Подземелья Нарвы бесплатное чтение
![](/img/b/202038.jpg)
Глава 1
Нарва. Северо-Восточная Эстония. 2024 год.
– Сергей и Михаил?
Двое парней в строительной спецодежде со светоотражателями и в касках с фонарями кивнули. Оба были одинакового роста, гладко выбритые, с суровыми неулыбчивыми лицами.
– Я – Томас. Вы здесь новенькие, поэтому, вначале придется выполнять самую грязную работу – выносить мусор. Надеюсь, кроме камней ничего не найдете. Хотя могут быть и всякие старые пули, монеты, в общем, любое железо, которое попадется – складывайте в ведро, покажете мне. Поняли?
– Да, все понятно.
– Пойдемте.
Они стояли у высокой стены одного из нарвских бастионов. Уходя вверх с уклоном, стена напоминала грань египетской пирамиды. Наверху, на высоте метров двадцати, на бастионе, шумел на ветру листьями Темный сад.
Они прошли по мосту над неглубоким сухим рвом и подошли ко входу. Томас открыл массивную дверь:
– Идите за мной и не поскользнитесь. Здесь лужи. Мы откачиваем грунтовые воды, но сверху все равно капает.
Они поднялись по старым сбитым ступеням и оказались в длинном коридоре со стенами, сложенными из грубых камней. Он был тускло освещен лампами, размещенными вдоль стены на расстоянии нескольких метров друг от друга. С левой стороны свет также проникал через узкие бойницы, которые находились в глубине ниш. В некоторых нишах стояли манекены в старинных мундирах.
– Здесь музей, – пояснил Томас. – Все стены старые, строили больше трех веков назад, – он похлопал по влажным камням.
Михаил заглянул в одну из бойниц. Через нее была видна подернутая утренним туманом река Нарова, посередине которой незримо шла граница между Россией и Евросоюзом. На противоположной стороне виднелись очертания российского берега. Сергей тоже остановился, чтобы посмотреть.
– Не отставайте! – раздался впереди голос Томаса. – Бастионы большие, и не все они открыты. Но город нашел средства, чтобы отреставрировать еще несколько коридоров.
Спустя несколько метров, перед ними возник спуск вниз. Лестница уходила в темноту.
– Здесь пока нет электричества. Еще не провели, – пояснил Томас. – Мы только откачали воду. Никто сюда не мог подобраться раньше, потому что все было затоплено. Видимо, еще со времен войны.
Всем пришлось включить фонари на касках. Пучки света заметались по стенам и потолку, высвечивая тонкие, как иглы, сталактиты. Пол был мокрый. Сверху капало. В тоннеле было холодно.
– Так. Мы пришли. Вот смотрите: здесь завал. Мы знаем, что, скорее всего, за этим завалом ход продолжается. Но, может, там вообще все порушено. Вы же знаете, Нарву бомбили в сорок четвертом, многие проходы просто осыпались.
– Ясно, – кивнул Михаил, скинул рюкзак к стене и достал из него пачку мешков для строительного мусора.
– Да, все набиваете камнями, а железки кидайте вот в это ведро, – сказал Томас. – В конце смены мешки оставите здесь – выставите их вдоль стены. Потом их вытащим. Когда закончите – созвонимся, я приду за вами.
Он исчез в темноте, поблескивая фонарем.
– Нормальный тут завал! – прикинул Сергей. – Это же когда все строили? Томас сказал, три века назад.
– Да, очень давно, еще в семнадцатом веке.
– В семнадцатом? Это какой год?
– Ну, где-то тысяча шестьсот девяноста какой-то, – пояснил Михаил. – Перед войной с Петром Первым здесь Карл Двенадцатый все заканчивал отстраивать.
– Это ты откуда так много знаешь? – спросил Сергей.
– Ну, я местный. Я был в этом музее, даже экскурсию слушал. Хотя ты-то из Кохтла – тоже, вроде рядом, мог бы знать. Мы-то, кстати, в детстве залезали с другой стороны в эти бастионы. Они под Старым городом. Вернее, под тем местом, где был Старый город – его весь разбомбили. В этих ходах, когда мы лазили, вечно была грязь такая, вонь. Говорят, тут бомжи жили и детей убивали. Но это все байки рассказывали, чтобы мы там не шарились. Понимаешь, можно было с одной стороны залезть, а вылезти вообще в другом конце города. Ходили слухи, что даже был ход в Ивангород под рекой, в Россию, на ту сторону границы. Но его, вроде как, взорвали в девяностые.
