Дочь королевского генерала в академии магии. Убийство короля бесплатное чтение

1. Похороны любовников

Король Беагарда Георг I гостил в Академии магии уже неделю. Это был первый раз, когда глава королевской семьи приезжал в проклятые земли, где находилась Академия, и никто не ожидал, что он пробудет тут так долго.

Правда, мы видели его лишь раз, когда он поприветствовал магов трех ступеней перед стенами замка. Все остальное время нам встречались только военные, обслуга и несколько работников Королевской Конторы, которые слонялись по замку в своих темных одеждах, выискивая потенциальные опасности. К нашему счастью, на седьмой день они почти перестали патрулировать замок ночью, и мы без особых трудов выбрались из него, чтобы сделать одну неприятную, но нужную вещь.

Мы должны были похоронить двух человек, чьи кости были не упокоены уже больше трехсот лет. Они были моими дальними предками, и потому я относилась к этому событию крайне серьезно.

Но вот Моррис и Феликс были настроены совсем не так. Пока мы шли до нужного места, они позволяли себе обсуждать какие-то глупости вроде того, какое из крепленых вин лучше дает в голову при меньшем расходе.

– Что-то не так, Алиса? – Моррис заметил мое недовольство. – Ты как будто на нас зла.

– Мы с вами словно идем поразвлечься в город.

– Ну, в каком-то смысле это так, – хихикнул Феликс. – Тут раньше везде был город.

– Ты говоришь о похоронах моих предков.

– Это и предки Морриса. Но он так не переживает.

– Не прямые, – поправил его Моррис. – Прости, Алиса. Я не думал, что для тебя это так важно.

– Дело не в родственных чувствах. Просто мы должны высказать уважение этим людям. Как Лидия когда-то высказала тем, кто лежал тут неуспокоенными.

– Думаешь, она понимала, что все дело не в благословении, а проклятии Авейлы?

Если честно, я особо не думала о Лидии с тех пор, как узнала правду о том, почему маги в Беагарде могли зачинать детей. Не так важно, что случилось, важно то, к чему это привело. Благодаря Лидии кто-то проницательный понял, что проклятие этой земли не такое уж и проклятие, и потому мы все – я, Моррис, Феликс, Ванесса, Виктория и множество других магов – были вынуждены учиться именно тут.

Это не было прихотью и данью уважения Лидии – это было необходимостью.

– Мне кажется, это не так важно.

– Алиса права, – согласился Феликс. – Лидия лежит в замке, и теперь не важно, что она там думала. Хотя, спасибо ей, наверное. Без нее ты бы не родился, Моррис, было бы грустно.

И правда. Мы-то с Феликсом были перворожденные и родились у обычных людей. А вот матерью Морриса была маг из королевского дворца.

– Ты так рад моему рождению?

– Конечно. Кто будет напоминать нам о том, как мало мы знаем.

– Тут ты прав. Про то, что мы мало знаем, я имею в виду.

Феликс еле заметно закатил глаза. Моррис любил говорить таинственными фразами и не всегда пояснял, что имеет в виду. Но сейчас нам следовало сконцентрироваться на другом.

Мои предки ждали нас у руин, где сила заклятия была очень велика, и потому Феликсу и Моррису, на которых действовала его антимагическая составляющая, было плохо находиться в самом его эпицентре. Мы договорились, что они будут рыть могилу на краю старого кладбища, чтобы Лаинс и Авейла были упокоены рядом с остальными жителями старой столицы. Мне казалось, так будет правильно.

Но вот зайти в подвал, где король и его любовница нашли свое последнее пристанище, могла только я.

– Будь осторожна, – сказал Феликс, когда мы решили, что им с Моррисом пора остановиться и начать копать могилу. – Если что, кричи, и мы прибежим к тебе.

– Из живых тут только мы втроем, да и вам станет плохо в центре.

– Мы потерпим. Правда, Моррис?

– У нас не получится, но мы очень постараемся.

Моррис уже начал копать свою часть могилы, и было видно, что без помощи более сильного телом Феликса ему будет довольно сложно. Мы с Феликсом переглянулись и поняли друг друга без слов. Он взял лопату, а я укуталась в накидку посильнее и пошла искать подвал, где меня ждали два тела.

***

– Наконец-то я снова дома! – радостно сказал призрак Лаинса, привязанный сильным заклятием к кости, которую я носила в кармане подъюбника. – Не думал, что буду скучать по этому месту.

– Мы тут ненадолго. Не забывай, что тебе нельзя воплощаться, когда рядом будут Феликс с Моррисом.

– Я знаю. Жаль, что ты так и не поведала обо мне прекрасному бастарду.

Я проигнорировала его слова. Сейчас у меня была одна цель – собрать оставшиеся кости Лаинса и его возлюбленной Авейлы в сумку, а потом вынести их наружу. Это казалось кощунственным, но иного выхода у меня не было.

– Прошу, только не перемешай нас, – попросил Лаинс, наблюдая за процессом через плечо. – Авейле бы это не понравилось. Мало ли, где сейчас ее дух.

– Либо так, либо вы будете не упокоены еще много лет.

– Мы с тобой оба знаем, что я на тот свет пока не собираюсь, – улыбнулся Лаинс. – Если ты, конечно, не закопаешь тут мою кость вместе с этим барахлом.

Мне этого не хотелось. Иметь родственника рядом, пусть и виноватого во многих бедах Беагарда, пусть и призрака, но родственника, было приятно. К тому же Лаинс знал про меня то, что я не могла доверить другим своим родичам. Хоть и предлагал вещи, которые вполне можно было отнести к государственной измене.

– А ты сам чего хочешь? Быть тут или там? – спросила я. – Быть может, ты уже передумал оставаться рядом со мной?

– Не говори глупости, Алиса. Я натворил дел, и я не уйду в мир иной, пока Беагард снова не станет великим. А ты, чую я, мне в этом поможешь, моя дорогая правнучка. Но сейчас давай не будем заставлять ждать твоих мужчин. Они не должны проводить много времени рядом с местом концентрации заклятия. Собирай наши кости, но прошу, будь аккуратнее!

Он был прав. У тех, у кого не было моего дара, находиться в этом месте, даже в отдалении от него, – сущее мучение. И потому мне нужно было торопиться.

***

Как только Феликс увидел меня с сумкой, наполненной костями, которую я тащила с большим трудом, он побежал ко мне, несмотря на то, что для него это было непросто.

