Случайная беременность от миллионера бесплатное чтение
![](/img/b/94799.jpg)
Случайная беременность от миллионера
Пролог
– Какое соблазнительное зрелище, – позади меня раздается мужской голос.
Я стою, наклонившись над коробкой с украшениями, которую нужно отнести в зал. И именно в этот пикантный момент, когда узкая юбка обтягивает мою пятую точку, меня застает главный спонсор новогоднего корпоратива.
– Игорь Константинович! – тут же выпрямляюсь я, подскочив как ошпаренная.
Мои щеки тут же краснеют, жар растекается по телу.
Наглый взгляд скользит по моему лицу, а затем спускается к груди. Сразу становится жарко. Игорь Лесницкий – владелец крупного предприятия по производству кондитерских изделий. И по совместительству мой клиент на сегодняшнее мероприятие.
Я работаю в ивент-агентстве и устраиваю праздники и торжества для многих богатых и элитных фирм. Вот сегодня у фирмы “Кондитре”, крупнейшего предприятия по производству кондитерских изделий, новогодний корпоратив. И каким бы ты ни был ответственным и продуманным сотрудником, всегда может случиться форс-мажор, когда будет не хватать рук. Поэтому я сегодня за разнорабочего. Вот и таскаю на сцену украшения.
– Давайте я помогу, – мягко говорит он.
Идет ко мне, будто хищник перед прыжком. Его взгляд игриво-обманчивый. Вроде чувствуется некая легкость, но с другой стороны, мужчина своего не упустит. От него веет опасностью. С его самоуверенностью даже солнце должно вращаться вокруг него.
Приятный запах его туалетной воды окутывает меня.
– О, спасибо, – улыбаюсь я ему. – А вы тут по какому поводу? Все идет по плану.
– Решил посмотреть, как все готовится, – поясняет он.
На красивом лице расплывается улыбка. Мне рядом с Игорем всегда становится не по себе. Тот еще бабник. Оно и понятно. На лицо симпатичный, высокий, широкоплечий. Видно, что человек любит ходить в спортзал.
И да, про его любовь к женщинам я уже наслышана. Не раз приходилось бывать в офисе его фирмы.
Правда, со стороны Игоря в мою сторону не было никаких поползновений. Мы спокойно подписали контракт на новогодний корпоратив. Мне даже казалось, что специально такой слух про него ходит. Но нет. Даже в новостях пишут про его встречи то с известной певицей, то с актрисой, то с моделью. При этом в его офисе секретарши менялись как перчатки.
В общем, как утверждает местная бухгалтерша, если ты молодая и красивая, то просто так из кабинета босса не выйдешь. А я выходила, и не раз. Хотя и ловила на себе заинтересованные взгляды Лесницкого.
– Что делаете сегодня вечером? – с хрипотцой в голосе спрашивает Игорь.
Он с легкостью поднимает коробку. Только не спешит никуда. Ждет моего ответа. А в зале ресторана тоже ждут.
– После сегодняшнего вечера только сразу спать, – честно отвечаю я, понимая, куда он клонит.
На меня кидают странный взгляд.
– А не хотите провести вечер со мной? У меня дома есть новое вино. Вот ищу компанию, с кем бы я мог его распробовать.
Жар вновь пробегает по телу от его предложения.
– Думаю, с той девушкой, с которой вы пришли, – отвечаю я, вспоминая симпатичную брюнетку.
Мы замираем у двери. Игорь вновь улыбается.
– Вы про мою сестру? – уточняет он.
Я же только пожимаю плечами. Ну да, сестру. Так я и поверила.
Вот только его взгляд меняется. Становится темным. Жестким.
– Игорь Константинович, – намеренно обращаюсь по имени отчеству. – Я к клиентам не езжу после корпоративов. И нарушать эту установку я не собираюсь.
Мужчина хмыкает и смотрит так, будто сильно сомневается в моем ответе. Ну конечно. Не привык к отказам. Любая бы прыгнула в его постель с радостью. А что я? Я просто показываю на дверь.
– Я уж думал, в каждом правиле есть свои исключения, – спокойно говорит он, но в этом голосе звучит нечто такое, что заставляет мое тело покрываться мурашками.
Я ошалело смотрю на него и только глупо хлопаю ресницами.
Хватаюсь за коробку.
– Простите, но нет. Деловая этика, – говорю я.
У меня репутация! Кто станет работать с менеджером, который спит с клиентами? Меня и так отправили на фирму, потому что я единственная из всех сотрудников, кто точно не будет спать с клиентами. Коллега Катя тяжко вздыхала, повторяя, что это же такой шанс! Поработать с самим Лесницким! И как же ей жаль, что она уже замужем. Коллега Костя тоже рвался поработать с этой фирмой, но его забраковал сам Лесницкий.
Слишком уж слащавый парень. Остальные незамужние, но с перспективой провалить задание.
Оставалась еще Зинаида Павловна – начальница наша и моя мать в одном флаконе. Но как увидела список пожеланий, так сразу передала всю работу мне.
А мне не впервой. Тут и артистов закажи, и звезду выцепи через менеджеров. Звезду как раз еще надо немного подождать. Помимо Лесницкого у меня есть еще один заказ новогодний. Для одной крупной строительной фирмы. Там хоть полегче. Не нужно столько приготовлений. Даже весьма скромно, хотя владелец тоже не бедный человек.
А работа мне нужна.
– Ну хорошо, – лениво произносит он. – Этика так этика.
– Давайте я понесу. Вы все же заказчик на этот вечер. Не пристало вам.
– Что вы. Я не могу позволить девушке носить тяжести, – говорит он и вновь смотрит так, будто я никуда не денусь от него, а пропитаюсь его рыцарским подвигом.
Хочу выхватить у него из рук ношу, но проще скалу сдвинуть.
Я ее на себя тяну, а в ответ получаю темный взгляд. И тут Игорь поворачивается к двери, совсем не обращая на меня внимания.
Слышится треск. Миг – и все содержимое коробки вываливается наружу. Яркие гирлянды расстилаются под ногами, огромные шарики катятся по полу.
– Боже! – восклицаю я.
Нужно срочно уже быть с этим всем на сцене. Просто как раз перед речью Лесницкого это и нужно развесить.
Я бросаюсь на пол, лихорадочно собирая все. Рядом опускается Игорь. Помогает, сгребая все своими огромными ручищами.
– Не все так плохо, – говорит он.
Я хмуро смотрю на него. Мы так близко, что я чувствую жар его тела. Какая странная реакция на этого мужчину. Мы же не впервые остаемся один на один. Просто в офисе это было как-то по-другому. Официально. А тут, в тесной каморке, Игорь занимает половину пространства.
Наши взгляды сталкиваются. Я сглатываю. В горле пересыхает, когда я смотрю в его глаза.
Игорь подается вперед. Его губы накрывают мои. Жар проносится по телу.
Это все неправильно. Я же на работе. Там же скоро начнется корпоратив. Надо развесить украшения, а не целоваться со спонсором!
Только по телу разливается жар, воспламеняющий кровь. Слишком уж умело меня целуют. Соски вмиг напрягаются.
Мир будто исчезает вокруг нас. Где-то на задворках сознания я напоминаю себе, что надо в зал! Надо!
Я отрываюсь от Игоря. Мы тяжело дышим, глядя друг на друга. Мужчина довольно улыбается. Я опускаю взгляд ниже. На моей груди лежит его огромная ладонь. И нагло сжимает.