– Понял. Какие-то байки из склепа, – сказал Сергей, поднялся на ноги, надел строительные перчатки, расстелил мешок и начал скидывать в него камни. Если какие-то не поддавались, он подцеплял их небольшой лопатой. После нескольких часов работы вдоль стены стоял десяток набитых камнями мешков. В ведре на дне лежали две пуговицы – одна военная советская, вторая старинная, выпуклая, украшенная цветком, две медные монеты, покрытые грязью, и несколько ржавых загогулин, похожих на огромные скрепки, назначение которых определить не получилось.
Михаил вытащил из кармана рюкзака пластиковый контейнер с бутербродами и принялся есть, запивая чаем из термоса. Сергей достал свою еду и последовал его примеру.
– Еще два часа – и все, закончим, – сказал он.
Михаил кивнул, не переставая жевать. Они быстро поели и снова взялись за работу. В какой-то момент лопата Михаила, вытаскивая камни из-под потолка, провалилась в пустоту. Он приблизился к пробитой дыре и ощутил, что оттуда сквозил ветер, неся гнилостный запах.
– Похоже, там что-то есть! – Михаил начал активнее работать лопатой. Сергей помогал ему. Они вдвоем вытаскивали большие камни и скидывали под ноги. Через час им удалось расчистить проход, в который мог бы протиснуться человек. Михаил засунул внутрь голову и осмотрелся, освещая пространство вокруг себя фонарем.
– Что там? – спросил Сергей.
Вижу воду. Много воды.
– Ай! – он резко рванул назад. В провале раздался писк и из него вылетели две летучие мыши. – Напугали, твари!
– Значит, там есть другой вход? Как они тогда туда попали? – спросил Сергей.
– Там может быть какая-нибудь одна бойница, через нее они и могли залезть. Ладно, давай, разгребем все это получше.
Они снова принялись раскидывать камни, и через некоторое время им удалось расчистить проем высотой в половину человеческого роста.
– Лезем? – спросил Михиал.
– Конечно, – кивнул Сергей.
Они поправили фонари на касках и пролезли внутрь. За завалом проход резко расширялся вверх и в стороны. Он был заполнен водой, под поверхность которой уходили ступени.
– Опасная хрень, – пробормотал Михиал. – Говорят, под Нарвой есть подземные озера. Хотя, может, это и байки. Но тут явно надо откачать воду, чтобы все увидеть. Здесь может быть глубоко.
– А, может, и не глубоко, – заметил Сергей. – У нас есть веревка?
– Есть, а зачем?
– Давай сюда.
Михаил протянул ему страховочный трос. Сергей привязал к концу троса камень и кинул его перед собой. Всплеск встревожил летучих мышей. Они запищали и закружились под сводом.
– Камень лег на дно, – сказал Сергей. Здесь не должно быть глубоко. – Думаю, по пояс, не глубже. Если все сделать осторожно, то мы можем пройти по этому ходу до конца. Но нужно снаряжение.
– Какое?
– Нам понадобятся болотные сапоги, альпинистские веревки с карабинами для страховки, ломы и…
– Я бы еще взял перфоратор – на аккумуляторах, – предложил Михаил. – Мало ли, на какую стенку наткнемся?
– На всякий случай можно, но я бы не стал здесь лишний раз долбить – можно потолок обвалить, – заметил Сергей.
– Когда пойдем?
– Завтра с утра. Возьмем все необходимое с собой. Спрячем в рюкзаках.
– Договорились, – кивнул Михаил и набрал номер Томаса.
– Готовы выходить? – раздалось в трубке.
– Да, устали уже. Мешков пятнадцать набили.
– О! Молодцы. Ценное было что-то для Департамента?
– Не знаю, все в ведро сложили, – ответил Михаил. – Пуговица есть красивая.
– Ждите, я приду за вами и выведу.
Минут через десять вдалеке заблестел фонарь Томаса. Сергей и Михаил, не дожидаясь, пока он подойдет, взвалили на спину рюкзаки и двинулись к нему навстречу.
