Мелодия пульса бесплатное чтение
![](/img/b/203655.jpg)
Глава 1
Уровень эмпатии
Снаружи ночной клуб выглядел, как казарма. Старое двухэтажное здание советской постройки. На окнах решетки. Ярко освещенная распахнутая дверь с торца приветствовала посетителей. Кучка желающих войти и повеселиться ожидала свою очередь на фейсконтроль. Тут же тусовались отринутые. Но, судя по счастливым лицам, их нисколько это не огорчало.
В пятницу все открыто, есть выбор. Даже в час ночи. Самые веселые сбивались в кучки и организовывали спонтанные минибары с разливом из-под полы. Раздавался счастливый смех и шум.
Максим прошел через охрану легко. Стильно одетый, с приветливой улыбкой, он производил впечатление приличного человека. Охранник окинул его оценивающим взглядом, махнул датчиком и кивнул.
Клуб был средней руки, не самый модный, но довольно популярный среди молодежи. В пятницу обычно столько посетителей, что не протолкнешься. А уж к часу ночи это хорошо подогретая толпа живет своей жизнью. Как единый организм. Максим минут двадцать протискивался к барной стойке, постоянно извиняясь и по пути внимательно оглядывая девушек. К этому времени почти все они уже были основательно навеселе, с блестящими глазами и румянцем на щечках.
Наконец, он добрался до бара и сел на высокий стул.
– Могу что-то предложить? – только бармены сохраняют всю ночь профессиональную бодрость и любезность.
– Коктейль *Синий дым*.
Максим был сегодня немножко пустой, с ограниченными ресурсами. На карте последние три косаря, нужно было экономить. Поэтому заказал самый дешевый коктейль, а не свой любимый *Лонг айленд*. *Синий дым* стоил вдвое дешевле. И содержал в себе абсент и ром. Максим почувствовал, как хочет пить и неожиданно замахнул сразу половину бокала. А такие коктейли, как правило, имеют последействие. Порой непредсказуемое. Тем более, что парень уже накатил дома несколько рюмашек беленькой. Морально подготовился перед подвигами. Сегодня он был один. Все друзья как-то оказались заняты, кто чем. И он решил расслабиться в одиночку. Но с определенной целью.
Развернувшись на барном стуле, Максим присматривал девушек, кого бы подцепить. Квартира, которую они снимали с другом пополам, была свободна. Его приятель уехал навестить родителей. Упускать такую возможность было нельзя. Макс часто знакомился в ночных клубах, приглашал девиц к себе домой, чтобы провести *незабываемый вечер*. А утром очень умело от них отделывался. И больше не звонил. Он не хотел серьезных отношений.
Незаметно он прикончил весь коктейль. Почувствовал приятное тепло в груди. Жаль, денег мало, а то бы он сегодня развернулся…
Он помахал бармену и заказал еще бокал такого-же коктейля.
На случай внезапной финансовой несостоятельности у него был в запасе план Б. Надо было просто выбрать девушку попьянее, которая уже приняла на грудь, и аккуратно довести ее до такси. Или до мужского туалета. Как получится. В пятницу после полуночи такие фокусы прокатывали легко. Когда содержимое клуба уже представляет из себя просто пьяную толпу. И в этой толпе легко ловить рыбку. Помоложе и покрасивше. Пьяная дама в клубе удобна тем, что за нее не надо платить. Ведь она и так уже уделанная. Отличная экономия.
Это во времена Островского бесприданниц приглашали на пикники и катали на пароходе бесплатно. Так сказать, на благотворительной основе. А в наше-то время, поди, сначала заставили бы на шашлыки скинуться. И на бензин. Или на чем там пароходы ходят? А потом бы уже и пристрелили. С позитивным балансом, так сказать. Без кредитов и задолженностей.
А то, ишь, подавай им выпивку и закуску на халяву. Меркантильные.
С такими позитивными мыслями Максим приметил рыженькую девушку, сидевшую у стеночки на диване. Бедняжка опустила голову, может быть, спала, или просто загрустила. Максим присел рядом и слегка тронул ее запястье.
Девушка подняла голову и посмотрела на парня. Мутный взгляд и пятна на платье говорили о многом. Много было принято в этот день.
– Может, тебе воды? – ласково спросил парень, одновременно положив руку на колено девушке. – Я Макс. А тебя как зовут? Тебе плохо? Выпей, – он поднес свой коктейль прямо к губам девушки. Она взяла стакан и машинально выпила все содержимое. Замутненное сознание не позволило ей соблюсти железное правило девчачьего клубного отдыха: ничего не пить из чужих бокалов.
– Оксана. Мне нужно…в туалет… – девушка поднялась с трудом, не совсем понимая, что вокруг происходит. Вернее, совсем не понимая.
– Я помогу, – Максим радостно вскочил, поддерживая Оксану за талию и повел в мужской туалет. Подвел к двери и втолкнул внутрь. Возле раковины какой-то чувак в красной рубашке мыл руки. Он взглянул на парочку и хмыкнул. И совсем вознамерился было выйти, но тут произошло непредвиденное. Оксана каким-то чудом сообразила, что это мужской туалет и развернулась к выходу. Максим попытался направить ее к кабинке и слегка подтолкнул. Девушка закричала.
– Отпусти меня! Ты…ты…
Парень на выходе обернулся.
– Эй, отпусти девушку. Она не хочет туда идти. Что ты вообще творишь?
– Не твое дело. Вали отсюда, – Максим разозлился. А скорее всего это абсент из коктейля запротестовал. Оставалось всего два шага до заветной цели.
Парень в красной рубашке вовсе не собирался драться.
Он открыл дверь туалета и заорал во всю глотку:
– Охрана, сюда, охранааааааа!!!
Через несколько секунд в туалет ворвались двое крепких парней в черных костюмах.
– Вот он, – парень в красном показал на Максима, – решил девчонку затащить в кабинку. А она не хочет. Напоил и еще издевается!
Охранники вмиг оценили ситуацию, скрутили Максиму руки и потащили к выходу. Им не нужны были проблемы, полиция, скандалы. Репутация клуба всегда на первом месте.
Максима выволокли на улицу, отвели за угол на достаточно приличное расстояние от входной двери и пару раз аккуратно, но сильно двинули в печень. И кинули на газон.
– Мы тебя запомнили. И видеокамеры тоже. Еще раз появишься, уголовку тебе устроим. Попытку изнасилования, понял?
Максим стоил на четвереньках, на траве. Он молча кивнул.
Охрана скрылась за дверями клуба. Максим сел на клумбу. Джинсы вымокли от вечерней росы. Похлопав по карманам, он понял, что потерял телефон. Или его украли. Надо было как-то добираться домой.
– Ну что, как тебе клиент? – Эгри кивнул на парня, сидящего на газоне, – уже пора или подождем?
Варвара помедлила и очень неуверенно сказала:
– Мне кажется, надо ждать. Тут еще что-то будет.
– Умничка. Ждемс.
– Насмотревшись фильмов Альмодовара, не хожу я вечером по городу, – пошутила девушка. Мужчина ухмыльнулся. Попалась ему интеллектуалка. Еще и с юмором.
Черный джип, запаркованный неподалеку, удачно схоронился в тени здания. Мужчина и девушка на переднем сидении внимательно смотрели на Макса. Они чего-то ждали.
В переулке показалась компания из трех подростков лет шестнадцати. Они увидели пьяного на газоне и ускорили шаг.
– Игореха, смотри.
– Вижу.
Игореха имел крепкое телосложение, как у спортсмена.
Подростки окружили Макса.
– Слышь, ты, алкаш. Телефон есть?
– Нет.
– А если найду?
– Нет телефона. В клубе потерял.
– Гони сюда айфон и бабки. Лучше по хорошему.
– Нет ничего у меня.
Макс попытался подняться, но количество выпитого и побои мешали держать равновесие.
Подросток с именем Игорь легонько пнул Макса в бок ботинком.
– Давай деньги, ты, фраер. Или хуже будет.
Макс неожиданно схватил его за ногу и дернул. Игорь не успел сгруппироваться, упал на спину и ударился головой о бордюр.
– Ах ты… – непечатная брань разнеслась в переулке. Все трое набросились на Макса и принялись пинать его ногами. Макс лежал на траве, закрыв голову руками.
Второй подросток, худой, как глист, с очень бледным лицом, нашел арматуру и несколько раз ударил Макса по темени, разбив ему затылок и пальцы. Затем они обшарили его карманы, нашли кредитную карту и несколько купюр. Ключ от квартиры бросили тут же.
– Ладно, делаем ноги. А то еще увидят.
И все трое быстро направились в ту же сторону улицы, откуда пришли. Потом бледный вернулся, поднял арматуру и побежал к своим.
Макс неподвижно лежал на газоне. На затылке виднелась рана, кровь капала на землю.
– Ну что, пора?
– Пора.
Эгри, сидевший за рулем, завел машину и очень медленно и плавно поставил джип впритык к газону.
Они вышли из машины и открыли багажник.
– Лифт, – Варвара нажала рычажок и складная металлическая лесенка выехала из багажника и опустилась на землю.
– Бери за ноги, – Эгри подхватил парня за плечи и потащил к машине. Варвара держала ноги. Тело было очень тяжелым. Его положили на лифт и Варя опять нажала рычажок на боковой стенке багажника.
Лифт медленно, с тихим жужжанием, поехал наверх и загрузил тело внутрь. Эгри и Варвара придерживали ноги и голову Макса, чтобы он поместился.
– Теперь сама сможешь?
– Наверное, да. Можно еще за ноги подтащить, развернуть и еще подтащить. Можно просто катить, если очень тяжелый.
– Угу. Что еще мы забыли?
Варвара в недоумении смотрела на Эгри.
– Ключ от квартиры, – он кивнул в сторону газона.
Варвара метнулась и схватила ключ.
– Да. Чуть не забыла.
Машина тронулась. Тщательно соблюдая правила, джип проехал пару кварталов, по дворам. За поворотом, после плотины, внезапно вынырнул из темноты сотрудник ДПС и махнул своей полосатой палочкой.
Эгри, сидевший за рулем, вышел из машины. Подошел к сотруднику и широко улыбнулся.
– Добрый вечер, Иван Федорович. Давно не виделись. Как твой перелом? Все нормально, больше не болит? Или на погоду ноет?
Сотрудник ДПС, мужчина лет сорока, ошарашенно смотрел на Эгри. Автоматически пожал протянутую руку.
– Знакомы?
– Конечно. Эдуард. Мы же у Петровича виделись. Ты сам рассказывал про свою руку, как поломался на даче, в погребе. Нормально все?
– Да, все в порядке. Ну ладно, можешь ехать.
– Жене привет, Маше. Рад, что новая работа у нее. Ну, пока.
– Пока.
Сотрудник ошалело смотрел вслед Эгри. Не мог вспомнить, кто этот странный парень, который знает Петровича. Его непосредственного начальника.
– Круто. Очень круто. Когда я смогу так? – Варя восхищенно смотрела на куратора.
– После третьего курса. И ментальной чистки.
– Скорей бы.
– Не торопи время. Это не имеет смысла.
– Ты даже права с собой не брал!
– В том и соль. В навыках общения, а не в правах. И не свети зря свои документы. Можешь считать, это был мастер-класс. Дополнительное обучение.
– Любое общение с тобой – мастер класс.
Эгри улыбнулся. Любил работать с талантливыми учениками. Но эта попалась… Н-да, посмотрим, что дальше будет.
Джип промчался по центральной улице, свернул на кольцо и ехал еще десять километров. Дальше начинался частный сектор. В провинциальных городах много таких районов. Они сохранились до сих пор. Частные дома старой постройки середины прошлого века, многие даже с колодцами и печками. Городские власти такие районы постепенно сносят, застраивают, выкупают землю под парковки и торговые центры. Но некоторые районы еще спят. И живут своей жизнью, храня много тайн.
Авто остановилось у ворот небольшого домика в конце улицы. Дальше начиналось поле.
Эгри нажал красную кнопочку на ключе и …обычные деревянные ворота с нависным замком подались в сторону, как шкаф-купе. Замочек так и остался болтаться на одной половинке.
Машина въехала во двор и створки ворот сомкнулись.
Забетонированный двор, от порога дома до забора, был закрыт крышей из пластика.
– Носилки давай.
Вдвоем они перетащили безвольное тело на больничную каталку и задвинули его в открытые ворота гаража. Максим не приходил в сознание. Через гараж они прошли пару комнат и попали в большое помещение со множеством шкафов. Максима раздели догола. Сообщники переоделись в хлопчатобумажные хирургические красные костюмы. И прошли в соседнее помещение, напоминавшее по виду настоящую операционный блок. Огромная лампа над столом, шкафы с инструментами, хирургический столик, накрытый стерильной простыней. Каталку поставили прямо под лампой, рядом с хирургическим столом.
– Так, на живот. Рана на темени.
Максима положили спиной вверх и пристегнули к поручням.
Вдвоем они быстро выстригли волосы на темени Макса.
– Рана поверхностная, хлоргексидином обработать надо, на всякий случай, – Варвара взяла со столика пузырек с раствором, пинцет с тампоном и обработала рану на затылке Максима.
– Тут рана небольшая, пару швов наложу.
– Делай, как знаешь.
– Остальное аэрозолем зальем. Жидким пластырем. Крови мало. Тут типа ссадины даже. И отек. Чуть кожа ободрана. Но удар был сильный, есть сотрясение и кровоизлияние в мозг. Чистить надо.
– Чисть. Только датчики подключи для контроля. С пластырем не торопись, посмотрим эффект.
