Книга Разиэля бесплатное чтение
Часть Первая. Огненная гора.
«И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своём».
Книга Бытия, 6:5,6.
Глава 1. Москва. Пятница. 11:00
Железнодорожный вокзал тонул в суете, шуме, людях и чемоданах.
Все вокруг куда-то спешили, создавая неутомимое движение живой реки, несущей любого попавшего в этот нескончаемый водоворот к намеченной цели посредством железных пассажирских вагонов.
Филипп Смирнов продирался сквозь толпу, выискивая нужный перрон. Он был выше среднего роста, спортивного телосложения, с тёмными, чуть вьющимися волосами, приятными чертами лица и лёгкой щетиной на подбородке и скулах.
Ему хотелось скорее сесть в удобное кресло и расслабиться, проведя четыре часа до Санкт-Петербурга в тишине под монотонный стук рельсов.
Впереди ожидали насыщенные выходные на открытии книжного магазина, куда Филиппа пригласили в качестве почётного гостя как популярного автора.
Он зашёл в вагон и, найдя нужное место, скинул с плеча рюкзак, достал ноутбук и сел у окна.
По перрону шли люди, стояли встречающие и провожающие, и Филипп с вялым интересом разглядывал всех, между делом размышляя о предстоящей поездке.
Почти год прошёл с тех пор, как издательство выпустило его книгу «Последняя Скрижаль», повторившая успех предыдущих двух: «Золотой Лабиринт» и «Тёмный Лотос», однако приступать к новой книге он не спешил. Слишком уж тяжело ему далась работа над последним романом по событиям, произошедшим с Филиппом в Дрездене. Поначалу он вообще хотел отказаться от мысли о книге, но потом решил посвятить произведение памяти своего друга Никиты Брюхова, погибшего в результате поиска древнего египетского артефакта. И Филипп поведал удивительную историю нахождения Изумрудной скрижали, принадлежавшей таинственному и легендарному мудрецу Гермесу Трисмегисту, жившему много тысяч лет назад, до сотворения мира. Издательство было в восторге, но сам Филипп решил сделать перерыв в творчестве и впредь держаться стороной событий, способных его вовлечь в новые приключения.
Пассажиры заполняли вагон, рассаживаясь по местам.
Писатель включил ноутбук и погрузился в изучение набросков статьи для исторического журнала об археологических экспедициях в Междуречье времён революции в Российской империи в конце девятнадцатого века. Будучи по профессии историком, Филипп решил вернуться к научной деятельности, переключившись с художественной литературы на non-fiction.
Поезд тронулся, и в этот момент рядом с писателем сел полный немолодой мужчина. Он поздоровался, устраиваясь в кресле и доставая книгу, бутерброд и очки.
За окнами вагона побежал перрон, переходя в урбанистические пейзажи, а затем плавно в пригород, где природа демонстрировала начинающуюся весну.
Филипп отвлёкся от своей статьи, наблюдая робко появляющуюся зелень на деревьях и траву среди чёрной влажной земли, дышащей после сошедшего снега.
До Санкт-Петербурга ехать четыре часа, и писатель проверил на всякий случай время, когда ему предстояло быть в книжном магазине. Программа открытия предполагалась обширной: выступление авторов, презентация литературных новинок, фотосессия и фуршет. Магазин в центре города на Лиговском проспекте позиционировал себя как книжный бутик с ограниченным, узконаправленным ассортиментом: произведениями российских авторов, пишущих в жанре приключенческих детективов. Филипп не понимал, насколько такой выбор для книжного бизнеса станет успешным, но заинтересовался и сразу согласился приехать. В конце концов, хоть он сейчас и не пишет, но реклама его произведений не помешает.
Сосед, жуя бутерброд и надев очки, читал книгу. Во внешности мужчины не было ничего примечательного, разве что он выглядел интеллигентным добряком, хотя, возможно, Филиппу лишь так показалось. Вступать в разговор Смирнов не собирался и вернулся к работе над статьёй. Однако через некоторое время монотонный шум рельс начал его убаюкивать, и писатель выключил ноутбук, задремав.
Глава 2. Пригород Санкт-Петербурга. Пятница. 14:30
То ли какой-то звук, то ли движение рядом разбудило Филиппа.
Он открыл глаза, чувствуя, как затекла шея от неудобного положения во время сна.
За окном проносились жилые дома, и писатель взглянул на часы.
– Подъезжаем, – услышал он голос.
На соседнем месте полный мужчина смотрел на него с улыбкой.
– Да, – Филипп потёр руками лицо, пытаясь взбодриться. Он и не заметил, как заснул и проспал всю поездку.
– Простите, – вновь сказал сосед, – вы Филипп Смирнов, да? – Он выжидающе смотрел.
– Что?
– Вы писатель, ведь так? – мужчина взял в руки книгу и показал обратную часть обложки, где Филипп увидел свою фотографию. Он не заметил, что книга, которую читал мужчина, была его «Последняя скрижаль».
– А, да-да, – смутившись, кивнул Филипп. Только общения с поклонниками ему сейчас не хватало. Он не готов говорить о книге и вообще о чём бы то ни было.
– Боже, ну надо же! – воскликнул мужчина. – Вадим Астахов, – представился он.
– Очень приятно, – нехотя ответил Филипп.
– Я так рад! Вот, читаю вашу последнюю книгу. Мне безумно нравится! Захватывающе! И как вам удаётся такое придумывать? – задал мужчина риторический вопрос.
Филипп улыбнулся и пожал плечами.
– Едете по делам в Питер?
– Да, верно.
– Ох, как интересно! Можете дать автограф? – Вадим протянул ручку.
– Конечно, – Филипп взял книгу и быстро подписал.
– О, благодарю!
Поезд подходил к вокзалу. За окном показался город.
– Послушайте, Филипп, – начал Вадим, – простите, что надоедаю, понимаю, я сам был бы не рад, если бы ко мне вот так пристали в поездке.
– Нет, – покачал головой писатель, – всё в порядке.
– Знаете, я работаю в туристической фирме, у меня свой бизнес.
– Очень рад за вас.
– Спасибо. Но я не об этом хотел сказать. У меня есть клиент, приятель, так вот с ним недавно приключилась невероятная история! Мне кажется, вам будет интересно.
– О, нет-нет, – Филипп помахал рукой. Ему совсем не хотелось слышать никаких историй.
– Послушайте, вы не пожалеете! Это действительно интересно!
Поезд зашёл на вокзал и начал торможение.
– Нет, спасибо, это ни к чему, – повторил Филипп.
– Я вас прошу, пожалуйста! – не отставал мужчина.
– Мы приехали…
– Нет, не сейчас, конечно! – возразил Вадим. – Если позволите, он бы сам вас нашёл в Питере и рассказал, из первых уст правильнее будет!
Филипп заколебался на секунду.
– Где вы остановитесь?
– Знаете, я думаю, всё-таки это не лучшая идея.
– Не отказывайтесь! Ну, что вам стоит? Он тоже очень любит ваши книги и будет счастлив с вами пообщаться, прошу!
– Хорошо, – сдался Филипп. Он не умел отказывать.
– Так в каком вы отеле?
– Англетер.
– О, прекрасная гостиница! Мой знакомый обязательно вас там найдёт!
Поезд остановился, и пассажиры начали вставать с мест, собираясь.
Вадим приподнялся, пропуская Филиппа, который спешил покинуть вагон и разговорчивого соседа.
– Большое вам спасибо! – произнёс Вадим вслед писателю.
Смирнов кивнул и помахал мужчине. Он вздохнул, коря себя за уступчивость и надеясь, что знакомый Вадима не появится в отеле, к тому же Филипп не планировал проводить там много времени. На завтра у него был обратный билет.
Глава 3. Санкт-Петербург. Суббота. 09:10
Мобильный заиграл ритмичной мелодией где-то рядом, на тумбочке.
