S-T-I-K-S По чужим следам. Книга 3. Серпентарий бесплатное чтение

Пролог

Бум…

Бум… Бум, бум, бум…

Музыка пробивается в сознание.

Сознание или сон?

Бум… Бум, бум, бум…

Знакомый мотив…

К музыке добавляется видеоряд. Картинка плывет, размазана. Цвета ненатуральные, со смещением в холодные синие тона.

Компания молодых парней идет по улице, громко разговаривая и активно жестикулируя. У всех приподнятое настроение. Один из парней размахивает пузатой бутылкой с чем-то крепким. Жидкость при очередном широком жесте вылетает из горлышка и падает на асфальт, чудом не задев никого из компании. Все смеются.

Ооооо. Стасян уже на расслабоне! Где мы?

Голова поворачивается к фасаду. Старые дома. Рельефная лепнина, деревянные окна. Кто-то из жильцов что-то возмущенно кричит, открыв створку.

Питер? Точно. Однозначно. Центр. Рубинштейна?

Картинка меняется на залитый лазерными лучами танцпол. Дымно. Накурено или диджей «поддал газу». Много народа. Слишком много народа. Тесно. Душно. Но музыка качает. Заставляет не замечать неудобства.

Бум…

Бум… Бум, бум, бум…

Хорошо. Слишком хорошо. Славик. Видел среди парней Славика. Значит, был не только алкоголь. Всё понятно. Там, где этот черт, всегда не только алкоголь…

Картинка снова меняется. Танцую. Растворяюсь в ритмичной музыке. Диджей в ударе, снова угадывает с треком. Народ поднимает руки и начинает прыгать.

Эйфория.

Задеваю в прыжке девушку, красивая. Длинные прямые черные волосы, спортивная фигура, обтягивающие кожаные черные штаны и откровенная черная блузка на завязках. Резко разворачивается. Кричит.

Что? Не слышу! А? Да, круто танцую! Что? А! С детства танцую. А ты? Ты красивая!

Картинка меняется. Узкая кабинка туалета. Задранная блузка и спущенные кожаные штаны. Она держится руками за бочек унитаза. Передо мной узкая голая талия, заканчивающаяся грушевидной задницей.

Тело двигается в такт басам, пробивающимся с танцпола. Ей так хорошо, что она не следит за происходящим. Вижу, что длинные волосы, свисая, чуть не касаются чаши грязного унитаза. Продолжаю движения тазом, одной собираю её волосы в пучок и тяну на себя. Чтобы не испачкались. Ей нравится. Она начинает рычать от удовольствия.

Картинка снова меняется.

Чёрт! Какого хрена?! Эй! Дайте досмотреть!

Расталкивая танцпол, ко мне пробивается несколько крепких бородатых парней. Лица разглядеть особо не удается, но всё понятно. Один из них подходит вплотную и хватает меня за руку. Показывает на уже очень хорошо знакомую девушку. Красотку за его спиной грубо держит за предплечье уже другой бородач. Мужчина что-то кричит. Но ничего разобрать не удается.

Бородач, пытается тащить за собой. Вырываю руку. Охрана клуба не реагирует. Всё понятно. Ссыкуны.

Удар.

Слишком медленно. Успеваю увернуться, волосатый кулак лишь вскользь задевает скулу. Делаю отшаг и сближаюсь с хамом уже сам. Пробиваю свою коронную двойку, которую поставил еще в детстве мне отец и которую я тренирую и использую всю жизнь. Попадаю. Агрессор валится на танцпол мешком с говном. Его шестёрок кто-то «оттирает» в толпу, или это оттаскивают меня.

Эйфория. Страха нет. Азарт.

«Я не боюсь того, кто изучает 10 000 различных ударов. Я боюсь того, кто изучает один удар 10 000 раз». Пошли, сука, в кабинку! Я и тебя поимею!

Картинка меняется. Ребята, что пришли со мной, толкают и имитируют удары. Оттесняя меня к выходу. Будто пришли не со мной и тоже за бородатых. Ясно. Известная тактика отвлечения внимания. Закрываю голову и подыгрываю.

Оказываемся на улице. Охрана так и не вмешивается. Бег. Разделяемся. Мы остаемся вдвоем. Надеюсь, парни свалили. Славик рывком сдергивает магнитный замок в какой-то узкий двор. За спиной визг шин. За нами или нет — не важно. Бежим. Двери. Много кованных черных дверей. Разделяемся. Выбегаю на полупустую дорогу. Ловлю попутку.

Ушел? Или я уже в аду? Ха-ха-ха. Обожаю Питер!

Картинка снова меняется. Я еду с молодым русским парнишкой. Он возбужден, постоянно оглядывается на меня и в заднее стекло. Рассказывает мне, как сам буквально на днях повздорил с «испанцами», после того как те решили не платить за поездку. Парень показывает содранные костяшки. Улыбаюсь.

Ага. Воен ..ять. Еще дырку на коленке покажи.

Машину трясет на неровностях. К аудио и видео добавляются ощущения.

Меня укачало? Или это отходняк перемешался с похмельем?

Дурно. Концентрируюсь на ощущениях. Следующие картинки уже не смотрю и почти не запоминаю. Мутит. Вокзал. Вопросы полиции к моему поведению и состоянию. Туалет. Рвет. Электронный билет, чтобы не светиться у кассы. Первый утренний Сапсан.

Надо в Москву. Там отец. Он поможет. Он защитит.

Мысли растягиваются. Картинка скачет. После туалета полегче. Молча прохожу проводницу, доползаю до своего кресла. Соседа нет, это хорошо. А вот состояние совсем плохо.

Вытягиваю и подбираю ноги. Когда двигаюсь — легче. Сердце громко колотится в груди, как загнанный зверь.

Прихожу в себя, громко вздыхая, будто вынырнул с глубины. Оглядываюсь, отходя от этого слишком реалистичного сна.

Салон почти пуст. Женщина средних лет на пару рядов впереди с неодобрением и настороженностью оглядывается на меня. Внезапный спазм в желудке заставляет надуть щёки и отвернуться от прохода к окну. Быстро поднимаюсь.

Нет, только не это. Ехать потом в блевоте. Нахрен.

Сапсан плавно покачивается на рельсах, но меня бросает из стороны в сторону, как на паруснике во время шторма. Держась за кресла, двигаюсь в сторону туалета. Благо мозгов хватило взять место недалеко от него.

Дурно. Крутит. Мутит. Сегодня как-то особенно дурно.

За окнами белое молоко. Но уже ничего не вижу. Зрение сужается до туннеля к двери туалета.

Очередной удар из желудка совпадает с моментом попадания в туалетную комнату. Падаю на колени и нависаю над унитазом. Рвота фонтаном вырывается из горла. После первого приступа поворачиваю голову к входу. Дверь болтается не закрытой. Успеваю заметить в проходе симпатичную русую проводницу, раздающую то ли воду, то ли какую-то еду. От одной мысли о еде становится худо. С трудом успеваю захлопнуть дверь ногой, как изо рта снова льется вода. Еды в желудке нет, из-за этого блевать хоть немного легче.

..ять! ..ять! ..ять! Как хреново! Идиот!

Сердце бешено колотится. Рвотные позывы не думают униматься.

Не хватало еще сдохнуть вот так! Только не сегодня! Только не здесь!

Последняя мысль совпадает с мощнейшим толчком. Время замедляется. Я чувствую как тело отрывает от пола и подбрасывает в воздух. Мгновение и время возвращается к своему нормальному ходу.

Меня с чудовищной силой ударяет о раковину или какой-то другой технологический выступ. Спину простреливает резкой болью от которой темнеет в глазах. Спасительное забытье не проходит. Картинка начинает крутится, тело несколько раз прокручивает как в блендере, обдирая и ломая о выступающие части помещения.

Болтанка прекращается. С нечеловеческой силой меня впечатывает в пол с иллюминатором, еще мгновение назад бывший стеной. Стекло лопается под ногами. В открывшемся оконном проеме, как в портале, мелькают какие-то ветки и земля. С трудом убираю от дырки непослушные ноги, чтобы в неё не затянуло всего меня. Чувствую спиной, как корпус поезда тащит по неровной земле, ударяя о камни и пни.

Кажется, что в этом аду прошла вечность, но уже чем через пару минут движение прекращается.

Лежу в тишине, глядя на потолок с распахнутой дверью. Что происходит в салоне и как там та красотка, непонятно, но думать об этом не получается.

Пробую пошевелиться. Тело не слушается. Боль нарастает. Наваливается отовсюду. Сознание затапливает ей, словно меня кто-то медленно погружает в громадный кипящий чан. Терпеть становится невозможно.

Кричу. Нет. Ору. Вместо моего громкого голоса из горла вырывается только сиплый сдавленный вой.

Сознание, словно издеваясь, упрямо держится за реальность, не отпуская меня из кипящего котла.

Вот он. Мой ад. Отец. Ты меня предупреждал. Ты всегда мне это говорил. Но я не слушал тебя. Не так, не хотел слушать! Не так. Мне было важно не слушать тебя. Одежда. Прическа. Всё. Я делал всё назло тебе. Зачем? Почему? Для чего? Когда ты стал мне врагом? Когда я тебя им сделал? Может, когда ушла мать… Но ты не виноват, ты сделал всё, что мог… Прости. Спасибо тебе за всё.

Мысли ворочаются неохотно. Не знал, что от боли бывает тяжело не только дышать или двигаться, но даже думать. Всё так же мутит и крутит, но на общем фоне это уже не важно. Сердце упрямо колотится, не желая отпустить измученную душу из перемолотой оболочки.

Продолжаю выть. От этого немного, но легче. Позволяет хоть немного, но думать. Начинаю подмечать происходящее вокруг. Стараюсь переключиться с внутреннего созерцания на осмотр окружающего мира.

Кабинка в потемневшей и запекшейся крови. Очевидно, моей. Не могу пошевелиться или поднять голову, чтобы посмотреть, что со мной. Но это и не имеет смысла. Жить мне осталось несколько минут или часов агонии. Это уже очевидно.

За приоткрытой дверцей что-то шумело, кажется, кто-то стонал. Но сейчас там светло и тихо.

Всё, что было сломано, отвалилось окончательно. Всё, что искрило, выгорело. Все, кто подавал признаки жизни, её лишились.

Словно бы в ответ на последние мысли раздался громкий щелчок. Потянуло гарью. Что-то начало потрескивать, видимо, разгораясь.

Ну вот. Только подумаешь, что хуже уже не может быть, как на тебе. Мой персональный ад продолжает удивлять своей изобретательностью. ..ять. А я уже ненароком подумал, что протяну до появления спасателей.

На эти мысли Вселенная также решила среагировать.

В тишине окружающего мира раздался звук пробирающейся через лес техники. Какой-то странной техники. Мотор слышно практически не было. Только лязг стальных элементов и хруст почвы, да падение деревьев.

Танк? Электрический? Или электро-БТР?

Машина затихла. Разносящийся по салону горький дым горения какой-то химии или пластика начал проникать в кабинку туалета, опускаясь на её дно, там, где я доживал свои последние мгновения. Легкие начало жечь. Зашёлся в кашле, удивившись, что ещё могу хоть что-то.

От боли тут же чуть не умер. Но удержал себя в сознании. Звуки подоспевшей помощи стали главным лекарством — дали надежду пожить ещё немного.

А там чем черт не шутит? Может вытащят? Отец хорошо заплатит. Он может…

Странные молчаливые спасатели не услышали мой кашель. Раздались приглушенные отрывистые команды.

— Луна. Начинай с последнего вагона. Смотри кабины санузлов.

— Там пожар начинается.

— Да, все как говорил Поручик. Срочно.

— Приняла.

— Имба, смотри огнетушители. Призрак, периметр.

Это что еще за погоняла тюремные? Какие-то охотники за халявой первыми к поезду пробились? Гадство. Неужели не МЧС? Арррр. У них и обезбола с собой, поди, нет! Если добить не решат, случайного свидетеля…

От осознания, что легче уже не будет, организм выкрутил боль на максимум. Держаться снова стало невозможно. Я завыл особенно громко. А дальше, видимо, рассудок не справился с безнадежностью и болью и меня оставил. Иначе я не могу это объяснить.

В кабинке показалась белоснежная проекция человека, а после из неё в мгновение соткалась красивая девушка в камуфляжных штанах и легком летнем оливковом топике под разгрузкой.

Девушка закрыла рот рукой и закашлялась. Увидев лежащего меня, крупные глаза на красивом славянском лице расширились от ужаса. Схватив кнопку на тангенте рации одной рукой, она быстро полезла другой в кармашек на разгрузке.

— Гром, нашла. Четвертый. Он очень плох. Колю нефопам. Срочно нужно лечить. Нет, не транспортабелен.

Кузов качнуло, будто на него кто-то приземлился сверху. Этого хватило, чтобы боль прострелила с новой силой. Как девушка вколола что-то в ногу, даже не почувствовал. Боль начала понемногу отступать, но состояние все еще оставалось ужасным.

Раздался звук работы огнетушителя, а после громкий крик нового голоса.

— Не получится. Тут все серьезно. Надо его скорее вытаскивать.

Раздались быстрые тяжелые шаги по гравию, а после кузов снова качнуло. Раздался громкий хлопок. После кто-то спрыгнул в салон и начал по нему пробираться. Когда в проеме сверху показался улыбчивый молодой мужчина, очень похожий на актера из «Мачо и Ботан», боль уже достаточно отступила, чтобы я мог не выть и смотреть по сторонам. На сколько это позволяло переломанное тело.

Девушка пропала так же внезапно, как и появилась, подтверждая мою теорию, что это была шиза.

Даже я бы сказал, богиня шиз. Давно таких красивых не видел.

— Ну, привет, Рейв. Очень рад тебя видеть… Мда… Эко тебя покорежило. — сказал Мачо и закашлялся. — Ладно, не до разговоров. Ну-ка подвинься. Разлегся тут…

Снаружи раздались звуки странных выстрелов, словно стреляли из очень мощной воздушки. А после ожила рация на разгрузке моего визитера.