К телу и голове Макса подключили клеммы.
– А хорошо ему по голове дали. Есть сотрясение мозга. Симптом очков – синяки под глазами. Но перелома основания черепа нет. Есть разрыв сосудов и кровоизлияние в мозг. Типичный геморрагический инсульт. Причем сосуды вообще от рождения плохие, расположены нетипично. Вообще какие-то петли. Артерия была искривлена, поэтому при ударе и произошло кровоизлияние. Площадь поражения небольшая. Жить будет, но паралич односторонний обеспечен. Прогноз серьезный.
Варвара водила головкой датчика по затылку Максима.
На экране показалось какое-то красное месиво.
Видишь, это зона поражения. Надо ее убрать.
– Убирай.
Варвар положила датчик на место и сняла резиновые перчатки.
– Самая грязная часть работы. Брезгливая ты моя.
– Потерплю. Хотя и противно.
– Давай уже, а то крякнет клиент.
– Не суждено ему у нас крякнуть. Тут-то точно не будет этого.
Варвара протянула руки к голове Макса и поводила ладонями над теменем.
– Так, кровь уже свернулась. Надо полость почистить. Сделай мне черную дыру.
Эгри взял металлическую трубку из стенного шкафа и приставил к голове Макса.
– Такая пойдет?
– Да.
Из трубки повалил дым.
– А быстро мы его забрали. Кровь, конечно, свернулась, но сосуды еще не все забиты. Еще бы минут десять, и кирдык. Так, есть поражение окружающих тканей, надо кислорода добавить.
Из металлической трубки повалил густой дым.
– Вытяжка!!! – они закричали одновременно.
Эгри метнулся к настенной вентиляции и нажал кнопку. Затем открыл все оконные рамы на проветривание.
– Забыли. Ну как тут у тебя?
– Кровоизлияние почти все ушло. Надо теперь это все на место. Тут же полость получается. В смысле, на месте кровоизлияния. Это вот залатать надо. Окружающие ткани подтянуть. Так, метаболизм ускоряем. Тканевое дыхание.
Рана на голове Макса постепенно затягивалась. Исчезла отечность и ссадины. На месте выстриженных волос виднелась чистая кожа, только разводы засохшей крови еще сохранялись, больше по краям, на волосах. И свежие швы.
– Я думаю, с инсультом мы тут относительно разделались. Остальное сделает кровообращение. Хотя кровеносная система у него, конечно, дрянь. Давай дальше, что у нас тут еще?
– Пальцы переломаны, его ж арматурой били. Он голову руками закрывал, вот и прилетело. И на спине есть синяки и ссадины.
Варвара подержала ладони над спиной. Синяки и царапины от побоев рассасывались сами собой, как будто в ускоренном видео. На правом плече виднелось огромное синее пятно.
– Ого, я незаметила. А ведь здесь есть трещина плечевой кости. Сильно пнули эти ребята.
Варвара взялась за плечо и подержала ладони минуты две. Посмотрела, приложила ладони еще раз и отпустила. Чистая, гладкая кожа. На плече не осталось даже следов побоев.
– Так, еще спина.
Варвара провела ладонями над спиной и почувствовала тепло справа от позвоночника.
– Это же печень. Разрыва нет, но треснули ему сильно эти охранники. И молодежь еще добавила. Есть ушиб мягких тканей.
Постепенно все синие пятна и ссадины исчезли. Остались только следы крови кое-где.
– Его можно перевернуть.
Макса отстегнули и перевернули лицом вверх.
Варвара взяла правую кисть.
– Есть перелом двух пальцев. И на левой еще большой палец.
На исправление переломов ушло еще пятнадцать минут.
– Тебе надо отдохнуть. А я займусь протоколом.
Эгри отошел в угол, где стоял письменный стол и сел за компьютер.
Варвара помыла руки под раковиной и щедро побрызгала аэрозолем со спиртом. Вышла в соседнюю комнату. Достала маленькую черную коробочку с кофейными капсулами. Вставила капсулу в кофейный аппарат. Приготовила две чашки кофе, поставила на поднос и пошла к Эгри.
– Угощайся.
– Ты просто золото.
– Не могу без кофе.
Эгри с наслаждением отхлебнул из маленькой чашечки.
– Чувак почти готов. Мой протокол тоже. Надо его уже грузить и отправлять. Скан еще один для заключения и давай заканчивай.
– Йес, сэр.
Варвара присела рядом на винтовой стульчик. Кофе обычно бодрит, но не надолго. Надо было торопиться. Она была жаворонком и ночную работу не любила. Но специфика службы определяла рабочий график. И тут ничего изменить было нельзя.
– Ну, что скажешь, Варвара-краса?
Так называть себя, она позволяла только Эгри, своему куратору. Если кто-либо другой пытался с ухмылочкой ее так называть, Варя отвечала *сам Иван-дурак*. Или *а ты дурочка-Снегурочка*. Это сразу успокаивало шутников. Сразу дать сдачи, это работает всегда. Проверенное средство.
– Суперводила. Если пить не бросит. У него пространственное ориентирование как у супермена. И есть быстрота реакции. Достался же кусок генов такому. Мерзкий тип. Алкоголь регулярно, даже несколько раз в неделю. Кальян, иногда еще и дует, но только в компании. Сам не увлекается.
– Утешает, конечно, – Эгри с наслаждением потягивал кофе.
– Если завяжет с алкоголем, можно в навигаторы, – продолжила сканировать Варвара. – Способности есть. У меня какое-то странное чувство, как будто отвращение. Не знаю, почему. Жалости нет, сочувствия нет. Есть злость.
– Посмотри по предкам.
– Там вообще какая-то каша. Ничего не вижу. Но отец и мать есть. Приличные люди. Отец слегка попивает. Но в меру. У матери есть перегруженность физическим трудом. Живут в области. Сыночку обрабатывают. А он гулеванит.
Варвара видела многое в людях. За эту колоссальную способность к сканированию Эгри и взял ее на кураторство. А он-то в курсантах разбирался.
Вспомнил, как увидел ее в первый раз. Тогда, на проспекте, он вдруг увидел, как девушка переводит бабулю через дорогу. И засмотрелся. Машинально просканировал. Результат удивил. Едва не сшибая прохожих, он кинулся вдогонку и бежал целый квартал.
– Давай его в ревитализатор и отчет уже заканчивать.
Вдвоем они развернули каталку и подтянули ее к огромному овальному стеклянному люку в стене. Варя распахнула прозрачную дверку и каталку впихнули в узкое помещение, напоминающее металлический шкаф. Варвара нажала красную кнопку на пульте и шкаф внутри вспыхнул ярким светом.
– Я думаю, с таким кровообращением головного мозга я только тело настрою, голову не будем трогать. Запрограммирую только печень, почки. И селезень. Эндокринка у него тоже никакая. Не будем трогать.
Слово *селезень* обозначало внутренний орган селезенку. Оно использовалось в клиническом жаргоне старых врачей. Они так даже писали это слово в историях болезни вместо *селезенка*. В эпоху чернил и шариковых ручек, когда еще не было повальной цифровизации. Варвара специально использовала такие словечки, чтобы посмешить Эгри. Его улыбка всегда была для нее высшей наградой за труды.
Стеклянную дверку закрыли и настроили программу. Внутренность ревитализатора озарялась фиолетово-красными вспышками. И тихо жужжала.
– Отчет гляну, – Варвара присела рядом с Эгри, потянулась за чашкой и допила свой холодный кофе.
Внимательно прочитала отчет.
– Эгри, прогноз сомнительный. По ментальным качествам. Там тоже черная дыра. Я очень, очень сомневаюсь.
– Угу, принцип чиновника: сомневаешься, не подписывай. Прорицательница ты моя. Прям Кассандра. Ладно, прогноз исправляю на сомнительный. Уговорила.
– Я приберусь.
– Я помогу.
Варваре нравилось, что Эгри делал вместе с ней всю грязную работу. Это было настоящее равноправие. А не то, что, вот там…
Каталку с Максом передвинули в комнату для переодеваний.
В оперблоке собрали инструменты, помыли и поместили в сушильный шкаф. Протерли пол. Включили ультрафиолетовую лампу для дезинфекции. И потушили свет.
– Куда его теперь? – Варвара радовалась, что не за рулем. Невыспавшийся жаворонок это страшный зверь. Да еще и как водитель.
– Давай к дому. Денег у него нет, так что ему поближе к жилищу. Сам не доберется.
– Что у нас со временем?
– Почти пять.
Макса кое-как одели, напялив его шмотки. Всю одежду наизнанку. Это было их правило. Пусть клиент задумается, что происходит. С каталки Макса посадили в салон, как приличного человека. Лишний раз не стоило рисковать. Чувак в багажнике – куча вопросов от ДПС. А им это ни к чему. Когда отъехали, припарковались в безлюдном месте, на пустыре, за гаражами. Вытащили из машины и посадили прямо на землю, прислонив к железной стенке гаражного бокса. Варвара положила ладонь на голову Макса, а вторую на затылок, затем похлопала по щекам. Он внезапно очнулся и дернулся испуганно.
– Молодой человек, что с Вами? Вы прямо на земле лежали. Без сознания. Что-то случилось?
– Не знаю. Я в клубе был. Потом не помню.
– У вас кровь на голове. Вы что, подрались?
– Не помню, – Максим нащупал ладонью швы.
– Что это?
– Да у вас какая-то рана. И волосы выстрижены.
Максим потрогал свежие швы на темени. Затем попытался нащупать телефон к карманах своего вывернутого наизнанку пиджака и ничего не нашел. Ни телефона, ни карманов.
Тут он оглядел себя и понял, что вся одежда на нем изнанкой наружу. Телефон и деньги отсутствовали от слова совсем.
– Это Ваш ключ? – Варя протянула ему ключ от квартиры.
– Это здесь было, на земле. Вы уронили?
– Наверное. Голова болит.
– Мы Вам поможем. Как Ваше имя? – Эгри был сама любезность, несмотря на отвращение, которое он испытывал к этому человеку. Непонятно, почему.
– Максим.
– Где Вы живете? Мы Вас отвезем. Назовите адрес.
– За плотиной. Разъезжая, дом пять.
– Поехали, – Эгри устал от этого балагана. Он приподнял Макса легко, как пушинку. – Давай, садись в машину. Мы тебя домой отвезем. Или, может, скорую вызвать? Или полицию?
Эгри прекрасно знал, что такие авантюристы, как этот Макс, особо к официальному спасению не апеллируют. Поэтому и предложил. Еще и с издевкой, ласково добавил:
– Как Вам удобнее?
Тут Максим оглядел пустырь, понял, что это безлюдное место за гаражами, и очень захотел домой. Вот просто очень-очень. И еще он оценил, что его не грабят, не бьют эти незнакомые люди, а предлагают помощь.
– Да, пожалуйста, отвезите, – он кивнул было головой, но это было больно.
До дома Максима доехали быстро.
– Вам здесь нормально выйти? Дойдете?
– Конечно. Я вам так благодарен. Вы меня прямо спасли.
Варвара вышла из машины:
– Да, Макс, ты голову доктору покажи. А то у тебя там нитки какие-то. Вот здесь, – и положила ладонь на темень, а другую на лоб. И Макс моментально забыл, кто они такие и что говорили. Он увидел девушку рядом с собой и решил подкатить.
– Я Макс. Познакомимся?
– Нет, – Варя быстро вернулась в машину.
– Подцепить меня решил. Кавалер из клуба.
– А быстро ты научилась их выключать. Сначала-то не получалось. Теперь по щелчку.
– Учителя хорошие.
– Давай за ним понаблюдаем. Проведем до подъезда.
Машина тихо поползла по двору, параллельно тротуару у дома, их разделяла зеленая зона и детская площадка.
Несмотря на все перенесенные манипуляции, Макс помнил свой адрес. Он медленно побрел к подъезду, пытаясь вспомнить, что с ним произошло. Поднял руку и пощупал швы на темени.
Мимо пробежали две девицы из соседнего подъезда. Они прыснули от смеха. Макс понял, что они смеялись именно над ним. Он оглядел себя и осознал, что вся его одежда надета наизнанку. Этот печальный факт ввел его в состояние ужаса. Как могло так случиться, что он надел все, абсолютно все наизнанку и вышел на улицу? Рубашка, куртка, джинсы, все вывернуто, как будто специально. В руке был ключ от квартиры. Он попытался идти быстрее. Ноги плохо слушались, голова болела. Он сделал шаг и внезапно потерял равновесие. К нему в ноги бросилась маленькая собачка. Это был щенок, месяца два от роду, которого в четыре утра привезли на большой синей машине и выбросили в центре двора. А затем быстро уехали. Так же, как и Макс, щенок не понимал, что происходит, и кидался под ноги всем проходящим людям. Он бросился к Максиму просто потому, что родился в семье, от домашней собаки, и привык доверять людям. Он все еще воспринимал их как источник тепла и безопасности. Поэтому пытался вернуть ту реальность, из которой его выбросили, открыв дверку синей машины. Очень хотел вернуться к людям. Максим был единственным обитателем двора в этот момент и щенок кинулся к нему.
Макс не смотрел под ноги, поэтому запнулся об щенка и потерял равновесие. Пытаясь прийти к балансу, он замахал руками и ногами и фактически заплясал на месте. И с размаху упал прямо на бордюр возле подъезда. Полежав секунд десять, он вдруг осознал, что цел и невредим и медленно, опираясь на руки и цепляясь за решетку ограды, поднялся. На джинсах и светлой куртке расплывались мокрые пятна. В добавок к тому, что одежда его вообще была очень грязной уже после клубного веселья. Он упал прямо в лужу. Ночью шел дождь и вода скапливалась в неровностях асфальта. В которые он и угодил. Маленький щенок песочного цвета, с черной мордочкой, доверчиво уцепился лапами прямо за его джинсы, еще больше испачкав их. Тут Макс понял, почему он упал. Он запнулся об эту мелкую тварь, которая еще и замазала его грязью.