Филипп поднял голову с подушки, взял телефон в руку и выключил в нём будильник.
Он лёг на спину, просыпаясь.
Открытие книжного магазина вчера удалось. Писатель вернулся в номер отеля за полночь, изрядно напившись вина. Теперь он чувствовал, как последствия этого сказались на голове и желудке. Дико хотелось пить, и требовалась таблетка обезболивающего.
Филипп сел на кровати, проводя пальцами по волосам. Затем встал и пошёл в ванную, принял душ, умылся и оделся. Надо сходить поесть, через пару часов у него поезд в Москву.
Спустившись на первый этаж отеля, он нашёл, где подавали завтрак. Аппетита не было, но с удовольствием выпил апельсиновый сок и две чашки кофе. Это слегка взбодрило, но голова ещё была тяжёлая. В очередной раз дал себе обещание не налегать так на алкоголь, понимая, что это лишь до того момента, пока не пройдёт голова.
Проходя мимо ресепшена обратно в номер, он услышал, как его кто-то окликнул.
Филипп остановился.
В холле стоял высокий, хорошо сложенный мужчина с бородой. У писателя почему-то промелькнула ассоциация с геологом. Он усмехнулся своим мыслям.
– Филипп?
– Да.
– Доброе утро, меня зовут Данила, – сказал мужчина, подходя ближе. – Прошу прощения, что беспокою вас так рано. Я вас ждал. Не знал, удастся ли увидеться, но повезло, – он располагающе улыбнулся, и в его ярких голубых глазах скользнула радость.
– Простите, мы знакомы?
– А, нет-нет. Я от Вадима Астахова. Вы с ним ехали в поезде. Он говорил, вы заинтересовались моей историей. И вот я здесь.
Филипп вздохнул. Заинтересовался? Ну да.
– По правде сказать, я ничего не знаю о вашей истории. Вадим просил меня с вами встретиться и послушать.
– О, – удручённо произнёс Данила, – извините. Я думал, он вам рассказал, поэтому пришёл. Что ж, ладно. Простите.
– Ничего, ничего, – махнул рукой писатель, – давайте. Раз уж вы здесь и я здесь, – Филипп вновь вздохнул. Голова так и болела, ощущалась слабость, хотелось прилечь, но было как-то неудобно перед мужчиной.
– Правда? – обрадовался Данила. – Благодарю! Это не займёт много времени, и вы не пожалеете, поверьте!
– Да, хорошо, но только у меня не больше получаса, скоро поезд.
– Конечно, конечно! Я вас не задержу.
Они прошли вглубь холла, где виднелись удобные диваны.
– Итак, – сказал Филипп, откидываясь на спинку мягкой мебели.
– Вы писатель, я знаю, читал ваши книги. Великолепно!
– Благодарю.
– Вообще, это идея Вадима, я бы сам никогда не стал навязываться, – Данила развёл руками.
– Понимаю.
К ним подошёл официант, и мужчины заказали кофе.
– Так вот, – продолжил Данила, – я фотограф. Снимаю природу, разные интересные места, но частенько меня приглашают в путешествия, научные экспедиции, на мероприятия, понимаете? Ну, чтобы поснимать всё в процессе.
– Ага, – Филипп кивнул, отпив кофе.
– У меня есть друзья, они занимаются альпинизмом, профессионально. И вот в начале месяца позвали меня поехать с ними, чтобы запечатлеть их на подъёмах. Однако я не смог, дела. Но пару дней назад Стас, так зовут одного из моих друзей, прислал мне фото, – Данила вытащил из кармана телефон и начал в нём что-то искать. – Он сам сделал снимки в горах и прислал мне показать, ну, думаю, оценить с профессиональной точки зрения. Он, конечно, не фотограф, и фото сделаны на мобильный, но тем не менее.
Данила нашёл нужное и показал Филиппу.
Писатель наклонился вперёд и взял в руки мобильный фотографа.
На снимке была запечатлена какая-то обледенелая пещера или, возможно, грот. Потолок выглядел низким и полукруглым, стены неровные, местами полностью изо льда, а из одной стены торчали куски старого гнилого дерева, напоминающие то ли остатки корпуса, то ли мачты небольшого корабля или лодки.
– Там ещё одно фото, дальше, – прокомментировал Данила.
Филипп пролистнул к следующему снимку. На нём виднелась верхняя арочная часть всё той же пещеры, но в значительно приближённом ракурсе. В каменном своде были заметны широкие углубления, симметрично расходившиеся в разные стороны длинными неровными лучами.
– Что это? – непонимающе спросил писатель.
– А как вы думаете? – Данила хитро, с улыбкой прищурился.
– Ну… даже не знаю. Какая-то пещера с остатками деревянного судна, может быть. Не очень понятно, – Филипп покачал головой, продолжая рассматривать фото.
– Есть ещё идеи?
– Нет, простите.
– Подумайте, – не унимался тот, – я дам вам подсказку. Мои друзья поехали в Турцию. Фото сняты на высоте более пяти тысяч метров, на горе Арарат.
Глава 4. Санкт-Петербург. Суббота. 09:30
Филипп не моргая посмотрел на Данилу. Тот выразительно наблюдал за собеседником.
Писатель рассмеялся. В его голове был какой-то туман после вчерашнего, мысли плавно и лениво разбрелись, не желая принять чёткие и трезвые рамки. И уж совсем ему сейчас не хотелось пытаться понять намёки незнакомца об одном из самых легендарных мифов в истории человечества.
– Простите, – наконец произнёс писатель, продолжая улыбаться, – то есть вы хотите сказать, что ваши друзья обнаружили в горах Арарата Ноев ковчег?
Даниил активно закивал.
– Да! Вы же видите! Это очевидно! Они наткнулись на пещеру с кусками деревянного корпуса. Что это может быть, как не Ковчег?!
Филипп вздохнул и положил телефон на стол, снова откидываясь на спинку дивана.
– Послушайте, – сказал он, – я понимаю ваш энтузиазм и желание, чтобы это было тем, о чём вы говорите, но… – он пожал плечами, – куски дерева могут быть чем угодно. Местность склонов Арарата издавна заселена разными племенами, в том числе курдами. Это может быть просто лодка, когда-то застрявшая там, или части какого-то строения, да мало ли чего ещё! Вы же знаете, что эти горы не раз исследовали на предмет поисков Ковчега. Его там нет.
– Я бы с вами согласился, – возразил Данила, – что это какой-то другой корабль или, как вы говорите, просто куски дерева, но остатки найдены на высоте пять тысяч метров. Вы учёный, Филипп, и, думаю, знаете, что в обозримой истории человечества вода не поднималась в районе горы Арарат на такую высоту. Там нет озёр, рек или какой-то другой воды. Вот и скажите мне, откуда мог появиться корабль? Если он не был на плаву, то зачем так высоко в горы его поднимать?
Писатель молчал. Он понимал: фотограф, конечно же, прав. В истории не сохранилось упоминаний о реальных потопах в области Араратских гор. Более того, на вершинах массива нет следов пребывания пресной воды, отличающейся от ледниковых вод. И он знал: на такой высоте, о которой говорил Данила, на самом деле никогда не существовало обитаемых местностей и проживающих племён. Однако в рассказ и озвученные предположения Филипп не хотел верить. Он вообще не собирался думать на подобную тему. Это просто не могло быть правдой. Уж слишком изучена, обмусолена и популярна история с поисками Ноева ковчега. К тому же мысль о погружении в очередную загадку истории сейчас казалась писателю невыносимой.
– Верно, – кивнул Филипп, – вы всё правильно говорите, но послушайте, если бы на горе были следы Ковчега, их бы давно нашли, поверьте мне. И не ваши друзья альпинисты. Скорее всего, это части строений какой-нибудь экспедиции, искавшей Ковчег, или когда-то там размещалась база тех же альпинистов. А может, кто-то специально оставил там куски лодки, чтобы потом выдать за Ковчег. Есть же фанатики, которые любыми способами хотят доказать правдивость событий Ветхого Завета.