Дальше все происходит как в тумане. Сама от себя не ожидаю. Рука горит болью, после того как опускается на щеку Игоря.
Я тут же подскакиваю на ноги.
– Простите. Я нечаянно.
Игорь касается своего лица с каким-то удивлением в глазах. На его лице расплывается улыбка.
Я тут же хватаю остатки коробки с украшениями и вылетаю из подсобки.
Я вся горю. Особенно от темного взгляда, направленного в мою спину. Неважно, что захватить удалось лишь половину нужных украшений. Хуже всего, что я дала пощечину самому Лесницкому. Да он за такое может всю нашу фирму закопать.
Я ускоряюсь в направлении сцены. Все. Не простит пощечину Лесницкий – это точно.
Игорь проходит мимо меня как ни в чем не бывало. Даже не смотрит в мою сторону.
Он произносит свою речь, пока я бегаю по сцене и развешиваю украшения. В целях безопасности, пока выступали факиры, здесь, на сцене, никаких гирлянд не было. Заранее был украшен только огромный зал ресторана.
А впереди еще выступление звезды.
Я быстренько все развешиваю и слетаю со сцены, прячась вновь за кулисами. Дрожащими руками достаю ежедневник и сверяюсь с планами. Ага, остается выступление звезды. Она уже прибыла. После речи уже выйдет. Затем дискотека до самого конца празднования.
Все идет по плану. Звезда выступает, а меня отпускает потихоньку. Может, ничего и не будет за эту пощечину? Да нет. Надо извиниться. По-нормальному.
Только пока что я не могу. А Игорь то и дело кидает на меня взгляды. Вот если б не они, то я бы уже подошла и извинилась. Я стою у сцены, оглядывая происходящее. Вот уже на танцпол выходят парочки и группки сотрудников “Кондитре”.
– Анечка! – ко мне приближается Надежда Михайловна – главный бухгалтер “Кондитре”.
Под конец вечера я просто валюсь от усталости. И все время чувствую темный взгляд Игоря, куда бы ни пошла.
– Да? Все в порядке? – спрашиваю ее.
Сама взглядом ищу Игоря. Может, он через бухгалтера что-то передал? Например, уведомление о том, что наша фирма не получит никакой оплаты?
– А что вы тут стоите? Идемте с нами посидите. В конце концов – новый год скоро, – причитает она.
От нее веет легким ароматами цветочных духов и нескромным алкоголем.
– Не могу, я же слежу за порядком, – поясняю я.
– Тю, да наша звезда и без вас выступит, – Надежда Михайловна подхватывает меня под локоток. – Вы же не замужем?
Я густо краснею.
– Нет.
– У нас на фирме столько холостых парней. Вон даже взять нашего Лесницкого.
Мы синхронно смотрим в сторону внезапно объявившегося на горизонте босса. Его облепляют другие сотрудницы в коротких платьях и глубоких декольте.
– Хотя его лучше не брать, – говорит главбух. – У нас айтишников целый отдел неженатых.
А я все никак не могу отвести взгляд от Игоря. Да что я так? Ну подумаешь, целовался со мной недавно. Это для него точно ничего не значит.
Еще и бухгалтер фирмы тащит меня к себе за стол. Еще бы – ей не откажешь точно.
– Анечка, надо выпить. Немного. Вы такая умница. Все так устроили нам, – Надежда Михайловна наливает мне немного. – Вот, угощайтесь.
– Да мне нельзя. Еще не конец вечера, – склоняюсь к ней.
В зале стоит шум из-за громкой музыки. Я уже думаю, что оглохну, но напоминаю себе, что это не первый корпоратив такой. И все станет в порядке, когда я высплюсь дома. Еще дают знать о себе два корпоратива подряд. Благо ближе к новому году заказов не будет, и я хоть неделю, но отдохну.
– Ничего страшного. Без вас разберутся. В ресторане есть свои администраторы и люди. Вы и так тут все украшали сами. Ничего страшного.
Ко мне приближается бокал с вином. Я тяжело вздыхаю. Не отлипнут же.
Отказать главбуху очень тяжело. Приходится выпить глоточек.
Жар разливается по телу, и я слегка морщусь. Я не любительница алкоголя. И это огромная редкость, что позволила себе.
– Анечка, смотрите. Это наш Павлик, – показывает в сторону соседнего стола главбух. – Неженатый мальчик. Своя квартира.
Я поворачиваю голову в сторону этого “мальчика”. Тот салютует мне своим стаканом.
Красивый парень, но ни в какое сравнение не идет со своим боссом. На какое-то время с отвлекаюсь от главного начальника. Хотя его самого отвлекает “сестра”, то и дело дергая его с недовольным лицом.
Я же стараюсь общаться со своим новым собеседником. Парень оказался очень интересным. Даже несмотря на то, что подвыпивший. Хотя когда ты сама подвыпившая, то тебе и забор покажется интересным.
Так, пора отсюда уходить. Айтишник поднимается со мной. Его ведет и шатает.
– Анечка, а поехали ко мне? – спрашивает еще и он.
– Нет, я домой, – усмехаюсь я. – Но можем обменяться телефонами и как-нибудь встретиться.
Все же неплохой парень и приятный. Не то что его босс, который лез со своим языком мне в рот. Щеки вспыхивают вновь от того, как я вспоминаю этот поцелуй.
Павлик слегка кривится, но идет за мной.
Мы вместе поднимаемся и идем на выход из зала. К этому моменту уже почти никого не осталось внутри. Половина пошла смотреть салюты, кто-то вяло танцевал, а кто-то уже собирался домой.
Я беру в руки телефон, чтоб вызвать такси.
– Анечка, вы такая красивая, – айтишник лезет ко мне.
Хватает за талию и тянет на себя. Я уворачиваюсь как могу, но он сильнее. Слюнявые губы проходят по моей щеке. В сотый раз жалею о своем решении посидеть в зале.
– Пусти, – взвизгиваю.
Хватка рук айтишника слабеет.
Я отшатнулась, замечая рядом с нами Лесницкого.
Тот прикрывает меня собой. Айтишник валяется в сугробе.
– Ты не слышал, что дама сказала? – жестко спрашивает он.
– Да она сама хотела, – протягивает он руку в мою сторону и пытается подняться.
– Будем считать, что это временное недоразумение, – жестко говорит Лесницкий. – Или будешь уволен.
Айтишник пышет гневом, глядя на нас.
– Простите меня, Анна, – говорит он.
– Идем, – кидает мне Игорь.
Прежде чем успеваю сообразить, подхватывает меня за руку.
– Нет, спасибо. Скоро такси приедет, – говорю я.
Голос и руки дрожат. Я уже не соображаю, что несу. Это все просто шок.
Игорь переводит взгляд на телефон, на экране которого до сих пор отображается поиск.
– Со мной поедете, а то опять вляпаетесь, – говорит он.
– Да я же не специально, – оправдываюсь.
Хотя вообще не должна. Ага, как и не должна была вообще быть в зале. Это неприемлемо. Сама начинаю себя бичевать своим глупым поступком.
Вот только передо мной уже открытая дверца иномарки Лесницкого и его злющее лицо. Тут даже спорить не хочется.
Усаживаюсь в иномарку Лесницкого. За рулем водитель.
Я так дрожу, что даже не сразу понимаю, что меня спрашивают о моем адресе. Называю улицу и номер дома.
