольшой столик с цветком в вазе посередине. Она вручила нам два меню и с красивой улыбкой оставила нас в покое.
– Ну, разве она не милашка, – прошептала моя мама, и я не могла понять, говорила она с сарказмом или нет.
– Она первый дружелюбный человек, которого я здесь видела. Будем надеяться, что остальные были просто не в духе и их намного меньше, чем дружелюбных, – прошептала я в ответ.
Мама не ответила, вместо этого она притворилась, что обдумывает меню, хотя я прекрасно знала, что она меня услышала. У мамы не было времени обращать внимание на людей, а большинству мужчин она почти не смотрела в глаза. Женщинам повезло больше.
Я закатила глаза и опустила взгляд на меню. Задержалась на надписи “завтрак”, который можно было заказать в течение всего дня. Я уже много лет не ела полноценный завтрак, поэтому выбор был очевиден.
Официантка вернулась с маленьким блокнотом и ручкой и улыбнулась нам.
– Вы готовы сделать заказ?
– Да, я возьму завтрак и чашку чая. Мам?
– Сэндвич с беконом и латте, пожалуйста.
– Отличный выбор! Простите, пожалуйста, а вы к нам переехали? Никогда вас раньше не видела, – щебетала официантка.
Это был ужасный вопрос, хотя он был задан так вежливо, что я почувствовала себя так, словно она берет у нас интервью.
– Нет, – резко ответила мама, – сомневаюсь, что мы останемся надолго, мы просто проездом.
– Ой, какая жалость, здесь так прекрасно! – улыбнулась девушка. – Ожидайте, пожалуйста, скоро я принесу ваши блюда и напитки.
Она отошла от нашего стола, и я увидела, как она наклонилась к пожилой женщине, вошедшей в кафе, и что-то прошептала ей на ухо. Я не слышала, что она говорила, но очевидно, что она говорила о нас, потому что старушка повернулась, чтобы быстро взглянуть на нас. Ее взгляд был мимолетным, но ее лицо, на котором отразилось беспокойство, заставило меня поволноваться, особенно когда она поспешила к дальнему от нас столику.
Сев, она коротко кивнула дружелюбной официантке, которая снова улыбнулась и понесла напитки к нашему столу.
– Пара минут, и я принесу вам еду, – пропела она и ушла.
Я наблюдала, как она приветствовала двух вошедших в кафе девушек объятиями и оживленным рассказом, из которого я смогла уловить лишь несколько слов. Они тоже кинули на нас мимолетные взгляды, но не выглядели особенно обеспокоенными. Не то что пожилая дама. Официантка усадила их за стол, а затем вернулась на кухню и вынесла наши тарелки с едой.
Я поблагодарила ее и начала есть. Еды было так много! Гораздо больше, чем я когда-либо съедала на одной тарелке, и я даже не знала, с чего начать. Яичница, бекон, свежие нарезанные овощи, тосты – все это едва уместилось на большой тарелке.
Вскоре я отодвинула тарелку, и мама взяла вилкой оставшиеся кусочки овощей и бекона. Я допивала чай и когда сделала последний глоток, колокольчик на двери оповестил, что кто-то входит.
Я оглянулась, ожидая, что это будет еще один завсегдатай, но от того, кого я увидела, у меня по спине пробежала дрожь, а по рукам побежали мурашки.
Это был мужчина. Но не просто обычный мужчина. Этот был похож на Адониса. Греческого Бога. Модель. У него были слегка взъерошенные черные волосы, которые ниспадали до ушей, и темные чарующие глаза, которые, казалось, пронзали душу. Он был высоким, широкоплечим, задумчивым и просто великолепным. Моя мама тоже повернулась, посмотрела на него и глубоко вздохнула.
– О боже мой, – пробормотала она.
Словно услышав ее, мужчина повернул голову в нашу сторону и широко раскрыл глаза, как будто увидел знакомого, или, возможно, наоборот, кого не ожидал увидеть. Дружелюбная официантка внезапно подошла и загородила мне вид на него.
– Вы закончили? – спросила она, и я просто кивнула, наблюдая, как она убирает наши тарелки.
Я не могла не спросить:
– Кто этот мужчина?
Девушка засмеялась.
– Обратили на него внимание? Не волнуйтесь, каждая девушка в этом городе превращается в кашу, когда видит его. Это мой двоюродный брат, поэтому я не вижу в нем ничего особенного, но, судя по всему, он довольно здоровенный и привлекательный.
– Совсем немного, – сказала я, и мои щеки покраснели. Я уловила выражение лица матери, и оно выражало недовольство. Я тут же убрала улыбку с лица и попросила у девушки счет.
Она выглядела удивленной моей внезапной сменой тона, но кивнула и пошла за счетом.
Когда она ушла, мама схватила меня за запястье, протянув руку через стол.
– Не смей придумывать себе что-либо, – прошипела она. – Мужчины все как твой отчим! Ты хочешь, чтобы тебе снова причинили боль?
Я вырвала свое запястье из ее рук, поспешно покачала головой и вздохнула. Конечно, она была права. Как бы хорошо ни выглядел этот мужчина, ему определенно нельзя было доверять. Одно неверное слово, и он мог бы превратить свою прекрасную улыбку в рычание и отправить меня в полет через половину комнаты.
После того, что сделал с нами мой отчим, мы больше никогда не должны впускать в нашу жизнь других мужчин. Для нашей собственной безопасности. Мы были вдвоем против всего мира, и так будет всегда.
Я снова повернулась, чтобы посмотреть на мужчину, и на этот раз его глаза, все еще глядящие на меня, вызвали у меня совсем другую дрожь по спине и мурашки по рукам. Это был предупреждающий сигнал моего тела.
Мужчины злые и опасные, Алиса. Помни об этом и никогда им не доверяй.
Глава 2
Максимилиан
Это было невозможно. Нет, это было почти неслыханно!
Конечно, такое возможно для членов стаи более низкого ранга, но для Альфы? Чистокровного оборотня?
Макс в отчаянии почесал щетину и ударил кулаком по дубовому столу из красного дерева. Он принадлежал к сильнейшей родословной оборотней, существовавшей на протяжении веков. С шестнадцатого века в его семье не было ни одного человека. Так почему же он чувствовал тягу к человеческой девушке?
Макс налил виски в стакан и сделал глоток. Налив себе еще, он покачал головой и попытался успокоиться. Тяжело, когда оборотень не может удержать контроль.
Стук в дверь отвлек Максимилиана от жалости к себе, и он прорычал бедняге по другую сторону двери:
– Входите!
У Макса сейчас было такое настроение, что ради собственной безопасности посетителю лучше приходить только с хорошими новостями.
При виде своего Беты, Исаака, Макс закатил глаза и продолжил пить любимый виски.
Исаак был его Бетой и отвечал за волков стаи, но он также был ближайшим советником Макса и его лучшим другом. Исаак, как и Макс, был чистокровным оборотнем и имел соответствующее телосложение. Волосы песочного цвета, аккуратные и ухоженные, мягкие голубые глаза и дерзкая улыбка. Исаак не выглядел грозным оборотнем, но он был невероятно преданным, защищающим и непобедимым в бою.
– Что ты хочешь? – Макс устало вздохнул. Он определенно был не в настроении для болтовни с Исааком.
– Я понял, что с тобой что-то не так, когда ты ушел навестить Джози. Что тебя взволновало?
Макс медленно сел в кресло, собрав все силы, которые у него были, чтобы оставаться в человеческой форме. Он был известен в своей и соседних стаях как один из немногих оборотней, которые по-настоящему приняли свою животную сторону. Другие скрывали это, подавляли и стремились к человеческой жизни, но такое поведение не нравилось Максимилиану.
Зачем им скрывать о себе самое невероятное? Его воспитали оборотнем, гордящимся своей семьей и своим наследием, а также своим видом. Макс иногда предпочитал принимать форму волка. «Каким меня задумала природа», – говорил он. Но он знал, что их вид медленно вымирает. Чем больше развивались технологии и чем больше люди вырубали леса, тем больше им нужно было «вписаться» в общество простых людей. Для собственного выживания.
– Ничего, Исаак, – сказал наконец Макс, глядя на большую стопку бумаг на своем столе.
– Думаешь, я сумасшедший? Макс, тебя что-то беспокоит, – ответил Исаак.
Он указал на стакан виски на столе.
– Иначе ты бы не пил в половине третьего дня.
– С каких пор ты стал моим терапевтом? – протянул Макс, приподняв брови.
– Макс, я обеспокоен только потому, что сегодня вечером у нас важная встреча.
Исаак был прав, а Максимилиан совершенно забыл об этом, потому что человеческая девушка из кафе его кузины затмила все мысли.
Сегодня вечером прибывает северная стая из дальнего региона, чтобы посмотреть, будут ли между членами их стай обнаружены брачные узы, но, что более важно, посмотреть, будет ли у них в стае пара для Макса.
Он продолжал надеяться, что его необычные эмоции по отношению к человеческой девушке были всего лишь вожделением, а не тем, что она была его истинной парой. Его парой должна быть могущественная, сильная волчица. Обязательно чистокровная девушка-оборотень с титулом и хорошей семьей. Для его семьи было важно, чтобы они оставались могущественными и чистокровными.
– Да, я помню. Все готово? – спросил Макс.
Исаак кивнул, скрестив руки на широкой груди.
– На территории стаи оборудована площадка для отдыха, а в доме подготовлены комнаты для Альфы, его жены и их детей. Меры безопасности усилены. Также подготовлено много еды и напитков.
Макс рассеянно провел рукой по волосам, красивые темные глаза слегка затуманились от виски, и он просто кивнул в ответ.
– Макс! – воскликнул Исаак. – Ты понимаешь, что сегодня вечером здесь может быть твоя пара? Такое ощущение, что тебя это не волнует!
– Я не уверен, что кто-то из их стаи окажется моей парой, – ответил Макс, допивая виски. – Пожалуйста, иди и закончи приготовления, мне нужно завершить кое-какую работу. Я выйду встречать гостей, когда они приедут. Убедись, пожалуйста, что все будут готовы ко встрече. Не хочу, чтобы северные считали нас не вежливыми и не гостеприимными.