Данила наклонил голову набок, продолжая смотреть на писателя.
– А второй снимок?
– Что там?
– Ну гляньте ещё раз.
Филипп посмотрел на изображение каменного свода пещеры с симметричными углублениями.
– Я вообще не могу понять, что тут, – сказал он нахмурившись.
– Вам не кажется, что углубления в каменном потолке похожи на отметины от чего-то? – осторожно задал вопрос фотограф.
– Отметины? От чего?
Данила развёл руки в стороны и взмахнул ими.
– Не понял, – Филипп с удивлением глядел на собеседника, – что это? Что вы пытаетесь изобразить? Крылья?
– Именно!
Писатель фыркнул.
– При чём тут крылья? Нет, что вы такое говорите! Это, скорее, похоже на желоба. Ледник таял, стекая в пещеру, вода спускалась и за многие столетия проделала такие причудливые формы в камне.
– Но они симметричны! – воскликнул Данила.
– Возможно, это так кажется на фото. Ну, подумайте, откуда там птицы, да ещё такого размера. Отметины большие, они природного происхождения.
– Я не птицу имею в виду.
– А кого?
– Ангела.
Филипп прикрыл глаза и потёр лицо руками. Он устал слушать этого мужчину и разубеждать его. Возможно, пару лет назад с удовольствием порассуждал бы на тему Ковчега, но теперь подобное казалось ему откровенным бредом.
Писатель встал.
– Данила, я прошу прощения, но мне уже пора идти. Ваша история интересная, даже удивительная, но она не имеет ничего общего с реальностью. Не думаю, что вам стоит продолжать убеждать себя, что ваши друзья нашли Ноев ковчег, ну серьёзно.
– Я думал, вы, как писатель, заинтересуетесь подобным. Из этого можно сделать отличный сюжет! У меня есть ещё фото! Если это вам покажется интересным, я готов продать все снимки, чтобы была полная картина найденного!
– Нет, спасибо. К тому же я сейчас нахожусь в творческом, так сказать, отпуске, не занимаюсь художественной литературой.
– М-м-м. Понятно. Ну что ж. Ладно.
– Да. Но благодарю вас за рассказ, правда, увлекательно.
Данила разочарованно молчал.
– Но если вы передумаете, возьмите мои контакты, – фотограф достал визитку и протянул писателю.
– Хорошо, спасибо. Всего доброго.
– И вам.
Филипп пересёк холл, чувствуя на себе взгляд собеседника, зашёл в лифт и поднялся в номер.
Глава 5. Неделю спустя. Москва. Среда. 17:30
Майор Саблин сидел в своём кабинете, изучая отчёт криминалистов.
Несколько дней он работал над убийством бизнесмена в фешенебельном районе города. Погибший был известной личностью, мелькал в светских хрониках, и теперь журналисты не давали покоя Саблину, преследуя на каждом шагу в надежде узнать детали расследования и подробности смерти. И конечно же, Илья Ильич, начальник управления криминальной полиции, звонил ему каждый час, ожидая новостей. Но дело шло медленно: улик мало, а подозреваемых много.
Саблин вздохнул и отпил кофе. Поморщился. Холодный напиток неприятно разлился на языке. Майор отставил кружку, продолжая читать рапорт с места преступления.
В кабинет заглянула старший лейтенант Максимова.
– Шеф, в допросной жена покойного. Нам начинать или ждём вас? – спросила она.
– Давайте без меня, – махнул рукой Саблин, – если что-то интересное всплывёт, позови.
– Ага, – Максимова закрыла дверь.
Как же хорошо, что он наконец-то научился делегировать обязанности. Раньше бы сам подорвался и побежал допрашивать свидетеля, но за последние несколько лет понял, что вокруг него не менее способные следователи, которым нужно набираться опыта, давать шанс проявить себя и даже совершить ошибку. Впоследствии будет легче, а главное, у них не будет страха перед ответственностью и самостоятельностью. Именно так надо растить кадры.
Саблин посмотрел на часы.
Рабочий день заканчивался, а на вечер у него назначена встреча. Конечно, дело бизнесмена требовалось быстрее закрыть, но и отдыхать ему тоже надо. Выгорание на работе ни к чему хорошему не приводит, лишь тормозит процесс, делая следователя бесполезным. Правильнее действовать на свежую голову. Так больше шансов выполнить верный анализ и найти преступника.
Майор закрыл отчёт и выключил компьютер.
Максимова сама вполне справится. Она молодой специалист, пусть работает, а следователю сейчас нужен отдых.
Он был на ногах с шести утра, когда проводили вскрытие, и руководитель криминалистической лаборатории Влад Шульц настоял на его присутствии. Покойного убили ножом, ран более десяти на теле, что говорило о глубокой ненависти к потерпевшему. Но орудие убийства найдено пока не было.
Саблин встал с кресла, накинул пальто и собирался выйти, когда на рабочем столе зазвонил телефон.
Проклятие!
Номер служебный, и, скорее всего, майора ищет либо начальство, либо криминалисты. Значит, что-то случилось. Даже Максимова набрала бы на мобильный.
Следователь вернулся к столу и снял трубку.
– Саблин, слушаю.
– Лёша, привет! – послышался голос Ильи Ильича. Ну так он и думал, начальник!
– Здравия желаю, товарищ полковник!
– Да, да, и тебе, – откликнулся Илья Ильич. – Как там наше расследование?
– Работаем. Сейчас жена покойного в допросной.
– Ну ясно, ясно. Давайте там, не расслабляйтесь. Нужен результат.
– Само собой, Илья Ильич!
– Слушай, я вот чего тебе звоню, – полковник кашлянул, – понимаю, вы там заняты, дело не из лёгких, да. Но тут ещё кое-что случилось.
Саблин, понимая, что разговор может затянуться, сел обратно в кресло.
– Короче, нам сегодня из прокуратуры спустили одно дело. Пока толком не понятны детали, но надо заняться.
– А что случилось?
– Я сейчас спешу, давай ты сам посмотришь? Кину тебе на электронную почту материалы, ну и разберёшься.
– Хорошо.
– Не сказал бы, что это срочно. Первым приоритетом остаётся текущее расследование, но глянь на досуге завтра, лады?
– Принято.
– Ну, добро! Всё, давай, на связи!
Саблин положил трубку.
Из кармана достал жвачку и начал активно её разжёвывать. Вот уже несколько месяцев он пытался бросить курить. Получалось пока не очень, постоянно срывался, но неделю уже держался.
И что делать? Саблин думал: посмотреть сейчас материалы или завтра?
В кабинет снова заглянула Максимова.
– Шеф!
– Ну что?
– Да пока ничего. Жена ничего не знает, рыдает, короче, новостей нет.
– Понятно.
– Я пойду домой?
– Да, да, давай. На завтра какой план?
– Ждём отпечатки из квартиры убитого. Также вызвали на допрос партнёра по бизнесу и любовницу.
– Хорошо.
– Вы бы тоже пошли домой, шеф. Вид у вас уставший.
– Ага, сейчас, наверное, пойду.
– Тем более, вы уже в пальто, – улыбнулась Дина.
Она ушла, и Саблин, посидев ещё пару минут, также решил не задерживаться.
На улице приятно светило солнце, а в воздухе ощущалась весна.
Глава 6. Москва. Среда. 18:20
Небольшой бар в тихом переулке оказался почти пуст.
Приглушённое освещение, ненавязчивая музыка, маленькие столики, разбросанные по квадратному помещению, декорированному в стиле лофт: кирпичные серые стены без отделки, пара больших окон без штор, чугунные лампы под потолком. Единственным декором помещения были огромные каменные головы Будды в латунных подставках на подоконниках и стойке бара.
Филипп заказал пиво и закуски, открыв телефон и просматривая новости.