Подспудно не верю, что меня сейчас точно повезут домой. Мою руку накрывает мужская рука. И мне становится так спокойно, хотя мужчина даже не смотрит в мою сторону. От него даже не пахнет алкоголем.
Я расслабляюсь. Все же хорошо. Он спас меня. И позволяю так себя держать до самого дома.
– Спасибо, – говорю я, когда машина останавливается у моего подъезда.
– Всегда пожалуйста, – отвечает Игорь и смотрит на меня.
– А как же ваша сестра? – спрашиваю его.
– У нее своя машина, – говорит Лесницкий, поглядывая на меня.
Его взгляд такой темный. Задерживается на моих губах, которые я тут же облизываю.
По телу вновь расплывается волна возбуждения. Та самая, что была в тесной подсобке, когда он, не спрашивая меня, взял и поцеловал.
И я буду винить алкоголь, потому что решаюсь спросить:
– А вы на меня не обижаетесь за пощечину? Повела себя как истеричка.
Сжимаю край куртки в ожидании его ответа. Мужчина вальяжно сидит, глядя на меня с улыбкой на лице.
– Ничего страшного. Это и с моей стороны было весьма неприлично – лезть к вам за поцелуем, – хриплым голосом говорит он, а его веки полуопущены.
Вот и здорово. Мы же больше не увидимся.
Игорь большим пальцем проводит по коже моей руки. И это куда интимней, чем поцелуй.
Я вновь засматриваюсь на его красивое лицо.
– Вы не хотели бы выпить со мной кофе? – срывается с моих губ внезапный вопрос. – У меня дома.
Мой мозг позволяет себе отключиться. Ну как по-другому объяснить мой внезапный вопрос, не хочет ли он подняться ко мне?
Игорь вновь хищно улыбается. Еще крепче сжимает мою руку, но не давит.
– С удовольствием.
Я едва помню, как мы поднимаемся по лестнице. Зато постоянно ощущаю руку Лесницкого на своей талии. Достаю из кармана ключ. Едва попадаю дрожащими пальцами в замочную скважину. Сама не понимаю, почему спешу – то ли от сжимающей мою талию руки, то ли от того, что Игорь давит своим присутствием.
И я хочу его. С того самого поцелуя в подсобке, хоть и не хотела себе в этом признаваться. но все дело в одном бокале. По-любому, в нем! Раз я решилась привести его домой. Квартира у меня скромненькая. Маленькая двушка, доставшаяся в наследство от бабушки. Зато с ремонтом.
Жесткие губы сминают мои. Едва отросшая щетина слегка щекочет, вызывая по телу мурашки. Но все это мелочи по сравнению с тем, какой жар расплывается по моему телу.
– Я сейчас… Надо раздеться, Игорь, – отлипаю от мужчины.
Только у него немного другое мнение обо всем. Он уже стягивает мою куртку, а затем и свою. И вновь целует, прижимает к своему крепкому телу. Поцелуи опускаются на шею.
– Может, в душ?
– И в душе тоже, карамелька, – хрипло шепчет он.
Блузку он просто срывает с меня. Мелкие пуговки скачут по полу. Игорь отстраняется и восторженно смотрит на мою небольшую грудь.
Кладет на нее ладони и сжимает. Я и сама будто отмираю. Дергаю его пиджак, а дальше рубашку. Добираюсь до его тела. Он точно производит сладости? Потому что по его мускулистой, натренированной фигуре в жизни не подумаешь. Провожу по его торсу рукой, наслаждаясь тем, как тот вздрагивает от моего касания.
Мужчина дергает пряжку ремня. И вновь прижимается ко мне. Ох, ничего себе у него там. В меня такое точно поместится?
Только мое желание куда больше. Хочется ощутить его в себе. Безумие! Но мне нравится происходящее. Жалеть уж точно не буду. Это всего лишь на раз. И я это четко осознаю, поэтому надо брать все по полной.
– Надо на кровать.
– Ага, – хрипло шепчет Игорь и дергает вверх мою юбку.
Огромная ладонь скользит по моим ягодицам. Трусики соскальзывают на пол.
– Так же нельзя, – шепчу я, – надо в кровать.
Нет, ну правда, кто делает это в коридоре? Я, конечно, не особо искушена в сексе. Мой максимум экстрима – в машине. И то не понравилось. А тут собственный коридор! Кошмар.
Слышится шелест.
Темные глаза смотрят мне в лицо. Взгляд будто в душу проникает. И наши губы вновь соприкасаются.
Меня подхватывают под ягодицы. Я тут же обнимаю мужчину ногами за талию. Поцелуи не прекращаются.
– Карамелька, меня заводит твоя правильность, но я так сильно тебя хочу, что до кровати не дотерплю, – шепчет Игорь.
Гладкая головка прижимается к влажным складкам. Я ерзаю на нем от нетерпения. Да в конце концов. Можно и попробовать что-то новенькое хоть раз в жизни.
Выгибаюсь и стону, когда он входит в меня. Слишком большой. Я задыхаюсь, но вдох мне дарит Игорь своим поцелуем. Ждет, пока я привыкну к его размеру. Потому что слишком долго не было секса. Слишком.
Темп он задает то медленный, то быстрый. Я вздрагиваю в его объятьях. То падаю, то возношусь от каждого толчка. От хриплого “карамелька”. Мне слишком хорошо. Ладно, я была не права. В коридоре это тоже можно делать. И не только там.
И потом говорить, что никакого кофе не было. Зато был мужчина рядом. Ага, этика, наставления. Я все нарушила за одну ночь. Но я знаю, что такие, как он, не перезванивают, не предлагают встречаться. Это всего лишь на один раз.
Глава 1
Полгода спустя
– Анна Владимировна, – слышится в трубке телефона довольный женский голос.
– Да, это я.
– Это Надежда Михайловна. Из “Кондитре”, – представляется она.
По телу пробегает холодок, хотя на улице плюс тридцать градусов, а я стою на балконе и развешиваю одежду.
– Здравствуйте, – говорю я, зажимая телефон между ухом и плечом. – Какими судьбами?
Цепляю футболку на веревку.
– Анечка, у нас скоро десять лет предприятию. И нам очень хочется, чтоб именно вы организовали праздник. Я слышала, что вы сейчас почти никого не берете, но очень нужно, – тараторит она в трубку.
Насколько я помню, от Надежды Михайловны просто так не скроешься. Она и мертвого поднимет, если надо будет для работы. С ней работает только одно – умри, но сделай.
– Ох, я просто действительно не могу, – отвечаю я. – Давайте передам Екатерине.
– Анна, – тут же перебивает меня Надежда Михайловна. – Только вы с этим справитесь. Тем более Игорь Константинович будет рад вас видеть.
Я вздрагиваю. Руки машинально опускаются на шестимесячный живот. Жар проносится по телу, когда я вспоминаю прошлый корпоратив. Мой малыш внутри слегка пинает меня.
– Но…
– Анна, хорошие деньги. Мы согласимся на любую оплату. В разумных пределах, – заканчивает бухгалтер.
Я тяжело вздыхаю. С заказа в “Кондитре” в прошлый раз я получила неплохие деньги. И сейчас они бы мне тоже пригодились. Хотя у меня хватает. Еще нынешние заказы сделать, и точно будет достаточно. Но главная причина еще и в том, что я не хочу видеть владельца “Кондитре”.
– С нашим юбилеем справитесь только вы, – говорит она.