— Гром, небольшая стая на подходе. Элитник и тройка топтунов. За ними бегут ребята поменьше, но разглядеть детали нет возможности.

Что? Что за сраный бред? Топтуны? Элитник? Почему я Рейв? Он меня знает? И меня ли?

— Понял, принял. Ща колбасера нашего подлатаю... — сказал здоровяк в рацию и начал быстро и нервно опускаться в кабинку.

Аккуратно спуститься у обвешанного амуницией кабана не получилось. Пространство узкого туалета не располагало к маневрам. Поэтому он случайно наступил на меня. Новой вспышки боли уставший мозг выдержать не смог. Мир наконец-то поглотило спасительное забытье.

Глава 1 Много новых знакомств

Максиму снился загородный дом. Его семья сидела за обеденным столом на солнечной веранде. Вместе, впервые за много лет. Улыбчивая мама что-то ему настойчиво втолковывала про важность времени. Максим же, захлёбываясь слезами, пытался узнать у неё, как она, и задать ещё миллион вопросов, которые так и не успел спросить при её жизни. Мама не отвечала. Закончив свой монолог, она удалилась. Пойти за ней сон не давал.

После был тяжелый разговор с отцом о планах на жизнь и поведении молодого повесы. Диалога снова получилось. Его серьезно отчитывали, давя на самые болезненные точки. Сентиментальное настроение сменилось чувством вины, а после и вовсе превратилось в агрессию.

Несколько раз во время этих разговоров парень выдергивал себя в реальность, силясь прекратить затянувшийся кошмар. Каждая такая вспышка сознания наполнялась болью, уже телесной. Сидящая рядом красотка-шиза что-то у него спрашивала, а после вкалывала очередной шприц-тюбик, и Максим снова проваливался в небытие.

Бесконечный кошмар закончился, когда шизу сменил тот самый неаккуратный здоровяк. Очнувшись очередной раз, Максим увидел рядом его напряженное лицо. Мужчина для чего-то держал над ним руки, как над костром.

У меня жар? Греется? — пришли глупые мысли в цепляющийся за реальность мозг.

А после, Максим наконец-то провалился в долгожданное забытье.

Следующий раз он открыл глаза уже окончательно вернувшись в реальность. Здоровый, судя по ощущениям, хорошо выспавшийся и отдохнувший.

Что это было? И какого хрена опять вокруг происходит?

Оглядевшись, Макс понял, что лежит на носилках, закрепленных на полу, прямо посредине десантного отсека какой-то высокотехнологичной боевой машины.

Почему боевой?

Да потому, что над головой громко работал пулемет или даже автоматическая пушка. Жужжали какие-то сервоприводы.

Здоровяк, что забирался за парнем в туалет сошедшего с рельсов поезда и назвал его Рейвом, обнаружился в носовой части транспорта. Мужчина напряженно замер между двух операторов, сидящих в креслах перед крупными экранами объединенной информационно-тактической панели.

Красотка-шиза, над которой навис Мачо, в напряженной позе держала футуристичный джойстик-штурвал, вглядываясь в яркий и детальный монитор камеры внешнего обзора. На соседнем сиденье еще один амбал, в таком же необычном по цвету камуфляже, водил ярким красным прицелом уже своим джойстиком поменьше.

— Имба, рубер на крыше. — раздался приглушенный мужской голос из динамиков.

— Ох епрст. Что за варан?! — хрипло отозвался второй оператор, резко дёргая джойстик.

О, а этого я слышал. Помню. Он тушить вагон пытался.

Орудие над головой громко заработало, дав короткую очередь. Мачо отодвинулся от красотки-шизы и, согнувшись к микрофону на плече, проговорил в рацию:

— Призрак, глянь внутри здания, что ближе к подвалу. Чтобы без сюрпризов.

— Принято, — ответила чья-то рация по громкой связи.

Снова загрохотали выстрелы.

— Гром, эта псина с силовым полем. Не пробить. — сказал Имба, скупо посылая пули в видимом ему одному направлении.

Точно, Гром. Я уже слышал, как его называли.

— Понял. Луна, будь добра, открой дверь. Мираж, на тебе трофеи. — Отдав последние указания, Гром быстро, но аккуратно пробежал мимо Максима к открывающемуся дверному проёму в корме.

Пробегая между креслами и поднявшимся на локти парнем, ошарашенно водящим еще сонными глазами по отсеку, мужчина подмигнул ему и молча выпрыгнул наружу.

— Рейв, очнулся? — раздался молодой голос возле уха.

Больше Максим никого в отсеке не видел, поэтому от неожиданности аж вздрогнул. Резко повернув голову, встретился взглядом с совсем молодым парнем. Несмотря на возраст, парнишка, так же как и все здесь, был одет в камуфляж и разгрузку и обвешан прочими элементами тактического снаряжения.

Могу поклясться хоть Ктулху. Больше никого в салоне не было. Здесь и спрятаться то негде. Умеет пропадать? Как шиза? Черт! Надо что-то ответить.

— А? Да! Где я? Кто вы? Чё за война вообще? — выдал хриплым голосом Максим и закашлялся.

— На вот. Хлебни. Это живец. Теперь его будешь, как и мы все, принимать постоянно, — протянул парень фляжку, проигнорировав вопросы.

От ударившего в нос смрада Макса чуть не вывернуло. За свою богатую на впечатления жизнь он всякого дерьма пробовал, пару раз уже думал, что на утро ослепнет, но такого отборного навоза ему ещё не предлагали.

— Что это за говно? — спросил он, отшатнувшись, и закрывшись рукой.

Парень молча продолжил смотреть на Макса. Только сейчас до недавнего калеки начало доходить, что его состояние разительно отличается от того перемолотого, кровоточащего куска мяса, что еще недавно лежал на дне туалета в «Сапсане».

— Что это? Как? — отодвинул согнутую в локте руку от лица Максим и начал крутить ей перед собой в воздухе, наблюдая абсолютно здоровую кисть и предплечье.

Тело восстановилось. Полностью. Сконцентрировавшись на ощущениях, уловил только небольшую тошноту и жажду. После недавнего ада они казались вовсе незначительными.

— Магия. Ты не дома. Не на Земле. Привыкай удивляться. И запаха не бойся, выпьешь и сразу ощутишь эффект, — улыбнулся парень и, впихнув в руку Максу флягу, бросил на колени какой-то буклет, после чего быстро и умело выскочил через проем на улицу.

Прямо в этот момент с улицы раздался громкий хлопок.

Луна и Имба радостно вскрикнули на своих местах.

— Сколько раз уже видел как он это делает, но каждый раз удивляюсь, как ребенок! — радостно озвучил свои эмоции Имба.

Девушка же быстро успокоилась и собралась.

— Так, ребёнок. Не отвлекаемся. Работаем по округе. Вон лотер еще один бежит, с того же направления, откуда Медведь одного успокоил, — сказала напряженно вглядывающаяся в мониторы Луна.

Лотер? Точно! Странные названия…

Макс наконец-то собрался с силами и сделал большой глоток из фляжки. Прокашлялся, закрыл флягу, поднялся на локтях и, развернувшись, сел, прислонившись спиной к одному из бортовых кресел.

Сползшее фольгированное одеяло, которое с одной стороны было покрыто мягкой тканью, обнажило полуголое тело, перевязанное широкими бинтами, испачканными в запекшейся кровью.

Приподняв край такого бинта на животе, кроме грязной кожи под ним, ничего больше не обнаружил. Потрогал затылок. Пальцами нащупал корку запекшейся крови, подвигал, под ней раны также не ощущалось.

Чудеса! Я здесь пол года пролежал что-ли? Судя по моим спасителям — нет. И пары дней не прошло. Они даже камуфляж не испачкали.

Максим посмотрел на буклет, который держал в руке. Поднес его ближе к лицу и увидел название: «Буклет свежака». Открыв и быстро пролистав, не поверил глазам. На карандашных набросках, достаточно качественно нарисованных, а в этом Максим, закончивший художку, разбирался хорошо, были представлены чудовищные антропоморфы разной степени опасности.

Остановив взгляд на одном из чудовищ, третьим по счёту от рисунка самого обычного зомбака, а именно на высоком бугристом бугае с жуткой мордой и когтями, он прочел: «Лотерейщик. Степень опасности — невысокая. Поражается выстрелом в голову или грудь из стрелкового оружия. Возможные трофеи…».

Что? Что ..ять? Это невысокая опасность ? Что это за место? Что за дерьмо происходит?

Снова раздались хлопки. Привстав, разглядел на экране Имбы, как на землю валится тело крупного атлетичного мужчины без головы. Саблевидные когти не оставляли сомнений, что это было не насилие над спортсменом, заигрывающим с фармой, а убийство твари, очень похожей на нарисованную.

— Где я?! — спросил Максим, пытаясь перекричать очередную работу башенного орудия.

— А, Рейв, привет! Ты в Улье. Читай, читай. Правильно что взял. — бросив короткий взгляд через плечо, ответила красотка-шиза или же Луна.

— Улье? — глупо переспросил, все еще не принимая, что вокруг все совсем не так, как он до этого знал.

— Ага. А это его пчёлы. И они делают неправильный мёд, настойку на котором ты только что выпил. — сказал Имба, повернув камеру к туше чудовищной псины.

На экране показалась невероятная громадная тварь, на холке которой сейчас копошился Мираж, что-то вытаскивая или вырезая. Чудовище дало бы фору земному слону и просто не могло существовать в реальности. Той, старой реальности. Парень же что-то доставал из твари и складывал в пакет.

От переизбытка чувств Макса замутило. Подставив к губам руку, он сдержался. Повезло, что привкус непонятных прошлогодних носков из «живчика» уже пропал и во рту, кроме признаков подступающей жажды, ничего не ощущалось.

— Ой, прости. Со свежаками всегда так. Но ты крепкий парень! — рассмеялся Имба.

— В экран смотри! — прошипела соседу сосредоточенная Луна.

Дальнейшую перебранку Максим уже не слушал. Присев обратно на пол, он начал вчитываться в брошюрку. Чтобы хоть как-то успокоиться, ему срочно нужны были ответы на бесконечное количество возникающих в голове вопросов.

Прочитанное ошеломляло. Но уже увиденное помогало подтвердить невероятные слова, подсовывая картинки из его первых воспоминаний еще с поезда.

Густой туман за окнами. Кисляк, на который он не обратил внимания, ибо мутило. Сошедший с рельс на скорости Сапсан, который в мгновение переноса слетел с путей, подготовленных для высокоскоростных составов, на старую лесную узкоколейку. Падение. Телепортация Имбы и хлопок какого-то дара Грома. Проявление в тесном помещении Луны. Сообщение от некоего Призрака. Всё начало обретать смысл, находя хоть и фантастичные, но совершенно логичные объяснения.

Подняв голову от буклета, Рейв, уже не Макс, спросил у Луны.

— Луна.

— А?

— А почему ты мне нефопам вколола, а не спек?

— О как! Быстро схватываешь! — обернулась на него девушка.

— Так и?

— Ну так мне надо было тебе помочь, чтобы ты от болевого шока не умер. На твоё счастье, ты был под чем-то, это тебя и спасло. А пока твой статус иммунного гарантированно не был подтвержден, спек на тебя переводить смысла не было. Более того, он тебя подтолкнуть к обращению мог. Как и живец.

— А потом? — подобрался парень и начал затравленно озираться на повернувшуюся к нему пару. — Я же оказался иммунный?

— Нет. — обрубила девушка, серьезно глядя на Рейва, отчего у того сердце ухнуло в пятки.

— В-в-в с-с-мысле? — забубнил парень, чувствуя жар в груди.

— Да чего ты мальчонку пугаешь. У него аж вон ирокез из-под слипшейся крови лезть начал со страху! — захохотал Имба, смотря на красотку.

— Сейчас да. Тогда нет. — повернулась к экрану чем-то разозленная Луна.

— Не обращай внимания. Женщины просто всегда с богатствами своего мужчины расстаются болезненно, особенно когда они тратятся не на неё, — снова рассмеялся здоровяк, но, посмотрев на испепеляющий взгляд Луны, быстро перевел его на экраны.

— Не слушай этого скомороха. Гром тебе белую жемчужину дал. А я не злая, а сконцентрированная. Гром уже Медведя ведет с семьей, надо их прикрыть. И не думай ничего. Я рада, что ты влился в нашу команду, — уже смягчившись, проговорила красотка и указала кивком на кресло. — На крайнем кресле рюкзак, это твой. Разбирай и одевайся.

— Спасибо, — сказал Рейв и начал быстро листать брошюрку до места с трофеями, которое он первый раз пробежал очень поверхностно, посчитав эти вопросы несвоевременными, ошибся.

Из состояния нового глубокого охреневания от прочитанного его вырвали звуки приближающихся людей и громкая ругань Грома, подбегающего с девушкой, висящей на его плече.

— Рейв, чего расселся на носилках! А ну-ка отскочи на кресла, уступи место девушке.

Гром перекинул молодую и очень симпатичную девчонку на руки и развернувшись, начал вместе с ней протискиваться в салон.

Быстро кинув брошюрку к рюкзаку, Рейв подорвался и подбежал ему помочь. Вместе они аккуратно занесли её в салон и положили на грязные от запекшейся крови пластиковые носилки.

— Что с ней? Она ранена? — спросила Луна.

— Нет, начала обращаться. Дал ей жемчуг, но пока непонятно, успел или нет.

Имба быстро вскочил с места и, порывшись в рюкзаке, кинул пучок толстых пластиковых строительных стяжек к ногам Рейва. Гром, аккуратно укладывая девушку и вытягивая её руки и ноги к проходящим на полу стальным невысоким полозьям, объяснил ситуацию.

— Возможно не успели. Притягивай её руки и ноги к полозьям, там есть проушины.

Спорить парень не стал. Уведенные в брошюрке картинки по эволюции местных зараженных обитателей и картинка лотерейщика с экрана к сомнениям и долгим препираниям не располагали.

Красивая деваха. И ногти вроде норм. Ну да ладно. Надо только кровь не перетянуть.