Он любил бывать в подобных местах в середине недели, когда посетителей немного и можно в спокойной обстановке расслабиться, насладиться напитками и атмосферой заведения. Шумные рестораны его давно не привлекали, он старался избегать толпы, памятуя о нескольких случаях, когда его узнавали и приставали с расспросами о творчестве. Это его напрягало.
Дверь бара открылась, и зашёл Саблин.
Писатель ему помахал.
Майор пошёл неторопливым, спокойным, уверенным шагом, снимая на ходу пальто. Высокий, подтянутый, с серьёзным взглядом, скуластым лицом и коротко подстриженными русыми волосами, он производил впечатление мужчины с жёстким характером, однако такая внешность была скорее следствием его работы, и Саблин относился к тому типу людей, которые за внешней брутальностью прячут замкнутость и одиночество.
– Здорово, – произнёс следователь, присаживаясь напротив Филиппа, – как дела?
Он выдохнул, облокачиваясь о спинку стула, куда повесил пальто.
– Нормально, – Филипп улыбнулся, подзывая официанта.
– Ты что пьёшь? Пиво?
– Ага.
– Мне тоже, пожалуйста, – попросил следователь у подошедшего молодого человека.
– Какое предпочитаете? – поинтересовался тот.
– А-а-а… – задумался Саблин, – а есть Löwenbräu?
– Да, конечно. – Официант ушёл за заказом.
Филипп удивлённо взглянул на майора.
– Смотрю, ты стал любителем немецкого пива? – с улыбкой произнёс писатель.
– Ага, типа того, – рассмеялся Саблин, – пристрастился после Дрездена.
– Я так и понял. Ну а у тебя как дела?
– Да-а-а, – отмахнулся майор, – всё то же самое.
– Новое расследование?
– Да. Слышал про убийство бизнесмена?
– Ага, читал в интернете. Это дело у тебя?
– У меня, – Саблин глотнул пива, принесённого официантом.
– Сочувствую. Выглядишь замотанным.
– Спасибо, – усмехнулся следователь. – А как твоя поездка в Питер? Удачно? Посетил гламурную тусовку? – он хохотнул.
– Ой, не вспоминай. Я так накачался там вином, что с утра еле в себя пришёл!
Мужчины рассмеялись.
– Но в целом съездил хорошо. Пару знакомств завёл в питерских издательствах. А книжный магазин заказал большой тираж. Так что…
– Ну, отлично, – закивал Саблин.
– Да, кстати, там со мной приключилась забавная история, – начал Филипп, жуя чипсы. – Когда я ехал в поезде, ко мне пристал мужик. У его знакомого якобы была интересная история, которую он хотел рассказать мне.
– Узнал тебя, что ли, в поезде?
– Да, прикинь, сидел, читал мою книгу.
– Интересное совпадение.
– Да, короче, я попытался отказаться, но мужик настаивал. В общем, ко мне в отель пришёл-таки его знакомый и рассказал историю про то, как его друзья-альпинисты нашли в горах Арарат остатки деревянного судна.
– Судна? – нахмурился следователь. – И что?
– А то, что они решили, будто нашли Ноев ковчег!
– Во дают! И?
– Ну и у этого товарища были снимки находки. Но, честно говоря, глядя на них, я бы не сказал, что это похоже на Ковчег, не знаю, ерунда, короче, какая-то.
– А хотел-то он что?
– Продать мне фотографии, если я заинтересуюсь находкой.
– Странно. Почему тебе? А не в журнал какой-нибудь или научный институт?
– Не знаю, – пожал плечами Филипп, – я был в таком состоянии, что вообще не хотел об этом думать.
– Не заинтересовался?
– Нет.
– Так и не пишешь больше?
– Нет. У меня сейчас заказ на статью в журнал. Решил переключиться на науку, – Филипп глотнул пива.
– Ясно. О чём статья?
– Археологические экспедиции в Междуречье во времена Октябрьской революции в России.
– Ого! Серьёзная тема!
– Да. На этот счёт мало публикаций. Кстати, вот что ещё хотел, – Филипп поёрзал на стуле. – Ты не подумай, будто я пользуюсь нашей с тобой дружбой, но собирался тебя кое о чём попросить.
– Конечно, без проблем!
– В общем, как я сказал, открытых материалов времён Октябрьской революции не так много, а тем более об археологических экспедициях того периода. Но я точно знаю, что некоторые сохранившиеся данные есть в Центральном государственном историческом архиве в Питере. Вход туда свободный, но к части документов открытого доступа нет. Я и подумал, может быть, ты как-то можешь по своим каналам организовать мне туда доступ?
Саблин молчал, жуя крылышки в соусе барбекю.
Просьба писателя понятна и вполне логична, учитывая тематику его статьи, но с ходу решения, как бы он мог организовать доступ к засекреченным документам, не было. Нужно понять, что именно требуется писателю и какой гриф секретности наложен на материалы.
– Конечно, – майор вытер губы салфеткой. – Я попробую узнать, как могу помочь. Но не обещаю. Сам понимаешь, если данные засекречены, то ты не вправе их получить.
– Да, да, само собой. Просто, возможно, эти документы закрыты для всех, но они не секретные?
Саблин выразительно и скептично взглянул на писателя.
– Понимаю, – смутился Филипп, – но вдруг получится?
– Я же сказал, попробую.
Следователь вновь занялся крылышками, а Смирнов заказал ещё пива.
Глава 7. Москва. Четверг. 08:40
Вода в кастрюле закипела, и Филипп кинул в неё пару сосисок. Тут же, на сковородке, уже готова была яичница из двух яиц, которую мужчина переложил на тарелку.
Он редко готовил сам дома завтраки, но вчера вечером, после встречи с Саблиным, зашёл в магазин за продуктами, а раз есть из чего готовить, то решил смастерить завтрак.
Включённый телевизор на кухне транслировал новости, и Филипп краем уха слушал, что происходит в стране и мире.
Писатель поставил тарелку с яичницей и чашку кофе на стол, отрезал кусок хлеба.
Сосиски сварились быстро, и Филипп удобно устроился перед телевизором, наслаждаясь едой.
Диктор, аккуратный и холёный мужчина в сером костюме, рассказывал о наводнении где-то на востоке страны. Филипп взял свободной рукой телефон, параллельно просматривая новости в интернете, глянул на время.
Через два часа ему нужно быть в издательстве, договариваться о новом тираже для питерского магазина.
Серафим Маркович Дятловский, главный редактор, сильно воодушевился интересом книжного бутика к романам Филиппа и сразу организовал встречу.
Диктор в телевизоре перешёл к криминальной хронике, и писатель услышал последние данные по расследованию убийства известного бизнесмена. Филипп посмотрел на экран. Именно про это дело вчера ему рассказывал Саблин.
Кофе оказался горячим, и мужчина добавил холодного молока.
Ему очень хотелось надеяться, что следователь поможет ему с доступом в архив. Сейчас это важно для него. Писатель даже готов был немедленно выехать в Питер, если Саблин договорится.
Диктор перешёл на другую тему, а Филипп, доев завтрак, встал и понёс тарелку в раковину, включил воду, начиная мыть посуду.
Что-то в бормотании мужчины на экране привлекло писателя, и он закрыл воду, глядя в телевизор.
– Они не выходили на связь несколько дней, и родственники обратились в полицию, чтобы начать поиски. Напомню, что гора Арарат находится на высоте пять тысяч сто метров и доступ туда усложнён сейчас погодными условиями. Также ситуации с поисками пропавших альпинистов препятствует запрет властей Турции на нахождение в этой области. С тысяча девятьсот двадцать первого года, когда северный район Арарата, куда, предположительно, направились российские альпинисты, принадлежит Турецкой Республике. Однако Турция запретила любые научные экспедиции в этой местности. Запрет действует и поныне. Доступ туристам закрыт, а получившие разрешение альпинисты могут пройти по одному-единственному маршруту, по южному склону горы. Возникает вопрос: как российские альпинисты оказались в закрытом районе и что с ними случилось? Мы будем держать вас в курсе событий.