– Не стоило.

– Стоило, – отрезал Феликс, закашлявшись. – Давай сюда.

Он забрал у меня сумку, и мы поковыляли к могиле, которую продолжал раскапывать Моррис.

– Глубоко получилось, – с удивлением отметила я, подойдя ближе. – Я думала, тут твердая земля.

– Совсем наоборот. Может, потому Лидия и выбрала это место для кладбища. Хотя ей тоже должно было быть нехорошо тут, как нам с Феликсом. Если, конечно, она не такая же, как ты.

– Да ее убили бы, будь она как Алиса, – уверенно сказал Феликс. – Ну что, начнем? Не люблю похороны, хочется поскорей закончить.

Я не думала, что в этом мире был человек, которому похороны нравились. Однако что-то подсказывало мне, что у Феликса были более серьезные причины. Но я не стала спрашивать. Многое, что я узнавала о его прошлом, лишь отдаляло нас.

Например, моя семья была косвенно виновна в смерти человека, который заменил ему отца. Правда, Феликс об этом не знал. Да и я сама узнала лишь неделю назад и все это время пыталась забыть эту историю.

– Как мы это сделаем? – Феликс все еще держал в руках сумку с костями. – Просто высыпать – некрасиво будет. Родичи все же.

– Не думаю, что у нас есть время располагать каждую косточку анатомически, – заметил Моррис. – Прости, Алиса.

– Я все понимаю. Мы просто разложим черепа к югу, как принято. А остальное не так важно. Для них, я думаю, тоже.

У Лаинса могли быть и свои мысли на этот счет, но сейчас он ничего не мог сказать.

Мы все решили, что это уместный компромисс, и вскоре кости моих предков были помещены в могилу, а Феликс с Моррисом быстро засыпали их землей. Все было практически готово.

– Нужно ведь что-то сказать? – Феликс произнес вслух то, о чем мы думали.

При похоронах обычно есть клирик, но наши похороны были тайными, и никто из нас не был служителем Истинного.

– Я произнесу слова. Я должна это сделать.

Все же это были похороны моей семьи.

– Хорошо, – кивнул Моррис. – Начнем.

– Истинный привел вас в этот мир. Истинный наделил вас даром и властью. Истинный отобрал у вас все и теперь ждет к себе. Думаю, он уже заждался. Идите же к нему.

– Хорошо вышло, – прошептал Феликс. – На моих похоронах пусть ты будешь вместо клирика.

– Рановато о таком думать.

– С нашим даром никогда не рано, – покачал головой Моррис. – Но надеюсь, на ту сторону мы пройдем не скоро.

– Если проведем тут еще час, то присоединимся к этим двоим. Пойдемте уже обратно. Тут холодно и мерзко.

Я не чувствовала того неприятного давления антимагии, но была согласна с Феликсом. Место было премерзкое, и нужно было возвращаться в замок.

Пока мы шли обратно, я думала о том, что если бы с нами не было Морриса, я бы вцепилась Феликсу в плечи, повалила на землю и начала зацеловывать до укусов, а потом, может, и оседлала бы его прямо под звездами. Странно, но мне правда этого хотелось. Возможно, дело было в том, что несколько минут назад я держала скелеты двух людей в своих руках. Я прикасалась к мертвым и отчаянно хотела почувствовать себя живой.

А может быть, я лишь искала себе оправдание. Возможно, я просто хотела Феликса так сильно, что думала о плотской любви даже когда шла с похорон по колено в грязной земле.

Он скользнул по мне взглядом и улыбнулся, стараясь, наверное, поддержать. Интересно, что бы он сказал, узнав, какие мысли в моей голове. Наверное, ему бы это польстило – кому бы нет?

А вот Моррис, наверное, посчитал бы, что я хуже, чем он думал. Из наших разговоров мне казалось, что он воспринимал эту свободу в любовной жизни магов как то, с чем просто можно примириться. Он не радовался ей и не прославлял ее.

С другой стороны – я знала, что в его спальне регулярно ночевала директор Академии.

– Что-то не так... – пробормотал Моррис, когда мы подошли ближе к замку. – Посмотрите.

Мы собирались вернуться домой так же, как и пришли – через северный вход, который не охраняли. Только вот появилась проблема – у него стояли двое людей из Королевской Конторы.

– С чего их отправили именно сегодня? – возмутился Феликс. – Они неделю этот вход не трогали.

– Значит, что-то случилось.

– Необязательно. Может, начальство дало нагоняй.

– Что нам делать? – спросила я, не желая тратить время на бессмысленный спор. – Они же нас заметили.

– Муравью одно место приделать. Ждать, что еще.

– Иногда я забываю, что ты выходец из низин, Феликс, – с восхищением произнес Моррис. – Но ты всегда успеваешь об этом напомнить. Но слова подходящие. Они нас заметили, а мы заметили их. Так что мы пойдем и спросим, что же случилось.

Он не успел закончить фразу, как один из работников Конторы пошел к нам, выставив руку вперед. Стало понятно, что он был из магов. Об этом не принято было говорить, но магов-конторщиков не любили, считая кем-то вроде предателей.

Фигура в конторском плаще подошла ближе, и мы поняли, что это женщина.

– Почему не в замке?

– Мы люди свободные, – с бравадой ответил Феликс. – Нас никогда не запирали. Куда хотим, туда и ходим.

– Отвечай на мой вопрос.

– У нас традиция, – вмешался Моррис.

– Что за традиция?

– Раз в неделю мы убегаем в руины, тренируем заклинания и пьем крепленое вино. Вы же знать должны, в руины многие маги ходят.

Напоминание о ее происхождении слегка размягчило лицо женщины. Но лишь на секунду.

– Сейчас не то время, если ты не заметил.

– Да, я понимаю. Его Величество в замке.

– Уже нет.

– Он уехал? – удивился Феликс. – А чего вы тут?

– Никуда он не уехал, – с горечью сказала женщина. – Его Величество Георг был найден убитым сегодня после заката.

2. Убийство

– Это невозможно, – прошептала я, осознав сказанное. – Короля не могли убить.

– Мы тоже так думали, – холодно ответила женщина. – Но Истинный распорядился именно так. Пойдемте. Я провожу вас до ваших спален.

– Как это произошло?

Моррис пытался говорить спокойно, но я чувствовала, что его голос не такой уверенный, как обычно.