Это был приказ, а не просьба. Исаак чувствовал холодный, твердый тон в голосе Альфы и знал, что не следует задавать ему лишние вопросы. Максимилиан балансировал на грани и изо всех сил старался держать себя под контролем.
– Да, Альфа, – успокоил его Исаак, почтительно склонив голову и оставив его в покое.
***
Уже близился закат, когда Исаак вернулся за ним. Макс переоделся в черный костюм-тройку и расчесывал свои черные волосы перед зеркалом, аккуратно зачесывая их назад с помощью геля. Он одернул низ пиджака и поправил черный галстук.
– Женщины будут от тебя в восторге, – усмехнулся Исаак.
Макс ухмыльнулся и повернулся к своему другу. Исаак тоже надел строгий костюм, и на его немного поджарой фигуре он сидел гораздо лучше. Макс ненавидел носить костюмы, более того, он ненавидел большую часть одежды. Чаще всего температура его тела была слишком высокой, чтобы ему было комфортно в одежде, и он чувствовал себя более естественно и свободно совсем без одежды или же в волчьей шкуре.
– Они будут здесь очень скоро. Стая уже на поляне, мы готовы их встретить.
– Тогда давай присоединимся к ним, – ответил Максимилиан.
Они молча вышли из старого викторианского поместья, расположенного на окраине города, у леса. Все дома, окружающие поместье, принадлежали его стае, а человеческие жилища находились намного дальше от центра города. Подъездная дорога вела к тропе, ведущей в глубь леса, где должны были остановиться члены северной стаи.
Когда Макс вышел на поляну, члены его стаи уважительно склонили головы. Поляна была устроена как палаточный лагерь, готовый принять группу из чуть более сотни оборотней. Двое мужчин-оборотней готовили мясо- барбекю, щенки гонялись друг за другом, а самки разговаривали. Макс сразу расслабился, и мягкая улыбка появилась на его лице, когда он увидел свою родную стаю.
С границы поляны послышался вой, и болтовня тут же прекратилась. Матери призвали своих детей вернуться к себе, а мясо закрыли и поставили на слабый огонь. Сквозь деревья доносилась возбужденная болтовня, хруст листьев и веток, слышалось биение сердец более сотни возбужденных волков.
Макс ухмыльнулся, когда в поле зрения появился Альфа Патрик со своей женой Мией. Два оборотня официально пожали друг другу руки и заключили друг друга в мужественные объятия, похлопывая друг друга по спине. Макс поприветствовал Мию, поклонился ей и поцеловал руку. Женщину-Альфу следовало уважать, возможно, даже больше, чем Альфу-мужчину.
– Стая, – обратился Макс к своим сородичам, – Пожалуйста, позвольте мне представить вам Альфу Патрика, его жену Мию и их стаю. Общайтесь, знакомьтесь. В общем, наслаждайтесь!
Макс наблюдал, как его стая тут же обняла своих новых друзей, дети, стесняясь, приветствовали друг друга, а затем осмелели, переместились подальше от взрослых и стали играть в догонялки. Барбекю снова зажгли, и вскоре голодным оборотням стали раздавать еду.
– Альфа Патрик, Альфа Максимилиан, – раздался голос позади глав обеих стай.
Оба Альфы обернулись и увидели молодую пару, застенчиво держащуюся за руки. Их истинная связь была очевидна по их запахам, красным щекам и тому факту, что когда-то обычно шумная и бойкая Эмма сейчас едва могла говорить.
Макс улыбнулся Эмме, бойкой восемнадцатилетней девушке, которая дразнила и доставала своей неуемной энергией всех самцов стаи. Ему было любопытно, сможет ли этот молодой самец из стаи Патрика сдержать ее.
– Как тебя зовут? – обратился Макс к паре Эммы.
– Алекс.
Макс пожал ему руку и даровал свое благословение. Он принял их образовавшийся союз, и глаза Эммы загорелись восторгом. Патрик сделал то же самое с Эммой и похлопал Алекса по спине, чтобы поздравить его.
Макс отпустил Эмму и Алекса, чтобы они пообщались друг с другом и познакомились поближе. Хоть у них и обнаружилась истинная связь, но узнать друг друга все же было необходимо.
Обернувшись, Максимилиан обнаружил, что Исаак стоит у дерева и угрюмо кусает гамбургер.
– В чем дело? На тебе лица нет, – сказал он, подойдя к другу.
– Моей пары здесь нет, – мрачно ответил Исаак. – Мне почти двадцать семь. Как ты думаешь, я когда-нибудь найду ее?
Макс знал, как это тяжело. Видеть, как другие волки моложе тебя обретают счастье на всю жизнь… Это было сокрушительно. Самому Максу было двадцать шесть лет, и он никогда не испытывал ни малейшего влечения к какой-либо женщине.
Пока не встретил ту человеческую девушку.
Она снова проникла в его мысли, и он оттолкнул их, чтобы поддержать Исаака. Быть Альфой не всегда означало быть жестоким, сильным и могущественным, он также должен был заботиться и поддерживать членов своей стаи. Нет смысла быть лидером, если никто не захочет следовать за ним.
– Исаак, ты найдешь ее. Ты сильный и способный Бета, и ты найдешь свою спутницу жизни. Не теряй надежды.
– Надеюсь, я не перебиваю, – раздался голос Альфы Патрика.
– Нисколько, – ответил Макс. Исаак в подтверждение кивнул.
– Я просто хотел бы представить свою дочь Дженнифер, – Патрик указал на симпатичную молодую девушку, которая улыбнулась, подойдя к ним.
Вьющиеся каштановые волосы волнами спадали ей на спину, а пухлые губы соблазнительно улыбнулись Максу. Она была невысокого роста, с фигурой в форме песочных часов. У любого нормального мужчины потекли бы слюни при одном лишь ее виде, и Макс мог согласиться, что она прекрасное создание, но она не была его парой.
– Очень приятно познакомиться с тобой, Дженнифер, – сказал Макс, целуя ей руку.
Улыбка Дженнифер стала слегка кислой, когда она заметила, что после их соприкосновения не было никакого притяжения. Никакой искры, никакой связи, она не была парой Альфы Максимилиана. Тем не менее, она невинно моргнула сквозь длинные накладные ресницы и подумала, что если она не может быть его парой, возможно, она сможет провести с ним одну ночь. В любом случае, было бы чем похвастаться перед друзьями – ночь с таким красавчиком Альфой.
– Я как раз собиралась выпить, не хочешь присоединиться ко мне, Альфа Максимилиан? – пролепетала Дженнифер.
И снова красота простой человеческой девушки пронеслась в воспоминаниях Макса.
Мотивы Дженнифер он видел насквозь. Тем не менее, она была дочерью Патрика, и ему нужен был их союз.
– Конечно, – сказал он и позволил ей взять его за руку.
Позже встреча двух стай превратилась в полноценную вечеринку. Дженнифер каким-то образом удалось убедить Исаака выпить с ней текилы, Джон целовал волчицу в стае Патрика, а Макс сидел без рубашки и смотрел на свою стаю с улыбкой на лице и пивом в руке. Несмотря на легкое опьянение, Макс чувствовал рядом с собой своего Бету.
– Вот как все должно быть, – внезапно сказал Макс Исааку, который нахмурился, не понимая, о чем речь.
– Что ты имеешь в виду?
– Мы оборотни. Почему мы все еще прячемся за деревьями, в то время когда люди могут проявлять свою любовь друг к другу где угодно и повсюду?
Мимо них пробежала пара волков, лая и болтая друг с другом, игриво кусая друг друга за пятки и хвосты.
– Потому что люди никогда не примут истинную суть оборотней, – вздохнул Исаак. – Они боятся того, чего не понимают.
–Да, – согласился Макс, допивая остатки пива из бутылки, – — Люди никогда по-настоящему не смирятся с открытием нового вида, подобного нам. Возможно, мы сильнее, но они превосходят нас численностью в десять раз, и у них есть оружие, которое мы даже не можем себе представить. Волк не ровня бомбе, – он мрачно рассмеялся. – Они убивают друг друга, не задумываясь, и их войны бушуют снова и снова.
Вздохнув, Макс покачал головой.
– Думаю, я выпил более чем достаточно, чтобы говорить о политике во время вечеринки. Я собираюсь вернуться домой. Пожалуйста, передай Альфе Патрику мои извинения и сообщи ему, что они с Мией и Дженнифер могут заселяться в гостевой дом, когда будут готовы.
– Да, конечно, – послушно кивнул Исаак.
Макс тихо направился к дому, и луна была единственным источником света, который ему был нужен, чтобы найти дорогу обратно. Он с большим облегчением снял брюки и положил пиджак и рубашку в корзину для стирки.
Рухнув на кровать, он вздохнул, закрыл глаза и погрузился в сон. Но в последний момент перед тем, как он заснул, человеческая девушка снова в последний раз в этот день вторглась в его мысли.
Глава 3
Со стороны старой деревянной тумбочки в нашем номере зазвучал рингтон моего телефона. Я застонала и протянула к нему руку, думая, что это будильник и намереваясь его выключить, но увидела незнакомый номер звонившего, и мой живот тут же болезненно сжался. Я вскочила с кровати и показала телефон маме, которая проснулась от звуков мелодии.
– Неизвестный номер, – сказала я, держа в руках мобильник.
– Не отвечай! – зашипела она.
– Что делать? – пискнула я. Мысль о том, что мой отчим Дэн нашел нас, вдруг ударила обухом по голове.
– Сломай эту чертову штуку! – крикнула мама, сидя на краю кровати и нервно тряся ногой.
Она встала и встряхнула волосами, проведя по ним рукой.
Я швырнула все еще звонивший телефон в стену и вздрогнула, когда он громко ударился о нее и, разбившись, упал на пол. Ну, по крайней мере, он перестал звонить.
– Теперь мне нужен новый телефон, – тихо сказала я в наступившей тишине.
Телефон у меня был только по одной причине. Чтобы поддерживать связь с мамой на случай, если мы когда-нибудь расстанемся. Любой, у кого был этот номер, мог нас найти, а для нас было крайне важно, чтобы нас никогда не нашли.
– Сходи в город. Возьми немного денег и купи телефон. Самый простой, – предупредила мама.