Началась реклама.
Филипп замер с тарелкой в руках.
Не об этих ли альпинистах рассказывал ему Данила в Питере?
Писатель быстро домыл посуду, прибрался на кухне и пошёл в комнату, где включил компьютер.
Он открыл новостной сайт и начал искать данные по пропавшим альпинистам.
Ничего нового не удалось обнаружить.
Двое, мужчина и женщина, перестали выходить на связь, когда совершали подъём на гору Арарат в турецкой части массива. Вторая область горы находится на территории Армении.
От путешественников нет сведений уже несколько дней.
Филипп задумался. Он общался с Данилой в субботу. Тот сказал, что получил снимки от друга пару дней назад. Значит, это было, предположительно, в среду на прошлой неделе. Сегодня четверг.
Хм-м. Получается, где-то после встречи с фотографом они и перестали контактировать с родственниками.
Или это какие-то другие альпинисты?
Данила не говорил, сколько его друзей отправилось в Турцию. Может, не они? Но какое-то странное совпадение…
Писатель вновь глянул на время, понимая, что пора быстро собираться в издательство.
Он вызвал такси, оделся и спешно вышел из дома.
Глава 8. Москва. Четверг. 11:20
Саблин вошёл в кабинет, бросая пальто на стул и садясь в кресло за рабочим столом.
Криминалистическая экспертиза показала: отпечатки пальцев на теле убитого принадлежали любовнице пострадавшего, надавив на которую следователь получил признание в убийстве. Бизнесмен собирался бросить девушку, и она в порыве ревности и отчаянья убила любовника.
Как банально!
Саблин чувствовал разочарование и удивление, что дело, представлявшееся запутанным и сложным, оказалось таким заурядным.
Он даже не успел провести ни одного допроса и толком начать анализ событий. Но, с другой стороны, начальство и пресса будут довольны. А он вернётся к просмотру улик по делу Ордена Янтарной Бездны.
Это была его давняя больная мозоль. Или, лучше сказать, рыба, которую он пытался ловить голыми руками. Орден постоянно шёл к нему в руки, но в самый последний момент, когда майору казалось, что он крепко держит, добыча выскальзывала и уходила на дно.
Тайная преступная организация, Орден, занимающаяся поисками оккультных и мистических древних артефактов по всему миру, несколько раз фигурировала в расследованиях убийств, которыми занимался Саблин. Члены этого Ордена шли буквально на всё, даже на чудовищные преступления, лишь бы достигнуть цели.
Первый раз майор столкнулся с ними, когда люди из этой организации пытались получить золотую шумерскую печать. Второй раз случился спустя полгода, когда они же занимались поисками старинного индийского алмаза. А затем, год назад, Орден появился на территории другого государства, в Германии, охотясь за Изумрудной скрижалью, древним египетским артефактом. Все разы, естественно, сопровождались убийствами, их Саблин впоследствии раскрыл.
Но на Орден так и не получилось выйти.
Единственное, что удалось выяснить, – имена нескольких членов организации, называвших себя Сёстрами Ордена: Альбина Романова и Кира Котова. Две Сестры из Семи, Седьмая и Третья. Да, в Ордене их семь, и, узнав двух, следователь боялся даже предположить, какими окажутся остальные пять. Романова и Котова были неуловимы, хитры и способны на отчаянные поступки. А руководил всеми некий Мастер Бездны. О нём майор не имел никакой информацией.
Альбину Романову следователь выслеживал давно, уже несколько лет. Он знал, как она выглядит, знал, что женщина передвигается чаще всего на мотоцикле, постоянного места жительства нет, но имеет несколько паспортов, а это невероятно усложняло её поимку. Она красива, ей за тридцать, любит дорогую одежду и духи, Саблин даже знал, какие: «Тёмный Лотос». Женщину привлекают для самых отчаянных заданий, когда нужен кто-то решительный, безжалостный, не знающий мук совести и сострадания, у кого не дрогнет рука и не будет сожалений в содеянном.
Про Киру Котову следователь знал меньше. Он был уверен, что у неё совсем иная фамилия, или имя, или и то и другое. Полиция не нашла в стране человека с такими данными, подходящими под описание девушки. И Саблин никогда не простит себе инцидент с ней. Два года назад она представилась переводчиком, когда майор поехал на задание в Германию и ждал сотрудника, владеющего немецким языком. Сам не зная почему, следователь тогда не проверил ни её паспорт, ни действительно ли она тот самый переводчик, которого прислало ведомство. Абсурд какой-то! Как он так лопухнулся?! До сих пор понять не мог. Единственное, что пока ясно, – девушка отлично знала немецкий язык, была молода, осторожна, внимательна и так же опасна, как и Романова.
Саблин достал жвачку и включил компьютер.
Отчёт по раскрытому преступлению решил написать завтра, сегодня нет настроения.
Он вышел в коридор за кофе, как неожиданно вспомнил, что обещал Смирнову выяснить о возможности посетить архив в Питере с закрытыми документами. У него есть знакомый следователь в питерской полиции, который мог помочь.
Вернувшись с кофе, он достал мобильный и начал искать номер коллеги. Не нашёл.
Чёрт, видимо, удалил. Подключился к базе данных полиции и начал искать там.
И тут ему на глаза попались файлы, присланные вчера Тимофеевым.
Проклятие! Саблин совсем забыл о просьбе полковника просмотреть документы.
Майор открыл их и начал внимательно изучать.
С каждой прочитанной фразой следователь всё больше хмурился.
Да что же это такое?
Саблин, досмотрев материалы до конца, откинулся на спинку стула, вздохнул и почесал подбородок.
Неужели опять?
Он выплюнул жвачку и закурил.
Глава 9. Москва. Четверг. 11:50
Филипп вышел из издательства на весеннюю улицу, с удовольствием подставляя лицо тёплым, робким лучам солнца.
Встреча прошла более чем удачно. Он был доволен.
Книжный бутик в Питере заключил договор на тираж всех трёх книг писателя в новом издании, а значит, предстояла работа с художниками по обложкам. Эту часть процесса Филипп любил больше всего. Обложка, как первая встреча, всегда должна производить правильное и сильное впечатление. У него даже уже появилась пара идей.
Писатель проверил телефон, не звонил ли кто, и вспомнил, что вечером обещал прийти в ресторан на ужин. Его пригласил дядя, профессор лингвистики, Пётр Иванович Смирнов. Они давно не виделись, и Филипп с радостью согласился на приглашение, но чем ближе день встречи, тем меньше ему хотелось идти.
Скорее всего, на ужине будет Майя Вербицкая, женщина, с которой писатель когда-то встречался, а расстались они не лучшим образом. Ему не хотелось с ней видеться, тем более что мысли Филиппа были о другой.
Альбине Романовой.
В груди писателя всё сжалось, и начали всплывать неоднозначные эмоции. Он встретил эту женщину год назад, в Ливане, когда разыскивал своего друга, Никиту Брюхова, вовлёкшегося в поиски Изумрудной скрижали, утерянной многие столетия назад и найденной впоследствии Христианом Розенкрейцем, легендарным создателем тайного германского братства.
Романова помогла Филиппу в обнаружении скрижали, и между ними пробежала искра, взаимное влечение, в котором писатель так отчаянно нуждался после тяжёлых отношений с Майей.
Но Альбина оказалась членом Ордена Янтарной Бездны, преступницей, отчаянно разыскиваемой майором Саблиным. Узнав об этом, Филипп не мог продолжать думать об отношениях с Романовой, которые, по правде сказать, закончились, даже толком и не начавшись. Однако зародившееся влечение к ней так и затаилось в писателе. Он часто о ней думал последние дни, сам не понимая почему. Возможно, так на него действовала весна?