– Ох, – выдаю я в трубку.
– Если вы согласны, мы вызовем вам служебную машину. Сегодня же все подпишем.
– Извините, но я не могу. Правда не могу, – объясняю я. – У меня сейчас очень много заказов.
Я прикусываю язык. Врать не люблю. Хотя где-то и теплится надежда все-таки увидеть отца моего ребенка.
– Что ж. Ладно, Анна. Тогда все равно до скорой встречи, – говорит Надежда Михайловна и кладет трубку.
Я недоуменно смотрю на экран и хмыкаю.
Ну да. Встреча.
Продолжаю вывешивать одежду.
Мой телефон вновь звенит. На этот раз начальница и по совместительству моя мама.
Я беру трубку.
– Аня, выручай. Они только тебя хотят, – тут же говорит она, а я понимаю, что это про “Кондитре”.
– Но я же просила – сложные заказы пока что не ко мне, – говорю я.
– Ты же понимаешь, что у нас некому. Мы не должны потерять этот крупный заказ. Аня, очень тебя прошу. Сама понимаешь. Фирма вот-вот обанкротится. Мы еле держимся. Ты понимаешь, что ее придется продать?
Наше ивент-агентство – это целиком идея отца. Он создал фирму, которая просуществовала на рынке развлечений уже тридцать лет. Но после его смерти, когда мне было всего семнадцать – бразды правления взяла на себя моя мать. Много сотрудников и клиентов ушли от нас, а те, что остались, были не совсем довольны. К тому же конкуренция возросла. К сожалению, отец не успел написать завещание, поэтому мать и стала единоправной владелицей. Я отучилась в институте и пошла к ней работать. Поднимать отцовский бизнес. Мне за нашу фирму обиднее всего было. Но худо-бедно да выехали из ямы. Затем появились богатые клиенты. Элита, как говорится.
Мне не хочется приписывать себе все заслуги. Я просто работаю с клиентами на выездах и так далее. Думаю, что все же самое главное, что мы сделали – набрали хороших сотрудников. Да и мать мне обещала, что как только я смогу нормально работать – она мне отдаст фирму.
– Тебе же деньги нужны будут. Хочешь, твои заказы заберем. Раскидаем по отделу. Вон у нас новенькая. Пусть учится.
– Я правда боюсь брать этот заказ, – говорю я.
– Ага, а залетать от какого-то мужика ты не боялась, – вставляет мать.
Она не знает, кто виноват в этом и почему я так сильно не хочу опять к Лесницкому идти.
– Мама, перестань.
– Боишься сказать? Один из клиентов или из друзей клиентов? Если там богатый мужик, так могла бы сказать да алименты тянуть, а ты сидишь на месте.
Я закатываю глаза. Алчность моей матери бежит впереди планеты.
– Или он тебе платит за молчание? Так могла бы долги выплатить.
Холод пробегает по спине. Помню, я помню. Мы и выплачиваем. Она меня и так упрекнула, когда поздно было, что аборт не сделала. А разве я могла так поступить? Нет, конечно, я мечтаю о полноценной семье, но в тот момент не смогла. Сидела в кабинете гинеколога и не смогла. В нашей-то ситуации, когда одни долги. Но хоть нашей фирме доверяют. Хоть мы висим в пограничном состоянии – то ли рухнем, то ли воспрянем. И бросить нельзя – будущее наследство вместе с долгами.
– Так, Аня. За тобой заедет машина. Вот сама едешь в офис. Надо будет – идешь к Лесницкому и сама отказываешься, – говорит жестко мама.
И тоже бросает трубку. И ведь не отцепятся. Ни те, ни она! Я их знаю. И мне, как оказалось, порой трудно отказать людям.
Я боюсь, что лишняя нервотрепка может навредить, но уже выбора нет.
Мои пальцы дрожат, пока я надеваю платье. Причем решаю надеть легкое и свободное. Едва не размазываю косметику по лицу.
Раздается очередной звонок – машина уже внизу.
В пути я как на иголках. Мне не хочется туда идти. Не хочется видеть его. Когда я пыталась поговорить с Игорем, когда узнала, что беременна – он просто сбросил мой звонок!
С фирмой “Кондитре” у меня определенно какой-то сбой. Или как еще объяснить то, что я сижу в их бухгалтерии и подписываю документы на проведение торжества? Мы как удав и кролик, когда первый плотно держит свою жертву и душит, пока не получит необходимое.
Вот не знаю, что за гипнотические средства они тут применяют. Ни с одним из клиентов такого нет и не было.
– Конфетку? – спрашивает бухгалтер, протягивая мне коробку.
В кабинете дует кондиционер, хоть немного сбивая жар.
Я кошусь на угощение.
– Ой, вы не на диете? – спрашивает она, осматривая меня.
М-да, с беременностью я обрела пышные формы, но при этом мой живот еще не настолько выдается, чтоб понять, что я ношу ребенка.
– Да нет, – беру одну штучку. – Мне уже все можно.
– Это хорошо. Так, ладно. Анна, как вы помните, то надо подписать бумаги у главного. Я бы сбегала сама, – она косится на мой живот.
– Я схожу, – говорю я, беря документы в руки.
И помню, где кабинет Лесницкого. Только с каждым шагом руки подрагивают. Может, он не заметит? Я платье пышное надела.
Здороваюсь на ресепшене с его секретарем – красивой блондинкой с глубоким декольте. Мысленно хмыкаю – опять новенькая. В этом офисе реально часто меняются секретарши.
Нынешняя сидит в кресле и пилит пилочкой ногти. Мне всегда казалось, что здесь их держат для красоты. Хотя не стоит забывать, что Лесницкий еще тот бабник.
– Я к Игорю Константиновичу, – говорю я.
– Его нет на месте. Что-то передать?
– Документы подписать, – улыбаюсь ей.
На меня кидают оценивающий взгляд. Она как хищница осматривает меня, будто решая – пропускать меня к своему боссу или нет. И лишь удостоверившись, что я точно угрозы не представляю, уже менее пафосно начинает смотреть мне в глаза.
– Подождите снаружи, – показывает наманикюренным пальчиком на выход.
Просто тут еще кондиционер есть, а в коридоре нет. Духота там стоит неимоверная.
– Я тут подожду, – и показываю на стулья.
Они же тут как раз для ожидания стоят.
– Идите отсюда. Когда Игорь Константинович придет – я вас позову, – внезапно говорит она, перегораживая мне путь.
Я уж совсем не ожидала подобного напора. Не хочет – не надо.
Дверь в приемную открывается.
– Снежана, – слышится хриплый голос Лесницкого позади.
Я замираю, хоть позвали не меня. По телу вновь пробегают мурашки, а меня бросает в дрожь. Руки непроизвольно опускаются на живот.
Воспоминания полугодовой давности вновь захлестывают меня. Мне слишком тяжело обернуться, но я же понимаю, что стоять статуей посреди рецепции тоже не вариант. Заставляю себя сделать поворот. Лесницкий выглядит безупречно в своей белой рубашке, плотно облегающей его мускулистое тело.
Наши взгляды встречаются. На какую-то долю секунды ловлю себя на мысли, что он пытается меня вспомнить.
– Анна, добрый день, – добродушно отзывается он, осматривая меня с головы до ног.
Не заметить мой живот практически невозможно. Игорь таки останавливает свой взгляд на нем, но с каким-то безразличием.