– Ты правда думаешь, что мы будем обсуждать это с учениками? Быть может, нам нужно провести тебя на место преступления?

Было странно, что нам вообще сообщили об убийстве, подумала я, но не стала говорить об этом вслух. Контора совершила великую ошибку, и нет ничего удивительного в том, что работники начали делать ошибки мелкие. Так обычно и происходит. Отец говорил – в поединке страшно не пропустить удар, страшно запаниковать.

Внутри замка стояла привычная ночная тишина, но я знала, что это лишь затишье перед бурей. Было страшно представить, что ждет нас утром. Судя по лицу Феликса, он думал о том же самом. А вот Моррис шел, смотря себе под ноги. Он лишился отца, но мы не могли ничего сказать, пока рядом с нами были посторонние.

Лишь когда женщина из Конторы оставила нас, приказав немедленно ложиться спать и никуда не выходить, Феликс подошел к Моррису и крепко сжал его плечо:

– Мне жаль, друг, очень жаль. Хочешь, мы посидим с тобой до утра?

– Зачем? – Моррис повел плечом. – Я знал его не больше вашего, и сейчас меня волнуют только последствия. А они могут коснуться нас всех.

Феликс кивнул и отступил на шаг назад, но я сомневалась в том, что он поверил. Я вот не верила ни капли. Кровь есть кровь, и чтобы Моррис ни говорил, отца он знал, видел его во дворце и слышал его голос. Мне хотелось обнять его, но я сдержалась.

– Что ж, мы сделали, что хотели, – сказал Моррис, отвернувшись к лестнице. Из-за падающего от свечей света его лицо словно разделилось надвое. – Я бы хотел выспаться, если вы не против. Чувствую, завтра нас ждет тяжелый день, а скорее – тяжелый год.

– Спокойной ночи, Моррис, – прошептала я.

– Спокойной ночи.

Мы с Феликсом дождались, пока он поднимется к себе.

– Не думаю, что он в порядке, Алиса.

– Конечно, нет. А кто бы был на его месте?

– Я своего отца и не знал. Но мне кажется, все равно бы чувствовал себя плохо, если бы он умер. Хотя, он, наверное, давно умер, может, и до моего рождения.

– Кровь есть кровь, любого родителя жалко.

Я вдруг вспомнила нашего конюха, которого отец держал из жалости к его матери. Он пил и дрался, а когда мать умерла, рыдал месяц и хотел ее могилу вырыть. Ничего хорошего в его душе, кроме любви к матери, не было.

– Тогда почему он перед нами строит из себя каменную статую?

– Моррису хочется казаться сильнее, чем он есть. Не стоит навязывать ему нашу помощь, пока он к ней не готов. Когда придет время, он обратится сам.

– Может, ты и права, – неуверенно сказал Феликс. – Что ж. Идем спать?

Я не хотела спать и знала, что Феликс не хотел идти в свою комнату и ложиться в холодную постель. Но кому-то из нас нужно было об этом сказать.

– Быть может, мы пойдем в купальню?

Феликс чуть заметно улыбнулся.

– Ты хочешь пойти туда вместе?

– Хочу, – вздохнула я.

– А говоришь это с сожалением.

– Что это обо мне говорит? Мы только что закапывали трупы, узнали о смерти короля, жалеем друга, а мне лишь больше хочется забыться с тобой наедине.

– А для чего еще мужчина и женщина нужны друг другу? – Феликс взял меня за руку и повел к двери купальни. – Истинный все же не просто так придумал нас такими. Понимал, что без этого жизнь будет совсем плоха.

***

В купальне, как всегда, стояло приятное тепло. Вода, пока еще теплая, стояла в бочках и ждала, пока маги нагреют ее до кипятка. Рядом лежали ковши из выдолбленного дерева, которыми можно было зачерпывать воду.

– Хочешь помыться сначала? – спросил Феликс, сбрасывая верхнюю одежду прямо на пол. – Я могу полить тебя из ковшика.

– Это довольно бессмысленно, тебе не кажется?

– Почему?

– Мы вспотеем и испачкаемся, – я избавилась от платья, аккуратно сложив его на скамейке вместе с нижней юбкой. – Зачем мыться дважды?

– Твоя прямолинейность иногда как под дых дает.

– Тебе это не нравится?

Быть может, Феликсу хотелось, чтобы я говорила намеками и не смущала его излишней прямотой. Но намеки всегда давались мне с трудом.

– Я женскую прямоту раньше в борделе только встречал, когда они приходили от клиента и говорили без патоки. Как маску сбрасывали. Но ты и живешь без маски.

Мне стоило, возможно, оскорбиться подобным сравнением. Но ни сил, ни желания на это не было. Вместо этого я позволила Феликсу подтолкнуть меня к стене и поцеловать. Я ответила так, как хотела все время, пока шла к замку, – с жаром и укусами, чем, кажется, сначала ошарашила Феликса, но потом распалила сильнее, чем можно было бы представить. Он задрал мою нижнюю рубаху и прижимался своим пахом очень близко – так словно между нами нет слоев ткани. Это было и приятно, и мучительно, и потому, между поцелуями, я избавилась от исподнего, а Феликс, ругаясь сквозь зубы, развязал свои штаны, спустив их до колен. Я хотела было утянуть нас на пол, но он взял меня под бедра, оторвав от пола, и мне пришлось впиться ему в плечи, чтобы не упасть.

Если бы мы так не спешили оказаться вместе, эта поза, наверное, была бы неприятной – Феликс слишком крепко меня держал, а после каждого толчка я чувствовала спиной неожиданно холодную каменную кладку. Но мы были слишком увлечены, чтобы обращать на это внимание. После нескольких особенно сильных толчков Феликс остановился, а потом осторожно опустился вместе со мной на пол. Мы оба оторвались друг от друга и присели у стены, растрепанные и покрасневшие.

– Я уже думал, что уроню тебя, – выдохнул Феликс, снимая с себя штаны уже полностью. – На картинках это кажется куда проще.

Он говорил про развратные карточки, которые, конечно, легко можно было увидеть в борделе. Там и не такое можно было увидеть.

– Ты довольно сильный.

– Спасибо.

– Хватит благодарить меня за правду, – я встала с пола и с удовольствием стянула с себя влажное нижнее платье. – Теперь можно и помыться.

– Точно? – неуверенно спросил Феликс.