– Устали? – спросил Томас.
– Еще как! – ответил Михаил.
Когда они вышли из бастионов на улицу, уже смеркалось. Томас запер массивную дверь на ключ и попрощался. Следующее утро обещало для парней быть интересным.
Туман затягивал берег реки Наровы. Верхние края бастионов с трудом угадывались в молочной пелене.
– Я взял две удочки, – сказал Михаил.
– Зачем?
– Как ты дно проверять собираешься? Вдруг там колодец или просто провал? И я бы привязался веревками.
– Мне кажется, ты перестраховываешься.
– Ты прав, – кивнул Михаил. – О! Вот и Томас. Привет!
Они поздоровались. Томас подвел их ко входу в бастионы и отомкнул ключом дверь.
– Найдете дорогу?
– Да, там не сложно, вчера запомнили, – махнул рукой Михаил. – Не беспокойся.
– Вот – держите, – Томас протянул ведро. – Кстати, пуговица хорошая была, шведская, времен Северной войны. Отличная находка. Но денег нам за нее не дадут, – развел он руками и улыбнулся. – Потому что копаем по поручению государства. Здесь же заповедная зона. Если что найдете – все показывайте! Тут может быть все, что угодно спрятано – только не думайте прикарманить. Узнают – могут дело завести. Не стоит рисковать.
– Поняли, – кивнул Сергей. – Не дураки.
– Ну, тогда вечером жду звонка от вас.
Парни закинули удобнее рюкзаки и направились вглубь тоннелей. Внизу за ними, скрипнув, закрылась дверь.
Пройдя по коридорам, они быстро нашли место завала и со свежими силами набили камнями еще три мешка, чтобы было легче пролезать в образовавшийся провал. Затем они переоделись в высокие болотные сапоги, закрепили в стене между камнями страховочный трос и начали медленный спуск по ступеням в воду, в которой, словно две огромные луны, отражались закрепленные на касках фонари. За спинами у обоих были рюкзаки, в которых они оставили небольшие кувалды и аккумуляторные перфораторы. Сбоку были привязаны ломы, а в руках парни держали телескопические удочки, которыми тщательно прощупывали дно под ногами. Ступени резко шли вниз, и скоро вода поднялась по пояс.
– Боюсь, если так будет продолжаться, то без лодки нам не обойтись, – заметил Сергей.
– Будем надеяться, что глубже уже не будет.
Метров через пятнадцать справа обнаружился примыкающий коридор.
– Да здесь целый лабиринт, – пробормотал Сергей, посветив в коридор фонарем.
– Я тебе говорил, – пробормотал Михаил. – Это же казематы. Но давай, наверное, все-таки прямо.
Он прощупал дно перед собой.
– Похоже, все-таки придется искупаться. Здесь, похоже, по грудь. Давай, опять веревку закрепим на всякий случай, – Михаил вбил в стену крюк с петлей, просунул сквозь нее трос и закрепил карабином. – Так спокойнее.
Они сняли рюкзаки и продолжили идти в воде, неся их на вытянутых руках. Вскоре Сергей наткнулся ногой на выступ и споткнулся, но не упал. Под водой начиналась лестница. Поднявшись по ступеням, они свернули вправо и оказались в коридоре, который был залит водой по щиколотку.
– Смотри: слева тоже какой-то проход! – Сергей посветил фонарем по водной глади. Вода у противоположной стены уходила в темноту.
– Вот я тебе и говорю: можно с одной стороны бастионов залезть, а вылезти вообще в другом конце.
Через полчаса неторопливого пути свет фонарей уперся в завал. С левой стороны от него виднелась ниша.
– Приплыли, – пробормотал Сергей. – Тупик. Обратно поворачиваем? Посмотрим, что в других коридорах?
– Погоди-погоди. Здесь все не так просто, – Михаил настроил пучок света на фонаре и осветил каменную кладку ниши. – Погляди-ка – что это?
– Похоже на сгоревшие свечи.
– Огарки, точно, – Михаил взял пальцами остатки одной из свечей. – Тут явно кто-то что-то пытался делать.
– Думаешь, свечи старые? – спросил Сергей.
– Да откуда я знаю! В наше время пришли бы с фонарем, а тогда, видимо, их еще не было. Вообще, тут кто-то явно поработал – смотри – кирпичная кладка другая.