– Ах, ты.. – Макс сматерился трехэтажно и с размаху пнул щенка кроссовком. Пронзительный визг был слышен во всем районе. Так кричат от сильной боли или от горя. Щенок ударился о скамейку и скулил, не понимая, за что с ним так обошлись. Он ведь так любил людей. Преданной и безусловной собачьей любовью.
Тут Макс увидел двоих незнакомых людей, бегущих к нему, мужчину и девушку. Они бежали от машины. Где он ее видел?
И тут он вспомнил все. Коктейль *Синий дым*, пьяную рыжую Оксану, которую он пытался затащить в кабинку туалета. Парня в красной рубашке и профессиональные действия секьюрити. И троих отморозков, избивших его до полусмерти на газоне.
И еще он увидел очень четкую картину, как его грузят в черный джип лифтом и везут по ночному городу. Оперблок и яркий хирургический светильник над головой. И как его лечили. И грузили в витализатор. Красно-фиолетовые всполохи аппарата и тихое жужжание. Все это плыло у него перед глазами, до мельчайших подробностей, несмотря на полное отсутствие сознания в это время. Двое, мужчина и женщина, которые к нему приближались, они и были его спасителями. Макс осознал, что только что перенес инсульт и вылечился от него в считанные часы. И вообще, стал абсолютно здоровым человеком, который чудом избежал паралича. Откуда взялось такое ясное осознание произошедшего, Макс не понимал.
Женщина подбежала… нет, не к нему, а к щенку и схватила его на руки.
– Ну что ж, хоть кого-то сегодня спасем, – сказал мужчина странную фразу, равнодушно глядя на Максима, и добавил повелительно: – Дружище, ступай-ка ты домой. Да побыстрее.
Макс сразу понял, что лучше не спорить, послушно подошел к подъездной двери, набрал код и зашел внутрь. В лифте нажал на кнопку шестого этажа и вдруг почувствовал странную слабость. Резко заболело правое плечо, голова стала тяжелой. В большом зеркале на стене отразилось лицо с огромными синяками под обоими глазами и ссадины на лице. Тонкая струйка крови появилась из под линии роста волос в середине лба и потекла к носу. Макс хотел вытереть кровь и поднял было правую руку, но застонал от резкой боли в плече. Голова тоже страшно заболела. Как будто его били по ней. Он вспомнил, как его пинали на газоне подростки. Двери лифта открылись и Макс буквально вывалился из них, как мешок с картошкой. Он облокотился о противоположную стену и запачкал ее кровью. Цепляясь за стену, дошел до квартиры и попытался вставить ключ в замок. На правой кисти сломаны были указательный и средний палец. И поэтому пользоваться правой кистью он немог совсем. Ключ он держал в левой руке, испытывая боль в большом переломанном пальце. Он с трудом, пользуясь двумя руками, вставил ключ в замочную скважину и повернул. Все это стоило ему жутких усилий. Превозмогая боль и шатаясь, зашел в коридор и упал на пол. Лужица крови тихо ползла от его головы.
Через неделю приехали его родители из деревни, обеспокоенные молчанием сына, который не брал трубку. Тело Максима лежало в коридоре. Они вызвали скорую и полицию. Вскрытие показало кровоизлияние в головной мозг, сотрясение, перелом правой плечевой кости, переломы фаланг пальцев и множественные побои.
––
Апрельский парк полыхал белым и розовым цветом распускающихся бутонов. Щенок песочного цвета, с черной мордочкой, бегал по дорожке, рассматривая и нюхая все, что попадалось на пути. Маленькая жизнь исследовала новый мир.
На шее красовался новый красный ошейник с крошечным бантиком. Это была девочка.
– Уровень эмпатии один из десяти. Скупо ты ему поставила. Варя, ты грозный и очень строгий преподаватель. Если ты когда-нибудь будешь у нас вести курсантов, так они у тебя на стены лезть будут. Хотя, мне кажется, у тебя прекрасные педагогические способности.
– Он сам сделал свой выбор. Пинать животное, это не человеком надо быть, а я не знаю, кем. Просто какая-то двуногая тварь.
– Мне нравится твой юношеский максимализм. Эмоциональность прекрасная черта. Сестра таланта. Но все-таки, у него было два балла.
– Вы правы, мэтр. Но я бы с ним работать не хотела, – тут Варя внимательно посмотрела в кусты и громко закричала:
– Бирси, а ну, иди сюда! Что ты там нашла, выплюнь немедленно!
Варвара кинулась к щенку, взяла за ошейник попыталась отобрать зажатый в зубах предмет.
– Дай сюда, я тебе говорю, – наконец пасть разжалась и Варя выхватила кусок старой кости. – Нормально так, в парке косточки валяются. Ты посмотри!
– Варька, брось это. Иначе еще одно уголовное дело получим. Ну его нафиг.
Эгри отобрал у Вари кость, подбежал к пруду и кинул в воду.
– Все, загадки старого замка сокрыты.
Варя достала салфетки со спиртом, вытерла руки себе и Эгри.
– Варвара-краса, длинная коса. У меня есть для тебя сообщение. Одно плохое, другое хорошее.
– Давай с плохого.
– Твоя Бирси сделала золотую кучку и ее надо убирать.
Варвара выхватила полиэтиленовый мешок и спиртовые салфетки, кинулась, как коршун, и в момент вычистила кусок асфальта до стерильного. Бирси ей усиленно помогала, носом и лапками.
– А вторая?
– Ты прошла первый уровень.
Улыбка женщины говорит о многом. Варя улыбалась так, как будто все блага мира были у ее ног.
– Поздравляю. Ты теперь официально курсант Магической академии, факультет биомагии. Зачисление на следующей неделе. В среду. Готовься.
Магическая академия существовала уже триста лет. Но это было не обычное учебное заведение, в классическом варианте. Если бы кто-либо посторонний решил ее посетить, так это у него вовсе не получилось бы. У академии были факультеты, кафедры, преподаватели, учебный отдел, ученый совет, ректоры и проректоры. И каждый день обучались сотни студентов. Но, проникнуть в не могли только свои. При наличии определенного уровня доступа. Первый уровень получали студенты, прошедшие испытательный срок. На период прохождения его их называли курсанты.
Продолжительность его и программа подбирались индивидуально, под каждого кандидата. Проходили его примерно процентов десять. Остальным просто стирали память и они забывал все, произошедшее за период прохождения испытательного срока. Их отправляли восвояси. Подбирали людей с определенными способностями, талантами, в том числе, скрытыми.
Самыми крупными были факультеты техномагии, геомагии и биомагии.
Варвара уже имела уже к этому времени диплом выпускника обычного медицинского вуза. Поэтому Эгри ее и приметил. Как опытный куратор, он умел считывать данные полученного опыта и способности у незнакомых людей. Тогда, на проспекте, когда он ее увидел, это было как вспышка озарения. Все его курсанты были талантливы. Но некоторые были уникальны.
Как Варвара.
Глава 2
Черный джип припарковался на заднем дворе современного здания банка. Уродливый стеклянный куб претендовал на звание шедевра архитектуры. Обширная парковка была как будто рассчитана на супермаркет. Эгри вышел из джипа, пискнул ключом и направился к незаметной двери. Небольшая красная наклейка с перечеркнутым кружочком сообщала всем входящим, что вход воспрещен. Но, вероятно, не для этого посетителя. Эгри приложил маленькую пластиковую карточку к наклейке и дверь бесшумно открылась.
– Я тебя срочно выдернул. Тут такое дело… Будут сборы. Надо готовить отряд.
– Опять браберы?
– Дэжики.
– Сколько нужно?
– Всех, кого сможешь.
– Молодняк кидаем?
– Всех.
– У меня мало людей.
– Кто есть, задействуй, а пока, давай там, подготовкой займись.
Получи все необходимые ресурсы у Бургера и давай, успевай. Месяца два тебе. И планируем операцию. И вот еще.
Сергей Иванович подошел к сейфу, набрал код и открыл толстую дверку. Достал какую-то вещь и бросил на стол перед Эгри.
– Полюбуйся. Знаешь, что это?
На столе лежал отрез какой-то материи серого цвета.
Эгри неохотно потянулся к нему, взял ее и пощупал тремя пальцами, как купец в лавке.
– Ну, вроде, кусок ткани. Как будто хлопок.
– О происхождении этой материи никаких мыслей вообще не возникает?
– Индия?
– Почти угадал. Шри-Ланка. Где-то там, вероятнее всего. А насчет качества что думаешь? Из чего это сделано?
– На вид хлопок. Возможно, с примесью синтетики. На ощупь противный. На вид, как-будто бы, блестит. Я бы такой не купил. Дешевка.
– Самая дешевая ткань в магазинах. Почти вдвое дешевле, чем узбекский хлопок. Ею сейчас вся текстильная промышленность завалена. Сечешь объемы? Оборот. Спецодежда различных государственных компаний и частных фирм. Всякие направления. одежда для больных в стационарах, клининговых компаний, вообще разная спецодежда. Наматрасники, наволочки, постельное белье в госучреждениях. Еще куча всякого барахла, платья, там, костюмы, халаты. Уже пошили и продают. Все магазины дешевой одежды и тканей забиты. Чуешь?
– Масштабы чую. Суть проблемы не улавливаю.
– Лабораторные анализы ткани показали, что это очень тонкое, искусно выделанное и спрессованное каменное полотно. Каменное!!! Это камень.
– Инопланетного происхождения?!
– Вот поэтому я тебя и ценю. Ты первый угадал сразу. Портал заработал. И это контрабанда.
Выйдя на парковку позади банка, Эгри какое-то время постоял возле входа, вдыхая свежий воздух.
Стрессоустойчивость – необходимая и почти самая основная черта куратора. Иначе сойдешь с ума. Эгри уже понял, кого придется отправить и расстроился. Вернее, даже не расстроился, а помрачнел. Вроде и часто приходилось отправлять студентов в командировки, но всегда было жаль. И он давил в себе эту жалость, старался как можно сильнее очерстветь. Но уровень эмпатии очень этому мешал.
––
Магическая Академия совершенно не соответствовала канонам классического ВУЗа. В нем не было обычных зданий с огромными воронками аудиторий и множеством практикумов, как пчелиные соты. Студенты обучались индивидуально, по собственной, тщательно подобранной программе. Под надзором группы кураторов.
На подготовительном этапе выявляли таланты, способности, наклонности ученика. И выбирали направление обучения.
Сейчас перед Варварой поставили задачу найти водителя для их команды. Это задание полностью базировалось на интуиции Вари. Она должна была увидеть человека с подходящими способностями и ревитализировать его. То есть, вернуть к жизни. Участники группы искали избитых, больных на грани смерти, получивших инвалидность, травмированных. Которым нечего было терять. У них впереди только обездвиженность или вечный холод. Или пекло. Им давали второй шанс. Но при одном условии: наличия определенного уровня эмпатии. После спасения объект не должен был совершать неэтичные поступки, тем более, преступления. Против любых живых существ. Его осознанность была гарантией точности выбора его опекунов. Если же человек не понимал, как ему повезло, и продолжал агрессировать по отношению ко внешнему миру, его возвращали в точку отсчета. В то место и ситуацию, из которой спасли.
––
– Ну что, пока ты справляешься блестяще.
Эгри и Варвара сидели в кабине колеса обозрения и плавно поднимались вверх.
– Зачем ты затащил меня сюда?
Весенний город внизу постепенно удалялся и становился игрушечным. Бирси заскулила и закрутилась беспокойно на коленях у хозяйки. Варвара расстегнула замок куртки, запихнула щенка под нее и застегнулась до верха. Обняла щенка одной рукой. Кабинка чуть покачивалась и скрипела.
– У меня для тебя две новости, одна плохая, вторая хорошая.
Варвара оттянула ворот куртки и с наигранным ужасом посмотрела внутрь, на два преданных глаза и розовый язык.
– Нет, золотых кучек нэма. В чем страх плохой новости?
– Сначала хорошая. Тебя направляют в группу физической подготовки.
– Это физкультура, да? В универе я ее ненавидела. Чокнутый препод гонял нас на набережную и заставлял ползать на полусогнутых по наклонной стенке. У чела реально садистские наклонности.
– Его фамилия, адрес, место жительства.
– Ой, не могу, умора…..ха-ха-ха-ха…– Варвара хохотала, как сумасшедшая, над шутками Эгри. Это была ее дань за его отношение.
Она все время хотела ему понравиться. Причем, именно, как преподавателю. Как мужчина он не вызывал в ней никаких чувств. Он был чуть ниже ее роста, с непокорными рыжими кудрями, очень коротко подстриженными, и весь в веснушках. Одевался он очень скромно, как будто шмотки покупал на рынке. Джинсы, майка, серая курточка. Но уверенность в себе и безразмерная харизма делали его очень привлекательным в глазах слабого пола. И еще железная хватка. Он это знал за собой и без зазрения совести пользовался. Но не со студентками. Здесь у него было жесткое табу. Абсолютный запрет. Несмотря на изобильное внимание. Внутренняя привлекательность всегда работает более мощно, нежели внешняя красота.
– А почему это плохая новость? Я там что-то плохое увижу?