– Хорошо! – согласилась я и открыла шкаф, раздумывая, что надеть. У меня не было особого выбора, но я хотела надеть что-то, что не позволило бы жителям города осуждать меня или обсуждать. Я не хотела давать им повод шептаться.
В итоге я надела синие джинсы и белую рубашку, дополнив простой образ широким ремнем и кроссовками.
Я привязала чехол с ножом к бедру и туго затянула ремешок. Перцовый баллончик кинула в сумку, это была всего лишь маленькая бутылочка, на случай если нужно быстро сбежать. Собрала свои длинные темные волосы в небрежный пучок и закрепила его несколькими шпильками. Пучок получился объемный, потому что волосы снова отросли, значит скоро придется их отрезать.
Выплюнув зубную пасту в раковину, я заглянула в шкафчик в поисках какой-нибудь косметики. Мама почти не пользовалась ей, у нее больше не было сил пытаться произвести впечатление на людей.
Я нашла только полупустой флакон тонального крема и тушь, которой торопливо накрасила ресницы. Пойдет и так.
Взяв сумочку и деньги, я повернулась к матери, которая наконец-то снова дышала нормально.
– Тебе что-нибудь принести? – спросила я, когда она натягивала одеяло на голову.
– Нет, постараюсь еще поспать, – пробормотала она в подушку.
– Хорошо, – ответила я, и захлопнув дверь, вышла из номера.
Спустившись по короткому лестничному пролету, увидела владельца отеля, который стоял у стойки регистрации и спорил с крупным хмурым мужчиной, покрытым татуировками. Я пробежала мимо, не желая, чтобы меня видели, но успела подслушать часть разговора:
– Перестань говорить посетителям, чтобы они опасались … иначе сам окажешься в опасности.
Стиснув зубы и пытаясь забыть эту фразу, я вышла из отеля на улицу, где ярко светило ласковое солнышко. Небо было чистым и голубым, и мне сразу стало лучше. Теперь, когда я знала маршрут, я могла быстро добраться до центра города, но я решила насладиться прогулкой и ощущением теплого солнца на лице и руках. Вскоре я дошла до фонтана и остановилась возле него, просматривая взглядом ближайшие магазины.
Увидев в витрине одного бутика красивый комбинезон цвета вишни, я подошла ближе и стала рассматривать его. Спустя минуту ко мне вышла продавщица и улыбнулась.
– Привет, добро пожаловать к Ди! Я Ди, – доброжелательно сказала она, жестикулируя руками, – Полное имя Диана. Хочешь что-нибудь посмотреть?
Удивленная внезапной переменой отношения людей здесь, за исключением веселой официантки, я уставилась на Ди, не проронив ни слова.
– Мы только вчера получили летнюю одежду из новой коллекции, – продолжала улыбаться Диана.
Обычно я бы прогнала таких надоедливых продавцов-консультантов, как она, но Ди казалась доброй и милой.
– На самом деле, этот комбинезон на манекене привлек мое внимание, – ответила я, выдавив улыбку, способную соперничать с ее собственной.
– Мне он тоже нравится, один из моих любимых. – Она горной козочкой поскакала к стойке с одеждой и стянула с нее идентичный комбинезон моего размера. – Примерочная находится в том углу, – добавила она, указывая в направлении своей руки.
Я плотно задернула за собой занавеску и разделась до нижнего белья. Черные трусики немного потерлись, а на бюстгальтере слева появилась небольшая дырочка. Моя грудь выпирала из него сверху, и стало ясно, что он мне уже мал. Мой нож все еще был надежно привязан к верхней части бедра, и я покачала головой, натягивая комбинезон, предполагая, что он мне не подойдет.
Но это произошло. Он смотрелся на мне просто великолепно. Тонкие бретели придавали моим плечам красивый вид, а сетка в районе живота обнажала пупок, что смотрелось очень сексуально. Декольте выгодно подчеркивало грудь, а брюки расширялись книзу, и я представляла, как будет смотреться комбинезон с туфлями на каблуках.
Я решила купить комбинезон, даже если у меня никогда не будет возможности надеть его. Я выглядела в нем потрясающе, и могла бы носить его хотя бы просто перед зеркалом. Я снова оделась и вышла из примерочной.
Ди стояла прямо снаружи.
– Все хорошо? – спросила она.
– Эм, да, я возьму его, – ответила я, проходя мимо нее к кассе с комбинезоном, перекинутым через руку.
– Тебе просто необходимо купить их тоже! Ты будешь выглядеть совершенно невероятно! – воскликнула Ди, швырнув мне пару черных босоножек на каблуке с открытым носком. – Скидка в половину цены в качестве приветствия, – добавила она.
Я была девочкой. Я любилавыгодные покупки, и то, как Ди улыбнулась мне, почти умоляя, заставило меня забыть, что я должна была затаиться и не отсвечивать. Я кивнула.
– Хорошо, это великолепные босоножки, – вздохнула я, кладя их на стойку, чтобы Ди могла их пробить.
– Как тебя зовут? – спросила она небрежно.
Я была к этому готова.
– Софи, – беззаботно ответила я.
– Ну, Софи, тебе стоит надеть все это сегодня вечером! Сегодня в баре, куда мы все обычно ходим, выступает классный певец. Бар называется «Черная лошадь», и это практически единственное место, где кипит ночная жизнь. Мне бы хотелось, чтобы среди нас, девушек, появилось новое лицо!
Я положила комбинезон на стойку.
– Не знаю пока, что и ответить. Я подумаю. Мы здесь всего на несколько дней.
– Ну и почему бы не насладиться теми немногими днями, которые у вас есть? Если ты все-таки решишь прийти, приходи около шести вечера и просто спроси у кого-нибудь «где Ди», и они укажут тебе, где меня найти.
Ди положила комбинезон и босоножки в пакет, и я поспешно расплатилась.
– Я подумаю об этом. Спасибо, – сказала я и помахала ей рукой, выходя из магазина.
Хотелось заглянуть в кафе и выпить кофе, но я не могла оставить маму одну на весь день. Я вздохнула и продолжила идти по главной улице, осматривая магазины. Я быстро заглянула еще в пару магазинов, чтобы найти новый телефон. Заметила на углу мастерскую по ремонту телефонов, в витрине которой стояли несколько телефонов для продажи.
К счастью, консультант по продажам проявил ко мне гораздо меньше интереса, чем Ди и позволил мне купить телефон, не сказав ни слова. Выходя из магазина, опустив голову, чтобы включить телефон, я чуть не столкнулась с молодой парой.
– Простите, я не смотрела куда иду, – извинилась я, прижимая руку к груди и одаривая пару извиняющимся взглядом.
– Да уж, это очевидно, – недовольно сказала девушка, потянув мужчину за руку, чтобы он обошел меня.
Я стояла, открыв рот, и не могла поверить, что она была так груба. Мне хотелось что-нибудь крикнуть в ответ, но я не пробыла здесь и пяти минут и не хотела нажить себе врагов. Я проглотила гнев, скрестила руки на груди и продолжила путь обратно в отель.
Когда я открыла дверь в нашу комнату, мама уже не спала. Она ходила взад и вперед, и когда я вошла, схватила меня за плечи.
– Мне здесь не нравится. Думаю, нам стоит отправиться дальше, – поспешно сказала она.
– Что? Но почему? – ахнула я, ставя пакеты на кровать.
– Я решила прогуляться, так как не могла заснуть, спустилась вниз, а на стойке регистрации стояли двое мужчин. Они оба кричали на мужчину-администратора, и я почувствовала, как мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я не могу оставаться в отеле, где есть такие гости.
Я глубоко вздохнула. Конечно, мама была напугана. Я тоже, но я гораздо лучше контролировала свои эмоции, чем она.
– Все будет хорошо. Они нас не знают, у нас вымышленные имена, их гнев был направлен не на тебя, – медленно сказала я, пытаясь ее успокоить. – Послушай, мне нужно отдохнуть и расслабиться, – я быстро сменила тему. – Здесь есть бар, и я хочу сходить туда вечером. Ты со мной?
– Думаешь, это хорошая идея? – обеспокоенно спросила мама. – У нас не должно быть никаких связей, Алиса!
– Я не собираюсь ни с кем целоваться, мама, или рассказывать историю своей жизни первому попавшемуся человеку. Мне просто нужно выпить, иначе я сойду с ума!
– Нет, это не очень хорошая идея. Бары – это место, где люди встречаются, пьют, а потом дерутся. И, прежде чем ты успеваешь оглянуться, у тебя два подбитых глаза и сломанное запястье.
– Мама, не все такие как Дэн, – прошептала я, сидя на кровати. – Прошел уже год.
– Год – ничто, по сравнению с годами ада, которые я пережила, – дрожащим голосом сказала мама.
– Мы обе страдали, – ответила я.
Мама молчала, глядя на меня, но я видела, как крутятся ее мысли в темных карих глазах. Наконец, она скрестила руки на груди, тяжело вздохнула и расслабила плечи.
– Хорошо. Если в одиннадцать тебя не будет дома, я пойду тебя искать.
– Договорились, но почему бы тебе просто не пойти вместе со мной?
Она покачала головой.
– Я хочу полежать в ванной и почитать одну из тех глупых любовных книг, которые есть внизу, в холле, – ответила она. – Жду тебя не позже одиннадцати.
Я кивнула и проводила ее взглядом в ванную, куда она направилась, вероятно, для того чтобы немного поплакать. Она много плакала, но ненавидела делать это при мне. Я знала, что благодаря Дэну у нее целый ряд проблем с психическим здоровьем: депрессия, тревога, посттравматическое стрессовое расстройство и, возможно, многое другое, но все это нельзя было вылечить, не обратившись к врачу.
"Врач?"– сказала она мне однажды после того, как несколько месяцев назад упала и повредила лодыжку. – Алиса, врачам нужно много информации, а также полис и настоящий паспорт, которые мы не можем предоставить. Как они отреагируют, узнав, что людей с таким именем и фамилией на самом деле не существует? Тем более, что у них остаются записи, по которым мы можем оставить след».
Итак, к врачам мы не ходили. Любые недуги, болезни и тому подобное лечили по старинке, народными средствами.