– Ага, – Сергей провел рукой по кирпичам. – Здесь вокруг камни одни, явно старые, а вот тут – кирпичи, и они гораздо новее.
– Как будто проход специально замуровали, – сказал Михаил. – Там наверняка все не просто за этой стеной. И мне кажется, что нам как раз туда, – он снял рюкзак и поставил его на сухой выступ. Затем достал перфоратор, закрепил аккумулятор, приладил зубило и, надев строительные очки, с громом вгрызся в пазы кирпичей. Эхо понесло грохот перфоратора по лабиринтам казематов. С потолка посыпались мелкие камни. В стороне, сверкая крыльями, метнулись испуганные летучие мыши.
Сергей вынул из рюкзака свой перфоратор, и они стали долбить стену вместе, швыряя выпадающие кирпичи в воду.
– Надежно замуровали! – проскрежетал зубами Михаил, с усилием выбивая очередной кирпич. В какой-то момент перформаторы отключились.
– Аккумуляторы сели, – сказал Сергей и достал небольшой лом. – Продолжим вручную. Думаю, сейчас пробьем. Там наверняка что-то спрятано!
Они с усилием принялись колотить кирпичи. Примерно через полчаса лом Михаила провалился в пустоту.
– Ого! Да мы ее пробили!
Сергей ткнул соседние кирпичи, и они тоже упали в темноту.
– Получилось! – воскликнул он. – Что там внутри?
Михаил отрегулировал пучок света и приблизился лицом к пролому. Из дыры тянуло сыростью и холодом.
– Что там? – спросил Сергей.
– Обалдеть! – выдохнул Михаил.
– Да что же там?
– Посмотри, – Михаил уступил место.
Сергей заглянул внутрь и улыбнулся:
– Ого! Давай, быстрее, расчистим все, а то скоро Томас нас начнет искать. Как-то мне не хочется ничего ему объяснять.
– Согласен, – кивнул Михаил, и они продолжили стучать ломами в кирпичи, выбивая их, словно гнилые зубы.
Томас посмотрел на часы и поднял глаза на небо. Смеркалось. Рабочий день уже давно закончился, а парни пока не звонили. Томас набрал номер Михаила. Аппарат был вне зоны действия сети. Телефон Сергея также был выключен.
– Разрядились, что ли… – Томас сплюнул в траву и пошел внутрь бастиона. Приближаясь к коридору, в котором должны были работать Сергей и Михаил, Томас услышал ритмичный стук, эхом разлетавшийся по тоннелям. Судя по звуку, кто-то в глубине бастиона бил железом о железо.
Томас пошел по коридору и неожиданно споткнулся о мешок. Он осмотрелся – вдоль стены, словно солдаты на плацу, были выстроены полтора десятка мешков, плотно набитых камнями. Звук летел с дальней стороны коридора.
Томас поправил фонарь на каске и двинулся дальше.
– Михаил! Сергей! Отзовитесь! Где вы? – крикнул он, и эхо разнесло его слова по лабиринтам.
Дойдя до места завала, Томас обнаружил, что он наполовину разобран. Среди кирпичей зиял черный провал.
– Так вот вы где… – пробормотал Томас и заглянул внутрь. Свет фонаря отразился в воде. – Ладно, я вам уши надеру за это, – Томас протиснулся в провал.
Металлические удары продолжались. Их источник показался Томасу уже ближе.
– Михаил! Сергей! – крикнул он.
Звон прекратился. Некоторое время Томас стоял по щиколотку в воде, не решаясь спуститься вниз по ступеням, и пытался поймать в тишине хоть какие-то звуки, но кроме шума редко падающих капель и несильных всплесков потревоженного подземного озера ничего не было слышно.
– Михаил! Сергей! – снова позвал Томас.
Тишину предрассветного утра взорвал звонок телефона. Рука нашарила трубку и прижала к уху.
– Алексей? – раздалось в динамике.
– Да, слушаю.
– Тут у нас труп нашли.
– Где?
– Приезжайте к бастионам.
– Выезжаю, – Алексей нажал отбой и резким движением встал с кровати. Потер виски, пошел в душ, умылся и надел форму.