Внутри вскипает мимолетная буря. Вот я же так и думала, что не нужен ему ребенок.
– Добрый, – говорю я, улыбаясь.
Сохранять профессионализм в любой ситуации необходимо.
– Вы какими судьбами? – продолжает он.
– Она зашла сюда. Я говорила, чтоб подождала вас в коридоре, – немного обиженно говорит Снежана за моей спиной.
Я и вовсе забыла о ней.
– Документы подписать, – показываю целую стопку. – И обсудить ваш будущий корпоратив на юбилей компании.
Игорь кивает, чтоб шла за ним.
Снежане ничего не остается, как вернуться на свое рабочее место. При этом она дефилирует походкой от бедра, аж грудь подпрыгивает в декольте. Игорь даже не обращает на нее внимания. Останавливается у двери и открывает, пропуская меня первой.
Прохожу мимо, вдыхая аромат его парфюма. Запах не поменялся, а меня вновь ведет от него. От парфюма! Не от Игоря. Он вообще козел.
И вообще, я здесь для работы. Но тело покрывается мурашками от того, что он рядом. Даже малыш чувствует папу и начинает слегка пинаться.
Я усаживаюсь напротив его стола. Ловлю вновь темный взгляд, но на этот раз на своей груди. Она за время беременности из твердой двоечки выросла до уверенной тройки, чуть ли не переходящей в четверку. Платье и вовсе слишком просторное, и со стороны кажется, что я просто растолстела, а не забеременела.
Начинаю все объяснять. На тот случай, если у клиента нет идей насчет праздника, я накидываю свои. Так я и сделала при Надежде Михайловне, но теперь я с непосредственным начальником.
– Вот. Тут смета. Я еще детально все уточню, – начинаю объяснять я, показывая пальцем на строчки.
И начинаю говорить про то, что можно устроить. Вскоре понимаю, что меня не слушают. Мужчина листает документы, которые я ему дала.
– Игорь Константинович, – зову его.
– Да-да, я согласен, – говорит он. – В общем, предварительно меня все устраивает, когда будет подробная смета – можете сообщить, и я подпишу. А это пока можете забрать.
– Хорошо.
Я неловко сгребаю бумаги, случайно задевая карандашницу. Она падает на стол, и письменные принадлежности с легким шорохом катятся к краю стола. Я пыталась предотвратить их падение, но безуспешно – несколько карандашей все-таки шлепнулись на пол.
К ним кидаемся мы вдвоем. Я и Игорь. Я слегка подминаю свое платье, чтоб оно не сильно разлеталось в стороны. Усаживаться на корточки уже немного трудновато. Упирается живот в колени, и все. Мы начинаем вместе поднимать карандаши.
– Ой, извините, – причитаю я.
И тут чувствую, что меня ведет. Я заваливаюсь на бок, но меня успевают подхватить мужские руки.
И прямо за грудь.
Глава 2
Тело пронзают электрические разряды. Одно касание, а у меня внизу живота тяжелеет. И это не от того, что я хочу в туалет.
У него такие крепкие руки. Я вновь густо краснею. А он тоже не спешит убирать свои лапищи. Вздрагиваю, когда он ненароком касается сосков. И стону. Протяжно.
Прямо рядом с ним. По правде сказать, давно у меня не было мужчины. Боже, да его не было с того самого вечера с Лесницким. И вот я опять в его руках.
Ох-ох. Не только на улице жарко, но еще и тут, под кондиционером. Я слишком чувствительная стала с беременностью. Секса хочется почти постоянно, но я убивала это желание как могла работой. Еще как-то обманываю себя, что не с кем заниматься,
а самостоятельно сбрасывать напряжение не особо помогает.
– Все в порядке? – слишком хрипло спрашивает Игорь, а сам сжимает мою грудь.
Как же это… классно. Вот да. Не могу не признаться себе в том, что мне это нравится. И я еще хочу проторчать вот так. Но не могу. Я же тут по работе.
– Ага, – киваю я. – Пустите?
– Конечно, – Игорь помогает подняться.
И все равно стоит так близко ко мне, обхватывая меня со спины, что я чувствую жар, исходящий от него. В ягодицы и вовсе упирается эрекция.
Анька, очнись. У вас один раз было.
Откашливаюсь и отхожу от Игоря. Поворачиваюсь к нему и смотрю в его глаза. Мы так близко. Так и хочется сказать, что я ношу его ребенка. Но как вспомню то, как он пропускал мои звонки, так сразу передумываю. Ему ребенок точно не нужен будет, а мне слишком страшно сказать. Потому что помню, что мне говорили о нем.
– Что ж, был рад вас видеть, – он вновь осматривает меня.
– Я тоже, – говорю я и улыбаюсь. – Так что я тогда наберу вас или Надежду Михайловну, когда подготовлю варианты ресторанов.
– “Авизион”? – спрашивает он.
Щеки вспыхивают вновь. Это же тот ресторан, где я организовывала новогодний корпоратив для его фирмы.
Взгляд то и дело опускается на его ширинку, где уже торчит внушительный бугор. Помню, как сейчас, его внутри меня. Так и хочется вновь ощутить. Мне даже сейчас легче попросить трахнуть меня, чем рассказать о беременности.
– Я поговорю с владельцем. Можно еще в отель-ресторан “Апролина”.
– Отель-ресторан, – задумчиво тянет он.
Я вбиваю пока в ежедневник, чтоб связаться с “Апролиной”.
– Нет. Там не надо, – говорит Лесницкий. – “Авизион” мне кажется куда более удачным местом.
– Хорошо, – пишу ниже напоминание о другом ресторане.
– Помнится, в прошлый раз вам не приходилось записывать – вы все запоминали, – внезапно говорит Лесницкий.
Я перевожу на него взгляд.
– Приходится записывать, – пожимаю плечами.
С этой беременностью память становится так себе.
– Или все же лучше в отель-ресторан? – тянет он задумчиво.
Обводит меня жарким взглядом, задерживая его на груди.
– Да, если много выпить, то будет где переночевать.
– Или уединиться, – поддакивает Игорь.
Я вновь смотрю в его глаза, замечаю в них темноту. Облизываю губы, а Лесницкий видит это. Прищуривается и даже делает шаг ко мне. Так. Вот это уже совсем плохо. Я хмыкаю.
– Кому что, – хрипло говорю я. – Но зато можно будет попросить на всю ночь ресторан. У вас молодежи полно. И Надежда Михайловна.
И все я это говорю, глядя в свой ежедневник. Помню, бухгалтер еще тогда говорила, что дом так далеко, что она бы с радостью легла бы где-то в ресторане поспать.
– Или на всю ночь номера, – хрипло с придыханием шепчет мне на ухо. – Можем продолжить…
– Что? – спрашиваю его.
– Обсуждение нужно продолжить в следующий раз. Ты же успеешь что-нибудь придумать?
– А, ну да. А у вас есть идеи?
– Стриптиз, шоколадный торт во весь рост, комики, – перечисляет он.
Я улыбаюсь.
– Вы несерьезно?
– Да, конечно, шучу, карамелька. Там будут мои родители, какие комики, – говорит он. – Ладно. Отель-ресторан оставляем, чтоб их далеко не везти. Попробуй договориться с “Апролиной”. Ты же так отлично придумала все на новый год. Давай еще раз. Не зря же тебе отличный гонорар платят. Премия будет непременно. Как и в прошлый раз.
О да, в прошлый раз он не поскупился.