— Вы что делаете, ироды? — раздался медвежий рёв от двери.

— Доченька! Оля! — закричала миниатюрная приятная женщина, просунувшись в проем из-за спины закрывшего его громадного мужика средних лет.

— Миша, так надо. Если она в себя придет — сразу развяжем. Если нет, не обессудьте. Во что здесь люди превращаются, вы видели. Это будет уже не ваша дочь.

— Оля! — змеей протиснулась и влетела в проем, очевидно, мать девушки, оттеснив Рейва. — Болеть же всё будет!

Женщина оторвала от своей блузки рукав и начала проталкивать между пластиковой стяжкой и кожей девушки.

Рейв молча вернулся на место у своего рюкзака.

Здоровяк тоже залез. По всему было видно, что одна из ног у него не слушается, поэтому, несмотря на громадные бугрящиеся под одеждой мышцы, сделал он это не очень уверенно. Сев напротив парня и заняв сразу два места, он протянул больную ногу над девушкой, расположив поперек салона.

— Я сверху прокачусь! — спустилась с крыши перевернутая голова Миража.

— Луна, трогай! — подтвердив решение парня, кивнул ему Гром и повернулся к девушке.

— Принято. — крикнула девушка.

Дверь начала закрываться. Машина, тряхнув седоков, споро начала разворачиваться на месте. Гром, встав в голове лежащей девушки и ухватившись за одну из ручек под потолком, одной рукой достал с разгрузки живец. Дождавшись, когда машина поедет более-менее ровно, открыл фляжку. Амбре растеклось по салону.

— Так, слушаем все меня. Внимательно. Я глава отряда свободных рейдеров Гром. Ваш спаситель. Здесь с нами еще Луна, Имба, Рейв, на улице Мираж и Призрак. Пока не разберетесь в местных реалиях — слушаете меня, не перебивая, не споря и не пререкаясь. Хотя бы в дань уважения своим спасителям, которые вытащили вас из полной задницы.

Пригубил. Не закрывая фляжку продолжил вещать:

— Первое мое задание для вас — выпить всем вот этой мерзкой и вонючей браги. Достаточно один или два глотка. Голова сразу пройдет, это местное лекарство. На все вопросы отвечу позже.

Гром прошел и подал флягу мрачному Медведю. Тот посмотрел на мужчину, а после молча принял тару.

— Перед приемом лучше не нюхать. Пить его надо будет теперь постоянно. Всем закодировавшимся и прочим сторонникам ЗОЖ мои соболезнования. Разводить споран пока научились только в этаноле. Что такое споран, узнаете также позже.

Покопавшись в разгрузке, Гром выудил и раздал по брошюрке свежака женщине и верзиле.

Медведь посмотрел на жену, а после, не нюхая, залпом выпил несколько больших глотков. Медленно опустив руку с фляжкой, удивленно посмотрел на Грома.

— Голова прошла. Сразу. Это как?

— Это теперь так. Кто не пьет — медленно начинает умирать от слабости и мигрени. А после и вовсе отключается или начинает урчать. Мадам, нас не представили, но вам необходимо пригубить тоже…

Забрав у ошарашенного мужчины фляжку, Гром протянул тару его спутнице.

— Инна. Меня зовут Инна. — приняла она тару и уставилась на горлышко.

— Надо. Обязательно. — мягко начал уговаривать женщину Гром.

— Давай, это действительно помогает. — сказал вернувший самообладание верзила.

Громко вдохнув, женщина пригубила из фляжки и, быстро отодвинув тару на вытянутую руку, поднесла кулачёк к лицу.

Наблюдавший всё это действо Рейв неожиданно понял, что Гром неодобрительно смотрит на него. Показав местному командиру жестом «в чём дело?», он получил в ответ кивок в сторону своих грязных трусов.

Ох черт. И правда. Я же почти голый сижу.

Подтянув рюкзак на колени, Рейв споро начал его раскрывать, чтобы ознакомиться с содержимым.

— Ты откуда такой красивый? И кто тебя так потрепал? — спросил поддатый Медведь, кивнув на окровавленные бинты, уже частично свисающие с тела парня.

— С Сапсана, — сказал Рейв, начав споро сдирать с себя перевязочные материалы.

Верзила второй раз за несколько минут продемонстрировал выражение крайнего удивления на брутальном, но приятном и богатом на мимику лице.

— Откуда? — переспросил Медведь.

— Сережа, мне полегчало! Голова прошла! И слабость тоже… — удивленно проговорила Инна, перебив супруга.

— Мы его с поезда сняли, по дороге к вам... — коротко бросил ответ за Рейва командир.

— С Сапсана? В наших краях? — продолжил уточнять верзила.

— А вы больше не в ваших краях. Совсем. И, дабы пресечь дальнейшие вопросы, сейчас Медведь и Инна берут переданные мной брошюрки и начинают их внимательно читать. Рейв продолжает приводить себя в порядок. Пока одевайся как есть, через пару часов сделаем привал в деревне, накипятим воды, обмоешься.

— Ес оф коз, — нарочито бодро и уверенно выдал парень, больше рисуясь перед ничего не понимающими и удивлённо крутящими головами новичкам.

Девка то огонь. И мамка её тоже. Ох, мама Стифлера! Главное сильно не глазеть. А то встанет еще чего. Прилетит потом кулаком от косолапого, в голову, и устану её из трусов доставать… Хех, Медведь, про него прям в тему...

Гром, убедившись, что все начали выполнять его поручения, развернулся и прошел в носовую часть, к операторам. Что-то коротко с ними обсудив, развернулся к рации и громко проговорил.

— Призрак, Грому. Статус.

— Еду за вами. Квадрик на половине заряда. — раздалось снова из динамиков отсека.

— До Косапетовки хватит?

— Константиновки? Да, с запасом.

— Принял. Будь внимательнее.

— Я смотрю. Прикрою если что. — раздался молодой голос.

— А ты под ствол не подлезь.

— Принято. — раздалось сразу два голоса из динамиков.

— Тяжко без сенса. — выдохнул Гром, уже отпустив тангенту.

Все занялись сконцентрировались на своих озвученных задачах.

Рейв закончил облачаться в такой же, как у всей команды, камуфляж и, прежде чем также взяться за брошюрку, оглядел салон. С удивлением заметил, что Имба развернул кресло к салону и медленно и аккуратно достал футуристичный пистолет из кобуры, положив его на колени.

Ага. Пресловутый статус.

Парень, понимая угрозу и чем грозит ему стрельба по агрессивной и движущейся мишени в салоне, тоже подобрался и ускорился. Быстро скинув в угол, к двери, свои бинты, он облачился в найденный комбинезон. Ткань последнего была очень необычной на ощупь и видимо принадлежала гостям из будущего, этого сумасшедшего и пока непонятного мира.

Закончив. Он поставил на колени рюкзак. Гром что-то тихо обсуждали с Луной, глядя на экраны. Имба же неотрывно смотрел на парня. Сделав вопросительное выражение, Рейв посмотрел на Имбу. Тот показал ему, поменяться местами с женщиной. Рассудив, что быть к иммунным ближе это логичный ход, парень привлек внимание потенциальной зараженной.

— Инна, давайте с вами поменяемся местами. Сядете поближе к супругу. — выдал Рейв, уже примерно представляя, что перед ним семейная чета.

— А? Шыыбрлвжныта… — ответила она, подняв на него мутный взгляд.

Гром в мгновение оказался возле женщины и сунув ей жемчуг в рот, дал запить, пока она еще понимала чьи-то слова.

— Гром. Медведь тоже поплыл… — сказал Рейв, глядя на верзилу, запрокинувшего голову к холодной стене брони мерно покачивающейся машины.

— Да гадство! Все. Жемчуг все. — грустно сказал командир, аккуратно переступая девушку и убирая пустую коробочку для ювелирных украшений.

Когда последняя жемчужина перекочевала в открытый рот Медведя, Гром попросил помочь уложить и пристегнуть ремнями пару на боковые ряды кресел.

Казавшегося неподъемным верзилу, Гром при манипуляциях ворочал как хоть и большой, но не особо тяжелый туристический рюкзак.

Вот это да. Круто быть старожилом. Видимо давно он местными трофеями отъедается. Тут килограмм под двести тело, если не больше.

Когда все процедуры наконец были закончены, Рейв, подложив под задницу рюкзак, устало уселся прямо на пол, привалившись к стене, в проеме отделяющем операторов от кресел десанта и положил на колени брошюрку.

Гром, срезал с лежащей девушки скобы, убрал их и накрыл её одеялом. Как накрыл и Инну. Не выказывая никакой усталости, прошел и расположился напротив, протянув свои футуристичные берцы между ног сидящего парня. Из-за узости отсека иначе, вытянув ноги, было не сесть.

Кто-то, из операторов, приглушил свет. Командир протянул флягу парню и тот молча сделал несколько глотков, вернув тару хозяину. Захотелось есть, но доставать из-под задницы рюкзак и ковыряться в поисках виденного там армейского пайка или батончиков, уже не было ни желания, ни сил. Говорить тоже не хотелось.

Командир достал коммуникатор и начал в нем что-то набирать.

Картинка позабавила. Выглядело это совершенно по земному. Если не смотреть на его вооружение и снаряжение, то выглядел он как уставившийся в смартфон пассажир мерно покачивающегося вагона метро.

В полумраке, стало как-то хорошо, спокойно и уютно. Словно парень наконец оказался дома. Новый, интересный и опасный мир. Товарищи — грозные войны. Смертельные битвы, оружие...

Страха не осталось. Вернулся азарт. Немного грустно было, что отец остался там, на Земле. Но у него там сейчас достаточно проблем и забот с добравшимся до Москвы в полусознательном состоянии Максимом. А он, Рейв, теперь будет знакомиться с новым местом, как те самые попаданцы, множество книжек о которых он прочел с самого детства. И сделает, в своей новой жизни, все иначе.

Пока, Максим. Удачи.

Под эти мысли и мерное покачивание двигающейся техники, Рейв заснул.

Глава 2 Про квадраты

В Константиновке отряд провел всю ночь. Заняв один из домиков с хорошей, крепкой и свежей банькой, натопили её и наносили воды из колодца. После, разделившись по полу, все по очереди хорошо намылись. Спешить новой команде больше было некуда.

Кластер перезагрузился буквально через час после жаркого боя и был относительно медленный. Стая крупной твари, что обитала на ближайших лесных кластерах, принадлежала отожравшемуся волку, который встречи с отрядом не пережил. Муры разбежались. Внешники из региона были выбиты, и их умирающие без запаса чистого кислорода недобитки сейчас играли в самую популярную в Улье лотерею. Где выигравших ждала непростая задача — добраться в одиночку до обжитых кластеров и не засветиться на первом же ментате.

Но размеренному времяпровождению причиной была не только временная передышка от опасностей. С целью дальнейших действий необходимо было заново определяться. Теперь уже всем вместе.

Собравшись наконец за накрытым столом в основном домике оккупированного участка, Гром познакомил всех намытых и начищенных присутствующих между собой. Когда все перезнакомились и рассказали немного о себе, Гром коротко рассказал основные тезисы про местную политику и социальное устройство, закончив свой затянувшийся монолог историей про их бравый, некогда нашумевший отряд. Командир не стал скрывать, что благодаря попытке восстановить этот отряд большая часть присутствующих на этом ужине и оказалась. Но попытка эта на необозримое будущее завершена.

— На кластерах, где появился в свое время Око, после крайней смены территорий, начали прилетать куски РФ. Где появился Спортик, наоборот, складской комплекс из Империи. Белого жемчуга, местной невероятной ценности, которой у меня было непозволительно много в последние месяцы, больше нет и взять неоткуда. У Ветки если и остался, то неприкосновенный запас и в наградах за задания он фигурировать ближайшее время не будет, как и в обменах. Долго. Во всяком случае, я так думаю. Взять же боем сокровище тоже пока негде. Неназываемые, к огромному счастью, пока ни одному отряду рейдеров не попадались. Как и недобитков руководящего состава внешников больше нет. Поэтому, к сожалению, больше мы никого спасти не сможем. — подытожил, наконец замолчав, Гром.

— Спасибо тебе. Огромное спасибо. — поблагодарила первой Инна, а после к ней, с благодарностями, присоединились и все остальные спасенные, включая Рейва.

Народ загомонил, посыпались всевозможные вопросы, от глупых до очень важных. Луна подключилась, помогая и отвечая на некоторые. Где-то громко встревал Мираж. Инна, Ольга и Рейв интересовались всем, вплоть до бытовых вопросов. Молчал только Медведь.

С веселым и добродушным здоровяком, мужская часть отряда уже познакомилась в бане. Мужчина, не смотря на свой грозный вид, оказался шутником и балагуром. Сейчас же он сидел хмурясь и что-то усиленно обдумывая.

Все присутствующие, дослушав историю, понимали, почему. Своим «плюс два» Миша сильно испортил планы спасителю. При этом, из-за совпадения в мировоззрении собравшихся, все также понимали, что иначе командир поступить не мог.

— Это я тебе нехило так задолжал. Три жизни. — наконец поднял глаза на Грома и выдал Медведь, заставив замолчать всех разговаривающих.

— Ну… Как миниму две. Так как твоему предшественнику жизнь задолжал я. А дальше уже разберемся. Этот мир позволяет отдавать долги очень и очень быстро. Ну и на дары еще ваши посмотрим. Может это я еще тебе должен останусь. — перевел в шутку тяжелый разговор Гром, посмотрев на сидевших возле здоровяка красавиц.

— Да будет так, — сказал Медведь и встав, поднял свою рюмку, — За Грома!

— За Грома! — подхватили все.

***

Сидящий на крыше здания Имба смотрел на закатное светило, медленно опускающееся на густой сосновый лес. Оставлять безумный мир без пригляда было немыслимо, поэтому он сам вызвался на дежурство, отказавшись таким образом от большого, по меркам отряда, светского мероприятия.