– Ты там увидишь, где раки зимуют. Это была плохая новость. А хорошая в том, что ты только-что прошла тест на страх высоты.
– И в чем этот тест заключается?
– Отсутствие паники наверху. Ты спокойна. Не трясешься, не орешь. Переносимость высоты нормальная.
– Ну, если меня не заставляют перепрыгивать с кабинки на кабинку.
– Перепрыгивать – нет. Перелетать – да.
Варвара не знала, что сказать и просто молчала.
– Поверь мне, это восхитительно. Первый урок завтра. Возьми спортивный костюм. И бутылку воды. Ну, как в фитнесс. Если что, звони. Да не смотри на меня так. Завтра летать никто не будет. Я пошутил.
––
В Академии не было обычных занятий в аудиториях. Студентов провожали их кураторы, показывали локацию и знакомили с преподавателями. Они все это запоминали и затем уже приходили сами. Но никаких табличек или вывесок не было. И быть не могло.
Эгри подвез ее до санатория Рассвет. Там лечили грязями и минеральной водой. Все обучающиеся были разделены на группы по четыре человека. Так и селили в комнатах. Варвара быстро со всеми перезнакомилась. И вспомнила школу, когда ее отправляли в детский летний лагерь. Там были примерно такие же корпуса.
Спортивный зал, средних размеров, был неожиданно уютным. Во всю стену простиралось огромное зеркало, да еще и с балетными поручнями. Вся группа скучковалась возле него, выделывая разные па и кривляясь.
На полу лежал кусок желтой ткани. От центра радиально расходились швы и Варвара не сразу поняла, что это парашют. Плацдарм для дрессировки группы будущих диверсантов. Или кого там из них хотели сделать. Варвара еще не знала.
Преподаватель, молодой парень, смотрел на них с любопытством и снисхождением. Уже потом они узнали, что Герман был участником боевых действий и прошел огонь, воду и медные трубы.
Все расселись по периметру парашюта. Девчонок было двадцать человек.
– Давайте знакомиться. Пусть каждый расскажет о себе. Если я буду задавать вопросы, прошу отвечать быстро, не задумываясь и максимально честно.
Очередь дошла до Варвары.
– Меня зовут Варвара.
– Варенька, никогда не говори: *Меня зовут*. Только *Я-Варвара*. Аз есмь!
– Я – Варвара. Закончила медицинский университет, лечебный факультет. Заработать на ординатуру ума не хватило. Поэтому я здесь.
Герман ухмыльнулся.
– Что любишь больше всего на свете?
– Пожрать и красивых мужчин. Еще читать книги и бездельничать.
Все засмеялись. Варвара впервые говорила о себе так свободно, не стесняясь.
– Так, все представились. Теперь танцы. Двигаемся, чем больше экспрессии, тем лучше.
Герман, с двумя своими помощницами, вышел в центр круга и начал движение. Они извивались, прыгали, как ненормальные, махали руками и ногами. К ним присоединилась вся группа. Дурачились, кривлялись, показывали друг другу языки. Помощницы Германа, Татьяна и Вероника, подходила к каждой студентке и кричали ей в лицо. Та отвечала в ответ. Среди оглушающей музыки крик не был слышен. Но психологически это разгружало колоссально. Каждый человек должен периодически орать в полную силу. Выкричать свою боль, недовольство, претензии к окружающему миру. Выплеснуть свой негатив и стресс.
Музыка стихла. Все расселись, потные и всклокоченные. С красными и довольными лицами.
– Теперь упражнение *обезьяна*. Надо выйти в центр круга и танцевать, как обезьянка. Как хотите, лишь бы вам было комфортно. Можете любые упражнения делать, все, что угодно.
Варвара не представляла никогда, что это так здорово, танцевать и выпендриваться у всех на виду, под общий смех.
– Так, девчонки, мы натоптали тут с вами. А ну-ка, на улицу, вытрясти парашют, дружно взяли и понесли! И босиком, никто не обувается.
По дорожкам парка и окрестностям корпуса прогуливалось мирное население санатория. Отдыхающие наслаждались теплой погодой и переваривали полдник. Неожиданно из главного входа вывалила толпа супервеселых и галдящих девиц, в свитерах и босиком. Это в апреле месяце, когда приличные люди еще носят куртки и пальто и на дворе пять градусов выше ноля. Девицы развернули парашют и стали дружно, с криками, его вытряхивать.
Потом так же дружно забежали обратно в помещение.
В эту ночь Валерии ничего не снилось. Она просто провалилась в темноту и проснулась в пять утра. Жаворонкам всегда тяжело. Особенно в поездках. Валерия вышла на крыльцо. На темном небе наблюдалась странная картина. Половина его была явно более темной, нежели вторая. Горизонт неба четко разделяла очень ровная полоса, на стыке двух половинок, темной и светлой.
*И померещится же такое*, – подумала Варвара и зашла в корпус.
– Ну, что, выспались? – Герман улыбался так, как будто у него день рождения. Рассказывайте, кому что снилось.
Варваре стало обидно, что ей ничего не снилось.
Все рассказывали свои сны, по очереди. Герман улыбался и переглядывался с помощницами.
– Молодцы. А теперь разминка.
Загремела музыка.
– Сегодня будем чистить печень. И желчный пузырь.
Семь человек Герман положил на пол. Рядком. Лежать надо было на животе, положив лоб на подошвы впереди лежащего и, при этом, держать его за голеностопы. Получалась такая человеческая дорожка. Остальные, по одному, ложились животом на ноги лежащих товарищей и катились, как бочонки, по всему этому живому коврику. При этом, у катящихся очень мощно дренировался желчный пузырь, за счет давления на подреберье. У лежащих корректировался опорно-двигательный аппарат, за счет равномерного давления на позвоночник. Своеобразная мануальная терапия целой группы. Это было очень нелегко. После пары сетов у всех катящихся кружилась голова. Тошнило. После шестого и восьмого раза руки и ноги переставали двигаться. Организм сопротивлялся изменениям. В конце человеческого мостика подниматься было очень трудно. Курсантки ползали на четвереньках, помогали друг другу подниматься, ржали.
– Так, в конце моста, не надо там жить! А ну-ка, быстрее, в начало! – Герман подгонял их, мягко подталкивая.
После сорока перекатов первый тайм был окончен. Герман положил в виде моста еще семь участниц. Которые до этого катались. Это был кайф, полежать и отдохнуть. Вот только катящиеся прямо по тебе люди реально били по башке, перекатываясь своими туловищами. Ощущалось так, как будто мешок с картошкой протащили по тебе, шарахнув по кумполу. Все мужественно переносили экзекуцию, не пищали и не жаловались.
Когда закончился третий сет, все уже полежали в виде мостика и прокатились сорок раз по телам и головам коллег. Упражнение закончилось. Все на четвереньках и полусогнутых расползлись по своим местам. Урок продолжился.
– Ну, рассказывайте, как себя чувствуете?
Когда очередь дошла до Варвары, она вдруг почувствовала легкую пустоту в боку, справа. Как будто оттуда что-то вынули. И еще необычайную легкость в голове.
– Ложитесь на пол. Сейчас буде медитация.
Заиграла тихая релаксирующая музыка.
Варвара почувствовала, что улетает….. И какой это кайф, лежать и смотреть в потолок. Когда по твоей голове никто не топчется....
––
Сергей Иванович Волесников, декан медицинского факультета Магической Академии, поднимался по лестнице министерства. У него была важная встреча.
Секретарша сразу вскочила из-за стола.
– Добрый день, Сергей Иванович. Вас уже ждут.
Приветливо улыбаясь, распахнула двери в кабинет.
За столом министра уже сидели гости, двое военных в форме и один мужчина в штатском.
– Ирочка, сделай нам кофе на всех.
– Слушаю, Александр Петрович.
– Познакомьтесь, Волесников, директор института прикладной физиологии.
Он представил своих гостей.
– Мы все собрались по очень важному вопросу. Исследование определенных объектов, попавших в наши руки совершенно случайно. Василий Петрович, Вам слово, – обратился он к мужчине в штатском.
Тот слегка откашлялся и заглянул в лежащие перед ним бумаги.
– Итак, я представляю вам заключение исследования отреза хлопчатобумажной материи серого цвета, полученного две недели назад. Мы также взяли образцы подобной материи в магазинах, где продаются отрезы тканей. Также на швейных фабриках и в магазинах, в отделах легкого платья. Всего около четырехсот образцов, в пятнадцати городах, в разных областях. Образцы ткани были исследованы, проведен анализ волокнистого состава ткани. Проведено микроскопическое исследование, в том числе, с помощью электронного микроскопа. Также химический анализ и хроматография. В результате проведенных лабораторных исследований сделано заключение: девяносто процентов взятых образцов ткани – это каменное полотно. Аналогов мы не обнаружили. Поиск продолжается. Сделан запрос в Институт Земной коры, ждем ответа. Но это именно в плане идентификации происхождения камня. Но в самих результатах сомнений нет: это настоящий камень!
На лицах присутствующих было заметно даже не удивление, а чувство досады.
– Господа. Нам необходимо проанализировать ситуацию и дать оценку данному факту, – министр старался держать себя в руках. – Что Вы думаете, Леонид Егорович? Давайте от лица разведки, скажите свое мнение.
Леонид Егорович с готовностью развернул свою папку и заглянул в бумаги.
– Ну, что я могу сказать. Наши самые неприятные прогнозы подтвердились. Эта ткань неизвестного происхождения. Я уверен почти на сто процентов, что и Институт земной коры аналогов не сыщет. Это инопланетное вещество, проникшее к нам, скорее всего, через так называемый Кристаллический портал, который мы считали навсегда заблокированным. Кто его разблокировал и нагло пользуется, нам предстоит выяснить. Тем более, это контрабанда, которая может подорвать экономику многих стран. Происходит вброс определенных товаров, которые тут продают, да еще в таких масштабах. И, вероятно, еще и экспорт чего-либо, что мы должны установить. Необходимо разработать операцию по расследованию данных фактов и наказать виновных. Портал блокировать.
– Дело не только в торговле. Открытые ворота на Землю это все, что угодно может быть. Диверсанты. Вброс фальшивой валюты. Инфекции, могут завезти всякие разносчиков эпидемий и будут у нас тут массовые поморы. Было уже, видели. Это не просто опасность, это катастрофа. Красный уровень тревоги.
––
В универе отменили две пары и Олег решил забежать в часовую мастерскую поменять батарейку на своих наручных часах. Обычные дешевые часики, купленные в переходе, имели прикольный дизайн и очень точно показывали время. Кроме того, были еще и непотопляемые. Однажды Олег забыл снять их в бассейне и вспомнил только в раздевалке, когда пошел в душ. Часам ничего не сделалось. Хоть бы что. Шли себе дальше, мигали цифры и светился в темноте синий красивый экран. Его скромные электронные часики, купленные в переходе за две копейки, были водонепроницаемы.
Олег знал одну мастерскую в переулке. Был там как-то со своим товарищем, который тоже менял батарейку, но Олег только приобрел свои часы и просто зашел с другом за компанию. Он хорошо помнил дорогу, прошелся по проспекту и перед универмагом, на углу, свернул в переулок. Вот знакомая дверь, с маленькой вывеской. Окошечко с решеткой. Береженого Бог бережет.
– Добрый день. Можно поменять батарейку?
– Давайте, посмотрим.
Пожилой седой мастер в лицом профессора взял часы и открыл заднюю крышку корпуса. Помолчал несколько секунд. Затем встал со стула, взял часы и отнес их к другому столу, возле окна. Этот стол не было видно из окошка, в которое обращались клиенты. Положил часы на столешницу. Достал мобильный телефон и сфотографировал внутренний механизм несколько раз.
Затем вернулся к окошку.
– К сожалению, помочь не могу.
– Почему же?
– Тут надо менять всю микросхему. С батарейкой не получится, тут другой часовой механизм.
– Ну, так меняйте микросхему. Сколько будет стоить? Это дороже батарейки?
– Нет, не намного дороже. Но, видите ли, дело в чем. Сейчас у нас этих микросхем нет. Вы заходите к нам, спрашивайте. Они у нас бывают. Только сейчас нет. Или в другой мастерской спросите. Собственно, я могу часики купить у Вас, на запчасти. Если надумаете, приходите. Милости просим.
– Спасибо, я подумаю. До свидания.
Олег постоял на крыльце, удрученно глянул на свои поникшие часы и засунул их в карман. Конечно, у него был еще мобильник, глянуть время. Но с часами он чувствовал себя как-то по-другому. Более солидно, что ли.
После ухода клиента пожилой мастер-часовщик взял телефон и набрал номер. На экране высветилась надпись *Леонид Егорович, сосед по даче*.
– Здравствуй, Егорыч. Это Лев Борисович. Не отвлекаю?
– Да нет, конечно. Говори.
– Опять часики такие принесли. Как ты спрашивал. Я все сказал, как ты велел, что купить хочу. Пацан обещал подумать. Ну, может, придет.
– Молодец, Борисыч. Благодарю. Ну, если придет, так бери часы. Денег не жалей, все компенсирую тебе.
– Сделаем. Главное, чтобы он пришел.
Глава 3
– Вы серьезно? Нельзя поменять батарейку? Я уже в четвертую контору обращаюсь. И нигде, блин, не меняют. Мне что, выбросить новые часы? Что за кринж?
– Ничем не могу помочь. Заходите к нам, может, будут микросхемы, – девушка за стойкой часовой мастерской смотрела на Олега удивленно.
– Вам вообще откуда их завозят? С какого склада?
– Мы заказываем запчасти на оптовой базе.