Место происшествия найти было не сложно: уже издалека он увидел яркое мерцание проблесковых маячков полицейской машины. Двое полицейских разматывали ленту, оцепляя территорию.
– Что случилось? – спросил Алексей.
– Парень лет тридцати, может, старше, – ответил один из полицейских. – Непонятно. У него лицо все расквашено – там кровавое месиво. Он в спецформе строителя – такие выдают тем, кто в казематах завалы разгребает. И я думаю, он один из них.
– Что еще про него известно? Какие-то документы при нем были? Предполагаемая причина смерти? – спросил Алексей.
– Его достать надо. Пожарку вызвали с лестницей.
– Пожарку? Это как? – вскинул брови Алексей.
– Как-как. Я сам не знаю. Вон он, – полицейский достал фонарь и провел лучом по отвесной стене бастиона – от основания до почти самого верха. На высоте метров семи из бойницы торчало тело с вытянутыми вперед руками. Словно мертвец собирался нырнуть в воду, но не смог. Была видна только голова и свисающие вниз ладони.
Алексей распаковал пачку сигарет и закурил.
– Что с ним случилось такое? – пробормотал он.
– Не знаю. Вот и пожарка.
К бастиону подъехала пожарная машина. Буквально за несколько минут к краю бастиона приставили лестницу.
Одновременно прибыли эксперты. Алексей распорядился тщательно сфотографировать тело с лестницы, а затем уже доставать его из бойницы.
– Кто его обнаружил?
– Мы обнаружили, – сказал один из двоих полицейских, оцеплявших территорию. – Просто патрулировали, и я заметил необычный силуэт на бастионе. Знаете – такое бывает, когда смотришь на одно и то же место постоянно и вдруг понимаешь, что в нем что-то не так.
– В общем, чутье, – усмехнулся Алексей.
– Да, можно и так сказать.
– И ничего не слышали? Криков, например?
– Ну, я бы сразу сказал, – слегка обиженным тоном ответил полицейский.
Эксперты сделали несколько снимков тела снизу, потом с лестницы, отфотографировали пожухлую осеннюю траву у подножия бастиона и затем приступили к извлечению тела из бойницы. Для удобства руки обмотали тросом и попытались вытянуть все тело, но оно не поддавалось. После третьей попытки один из экспертов подошел к Алексею:
– Мы не можем его просто так извлечь.
– Почему?
– Он застрял. Он пытался вылезти изнутри. И не смог.
– Но зачем? – удивился Алексей. – Там слишком узко, чтобы вылезти такому здоровому парню. И что делать? Достать его с обратной стороны?
– Вы же прекрасно знаете, что там лабиринты внутри. И завалы. Я не уверен, что мы сможем найти подход с той стороны.
– Но как-то он туда попал!
– Он работал там, – пояснил эксперт. – И нам необходимо узнать, в какой он был бригаде и где остальные. Но для этого нам бы стоило хотя бы посмотреть, есть ли у него какие-то документы.
– И что вы предлагаете? – спросил Алексей.
– Нам нужно выломать несколько кирпичей, и тогда мы его вытащим.
– Хорошо, ломайте.
С помощью ломов пожарные выломали несколько крупных булыжников. Они с глухими ударами упали у подножия на траву. Тело потянули за трос, и оно повисло на руках у стены.
Алексей откинул в сторону сигарету, подошел ближе и, достав фонарь, посветил на труп.
– О! Господи, – пробормотал он.
У трупа вместо ног свисали окровавленные жилы. С них вниз на траву текла кровь.
– Где его ноги? – прошептал один из полицейских.
– Такое впечатление, что их просто обглодали, – произнес Алексей. – Но я не пойму, почему никто ничего не слышал? Было слишком поздно? Все быстро произошло?
Тело опустили на землю на спину. Алексей подошел ближе и посмотрел в окровавленное лицо. Вернее, в то, что от него осталось. Одного глаза не было, вместо носа зиял провал, рот был полуоткрыт. Один из экспертов опустился на корточки, и, надев резиновую перчатку, раскрыл рот у трупа шире.
Посмотрев снизу на Алексея, эксперт пробормотал:
– У него языка нет. Его выдрали или откусили. Я такого еще не видел.
– Откусили? – переспросил Алексей. – Может, все-таки отрезали?
– Экспертиза покажет.