Помимо того, что такие шумные застолья интроверту не нравились, была еще важная причина. Последнее время ему тяжело было смотреть на то, как тепло общаются Гром и Луна. Умом парень понимал, что у пары глубокая и богатая история и, очевидно, любовь, но красотку выбросить из головы не мог. Слишком много они общались последнее время. В небогатом на женское внимание мире это уже было весомым доводом проникнуться чувствами. Невероятная красота и сильный характер делали и без того интересную девушку настоящим магнитом для его души. А интерес и внимание с её стороны, которое хоть и было чисто рабочим общением, начало восприниматься мужчиной как разгорающаяся взаимность.

Медленно, но верно нарастающее эмоциональное давление уже начало мешать думать. Что было непозволительно в таком неприветливом месте. Это могло стоить жизни как ему самому, так и всему отряду и, главное, Луне. Но как выйти из сложившейся ситуации, мужчина придумать пока не мог. Даже новое пополнение, с молодой и хорошенькой девчонкой Олей, не вызвало никакого интереса. Чего не скажешь о Рейве и Мираже, что стали крутиться вокруг неё, создавая еще один треугольник.

— Вот жеж гадство. И что теперь мне делать? Хоть в самовол уходи… — в сердцах выдохнул Имба, потянувшись за живчиком.

— Чего это? — раздался неожиданно, на пустой крыше, голос Призрака.

Имба дернулся, чуть не выронив вынутую с крепления на разгрузке фляжку.

— Ах тыж ебта. Не люблю когда ты так делаешь!

— Прости. Принес вот тебе перекусить. Салатик Луна просила передать. Бутылку — Гром. — улыбаясь, сел рядом Призрак.

— Благодарствую, командир.

— Эн, нет. Командир теперь у нас с тобой один и это совершенно другой человек.

— Это точно… — тяжело выдохнув, сказал Имба.

Призрак поставил на крышу плетеную корзинку с едой и водкой, а после достал из неё большое темное полотенце, начав его расстилать на более-менее ровном участке шифера.

— Что кручинишься то? Тоже запала деваха? — неожиданно, точно в цель попал бывший командир.

Имба снова дернулся, ответив на все и без слов, а после, повернувшись в полумраке к Призраку, спросил.

— И тебе, как понимаю?

— И мне, и мне. Хороша чертовка. Ёкнуло что-то, когда её на коленях держал, еще у разбитого джипа.

Оба мужчины замолчали. Взяв выложенную на полотенце тарелку с салатом и вилку, Имба быстро запихал в себя несколько крупных порций. Призрак в это время молча разлил по рюмкам имперскую водку из личных запасов Грома. Проводив бутылку удивленным взглядом, Имба подхватил свою рюмку. Чокнулись. Выпили. Помолчали.

— Хороший Гром мужик… — сказал задумчиво Призрак, держа редкую «Особую», выданную в честь праздника из скудной коллекции командира.

— Да… И это… Бесит… — выдал захмелевший от алкоголя Имба.

— А если убрать из вопроса Луну? — покосился на бывшего подчиненного Призрак.

— То радует…

— Дела…

— Да…

Призрак достал из корзинки бутерброд и молча начал жевать. Имба закончил с салатом и тоже достал себе бутерброд. Снова выпили.

— Я только сейчас понимаю, что в отряд к нему хотел попасть из-за неё. — сказал Призрак, — Ну и конечно в целом, из-за того, что они делают.

— Хех. Это уже не треугольник. Квадрат.

Призрак в этот раз ничего говорить не стал, только снова налил. Выпили. Закусили.

— Что делать будем? Есть идеи? — закончил пережевывать бутерброд Имба.

— Только одна. Как вернемся в стаб. Надо с отрядом расставаться. Иначе… Даже боюсь что случиться может.

— Тоже сейчас такая мысль пришла. Или… — сказал Имба.

— Внимательно… — подобрался Призрак.

— Ай нет… Если найти сейчас кого-то, то ничего не выйдет. Будет ощущение «заменителя». Бесполезная это история.

— Ты прав. Лучше уйти и подзабыть их, хотя бы на время. А там… Улей место сложное, всякое случиться может.

— Да, сейчас лучше уйти… — подтвердил решение Имба.

***

На очень тёплом и дружественном застолье, когда на все вопросы были получены ответы и ликбез был закончен, совместным решением приняли вернуться в Ветку.

Дел в обжитых землях было предостаточно. Требовалось не только передохнуть после затяжного рейда, но и официально оформить гражданами свежее пополнение, узнать последние новости, посмотреть актуальный перечень заданий с достойными наградами, да и, скорее всего, обзавестись очередным поручением от руководства. Сомневаться, что после того, как Гром прорубил выход в «большой мир», забот у Содружества стало больше, не приходилось.

Ближайшим в этом месте Улья был стаб «Рында». Туда решили с раннего утра и направиться. Благо карты снова стали актуальными, и, судя по ним, дорога, за исключением участка с Поясом, обещала быть несложной.

В районе четырёх утра, как все животрепещущие вопросы были оговорены, Гром сменил дежуривших на крыше. Поднявшись к парням, очень удивился состоянию бойцов. Мужчины успели допить переданную литровую бутылку и притащить откуда-то ещё одну, из-за чего бдили сильно пьяными. Это было не свойственно для собранной пары бывших военных, ещё и сторожил Улья. А всё несвойственное в обоих мирах всегда требовало внимания.

Гром уже не первый раз замечал, что оба бойца в последнее время задумчивы и напряжены. И причин для такого их поведения с ходу можно было назвать множество. Одно то, как командир отряда распихивает главную драгоценность Улья по свежакам, могло вызвать вопросы абсолютно у всех рейдеров как Ветки, так и всего Улья. А то, что они еще и тратят время на поиски этих самых свежаков, рискуя жизнью и подставляясь, и вовсе было за гранью здравого смысла. Но пока лояльности у бойцов хватало, и они молча терпели самодура. Видимо, лояльность начала заканчиваться...

Как назло, в последние дни времени пообщаться с подчиненными по душам не было. Чтобы не подставиться из-за них или их не потерять, нужен был серьезный разговор тет-а-тет. И сделать это надо было как можно скорее. Но не в таком их состоянии.

Отправив мужчин отсыпаться, Гром, в мрачных мыслях, остался караулить заснувший дом. Поднявшуюся к нему в районе полпятого Луну пришлось выгнать.

— Ну куда ты? Тебе вести завтра, а я буду в отсеке спать. Мне не привыкать. — улыбнулся он девушке и, поцеловав её на ночь, проследил, чтобы она добралась до выделенной им двоим комнаты.

Сам командир сильно на выпивку в этот вечер не налегал, поэтому к пяти утра, был уже практически трезв. Это, вкупе с одиночеством и тишиной, позволило подумать над сложившейся непростой ситуацией.

— Эх. Неспокойно что-то. — в слух, негромко проговорил он, — Хотя тут в целом место такое, сильно не отдохнешь…

Командира, помимо проблем с бойцами, тревожило сразу несколько вещей. Начиная от обиженных на него сторожил-килдингов до хоть и временного, но завершения большой и светлой миссии по восстановлению команды.

Понятно, что как только мы окажемся в пределах Ветки, задание нашему новому отряду найдут, но какое оно будет?

Подумав, а чем бы он хотел заняться теперь сам и что из этого можно предложить отряду, сразу вспомнил последний «вещий» сон. Из головы всё не шла седая ведьма.

Казалось бы, небольшой, по сравнению с рассказами из книг, участок Улья за несколько месяцев оброс множеством различных могущественных сил и слоев.

Кто она? Что она хочет и, главное, может? Как до неё добраться? Она пригласила в гости нас с Луной, но куда? Должны сами догадаться? Поручик подскажет? Кого она представляет. По брошюркам вроде все расклады были понятны. Какая-то местная сторожила, что живет глубоко в необжитых землях? Или там целый ковенант? По типу Бене Гессерит или Айз Седай?

Не смотря на кажущуюся передышку, проблемы, долги и вопросы только множились.

— Эх. С внешниками хотя бы понятно было, куда бежать, кого воевать… — сплюнул Гром и полез копаться в оставленную корзинку.

Достав холодные бутерброды, коих женщины наложили караульным с запасом, вытащил и початую, уже, видимо, третью, если не четвертую, бутылку с чем-то крепким.

— О! Джин! — с голубой бутылки, освещаемой светом сумасшедшего неба, на Грома смотрела птичка.

Больше в темноте деталей было не разглядеть, но он все же попробовал прочитать название.

— Тенак… Теньяк… Тьфу ты.

Скрутив пробку, Гром присосался к горлышку.

Утром сборы много времени не заняли. Следы застолья в новом мире убирать необходимости не было, с этим прекрасно справлялась перезагрузка. Быстро собрав вещи и одевшись, члены отряда умылись еще теплой водой в бане, оставшейся с вечера. Завершив утренние гигиенические процедуры, выдвинулись к Поясу.

Перед самым выездом Мираж переставил батарею на своем квадроцикле, обновив её на полностью заряженную и быстро проехался по участкам. Вчера в паре домов приметили перенесшихся жильцов.

К сожалению, иммунных на второй день уже не обнаружили. За ночь все из них успели обратиться. Парочка выбралась за калитку, и их пришлось быстро и без лишнего шума упокоить Имбе.

Светило уже поднялось над высокими соснами, когда от вымершей Константиновки на проселочную дорогу споро вылетел футуристичный квадроцикл с молодым парнем в камуфляже за рулем.

Типичную для современных загородных посёлков картину портил только ствол громадной винтовки, торчащий из-за спины хрупкого юноши.

После и вовсе случилось невиданное для местных сугубо гражданских мест событие. Следом за квадроциклом на дорогу споро вывернул БТР совершенно футуристичного вида. Мощная пушечная башня, торчащая над гладким, выкрашенным в зелёный камуфляж корпусом, десяток разномастных антенн и совершенно неизвестный бежевый материал вместо резиновых шин.

Если бы кто-то из оказавшихся у себя в доме на момент переноса людей получил иммунитет, то от увиденного однозначно решил бы, что НАТО перешло через границу и каким-то чудом добралось до их деревни. Однако внутри футуристичной машины передвигались всё же соотечественники, хоть и из разных версий одного и того же государства.

Луна сидела на месте мехвода. Девушка была собрана и внимательна, даже несмотря на наличие передового дозора и относительного спокойствия полудиких мест. Медведь, сидевший рядом с ней на месте второго оператора, тоже был сосредоточен. Здоровяк с профессиональным интересом изучал элементы управления продвинутой имперской техникой. Периодически он, в пол своего громкого голоса, задавал девушке какие-то уточняющие вопросы, но сильно старался мехвода от работы не отвлекать.

Мираж, мерцая и тренируя работу со своим даром, двигался на своем квадроцикле впереди тяжелой машины, проверяя безопасность дороги.

Остальные члены отряда отдыхали.

Инна задумчиво в очередной раз листала брошюрку, больше для успокоения перечитывая новую невероятную информацию об Улье. Рейв и Оля расположились на крыше и сейчас знакомились с друг другом и новым миром.

Все, кто дежурил в ночную смену, а это были Гром, Призрак и Имба, досыпали, развалившись на свободных поверхностях в отсеке. Из-за выпитого они немилосердно наполняли небольшое помещение запахами перегара, не спасали даже открытые люки и прочие вентиляционные окошки.

Так прошел практически весь следующий день. Лишь единожды останавливались для личных нужд и пополнения провизии в небольшом загородном магазинчике у дороги.

К вечеру машина благополучно добралась до полуразрушенного куска небольшого городка на границе. Провинциальное поселение с постройками не выше пяти этажей перенеслось относительно давно и тварями уже не кишело.

Заняв более-менее приличную пятиэтажку, все рассредоточились по комнатам на разных этажах одного из центральных подъездов.

Рейв чуть не увел с собой Ольгу, заинтересовавшуюся симпатичным и необычным юношей, но пудовый кулак, продемонстрированный Медведем, быстро охладил разгорячившуюся парочку.

На дежурство снова вызвались Имба и Призрак. Из-за особенностей поднадзорного объекта бойцы разбрелись по разным сторонам здания, позволив Грому наконец-то осуществить задуманные приватные разговоры.

Совместных ужинов и алкоголя в этот раз уже не было. Близкое расположение Пояса, марш-бросок через который планировался на следующие сутки, к расслабленности и расхлябанности не располагало. Мигрирующие по улице твари разной степени развития, которых из-за количества было бесполезно бить, не позволяли даже развести костер или поставить горелки.

Добравшись до поста Имбы, Гром прошел к его месту на крыше и сел рядом. Проследив за задумчивым взглядом бойца, увидел машину, стоящую под зданием на противоположной улице. Из окон серой «КИА», стекла которой были выбиты, размахивал руками и что-то отсюда чуть слышно урчал пустыш, пристегнутый на водительском кресле.

— Имба, расскажи мне, друг мой. Что тебя тревожит? — начал разговор Гром.

Имба, отхлебнув живца, убрал его в разгрузку и показал на застрявшего навсегда мужчину.

— Гром, тебе не кажется иногда, что мы все здесь такие?

— Застряли?

— Да и тянемся в окна. Когда надо отстегнуться и открыть дверь.

— Кажется, а что дальше? Ну выйдет он. Пройдет пару шагов. И если со стаей какой не повезет, то более развитая тварь его быстро схарчит… За неимением альтернативы на ужин.

— Это так. Но иногда, так хочется оказаться к своей цели, к своей мечте, хоть немного ближе... Что даже эти пара шагов, уже награда.

— И о чем же ты мечтаешь? — откинулся Гром, смотря на чужие звезды.

— О семье, о жизни, хотя бы похожей на нормальную. То, чего не успел познать в том мире.

Гром выпрямился и посмотрел с удивлением на бойца.

— Что? Удивительно это слышать от меня? — сказал Имба.

— Да, ваш отряд казался мне сборищем лихих и авантюрных головорезов. А ты был в нем одним из самых ярких его представителей. Что-то случилось?

— Случилось. На вас с Луной насмотрелся... Да и... Подустал. Надо наверное посидеть в стабе какое-то время. — сказал Имба и поднялся со своего места. — Поэтому, благодарю, что ты взял меня, но как доберемся до стаба, я, пожалуй сойду...