Его рука накрывает мою.
– Я тут что-то вспомнил, как мы неплохо провели время в прошлый раз, – внезапно говорит он.
Глаза темнючие смотрят в мои. Я только и могу лишь охнуть от неожиданности. И вновь мое тело предательски отзывается на его касание. Я убеждаю себя, что это не из-за того, что это он.
– Я же вижу, что ты хочешь, – проводит большим пальцем по моей коже.
– Вот еще. Мы с вами договорились обо всем еще в прошлый раз, – я тяжело дышу, вопреки собственным желаниям.
– Да-да, я помню, – теперь на его лице расплывается чарующая улыбка, но я знаю, что за ней скрывается.
Игорь как поезд, который будет идти без остановки до своей цели. И никаких преград на его пути не будет. Только по моей глупости я оказалась на тех рельсах.
Он наступает на меня слишком неизбежно. У меня слишком давно не было мужчины. Да, блин. Он и был моим последним мужчиной полгода назад.
Это все беременные гормоны.
Его лицо так близко. Мне уже точно никуда не сбежать. Мое тело признает свою капитуляцию перед ним.
Но тут раздается спасительный стук в дверь.
– Игорь Константинович, – слышится голос его секретаря.
– Ладно, карамелька, иди. Я на сегодня слишком занят, – подмигивает мне Игорь.
Я и так рыжая, а тут опять он упоминает прозвище, которым называл в прошлый раз.
* * *
Как бы я себя ни настраивала, но мысли все равно возвращаются к тому дню. Я же тогда понимала, что с Лесницким все будет на одну ночь. Что бабник он. И удалось убедить свое сердце не биться так часто от упоминания его имени. Зато честно звонила. Трубку он не взял. Два дня звонила. Даже утром и вечером, но все звонки он просто сбрасывал. А когда я пришла в офис, то и вовсе оказалось, что он уехал в другую страну. Потом и мне было не до того, чтоб гоняться за ним. Завалила себя работой. Что я тогда чувствовала – сложно объяснить. Страшно было. Первая беременность – и такая глупая. Но мы ведь предохранялись. Точно предохранялись.
Ох, я не помню.
Запускаю руки в волосы и слегка встряхиваю рыжие пряди. Сложно и тяжело что-либо помнить. Нет, точно защищались. Видимо, защита не сработала. И саму себя не понимаю, почему смолчала. Ведь могла сказать. Я же столько раз представляла себе, как говорю ему о ребенке. Не монстр же он, в конце концов. Хотя…
Страшно это все. Что там богатым в голову взбредет? Уж я-то косвенно насмотрелась. То один магнат отобрал у любовницы ребенка, то еще один на суррогатной матери женился. Ладно, это хороший сценарий. А, точно. Вспомнила. Был еще один женатый. От него девочка забеременела, а потом внезапно умерла. И такие истории были, от которых волосы дыбом становятся.
Поэтому, что бы моя мать ни говорила, я никогда не признаюсь, от кого я беременна. Да Лесницкий может просто отобрать у меня ребенка, и все. Никто не защитит.
Хотя я помню, как устраивала некоему Сергееву праздник. Ощущение было, что попала во времена девяностых. Все блатное, и праздник соответствующий пришлось устроить. Так вот. Он мне тогда сказал – будет кто обижать, то сразу обращаться к нему. Он вопрос порешает. И цыкнул золотым зубом. А меня прям в дрожь бросило. Страшно, очень страшно с такими людьми находиться рядом. Еще что-то про старшего Лесницкого говорил. Что дела какие-то у них были. Невзначай. В общем, опасный человек. И сын мог быть таким же. Но не мое дело спрашивать.
Естественно, я поблагодарила его. И больше мы не виделись. Я аж выдохнула, но номерочек записан.
Лесницкий – темная лошадка. Я про него пыталась искать информацию. Да, владелец кондитерской фирмы, продукция которой расходится не только по стране, но и за рубежом. Куча заводов везде. Ему тридцать пять. Компания досталась от отца по наследству.
В соцсетях хоть он и есть, но там только он. Я аж слюнки немного пускала, когда видела его там. Красивое накачанное мускулистое тело.
И помню ту ночь как сейчас!
Те поцелуи-укусы, которыми он покрывал мое тело.
Как уложил на столешницу на кухне. Мы же туда пошли за кофе. Как его руки спускались по моему телу. Он шептал и называл меня карамелькой. А мне было жарко. До безумия, до одури какой-то странной. Зарывалась в его волосы, сжимала бедрами. И как же было жарко.
Я выгибалась в его руках. В голове будто пустота образовалась. Было лишь желание, которое сквозило между нами. Удовольствие и страсть. И его взгляд. Тот самый, темный, что был в первую встречу, что был и сегодня.
Я закрываю глаза, вновь представляя, как это было с ним. Но тут мой телефон начинает звонить.
Я выныриваю из приятных воспоминаний. Как ни крути, а все же относиться к произошедшему надо так: ну было и было. Нельзя на этом зацикливаться.
И сама не понимаю, что со мной тогда произошло. Видимо, сказалось длительное отсутствие мужчины и личной жизни. Вот и расслабилась.
Мама.
Я нехотя беру трубку. Вообще странно, что он звонит так часто. Она в последнее время сильно волнуется чуть ли не за каждый заказ.
– Да?
– Ну что, Ань? Он подписал?
– А, нет еще. Сказал, что надо подготовить договор с рестораном.
– Каким рестораном?
– “Апролина”, – говорю я.
– Ну, там можно договориться. Аня, нам очень нужен этот заказ.
– Но там у Кости тоже немаленький, – тут же вставляю я, напоминая про владельца “Авизиона”.
– Знаю, но у нас на тебя вся надежда!
Я закатываю глаза.
– Мне еще три месяца до родов и потом на восстановление.
– Ой, наймем тебе няньку. Или пусть папаша платит. Делать – сделал, так пусть и платит.
– Хватит, – резко вставляю я.
– Что хватит? Ты сама знаешь, что мы едва держимся на плаву. Так нет. Именно сейчас, точнее, полгода назад ты решила раздвинуть ноги не пойми перед кем.
– Мама. Полгода назад я не знала, что фирма на грани, – вставляю я.
И это правда. Все всплыло в один момент. Беременность и новость от мамы. Нет, я понимала, что мы работаем и вполне конкурентоспособны. И справляемся с поставленной задачей, но что у нас долги, мать поставила перед фактом. Хотя казалось бы, элитная фирма, работаем не с бедными людьми. А тут на тебе.
– Давай Сергееву скажем, – внезапно говорит мать. – Приструнит папашку этого нерадивого. Может, денег получим.
– Мам, а если отец не из клиентов, а если он небогатый? Что, тоже приструнять будешь? – раздраженно высказываюсь. – Я и так работаю постоянно. Все, хватит.
– Ой, вот надо было тебя выдать замуж. Сейчас бы пристроенная была…
Я отключаюсь. Выслушивать все остальное по кругу просто невозможно. Хорошо хоть в собственной квартире живу. Досталась от бабушки в наследство.
Я потираю лицо. Жарко дома. Включаю кондиционер. На душе кошки скребут. Да ладно. Я же здоровая вполне. Беременность не мешает, а то, что испытываю сейчас – мелочи.
Вся моя жизнь с восемнадцати лет – работа. И главное, мне нравится приносить людям радость. Так что, думаю, меня с какого-нибудь корпоратива будут в роддом увозить.