– Мы же собирались, – я нагрела воду наложением рук и посмотрела на него, все так же сидящего у стенки. – Только не говори, что ты меня стесняешься.

– Глупости.

– Ну вот и все. Польешь на меня воду?

***

Говорят, во дворце не нужна ни вода в бочках, ни ковши. Вода, уже нагретая магами, идет прямо по трубам в ванну короля, а потом уходит так же. Надо было спросить у Морриса как-нибудь, правда это или нет?

Но сейчас, когда Феликс был рядом и осторожно поливал меня из ковша, я ни капли не жалела о том, что у нас нет таких волшебных труб. Жаль, что нельзя было всегда вот так мыться вдвоем. Хотя, вдруг подумала я, если он станет моим мужем, может быть, и будет можно. Но так далеко вдаль я пока не могла заглядывать.

Я взяла в свои руки мыло из чистой глины, которую добывали на севере – ничего лучше не смывало грязь с кожи. Было радостно, что эту глину добывали лишь в Беагарде, а наши соседи были вынуждены довольствоваться глиной серой, которая и слабо пенилась, и едко пахла. Это было мелочно и глупо, но я считала это одним из наказаний, которое они понесли за свое предательство. Лишь их правители могли позволить себе купить чистую глину у контрабандистов, которые перевозили ее под покровом ночи, пользуясь людской жадностью.

Обычно я мылась быстро, стараясь экономить воду, которую у нас дома нагревала прислуга. Да и долгое мытье считалось дурным тоном в моей семье. Поэтому и сейчас я попыталась быстро себя намылить, не теряя лишнего времени.

– Ты куда спешишь? – удивленно спросил Феликс, сидящий рядом на табуретке. – Нас никто до утра не побеспокоит.

– Вода скоро остынет.

– Алиса, ты разогрела ее своими же руками. Мы маги и можем мыться сколько хотим. Я в первое время вообще из купальни не вылезал, когда это понял.

Феликс был прав. Спешить было некуда – огонь всегда был при нас. Все же в бытии мага были большие плюсы. Я было задумалась о том, что, будь нас больше, самые нерасторопные стали бы просто помощниками в домах богатых людей, но голос Феликса меня отвлек:

– Давай я тебе помогу, – он забрал у меня брусок и намылил в воде.

Я не стала протестовать. Во-первых, я почти не стеснялась Феликса, а во-вторых, мне бы правда не помешала помощь с тем, чтобы намылить спину.

Он осторожно провел бруском между моими лопатками и растер мыло по коже. Это было куда приятней, чем выворачивать себе руки в попытках смыть грязь.

– У нас такого мыла не было, – тихо сказал Феликс.

– А чем же вы мылись?

– Да мы и не мылись почти, помнишь, я тебе рассказывал? На улице поливались, когда погода позволяла. Девки еще что-то пытались, а мужикам и не пристало особо мыться.

– Это несправедливо. Вы такие же жители столицы, как и остальные.

– Жизнь несправедлива. Я это с детства понял.

– И смирился?

– Нет, – он убрал мокрую прядь с моего лица и слабо улыбнулся. – Но какая разница? Сейчас-то у меня почти все есть.

Я не стала уточнять, о каком «всем» говорил Феликс. Конечно, дар ему дал многое помимо наших отношений. Но мне было приятно тешить себя мыслью, что это было обо мне.

Феликс отложил мыло в сторону, и я думала, что он еще раз польет меня водой из ковша, но он провел рукой по моей шее, перейдя на ключицу и в конце концов осторожно сжал мою грудь. Мне казалось, что мы оба не дышали.

– Я слышал, что бокалы, из которых пьют вино богачи, сделали по форме груди одной из любовниц короля.

– Какая глупость.

– Наверное. Но я бы лучше по твоим сделал.

Это был ужасно пошлый комплимент, достойный впечатлить разве что работниц его сестры, но мне было ужасно приятно от его слов. Хотя в моих формах не было никакой личной заслуги. И все равно я немного гордилась, что уродилась так удачно.

А еще, чувствуя, как Феликс касается подушечками пальцев моих сосков, как смотрит на меня, я понимала, что снова распаляюсь. И что хочу, чтобы Феликс помог утолить эту жажду.

Я вспомнила, как он ласкал меня языком, и мне хотелось это повторить, но попросить об этом я не могла. Но я могла взять его руку и опустить вниз, надеясь, что Феликс сам все поймет. И, к моей радости, он понял.

Он раздвинул мои нижние губы и проник внутрь. Эти его ласки были приятны, но когда он начал прикасаться там же, где и целовал в прошлый раз, в купальне стало еще жарче, а мне хотелось выгнуться в спине и быть к нему еще ближе. Я сама не заметила, что схватила Феликса за свободную руку и отпустила только когда пришла в себя.

3. Странные вещи

Вернувшись в комнату, я не была уверена, что смогу уснуть и хоть немного отдохнуть перед тяжелым днем, который ждал весь замок. Сложно было представить, как смерть короля повлияет на Академию. Возможно, какое-то время нам даже не дадут учиться – по крайней мере, на месте королевской гвардии я бы так и сделала. Отменила бы уроки и запретила бы выходить из замка, пока не будет закончено расследование.

Несмотря на эти тяжелые мысли, я сама не заметила, как погрузилась в глубокий сон.

– Просыпайся! Все уже завтракают! – Ванесса пыталась меня разбудить, но я не хотела вырываться из приятной дремы. Мне снилось, что я на месте короля. Не умершего короля, а живого, снилось, что я в королевском дворце и отдаю приказы, а верные соратники стоят за мной.

– Ванесса, – прошептала я сонным голосом, пытаясь не закрыть глаза снова. – Я должна тебе кое-что рассказать.

– Это я должна тебе кое-что рассказать!

Значит, она уже знала.

– Король со свитой уехал из замка на рассвете! – продолжила Ванесса. – Я видела их в окно.

– Это невозможно.

– Почему? Внезапно приехал, внезапно уехал. У короля много же дел.

Я и не знала, что сказать. Но мне хватило ума не рассказывать соседке, что мы узнали вчера. Что бы там ни было, не стоило ее впутывать.

– Алиса, на тебе лица нет! Ты, наверное, расстроена, что твой брат уехал?

Я, к своему стыду, совсем забыла про Льва. Мы всего пару раз встретились в замке за всю эту неделю и практически не говорили. Мне было стыдно видеть его, так как в моей голове все еще была сцена, где он целуется с Викторией, будучи помолвленным уже как год.