Я повесила комбинезон на вешалку на дверцу шкафа и постучала в дверь ванной. Мама открыла дверь и быстро улыбнулась мне. Ее глаза были опухшими и красными.
– Не задерживайся, – сказала она, – я хочу полежать в ванной.
Сев на кровать, она включила телевизор и пролистала небольшой набор каналов, прежде чем, наконец, остановилась на какой-то дневной телепередаче, которая уже почти закончилась. Убедившись, что с мамой все в порядке, я пошла принять душ. Пока намыливала своё тело, размышляла, каким будет бар. Как я буду себя там чувствовать? Будут ли друзья Ди относиться ко мне холодно, как та молодая пара, с которой я столкнулась, или они будут такими же веселыми и дружелюбными, как официантка?
Вопросы проносились в моей голове со скоростью света, но пока ответов на них у меня не было.
Я вышла из душа и переоделась в комбинезон. Распустила волосы и расчесала их, благодаря Богов за то, что я родилась с прямыми от природы волосами. Попыталась накрасить лицо с помощью минимального количества косметики, которая у нас была: тонального крема, туши и почти пустого тюбика телесной, матовой помады.
– Ты выглядишь прекрасно, Алиса, – прокомментировала мама, сидя на кровати. – Пожалуйста, будь осторожна, – умоляла она, – ты знаешь, как вести себя с мужчинами, помни об этом.
– Да, – кивнула я, – всегда быть вежливой и никогда не отвергать их публично. Если я почувствую себя небезопасно, нужно найти женщину с ребенком или любую другую женщину и попросить их о помощи. Не позволять мужчине понять, что я чувствую себя в безопасности, поскольку ему это может понравиться. Мужчины опасны.
Я повторяла строки, которые говорила мне мама, почти каждый день. Я заучила их как молитву и могла повторить в любое время дня и ночи без запинки.
– Хорошо, теперь можешь идти, – сказала мама, выдавив подобие улыбки. – Помни – жду тебя в одиннадцать!
Я кивнула и схватила сумочку.
Мужчины были опасны, но, судя по бабочкам в животе, я знала, что они также могут быть неоправданно привлекательными, и если тот мужчина будет сегодня вечером в баре…
Я не знала, как отреагирую на это.
Глава 4
Без четверти шесть я шла по главной улице, пытаясь найти что-нибудь, хоть отдаленно напоминающее бар. Солнце скрылось за облаками и начало садиться, оставляя в воздухе бодрящую прохладу. Я скрестила руки на груди, чтобы защититься от холода, и пожалела, что не спросила у Ди дорогу.
Я прошла мимо фонтана, слегка улыбнувшись, не переставая восхищаться этой красотой. Прошла мимо кафе “Клевер” и бутика Ди, но так и не встретила бар… или хоть какого-нибудь человека.
Было пугающе тихо, и я немного встревожилась. Где все?
Наконец, как только я уже собралась сдаться и вернуться в отель, слева от меня показалось старое черно-белое здание. Свет у входа был ярким, грохотала музыка, толпились люди. Мой желудок внезапно скрутило от волнения, я даже не представляла, насколько страшно это окажется. Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя и начать спокойно дышать. Мои ладони вспотели, а ноги затряслись. Теперь я уже не была уверена, что это хорошая идея – прийти в бар в незнакомом городе.
– Прошел год, – сказала я себе. – Тебе снова можно веселиться.
Я набралась смелости и собралась с мыслями. Сделав глубокий вдох и поправив волосы, я пошла в сторону бара. Охранник у входа проверял документы, и я испугалась, так как у меня не было с собой паспорта. Он заметил мою нервозность и протянул руку.
– Паспорт? – грубо спросил он.
Мне стало плохо.
– У меня его нет при себе, – честно сказала я, – Но внутри меня ждет подруга.
Охранник прищурился.
– Я вас не узнаю. Как зовут подругу?
– Ди, она владеет бутиком на…
Мне больше не нужно было ничего говорить, как только было упомянуто имя Ди, вышибала махнул мне рукой, не сказав больше ни слова. Очевидно, что веселая девчонка имела здесь некоторое влияние.
Оказавшись внутри, я увидела море людей, которые считали уместным оглядеть меня с ног до головы, как если бы я была каким-то нарушителем границы или кем-то, кого они действительно не ожидали увидеть. Я нахмурилась: неужели здесь все знают друг друга в лицо и поняли, что я приезжая?
Я, насколько могла, игнорировала эти взгляды, но чувствовала, как жар поднимается к моим щекам, а желудок сжимается от нервного напряжения. Я сосредоточилась на попытке найти Ди. Однако, она сама нашла меня. Из бара послышался девичий визг, и рука из центра толпы взметнулась в воздух, чтобы привлечь мое внимание.
– Софи, я здесь!
Я была удивлена, что она вообще запомнила мое имя, я даже забыла, что назвала ей его. Тем не менее, я подошла к ней, высоко подняв голову и стараясь не споткнуться. Я пыталась расслабиться и показать людям, что я не боюсь ни их взглядов, ни всего, что, по их мнению, могло бы меня сбить с толку. Ди обняла меня, когда я подошла ближе и, ошеломленная ее проявлением чувств, я неловко стояла, опустив руки вдоль туловища. Я была слишком потрясена, чтобы пошевелиться. Она отстранилась, нисколько не затронутая отсутствием ответных объятий, и протянула мне высокий бокал, наполненный игристым розовым вином.
– Это тебе, – улыбнулась она, – Позволь мне представить тебя всем!
Я взяла бокал и поблагодарила ее. У стойки стояли три невероятно приятных девушки и два парня, которых Ди представила как «всех».
– Софи, это Даша, она работает в кафе “Клевер”, – представила Ди свою подругу.
На этот раз моя улыбка была искренней, ведь я во второй раз встретила ту самую милую официантку.
– Да, я помню, – улыбнулась я. – Как дела?
– Просто фантастически! – ответила Дарья.
– Удивительно, учитывая твое состояние прошлой ночью, – раздался низкий голос одного из парней, стоящих рядом с ней.
Даша протянула руку и сильно ударила мужчину по плечу. Он притворился обиженным и со стоном потер его.
– Этот идиот, который злит Дашу, – Костя, – продолжила Ди, перестав смеяться.
Костя поднял руку и вежливо помахал мне, и я ответила ему улыбкой.
– А это Эрик и Катерина.
К тому времени, как Диана закончила представление своих друзей, мой бокал был почти пуст. У меня не было возможности запомнить все имена, и я с сожалением осознала, что в этом нет необходимости. Маловероятно, что я когда-нибудь снова увижу этих людей после сегодняшнего вечера, если моя мать не успокоится и не выйдет за пределы гостиничного номера.
Тихолесье был необычным, но пока не казался опасным.
– София, почему ты переехала в Тихолесье? – спросила Катерина – симпатичная блондинка в откровенном красном боди и обтягивающей черной кожаной юбке.
Она была ошеломляющей и интригующей, но все ее внимание было обращено на меня. Фактически, все внимание этой компании было сосредоточено на мне. К счастью, благодаря второму стакану игристого, который мне только что дали, справиться с этим стало немного легче.
– Мы с мамой здесь проездом, останемся всего на несколько ночей, – неопределенно ответила я. Неясность была лучше всего, расплывчатость была безопаснее всего.
– Ну, по крайней мере, одна из твоих ночей будет веселой, – сказала она с улыбкой, слегка стукнув мой стакан своим. Ее взгляд переместился за мою спину, и она закатила глаза.
– Я знала, что они придут, – вздохнула она. – Теперь мы все должны вести себя как можно приличнее.
Я нахмурилась, когда Катерина жестом предложила Ди посмотреть в сторону двери. Я проследила за ее взглядом и увидела, как в бар вошли трое мужчин. Один из них, самый низкий, что-то сказал остальным, отошел и начал болтать с двумя девушками, сидящими возле диджея. Как только он сел, они обе сразу же запорхали вокруг него.
Двое других мужчин направились к Ди и ее друзьям. Один, как я поняла, был тем самым мужчиной, которого я видела в кафе, двоюродный брат Даши. Он был таким, каким я его помнила: ошеломляющим, с черными волосами, с густой темной щетиной, высокий и задумчивый, с мускулами, выделяющимися даже через куртку. Он мельком взглянул на меня, сохраняя каменное выражение лица, и повернулся в сторону Кости, который подошел поговорить с ним.
Этот загадочный мужчина был единственным человеком в баре, который не оглядел меня открыто с ног до головы. На самом деле это выглядело так, как будто он активно старался не смотреть на меня.
– Привет, Кейт, – сказал один из мужчин.
– Привет, Исаак, – протянула Катерина. – Какими судьбами здесь?
– Где еще мне быть в пятницу вечером? Зашли с Максом расслабиться, – ответил он, кивнув на брата Даши. Подмигнув, повернулся ко мне. – Я тебя раньше не видел, иначе точно запомнил бы.
Более крепкий напиток, который передала мне Ди, позволил мне немного расслабиться, но я все еще была настороже.
– Я здесь всего на несколько ночей.
– Очень жаль, – ответил Исаак.
Внезапно все в нашей компании вздрогнули, как будто услышали что-то, чего не могла услышать я. Выражение лица Исаака сменилось растерянностью, когда он повернулся к брату Даши, как и остальные его друзья. Я был потрясена, увидев, что выражение лица этого мужчины, Макса, сменилось с каменного холода на чистую ярость. Его глаза сверкали гневом. Гневом, направленным на Исаака. Я узнала признаки того, что мужчина вот-вот взорвется, и это грозило вернуть меня в то время, когда мне пришлось столкнуться с гневом Дэна.
Я почувствовала мягкие руки на своих плечах и позволила Ди утащить меня, которая отвела меня в женский туалет. Один ее взгляд, и девушки, которые были там, поспешили уйти.
Я не могла дышать. Гнев Макса вернул воспоминания, которые я засунула глубоко в свое подсознание. То, как его руки сжимали барную стойку, как его глаза казались почти черными и как он скалил зубы. Это был опасный человек, и я чувствовала себя невероятно глупо из-за того, что осмелилась даже подумать о том, чтобы прийти сюда сегодня вечером.