Надо было что-то решать с ужином. «В конце концов, – думал писатель, – мы с Майей взрослые люди, и наша встреча не должна портить вечер дяде. Придётся идти».
Филипп собрался вызвать такси, когда телефон в его руке зазвонил.
– Да?
– Привет. Саблин.
– Здорово! Как дела?
– Отлично. Убийство раскрыли.
– Поздравляю! Ты настоящий Шерлок Холмс, – писатель усмехнулся.
– Да уж, стараюсь от него не отставать, – произнёс серьёзным тоном Саблин, и Филипп понял, что майор звонит не просто поболтать. – Слушай, – продолжил следователь, – у тебя не будет минутки заглянуть ко мне в отделение?
– Сегодня?
– Желательно сейчас.
– Что-то случилось?
– Да нет, нет, просто хочу обсудить одну тему, но по телефону неудобно.
– Хорошо, конечно. Буду минут через двадцать.
Глава 10. Москва. Четверг. 12:25
Саблин встретил писателя в бюро пропусков, провёл по тихим коридорам и лестницам на свой этаж, где в просторном помещении наблюдалось оживление и суета.
За ближайшим к кабинету майора столом Филипп увидел женщину с короткой стрижкой, внимательно наблюдавшую за тем, как следователь и писатель прошли в офис.
– Располагайся, – сказал Саблин, присаживаясь на край своего стола и доставая сигарету.
– Опять куришь?
– Да, – отмахнулся следователь, – с этой работой, похоже, бросить невозможно.
– Ну так что случилось? Ты просто так не будешь приглашать сюда.
Майор кивнул.
– Верно. Есть дело. Короче, помнишь, ты мне рассказывал про твою поездку в Питер и про странного мужика, который тебе пытался продать фото, сделанные какими-то альпинистами?
Филипп кашлянул.
– Да. Помню.
Он внезапно понял, что увиденное сегодня в новостях, скорее всего, не совпадение.
Пропали те самые альпинисты, и Саблин хочет поговорить об этом.
– А как зовут того мужчину? Знаешь?
– Сейчас, – Филипп достал бумажник, куда он убрал визитку фотографа. – Данила Титов. Вот, держи.
Писатель протянул карточку следователю.
– Отлично, – кивнул Саблин, глядя на полученные контакты. – Спасибо!
– Так, а что случилось? Я видел сегодня новости. Говорили, что пропали альпинисты в горах Арарат. Думаешь, это те, о которых упоминал Данила?
– Это я и пытаюсь выяснить. Короче, давай ещё раз, в деталях, что тебе сказал этот Титов. Можешь припомнить? – Саблин поудобнее сел на краю стола.
– Так, ну… – Филипп начал вспоминать беседу в питерском отеле, – у него есть друзья, альпинисты. Сам Данила – фотограф.
– Ага, – Саблин потянулся за ручкой с блокнотом и начал записывать.
– Они его звали с собой в поездку, но Данила не смог поехать.
– Почему?
– Не сказал, по-моему.
– Продолжай.
– Когда точно они уехали, я не знаю, но Данила говорил, что пару дней назад получил снимки. Их как раз он и показывал.
– Пару дней назад, говоришь? – Саблин посмотрел на висевший на стене календарь.
– Да, получается, в среду на прошлой неделе. Мы с ним виделись в субботу.
– Ага, – следователь сделал пометку в блокноте.
– Ну и всё, – Филипп развёл руками, – дальше мы с ним обсуждали снимки.
– Хорошо. Понятно, – майор положил блокнот на стол. – Спасибо. Ты помог, правда.
– Я рад, – кивнул писатель, – но как-то странно, тебе не кажется? Я встречаю Данилу, а потом эти альпинисты перестают выходить на связь. Теперь ты занимаешься делом об их исчезновении. Кстати, почему ты? У вас же уголовная полиция.
– Криминальная, – поправил его Саблин.
– Да, прости. Так почему дело у тебя?
Следователь вздохнул.
– Потому что в одном из ущелий Араратских гор турецкая полиция обнаружила тела альпинистов.
Глава 11. Москва. Четверг. 12:40
Филипп чертыхнулся.
– Тела? – переспросил он.
Саблин кивнул.
– То есть их нашли? Они мертвы?
– Да. Я пока не уверен на сто процентов, что это те же люди, о которых тебе говорил Данила. Тела ещё не доставили, а при них не было никаких документов, только непонятные бумаги на русском языке, поэтому турки и сообщили нам. Предстоит опознание, но… уж очень странное совпадение с твоим рассказом.
Филипп усмехнулся.
– Странное?! Да я бы сказал – просто невероятное! Это точно они! Думаешь, в одно и то же время много альпинистов лазит сейчас по Арарату?
– Ты прав. Но надо дождаться результатов экспертизы. По информации от родственников, мы знаем, что пропавшего мужчину звали Станислав Казанцев, а женщину – Ксения, поэтому надо поговорить с Титовым, чтобы уточнить полные имена и сопоставить, а потом пригласить родственников на опознание.
– Ты будешь звонить Даниле?
– Хм-м. В этом есть небольшая сложность. Судя по твоему рассказу, альпинисты из Питера. Титов тоже, как я понимаю, там. Думаю, мне придётся самому поехать в Северную столицу. Чует моё сердце, что тела доставят туда.
– И когда ты собираешься ехать?
Саблин посмотрел на время.
– Поезд через час.
– Сегодня?
– Да. Надо как можно быстрее начать разбираться, пока пресса не раздула очередную сенсацию.
Филипп задумался. Как он ни старался, но, похоже, история Данилы его всё-таки догнала. Если с альпинистами что-то случилось и это связано со снимками, то…
– Я могу поехать с тобой? – писатель посмотрел на Саблина, который не донёс сигарету до рта от удивления.
– Зачем?
– Ну, во-первых, я знаю Данилу. Он легче пойдёт на контакт, если я буду с тобой, когда ты будешь с ним разговаривать.
– Это сомнительно. Поверь, я умею общаться с людьми, особенно когда показываю своё удостоверение, – он резко выпустил сигаретный дым в воздух. – А что во-вторых?
– Во-вторых, я не оставляю надежду попасть в питерский архив.
– Ах, вот оно что! – следователь улыбнулся.
– Там, на месте, возможно, тебе будет проще устроить мне такую возможность, как думаешь?
– Ну-у… возможно, хотя не знаю…
– И в-третьих…
– Есть ещё и в-третьих? – Саблин рассмеялся. – У тебя прям готовый список аргументов!
– Да, честно скажу, мне кажется, может получиться интересная история. Хочу участвовать.
– Ты же говорил, что не пишешь больше книги, а занимаешься только статьёй?
– А ты собирался бросить курить, – улыбнулся Филипп.
Саблин вновь рассмеялся.
– Чёрт с тобой! Ладно, поехали. Только не лезь, прошу тебя, в расследование. Держись просто рядом.
– Так точно, товарищ майор! – Филипп встал со стула, воодушевлённый предстоящей поездкой.
Глава 12. Москва. Четверг. 13:50
Комфортабельный поезд «Сапсан», следующий по маршруту Москва – Санкт-Петербург, тронулся с перрона.
Филипп вновь оказался в кресле у окна, но на этот раз его попутчиком был не полный незнакомец, а Саблин.
Вместе со следователем в Питер отправился начальник криминалистической лаборатории Влад Шульц, худой, сутулый, высокий мужчина в круглых очках. Майор, отвечая на вопрос писателя о причинах присутствия с ними доктора, пояснил, что доверяет только Владу, а раз дело дали ему, то работать будут люди, которых он хорошо знает. Шульц раньше служил патологоанатомом, а недавно его повысили, дали людей и сделали руководителем команды криминалистов, но по образованию он был врачом, поэтому вскрытия продолжал проводить сам.
Шульц понравился Филиппу: тихий, спокойный, остроумно, хотя и резко, шутил, в основном на профессиональные темы, но не донимал никого разговорами и сразу заснул, как только поезд отправился в путь.