– В Китае?
– Не знаю. Этим начальство занимается. Я только заказы принимаю.
– Ну, так закажите. Или скажите мне, где я могу заказать. Я просто вам принесу и вы замените мне микросхему.
– Мы обычно так не делаем. Я должна спросить у менеджера. Оставьте Ваш телефон. Мы Вам перезвоним.
Олег вышел из мастерской злой, красный и взъерошенный. Это уже была четвертая часовая мастерская, где ему отказали. Часы было жалко. Очень уж они были красивые и удобные. Тут он вспомнил о предложении того старого мастера, похожего на профессора. И двинул по знакомому адресу. Продавать свои любимые часы на запчасти.
––
Шопинг сводит с ума женщин и мужчин. Особенно в период распродажи, когда дискаунты сыпятся на потребителя, как манна небесная. Варвара не любила магазины. Она быстро в них уставала и терпеть не могла толпу, особенно, когда все примерочные кабинки заняты. Ее это бесило и раздражало. В выходные была полная засада, весь город перся тратить свои денежки за китайское барахло. В том числе, считавшееся *брендовым*.
Ходят слухи, что и духи французские, как дорогие, так и поддельные, из одной цистерны разливают. Но это, конечно, глупые сплетни.
Варвара не собиралась на шоппинг в ближайшее время, тем более, в субботу. И поэтому времени у нее сегодня было вагон. Можно было неспешно заняться уборкой и стиркой. Обычным отдыхом замужних женщин. В этом статусе Варавара себя представляла совсем недавано. Володенька очень хотел на ней жениться. Только теперь до нее стало доходить, почему. Она была удобная женщина. Комфортабельная, как немецкий поезд. Рабочая лошадка. Правда, квартиру она снимала. Причем сама. Тут Варвара подумала, как это удачно совпало, только она въехала в новую арендную хату и тут же нашелся сожитель, воздыхатель, принц на сером Рено. Разбитом и ухайдаканном донельзя. В дрова. Трубадур ее неугомонный. Как здорово, что он еще на гитаре не играл. Иначе вообще можно было с ума сойти.
С этими грустными мыслями Варвара бежала по тротуару, и уже накрапывал дождик. Как-то неожиданно потемнело и похолодало. Бирси замерзла. Пришлось взять ее на руки и тащить. Когда до дома уже оставалось совсем ничего, триста метров, Варя увидела случайно волшебное и манящее слово: *Распродажа*. Причем не просто слово, а еще и две цифры, семь и пять, означающие, что в этом магазине три четверти цены куда-то улетели. Ни одна женщина мимо такого не пройдет. Варвара остановилась перед витриной обувного магазина. Она знала этот маленький магазинчик, заходила пару раз, но ничего интересного не увидела. А тут такая реклама, да еще и ажиотаж. Внутри сновали люди. Их лица озаряли счастливые улыбки. Все они держали в руках какие-то коробки, меряли обувь, топали ногами и вертелись перед зеркалом. Варвара решила, что упускать такой шанс было нельзя. Быстро отвела Бирси домой, насыпала корм для щенков и побежала на распродажу. Ведь такую скидку в семьдесят пять процентов когда еще увидишь? Тем более, совершенно не в сезон.
Варвара чуть ли не бежала в магазин, хорошо, что зонтик с собой прихватила. А вдруг все приличное разберут?
В магазине было не так много людей, как ей показалось с улицы. В самом углу была навалена куча обуви. Прямо настоящая куча, в совершеннейшем беспорядке. Люди что-то выбирали из этой свалки и меряли. В магазине было всего три человека.
– Странно, – подумала Варвара, – был такой ажиотаж, а теперь всего три посетителя. Ну и ладно. Меньше народу, больше кислороду.
Она подумала, что надо бы позвонить Динке. Ее подруга была такая тряпочница, что ее необходимо было срочно известить о таком прекрасном моменте, как распродажа обуви. Варвара подошла к куче обуток и выбрала пару туфелек. Она взяла сверху, позарившись на теплый бежевый цвет и острый каблучок. Перевернула, на подошве размерчик ее.
И пошла примерять. Надев туфли, Варвара обнаружила удивительную вещь, которую не заметила вначале, в погоне за добычей. У туфель были очень острые носы. И длинные. Не такие, как у обычных туфелек-лодочек, а просто как из сказки. Варвара надела пару и потопталась перед зеркалом. Всем хороши, удивительно удобные, красивый каблучок, как влитые. И эти чудные длинные носы. Ну на кого они сделаны? Для театра? Или для клоунов? Но клоуны в цирке носят совершенно другую обувь.
– Скажите, а у вас на рспродаже все такие обутки чудные, с длинными носами?
– Да, все, – видимо, продавец сама была в шоке от происходящего. Она несколько виновато посмотрела на Варвару.
– Откуда такие?
– Не знаю, Завезли партию.
Вся обувь, сваленная в углу, была сделана в одной манере. Ужасно острые и длинные носы и офигенное качество. Тонкая, прекрасно выделанная кожа, как у туфель из телячьей кожи. Стелька, швы, каблучок. В руках держать приятно. По настоящему хорошая, качественная обувь из натуральной кожи. Варвара не была барахольщицей, но любая женщина тут бы увидела привлекательность и качество. И такая бросовая цена.
На подошве две цифры размера. Больше никаких опознавательных знаков. Ни названия компании, ни бренда. Но все они были как будто сделаны в одной манере, одной партией. Одинакового качества.
– А что это за бренд обуви?
– Даже не знаю, – продавец принесла Варваре пару полусапожек. – Учтите, они все на один размер меньше. Маломерки.
О такой обуви можно только мечтать. Варвара купила бы десять пар. Но эти острые носы… Как странно.
Остальные покупатели были не менее обескуражены, нежели Варвара. Они меряли, восхищались качеству и ничего не покупали. Такой клоунский фасон просто нельзя было никуда надеть. Варвара примеряла несколько пар и не могла ничего выбрать. Тут ей в голову пришла гениальная идея, которая может посетить только женщину на распродаже шмоток. Она решила, что отнесет обувь в мастерскую и там ей отрежут этот противный носок. Она выбрала пару очаровательных бежевых туфелек и расплатилась. Дома примерил еще раз. Прелесть. *Я в них как рыба-пила*. Туфли завернула в полиэтиленовый мешок и сунула в сумку, чтобы в понедельник отнести в мастерскую. Отпилить носы у этих бежевых чудных акулок.
-–
Воскресное утро хорошо тем, что не надо никуда торопиться. Срываться ракетой с теплой постельки по команде противного пиканья мобильника. В такой час все мелодии будильников становятся удивительно мерзкими. Скакать с зубной щеткой в одной руке и с феном в другой. Не успевать позавтракать или что-то забыть и бежать обратно. Но в субботу просыпаешься сам.
И тут же понимаешь свою свободу. Валяться или сразу встать и варить кофе. Затем сесть на балконе и глядеть в небо, поглядывая в бездну кофейной чашки и потягивая маленькими глоточками черное колдовское варево, от которого так трудно отвыкнуть. Варвара делала кофе по старинке, в медной турке. Целая коллекция красовалась на полочках в кухне, как будто в маленькой лавке старьевщика.
Варвара протянула правую руку и почувствовала теплую шерстку. Бирси лизнула руку и тут же очутилась прям перед ее лицом, радостно поскуливая.
Володи рядом не было. Они жили вместе уже два месяца. По выходным он всегда был у родителей. Этот факт, как большой плакат, висел перед Варей и переливался яркими красками, но она старательно его не замечала. До этого дня.
– Бирси, подожди. Я уже собираюсь. Пойдем гулять.
Собака оказалась очень умной. Она понимала, что сейчас ее поведут на улицу. Уже знала много слов. Она старалась всегда терпеть до выгула. Но не всегда получалось. Варвара вытерла пару луж, оделась и пошла в парк.
Позвонил Володя.
– Ну, как ты?
– Нормально.
– Вечером приеду.
– Ладно.
Говорить не хотелось. Варваре надоели его постоянные отлучки из дома, зависания с родителями по выходным и поездки с друзьями. Он всегда и всех возил. Если не родителей, то друзей, соседей, всех желающих. Бесплатный таксопарк. Только не для Вари. Когда ей надо было куда-то, так на автобусе, маршрутке. У Володи никогда не было для нее времени. А также денег.
С Володей они познакомились случайно. В их подъезде кто-то соседи делали ремонт и Варя разговорилась на площадке с симпатичным парнем в строительной робе. Он представился, как бригадир строителей. И как-то очень быстро оказался в ее квартире. В двадцать три года Варя, конечно же, не была той наивной девушкой, которая совсем не разбирается в мужчинах. Она уже понимала, что мужчин к себе в дом пускать нельзя. Это глупо и безответственно. Но Володя излучал такое обаяние, прямо как роутер вайфай. И умел ловко вовлечь в беседу, проникнуть в душу, в квартиру…и в постель. Астрологически знак Близнецы умеет уболтать кого угодно.
Через неделю он пришел к ней с сумкой, и она пустила. Потом она оценивала этот факт как самую большую свою глупость. Но сначала все было очень мило. Володя помог отремонтировать шкаф-купе. И электрическую плитку. Руки у него были действительно золотые. Вот только каждый выходной он проводил у родителей. Варвара даже не сразу поняла, почему. Ведь обычно взрослые мужчины и женщины стремятся отделиться от родителей как можно раньше. Тем более, была жилплощадь, которую Варвара снимала. В которой Вовочка с большой радостью разместился.
Через неделю обнаружились веселые моменты. Каждый выходной Вовочка проводил у родителей. Уезжал в пятницу и в воскресенье вечером возвращался. Но каждый выходной, снова и снова, Володя проводил у родителей на даче. Потому что им надо было помогать. И Варвара все выходные сидела дома одна. Как дура. Она тогда совсем не понимала, что такие ситуации надо решать сразу. Незамедлительно. Не завтра, не через месяц. Иначе эта опухоль хамства и приспособленчества будет разрастаться. Если ее кормить попустительством. Но отсутствие жизненного опыта и природная деликатность мешает говорить нет. Многим людям надо этому поучиться. Особенно некоторым слишком доверчивым женщинами, которые имеют мало жизненного опыта и много иллюзий. И являются лакомым куском для мошенников. И бытовых альфонсов. Варвара оказалась в замешательстве. Она не знала, как реагировать. Чувствовала пустоту. Как эмоциональный и наивный человечек, не могла сразу его выгнать. Как же, у них же любовь!!! Она на полном серьезе вот это вот принимала за любовь. Через пару месяцев Варвара поняла, что попала в ловушку. Володенька благополучно бросил работу, ничего ей не сказав. И очень ловко сел на шею.
Бирси рвалась с поводка. Она еще не умела ходить рядом. Варвара подумала, что надо бы им в школу. И тут же добавила: *Тебе надо бы уже настоящих детей заводить и отправлять в школу. Ну, и собаку тоже*.
Зазавонил телефон.
– Проснулась? – голос шефа вернул ее в реальность.
– Да, Бирси выгуливаю в парке.
– Сегодня встречаемся. Форма одежды спортивная. Заеду через час. Успеешь?
– Конечно. Будет урок?
– Увидишь.
– Слушаю, сэр.
Эгри бросил трубку.
Варвара подумала, как это хорошо, что в воскресенье не будет дома весь день. Чтобы не сидеть в одиночестве. И еще она поняла, что надо что-то решать с Володей. Это было не сожительство, не любовь двух людей, а настоящее паразитирование. Надо было его прекращать, и побыстрее. Тем более, первые чувства восторга и влюбленности проходят быстро. Остается разочарование и досада.
Эгри заехал через час. Он всегда был очень пунктуален.
– Что с тобой? Случилось что-то?
Удивительный человек-рентген. От него ничего не скроешь.
– Володя все выходные проводит у родителей. Это мне насточертело и вообще…
– Если хочешь его проверить, помогу.
– Что проверить?
– К каким родителям он ездит.
– Весело. Но мысль разумная. И каким образом?
– Просто проследить.
– Буду благодарна.
– Ты в разбитом состоянии. Так не пойдет. Варвара, ты мне нужна целая, а не по кускам. Я заметил в последнее время, что ты постоянно расстроенная. Это мешает работать. Это что за личная жизнь, если ты как будто с похорон?
– Это похороны нашей с Вовочкой любви. Ты прав. Давай проследим. Мне это уже надоело. Надо завязывать, кажется. А куда мы едем?
– Ты будешь прыгать с тарзанки. Вынимай все из карманов и положи в сумку. И давай мне.
Варвара вынула телефон, ключи, мелочь и сунула в сумку. И наткнулась на туфли.
– Представляешь, какую обувь стали делать. Вообще прикол. Туфли, как для клоунов.
Варвара достала один туфель и показала Эгри.
– Дай сюда. Второй тоже.
Варвара достала второй туфель и подала ему.
– А в чем дело?
– Где ты это купила?
– В обувном магазине.
– Адрес есть?
– Да вот он, рядом. На проспекте. Только из двора выехать. Не знаю адрес.
– Показывай.
Варвара ничего не понимала. Да уж, если Эгри этими ботинками заинтересовался, это что-то особенное.
Она подъехали к магазину.
– Здесь.
Эгри припарковался прямо на тротуаре и включил аварийку.
– Выйдем.
Варвара привыкла слушать куратора беспрекословно.
Магазин был закрыт. Темные витрины демонстрировали только нормальную обувь, безо всяких острых носов.
– Ты чек взяла, когда покупала?
– Нет.
Эгри быстро глянул на нее и ничего не сказал.