– Просто дыши, – посоветовала Ди, когда я положила руки на колени и попыталась успокоить свое дыхание. – Ты в порядке?
Ди была удивлена рычанием Макса, которое поразило их всех. Рычание, направленное на Исаака, могло означать только одно. Макс велел ему убираться к черту. Такого поведения Ди никогда не наблюдала у него. Но она также была удивлена реакцией своей подруги Софи.
– Со мной все в порядке, – наконец вздрогнула я, поднимаясь и снова выпрямляясь.
– Ты так задрожала! – воскликнула Ди. – Что тебя напугало?
Слишком много вопросов. Я покачала головой.
– Со мной действительно все в порядке. Мне просто стало немного плохо от алкоголя, – соврала я.
– Я тебе не верю, – категорически ответила Ди, но взглянув на мое лицо, она решила больше не задавать вопросы. – Я больше не буду любопытствовать. Ты готова вернуться?
Я был растеряна. Выйти обратно и рискнуть снова увидеть Макса, или продолжить паниковать в туалете и стать городской чудачкой, просидев тут весь вечер? Чем больше я волновалась, тем больше понимала, что привлекаю нежелательное внимание. Ди чувствовала себя в безопасности, значит и я должна быть в безопасности рядом с ней.
– Я готова, – сказала я, убеждая больше себя, чем Ди.
Выйдя обратно в бар, я почти ожидала, что там будет драка. Но Макса и Исаака не было, а остальные разговаривали за столом как ни в чем ни бывало. Даша улыбнулась мне, и я почувствовала, как узел в моем животе потихоньку исчезает. Я осторожно села за стол, а Костя принес нам на подносе напитки.
– Перестаньте покупать мне напитки, – улыбнувшись, буркнула я, – я могу сама за себя заплатить! Честное слово!
– Ни за что! – воскликнула Катерина. – Если это твоя единственная веселая ночь в Тихолесье, то мы не позволим тебе остаться без денег!
– Знаешь, если ты вдруг захочешь остаться, то можешь поработать со мной в кафе, – предложила Даша. – С кем ты приехала в город?
– Со своей мамой, Луизой, – медленно ответила я, вспоминая наши фальшивые имена.
– Почему вы останетесь только на неделю? Оставайтесь подольше. Не так много людей приезжают сюда на отдых, – продолжила Кейт.
– Я… мы, эм….
Ди, должно быть, уловила мою растерянность и ответила за меня:
– Кейт! Перестань ее допрашивать. Просто проезжали мимо и заехали на неделю, вот и все.
– Я просто спрашиваю, – надулась Кейт.
– Все в порядке, я просто не привыкла к тому, чтобы мне задавали вопросы, – успокоила я ее. Насколько я могла судить, она просто была доброй и немного любопытной. За последний год стало легче отличить злонамеренный допрос от простого искреннего любопытства.
– Мне бы не хотелось, чтобы ты уезжала, – заговорила Даша.
Я засмеялась и почувствовала, как внутри меня разливается приятное тепло.
– Я знаю вас всего один день! – улыбнулась я.
– София, у меня интуиция, и я знаю, что ты отлично впишешься в нашу компанию, – сказала Даша. – В тебе есть что-то такое, чего я просто не могу понять.
Я задумалась. Может нам и правда остаться здесь? Единственным человеком, которого я видела злящимся, был Макс, и он даже не смотрел на меня. Городок Тихолесье находился достаточно далеко, чтобы Дэн не нашел нас здесь, и это было единственное место, где я действительно чувствовала себя счастливой. Раньше я никогда никого к себе не подпускала так, чтобы подружиться, и каждое место, куда мы переезжали, казалось временным.
Но когда я подумала о Тихолесье, у меня возникло необычное чувство. Чувство, от которого я не могла избавиться. Здесь не было ощущения, что я дома, не было чувства надежности, но что-то заставляло меня хотеть остаться.
Что-то или кто-то действительно заставлял меня хотеть остаться.
Глава 5
Когда я проснулась в третий день нашего пребывания в Тихолесье, солнечный свет ярко лился в комнату сквозь тонкую белую тюль. Я не торопилась открывать глаза, потянулась и просто позволила себе полностью проснуться. Прошлая ночь прошла чудесно после ухода Макса. Я провела время, общаясь с девочками, стараясь не раскрыть слишком много информации о себе, но они все были настолько веселыми, добрыми и интересными, что было очень трудно удержаться от того, чтобы не рассказать им всю свою историю. Около одиннадцати часов вечера Ди проводила меня обратно в отель. Моя мама была удивлена, что я пришла домой вовремя, словно она только и ждала возможности допросить меня и поругаться.
– Ну и где ты была? – спросила она меня, как только я вошла в дверь.
– Можно мне хотя бы снять обувь перед допросом? – язвительно ответила я, снимая босоножки.
– Ну так что? – настаивала мама, сидя на краю кровати и скрестив ноги.
– В баре я была, я же говорила. Называется “Черная лошадь”, находится на главной улице. Встретилась там с девочками, и мы немного выпили. Я даже не знаю, почему я должна обсуждать это с тобой. Мне двадцать один год!
– Я все еще твоя мать, – хмыкнула мама. – Значит, ничего страшного не произошло?
Я решила утаить, что Макс тоже приходил в бар. Я хотела, чтобы маме понравилось в Тихолесье. Да, Макс был опасен, но мы больше не были одни. У меня были Ди, Даша и Кейт. Девочки очень добрые и рады мне.
– Нет, – солгала я, сжимая губы.
– Что насчет мужчин?
– Я встретила только двоих, и они были добрыми и вежливыми.
Это, конечно, была натянутая правда. Костя был милым, а Алекс кокетливым, но, казалось бы, безобидным. Эрик был немного более сдержанным, но более тихим. Макс? Формально я с ним даже не встречалась и надеялась, что никогда не встречусь.
– Хм, – ответила мама. Похоже, у нее закончились контраргументы.
Я оделась в пижаму перед сном и смыла макияж с лица. Ложась в постель, я повернулась к маме и задала ей вопрос, который терзал меня в глубине души.
– Как ты думаешь, мы когда-нибудь успокоимся и перестанем бежать?
Мама встала и пристально посмотрела на меня, но ее взгляд был не злым, а просто любопытным.
– Ты хочешь остаться здесь? – спросила она. – Я увидела здесь мужчин, с которыми не хотела бы встретиться снова.
– Куда бы мы ни пошли, всегда и везде будут мужчины, мама, – тихо сказала я. – Неужели после всего этого времени мы не заслуживаем того, чтобы перестать бежать?
Мама тяжело вздохнула и снова легла в кровать. Это была трудная тема, но до этого она поднималась только один раз.
– Дай мне время до конца недели. Тогда я приму решение.
Я улыбнулась, мне этого было достаточно.
Я перевернулась в постели, думая о событиях прошлой ночи. Моя мама пошевелилась и тоже открыла глаза.
– Ты все еще хочешь остаться здесь? – спросила она.
Кивнув головой, я села. Именно этого я и хотела. Мама села рядом со мной и пожала плечами.
– Хорошо, тогда сначала мне нужно получше здесь осмотреться.
Я улыбнулась и подождала, пока она оденется, чтобы мы могли отправиться в “Клевер” на завтрак.
Сегодня у мамы была уверенная походка, которой я давно не видела. Я впервые в этом году надела шорты, потому что с самого утра палило солнце. Мама надела длинную юбку и белую майку.
Войдя в кафе, я поприветствовала Дашу, которая широко мне улыбнулась.
– Это моя мама Луиза, – представила я. Мы продолжали использовать фальшивые имена для собственной безопасности.
Даша схватила мою маму за руку и крепко пожала ее:
– Я так рада познакомиться с вами, Луиза! Садитесь где угодно, я принесу меню.
Позавтракав блинчиками с чаем, мы вышли на улицу, пообещав вернуться следующим утром.
Затем я повела маму навестить Ди. Диана была невероятно взволнована встречей с моей мамой, и от радости обнимала ее настолько крепко и искренне, что мама рассмеялась.
Немного позже, сидя у фонтана и наслаждаясь теплыми солнечными лучами, я повернулась к маме. Она закрыла глаза, откинулась на руки и выглядела полностью погруженной в блаженство.
– Ну так что? – спросила я. – Останемся?
Мама медленно кивнула.
– Я все еще решаю. Но этот город потрясающий, и эти девушки прекрасны. Еще четыре дня, и я дам тебе ответ.
«Давай, Тихолесье, – подумала я, – «Если ты хочешь, чтобы мы остались, продолжай быть таким же великолепным».
***
Ближе к вечеру я оставила маму осматривать небольшой антикварный магазин, в котором мы познакомились с его владелицей, доброй пожилой женщиной по имени Евгения.
Сама я вышла на улицу и села на небольшую скамейку. Пока ела яблоко, почувствовала, как что-то трется о мои ноги. Я посмотрела вниз и увидела маленькую серую кошку. Она терлась о мои ноги и мурлыкала, и я не удержалась, чтобы погладить ее.
– Где ты живешь, малышка? – тихо спросила я, поглаживая ее мягкую шерсть от головы до кончика хвоста.
Кошке понравилась моя ласка, и она, выгнув спину, тыкалась мордочкой в мою ладонь, каждый раз издавая тихое мяуканье. Ошейника на ней не было, но она выглядела сытой и довольной. Внезапно ее уши навострились, и она отскочила от меня, устремившись по дороге.
– Эй, ты куда? – крикнула я ей вслед.
Кошка пробежала несколько метров, остановилась и обернулась, словно спрашивая: «Почему ты не идешь за мной?» Я улыбнулась и поднялась, думая, что, возможно, схожу с ума, следуя за кошкой. Но почему бы и нет? Я люблю животных. Вскоре я догнала ее, и она снова устремилась вперед, прямо к ряду деревьев, за которыми начинался обширный лес, окружавший это место.
Я остановилась. Никогда прежде я не приближалась к лесу, и слова администратора отеля эхом зазвучали в моей голове. Я отогнала глупые страхи, ведь люди не живут в лесах. Я была почти уверена, что и в Тихолесье нет плохих людей.