Мне нужно было срочно поговорить с Моррисом и Феликсом.

– Ванесса, я не приду в трапезную. Мне нездоровится.

– Может, принести тебе что-нибудь?

– Не стоит беспокоиться, правда. Мне просто нужно собраться с мыслями.

Она улыбнулась и погладила меня по волосам.

– Не волнуйся, дорогая. Вы увидитесь снова, время пролетит быстро.

Мне было стыдно ее обманывать, но я утешала себя тем, что это для ее же блага.

Я дождалась, пока она уйдет, а потом быстро оделась и вышла в холл, чтобы постучаться в соседнюю комнату. К моей радости, Феликс тоже проспал.

– Соскучилась? – он сонно улыбнулся. – Заходи, Ровена нет.

– Я зайду, но не за тем, о чем ты подумал.

– Ни о чем таком я не подумал, – пробурчал он, впустив меня в комнату.

Я даже и не знала, как сказать то, что сообщила мне Ванесса. Слишком уж странным это было.

– У меня новости, которые тебя удивят. Самой в них не вериться.

– После вчерашнего меня ничто не удивит, – хмыкнул Феликс.

– Сомневаюсь.

– Ну так расскажи, – он подошел ко мне и обнял, уткнувшись в мои волосы.

Было бы здорово просто постоять вот так вдвоем, но я не могла себе этого позволить.

– Король уехал сегодня на рассвете.

– Встал из гроба и пошел сам?

– Я не шучу. Ванесса рассказала мне, что видела их в окно. Выглядело так, словно он жив.

Феликс выпустил меня из объятий и внимательно посмотрел, думая, видно, что ослышался.

– Ничего не понимаю.

– Я тоже. Не могу сложить все это вмести.

– Надо поговорить с Моррисом, – сказал он после некоторого раздумья. – Все же его отец может быть жив. Он-то наверное уже в трапезной.

***

Моррис уже ждал нас на выходе из трапезной, и, судя по его лицу, он уже все знал.

– Выспались? – спросил он равнодушным голосом. – А у меня новости, вы будите впечатлены. Пойдемте, поговорим.

К нашему общему с Феликсом и Моррисом удивлению, жизнь в замке и правда выглядела так, словно ничего не произошло. Разве что король вместе со свитой уехал, никого не предупредив, кроме самой Лионель. Она сообщила об этом всем во время утренней трапезы, о чем нам рассказал Моррис.

– Ничего не понимаю, – в очередной раз повторил Феликс.

Мы скрылись от лишних ушей в пустом коридоре и пытались осознать то, что узнали.

– Может, они решили скрыть убийство? – предположила я. – Но зачем?

– Вопрос больше в том, зачем нам об этом рассказали, – задумчиво сказал Моррис. – И было ли убийство вообще.

– О чем ты?

– Зачем рассказывать нам о том, что собирались скрыть?

Я вспомнила, что тоже была удивлена тем, что нам сообщили об убийстве.

– Возможно, это было ее ошибкой.

– Работница Конторы и поддалась истерике? – Моррис удивленно вскинул брови. – Сомневаюсь, хоть они всего лишь люди. Выходит, либо убийства не было, либо его изначально не хотели скрывать.

– Зачем скрывать смерть? Все равно ведь узнают. Нельзя же сказать, что король просто испарился.

– Я не знаю. Но если мой братец вскоре взойдет на престол, а нам расскажут, что король умер во сне, значит убийство все-таки было. И убийцу покрывают.

– У меня каша в голове от всего этого – призналась я.

– Думаешь, у меня нет? Я даже не знаю, что писать матери. И можно ли писать.

– Лучше не пиши, – уверенно сказал Феликс. – Не рискуй, а то проблем не оберешься. Лучше нам забыть и про короля, и про Контору, и про то, что мы с вами слышали.

Феликс был прав, безусловно прав. Но я очень сомневалась в том, что Моррис сможет последовать его совету.

***

В этот раз практическая магия проходила в зале для занятий на втором этаже. Мы снова оттачивали наши движения, а Делазари снова был нами недоволен. Особенно он был недоволен Моррисом, который был страшно рассеян.

– Если тебе нездоровится, Моррис, иди в лекарню.

– Все в порядке, учитель.

Я урвала момент, когда на нас никто не обращал внимания, и прошептала ему на ухо:

– Возможно, тебе правда стоит взять перерыв.

– Не глупи, со мной все в порядке.

– Твой отец убит.

– Это не точно.

– Так только хуже.

Моррис замолчал, а мне стало очень больно за него. Так ужасно – увидеть отца впервые за долгое время и так потерять, не зная, что случилось и случилось ли.

– Ты знаешь, где были его комнаты? Быть может, там что-то осталось.

Моррис слегка улыбнулся.

– Уж не предлагаешь ли ты, Алиса, пройти в покои директора? Если да, то я согласен.

– Он жил в комнате Лионель?

– Ну конечно, это самые роскошные покои в замке, только они были достойны короля. Поэтому она и переехала на время в другое место.

– И ты знаешь, как туда попасть?

– Я же был там и не раз.

Я помнила про их роман с Лионель, а также и про то, что Моррис не испытывал к ней никакой привязанности. К своему сожалению, я помнила и тот день, когда об этом узнала – семь дней назад, когда Моррис пытался меня поцеловать.

Мы не говорили об этом, оба делая вид, что ничего не случилось. Я не знала, правильно это или нет.

– И когда мы туда пойдем?

Моррис ухмыльнулся и прокричал:

– Учитель! Разрешите Алисе сопроводить меня к лекарю. Боюсь, я смогу упасть с лестницы, когда пойду вниз.

Делазари посмотрел на нас двоих с раздражением, но кивнул, махнув рукой.

– Идите. От вас обоих все равно сейчас нет толку.

4. В покоях короля

– Неужели мы правда заявимся в комнату директора? – я спрашивала скорее не Морриса, а саму себя. – Ты не боишься?

– Чего мне бояться? – хмыкнул Моррис. – Думаешь, она выгонит из замка своего главного любовника?

Мы шли по лестнице на третий этаж, и я, услышав такую излишнюю откровенность, встала как вкопанная.

– Что такое, Алиса? Неужели ты думаешь, что Лионель удовлетворит один студент? Таких как я у нее еще несколько.