Мгновение, и мужчина исчез. Внизу послышался звук проминания жестяной крыши. После где-то громко покатилась банка. А еще через мгновение Имба возник уже у машины с пустышом, держа нож в руках. Открыв дверь и срезав быстрым движением ремень, боец не стал дожидаться, когда на него нападут, и в несколько перемещений вернулся на место дежурства.

Снова сев рядом с Громом, Имба убрал нож в ножны на разгрузке.

— Понял тебя. — сказал Гром, провожая взглядом неумело вываливающуюся из машины фигуру, — Прекрасная мечта. Полностью поддерживаю. Спасибо за совместные приключения и за помощь.

Выбравшийся из машины пустыш, не без труда выпрямился и посмотрел вдоль дороги. Постоял так несколько секунд, а после развернулся и неспеша зашагал в ведомом одному ему направлении.

Гром тоже поднялся, похлопал Имбу по плечу и пошел к Призраку. Он уже примерно знал, чем закончится и второй разговор этой прохладной ночью.

Слаженный квартет, который буквально вчера по пьяни называли квадратом, развалился.

Глава 3 За новыми вводными

К поездке через быстрый кластер Гром готовил отряд основательно. На ранне-утреннем брифинге командир постарался как можно серьезнее донести до всех присутствующих, что за участок им придется пересечь в ближайшие сутки.

Быстрые кластеры Пояса мало того, что всегда кишили зараженными, в том числе и особо опасными, так еще и имели очень небольшой период перезагрузки. Эти факторы делали проезд опасным и непредсказуемым. Даже для такого крутого и подготовленного во всех смыслах отряда, как их, с кучей сильнейших даров и на одной из лучших для местных реалий технике.

Всем новичкам, несмотря на громкие возражения Рейва, рисующегося перед Ольгой, строжайше было запрещено находиться где-либо вне машины. В случае любой нештатной ситуации, особенно с потерей мобильности бронированной техники, требовалось срочно добраться до одной из точек, указанных на заблаговременно розданных и изученных командой картах. Искать там транспорт и стараться уходить на нем на восток как можно быстрее и не дожидаясь остальных.

— Дары, защищающие от перезагрузки, ни у кого не подтверждены. Те, кто не успеют, погибнут, — припечатал командир.

С этим Гром, может, и лукавил, но совсем немного. Были у него мысли, что Луна в своем «астрале» может пережить перезагрузку, но проверять на любимой женщине такие теории он бы все равно не решился. Остальным, включая его самого, попадание в туман грозило неминуемой смертью. Поэтому все предосторожности были не лишними. И именно поэтому они на пути за Медведем попетляли по быстрому кластеру, рискуя, но собирая подробную информацию.

Точки, как и карты, получились схематичными. На схематичной картинке с улицами и домами были отмечены заправки, стоянки, БЦ и ТЦ. Магазины рисовать не было смысла. После перезагрузки территория никогда один в один не прилетала. Но если не происходила смена территории, то общая логика мест и построек сохранялась. По этой причине указывать конкретный «Опель» на конкретной «Газпромнефти», к примеру, было бессмысленно. А вот делать пометку АЗС, где часто можно было найти машины, причем открытые или даже с хозяином за рулем, смысл был.

— Таким образом. Рассматриваем любые нештатные ситуации. Если вам повезло остаться с кем-то из сторожил, то держимся за ними. Если нет — максимально аккуратно, не привлекая внимания чудовищ, с которыми вы уже успели познакомиться, и местных жителей, которые еще не успели обратиться, стараемся добраться до указанных на карте точек и завладеть транспортом. После двигаемся до границы и, преодолев её, останавливаемся у песчаного карьера, помеченного на карте как два холма с буквами ПК. Жрать там тварям некого. Оседлые систематически чистятся Рындой. Если никто за вами следом не увяжется — место безопасное. Там ждем сутки и уходим к Рынде, лучше если с местными. Места у карьера достаточно популярные, поэтому могут встретиться как патрули Содружества, так и рейдеры, что на карьер приезжают за песком. Вопросы? — закончил очередной свой длинный монолог Гром.

— Есть, — поднял лапищу Медведь, — А что такое должно случиться, чтобы нас всех раскидало, аки петарды с горящего склада пиротехники?

— Легко. На технику с крыши здания свалится элита. Машина нас спасет, но скорее всего двигаться дальше не сможет. Пока мы свяжем ближним боем чудовище, вам надо будет аккуратно отходить. Еще вопросы?

Вопросов было много. Новички подобрались умные и тревожные, поэтому буйство воображения по всевозможным ситуациям, которые могут приключиться с людьми на кишащих монстрами улицах, Грому в какой-то момент пришлось прекратить.

— Так! Всё! Отставить разговоры! Перезагрузка уже должна быть в течение часа, поэтому загружаемся в машину. — прикрикнул командир.

Спорить никто не стал. Отряд молча собрался и без дополнительных команд втянулся в десантный отсек, рассевшись по сиденьям вдоль бортов.

— А где Имба и Призрак? — спросил Медведь.

Пропустившие бриф из-за своей прекрасной осведомленности мужчины снова были на страже. Теперь они контролировали улицу и следили, чтобы никто не напал на загружающихся в ВМЕ соратников.

— Сейчас будут. — ответил Гром и отдал в рацию короткую команду на сбор.

Успевшие рассесться по боковым местам новички уставились в открытый задний проем футуристичного имперского бронированного транспорта, ожидая появления отставших членов команды.

Какое-то время в проеме был виден только одиноко стоящий и озирающийся Мираж.

Парень стоял возле своего футуристичного квадроцикла, словно отлитого из матового серого металла, и держал в руках громадную винтовку. Оружие, доставшееся Миражу от почившего Кипера, никто, кроме Миши, оценить не мог, а вот техника притягивала взгляды. Колеса, больше походящие на пластиковые от марсохода, и необычная, словно впаянная в корпус сидушка, однозначно намекали на то, что это транспортное средство было экспроприировано у имперцев или внешников. И с теми, и с другими сидящие были знакомы только из брошюр.

Как были не знакомы и с тем, что увидели буквально через несколько мгновений. Ибо до этого момента старожилы, кроме Грома, свои дары не показывали.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом вдруг на асфальте из ниоткуда появился Имба. Выглядело это впечатляюще. Только что никого возле Миража не было, и вдруг, разметав валяющиеся на асфальте обрывки бумаг и мелкий мусор, возле парня возник здоровенный мужчина с футуристичным автоматом.

Ольга с Инной охнули от неожиданности.

Появление второго мужчины оказалось еще более зрелищным. Из темноты ближайшего подъезда неожиданно вынырнул самый что ни на есть киношный призрак. Жуткая бестелесная белесая фигура полетела в сторону стоящей у квадроцикла пары. Когда перепуганные свежаки уже заволновались и заголосили, размытая фигура на лету обрела очертания, а после и вовсе обратилась бегущим человеком. Всем уже хорошо знакомым. Призраком.

— Аху… — выдохнул Рейв и наткнувшись на недовольный взгляд Медведя, поправился, — Ахренеть! И что, мы тоже так сможем?

— Ну, не совсем так, но у всех из вас также будут свои дары, — сказала Луна.

— А у тебя с Призраком одинаковый дар? — спросил парень, вспоминая, как красотка соткалась перед ним из похожей дымки, когда он впервые увидел её в туалете лежащего на боку поезда.

— Да. Только грани у нас развиты разные. — ответила утвердительно девушка.

— Это как? — задала вопрос уже Ольга.

— Это… Ну, к примеру, возьмем дар пирокинеза. Можно нагревать всё вокруг. Можно кидаться огнем. Можно, при определенных условиях, им становиться… — ответила Луна, а после добавила, обратившись уже ко всем сидящим: — Ничего в себе необычного не ощущаете?

Под отрицательные ответы Гром, всё это время напряжённо что-то изучающий по камерам, выскочил наружу и закрыл за собой десантную дверь. Послышался звук поднимания аппарели.

— Это они сейчас квадрик затаскивать будут? Может, помочь им? — подхватился Миша.

— Не надо. Они справятся, — ответила, улыбнувшись, Луна.

Послышались звуки перемещения людей по броне, а после, с хлопком, под донесшиеся негромкие маты, на крышу приземлилось что-то тяжелое.

— Это как? — спросил Рейв, сообразительный парень понял, что произошло.

А это уже новая грань Имбы, что открылась у него относительно недавно. Он её неплохо развил благодаря жемчугу и теперь может с собой людей и предметы телепортировать.

— И БТР? — удивленно спросила Ольга.

— БТР нет, машину нет. Но достаточно тяжелые. Мотоцикл и квадроцикл, во всяком случае, на десяток метров уже переносит. Людей дальше, — ответила Луна.

— Круто! А мы же вроде эти, хипстеры? У нас вроде бы должны быть какие-то бонусы? — снова спросила Оля.

— Хигтеры. Да, вам повезло. Ваши дары должны открыться сразу на максимальном уровне развития. Имба, например, до такого уровня не один год шел. Вы же сможете похожие вещи делать почти сразу... — снова ответила Луна, смотря через камеры, как мужчины заканчивают крепить тросами квадроцикл на крыше.

Сидящая молодежь громко загомонила. Инна и Медведь взялись за руки, переглянувшись. Информация о бонусах всех воодушевила.

В кабину начали спускаться остальные бойцы отряда. Дождавшись Миража, Гром закрыл люк на крышу и прошелся по салону, проверив остальные.

— Так, все готовы? — убедившись, что все уселись и дождавшись утвердительных ответов, командир развернулся и дал команду Луне: — Поехали.

Девушка что-то нажала и плавно потянула джойстик на себя. Техника также плавно тронулась. Гром сел на место оператора и начал переключать камеры, что-то негромко уточняя у своей возлюбленной.

Настроение у всех сидящих в салоне разительно отличалось от предыдущих дней.

Старожилы держали оружие на коленях, показывая, что собраны и готовы применить его в любой момент. Гром заметно нервничал.

— Что-то не так? — негромко спросила любимого ЛУна.

— Переживаю за собранный в небольшом замкнутом пространстве отряд. Интуиция неприятно скребет душу... По-хорошему, нам бы растянуться колонной, но где взять второй БТР... — развернувшись, командир прикрикнул в салон: — Мираж! Раздай игрушки.

Парень подхватился и, пройдя к дверцам в одной из стен, нажал кнопку. Стенка отъехала, показав отсек с оружием. Парень начал доставать его и передавать новым членам команды.

Футуристичные автоматы, как у Имбы и Призрака, были переданы Рейву и Медведю. Внушающего вида пистолеты — Ольге и Инне. Еще на стоянке Медведь поделился, что девушки с оружием знакомы и даже бывали на стрельбище. После краткого ликбеза по тому, как пользоваться новым футуристичным оружием, Мираж вернулся на свое место.

Новички какое-то время покрутили выданное. Медведь профессионально проверил магазин, подивившись шарикам, примерился к весу, приложил к плечу, проверяя прицельное приспособление.

К счастью, крутить, баловаться или снимать с предохранителя никто оружие не стал. Убирать его в сумки или за спину, посмотрев на собранных сторожил, новоприбывшие также не стали.

Техника за это время добралась до границы кластеров и встала.

Командир поколдовал над консолью и вывел изображение с камер на большой центральный дисплей операторского места. Сдвинувшись так, чтобы со всех мест салона его было видно, привлек общее внимание.

— Так, мы у границы. Внимательно посмотрите, как Улей стыкует кластеры. Бывает такое происходит и по воде, и по горам, и по подлеску, но в целом картина всегда очевидная, не перепутать. Это та самая граница, что отделяет кластеры друг от друга. В каких-то ситуациях — жизнь от смерти. — сказал Гром и передернул плечами, видимо вспомнив что-то свое.

Все новички повернулись и наклонились, чтобы было видно экран. Луна сделала изображение ярче, и детальная картинка налилась красками.

Неширокая трещина в местной почве, без перепада высот, отделяла старый, полуразрушенный и потрепанный участок города от относительно нового и свежего. Гром повернул видоискатель и продемонстрировал, как трещина уходит вдаль по «земле», разрезая ближайшее из зданий. Постройка походила на слепленного из разных материалов Франкенштейна. Словно его пыталась нарисовать не самая продвинутая нейросеть, но не справилась с задачей объединить цвета и фактуры материалов.

— Жесть. Два разных мира... И пролом... Глубоко там? — спросила Оля.

— Не проверяли, но проваливаться не советую. Возможно, через какое-то продолжительное время окажешься в открытом космосе, — отшутился подавший голос Имба.

— Шах и мат, шаролюбы! — пошутил Рейв, получив очередной неодобрительный взгляд от Медведя.

Подняв ладони в извиняющемся жесте, парень замолчал, откидываясь к стене. Гром призвал всех снова посмотреть внимательно.

— Начинается, — сказал он.

На детальной картинке с камер стало видно, как с поверхности почвы за трещиной начала подниматься дымка. Сперва практически незаметная, с каждой секундой она набирала насыщенность и поднималась всё выше и выше.

— Перезагрузка. Туман, кислый запах. Задержаться в ней до момента обновления кластера — верная смерть. — сказал Гром, пройдя и откинув люк, вернулся на свое место.

В салон сразу ворвался кислый запах. Если Рейв, из-за ужасного состояния перед попаданием, его помнил плохо, то вот вся семья Медведя громко заохала. Они этот непонятный химический «аромат» запомнили очень хорошо.

Через несколько минут туман полностью скрыл картинку. Снова повернув видоискатель, Гром показал, что туман теряется в небесах. Появились и беззвучно замерцали электрические разряды, похожие на молнии.

Еще через несколько минут туман начал опадать. Гром снова встал и закрыл люк.

— Приготовились! Малый вперед. — скомандовал он Луне, что медленно пустила ВМЕ к узкой полоске разлома.

Туман еще не развеялся, но перезагрузка завершилась.