Деревья были ярко-зеленого цвета, а влажная темно-коричневая земля буквально манила меня вперед.
Кошка нетерпеливо мяукала, и я последовала за ней в лес.
Внутри леса было по-настоящему красиво и сказочно. Нетронутое людьми место. На деревьях пели птицы, а вдалеке крохотный кролик перебегал тропинку. Я осторожно отодвигала ветки и сучья, спотыкаясь о большие корни деревьев. Я шла вперед как завороженная, даже не осознавая, куда я иду. Я аккуратно смахнула с плеча бабочку, стараясь не повредить ее нежные крылья, и продолжала следовать за кошкой все дальше и дальше, пока она наконец не остановилась.
Я наклонилась, наблюдая, как она одного за другим подносит ко мне пять крошечных серых котят и с гордостью укладывает их у моих ног. Ошеломленная, я едва не потеряла равновесие, но затем осторожно села, чтобы погладить и поиграть с этими милыми созданиями.
– Ну, теперь мне придется остаться, как же я могу оставить твоих детей? – спросила я у матери-кошки. Она лизнула свою лапку и нежно подтолкнула одного из котят ко мне. Я аккуратно взяла его на руки и стала рассматривать его крошечную мордашку. Котенок протянул лапку и нежно коснулся моего лица.
– Мне лучше сейчас не заводить блох, – вздохнула я и положила котенка обратно на землю.
Он тут же прыгнул на одного из своих братьев или сестер, продолжая игру. Наблюдая за их весельем, я почувствовала урчание в животе и поняла, что уже поздно. Достав телефон, я с удивлением обнаружила только одно сообщение от мамы:
– Евгения такая добрая, она пригласила нас сегодня на ужин.
– Это замечательно! Где она живет? – спросила я.
– В большом доме на опушке леса. Она дала мне подробные указания, как добраться до ее дома. Куда ты пропала?
– Скоро всё расскажу, я сейчас возвращаюсь к фонтану.
Я встала и отряхнула руки, проведя ими по шортам. Внезапный холодок пробежал по затылку и вниз по позвоночнику, заставив волосы встать дыбом. Я обернулась, почти ощущая, будто кто-то стоит за моей спиной, но вокруг было пусто – я была совершенно одна в лесу. Кошка начала уносить своих котят обратно в укрытие. Она бросила на меня последний взгляд и скрылась в лесной чаще.
Я быстро зашагала тем же путем, которым пришла, стараясь найти свои следы на влажной тропинке. Я не могла поверить, что по неосторожности зашла так далеко, но почувствовала облегчение, когда сквозь просветы между деревьями увидела крыши домов. Ощущение, что за мной наблюдают, не покидало меня, и я продолжала оборачиваться, ожидая увидеть кого-то рядом. Вскоре я побежала и остановилась только тогда, когда мои ноги снова коснулись гравия. Прерывисто вздохнув, я напомнила себе больше никогда не ходить в лес одной.
Я быстро вернулась к фонтану, где меня ждали мама и Евгения. Я тепло улыбнулась пожилой женщине, и она ответила тем же. Морщинки у уголков ее рта и глаз подсказали мне, что она часто улыбается.
– Я закрылась пораньше, чтобы сегодня вечером поужинать с вами. Вы наши гости, и мне хочется познакомиться поближе.
– В вашем городе мало приезжих? – поинтересовалась мама, когда мы отправились в гости к Евгении. – Мужчина на стойке регистрации нашего отеля, похоже, не очень рад нашему присутствию здесь.
Евгения нахмурилась.
– Александр – странный человек. Я не знаю, почему он до сих пор держит этот старый отель. Раньше он принадлежал его деду, который был благородным и уважаемым человеком. Но Александр не любит людей, и это заметно во всём, что он делает. Он редко общается с постояльцами, и его лицо всегда кажется хмурым и отстранённым. Я бы на вашем месте не принимала это близко к сердцу, дорогая. Возможно, у него есть свои причины для такого поведения, о которых мы не знаем.
– Кажется, он намеревался предостеречь нас от каких-то здешних людей. Он не думал, что мы протянем здесь семь дней, – продолжала настаивать мама. Я знала, что она пытается выяснить, есть ли какая-нибудь причина, по которой мы не можем остаться.
Евгения стиснула зубы и, немного помедлив, ответила:
– Как я уже сказала, дорогая, он странный человек. Не обращайте внимания на его слова. Итак, мы почти пришли. Вон там, за углом, и есть мой дом!
Дом был невероятным. Это была не просто дом, а настоящая усадьба с внушительной террасой и фонтаном в центре. Фонтан был украшен статуями волков, которые словно охраняли это место. Усадьба была построена из светло-коричневого кирпича, а по краям крыльца стояли две величественные белые колонны. Несколько дымоходов изящно возвышались над крышей, а красивые арочные окна, обрамляющие оба этажа, придавали зданию элегантный и величественный вид.
– Это не дом, – присвистнула мама. – Это поместье!
Евгения улыбнулась, слегка склонив голову:
– Он принадлежал моей семье на протяжении нескольких поколений. А теперь заходите внутрь и устраивайтесь поудобнее.
Я взглянула на маму, которая тоже улыбнулась, и последовала за Евгенией по красивой каменной подъездной дорожке. Мы поднялись по широким ступеням, ведущим к массивной дубовой двери, украшенной изысканной резьбой. Открыв дверь, Евгения пригласила нас войти, и мы оказались в просторном холле с высокими потолками, украшенными лепниной, и мягким светом, льющимся из хрустальных люстр.
Глава 6
Максимилиан. Примерно через час после того как он покинул бар “Черная лошадь”.
Макс пронесся через лес, словно раскат грома. Если бы погода отражала его настроение, то разразился бы настолько сильный шторм, что он разрушил бы землю под ногами. Лес, казалось, притих, словно осознавая опасность. Деревья перестали раскачиваться на ночном ветру, а облака закрыли луну, оставив Макса в полной темноте. Он терял контроль, и этому способствовало то, что его доверенный советник, его лучший друг… был тем, кто его разозлил.
Пробираясь сквозь кусты в образе волка, Макс рычал на разбегающихся кроликов, оленей и вспархивающих испуганных птиц. Его четыре лапы громко ступали по земле, а ветер трепал его густую черную шерсть, пока он продвигался вперед через лес.
Внезапно Макс резко остановился, почувствовав, что недалеко позади него бежит другой волк, пытаясь догнать его. Вдыхая запах, он издал глубокое предупреждающее рычание, заставляя второго волка остановиться. Когда тот этого не сделал, Макс издал еще одно гортанное рычание. На этот раз это был приказ. Приказ Альфы. Второй волк сразу перестал бежать, но он уже был в пределах видимости.
Смиренно склонив голову, рыжевато-коричневый волк вышел в поле зрения Макса и присел, напрягая каждую мышцу. Исаак чувствовал себя виноватым, но даже не был уверен, в чем именно. Он робко поднял голову, чтобы взглянуть на своего друга: перед ним шагал гораздо более крупный черный волк. Красная слюна вытекала из его тяжело дышащего рта, Макс был больше похож на бешеного зверя, чем на Альфу. В его глазах сверкала ярость, и каждый шаг отдавался эхом в напряженной тишине леса. Исаак облизал губы и ждал, пока его Альфа сделает следующий шаг. Если Бетта заговорит первым, это будет крайне неуважительно и, учитывая настроение Макса, – наказуемо. Ветер шелестел листвой, наполняя воздух предчувствием неминуемой грозы.
Наконец, после долгого, болезненного молчания, Макс вздохнул и закрыл глаза. Встряхнув свой длинный мех, он начал трансформацию, возвращаясь к человеческой форме. Его массивное тело сжималось, а шерсть постепенно исчезала, уступая место гладкой коже. Клыки, которые лишь мгновение назад угрожающе блестели, исчезли, а глаза из черного цвета перешли в более человечные, шоколадно-карие, полные усталости и грусти. Макс стоял перед Исааком, тяжело дыша, словно каждый вдох давался ему с трудом. Вокруг них лес, казалось, замер, наблюдая за этим превращением.
Исаак тоже сразу же трансформировался. Он был озадачен тем, почему его лучший друг так злился на него. Макс стоял неподвижно, как камень, его глаза метали молнии. В напряженном молчании Исаак ждал, пока Максимилиан заговорит, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой.
– Ты не имел права, – наконец произнес Альфа, его зубы были стиснуты, как будто ему было трудно связать четыре слова вместе.
– Не имел права на что? – не понял Исаак. – Я не сделал ничего плохого, по крайней мере, я не понимаю, что не так!
Макс провел рукой по волосам и попытался успокоиться.
– Ты… – Он запнулся. Почему эта чертова человеческая девчонка заставила его вот так потерять контроль? – Забудь об этом, – прорычал он. – Иди домой.
Исаак стоял в замешательстве, его сердце билось учащенно. Он не мог понять, что именно вызвало такую ярость у его друга. В голове мелькали воспоминания о последних событиях, но ничего не казалось значимым. Исаак вспомнил, что Макс начал вести себя странно, как только они вошли в бар, и его волк чуть не вырвался, как только Исаак представился новой девушке, которую так полюбили Ди и Даша.
Нахмурив брови и приподняв губу, Исаак, наконец, в замешательстве посмотрел на своего Альфу:
– Это же не связано с той человеческой девушкой, с которой я флиртовал?
Очевидно, так оно и было. Глаза Макса вспыхнули яростью, и в следующую секунду он не сдержался. Его кулак, словно молот, обрушился на Исаака с такой силой, что тот отлетел назад и с хрустом приземлился на толстую кору дуба.
– Ладно, – запнулся Исаак, пытаясь восстановить дыхание и встать. – Я искренне извиняюсь, Альфа, но в свою защиту я понятия не имел, что ты хочешь сам познакомиться с ней.
– Я не хочу с ней знакомиться, – прорычал Максимилиан, его голос был полон гнева и отчаяния. – Но я также не хочу, чтобы с ней знакомился кто-то еще!
– Ну, это несправедливо по отношению к бедной девочке, – неуклюже пошутил Исаак. – Она…
Он на мгновение запнулся.
– Она же не твоя пара? Или….
Макс в ярости ударил дерево.