– По крайне мере понятно, почему никто ничего не слышал: он просто не мог кричать, – заметил Алексей. – Осмотрите одежду – документы у него наверняка должны быть.
Эксперт опустился на корточки и неторопливо залез рукой в каждый карман. Достав пачку сигарет, зажигалку, ключи, он аккуратно сложил их в пластиковый пакет.
– О! ID-карта на имя Сергея Аверина. Он из Кохтла-Ярве. Так, а вот и телефон. Разряжен, – констатировал эксперт.
– Телефон быстро на зарядку. Если там нет пароля – может, что-то вытащим из него, хотя я сомневаюсь, – распорядился Алексей. – Выясните, какая фирма сейчас работает в казематах, и мне нужен полный список рабочих, которые туда наняты.
Затем он достал телефон, позвонил дежурному, продиктовал данные с ID-карты Сергея Аверина и попросил выяснить все, что известно о нем, включая информацию о родственниках и местах работы. Алексея прервал протяжный женский вопль. Он донесся сверху, со стороны Темного сада.
– Тихо! – поднял он вверх палец. Все замерли, прислушиваясь. Вопль повторился, затем послышался плач ребенка.
– Туда! – Алексей выбрался на дорогу и побежал в сторону старого детского садика. Полицейские следовали за ним, освещая дорогу фонарями. Крик раздался снова, уже близко, он был тише, затем послышались всхлипывания и отчетливый ор грудного ребенка. Пробежав метров двести, Алексей остановился. Фонари выхватили из темноты фигуру женщины с яркими светоотражателями на одежде и большой коляске, стоявшей рядом. Женщина всхлипывала и пыталась укачать на руках плачущего ребенка.
– С вами все в порядке? – спросил Алексей.
– Неееет, – всхлипнула она. – Мы гуляли, а тут… – она вытянула руку.
Лучи фонарей проползли по дороге и остановились на круглом темном предмете.
– Это голова, да? – спросила женщина и расплакалась.
– Пойдемте, – Алексей взял коляску и, подхватив женщину под локоть, повел в сторону. – Мы не знаем, что там такое. Что вы здесь делаете в такое время?
– Мы гуляли, – она продолжала качать ребенка на руках. – Он у меня спит плохо, я выхожу гулять иногда.
– В такое время? Вам не страшно?
– Нет, до сегодняшего дня было не страшно, – всхлипнула она. – Мы часто гуляем ночью, мы любим спать на улице. Не можем заснуть дома, нужен свежий воздух. Нашему папе спать надо, ему на работу рано, а мы все плачем и плачем, и поэтому выходим на улицу, здесь тихо, и мы сразу перестаем плакать и быстро засыпаем. Часик погуляем вокруг дома – и все в порядке.
Алексей не сразу понял, что она говорила так о своем ребенке.
– То есть вы здесь часто так ночью гуляете?
– Ну да, а как мне еще быть, если мой маленький только на улице засыпает. Но сегодня… – она всхлипнула. – Я увидел это, – женщина разревелась, а ребенок опять заплакал.
– Ясно, – Алексей достал мобильный телефон. – Нужна «скорая» с психологом. Срочно. – Он позвал одного из полицейских и попросил постоять рядом с женщиной. – Приедет «скорая» – проводи ее с ребенком домой. Пусть там побеседуют. У нее явно травма.
– Хорошо, конечно. От такого и у мужика будет травма, – добавил полицейский.
Алексей подошел к круглому предмету и осмотрел его. У дороги, на обочине лежала голова. Шея и лицо были обглоданы, ни глаз, ни носа не было видно. Подошли эксперты.
– Тоже языка нет? – спросил Алексей.
Эксперт сфотографировал голову с разных ракурсов и затем заглянул в рот. Встретившись глазами с Алексеем, он кивнул:
– Тоже нет. Похожий почерк. Но как?
– И я не понимаю, как, – развел руками Алексей. – Но где тело?
Фонарями они высветили на влажной земле кровавую дорожку. Она тянулась на территорию старого детского садика к деревянным дверям музея. Они были распахнуты.
– Это один из входов в казематы бастионов, – пробормотал Алексей себе под нос.
– Сюда туристов водят, – кивнул эксперт, – но двери должны быть закрыты.
За порогом виднелась крутая лестница, спускавшаяся под землю.