– Вот я балда, – Варваре было стыдно за свое разгильдяйство.
– Точно это здесь было?
– Да, я помню.
– Ладно, поехали.
Эгри завел машину.
– Сколько туфли стоят? – он порылся в карманах и достал несколько купюр.
Варвара назвала цену. Эгни быстро сунул ей в руки несколько цветных бумажек.
– Я забираю туфли. В понедельник зайди в магазин. Если будет еще, купи несколько пар.
– Йес, сэр.
Всю дорогу дальше они ехали молча.
––
На площадке для бэджампинга, когда уже все инструкции были сделаны и канат прицеплен, Эгри шепнул ей в ухо:
– Сейчас ты шагнешь в новую жизнь. В прыжке ты изменишься. Не будешь позволять на себе ездить. Полет в будущее изменит реальность. Это шаг в другую жизнь. Такую, как ты захочешь.
После этого он исчез. От страха Варвара ничего не могла сказать. Она подумала, что никогда не прыгнет в эту бездну. И тут ее столкнули резким тычком в спину.
––
Глава 4
Полет в воздухе всегда не только стресс, но и новая страница жизни. Человека как будто бы программируют на высоте и, когда поднимают, это уже новая личность. В какой-то мере. И действовать этот человек будет по-новому. Нажали кнопку невидимого пульта и все, другой человек.
После прыжка в Варваре что-то щелкнуло. Все, она больше не позволит себя унижать. Этими дурацкими отсутствиями по выходным. И прочими фишками.
– Я сегодня Вовочку выгоню – первое, что она сказала в машине, после ее прыжка с тарзанки.
Эгри видел уже такие перфомансы. Женщина, в первую очередь, меняет свою личную жизнь, если там не все в порядке. После того, как меняется сама. У Варвары был слишком сильный уровень эмпатии, который мог помешать в работе. И подлежал коррекции.
– Варя, не руби с плеча. Подожди до завтра. Я тебе утром позвоню.
Да, и еще. Я тебе давал видеокамеру маленькую. Для слежения.
– У меня камера. А что?
– Приделай ее незаметно твоему этому красавцу в машине. Заодно поучишься ставить видеокамеры незаметно.
– Ладно. Слушаюсь. За прыжок спасибо. Это было потрясно.
– Иди отдыхай, новый человек. До завтра.
Варвара вышла из машины и Эгри уехал. Она подумала, как странно складывается жизнь. Никогда бы не поверила. что встретит таких людей. Учеба в Магической Академии? Бред. И реальность. Она всегда замечала в себе какие-то странности. Могла ночные кошмары останавливать. С детства. Однажды знакомые, которые очень загонялись по Кастанеде, с восхищением обозначили ее как сновидящую. Оказывается, не все люди могут останавливать кошмары во сне, а только особо одаренные. Такие, как она. Сколько Варя себя помнила, она во сне умела убежать от страшных чудовищ или бандитов. Прыгала в окно и летела, медленно приближаясь к земле. Перед приземлением она чувствовала как бы воздушную подушку, чуть тормозила и мягко опускалась на асфальт. Такие сны снились часто. Погоня, выход в окно и парение над бездной. Однажды приснился огромный медведь. Он был какой-то серый ии бесформенный и шел за Варей. Она обернулась, спокойно приблизилась, взяла его за горло и начала душить. Медведь растворялся в пространстве, становился прозрачным, пока не исчез совсем. После этого сны с чудовищами стали сниться крайне редко. Но были весьма необычны. Варвара помнила один сон, в котором не было действующих лиц. Она шла по безлюдной улице. Никого не было вокруг. Не было людей на балконах. Ей было очень страшно заглядывать в темные окна. И еще было странное ощущение, что люди где-то прячутся в этих домах, или где-то за углом. Страх был жуткий. Сон так и закончился без действующих лиц, но это был настоящий кошмар.
Еще в одном сне Варвара держала на руках мерзкое, страшное чудовище, похожее на гиену с совершенно белыми глазами. Это чудовище кусало Варвару и еще и сидело прямо на руках!! Как будто кошка. И тут Варвара спросила:
– Кто ты? – и чудовище как будто ослабило хватку. Но не ушло.
И Варвара задала еще один вопрос;
– Как твое имя?
Вот тут чудовище исчезло. Варвара увидела действие этой простой фразы, и весь кошмар сразу улетучился. И она проснулась.
После этого страшные сны Варе почти не снились. Как будто их время прошло.
––
Вероятно, кошмары бывают не только в виде снов. А также наяву. Сейчас в жизни Варвары проявлялся еще один кошмар, в виде неработающего Вовочки.
Он вернулся вечером, с маменькиной дачи. Сыночка-корзиночка. Позвонил, радостным голосом:
– Встречай!
Событие века. Вовочка вернулся!
Варвара спустилась с седьмого этажа. Возле подъезда, на скамейке, на асфальте какие-то сумки, узлы. Счастливое лицо Володи.
– Смотри, сколько я тебе продуктов привез!
И сразу обниматься. Обниматься уже не хотелось. Но Варвара опять малодушно его впустила. Хотя надо было просто вещи кинуть с балкона.
Когда затащили все сумки, обнаружилось, что нужных вещей было не так уж и много. Какие-то яблоки, страшного вида. Где он их взял в апреле? Родаки хранили на даче с прошлого года? Лапша быстрого приготовления. Лучше всего он умел готовить лапшу на уши.
В сумках были, в основном, вещи Володи. Он решил окончательно у нее обосноваться.
Вечером, когда Володенька делал куп-куп в теплой ванной, Варвара вышла погулять с Бирси. Обычно Вовочка мог купаться очень долго. Как маленький ребеночек. У человека было очень много свободного времени. И горячей воды. За коммуналку он ни разу не заплатил. Варвара потихаря взяла ключи от его машины, спустилась вниз, вышла из подъезда и пристроила камеру в задней части салона, на потолке. Авось, не заметит.
Звонок в дверь с самого утра. В семь. Это ужасно. Володя подскочил, как ошпаренный и Варвара поняла, что пьеса продолжается. Вернее, не пьеса, а клоунада. Все те же, на манеже.
– Варь, я уеду, мне нужно. Денег дай на дизель. Заправиться надо.
– У меня нет. Совсем. Не заплатили за этот месяц. Совсем пусто.
У Варвары хватило ума не рассказывать Володе, где она работает. И размеры своей стипендии. По официальной версии, она работала в фармацевтической компании. Эгри ее просил особо не распространяться. И она молчала. Деньги держала в банковской ячейке. И еще украшения. Вот только давать пендаря еще не научилась.
Вовочка сделал печальное лицо и умчался вихрем. Варвару не раздражало его тотальное отсутствие. А также его денег. Ее бесила собственная мягкотелость и беззубость. Вот, на кой она его вчера пустила? Надо было уже вещи собрать и выставить. А он еще барахла припер на два чемодана. И с утра ушел, как будто так и надо. Эта была та самая мерзкая система отношений, когда один пользуется, а второй – это осел, который позволяет на себе ездить. Пора завязывать.
– Эгри, Володя уехал. Только что. Не знаю, с кем. Я думаю, что с очередной шмарой. Ой, извини, что так рано беспокою.
– Все нормально. Выезжаю. Жди. И скинь мне номер телефона твоего парниши. И собери ему самые ценные вещи, паспорт, там, что у него есть. И пару одежек кинь в его сумку. Остальное потом отправишь.
Только тут Варя сообразила, что у Володи, в принципе, нет ценных вещей. Самая ценная вещь в этом доме это она сама в роли дойной коровы. Паспорт, зарядка для телефона, пара носков и трусов (которые она ему покупала), и сумка собрана. Его спортивная сумка, старая и грязная. И тут Варвара сообразила, что почти все вещи, которые Володя носит, куплены на ее деньги. Зашибись, открытие. Как можно быть такой тупицей, непонятно. Прыжок с тарзанки уже давал свои плоды. В виде просветления мозгов.
Эгри примчался через десять минут. Странно. Он жил далеко, в другом конце города. Варвара поняла, что не успевает выгулять Бирси. Она набросала одноразовых пеленок на пол, где только можно.
– Бирси, ходи сюда, на пеленки. А потом я с тобой погуляю.
Машина Эгри стояла у подъезда.
– Хорошо, что ты мне посоветовал вчера взять Вовкины манатки. Я бы сама не догадалась.
Эгри покосился на спортивную сумку и плотоядно ухмыльнулся. Все происходящее доставляло ему бездну удовольствия.
Варвара любила город в утреннее время. Когда очень мало прохожих, машин и так тихо и спокойно. Она вообще-то жаворонок, так что утро это ее время.
Эгри смотрел на стрелку навигатора.
– А куда мы едем? – наивно спросила Варя, еще не сообразив спросонья, что погоня уже началась.
– Как это куда? За твоим этим… Товарищем. Ты же сама мне его телефон скинула.
Тут до Варвары дошло, что Эгри настроил программу слежения за вовкиным номером телефона. Он сверхчеловек. Не забывай!
Ехали минут пятнадцать.
– Варвара, возьми мой телефон. И посмотри видеонаблюдение. Там иконка на экране.
Варвара кликнула на эту иконку и увидела то, что ей давно бы надо было увидеть. Как пишут на сайтах, рекламирующих автомобили, Рено-Меган отличают красивый внешний вид и высокотехнологичный, удобный салон. Варвара смотрела видео. Она молчала. Слова куда-то делись. И в зобу дыхание сперло. В удобном и высокотехнологичном салоне вовкиного авто располагались владелец и его спутница, какая-то дама, брюнетка с короткой стрижкой. Они, видимо, остановили машину и пересели на заднее сидение. То, чем они занимались, называется в строгих книгах *грех прелюбодеяния*. Варваре смотреть на это было совсем уж не любо. А просто противно. Эта парочка находилась сразу под видеокамерой, так что их телодвижения были видны, как на ладони, четко и ясно. Прямо очень реальное кино. Варвара присмотрелась. В этой даме она узнала соседку из их дома, из первого подъезда. Беззубая пьяница и мать троих детей. Общительный Вовочка быстро со многими перезнакомился в их доме. Не успел еще и въехать, как уже друзья у него и подруги. Как выяснилось. И эта семейка постоянно приходила к ним, что-то просила. То денег занять, то отвезти детишек. И Вовочка бежал, как ошпаренный. Собственно, после этих поездок Ваврава начала понимать, что концерт окончен. Только не решалась на окончательную, финальную сцену. По своей слабохарактерности.
– У них там любовь – морковь, на всю катушку. Что и следовало ожидать. А я думаю, что он все время ездит с ними. Он же и с ее мужем ездил, и с детьми. Как будто бы деточек отвезти к бабушке. И приезжал с пустым баком. Я догадывалась, но поймать сама не могла. Вот я олень, а? Вот дура-то, – Варвара чувствовала злость и обиду. Так лохануться, как будто вчера родилась. Развели ее, как простушку.
– Не называй себя дурой. Это плохо для мозга. И вообще, мы, кажется, приехали.
Эгри остановил авто и показал Варваре на Рено Вовочки. Она бы сама и не заметила. Очень удобно они спрятались, за гаражами. Эгри чуть проехал вперед и тоже спрятался. От Вовочки с любимкой.
– Дверью не хлопай.
– Хорошо.
– Как говорил полководец Суворов: внезапность, быстрота и натиск. Так, слушай инструкцию. Сейчас открываешь дверку авто и швыряешь ему в морду паспорт и сумку. Паспорт обязательно отдельно, чтобы он потом не говорил, что у тебя оставил. И сумку с манатками. Можешь поорать, что хочешь. Но особо долго не затягивай. И уходим. И ты его более никогда к себе не пустишь. Повтори.
– Я его больше никогда к себе не пущу.
Эгри и Варвара вышли из машины. Варвара, конечно же, забыла сумку с Вовкиными вещами и Эгри молча сунул ей в руки этот последний привет для любимого.
Очень тихо, почти на цыпочках, они прошагали между двумя гаражами, в очень узком проходе, внимательно глядя под ноги и стараясь ни на что не наступить.
Варвара не выдержала, подбежала и рванула заднюю дверку. Двое на заднем сидении уже закончили свое тайное соитие, но сидели еще, не совсем одевшись, с довольными лицами. Безобразная улыбка беззубого рта. Ольга, брюнетка из первого подъезда. Верхние зубы отсутствовали в количестве восьми штук. Поэтому улыбка была очень специфической. Вставлять зубы ей, видимо, было лень. Или не на что. Она была страшна и пропита. Землистый цвет лица, вскокоченные волосы, много морщин. Позариться на такое мог только законченный алкаш или придурок. Она кинула паспорт в удивленное лицо Володи и попала ему по лбу. Затем туда же кинула сумку и попала ему прямо по лицу. Вовочка успел закрыться рукой и сумка свалилась на его любовницу.
– Прощаюсь с тобой! Тварь. Чтоб ты сдох, – Варвара посмотрела на Ольгу. Та победно улыбалась. Есть такие женщины. Им лишь бы в чужую постель залезть. И испортить людям отношения. Это они считают своей победой. Увела чужого мужа. Знает, что после нее порядочная женщина в такую грязь не сунется. И празднуют. На лице Ольги было написано удовольствие и счастье. Она радовалась, что унизила Варвару. И прекрасно понимала, насколько.
– Твоим детям все вернется, гадина.
Варвара не удержалась от проклятий.
Эгри отодвинул Варвару от дверки и сказал, грозно нависая над Вовочкой.
– Еще раз появишься у Вари, я тебе устрою. У тебя же задолженность по алиментам? Сядешь, как миленький. В тюрьму сядешь. И штрафом не отделаешься. Ты понял?