– Нет! – закричал он. Из его ногтей вытянулись когти, оставив на коре четыре глубоких следа. Он тяжело дышал, его плечи вздымались вверх и вниз. – Я не знаю, – добавил он тихо.
– Как ты можешь не знать? Притяжение пары должно быть настолько волшебным и невероятным, что ни одно другое чувство не может сравниться с ним, – возразил Исаак.
– Она человек, Исаак, – сказал Макс, поворачиваясь к своему другу. – На протяжении столетий в моей семье не было ни одного человека. Я не могу разочаровать нашу семью.
– Чушь собачья, – воскликнул Исаак, и Макс широко раскрыл глаза, ошеломленный словами друга. – Мы с тобой оба знаем, что твоя мать сказала только то, что она хочет твоего счастья, и только этого. Она была бы рада, если бы ты привел домой девушку.
Макса беспокоила не мать, Евгения была самым милым волком в Тихолесье. Его беспокоил отец.
– Мой отец не одобрил бы, – вздохнул Макс. – Человеческая девушка разрушила бы нашу идеальную родословную. Должно быть, это ошибка.
– Пара – это не ошибка, – прорычал Исаак. – Тебе следует забить на все эти одобрения и начать немедленно ухаживать за этой девушкой. Хотя, честно говоря, не думаю, что ей повезло, потому что ты ведешь себя как идиот.
Макс нахмурился, чувствуя, как слова друга пробивают его защиту. Он знал, что Исаак прав, но страх перед отцовским гневом сковывал его.
Макс всегда беспокоился о том, что никогда не найдет свою пару и что же он делает сейчас, когда встретил ее? Он игнорирует ее и пытается разорвать связь. Исаак имел полное право злиться, ведь чем дольше волк не находит свою пару, тем вероятность ее когда-либо найти уменьшается с каждым годом.
Прислонившись головой к дереву, Макс закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. С его стороны было неправильно игнорировать ее, но она была человеком. Она не чувствует эту связь. Примет ли она его с распростертыми объятиями или убежит, оставив его с разбитым сердцем?
Исаак словно почувствовал переживания своего Альфы, он посмотрел на луну и, как всегда, быстро помолился ей, прося высшие силы поскорее помочь ему найти свою пару. Затем он снова повернулся к Максу и сказал:
– Не торопись. Ухаживай за ней, встречайся с ней. Покажи ей все, что ты можешь ей дать, и когда ты, наконец, почувствуешь, что пришло время… скажи ей правду.
– Что, если она даже не захочет встречаться со мной? – нахмурился Максимилиан.
– Ты правда только что это сказал? – фыркнул Исаак. – Макс, все девушки этого города сходят по тебе с ума. Только не говори, что эта девушка убила твою самооценку?
Макс в шутку ударил своего друга, на этот раз легче, но всё же заставил его споткнуться. Он знал, что всегда может рассчитывать на Исаака, который умел вытащить его из самого ужасного состояния и вернуть в норму. Это была одна из многих причин, по которым Исаак был идеальным Бетой стаи.
– Ладно, мне надоело видеть тебя голым, – смеясь, сказал Исаак. – Давай перекинемся и вернемся в дом, а то твоя мать будет переживать, куда же ты делся.
– Мне двадцать шесть, – Макс закатил глаза.
Оборотни неторопливым шагом направились к дому, пробираясь через лес. Как по волшебству, природа вокруг них начала оживать. Деревья начали раскачиваться и шелестеть листьями, луна ярко сияла на фоне теперь уже прекрасного ясного неба. Олень поднял голову, услышав проходивших волков, но, заметив их спокойную походку, снова задремал.
Стая Патрика решила задержаться в Тихолесье еще на пару дней, чтобы дать новообразовавшимся парам возможность лучше узнать друг друга в спокойной обстановке, без стресса и потрясений, связанных с многочасовым переездом через страну. Кроме того, было крайне неприлично отправлять гостей домой всего после одной ночи. Путешествие для большинства оборотней было тяжелым.
Макс заметил волка цвета корицы, смотрящего на фонтан у подъездной дорожки к дому, и по запаху понял, что это Дженнифер.
Заметив Альфу и Бету, Дженнифер склонила голову в знак уважения. Макс поприветствовал её по-волчьи – вежливо потерся мордой о её морду и обнюхал шею. Однако Дженнифер оказалась дерзкой: она провела кончиком языка по щеке Макса в кокетливом, но безобидном жесте. Макс встряхнул шерстью, но не стал её отчитывать. Лай Исаака отвлёк его внимание от волчицы, и он кивнул ей на прощание, прежде чем помчаться прочь и подняться по ступенькам к массивным дубовым дверям своего дома.
Как он делал это сотни раз прежде, Макс открыл дверь мордой. Он бы трансформировался в человека, но теперь, когда он был на шаг ближе к признанию того, что у него есть пара, он не хотел, чтобы волчица видела его голым.
– Спокойной ночи, Альфа, – сказал Исаак, устало кивнув.
– Спокойной ночи, Исаак. Спасибо, – ответил Макс после небольшой паузы.
Исаак с благодарностью принял слова Макса и направился вверх по лестнице в комнату для гостей. Он часто останавливался у Макса, хотя у него был собственный дом чуть дальше по улице. Через несколько мгновений Макс последовал в свою комнату и едва удержался от того, чтобы сразу завалиться на кровать.
Подавив желание заснуть, он направился в душ, чтобы смыть с себя грязь и пот после пробежки. Стоя под струями прохладной воды, Макс вспомнил, как увидел ту девушку в «Черной лошади». Она была в темно-красном комбинезоне, который выгодно подчеркивал её идеальную фигуру. Её красивые темные волосы ниспадали по плечам и доходили до середины спины, а упругая грудь дразнила его, слегка выглядывая из-под тонких бретелей её топа.
Покачав головой, Макс осознал, насколько сильно она на него влияет. Возбужденный и твердый как камень, он представил, как девушка будет прижата к нему, как ее обнаженное тело идеально повторяет изгибы его тела. Из его груди вырвался отчетливый стон. Доставляя себе удовольствие, Макс не мог поверить в то, что сейчас делает. Большинство оборотней-самцов, только что нашедших свою пару, уже через несколько часов после встречи спаривались со своими самками, а он сейчас стоял в душе, довольствуясь своим воображением.
Это было откровенно отвратительно. Максимилиан понимал, что нужно что-то с этим делать.
Глава 7
Внутри дом оказался ещё красивее, чем снаружи. Нас встретил элегантный коридор с белоснежным полом и светло-серыми обоями. Огромное серебряное зеркало, занимающее половину одной стены, привлекло мой взгляд, и я мельком посмотрелась в него, когда мы проходили мимо. Я обратила внимание на большое пространство под деревянно-дубовой лестницей, заполненное мужской обувью, куртками и сумками. Я нахмурилась, задумавшись: сколько же мужчин здесь живет, кроме Евгении и её мужа? Возможно, это гости или родственники, но почему тогда их вещи так аккуратно разложены, словно они здесь постоянно?
Евгения привела нас в просторную гостиную, где стояли три изысканных серых дивана, а в центре комнаты возвышался большой стеклянный стол, на котором лежали красиво оформленные кексы. На стене висел большой телевизор, прямо над камином, который придавал комнате уют и тепло. Евгения предложила нам присесть и попробовать кексы, но мы обе вежливо отказались. Комната была залита светом благодаря большому эркеру, который пропускал внутрь солнечные лучи. В углу гостиной, на мягком кресле у окна сидела девушка, погруженная в чтение книги.
– Элла, – позвала хозяйка дома, – у нас гости!
Голос Евгении звучал доброжелательно и вежливо, но в нем проскальзывало предупреждение. Судя по всему, Эллу не слишком радовала необходимость развлекать гостей, так как она обернулась и одарила меня и мою маму широкой, но фальшивой улыбкой.
– Привет, – произнесла она, и в ее голосе явно слышалась скука.
Евгения вздохнула.
– Это моя дочь Элла. Элла, это Луиза и София. Они остановились в городе на несколько дней.
– Замечательно, – отозвалась Элла, хотя ее лицо выражало желание оказаться где угодно, но только не здесь. Тем не менее, я тепло улыбнулась ей, и она быстро ответила тем же.
– Элла, помоги мне на кухне. Твои отец и брат скоро вернутся домой. Луиза, Софи, пожалуйста, угощайтесь кексами и чувствуйте себя как дома. Скоро будет подан ужин. Хотите бокал вина?
Моя мать кивнула:
– Мне бы хотелось бокальчик.
– Да, и мне, – согласилась я. Я всегда была неравнодушна к бокалу вина. – Спасибо большое.
Евгения искренне улыбнулась. Она была очень гостеприимной, в отличие от своей дочери. Мне было интересно, каким был её муж: добрым и спокойным, как его жена, или, может быть, они были полными противоположностями? Я была заинтригована. У нас никогда не было полноценной семьи, и я задавалась вопросом, каково это – жить в нормальной семье.
Несколько мгновений спустя Евгения вернулась с двумя бокалами фруктового красного вина. Мы любезно поблагодарили ее, и она вернулась на кухню. Я сделала глоток. Вкусно, как я и ожидала.
Когда я села, никак не могла устроиться поудобнее. Диван был настолько мягким, что, облокотившись на спинку, я почувствовала, как проваливаюсь в него. Подумав, что так лежать будет неприлично, и я могу его помять или испортить, я села на самый край.
Когда мы жили у Дэна, он всегда говорил, что это не наш дом и мы не имеем права портить его мебель. Под "портить"он имел в виду мое активное плюхание на диван. К слову, его старый диван вонял выпивкой и сигаретным дымом, поэтому его замечания были ироничными.
Я заметила, что мама тоже осторожничает: она все время скрещивала ноги, теребила волосы и хрустела костяшками пальцев. Она нервничала, находясь в таком красивом доме.
– Ужин готов, – послышался голос Эллы из дверного проема.
Мы с мамой встали, и я сразу почувствовала облегчение: все это время я сидела так ровно, что у меня начала болеть спина. Я последовала за Эллой в столовую, по пути бросив быстрый взгляд на кухню. На мой взгляд, она была великолепной. Все в бело-серых цветах, с черными мраморными столешницами и большим столом посередине.