Глава 3
– Вот здесь у нас место для банкетов, – меня провожает администратор, показывая помещение “Апролины”.
Это огромный зал, поделенный на две зоны – верхнюю и нижнюю. Верхняя была отделена перегородкой от нижней, так что было все видно. Так же тут была небольшая сцена. Все в светлых тонах. Даже скатерти на столах белые снизу, а сверху бежевые. Очень красивое и нежное сочетание. В принципе, удобное место.
– Сколько номеров вам нужно забронировать? – уточняет она.
– О, пару этажей, наверное. А сколько есть на двадцать третье? – спрашиваю я.
Ну и жарень тут. Солнце бьет сквозь высокие окна. Кондиционеры едва справляются, хоть и чувствуется прохлада. Если стоять прямо под ними. Представляю, что будет, когда зал набьется посетителями по полной.
– Хорошо, я посмотрю, есть ли вообще места. Вам только ресторан или в совокупности надо?
– Оба варианта. Главное, чтоб был ресторан, – улыбаюсь я. – Если номеров не будет, то ничего страшного.
– Ладно. Скажите, пожалуйста, а как называется фирма, которую вы представляете?
– Мое ивент-агентство – “Фортуна”, – отвечаю я. – Юбилей собирается отмечать компания “Кондитре”.
Администратор немного удивленно на меня смотрит, а затем хмыкает.
Я всегда обращаю внимание на то, как реагируют люди. И ее реакция кажется мне слегка странной. А может, Игорь тут уже успел отметиться? Приводил сюда своих любовниц?
Ну конечно. И вообще, меня это не должно задевать. А то один раз его встретила, он тебе грудь полапал, и вновь готова в ту же прорубь. Это все гормоны беременной.
– Я передам руководству вашу просьбу. После подтверждения мы сможем обсудить меню, – говорит администратор.
На этой прекрасной ноте мы расстаемся.
Я радуюсь. Думаю, что будут места, а на случай, если не будет, я сажусь и подыскиваю еще варианты, похожие на “Апролину”. Стараюсь ради “Кондитре”, будто это моя компания.
Решаю сегодня зайти к нам в офис.
Сегодня полно народу.
– Анна Владимировна, – здороваются со мной сотрудники. – Прекрасно выглядите.
Я киваю и улыбаюсь всем.
И тут же офисное пространство заполняется звонками и стуком клавиатуры. Здесь у меня свой кабинет. Места тут не особо много. Узенькая комнатка, где помещается только стол и кресло. Я сажусь и включаю компьютер. Монитор вспыхивает заставкой.
Ко мне тут же заходит Катя. Это темноволосая девушка двадцати пяти лет.
– Ну что, как оно? – спрашивает она.
Я обычно не завожу дружбу на работе, но в этом случае сделала исключение. Мы вместе начали работать в свое время. Тогда как-то сразу у нас и сложились отношения. Нам поручили один праздник на двоих. Мы как-то быстро с ним справились, так и сблизились. Могу с уверенностью сказать, что на нее я могу положиться. Но все равно не во всем. Только по работе.
– Нормально. Вот, новый заказ от “Кондитре” получила, – откидываюсь в кресле, а затем включаю настольный вентилятор.
Гул вертящихся лопастей заполняет кабинет. Тут же становится хорошо.
– О, – ахает Катя. – Это здорово. Мать твоя сегодня рвет и мечет.
– Она это делает последние полгода, – морщусь я. – Она в офисе?
– Нет. Уехала на встречу, – говорит Катя.
То-то я думаю, почему она зашла ко мне. Когда мать в офисе, такие посиделки практически не происходят. Зинаида Павловна как залетит, как вставит всем по самое не балуйся. Сразу мотивация к работе появляется. Так и хочется бежать и заключать сделки с клиентами.
– Сергеев сегодня приходил в офис, – невзначай говорит Катя, склоняясь ко мне.
На ее лице появляется озорная улыбка.
– Оу. И что?
– Так с ним твоя мать и ушла. Может, у них там шуры-муры? – улыбается она.
Я закатываю глаза, мысленно представляя мать на свиданиях. Да хотелось бы. Чтоб хоть от меня отстала. Вот только мужчина на орбите ее жизни мог появиться исключительно по работе. Как-то после смерти отца она сторонилась всяких связей. Может, и с этим Сергеевым точно так же? Потому что я его помню. Страшно быть рядом с ним, но не быть рядом с ним может быть еще страшнее.
Я стучу пальцами по столу.
– Понятия не имею, – пожимаю плечами. – Я же с ней не живу.
– Я думала, ты в курсе, – Катя склоняется над столом. – Он сюда зачастил в последнее время.
Я хмурюсь. Хоть я и боялась пересекаться с Сергеевым, но буду рада, если мама на какое-то время побудет в отношениях. У нее свои заботы, а мне своих хватает.
– Нет. Меня же почти не бывает, – говорю я и поглаживаю живот.
– Ох, завидую тебе. Счастье-то какое. Папаша хоть радуется ребенку?
Я густо краснею.
– Я – мать-одиночка.
– Ох, попадаются такие козлы, – тяжко вздыхает Катя.
Да тут скорее я попалась. Аж сама не верю.
– Слушай, а что там с твоими заказами? – тут же перевожу тему.
Мы с ней всего лишь чуть больше, чем коллеги по работе, но вовсе не близкие подруги. Хотя по рабочим моментам мы очень много общаемся. Сплетничаем о всяком и иногда рассказываем веселые истории, происходящие на корпоративах. Разговоры о личном я стараюсь пресекать, хотя Катя иногда рассказывает про мужа. Она с ним познакомилась на одной свадьбе. Причем он был женихом, а она совсем недавно рассталась со своим. И вот как-то завязалось у них общение такое, что вскоре после свадьбы тот развелся и женился на Кате. Потом у них появился ребенок.
В общем, жизнь у нее веселая.
– Ань, давай хоть посидим вечером где-то. Я своему напишу, что приду позже. И тебе расслабиться надо. Выпьем по безалкогольному коктейльчику, повеселимся, – с улыбкой предлагает она.
И я киваю. Расслабиться мне точно нужно. И стараться не думать о руках Лесницкого на моей груди. Вот опять жарко становится, хотя вентилятор дует в лицо. Даже задумываюсь, как далеко могло зайти, если б в кабинет не ворвалась его секретарша.
Тут телефон Кати начинает звонить. Она берет трубку.
– Все, я пойду, – она тут же поднимается и вылетает из кабинета.
Я вздыхаю и включаюсь в работу. Нужно подобрать украшения на праздник. Помимо “Кондитре” есть еще клиенты. Вон, например, небольшая СТО, где я оставила недавно свою машину на починку. Так теперь просят меня устроить праздник в стиле “надо, чтоб красиво, ярко и блестело”. Да, заказчик немного странненький дедулька. Я так и представляю блестки среди бензина и мазута. Хотя его сотрудники просто предлагали скинуться на водку.
До вечера вожусь с остальными заказами. Надо будет еще подготовить документацию для Лесницкого.
Мой телефон вновь трещит звонком. Неизвестный номер. Беру его.
– Да? – спрашиваю.
– Анна Владимировна?
– Да.
– Я администратор “Апролины”. Вы были у нас сегодня. К сожалению, у нас нет свободных дней для празднования вашей компании на нужные вам сроки. Можем предложить на сентябрь.
Я вздыхаю.