– И ты не против?

– С чего мне быть против? Я ее не люблю. Думаю, это было очевидно.

– Значит, ты просто удовлетворяешь свои потребности? – поняла я. – Не думай, что я тебя осуждаю. Просто я не думала...

– Что для меня так важна эта часть жизни? Я тоже так не думал, Алиса. Но я маг, а это, наверное, у нас в крови. Но Лионель для меня ничего не значит. Я для нее, впрочем, тоже. Как человек, я имею в виду, а не как игрушка для развлечений.

Я кивнула, и мы двинулись дальше, думая, наверное, каждый о своем. Моррис был прав, я в глубине души не верила, что он из тех, кого может делить постель с человеком, к которому он равнодушен. Но, хоть он и был мне другом, я многое о нем не понимала. Особенно после того, что случилось в библиотеке. Что это было для Морриса? Порывом или чем-то более серьезным? Я не знала, как это выяснить.

К моему удивлению, покои директора не охранялись серьезно. Моррис быстро прошел по плохо освещенному коридору, приложил руку к двери, и мы попали в приемную, в центре которой был огромный деревянный стол, а стены были завешаны картами Беагарда.

– Спальня там, – Моррис кивнул на книжный шкаф. – Потайная дверь. Обыденно, конечно, но Лионель любит такие вещи.

Он проделал странный ритуал со шкафом – он несколько раз сдвинул книги, следуя какой-то непонятной мне инструкции.

– Вот и все, – он отодвинул шкаф в сторону, обнажив совершенно обычную деревянную дверь за ним. – Добро пожаловать в покои нашего дорогого директора.

Он открыл дверь без каких-либо заклинаний и даже без ключа и впустил меня внутрь.

– Ох...

– Впечатляет, правда? Покои, достойные короля.

Наверное, это была самая роскошная спальня во всем замке. Стены были отделаны охристым деревом, рамы на окнах окрашены жидким золотом, а на полу лежал ковер, украшенный трудоемкой вышивкой. Эта спальня напоминала не покои директора. Скорее так мог выглядеть будуар фаворитки богатого герцога.

– Интересно, какой была эта комната раньше?

– Я уверен, она выглядела более утонченно. Лионель слишком любит бросать пыль в глаза. Впрочем, для нас это к лучшему. Посмотри сюда.

Моррис подошел к кровати с красным балдахином и показал на стену.

– Дерево отбито, чтобы пробраться к настоящей кладке. И это явно не ее рук дело. Зачем, если она это дерево специально привезла из столицы и заплатила уйму денег.

Я присмотрелась к месту, на которое он указывал. И вправду. Дерево было сбито, причем довольно грубо. Кто-то сильно спешил, чтобы добраться до того, что внутри.

– Не понимаю, там же просто стена, – я присела рядом с Моррисом и провела рукой по открывшейся каменной кладке.

– Возможно, тот, кто что-то искал, ошибся местом. А еще ему помешали.

– О чем ты?

– Об этом, – он показал на ковер.

– Не понимаю.

– Вот, – Моррис ткнул пальцем в один из узоров. – Посмотри на это пурпурное пятно. Узор повторяется, но это пятно есть только тут. Это не часть узора, это оттертая кровь.

– Ты в этом уверен? – я попыталась присмотреться к небольшому пятнышку, на которое он указывал. – Так может выглядеть не только кровь.

– Алиса, я знаю Лионель, и я был тут до того, как приехал король. Она никогда бы не оставила грязный ковер, а значит, это пятно появилось, когда тут гостил мой отец. А если взять остальное, о чем нам известно, то я думаю, он застал кого-то в спальне и был убит. А что искал убийца, вот это уже вопрос?

– Возможно, я знаю, что он искал.

Моррис уставился на меня в недоумении.

– У нас мало времени, так что скажу быстро: в комнате есть письма, которые Авейла писала моему предку. Там есть важная информация.

– Это он тебе рассказал в ту ночь?

– Да, – это было не вранье, но мне все равно было стыдно умалчивать остальное.

– И что же в этих письмах?

– Я расскажу тебе позже.

– Надеюсь. Мне бы хотелось знать, из-за чего, возможно, был убит мой отец.

Сказав это, Моррис задумчиво осмотрел комнату, словно что-то вспоминая. И в один момент он быстрым шагом пошел к противоположной стене и начал сдвигать сундук, стоящий там.

– Что ты делаешь?

– Он стоял в другом месте, а значит, кто-то мог что-то скрыть, – судя по голосу, Моррису было явно тяжело. – Помоги мне, Алиса. Я не самый сильный мужчина на земле.

Обычно мужчины стеснялись признавать свою слабость в чем-то, но Моррису было все равно. Это мне в нем нравилось. Он был честен с собой и с другими. По крайней мере по большей части.

– Что ж, я был прав, – сказал он, когда мы сообща передвинули сундук влево. – Думаю, эти письма лежали именно здесь.

Сундук скрывал наполовину разобранную деревянную стену, за которой все также виднелась кладка замка.

– Кажется, тут ничего нет.

– Не уверен в этом, – покачал головой Моррис. – Вот этот камень тебя не смущает? Он отличается по цвету.

Я присмотрелась к месту, о котором он говорил. В старой Империи дома строили из особых каменных блоков темно-зеленого цвета. Эти технологии были утеряны. Но этот камень был скорее серым. И когда я постучала по нему, внутри была пустота.

– Можно прочесть заклинание.

– Нет.

Я знала, что простое заклинание открытия тут бы не сработало. Поэтому я постучала несколько раз, вспоминая слова, которые мне говорил Лаинс в одну из наших бесед.

Раз, перерыв, три раза, перерыв, и еще три раза.

– Что ты делаешь?

Ответом стало то, что камень скрипнул, и я без особого труда смогла его отодвинуть, обнаружив внутри пустую нишу. Мы опоздали. Я опоздала.

– Так ты знала, где искать...

– Нет, Моррис. Память моего предка была не так уж сильна. Он помнил, что письма в комнате, помнил, как открыть нишу, но не мог мне назвать точное место.

– По всей видимости, об этом знал кто-то еще. И этот кто-то мог убить отца.

– Мне жаль, – сказала я после небольшой паузы.

– Не стоит. Я уже смирился с этой мыслью. Сейчас не время горевать. Давай сделаем вид, что нас тут не было. Я не хочу ничего объяснять Лионель.