Наша домашняя кухня была маленькой, тесной и старой, с выгоревшими зелеными обоями, которые не менялись с тех пор, как Дэн купил дом. Деревянная столешница выглядела состарившейся, с почерневшими следами от сигарет, которые Дэн тушил об нее.
Мы вошли в столовую, и я на мгновение остановилась, чтобы осмотреть все вокруг. Это была очень просторная комната с огромными стеклянными окнами в пол, охватывающими всю стену и открывающими вид на потрясающий сад за домом. В углу стоял темный коричневый рояль, на котором лежали ноты, словно ожидая, когда кто-то вновь оживит его звуками музыки. Пара высоких комнатных деревьев в больших горшках добавляли уюта и свежести.
Стол был достаточно длинным и мог вместить около десяти человек. Судя по количеству еды, Евгения как раз и приготовила для десяти человек. Блюда были разнообразными и аппетитными, от свежих салатов до горячих мясных и рыбных деликатесов. В центре стола красовался большой букет свежих цветов, придававший помещению особую торжественность.
Муж хозяйки дома сидел во главе стола и встал, как только мы вошли.
– Луиза, Софи, – поприветствовал он, кивая головой каждой из нас по очереди. – Добро пожаловать в наш дом. Меня зовут Андрей.
Он проводил взглядом свою жену, которая поставила последнюю миску в центр стола.
– Вы уже познакомились с моей замечательной женой Евгенией и моей любимой дочерью Эллой…, – он запнулся, обернулся и фыркнул, – где же этот мальчишка?
Я вспомнила, как Евгения упомянула, что у Эллы есть брат. Минутой позже все расселись за столом. Евгения сидела слева от мужа, а я села рядом с ней. Моя мать села напротив меня, оставив место рядом с Андреем для Эллы, которая молча села около отца. Я видела, как Андрей еще больше разозлился на опоздание сына и покачал головой, глядя на жену.
Как раз в тот момент, когда Евгения собиралась встать и отправиться искать сына, в комнату вошли двое мужчин, и, судя по выражению лица Андрея, он определенно ожидал только одного. Я же, наоборот, не ожидала увидеть мужчину, который сейчас смотрел на меня с разинутым ртом.
– Максимилиан, – выдохнула Евгения, – не стой и не глазей на наших гостей, это неприлично! Исаак, садись, дорогой.
Отвисшая челюсть Исаака превратилась в улыбку, когда он радостно сел рядом со мной, протягивая мне руку.
– Ты помнишь меня? Я Исаак.
– Конечно, а я София, – улыбнулась я своему новому знакомому из «Черной лошади». – Можно просто Софи.
Макс сел рядом с моей мамой и послал убийственный взгляд в сторону Исаака, который сделал вид, что не обращает на это внимания.
– Я не знала, что ты присоединишься к нам, Исаак, дорогой, – сказала Евгения, одарив улыбающегося мужчину рядом со мной теплой материнской улыбкой.
– Я почувствовал запах вашей стряпни, – очаровательно улыбался Исаак. – Вы же знаете, я не могу перед ней устоять.
Евгения одарила его самой широкой улыбкой, как будто это он был ее сыном, а не второй мужчина, который, как я чувствовала, смотрел на меня не очень доброжелательно. Я решила не смотреть на него, на случай если он будет выглядеть так же, как в баре, и решила смотреть на вкусную еду на столе.
– Приятного аппетита! – объявила хозяйка дома, и я удивленно расширила глаза от скорости, с которой Исаак начал складывать еду на тарелку. Его руки хватали груды мяса, картофеля, овощей и даже булочек с рекордной скоростью. Почувствовав мой взгляд, Исаак задорно ухмыльнулся.
– Я знаю, у меня волчий аппетит, – засмеялся он.
Мне показалось, что я услышала рычание с другой стороны стола, но, глубоко вздохнув, я проигнорировала это, начав осторожно накладывать еду в свою тарелку.
Запеченная говядина, картофельное пюре, овощи на гриле – все это выглядело и пахло потрясающе. Положив на край тарелки теплую цельнозерновую булочку, я закрыла глаза от удовольствия. Евгения должна была стать шеф-поваром, а не продавцом антикварного магазина.
– Как вам удалось все это приготовить? – воскликнула моя мать, разрезая кусок говядины.
Евгения засмущалась, и ее щеки залились румянцем.
– Большую часть еды приготовил Андрей, пока я была в магазине, – сказала она. – Мне же оставалось только закончить.
Я была впечатлена. Дэн ни разу не готовил для нас за те десять лет, что мы прожили с ним. Думаю, он даже не умел обращаться с микроволновой печью, не говоря уже о духовке. Готовить всегда приходилось маме или мне, а если он хотел еду из кафе, то мы заказывали ее.
– Твои последние штрихи, дорогая, делают блюда потрясающими, – ответил Андрей, наклоняясь, чтобы поцеловать жену в щеку. Было легко заметить, насколько они любили друг друга. Таких влюбленных взглядов между супругами я никогда раньше не видела.
Я откусила кусок мяса и посмотрела на Эллу, которая положила на тарелку только немного овощей и крошечную порцию картофельного пюре. Она водила вилкой по тарелке и выглядела совершенно несчастной.
Евгения что-то прошептала себе под нос, и Элла подняла голову вверх, как будто мать только что вывела ее из транса.
– Да ладно, Элла, – сказал ее отец, – ты весь день не ела. Я думал, ты умрешь с голоду. Здесь же говядина – твое любимое блюдо!
– Больше не люблю, – пробормотала она. – Я придерживаюсь диеты, да и моя одноклассница говорит, что мясо вредно для здоровья. Так что я решила стать вегетарианкой, чтобы похудеть.
Мне было ее жаль, школьные годы могут быть тяжелыми, особенно в подростковом возрасте. Я помню, как будто вчера было, как я всегда стремилась к идеалу, но другие видели во мне неудачницу.
– Я помню, что чувствовала себя в старших классах так же, – сказала я. – Но у тебя прекрасная фигура, Элла, ты должна ею гордиться!
Элла улыбнулась в ответ, и я совершила ошибку, посмотрев на Макса, у которого было нечитаемое выражение лица. Он тут же отвел равнодушный взгляд, словно смотрел и не на меня вовсе, а на стену.
– Расскажите нам, – начал Андрей, положив вилку на край тарелки, – что привело вас в Тихолесье?
Ох. А вот и вопросы. Я посмотрела на свою мать, которую тоже поставил в тупик его вопрос, хотя было бы ложью сказать, что мы не ожидали этого.
– Мы здесь проездом, – коротко ответила она.
– Куда? – вдруг спросил Максимилиан, и я посмотрела на его улыбающееся лицо, в то время как его глаза были совершенно серьезны.
– Эм, – замялась мама, – возвращаемся в столицу, мы просто в небольшом путешествии. Я люблю маленькие города.
Откуда взялась эта ложь? Я поморщилась, когда поняла, что слова матери звучат неуверенно. Она осторожно пнула меня ногой под столом, прося подыграть.
К счастью, ложь мамы сработала, потому что Евгения тут же поддержала разговор:
– О да, Тихолесье просто прекрасен. Вам нравится здесь?
Мне пришлось с ней согласиться:
– Да, это потрясающее место. Сегодня утром я пошла прогуляться по лесу и не могла поверить, как он красив. Оказывается, ваш дом был совсем неподалеку.
Макс шумно положил вилку на тарелку:
– Ты ходила в лес одна? – спросил он, сжав руки в кулаки.
Я опешила от его резкой перемены в поведении.
– Да, извините, я не знала, что этого делать нельзя. Это частная территория?
Евгения похлопала меня по руке.
– Это не частная территория, – сказала она успокаивающе, взглянув на сына. – Он просто беспокоился о твоей безопасности.
– Извините, – сглотнула я. – Я больше туда не пойду.
Я внезапно почувствовала себя сытой и немного отодвинула тарелку, давая понять, что закончила ужинать. Ранее мирная атмосфера была нарушена вспышкой Макса, и теперь она казалась напряженной и неловкой. Я посмотрела на мать, которая натянуто улыбнулась мне в ответ.
Да уж, Макс отрицательно сыграл на моей попытке убедить маму остаться здесь. Мне казалось, что он своим поведением пытался избавиться от нас.
– Позвольте мне забрать тарелки, – сказала Евгения, снимая напряжение.
– Нет, – раздался низкий голос Макса. – Исаак, помоги мне, – практически зарычал он на своего друга.
Исаак быстро кивнул и вскочил, как будто Макс только что отдал ему приказ. Исаак забрал мою тарелку и тарелку Евгении, а Макс взял остальные. Я заметила суровый взгляд, которым наградил его отец, но Макс только упрямо посмотрел в ответ. Я вспомнила, что могло бы случиться, если бы я осмелилась так посмотреть на Дэна… он, вероятно, дал бы мне пощечину.
Мама положила руки на стол и встала:
– Думаю, нам пора возвращаться в отель, да, Софи?
Я кивнула, меня сильно напрягало поведение Макса. Я встала, заметив печальное выражение лица Евгении.
– Извините за поведение Максимилиана, – сказала она. – В данный момент у него много мыслей в голове, но это, конечно, не повод так вести себя перед вами. Подождите, пожалуйста, я провожу вас.
Мы попрощались с Андреем, который пожелал нам всего наилучшего и быстро пошел на кухню, несомненно, чтобы отругать своего сына. Я услышала его повышенный голос, когда мы шли по коридору.
Евгения проводила нас до двери и, как только мама вышла на улицу, нежно тронула меня за локоть, заставив меня удивлённо обернуться.
– Не суди его, пока не узнаешь поближе, дорогая, – прошептала она. Посмотрев на мою маму, она широко улыбнулась. – Была очень рада с вами познакомиться, надеюсь, скоро увидимся!
Нахмурившись, я шла по длинной дорожке рядом с мамой, думая о словах Евгении. Я не планировала с ним знакомиться. Мне не нравилось его поведение. Я его боялась.
В этот момент Алиса даже не подозревала, каким взглядом провожает ее через большое кухонное окно Максимилиан.
Глава 8
Мы пров