Вовочка ошарашенно кивнул.
Эгри тихо сказал Варваре:
– Камера.
Варвара влезла в авто, через Володю, и оторвала камеру от обивки.
Эгри подхватил Варвару под руку и повел к машине.
Внезапность, быстрота и натиск. Суворов был прав.
– У него еще и алименты не уплачены?
– Варенька, послушай меня. Не сели у себя мужчину никогда. Это будет работать только отрицательно. Никогда не делай этого. Есть нормальные мужики, со своим жильем, с работой. Ищи такого. Нельзя, чтобы мужчина жил с тобой из-за еды и жилья. Будут вот такие эксцессы. Это же элементарно. У тебя самооценка ноль. Меняйся, учись, пока я рядом.
– Я тебе очень благодарна.
– Это часть учебного процесса. Этот мужчина пил из тебя кровь. Ты же в депрессии постоянно была. Ну, какая тут учеба. Ты понимаешь, если ты будешь депрессировать, мы тебе не сможем способности включать.
– А они включаются?
– Да. На время. Когда необходимо.
– То есть, лечить всех нельзя, а только тех, которые нам нужны? Почему? Почему мы не можем лечить всех больных?
– Потому что нам это этически не разрешено. Тогда мы нарушим карму этих людей, а это против эволюции. Но ты еще маленькая знать такие вещи. Просто учитывай, мы можем помогать только тем людям, с которыми работаем. Иначе нам быстро все прикроют. Все способности и возможности. Еще и сольют. Были прецеденты. Это неприятно, поверь.
Варвара не стала спрашивать, что значит: *сольют*. Не хотела этого знать.
– Эгри, я тебе очень благодарна. Ты меня избавил от этой… пиявки. Как будто глаза открылись.
– Обращайся. И еще. Ты помнишь, сегодня рабочий день?
– Окей.
– Так что, прими душ, переоденься и бери спортивную форму. Пойдем в зал. Заеду через два часа. У тебя есть мусорные мешки?
– Да.
– Возьми остальную всю одежду этого твоего, бывшего, сложи в мусорные мешки. Только обязательно в мусорные, не в обычные сумки. Поняла?
– Да.
– Ты эту шаболду знаешь, которая в машине была?
– Она из первого подъезда.
– Опа, из твоего дома?
– Да.
– Уже проще. Вот к ней все и отнесем. Она с кем живет?
– С мужем и тремя детьми.
Эгри даже отвернулся. Чтобы не показывать эмоций.
– Так. Видимо, будет скандальчик. Тем лучше. С видеосопровождением.
Как с ним было легко. И просто. Варвара выросла без отца. И теперь архетип родителя проецировала на Эгри. Пока удачно.
Бирси прыгала почти до потолка. Лужи и кучки сделала только на салфетках. Все-таки очень умная собака.
Варвара погуляла с Бирси и приступила к выполнению боевого задания своего шефа. Все вещи Вовочки сложила в мусорные мешки. Слово *сложила*, наверное, подходило не очень к этой процедуре. Все набросала в кучу: одежду, инструменты, мыльно-рыльные. Одежду только его, до их совместного проживания. Остальную оставила. Ту, что она покупала своему любимке, в припадке щедрости. Еще одна страшная ошибка женщин. Никогда не надо тратить деньги на мужчину! Это не найдет благодарности. А только получишь по носу, как сегодня за гаражами. С чем пришел, как говорится. С тем и иди. Скатертью дорога.
Вещи запихнула в полиэтиленовые мешки для мусора. Как попало запихнула. Не заморачиваясь аккуратным складыванием. Зачем такие церемонии? Чай, не графья. Бирси прыгала по мешкам очень радостно. И норовила их порвать.
И тут варино лицо исказила злобная ухмылка. Телевизор!!! Вот она, сладкая месть! Варвара терпеть не могла телик и никогда его не смотрела. И телевизора у нее никогда не было. Он ей не нужен был абсолютно. Володя, когда почувствовал ее слабинку, притащил чудовищный старый ящик, квадратный, с антенной и корпусом ужасного красного цвета. Может, у родителей на даче взял. И смотрел каждый вечер. На полную громкость. У Варвары от этого ящика болела голова. Но деваться было некуда. Квартира-то была однокомнатная. Володенька смотрел все подряд, как приклеенный к экрану. До двенадцати ночи. Варя привыкла ложиться в девять. Зачем женщины терпят такое? Только сейчас она поняла, что надо было этот телевизор выкинуть из окна. Как только он его принес. Нельзя позволять над собой издеваться. Ни за что!
Варвара злобно выдернула вилку из розетки, хряснула антенной и кинула, именно кинула телевизор в мусорный мешок. Телик жалобно звякнул. Наверное, разбился. Ну, да ладно. Невелика беда. От телевизова исходит вредное излучение. Ну, вот и будем оздоравливаться. Постфактум. Гыыыыы…
Настроение резко улучшилось. Варвара врубила музычку и, приплясывая под модную песенку, подтащила мешки к двери. Бирси, чувствуя такое праздничное настроение, бегала вокруг и радостно тявкала. И тут в дверь позвонили. На пороге стоял Эгри. Лицо его было не то, чтобы удивленным. А очень удивленным.
– Музыку слушаешь? Молодец. Я тебе уже минут пятнадцать пытаюсь дозвониться. А это его вещички? – кивнул он на мешки.
– Да, собрала вот, как ты сказал. В мешки.
– Отлично, – Эгри схватил почти все мешки и потащил. Телевизор жалобно звякал. Вернее, то, что от него осталось. Варвара тащила остальное.
– Так, где живет эта красотка, без зубов?
– В первом подъезде.
– Фамилию ее знаешь?
– Валузова.
– Отлично, идем к первому подъезду.
Они вошли вместе с жильцами. Мужчина с ребенком спросил удивленно:
– Переезжаете?
– Помогаем переезжать. Одному прекрасному человеку.
Эгри, как всегда, юморил. Они постучали в квартиру номер два. Дверь открыл муж Ольги, пожилой мужчина, в майке и семейных трусах. Он был на четырнадцать лет старше супруги.
– Добрый день, – Эгри лучезарно улыбнулся, как на приеме у королевы. – Вы супруг Ольги Валузовой?
– Вроде.
– Я Эдуард. Это моя сестра Варвара. Мы тут же обитаем, в соседнем подъезде живем. Тут такое дело. Деликатное. Мы хотели бы Вам передать важную информацию, касающуюся вашей жены. Передать по телефону. Можно Ваш номер? Я прямо сейчас и отправлю отправлю. Это просто видео. Извините, как Вас по батюшке? Имя и отчество?
– Александр Макарович.
– Пожалуйста, Александр Макарович, мне нужен Ваш номер телефона. Я отправлю видос, и все. И мы уже уходим.
Глава семьи почесал пузо и обернулся.
– Дениска! – крикнул он вглубь квартиры.
За его спиной появился отрок, лет шестнадцати от роду. Тоже в трусах и в майке.
– Денис, разберись тут. Соседи пришли, что-то хотят с телефоном.
Эгри не зря говорил, что всегда есть дополнительные возможности. Он заулыбался совсем уж, как французский дипломат на важном приеме.
– Денис, у Вас есть ватсапп?
– Конечно.
– Можно Ваш номер и я Вам тут перекину видео. И все, мы пойдем. Пожалуйста.
Эгри говорил сладким голосом кота, выманивающего мышку из норки.
Денис обалдело назвал свой номер. Эгри тут же отправил видос.
– Получили, Денис?
– Да.
– Ну, вот и славно. Мы пойдем. Ах, да. Тут вещи этого человека, который на видео.
Эгри бросил мешки у дверей Валузовых.
– Будьте добры, передайте. Это человеку с данного видео. Он раньше жил в соседнем подъезде. Тут его вещички. Не откажите в одолжении. Весьма обяжете… Плиззз…
Варвара успела увидеть, как Денис открыл видео и начал просмотр. И даже со звуком.
Глава 5
Грустный ланч
Ресторан *Ностальжи* располагался в историческом центре города, в районе набережной. Напыщенный, дорогой, фешенебельный ресторан работал, как сейчас принято говорить: *в люксовом сегменте рынка*.
Проще говоря, для богатеньких Буратин.
Один такой Буратино только что сделал заказ. Бизнес-ланч. Бедняга еще не знал, что его собственному бизнесу пришел конец. Поэтому сидел, расслабившись, за столиком у окна. За окном возвышался Драматический театр. Очень красивое старинное здание, с арками и башенками, из красного и желтого кирпича. До революции оно принадлежало купцу Болотникову, но это по официальной версии. Матвей Федорович залюбовался красивой лепниной окон и тут неожиданно вспомнил, что последний раз был театре в десятом классе. На дневном спектакле.
– Уже выбрали? – официантка подкралась незаметно.
Матвей вздрогнул.
– Да. Борщ, пожалуйста, рагу из курицы и селедку в шубе.
– Что пить будете?
– Клюквенный морс. И минералку.
Официантка улыбнулась высокому гостю и испарилась. Дорогие рестораны существуют, в основном, для постоянных гостей. Либо *для своих*. Друзья владельца, родственники, бизнес-партнеры. Бизнес-переговоры, корпоративные праздники, семейные обеды. Только для своих. Чужим обычно там не рады. И стараются вытурить подобных посетителей побыстрее, и так, чтобы они больше не появлялись.
Но Матвей Федорович Керсин вот уже два года являлся завсегдатаем данного заведения, его тут знали и уважали. Поэтому обслуживали быстро, качественно и вежливо.
Офис его компании ООО Коробейники размещался в здании напротив, на первом этаже дома сталинской постройки. Он выкупил две квартиры, вместе с подвалом, и перевел в нежилое. С тех пор вывеска ООО Коробейники красовалась на входе, и его бизнес тихо шел себе по накатанной колее, без всяких эксцессов и проблем. Оптовая торговля тканями и фурнитурой приносила неплохую прибыль. Жизнь шла своим чередом.
Но вот сегодня настроение Матвея Федоровича было не очень. Как-то грустно. Если не сказать – паршиво. По непонятной причине.
Как сказал французский поэт Артюр Рэмбо: *и в сердце растрава, и дождик с утра, откуда бы, право, такая хандра?…*.
Дождика не было. Были нехорошие предчувствия. И хандра. Непонятно, почему.
В общем, грустный какой-то ланч у него получался.
Матвей не смотрел на экран телефона. Не хотелось.
Официантка принесла борщ. Поставила тарелку, отдельно чеплашку с хлебом и вазочку со сметаной. Расставила все красиво, разложила приборы, мило улыбнулась и ушла. И только Матвей взял ложку и вознамерился зачерпнуть вкусно пахнущую огненную гущу, произошло вот что. Через весь зал к Матвею летело тело. Оно двигалось очень быстро, как болид на автодроме. Тело приблизилось к столику Матвея и плюхнулось на стул, тяжело дыша.
– Матвеха, привет.
– Колян, ты? Какими судьбами? Обедать будешь? – Матвей обернулся уже, ища глазами официантки, но Колян его остановил.
– Не до того. Слушай, ты где эти ткани брал, которые два месяца назад ко мне на склад отгружал, индийские?
– Как где? У поставщиков.
– А что за поставщики?
Матвей посмотрел на товарища так удивленно.
– Что за вопросы странные? Ты хочешь с ними напрямую работать?
– Да нет, зачем мне это. Я что, крыса, что ли?
Колян был друг и партнер Матвея. И вообще-то никогда в подлых делах замечен не был.
– К Баклану в магазин нагрянули силовики. Все перерыли. И взяли какие-то там куски. Для каких-то проб. Не знаю, каких. И все документы забрали, как раз на эти ткани. Ну, и на магазин.
– Проверка? Налоговая?
– Да непонятно, кто. Доки налоговые показали, но на налоговую вообще не похожи. Баклан давай им деньги пихать, так они ему пригрозили статьей. Не взяли ничего. Но он потом уже сообразил, что они вообще на налоговиков не похожи. Это точно не они. Но корки показали, типа, налоговой.
– Не хотят светить свое ведомство?
– Вроде. Ну, и больше интерес был как раз к этому товару. Индийский хлопок. Который ты ему поставлял. Баклан сразу врубился. Он умный, хоть и Баклан. Может, и к тебе придут.
– Или пасут меня уже. Так там же все ровно, без проблем. Я все провел по налоговой. Честно.
– Да, не в этом дело. Понимаешь, у меня друг в полиции работает. Так я даже через него не мог пробить ничего. Никакой инфы. Только за взятку получилось, но не через полицию.
– И что ты нарыл?
Колян взял бутылку минералки и налил воды. Выпил очень быстро и громко. Достал из-за пазухи какой-то листок и протянул Матвею.
– Это копия.
Матвей прочел мелкий текст, шевеля губами. Затем еще раз.
– Каменное полотно?! Это что такое?
– Ты меня спрашиваешь? Да я.. да ваще… мы же все у тебя брали.
Колян схватил стакан с водой и сделал глоток. Потом нецензурно выругался. Еще один глоток. Еще раз выругался.
– Матюха, я буду сваливать. Ноги делать.
– Куда это ты собрался?
– Да хоть куда. Хоть в Индию ту же. В ГОА наших дофига, как грязи. Может, пристроюсь.
– И что ты там делать будешь?
– Не знаю. Страшно мне, Матюх.
– Да успокойся ты. Это все похоже на какую-то подставу. И бумажка эта вообще непонятно что. Ты хочешь, чтобы я в это поверил? Ткань из камня? Слушай, может, нас кто разыгрывает. Бывают же такие розыгрыши, ну, как игра такая. Как в том голливудском фильме. Слушай, давай вечером посидим где-нибудь в кабаке и все обсудим.