Полицейский направил луч фонаря вниз. На лестнице лежала оторванная по локоть рука. По рукаву угадывалась заляпанная кровью спецодежда строителя. Ниже виднелась вторая рука и часть плеча.
– Это, похоже, второй, – произнес Алексей и закурил сигарету. Вниз по ступеням тянулся блестящий шлейф из внутренностей.
– О, Господи… – прошептал один из полицейских. – Что же здесь произошло?
– Ощущение, что и этот пытался убежать, но вот от чего, – сказал Алексей. Он обернулся и посмотрел на мамочку, которая покачивала коляску. Ребенок, похоже, успокоился и спал. Алексей подошел к ней и отвел в сторону. Коляску продолжил покачивать полицейский.
– Я понимаю, что вам сложно, – негромко произнес Алексей. – Сейчас приедет психолог, вам помогут. Но скажите, вы что-то видели или слышали?
Она посмотрел на него воспаленными глазами и кивнула:
– Я слышала скрип, это дверь, та, в казематы, она скрипнула. Потом какой-то такой шорох и голова – она прямо покатилась ко мне под коляску. Я вначале подумала, что это детский мяч, потом присмотрелась… – женщина зажала рот рукой и всхлипнула.
– Все-все, успокойтесь. Где вы живете? Полиция сходит за вашим мужем, пусть он посмотрит за ребенком, а вам нужна помощь.
Она мелко-мелко закивала головой.
– Вот и ладно, – произнес Алексей.
Он вернулся ко входу в казематы и распорядился:
– Все входы в бастионы оградить лентами. Вызовите музейных работников, их тоже надо опросить. И пусть поменяют замки в дверях. Я сообщу в Таллинн, чтобы нам дополнительно прислали людей. Придется обследовать все казематы.
К Алексею подбежал полицейский:
– Мы нашли бригадира.
– Нашли?
– Да, Томас Метс. Его обнаружили внизу, у бастионов. Он и сейчас там. Мы выяснили, Аверин был как раз его работником.
– Этот Томас – он жив, я надеюсь?
– Да, но…
– Что – но?
– Он не в себе. Он что-то бормочет по-эстонски и у него руки все ободраны. Ему нужна «скорая».
– Ну, вы вызвали?
– Конечно, – отрапортовал полицейский.
– Пойдем, посмотрим, – Алексей направился вниз по дороге, ко второму входу в бастионы, который выходил к реке. Рядом на парковке, сверкая проблесковыми маячками, уже стояла «скорая». Красные и синие огни отражались в бурных водах Наровы. Когда Алексей подошел к машине, Томаса на носилках грузили внутрь.
– Я из полиции. Что с ним? – спросил Алексей у медбрата.
– У него ободраны руки. Я такого еще не видел раньше. Прямо кожа слезла. Он либо не чувствовал боли, либо у него был такой сильный шок, что он просто эту боль перебивал. Не понимаю, как такое может быть.
– Могу я ним поговорить? – спросил Алексей.
– Попробуйте, – пожал плечами медбрат.
Алексей заглянул внутрь кареты «скорой». Руки Томаса были вытянуты и плотно забинтованы, по локти. Через все его лицо тянулись несколько свежих шрамов, заклеенных пластырем.
– Томас, ты меня слышишь? – спросил Алексей на эстонском.
Томас повернул голову и внимательно посмотрел на него.
– Что случилось? – задал вопрос Алексей.
Томас вскинул брови и обвел пространство вокруг безумным взглядом.
– Я там завалил все. Не ходите туда, не надо.
– Почему? – Алексей приблизился к его лицу.
– Не надо. Не откапывайте там ничего.
– Почему?
– Не надо, – он закрыл глаза и тяжело засопел.
Медбрат положил руку на плечо Алексея:
– У него шок. Не надо, не трогайте его. Потом поговорите, он сейчас явно не в себе.
– А он придет в себя?
– Кто знает, – с сомнением ответил медбрат. Двери кареты с лязгом захлопнулись. Включилась сирена и машина умчалась в темноту.
Над Нарвой начинался рассвет. Алексей посмотрел на зияющий темнотой вход в бастионы и распорядился:
– Надо закрыть и запечатать дверь. И оцепить здесь все до приезда следователей из Таллинна.