***

– Давай-ка повторим, – сказал Моррис, когда я закончила свой рассказ. Мы сидели в его комнате, и я пересказывала то, о чем говорил Лаинс. – Твой великий предок все еще может с тобой говорить и считает, что тебе нужно повторить поступок Авейлы?

– Скорее он считает, что нужно улучшить ее заклинание. Иначе нас снова станет меньше. Сила старого заклинанья ослабевает

– Это многое объясняет. Я имею в виду, зачем кому-то вообще искать эти письма.

– Он тоже озабочен угасанием.

– Возможно. А возможно он хочет прочитать это заклинанье не здесь, а где-то где живут люди, мечтающие чтобы магов было много не только в Беагарде. Эти же люди могли подослать сюда шпиона, которого недавно похоронил твой бывший жених.

– Это плохо. Никто не должен получить ту силу что есть у нас, – я сжала кулаки. – Кто бы это не сделал, Лидия или Авейла мы ее заслужили.

– В целом я с тобой согласен. Заслужили или нет, но я бы не хотел чтобы маги расплодились в Королевстве Леопольда или в Ихоре. Пусть это останется нашей привилегией.

– И что теперь делать?

Я сама не знала, зачем спрашивать. Откуда ему знать, что делать в такой ситуации. Он был умнее меня, но он не был всемогущим.

– Для начала тебе нужно рассказать все Феликсу, – тихо сказал Моррис, прервав недолгое молчание. – Будет неправильно держать его в неведении. Он же не знает про Лаинса, да?

– Не знает.

– Он разозлится, что ты сказала мне первому.

Моррис был прав, хоть мне это и не нравилось.

– Феликс поймет, что у меня были причины. Ты отвел меня в комнату, где эти письма могли бы быть.

– Ты рассказала ему про наш поцелуй? – вдруг спросил он.

Я и не знала, что ответить. Конечно, я ничего не рассказывала. Да и не воспринимала тот поцелуй как что-то, что произошло между нами двумя. Для меня это было лишь то, что делал Моррис. Моррис, а не я сама.

– Не о чем рассказывать. Не думаю, что мы должны об этом вспоминать. Это было нервное утро, и ты был сам не свой.

Моррис слегка кивнул.

– Не знаю, что на меня тогда нашло. Ты права, не будем вспоминать. Но вот об остальном Феликс узнать должен. Я ценю нашу с ним дружбу... Хоть по моим действиям это не всегда и понятно.

5. Волк убил волка

Я собиралась рассказать Феликсу все после обеда, но в трапезную он не пришел, хотя вся группа учеников второй ступени ушла с уроков пораньше и наслаждалась наваристым супом.

– Он пошел за вами, – удивленно сказала Ванесса. – Вы не пересеклись?

– Мы разминулись, должно быть, – лаконично ответил Моррис, осторожно бросая на меня взгляд. – Как думаешь, нужно его поискать?

Феликс мог пойти в лекарню и не обнаружить нас. Мы с Моррисом так и не зашли туда, как всегда проводя свободное время в тишине библиотеки.

– Я схожу за ним, – быстро ответила я. – Все равно я не сильно голодна.

Ванесса начала говорить, что Феликс все равно придет, но я сделала вид, что ничего не услышала, и выбежала из трапезной, пытаясь сообразить, куда лучше пойти. Конечно, следовало зайти в лекарню, чтобы убедиться, что Феликс там был.

Я уже ждала, что услышу, как Мила говорит со своим ужасным деревенским акцентом, что Феликс был тут и был очень удивлен, не найдя нас с Моррисом. Возможно, мне и не стоило заходить туда, чтобы узнать очевидное, но я все равно пришла в коридор, чтобы подергать закрытую дверь.

– Она сегодня не принимает, – сказал знакомый голос. – Ушла в город по делам, оказывается. Мне прислуга сказала, когда я пытался вас найти.

Я обернулась и увидела Феликса, сидящего в нише рядом с дверью.

– Мы не пошли к лекарю.

– Я уже понял.

– Я собиралась рассказать тебе, куда мы пошли.

– А нужно ли? – Феликс поднял брови вверх. – Я не хочу слушать подробности.

– Прекрати, – сказала я, попытавшись сесть рядом, но вот Феликс показательно от меня отодвинулся. – Ты ведешь себя как дитя.

– Почему? Что мне еще думать? Вы ушли вдвоем, но не пошли к лекарю.

– Мы пошли в комнату директора.

– Зачем?!

– Явно не затем, чтобы предаваться постельным утехам, Феликс. Может, ты все-таки меня выслушаешь?

– Моррис тамим и предавался.

– Поэтому он и знал, как туда зайти. Нам нужно было обследовать место, где спал король и где его, возможно, убили. Как ты понимаешь, времени на это было мало, и все остальное пришлось оставить на потом.

Феликс замолчал, и я понадеялась, что ему стало стыдно за свои неуместные предположения. Я рассказала все – про призрак Лаинса и письма, которые кто-то нашел прежде нас, про заклятие и то, к чему может привести его ослабление. Не рассказала я лишь о том, кем Лаинс видел Морриса, и о попытке поцелуя.

– Знаешь, ты могла бы сказать мне сразу.

– Мне нужно было время, чтобы привести мысли в порядок.

– И первым все равно узнал он, – с каким-то отчаяньем сказал Феликс. – Он, а не я.

– Мы были в той комнате, Феликс. Зачем ты заставляешь меня объяснять очевидное? Неужели нет куда более насущных тем для разговора? Кто-то убил короля, – я понизила голос. – И украл письма, которые могут открыть нашим врагам секрет проклятия. Разве это не важнее того, что и кто кому сказал?

– Мне по большому счету плевать и на короля, и на проклятие.

– Без него маги перестанут...

– Да знаю я, – прервал меня Феликс. – Перестанут рожать детей и перестанут. Нас уже не будет.

– Дело не только в нас. Есть те, кто будут жить после.

Он посмотрел на меня и слабо улыбнулся. Словно это я ребенок, который не понимает очевидного.

– Мне в жизни приходилось думать не о будущем, а о настоящем, Алиса. Как достать поесть, как согреться, как выжить? То, что я теперь живу на всем готовом, мало это поменяло. Не хочу рисковать всем ради призрачного будущего других поколений. И не хочу, чтобы ты рисковала.

– И что же ты предлагаешь? Все забыть?