– Вечером я жену с детьми отправляю.
– Куда?
– Пока к теще в деревню. Потом не знаю. Надо схорониться. Не знаю, просто чуйка у меня. Плохая ситуевина.
– Ты веришь в эту бумажку? Что ткань может быть из камня? Ты это серьезно, да?
– Матюха, мне не до шуток. Эту экспертизу сделал Васька, когда у него там конфликт был с клиенткой. У него много ткани тогда купили, одно швейное предприятие. В документах указано было, что хлопок сто процнтов. А они спорить начали, мол, это с примесью синтетики. И закусились с Бакланом. Он им, чтобы доказать, заказал экспертизу ткани. И вот что получил. Мы с ним тогда сидели и на эту бумажку долго смотрели. Потом напились. Но я не хочу никаких экспертиз. Ну его, нафиг. Я уехать хочу. У меня чуйка. Ничего хорошего не будет. Драпать надо. Хочешь, бери мой склад. Вся прибыль тебе. Мне только проценты дашь, сколько скажешь. Остальное тебе.
– Я звоню Баклану, – Матвей порылся в телефоне в поисках нужного номера.
– Я ему весь день звоню, не берет.
– Поехали к нему.
– Я у него вчера был в магазе перед закрытием. Его весь день не было. И дома тоже. И сейчас трубу не берет. Дома не ночевал. Жена ничего не знает. В полицию заяву примут через три дня. Жена его уже была в отделении. Велели через три дня прийти. Татьяна с ума сходит.
Только на этом месте Матвей перестал жевать. Он пока не осознал всей серьезности ситуации и думал. что это какой-то пранк.
– Дай мне этот листок. Или можно копию сделать, что ли?
– Бери, это копия.
Колян выглядел так, как будто сейчас вот его поведут на расстрел.
– Матюша, возьмешь мой склад под контроль?
– Да у меня своих проблем. Ну ладно, порешаем. Так ты уезжаешь, точно?
– Да, на девяносто девять процентов. Ну, пока, я побежал.
Колян испарился быстрее, чем прибыл.
Матвей набрал номер Баклана, но тот ответил ему нервными короткими гудками.
Баклан не был старым другом Матвея. Они познакомились по бизнесу, когда ему понадобилось сбыть большую партию товара.
У них не было общего бизнеса как такового, в смысле общих компаний. У Баклана был магазин. Они как-то быстро подружились за два года знакомства. Со стороны могло показаться, что это школьные друзья. А вот Колян знал его давненько.
Матвей поехал к жене Баклана. Ее номера телефона он не знал.
Татьяна открыла дверь. Ее лицо было опухшее и зареванное, а глаза красные, как у кролика.
– Васенька вчера домой не пришел. Я ему звоню, телефон не отвечает.
– Где он может быть?
– Не знаю, в гараже нет, у друзей тоже.
– *У любовницы*, – цинично подумал Матвей, но ничего не сказал.
Поговорив с Татьяной, он вышел на воздух. Ему не удалось ее успокоить. Только пообещал все сделать, чтобы найти.
Вся эта история с тканями была странной с самого начала. И он до конца не мог поверить, что это подстава. Так уж было все гладко и четко. Слишком.
Два года назад к нему пришел человек с очень выгодным предложением. И Матвей не смог отказаться.
После окончания финансовой академии Матвей сразу устроился на работу в компанию, торговавшую фурнитурой и тканями. Имея врожденный талант негоцианта, он быстро продвигался по службе. С его подачи компания стала закупать ткани в Манчжурии и Турции. Он умел договариваться с людьми и находить очень выгодные варианты. Хорошее природное чутье помогало ему в решении любых вопросов. На самых важных переговорах он был незаменим. Но есть тут один момент. Когда человеку дается талант, он должен быть еще и правильно приложен. Кесарю кесарево, а слесарю слесарево. Не лезь не в свои дела, и будет тебе счастье. Так нет же. За забором и трава зеленее, и бизнес свой более сладок, чем рахат-лукум и олинклюзив в Турции, купленные на менеджерскую зарплату.
Была у Матвея одна сверхценная идея. Он всегда хотел быть главным. *Мистер номер один*. Но доставались ему должности *Мистер номер два*. Тесно ему было в этих рамках. Полета хотелось. Возможность иметь должность генерального или свой бизнес кружила ему светлую голову. Особенно идея иметь свой бизнес тревожила замдиректора неимоверно. Только вот как-то все не получалось.
В первый раз открыл бизнес с друзьями. Причем со старыми, которых он знал с универа. Сложились они втроем и понеслось. Наивный Матвеша бегал с документами, очаровывал чиновников, нашел сказочное помещение, за вменяемые деньги. Сделал все разрешения. Они набрали штат и начали работать. Удачно все было с самого начала. Договоры подписывались. Товар уходил влет. Все были довольны. *И все заверте…*, как сказал гениальный Аркадий Аверченко. Через два года Матвеше указали на дверь. С ним просто перестали делиться и дали понять, что он неугоден. Жадность большой грех. И его партнерам показалось, что они прекрасно справляются без него. И прибыль выгоднее делить на двоих, а не на троих.
Они его просто кинули, причем еще и нагрубили. Хотя он вывез на себе всю организацию и вложился. Въехать бы Матвеше тогда, что это первый звоночек. Но нет же. Гордо забрал свои вложенные деньги и пошел дальше покорять вершины бизнеса. Он устроился сразу же замдиректором крупного универсального магазина и в первые же месяцы поднял продажи вдвое. Матвеша использовал свой опыт, полученный, в том числе, и в собственном бизнесе. Ну, живи ты и радуйся. Перспективы карьерного роста. Директор с уважением руку жмет и премии капают. Так нет же. У Матвея постоянно в голове возникали идеи открытия собственного дела. Они ему спать не давали после трудового дня. И манили к себе, как те Сирены на морских рифах, поющие призывно для моряков. И топящие корабли.
Причиной первого неуспеха он, на полном серьезе, видел в том, что выбрал неподходящих партнеров. Надо лучше в жизни разбираться. И тогда все уже пойдет, как по маслу. Насколько наивными могут быть очень умные и талантливые люди. Тщеславие туманит им разум. И дергает за ниточки, как тот невидимый закулисный управитель, в кукольном театре. Со зловещей улыбкой за черной маской.
Второй бизнес Матвеша решил мутить самостоятельно. Без друзей. Как очень хороший менеджер высшего звена, он имел, соответственно, неплохую зарплату. Еще премии и проценты со сделок. И накопил за два года определенную сумму, которую мечтал вложить в бизнес и раскрутиться уже по полной…
Мечты, мечты, где ваша сладость?
Мечты прошли, осталась гадость…
Матвеша долго и тщательно готовился к открытию своей компании. Специально прошел курсы по логистике. Побывал в Турции, Китае, Индии и Вьетнаме. Изучая рынок материи. Прочел горы литературы. Подготовился. Со складом ему очень повезло. Знакомый предложил отличное помещение, недорого и в прекрасном состоянии, со всем оборудованием. Матвеша нашел хороших поставщиков, вложился в закупку и оформил компанию.
В одно лицо. Безо всяких там партнеров и соучредителей. Все было идеально, его товар с удовольствием брали магазины, прибыль пошла уже с третьего месяца и жизнь была прекрасна. Но, однажды, склад обокрали. Как раз после новой закупки. На момень кражи все видеокамеры были отключены, а сторожей напоили. Кто-то подкинул им коньяк со снотворным. Стражники укушались знатно и мирно спали до утра. Пока не явился кладовщик. Его пытались привлечь, но его брат служил в полиции и не только отмазал родственника, но и нашел все нитки и доказал, кто именно мог это сделать. Его менеджеры. Заместители. Матвеша пошел на поклон к брату кладовщика и попросил помощи. Он был хорошим менеджером и умел договариваться. Вдвоем они очень эффективно организовали сбор информации и нашли виновных, украденный товар и их пособников. Половину товара удалось вернуть. Все были наказаны. Разбирательства и суд тянулись очень долго. Но компания Матвея в это время разваливалась. Он долго занимался судебными делами, а не бизнесом. И все пошло прахом. Собрать новую команду почему-то не удалось. Один менеджер оказался пьяницей, второй бабником. Пережив пару скандалов и подсчитав убытки, Матвей сдался. Он реализовал остатки товара и закрыл компанию.
Мужчины не плачут слезами, они плачут сердцем. А собственный бизнес для мужика, это как часть тела. Долго еще болит.
Он потом еще долго пил. Ну, не так, чтобы запойно. Просто жена ушла и он каждый вечер пил в баре или в ресторане, глушил тоску беленькой. Перекрывался, ужирался, танцевал, знакомился с девками, таскал их домой. И там познакомился с этим странным типом. Тимуром Ритасовым. Этот Ритасов вынырнул из небытия, как черт из табакерки. В каком-то баре они познакомились за стойкой. Он очень ловко втянул Матвея в беседу. Угощал в честь футбольного матча, показывал какие-то фокусы с шотами виски. Забавный такой и общительный человек. Хотя обычно в барах Матвей знакомился исключительно с девушками. И тут как-то быстро они вместе напились и подружились. Свой в доску, рубаха-парень, Тимур всегда порывался за все платить, за выпивку и такси. Матвей даже заподозрил его, грешным делом, в нехороших намерениях. Тимур, как будто бы прочел его мысли и немедленно начал клеить девок направо и налево. Флиртовал, поил их, хороводил, водил в ближайший отель, *в номера*. Делал все, чтобы Матвей его принял за своего. И поверил.
Однажды, на дне рождения Тимура, во время очередной попойки в ресторане, Тимур представил своего знакомого бизнесмена. Очень дорого одетый человек, в хорошем костюме и обуви, при золотых часах Ролекс, начал плакаться на судьбу, что один его магазин закрылся и он ищет нового директора. Потому как не может спихнуть партию тканей из Индии, очень хорошей, но слишком большой. И ищет подходящего человека. Матвеша промолчать не смог. Слово за слово, договорились партию посмотреть. На следующий день Матвеша был на складе. И увидел товар лицом.
Ткани были полная дешевка, плохого качества, хотя и хлопок. Условия, на которых ему предлагали товар, изумили. Практически под реализацию, по минимальной стоимости. Матвеша просто должен был спихнуть товар, причем навар мог быть весьма солидным. Как очень талантливый человек, да, к тому же, с большим опытом, Матвей быстро сообразил, куда это все можно предложить и уже через пару дней представил бизнес- план. Как ему показалось, этот план никому на фиг не сдался. Хотя его похвалили и предложили как можно раньше забирать товар. То есть, Матвеше был предоставлен склад, под завязку забитый товаром, который он мог продавать, как хотел. Ему не ставили сроки или финансовые рамки. Условия по логистике вообще волшебные. Почти даром. Было только одно условие. Тимур очень вкрадчиво сказал, что товар якобы, то ли конфискат, то ли бракованный. В общем, мог попадаться брак.
Матвеша быстро раскидал по магазинам, ателье и мастерским пробные партии. И дело пошло. Ткань оказалась с виду неказистая, но очень прочная. Стали заказывать еще. Прибыль, договоры, появлялись новые заказчики. Брак ни разу не вернули. Возможно, его не было. Довольный, как слон, Матвеша был уверен, что жизнь удалась. Вот только бесплатный сыр есть только в мышеловке.
Тимур не отвечал на звонок. Матвей отправил пару писем на электронку и месседжеры.
Хотел было к нему поехать, но передумал.
Достал телефон и набрал номер Григория, того самого брата завскладом, который служил в полиции. Через час Матвеша сидел в кабинете, в отделении и рассказывал про свои горести.
– Мне кажется, меня подставляют. Какая-то фигня.
– Рассказывай.
Матвеша изложил суть вопросы достаточно сбивчиво. Он никак не мог объяснить, чего он боится и что, собственно, ему угрожает.
Он рассказал про Бакланова, которого никто не мог найти. Про испуганного Коляна, который чего-то так страшно испугался, что готов был на ГОА бежать без оглядки.
И про свои странные предчувствия.
– Возможно, будет рейдерский захват.
– Чего?
– Моей компании.
– Можно уточнить, чем сейчас занимается твоя компания?
– Текстиль, фурнитура.
– То есть, ты по-прежнему, тканями торгуешь?
– Да.
При этих словах товарищ капитан выпрямился в кресле, отодвинул ящик стола и достал какую-то бумагу. Заглянув в нее, он внимательно посмотрел на Матвешу и задал странный вопрос:
– А хлопчатобумажными тканями ты тоже торгуешь?
– Конечно, семьдесят процентов всего объема продаж. Это хлопок. Мы на нем, можно сказать, специализируемся.
Тут капитан достал из ящика еще одну бумагу и показал Матвеше.
– У вас на складе есть такая ткань?
На цветном рисунке, распечатанном на принтере, красовалось то самое полотно, которое Ритасов втюхнул Матвею.
– Да, наш товар.
– Давай номер телефона этого Бакланова. И все его данные. Адрес, там, телефон жены и прочее.
– У меня есть копия его лицензии и ИП.
– Отлично. Посиди, я сейчас приду.
Через десять минут капитан Брагин вернулся.
– Есть локация, где телефон твоего товарища прекратил работать. Поехали.
В последний раз телефон Василия Бакланова определялся в районе заброшенного здания кирпичного завода. Там, в канализационном люке, обнаружили тело Бакланова. Он уже более суток был мертв.