– Да, Филипп, везёт же, однако, тебе на всякие сомнительные истории, – произнёс тихо Саблин рядом.
Писатель посмотрел на него и усмехнулся.
– Надеюсь, в этот раз будет иначе. Я не думаю, что те альпинисты нашли что-то стоящее в горах. Может быть, с ними произошёл несчастный случай.
– Вот и посмотрим. Последние несколько расследований с твоим участием запомнятся мне на всю жизнь!
– Мне тоже.
– Не сомневаюсь. Слушай, всё хотел тебя спросить.
– О чём?
– Тогда, в Ливане, когда ты был вместе с Романовой.
– И что? – Филипп слегка напрягся, услышав вопрос следователя. Писатель рассказывал майору, как вместе с Альбиной они нашли крест в Баальбеке, но не упоминал о симпатии между ними и поцелуе потом, в Дрездене1. Но Саблин, как опытная ищейка, словно чувствовал, когда от него что-то скрывали.
– Какая она?
– Альбина?
– Да. Ты провёл с ней много времени. Понятное дело, она ничего о себе не рассказывала, да ты тогда и не знал её настоящего имени, но всё-таки… что она за человек?
– Обычная, – пожал плечами Филипп, – казалась приветливой, доброжелательной.
Саблин на секунду задержал на писателе взгляд, о чём-то раздумывая.
– Понятно. Ладно.
Филипп отвернулся к окну.
Неприятное чувство, будто соврал следователю, на мгновенье охватило его. Но, с другой стороны, он не обманывал майора, просто не рассказал всей правды.
А были ли его чувства к Романовой правдой? Сам не знал. Поцелуй ещё ни о чём не говорит. О чувствах женщины вообще не имел понятия. Поэтому…
Филипп написал СМС-сообщение дяде, что не сможет прийти вечером на ужин, прикрыл глаза и задремал.
Глава 13. Санкт-Петербург. Четверг. 15:40
При выходе из вокзала Саблина и Шульца ждала служебная машина, которая должна была отвезти сотрудников полиции на квартиру недалеко от центра города. Филипп же вызвал такси, договорившись с майором, что оставит вещи в гостинице и сразу же приедет к нему.
Писатель так и сделал, оказавшись через час в подъезде жилого четырёхэтажного дома без лифта. Он поднялся на второй этаж по широкой лестнице с красивыми деревянными перилами и нарядной лепниной под потолком. На этаже виднелись две квартиры.
Филипп постучал в дверь, так как звонка не оказалось. Открыл Саблин.
– Привет, давай, заходи, – сказал он.
Писатель прошёл в просторный коридор с выкрашенными белыми стенами, аккуратным полом из паркетной доски и высоким потолком. Квартира оказалась большой: две спальни, гостиная, кухня и раздельный санузел.
– Ого, – произнёс писатель, осматриваясь. – В криминальной полиции не так всё плохо, да? – он улыбнулся.
Саблин махнул рукой.
– Это служебная. Тут останавливаются все наши ребята, когда приезжают по делам в Питер.
Филипп зашёл в гостиную, где за круглым столом сидел Шульц и изучал какие-то документы.
Сев на мягкий тканевый диван, писатель огляделся.
Стены, как и при входе, окрашены в белый цвет, стоял журнальный столик, напротив него – два кресла. Из-за высоких потолков окна, занимавшие одну из стен, были огромными и закрыты плотными светлыми шторами. Напротив стола на высокой тумбе стоял телевизор.
– Так, – Саблин появился в гостиной, – план такой: ты звонишь Титову и договариваешься о встрече. Желательно на его территории. Первые визиты всегда лучше проводить в комфортной для свидетеля обстановке. Непонятна его роль в деле, поэтому не буду сам ему звонить и волновать, – следователь протянул писателю визитку с контактами фотографа.
– А что сказать? – спросил Филипп. – Я передумал и хочу поговорить про снимки?
– Ну примерно что-то такое, да.
– Сейчас звоню?
– Да, конечно.
Писатель набрал номер.
– Слушаю.
– Данила?
– Да.
– Добрый день, это Филипп Смирнов беспокоит.
– О, приветствую!
– Я бы хотел встретиться и поговорить о снимках, если возможно.
– Конечно! Могу к вам подъехать. Вы в том же отеле?
– Нет, нет. Давайте лучше я к вам, если удобно?
– Я буду в фотостудии сегодня до восьми вечера. Приезжайте в любой момент. Я пришлю вам адрес.
– Спасибо! Буду в течение часа.
– Хорошо!
Писатель убрал телефон и отдал визитку Саблину.
– Он ждёт нас в своей фотостудии.
– Отлично! Внизу машина. Идём!
– Удачи вам, – не отрываясь от бумаг, произнёс Шульц.
Саблин и Филипп вышли на улицу, где стоял серый седан.
Глава 14. Санкт-Петербург. Четверг. 16:20
Автомобиль остановился в тихом переулке в центре города, и следователь с писателем прошли в длинную арку, которая вывела их во двор, где несколько домов оказались настолько плотно пристроены друг к другу, что образовывали своего рода каменный колодец.
У одной из дверей, выкрашенной в тёмный зелёный цвет, висела вывеска: «Фотостудия Титова».
Мужчины зашли внутрь, оказавшись в небольшом коридоре с яркими обоями, на которых были изображены крупные цветы, похожие на пионы сливового и малинового оттенков, на глубоком синем фоне.
В конце коридора находилась стойка менеджера, за ней мужчины увидели девушку в строгом чёрном костюме. Серьёзного впечатления она не производила, так как волосы её были выкрашены в яркий оранжевый цвет, в каждом ухе торчало не менее пяти серёжек разных форм, а в носу – пирсинг.
– Добрый день, – громко произнесла она, – могу вам помочь?
– У нас встреча с Данилой Титовым.
– Одну минуту, – девушка взяла телефон. – К тебе пришли… – она вопросительно взглянула на мужчин.
– Филипп Смирнов, – представился писатель.
– Филипп Смирнов, – повторила менеджер, а затем кивнула. – Данила вас ждёт. Меня зовут Ната. Прошу вас, следуйте за мной.
Она прошла вправо, где начинался ещё один коридор.
– Ната – это Наталья? – спросил Саблин.
Девушка обернулась на следователя.
– Да. Но все зовут Ната.
Мужчины переглянулись, а майор слегка улыбнулся, покачав головой.
Проходя по коридору, гости миновали два больших зала, оборудованных под студии, в одной из них находилась модель, которую фотографировал полноватый мужчина, а молодой парнишка рядом держал серебристый светоотражающий зонт.
В конце показалась дверь. Ната постучала и зашла внутрь, приглашая мужчин зайти.
Саблин и Филипп прошли в кабинет, где за большим рабочим столом сидел Титов. Все стены помещения были увешаны чёрно-белыми фотографиями античных развалин. Филипп не удержался, начав их рассматривать.
– Добро пожаловать! – Данила вышел из-за стола, улыбаясь, и пожал писателю руку. Ната вышла, закрыв за собой дверь.
– Привет, – сказал Филипп, отвлёкшись от снимков. – Спасибо, что согласился встретиться. Позволь тебе представить майора Саблина из криминальной полиции Москвы.
Данила смутился на мгновенье, перестав улыбаться, а его голубые глаза прищурились.
– Рад встрече, – он протянул следователю руку.
– Взаимно, – ответил рукопожатием Саблин. – Прошу прощения за столь неожиданный визит. Вы не волнуйтесь. Однако, думаю, нам лучше присесть, – следователь кивнул в сторону трёх замшевых чёрных кресел у окна.
– Конечно, да, давайте присядем, – согласился Данила.
Мужчины сели.
– Итак? – фотограф смотрел по очереди на писателя и майора.