Открывшаяся картина подсказала, что что-то в этот раз пошло не так. Словно в подтверждение опасениям совсем рядом раздался оглушительный грохот. Многострадальное здание невдалеке все-таки обрушилось, перепугав пассажиров бронированной машины. После переноса смежной территории оно потеряло часть из своих точек опоры.

— Стоп, машина! — прикрикнул Гром, после чего, тыкая кнопки внешнего наблюдения, задумчиво добавил: — Это что за ерунда?

Впереди, в плотной городской застройке, шли боевые действия. Судя по состоянию некоторых домов, шли они уже давно, и стороны воевали «по-взрослому». Окна в большинстве домов были выбиты, верхние этажи и крыши на некоторых из просматривающихся домах были разрушены тяжелым оружием. Справа, где сейчас рассыпалась пятиэтажка с медленного кластера, курилась воронка от попадания чего-то серьезного, навроде авиабомбы. Даже пыль еще не успела осесть, и сейчас её сносило на старый кластер.

Пробежавший через салон Призрак, как бывший военный, осмотрел происходящее через камеры и быстро выдал свой вердикт.

— Отступаем! Здесь война! Настоящая!

Не успела Луна переключиться на задний ход, как совсем рядом послышалось негромкое нарастающее жужжание. Развернувшийся к Призраку Гром хотел было что-то спросить, как машину тряхнуло и качнуло, перебив командира. Сработали элементы динамической защиты.

— Дрон! — зашипел Призрак, завалившийся и больно приложившийся головой об основание водительского кресла.

— Назад! Ставлю купол!— закричал Гром, закрывая глаза.

Медведь повалил своих женщин в проход и навис над ними своим крупным телом. Рейв также прижался к ним, прикрывая торчащие из-под могучей спины женские задницу и ноги, не разбирая, кому они принадлежат.

Вовремя. С ближайшей пятиэтажки по машине выпустили противотанковый снаряд. Громким двойным ударом за броней всех серьёзно оглушило.

Гром выругался, схватившись за голову.

— Луна, гони! — крикнул побледневший командир, стиснув зубы от боли.

Луна начала судорожно что-то жать на частично покрасневшем экране состояния техники, как раздался еще один двойной удар.

Гром обмяк и свалился с сиденья на пол. Оттащивший его от кресла Имба расположил командира в проходе, поближе к жмущимся свежакам. Призрак подскочил и сел за место оператора, тыкая оставшиеся целыми камеры.

— Что происходит! — закричала оглушенная Луна. — У меня шасси вышло из строя!

— Гром поставил купол, и снаряды он сдержал, но динамическая защита даров не понимает. Она два раза сработала на приближающийся снаряд. В замкнутом пространстве под куполом эффект получился обратный! Мы без шасси и частично картинки! — прокричал Призрак.

Освещение неожиданно погасло. Сменившись аварийным.

— Все из машины! — прорычал Медведь.

Мираж подбежал к задней двери и дернул за ручку быстрой эвакуации. Хлопнули пиропатроны, отстрелив аппарель, а следом и саму дверь в отсек.

Ворвавшийся дым и гарь заставили всех закашлять. Мираж выпрыгнул первым, скрывшись в дыму.

— На выход! Чисто! — крикнул парень.

Не став ждать очередного прилета по стоящей и ждущей оного технике, Медведь подхватил девушек под руки и рванул головой вперед в открывшийся проем. Грузно приземлившись, он с ходу побежал к одному из зданий медленного кластера, которое подметил по своей старой военной привычке, пока все еще было хорошо.

Обмякшие девушки, видимо, потеряли сознание либо от контузии, либо от переизбытка эмоций, поэтому бегу почти не мешали.

Рейв.

Замешкавшийся и закашлявшийся в дыму Рейв тоже подхватился и рванул вперед. Видимость в салоне опустилась до нуля. Не рассчитав по памяти расстояния до проема, он промахнулся ногой и вывалился наружу, больно приложившись лицом об асфальт. Тряхнув головой, парень быстро поднялся и припустил за удаляющейся к ближайшему зданию громадной фигурой.

Неожиданно над головой снова противно загудело. Подняв голову, парень увидел, как со стороны быстрого кластера наперерез бегущей фигуре Медведя полетел быстрый чёрный квадрат.

Время! Нет! Гадство! Только не это! Мама! Что ты говорила про время? Время, остановись! — внутренне взмолился парень и словно влетел на бегу в кисель.

Время замерло. Черный квадрат превратился в небольшой застывший черный квадрокоптер, лениво двигающий лопастями на краях своей рамы. Медведь и вовсе замер, зависнув в широком прыжке. Красивая упругая задница Ольги, призывно свисающая с правого бока здоровяка, обтянулась тактическими штанами.

Ну нет! Суки! Кто бы вы ни были, я её вам не дам! Она моя! — скрипнув зубами, Рэйв непослушными руками нашарил свисающий с трёхточечного ремня автомат.

Поняв, что кисель хоть неохотно, но поддаётся, он поднял оружие и, сняв с предохранителя, задрал его к небу. Шары хоть и споро-споро, но так, что можно было проследить за их траекторией, начали вылетать в сторону летящей смерти. Эффект расходящегося от среза ствола воздуха и провожающие шары воздушные каналы напомнили парню давнюю игрушку, в которую любили резаться его старшие товарищи.

Макс Пэйн вроде, не? Я Макс Пэн, нахрен?!

Корректируя направление движения шаров, Рейв добился попадания одного из них по дрону. Птичка, лениво брызнув пластиком, начала медленно поворачиваться вокруг своей оси от переданной энергии. Судя по направлению, она планировала заваливаться на землю в паре десятков метров от парня.

Поняв, что произойдет, когда FPV упадет, Рейв прыгнул с асфальта в придорожные кусты, зависнув в воздухе и сгруппировавшись перед медленно приближающейся землей.

Прям представляю, как я сбоку выгляжу, когда лечу! Жаль я не в плаще!

Неожиданно подступила дурнота. Вместе со временем начала возвращаться и масса тела, ставшая очень большой также неожиданно.

Парень с размаху ударился о сухую землю, покрытую мусором и обломками кирпича. А следом пролетел сквозь колючий кустарник, оставив на лице и руках глубокие царапины. Но все страдания оказались не напрасны. Слева, за дорогой, громко хлопнул звук взрыва упавшего дрона. Ногу, чуть выше голени, больно прожгло каким-то шальным осколком.

— Ай, с-сука! — выматерился Рейв, поднимаясь на руках и оглядываясь, когда его подхватили со спины под руки.

Глава 4 Тест-полоса

Гром.

Идея ставить купол над машиной оказалась не самой удачной.

По мере эволюции моих даров я уже и сам до конца перестал понимать физику их работы. Времени же основательно с ними разобраться суета просто не давала. В первые месяцы использования купола он демонстрировал полную потерю инерции всех попадающих в него инородных предметов. Во всяком случае, различимых глазом. Запахи я, например, через него чувствовал. После принятого жемчуга и боя на базе внешников грань дара, видимо, трансформировалась в волшебную непроницаемую с обеих сторон стену.

Радоваться или печалиться изменениям, я пока не определился.

С одной стороны, химическое и радиационное воздействие, которое легко могло убить меня на базе Гегемонии, когда реактор пошел вразнос, не сделало этого, видимо, из-за обновлений свойств дара. С другой — с элитой в лесу, у строймага, однажды мне помогла именно двойственная природа работы щита. Не имей возможности тогда выстрелить сквозь свою же защиту, я бы погиб. Как только споровый баланс закончился, я бы снял щит и просто не успел среагировать на атаку более сильного и физически развитого чудовища.

В этот раз, в ходе боя с невидимым противником на воюющем кластере, новые свойства выставленного щита также сыграли в минус. Купол оказался непроницаем изнутри. Дар не воспринимался системами защиты умной машины как препятствие, по этой причине сработавшая на прилет очередного дрона система активной защиты устроила «самострел». Она срикошетила от внутренней проекции выставленного мной щита и вернулась на корпус своим же разрушительным воздействием. Мы лишились мобильности и чуть не погибли.

Я при всех этих попаданиях по обеим сторонам защиты с чудовищной скоростью терял дух Стикса, наслаждаясь лавинообразно нарастающей мигренью. Пока после очередного прилета и двойной детонации вовсе не лишился сознания.

Небытие в этот раз не порадовало темнотой и внеочередным отдыхом. Я провалился в очередное видение.

Мигрень прошла, но меня за мгновение перебросило в другое место, где также начинался бой. Вот только теперь я был его немым свидетелем, без возможности как-либо повлиять на происходящее или в нём поучаствовать.

На небольшом обжитом острове посреди болота, окруженном густым пышным зеленым лесом, шла кипучая деятельность. Его жители, а точнее жительницы, спешно готовились отражать атаку пока еще не видимого для меня врага.

Молодые мускулистые амазонки в обтягивающих зеленых нарядах, очень походящих на гибрид запашной одежды для единоборств и камуфляжа, спешно вытаскивали армейские ящики в окруженный живой изгородью просторный двор островного поселения. Сбивали прикладами самых обычных АК замки и доставали ручные гранатометы и выстрелы к ним.

Это что за фэнтези с элементами современности? — подумал я, пробуя управлять своим «бестелесным взором».

Успеха не добился. Кто-то показывал мне ровно то, что я должен был увидеть.

Картинка, все же почувствовав мои внутренние метания, наконец начала подниматься над суетой во дворе. Заскользила вверх вдоль стены рукотворной деревянной конструкции, больше напоминавшей вышку, и замерла над венчающей её крытой площадкой.

Я увидел «её» со спины.

Длинные белоснежные волосы, идеальная фигура. Странная седая ведьма, что помогла мне выбраться из наркоза на базе внешников, нависала над перилами, громко и активно раздавая команды девушкам во дворе.

Словно почувствовав моё присутствие, она резко развернулась и, кивнув, подняла руку, указывая куда-то за мою спину. Картинка, повинуясь её жесту, развернулась и показала мне тёмный лес напротив болота.

Один из участков между деревьями казался особенно тёмным. Полуденное солнце, пробивающееся через высокие кроны, в этой части леса словно на что-то натыкалось, не в силах пробиться до подлеска.

Ага, ты решила меня поторопить? На вас напали? Кто или что? Знать бы еще, где это болото...

Под внутренний монолог постарался всмотреться в указанном направлении и был награжден практически мгновенно.

В кромешной тьме загорелись десятки ярких красных глаз.

Они тоже меня увидели. Из темноты в мою сторону вылетело какое-то быстрое красное копье. К моему большому удивлению, снаряд нашел свою цель. Картинка поплыла. Резко вернулось ощущение тела.

Что-то больно впилось в мою ногу, вырывая меня из очередного невероятно натуралистичного сновидения. Ровно туда, куда во сне должно было угодить то странное оружие.

От осознания произошедшего я даже не сразу понял, что вообще вокруг творится в реальности.

— Ай, срань! — заорали рядом.

Потеряв опору, я больно воткнулся головой в заваленный какой-то мелкой крошкой асфальт. Быстро приходя в себя.

С кричавшим я был полностью солидарен. Сам бы сказал то же самое, но в первые мгновения после осознанных сновидений тело еще не слушалось. Вернув самообладание, поднялся на локтях и осмотрелся.

Рядом по траве и бетону катались Призрак и Имба. Остальной команды, как и тел, вокруг не было. Товарищи вынесли меня из начинавшей разгораться машины и почти дотащили до ближайшей стены одной из стоящих вдоль улицы построек, но по нам сработал очередной дрон. Как я понял, буквально только что нас обдало осколками от очередного близкого прилета.

Запаниковал было из-за остальной команды, увидев разгорающийся БТР, но быстро себя успокоил. Вспомнил, что сидели мы дальше всех от люка в десантный отсек и, соответственно, выбраться должны были последними.

— Луна! Ау! — прикрикнул я, на сколько позволяло состояние, но ответа не дождался.

Остается только молиться, что она успела убраться от машины. С её даром это было не сложно. В любом случае, я её сейчас не вижу и помочь не могу. Самому бы не отъехать… — подумал я и прополз до постройки, поднялся на локтях, развернулся и уперся в холодный бетон спиной.

Приятная прохлада добавила сил. Достал из-под себя живец, сделал большой глоток. Сконцентрировался, осмотрев даром свое тело на предмет повреждений. Осколок вошел в бедро правой ноги и вышел наружу, торча сейчас острым концом из ткани тактических штанов. Больше серьезных повреждений не наблюдалось.

Нащупал острый край, надорвал вокруг него штанину, открывая нелицеприятную картину торчащего из тела инородного предмета. Схватился пальцами за скользкий и мокрый от крови кусок металла. Зашипев змеёй, рванул его на себя. Усиленное грибницей тело и постоянные нагрузки не подвели. Удалось извлечь осколок с первой попытки. Кровь полилась из дырки ручейком, заливая надорванную штанину. Снова сконцентрировался, вызывая дар. Напрягся, залатал сосуды и ткани в пораненной ноге.

Споровый баланс уже поднялся на треть, и, восстановив тело, я снова стал действующей боевой единицей.

Так, сперва помоги себе — сделано. После помогай товарищам — пора приступать, — поднялся, убрал живец и заковылял на еще не слушающейся ноге к лежащему и извивающемуся ужом хрипящему Призраку.

Кровопотеря давала о себе знать, и в голове шумело, но улучшенный СТИКСом организм быстро восстанавливался. Жужжания дронов больше слышно не было. Как и посторонних или зараженных, вокруг не наблюдалось. Ни остальных товарищей, ни неизвестных, но удачливых врагов, что так легко и быстро нас размотали, видно также не было. Скорее всего, их уже и не встретить. Технику, посчитав её за неизвестную машину неприятеля, нам сожгли, а вот гоняться за выжившими долго у перенесшихся бойцов не получится. Прошло уже не меньше получаса с момента обновления кластера, и приоритеты, как и гастрономические интересы, у обеих перенесшихся воюющих сторон поменялись. Кластер-то быстрый.

Доковыляв до извивающегося Призрака, рухнул на задницу возле него и быстро начал искать спек в «поясничной» сумке. Один аварийный шприц был прилажен у меня на передней стропе разгрузки, но во время падения я его благополучно пролюбил. Поэтому сейчас спешно шарил рукой второй в сумке над задницей.