– Я же говорил. Жить дальше, словно ничего не случилось. И своему призраку скажи не навязывать тебе эти идеи. Ему уже все равно, а тебе жить и жить.

– Это не просто призрак.

– Какая разница, Алиса. Лаинс умер, и ему давно пора на тот свет.

Я промолчала. Было очевидно, что мой избранник, тот, кого выбрала моя кровь и тот, кто мне был дорог, совершенно иначе смотрел на жизнь. Впрочем, это было понятно и раньше. У меня не находилось слов, чтобы его переубедить. Да я и не была уверена, что это возможно. Пока я подбирала нужные слова, в коридоре раздался звук каблуков. К нам кто-то приближался.

– Вот вы где!

Это была Виктория – двоюродная сестра Морриса, любовница моего брата и, как оказалось, не только его самого. Девушка, а точнее, женщина большой красоты и не меньших амбиций.

– Чего тебе?

– Я тоже рада тебя видеть, Феликс, – язвительно ответила Виктория. – Мне вовсе не нравится искать вас по всему замку. Но я должна передать кое-что Алисе.

Она наклонилась и сунула мне свернутый лист бумаги прямо в руку.

– Что это?

– Понятия не имею, – Виктория посмотрела в сторону холла. – Твой брат просил передать. Они быстро уехали, и он не успел найти тебя. А я рано встала и прогуливалась по замку, вот он мне его и всучил. А я слишком добрая, чтобы отказать.

Мы с Феликсом прекрасно знали, что это не совсем, правда, но Виктории не нужно было знать о том, что нам известен ее секрет.

– Ты читала его? – спросила я, разворачивая бумагу.

– Мне не интересна чужая переписка.

– Ни за что не поверю, – фыркнул Феликс.

– А мне все равно. Счастливо заняться тем, чем вы тут занимаетесь.

Она ушла, грубо цокая каблуками, а я протянула записку Феликсу.

– Ты уверена? Может, там что-то личное.

– У меня нет от тебя секретов.

Я не думал, что увижу волка, убивающего кого-то из своей стаи. Его шкура всплывет по весне.

– Ерунда какая-то, – покачал головой Феликс. – К чему он это начеркал?

Я призадумалась перечитывая записку еще раз.

– Няня любила рассказывать нам сказки про лесных волков. Там, где она выросла, их было много. Он вспомнил это, чтобы что-то мне передать, так чтобы поняла только я. Но я не понимаю. Может, это про убийство короля?

– Не помню, чтобы на королевском гербе был волк.

– Ни на одном гербе их нет. Хотя мне всегда казалось это странным. Волки – преданные животные. И в стае они обычно друг друга не убивают. Отличное животное для герба.

– А какого они цвета?

– Ты серьезно, Феликс?

– Я никогда их не видел, – обиженно ответил он. – Знаешь, в низинах у нас есть только собаки да коты живут. Ну и крыс много.

– Я тоже волков не видела, только на картинках. Они обычно темно-серые. Но лесные волки практически черные.

– Точно черные?

– Точно. А какая разница?

– Никакой, я просто думаю, – Феликс снова прочитал письмо, прежде чем вернуть его мне. – Пойдем, может, у нашего Морриса будут идеи.

– Ты не против показать ему письмо?

– Мы храним тайны и посерьезнее, – он встал и протянул мне руку, помогая подняться. – Да ты все равно бы его показала. Только не говори, что нет.

У меня не было желания врать и отнекиваться, и потому я кивнула, надеясь, что Феликс оценит мою честность.

– Я так и думал, – сухо сказал он. – Пойдем. Давно мы не разгадывали странные письма.

***

Почему-то я была уверена, что Моррис, увидев письмо, сразу все поймет. Но, как и мы с Феликсом, он лишь недоуменно вчитывался в строки.

волка, убивающего кого-то из своей стаи

– Быть может, короля убил кто-то из своих, – говорил он сам себе. – Но с чего бы назвать их волками?

– Ни с чего.

– Вот именно, – согласно кивнул Моррис. – Больше идей у нас нет?

– Никаких, – Феликс ответил за нас двоих.

– Я перепишу записку на всякий случай. Быть может, во время урока или вечером мне придет озарение.

Нам уже давно пора было идти на занятия. Феликса ждала углубленная алхимия, а мы с Моррисом снова занимались теоретической магией. В трапезной остались только мы втроем, и разносчица еды недобро на нас поглядывала, спеша заняться уборкой.

– Ты можешь переписать ее на занятии, Моррис, – сказала я, встав из-за стола. – Мы все равно сидим вместе.

– И правда. Феликс, ты идешь?

– Я еще не доел, – он показал на полупустую тарелку. – Идите, учитель даже не обратит внимание на то, что я опоздаю. Он вообще мало на что обращает внимание.

– Встретимся после? – осторожно спросила я. – Давайте договоримся о месте, чтобы не терять время на поиски. Вдруг мы догадаемся о смысле записки.

– Предлагаю пойти ко мне и обсудить идеи, – сказал Моррис. – Нельзя, чтобы нас кто-то услышал.

– Моррис прав, – кивнул Феликс. – Есть вещи, которые вслух лучше вообще не произносить. Встретимся в его башне после уроков.

***

Увы, во время занятий у нас не было ни единой возможности подумать о записке. Учитель мучал нас бессмысленными повторениями формул, словно мы только-только переступили порог кабинета. К концу урока я чувствовала себя настолько уставшей, словно несколько раз подряд бегала от замка в город и обратно.

А вот Моррис держался куда лучше. Когда мы зашли в его комнату, он чуть ли не напевал какую-то песенку. Я присела на кровать и попыталась поделиться своими сомнениями:

– Думаешь, мы разгадаем записку?

– Ну конечно. В крайнем случае мы можем попросить Феликса сообщить свою догадку.

– О чем ты?

Феликс должен был прийти с минуты на минуту.

– Я успел узнать его, – невозмутимо продолжил Моррис, перебирая какие-то записи на столе. – Его лицо для меня как открытая книга, Алиса. И книга эта прекрасно знает, что тебе хотел сказать Лев.

Это звучало безумно, но Моррис говорил слишком уверенно для шутки. К тому же шутить он не любил.

– И почему он не говорит мне?

– Вот это мы и попытаемся выяснить, – Моррис благодушно улыбнулся. – Надеюсь, у него серьезные причины.

6. Секреты

Ф