Следователь закинул ногу на ногу и достал блокнот с ручкой, тогда как Данила присел на край кресла, упершись локтями в колени и скрестив пальцы рук. Вся его поза говорила о напряжении и неудобстве.
– Я бы хотел задать пару вопросов о ваших друзьях-альпинистах, которые поехали в горы Арарат, – начал Саблин. – Вы рассказывали Филиппу, что они прислали вам какие-то снимки.
– Да, всё верно.
– Как их имена?
– Стас и Ксюша.
– А можно с фамилиями? – следователь записывал в блокноте.
– Казанцевы.
Филипп взглянул на майора. Это те самые люди, чьи тела были найдены в горном ущелье Турции. Но на лице Саблина не отразилось ни одной эмоции.
– Когда они уехали?
– Две недели назад, в понедельник.
– В какую страну?
– Вроде в Турцию, – Данила нахмурился, потирая ладони друг о друга. – А почему спрашиваете?
– Вы знаете, что родственники сообщили о пропаже альпинистов?
– Пропали? Нет, не знал. Что случилось? – лицо Данилы вытянулось от удивления.
– Когда они последний раз выходили с вами на связь? – Саблин не отвечал на вопросы собеседника, а задавал новые.
– В среду на прошлой неделе.
– Именно тогда и прислали вам снимки?
– Да. Я их показывал Филиппу, – Данила посмотрел на писателя.
– После этого они больше с вами не связывались?
– Нет. Должны были вернуться в воскресенье.
– Можете скинуть мне все снимки, которые они прислали? – попросил Саблин.
– Но…
– Если необходимо, направим вам официальное предписание из полиции.
– Нет, нет, это не обязательно. Я вам всё вышлю. Конечно.
– Я так понимаю, вы собирались поехать вместе с ними в Турцию?
– Да, они меня звали с собой.
– Почему отказались?
– Я был в отпуске в тот момент. Вернулся через пару дней после их отъезда. Не сложилось по времени, понимаете? – натянуто улыбнулся Данила, продолжая потирать ладони.
Филипп наблюдал за фотографом, и появилось ощущение, что тот ужасно нервничает. Данила не выглядел спокойно и уверенно, как в день их первой встречи в гостинице. Его голубые глаза с волнением смотрели на следователя. Он ловил каждое слово и движение майора, как будто пытался понять, подозревает ли его Саблин в чём-то или нет.
– А чем занимались ваши друзья? Где работали?
– А… м-м-м, – Данила погладил бороду, дёргая пальцами за волоски на шее, – Стас – мастер спорта по альпинизму, он давал уроки в какой-то школе. А у Ксюши книжный магазин в переулке недалеко от Садовой улицы, в городе.
– Дадите адрес?
– Да, хорошо.
– В каких отношениях они между собой? – Саблин перестал записывать и внимательно посмотрел на фотографа.
– Ну… они муж и жена. А что? – Данила продолжал теребить бороду.
– Нет. Ничего. Понятно, – следователь сделал короткую пометку и убрал блокнот. – Ну что ж, спасибо.
– А могу я узнать, с чем связаны все эти вопросы? – Данила выпрямился в кресле.
– Думаю, вы всё равно узнаете от родственников, – Саблин встал. – В горах нашли тела. Мы проводим экспертизу. Есть вероятность, что это ваши друзья.
Данила сидел, глядя на следователя снизу вверх.
Лицо фотографа не показалось Филиппу удивлённым, но, возможно, это была реакция на шок.
– Тела? – наконец произнёс он. – Мёртвые?
– Мертвее некуда, – Саблин вздохнул.
Филипп встал с кресла. Данила вскочил следом.
– Какой ужас! – сказал он, опустив глаза и отходя в сторону рабочего стола. – Невероятно.
– Сожалею, – произнёс Саблин. – Будьте готовы, что с вами свяжутся ещё раз из полиции. Возможно, придётся приехать в отделение и дать показания.
– Хорошо, – тихо ответил Данила.
Теперь он выглядел бледным и подавленным.
Филиппу захотелось сказать ему пару слов в утешение, но следователь дёрнул его за рукав пальто.
– Нам пора.
– Да, да, – отозвался Данила.
– Мы сами найдём выход. Ещё раз спасибо, и… держитесь.
Саблин и Филипп вышли на улицу, попрощавшись с Натой у выхода.
– Ну, что думаешь? – спросил следователь, закуривая.
– О чём?
– О фотографе.
– Он расстроен, – Филипп поднял воротник пальто, так как к вечеру стало прохладнее.
– Расстроен, да.
– Тебя что-то смутило?
– Смутило? Нет. Но…
– Но что?
– Да не знаю. Странное чувство. Будто…
Филипп вопросительно взглянул.
– Будто это начало очередной истории.
– Какой истории?
– Загадки. Как ты любишь.
Саблин бросил окурок и затушил его ногой.
Глава 15. Санкт-Петербург. Четверг. 17:30
Не теряя времени, Саблин попросил водителя отвезти их в магазин, принадлежавший Ксении Казанцевой, найденной в горах женщины.
Адрес книжного, как и обещал, Данила скинул на телефон Филиппу вместе со снимками. Всю информацию писатель тут же переслал следователю, но в машине по пути не удержался и просмотрел фотографии.
Ничего нового или необычного он на них не увидел. Да, были заметны остатки деревянного корпуса, похожего на большую лодку, и несколько снимков странных отметин в своде пещеры. Но у писателя не возникло новых идей относительно происхождения находки.
Всё выглядело вполне объяснимо с научной и естественной точки зрения.
Книжный магазин оказался неприметным в тихом переулке.
Саблин и Филипп подошли к двери, около которой виднелась разбитая витрина, закрытая полиэтиленом.
Они зашли внутрь. Звякнул колокольчик.
Вокруг стояли высокие стеллажи с книгами разных жанров. На тумбах при входе выставлены новинки, с правой стороны размещалась детская литература, а в глубине виднелась букинистическая секция с дорогими старинными экземплярами.
Из-за прилавка с кассовым аппаратом вышла немолодая дама в очках.
– Добрый день, – сказала она.
– Здравствуйте, – Саблин достал удостоверение и показал продавцу. Женщина сжала губы и вытаращила глаза, глядя на мужчин.
– Подскажите, – начал Саблин, – кто владелец этого магазина?
– Ксения Казанцева, но её сейчас нет. Она в отъезде.
– Вы хорошо её знаете? – следователь прохаживался по магазину, разглядывая книги.
Филипп прошёл в букинистическую секцию, слушая разговор.
– Да, конечно. Я работаю здесь почти пять лет.
– Продажи идут хорошо?
– Нормально.
– Казанцева давно занимается книжным бизнесом?
– О, нет-нет. У этого магазина раньше был другой владелец. Ксения купила его, когда оказалась без работы. Это, можно сказать, случайный бизнес.
– А где она раньше работала? – Саблин взял одну из книг в руки, листая.
– В университете.
– По какой специальности?
– Она археолог. Преподавала. Но что-то там пошло не так, и она уволилась.
Филипп выглянул из букинистической секции и посмотрел на Саблина.
Тот поставил книгу на полку и подошёл к продавцу.
– Археолог?
– Доктор наук, – с гордостью добавила дама.
Саблин глянул на писателя и кивнул, подзывая его.
– Случайно, не знаете, в какой сфере она занималась археологией? – уточнил Филипп, догадываясь, зачем его подозвал следователь.
– В какой сфере? – повторила, не понимая вопроса, продавец.
– Ну да. Какой именно археологией она занималась? М-м-м, – писатель подбирал слова, думая, как понятнее задать свой вопрос. – Может быть, она специализировалась на египетской археологии, или античной? Или океанической? Ну, то есть занималась раскопками под водой? Или выезжала с экспедициями на развалины древних городов?
– А-а-а, – улыбнулась и закивала дама. – Да, да. Ксения мне рассказывала, что в молодости ездила на раскопки. А потом начала преподавать в