— Призрак, держись, я сейчас. — негромко подбодрил товарища.

Кроме стонов и невнятного бормотания, обратной связи получить не удалось. Радовало, что боец еще был в подобии сознания. Судя по намокшему на его спине комбатширту, осколки прошлись по левой стороне тела. А судя по его агонии, часть стальных пчел добрались до почки или даже до обеих.

Вытащив, наконец, резервный шприц спека, не церемонясь, придавил товарища коленом к земле, хоть немного замедлив его хаотичные перемещения. Маты стали членораздельнее, что снова порадовало. А после, сорвав колпачок, воткнул прямо через одежду шприц ему в левое полужопие.

Призрак сделал еще несколько резких движений, а после замедлился и, замерев, обмяк. Я огляделся. Лежащий чуть дальше Имба тоже уже перестал дергаться и лежал неподвижно. Редко моргая, он с философским выражением лица смотрел в небо.

Опасностей вокруг не просматривалось, поэтому, решив для себя задачу с погоней за двумя зайцами, принялся лечить лежащего у моих ног Призрака.

Вошел в транс. Проекция тела раненого товарища показала, что в своих первоначальных предположениях я если и ошибся, то не сильно. Несколько инородных элементов просматривались лечебным даром в области потускневшей поясницы бойца. Еще несколько — выше, намекая на серьезное ранение легкого, которое на проекции и вовсе «потухло». Постарался выгнать инородные предметы из тела, но ничего не получилось, металл меня не слушался. Зато слушались ткани, поэтому, надеясь на местную регенерацию, решил восстановить именно их, чтобы вернуть органам в моей видимой проекции насыщенность и здоровый цвет.

Колупаться грязным ножом во внутренностях товарища, выискивая осколки, даже под спеком, в любом случае, я бы не решился. Медицинское образование у меня отсутствовало, даже курсов тактической медицины я никогда в жизни не проходил, о чем сейчас в очередной раз очень и очень жалел. Школьного курса биологии неожиданному лекарю уже категорически не хватало.

В очередной раз оставалось только уповать на то, что Улей справится с потенциальным воспалительным процессом. Который, по моим дилетантским соображениям, неизбежно должен будет начаться при таком проникающем ранении с застрявшими в тканях поражающими элементами.

Как закончил исправлять темные очаги на проекции Призрака, откинулся. Уперев руки в землю. Чувствовал себя ужасно. Голова гудела. Споровый запас снова показал дно, и бежать к Имбе ни сил, ни смысла пока не было.

— Надо в стабах поузнавать, может удастся получить медицинское образование, экстерном. У Преображенского того-же... — поднял голову я, вдыхая запахи горящей боевой машины, пороха и прочих химических веществ, витающих вокруг места недолгого боя, очередной раз огляделся.

— Дааа. Вынесли нас в одну калитку... А я Мише про элиту рассказывал... Тут и пустыши неплохо справились. Не ожидал я такого. Ох не ожидал. Снаружи атаку внешников на кластер видел, но чтобы вот так... Войну сюда перенесло. Снова смена территории, что ли? Или это в моём старом мире что-то началось? Может, и вовсе мы снова Улей свежаками обидели, и это новая проверка. Тест-полоса быстрых кластеров для Рейва или Миши и его семьи? Ох, говорил мне Преображенский, что так просто людей не спасти... Победили скреббера и успокоились... Ну и поделом нам всем...

Додумать мне не дали. Привлекли новые звуки выстрелов. Стреляли из имперского автомата со стороны нашего медленного кластера. Где-то, уже относительно далеко, воевали наши. Это грело душу и успокаивало.

Следующие выстрелы насторожили. Совсем рядом, на быстром кластере, также кто-то отстреливался из порохового оружия. И не факт, что такой стрелок не решит на всякий пострелять по нам. Или не приведет кого крупного прямо к благоухающим ароматами крови, особенно вкусным и «выдержанным» старожилам.

Снял с разгрузки фляжку и сделал очередной большой глоток. Продышался в рукав. Поднялся и уже более уверенно дошел до Имбы. Сел рядом с натекшей из его ран лужей крови. Схватил бойца за целую руку, проверяя слабый пульс. Обрадовался, начал осматривать даром. Вторую руку, практически отделенную ранением чуть выше локтя, опытный боец успел перетянуть жгутом эсмарха. Она меня заботила мало. Снова были осколки в спине. Влил весь имеющийся запас, чтобы поправить самые тёмные места.

Споровый баланс показал дно. Меня выбросило из транса. Замутило. Попробовал немного повернуть Имбу, чтобы достать спек из разгрузки бойца. У меня уже волшебного средства не оставалось.

— Гром. Я почему уйти хотел. Влюбился я. В твою Луну… Уже мысли всякие лезли, разные. Решил не доводить до греха… Уйти... Прости меня, друг. Ты очень многое для Ветки, да и нашей команды сделал. Не имел я права… Даже… Думать. Так… — неожиданно ожил из-за моих манипуляций и начал тараторить и кряхтеть в полубреду Имба.

— А то я не видел, что ли? Я вас, голубчиков, срисовал еще на опушке, когда с базы внешников «прилунился». Ну ничего, держись, выберемся и обмозгуем всё вместе. Даже Луну спросим. Может, я ей тоже уже надоел, горький пьяница. Ну вытащил я её, но не обязательно же теперь ей меня благодарить до смерти… — подбадривал я товарища.

Наконец, найдя на испачканной разгрузке спека, вколол его владельцу прямо через одежду в бедро.

— Наказал меня Улей. Отъезжаю я. Чувствую. Добегался. Много мне везло. Но, видимо, слабее мое везение твоего. Наказал меня Улей за то, что я у его любимчика решил женщину увести… — сказал Имба и негромко закашлялся.

— Всё, молчи, болезный. Сглазишь. На вот, живцом запей. Дал бы тебе боковой сейчас из ревности, да больно ты бледный. Не по-мужски это будет, — приподнял я парня и дал ему напиться.

Последнее действие из-за короткого сеанса лечения и местной седации дались Имбе уже сносно. Проглотить живец на ракетном топливе он тоже смог. После чего парень очень быстро окосел и, выдав совершенную околесицу, обмяк.

— Так даже лучше, — сказал я, опустил его на землю и снова попробовал подлатать его даром.

Дела здесь, кроме руки, уже были лучше, чем у Призрака. Поэтому, окончательно поправил последствия попадания осколков. С рукой возиться не стал. Заживить не было ни времени ни энергии. В СТИКСе проще было отнять болтающуюся конечность и дождаться через полгода новую, чем возиться с её приживлением на место.

Стрельба раздалась снова, уже совсем близко. Подхватив бессознательное тело, пробежал к зданию и закинул его, не церемонясь, в ближайшее выбитое окно. Вернулся к дороге и повторил процедуру с Призраком. Такое грубое обращение оба должны были пережить, а из-за их общего состояния сейчас даже и не заметить.

Раздавшийся из-за стены хрип и стон всё же дали понять, что заметили. Но времени миндальничать не было, а за их жизни я уже не опасался. Выкарабкаются, уже давно не свежаки, тела уже совершенно другие. А вот свежак с оружием может довести тёмное дело до конца, и с этим что-то надо было делать в первую очередь.

Пробежал к месту нашего падения и подхватил два лежащих имперских автомата, свой потерянный при падении спек. Коротко осмотревшись, рванул через дорогу, прикрываясь дымом горящего ВМЕ.

— Суки. Надеюсь, вы обратились. Иначе даже не знаю, что я с вами сделаю... — прошипел, смотря на лежащие остатки дронов и уже полюбившуюся чадящую машину.

Через огонь в кузове последней, к счастью, тел не просматривалось. Это очередной раз уверило меня в том, что все из моих друзей спаслись.

Под эти мысли, добежал до здания на противоположной стороне улицы и вбежал в ближайший подъезд.

Мы все еще находились на старом кластере, поэтому за непрошенных гостей или обратившихся жильцов я не переживал.

Забежав в темный коридор, чуть не споткнулся о валяющиеся человеческие останки. Жуткая вонь разложения ударила в нос. Не останавливаясь, чтобы не потерять сознание или живец, практически на ощупь взлетел по лестнице на второй этаж. Вынес ударом дверь, пробежал по пустой пыльной квартире до выбитого окна в комнате напротив входной двери.

Остановился, отдышался. Ветер с улицы позволял здесь дышать уже сносно, хоть мертвечиной и попахивало. Поднял один из висящих все это время на плече автоматов и, изготовившись к стрельбе, выглянул в окно.

Автоматная очередь из обычного порохового оружия раздалась совсем рядом. Буквально под окном. К счастью, стрелок наверх не смотрел. Воюя с кем-то вдоль улицы. Осмотрел свежака, держа на мушке.

Крепкий, хорошо экипированный солдат, в бронежилете с противоосколочным комплектом и обвешанной доп. оборудованием каске, споро перезаряжался, спрятавшись за стеной крыльца моего подъезда. На чехле каски красовался шеврон с флагом моей родины. Серьезных травм не наблюдалось, но левый бицепс был забинтован и снаряжение частично было испачкано кровью. Или это был не бинт, а опознавательный знак свой-чужой. Понять, не увидев еще одного такого же, пока было невозможно.

Бляха-муха. Сейчас его позвать — даст очередь от бедра по окну. У меня даже флага РФ на снаряжении нет. Здесь каждый, кто не свой, — чужой, — подумал я, плавно перемещаясь к противоположной стороне подоконника, чтобы рассмотреть, кто гонит потенциального союзника и, по совместительству, свежака.

Долго размышлять ни мне ни свежаку не дали. Здоровенный топтун выпрыгнул из густого дыма продолжавшей догорать ВМЕ, грузно приземлившись на асфальт.

Выпрямившись, тварь огляделась и никого не заметив, потянула носом.

Вот дерьмо... — подумал я и не ошабся.

Тварь мгновенно подобралась и повернулась к лужам, что мы с Призраком и Имбой оставили на асфальте. А после повернула массивную башку к окну, куда я закинул бессознательных товарищей. Жертва, забежавшая в подъезд, перестала интересовать чудовище, унюхавшее след развитых иммунных.

Счет пошел на мгновения. Надо было работать наверняка.

Отпустив автомат, я быстро сунул руку в один из кармашков с вольфрамом. А после, выудив шарик, на остатках духа зарядил им в шею стоящей посреди улицы высоченной фигуры.

Развитый дар, даже с небольшими затратами духа, заставил шар с громким хлопком мигнуть в направлении стоявшего спиной ко мне чудовища. Энергия мощного удара снесла начавшую покрываться костяной броней башку и запустила её вверх, на высоту пары этажей. Сам разогнанный снаряд ушёл в угол первого этажа противоположного здания, из-за чего я даже на мгновение перепугался, что добил раненых товарищей. Благо, быстро разглядел, что угол оказался всё же острее, и я лишь пробил шаром дыру в подвал под ними.

— Нихр... Назовись! — крикнул от подъезда свежак, удивительно быстро придя в себя после увиденного.

— Свои! — устало сказал я, в очередной раз чувствуя, как тянет за грудиной из-за опустевшего резерва.

— Пароль?

— Какой, козе в трещину, пароль? Ты таких уродов видел вообще? Ты не на Земле больше! Прекращай воевать! Всё, отвоевался, теперь началась игра на выживание!

— Пароль?! — повторил упертый боец.

— Хренов с горой! — крикнул я, медленно начав удаляться к лестнице.

Боец был экипирован очень хорошо, и даже если магазины он мог потратить в бессмысленных попытках убить в лобовую развитого топтуна, то вот гранат у него могло оставаться с запасом. Мне в тесной комнате полупустой квартиры достаточно было и одной, а там могла быть и вторая, «на ход ноги» улепётывающему по помещению подранку. Запасов духа поставить даже самый простенький щит, хотя бы для головы и тела, уже не оставалось. За грудиной ныл пустой резерв.

— Неправильно! — крикнул боец и в точности повторил мои размышления.

Вот только со второй частью плана у него, уже ослабевшего после длинного спринта со стрельбой, вышло не совсем как хотелось. Вторая граната не долетела до оконного проёма. Под маты свежака она упала перед зданием, где-то рядом с ним. Из-за чего неудачному гренадёру пришлось быстро вернуться в тёмный провал подъезда.

Не успел он проморгаться и схватить висящий на ремне автомат, как увидел меня, сидящего на ступеньках и выцеливающего его стволом чего-то серьёзного и футуристичного. Дождавшись, как за окном ухнет, я негромко сказал.

— Ну что, пароль? Или, может, поговорим и прекратишь ерундой страдать?

Глава 5 Трудности сепарации

Подхватив Рейва под руки, Луна помогла ему подняться с земли. Закинув руку парня себе на плечо, быстро поковыляла с ним до ближайшего подъезда, стараясь увести раненого с открытой местности.

Сама она при падении сбитого дрона не пострадала, успела перейти в астральную форму. Спасибо Рейву. Парень среагировал на угрозу с воздуха молниеносно, при этом двигался так, что стала очевидна активация у него дара клокстопера. Очень сильного и полезного для команды дара.

Если после случившего от команды вообще что-то останется...

Коротко обернувшись к машине, Луна увидела, как Призрак и Имба вытаскивают из начавшей гореть техники бессознательное тело её любимого. Чем-то помочь мужчинам и Грому, она сейчас не могла. Зато могла вытащить из-под огня парнишку-свежака, который только-что пробудил дар и сейчас, потратив весь дух Стикса и получив ранение, только приходил в себя.

Дотащив до ближайшего подъезда шипящего и сдавленно матерящегося Рейва, она дёрнула дверь на лестничную площадку и завалилась вместе с парнишкой вовнутрь. Вовремя.

Сзади что-то громко взорвалось. Пчелы осколков застучали по стене дома. Не успела Луна подняться, как рядом громыхнуло снова. Скорее всего, взрывался боекомплект от пушки ВМЕ и собранные отрядом в дорогу противотанковые выстрелы. Так как больше взрывчатки и оружейных патронов в машине не было, а специфика имперского оружия к взрывам не располагала, фейерверк должен был скоро прекратиться.

Только подумав о последнем, у Лёны от ужаса расширились глаза. Огонь жадно облизывал стоящий на крыше ВМЕ квадроцикл.

— Батарея… — негромко проговорила она.

— Что? — удивлённо спросил шипящий и пытающийся остановить кровь из небольшой сквозной раны на икре Рейв.

— Батарея в квадроцикле! — закричала девушка, переходя в призрачный режим.

Оказавшись в местном аналоге астрала, она быстро обернулась и посмотрела сквозь полупрозрачную стену здания на бойцов возле детонирующей машины. Все светились яркими цветами, поднимающийся с асфальта Гром и вовсе сиял своим ослепительно-белым.

Ты справишься. Я уверена. У тебя все получится. Как обычно.

Подавив первое желание броситься к любимому и попытаться вытащить его, она опустила взор на лежащего у ног Рейва.

Парень на фоне сторожил смотрелся тускло. Яркая звезда синей кляксы только начала расползаться по проекции его тела в астрале. Белый жемчуг был очень сильным средством, но не мгновенным. Сконцентрировавшись, Луна постаралась сформировать в астрале руку или что угодно, чтобы зацепить парня и потащить за собой.

Это должно сработать! Ну же! — безмолвно закричала девушка.

Дар поддался. Схватив проявившейся зелёной конечностью проекцию парня, она сперва попробовала его потянуть, а после, когда это не вышло, сдвинуться вместе с ним. Это снова далось ей сложно, но всё же, с третьей попытки движение у неё получилось. Всё выглядело так, будто она вырвала парня из реальности в астрал или вынула его душу из тела.

Поднявшаяся от тела энергоструктура, в первые мгновения заметалась, отделившись от оставшейся лежать прозрачной оболочки, а после, уставившись на Луну, замерла.

Господи! Что я творю! Что я сделала?! — в панике заметались мысли в её голове.

Оглядевшись, ни своего тела, ни тела Рейва она на полу лестничной площадки уже не увидела. Это хотя бы немного успокоило, показав, что всё идёт «как обычно». Как было у неё при использовании дара. Поэтому она решила не останавливаться.

Задумка была простой — протащить парня через здание, удалившись от готовящейся взлететь вместе с батареей ВМЕ, используя свой призрачный дар. Вот только инструкции, как это делать, не было, поэтому она сейчас очень рисковала и импровизировала. Считая, что бездействие в любом случае будет стоить жизни им обоим.

В том, что Гром своим куполом защитит и себя, и ребят, она не сомневалась.

Ну же! Ну жеее! — повторила девушка, сдвигая их нематериальный паровоз в сторону тупика лестничной площадки пожарной лестницы.

Медленно, с большим сопротивлением, ощутимо сжигая местную энергию, но они двинулись к нужной стене, набирая скорость. Пройдя через стену, преодолели комнату одного из жилых помещений, а после наконец оказались с другой стороны здания, долетев до соседней дороги.

Дух Стикса у Луны резко закончился. Вывалившись из астрала на высоте полуметра, оба материализовавшихся духа больно ударились об асфальт. Поднявшись, Луна дрожащими руками достала с разгрузки флягу и отхлебнула живца, а после, не вставая, проползла на карачках к парню.

— Рейв, ты как? Ты в порядке? Скажи что-нибудь! — затрясла она парня, смотря ему в глаза.

Увидев тело Рейва рядом, она сперва обрадовалась, что фокус всё-таки удался, а после запаниковала, испугавшись, что в таком сложном процессе всё же что-то могло пойти не так и душа или разум покинули спасаемого.

— А? Да… Ахренеть… Это что было? Это был мир призраков? Навь? — спросил он, посмотрев на спасительницу уже осознанно.

— Теперь снова Явь! Всё потом! Поднимайся, нам надо убираться! — прикрикнула она, быстро оглядываясь по сторонам и поднимаясь.

Парень попытался подскочить, но зашипев, завалился.

— Ах… Нога! — прошипел он через зубы.

Спохватившись, что совсем забыла про ранение, Луна присела над вытянутой ногой Рейва. Передала парню живец. Разорвала в области ранения ткань штанины и осмотрела рану.

— Кровь уже остановилась. Белый жемчуг подстегнул не только дар, но и регенерацию. Паразит уже начал тебя активно беречь. — сказала девушка, споро доставая с разгрузки бинт и резко обернувшись. — Сейчас перемотаю, и надо будет отсюда быстро уходить.

— Паразит? Мне больше понравился термин грибница.

— Да хоть благодать Божья! У нас совсем нет времени, надо убираться с открытой местности.

Словно в подтверждение её слов, на соседней улице раздалась автоматная очередь, и какие-то неясные тени промелькнули вдоль границы за углом дома.

— Черт! А где автомат? — спросил Рейв, тоже увидев пугающую картину и услышав стрельбу.

— На асфальте остался, где ты упал. Не умею я пока что-либо в руках переносить. Скажи спасибо, что хоть сами не голые, — сказала Луна, продолжая скорую перевязку.

— Ну это спорный вопрос.

— Обсудишь его с Громом. — поставила на место она парня.

— Кстати, а как там остальные?

— Выбрались. Я испугалась, что квадрик рванет, и нас перетащила. Видела уже последствия взрыва батарей внешников, там, конечно, танк был, но нам точно бы и квадрика хватило. Слава богу, он пока взрываться не планирует.

— Ай-ай-ай. А мужчину своего оставила. В семье разлад? — хитро посмотрел на красотку Рейв.

— Нет. Мужчина у нас в семье главный и свои проблемы всегда решает сам. Я в него верю, хоть и помогаю по мере возможностей. А тебе надо от отца сепарироваться и перестать на кого-то надеяться. Это уже не тот мир, со смузи и клубами. Здесь выживают. — закончила наконец с медициной Луна и отодвинулась от парня.

Достав из кобуры на бедре футуристичный пистолет, она взяла его в руку. Рейв вопросительно посмотрел на неё и протянул ладонь.

— Может лучше доверишь мужчине?

— Нет уж. Лучше я сама.

— А как-же мужчина главный? — улыбнулся Рейв.

— А ты хоть и в команде, но не в семье. Но если хочешь, могу усыновить. — огрызнулась Луна, подскакивая, — Похромали, сына.

***

Медведь, удаляясь, лишь несколько раз коротко обернулся к машине. Бывший профессиональный военный местных сторожил, а особенно командира Грома, воспринимал всерьез, как всерьез относился к его наставлениям и приказам. Шутить, игнорировать и спорить в экстренных ситуациях он давно был отучен.

Подхватив самое ценное, своих женщин, он понесся вдоль ближайшего дома, уходя от техники на максимальное расстояние. В расчете, что невидимый противник оставит не самую удобную пешую цель и продолжит атаковать технику.

Автомат, карта местности с ориентирами и местами интереса и прочее снаряжение, как и старые навыки, были при Медведе. Ногу Гром, реинкарнации своего крестного, подлатал еще в деревне. Перспективы, с учётом этого всего, у семьи были если не радужными, то не безнадёжными. Если сейчас получится уйти, то дальше они будут самостоятельно прорываться через оказавшийся крайне недружелюбным быстрый кластер, уже по параллельным улицам. Оставалось только понять, какое расстояние им надо преодолеть за полтора суток.

Остановившись только когда уже забежал в один из подъездов, он наконец-то аккуратно положил своих женщин на пол и уселся сам, привалившись к стене и тяжело дыша. Женская часть семьи уже давно пришла в себя и даже умудрилась повозмущаться неаккуратной переноске во время побега из-под обстрела.

Ольга сразу поднялась, подбежала и выглянула в дверной проём. Начала что-то напряженно высматривать. Или кого-то...

Инна, пройдя на корточках несколько метров, опустошила желудок. Хоть женщина и не забрасывала спорт, такие скачки ей были в новинку, и организм пока с ними не справлялся.

— Доча, не выглядывай. Нас могут заметить и атаковать. — пытаясь отдышаться, пробасил Медведь.

Выглянув из-за кустов у подъезда, дочка пыталась высмотреть за ближайшей растительностью происходящее у горящей машины.

— Пап, он нас спас! Рейв сбил беспилотник, что за нами летел! — также сбивчиво, из-за сбитого дыхания после транспортировки, ответила девушка.

— Видел, видел. Молодец. Смелый парень. Подрастешь, может, и дам вам свое отеческое наставление, — ответил глава семейства, проверяя футуристичный автомат и унесенный боекомплект к нему.

— Как он, ты видел? С ним всё в порядке? — развернулась она, так ничего из-за деревьев и не рассмотрев.

— Да. Видимо, он дар открыл, двигался быстрее, чем я мог разглядеть, — сказал Медведь, поднимаясь после короткой передышки.

— Дар? Быстро двигался? Что это? Он как Флэш? — затараторила вернувшаяся в подъезд Оля, помогая подняться на ноги матери.

— Как белка из лесной братвы, когда ей дали энергетик... — прошел к лестничному пролету здоровяк и прислушался, когда на улице грохнуло. — Так. Отставить разговоры. Инна, как ты себя чувствуешь?

— Сносно. Немного укачало при тряске. Спасибо, дорогой. Спасибо, доча. — уже поднялась, опершись на плечо Ольги, мать.

— Отлично. Живец есть у кого? — спросил Медведь, осматривая небогатый запас снаряжения, что удалось унести из ВМЕ с собой.

— Я взяла, — сказала Инна, протягивая снятую с пояса фляжку.

— Сама выпей. В себя приди. И Оле дай, но только глоток… — нахмурившись, пробасил здоровяк, смотря на дочку и внутренне сокрушаясь, что всё семейство стало вынужденными алкоголиками, включая несовершеннолетнюю дочь.

— Что делать будем? — спросила Инна, придерживая теперь уже сама Ольгу, которая пыталась откашляться после глотка крепкого напитка.

— Выполнять приказ. Нам сказали — в случае разделения идем по ориентирам до карьера.

— А как же военные? Там же война натуральная?

— Так как кластер быстрый, думаю, недолго воевать им осталось. Но ты права, двигаться будем аккуратно. Если вас за гражданских еще могут принять, несмотря на камуфляж, то вот по мне точно огонь откроют. Я крупный и с оружием. Опознавательных знаков на нас нет. Поэтому, теперь слушаем меня и выполняем всё, что скажу. Беспрекословно.

— Так точно, — немного невпопад и не очень бодро ответила женская часть семьи.

— Отлично. Вижу, начали понимать. И всё же. Еще раз проговорю. Мы в очень опасном месте. Вокруг жуткие мутанты и вооруженные люди. Нам не повезло сюда попасть, но повезло, что из-за стечения обстоятельств нас вытащили местные бойцы. Сейчас мы сами по себе. Возможно, временно. Возможно, навсегда. Уже как получится. Поэтому шутки, нытье, споры — всё оставили прошлому миру. Да, страшно, да, тяжело, но жизнь у нас здесь также одна. Как и было ранее.

Как Медведь закончил, словно в подтверждение ему, недалеко раздалась серия взрывов.

— О! А вот и подтверждение моим словам! — отец семейства сорвался на первый лестничный пролет, выбивая хлипкую деревянную дверь. — Давайте, пошли, пошли.

Залетев в пустую квартиру первого этажа, Медведь четко и быстро проверил все комнаты небольшой однушки, а после рванул в кухню, выходящую на другую сторону дома. Выглянув в разбитое окно, просмотрел соседнюю улицу, не увидев никого рядом, отворил раму, так как стекла были выбиты неаккуратно и вылезать сейчас — это было однозначно обрезаться, а шуметь, убирая стекла, было нельзя.

— За мной. По очереди. Я ловлю внизу. На подоконник вставайте берцами, тут острые стёкла, — негромко проговорил он своему семейству, уже столпившемуся на кухне и оглядывающему, что можно было бы утащить.

Выпрыгнув на улицу, он грамотно приземлился, впервые отметив свою работающую ногу.

Спасибо тебе, командир. Будет возможность, обязательно отплачу. — подумал здоровяк, поднимая глаза к оконному проему.

Инна уже стояла в окне, готовясь спрыгнуть. Подхватив свою жену, бережно поставил сокровище на землю и получил быстрый поцелуй в щетину.

— Так, присядь здесь, из кустов не выглядывай, — тихо сказал он и повернулся к окну.

Ольги не было. С кухни раздавались какие-то негромкие лязгающие звуки. Прошло несколько тягучих секунд, как Ольга, прилаживая к разгрузке какой-то серьезный кухонный нож, подошла к окну.

— Секунду, — прошипела она под неодобрительным взглядом отца.

За домом раздалась автоматная очередь. Ольга бросила затею продеть единственное оружие через петли разгрузки и, развернув его лезвием вдоль руки, быстро выпрыгнула к отцу.

— Где ты там так долго возилась? — прогудел здоровяк, ловя девушку и ставя её на землю.

— Оружие искала! — прошипела дочка, показывая серьезный кухонный нож.

— Этим собралась того пса резать, которого мы в первый день видели? — спросил у засмущавшейся дочки здоровяк.

— Оставь её. Видишь, какая хозяйственная растет. Авось и пригодится её находка, — ответила мать.

Может и пригодится. Молодой девчонке в таком сумасшедшем мире нож будет не лишним, — подумал Медведь и, молча развернувшись, пробежал до края густых кустов, укрывающих дом от проходящей вдоль улицы дороги.

Никого видно не было, но звуков было достаточно. За домом два раза громыхнули ручные гранаты, звук которых здоровяку был хорошо знаком.

Воюют там где-то. Значит, живы. Это главное. Теперь надо и нам не оплошать, — под эти мысли Медведь показал девушкам следовать за ним и рванул к кустарнику, расположенному у дома напротив.

Оглядываясь в обе стороны вдоль улицы, здоровяк добежал до очередного подъезда и остановился, выхватив уже свой боевой нож. Из темноты провала вывалился зараженный. А за ним еще один.