– Ладно, а может, как-то перенести другой заказ на иную дату? Мой клиент готов оплатить любые расходы.
– Извините, но нет. Все забито. Мы правда хотели бы увидеть вас, но увы.
– А может, все же как-то договориться? – не собираюсь сдаваться. – Я могу обсудить с вашими другими заказчиками вариант переноса.
– Простите, но нет. До свидания, – говорит она и бросает трубку, прежде чем я успеваю что-то сказать.
Вот те на. Ладно. “Апролина” всего лишь вариант.
Я набираю “Кондитре”. Надежда Михайловна говорит, что лучше вопрос с рестораном решать через Лесницкого. Но проблема в том, что личный номер Лесницкого вообще выключен, что очень странно. Приходится набирать приемную. Там только секретарша. Ей я и передаю информацию о ресторане, на что получаю заверение, что она передаст все Лесницкому, а там уже и получу дальнейшие указания.
Когда попадаешь в общественное место не по работе, то нужно расслабиться. Но вместо этого я просматриваю слишком тщательно цены в меню, думая, а не выбить ли нам скидочку.
Катя тоже смотрит в меню, не зная, что выбрать.
Мы сидим в небольшом ресторанчике, находящемся неподалеку от нашего офиса. В зале царит полумрак. На столах стоят свечи.
Людей здесь не так много, все же середина рабочей недели. И здесь обычно собираются такие же работяги клавиатуры и компьютера, как и мы. Только если мы в своем агентстве больше на выезде работаем, то здесь собираются сотрудники ближайшего бизнес-центра.
Я заказываю себе десерт и чай. Миловидная официантка приносит заказ. Катя берет то же, что и я.
А я себя ловлю на мысли, что то и дело посматриваю на мужчин, сидящих за соседним столиком. Обычные менеджеры, судя по виду, но то и дело кидают на нас заинтересованные взгляды.
Вот я вроде беременная, но моего живота особо не видно. Бывает такое, но врачи говорят, что с ребенком все в порядке, растет как положено. Еще и грудь выросла.
Только без одежды видно, что есть беременность. Вновь жар окутывает меня. Без одежды.
Аж рычать на саму себя хочется за то, что заглядываюсь по сторонам. Это все потому, что секса давно не было. Еще и умножается на то, что беременная. Но по-честному могу себе сказать, что все усилилось, когда Игорь коснулся меня.
Одно касание, а я вспыхнула как спичка.
– Аня, – щелкает почти у меня под носом Катя.
– А, я тут, – улыбаюсь ей. – Просто задумалась.
Катя нагибается над столом и с улыбкой смотрит на меня.
– О мужчинах за соседним столиком? – и тоже косится в их сторону. – Понимаю, не хватает рядом сильного плеча.
– Ой, да ну ладно, – отмахиваюсь я.
– Слушай, вот тебе беременной-то этого хочется?
Я перевожу на нее взгляд.
– Чего этого?
– Близости с мужчиной.
Я усмехаюсь.
– Да, – киваю я.
– О, мне, значит, не повезло. Была со своим богатырем несколько недель на сохранении. На мужа даже смотреть не могла, – говорит она. – А у тебя был секс уже в этом состоянии?
Тут уж мне приходится краснеть по полной.
– Откуда?
– Ну, отец.
Я вновь хмуро смотрю на нее. Какой отец? Отцу этому ребенок в лучшем случае не нужен, а в худшем – он заберет его. Но даже таким не хочу делиться с ней.
– Или на сайтах знакомств. Ты что, не заходила туда даже? Попробуй. Есть такие мужчины, которым нравится близость с беременными.
У меня аж глаза на лоб полезли. М-да, я даже не могла подумать о таком. Хотя мысль об этом кажется просто дикой. Но пары занимаются сексом… Ох, не о том я думаю. Лучше о работе. Что делать, если “Апролина” отказалась?
– Все, я поняла. Ань, с тобой хоть в разведку ходи, – шутит Катя.
– Нет, ну почему? Я с радостью помогу с работой. Вот если есть проблема с клиентами – обращайся, – тут же говорю я.
Катя вновь усмехается. Я ей доверяю, но рассказывать о сокровенном не спешу. Тем более об отце ребенка!
М-м, а десерты тут просто объедение. Прям тает во рту. Я облизываю ложку. Встречаюсь взглядом с мужчиной с соседнего столика. Тот пристально смотрит на меня, а затем на его лице появляется улыбка. Жилистый, с симпатичным лицом.
Становится как-то неловко. Я опускаю руку на живот, показывая, что я беременная. Мужчина внимательно следит за моим движением. Становится не по себе, что его это совершенно не отталкивает, а даже наоборот. Улыбка становится шире.
Я теперь начинаю понимать, что извращенцев у нас полно. Даже на беременных смотрят.
Я вновь перевожу взгляд на Катю.
Слышится звоночек. Мы сидим так, что вход находится за моей спиной, а Катя, наоборот, на него смотрит.
Кто-то входит в ресторан. Коллега замирает и с расширенными глазами смотрит на вошедших.
– Что такое? – спрашиваю я, отправляя очередной кусочек тортика себе в рот.
– Это же Лесницкий? – она склоняется ко мне.
Я аж поперхнулась. Липкая сладость застревает в горле. Отпиваю чая, чтоб хоть немного расслабиться.
А затем поворачиваю голову. Встречаюсь с темным взглядом Игоря. Он удивленно смотрит на меня. Рядом с ним высокая черноволосая девушка на шпильках, в которой я еле-еле узнаю его секретаршу.
Глава 4
Впрочем, мне не должно быть никакого дела, с кем он там ходит по ресторанам. Зато тело покрывается мурашками от его пристального взгляда в мою сторону.
Я вскидываю руку в приветствии, и Игорь отвечает мне тем же. Затем переключается на свою спутницу и отводит ее в сторону.
– И что, не будешь к нему подходить? – спрашивает Катя.
– Нет, зачем? – поворачиваюсь к ней.
У меня щеки горят. Что он здесь забыл? У него же офис в другом районе города.
– Как зачем? – удивленно говорит она. – А по заказу? Ты же работаешь на него.
– Но это не значит, что я должна за ним везде бегать. Мы сюда пришли просто отдохнуть, – поясняю ей.
Катя, прищурившись, смотрит на меня.
– Вот ты опытней меня, а не знаешь такой фишки, что клиентам нравится, когда мы за ними бегаем. Когда рассказываем, что все идет по плану.
– Ну, у меня не все по плану. И тем более, если б я ему нужна была сейчас, то он бы ко мне обратился, – поясняю я. – Я знаю эту фишку.
Я вновь смотрю в сторону стола, где сидит Лесницкий. Не, ну там определенно нет смысла подходить. Разве что разорвать эту идиллию. Они сидят сбоку от нас. Но небольшая перегородка скрывает от нас Игоря. Не видно, что делает он, зато прекрасно заметно, как глупо улыбается его секретарша. Смотрит на него огромными глазами и улыбается.
Не понимаю почему, но меня это задевает. И было бы из-за чего. Я всего лишь ношу его ребенка. Все, что было между нами – было полгода назад. Так что нечего сейчас включать обиду.
– Аня, – перед носом щелкает пальцами Катя. – Ты чего?
– Да я задумалась, – улыбаюсь ей.
– Расслабиться тебе надо, – говорит она.
– Так мы отдыхаем.
– Да я не про это.
Я закатываю глаза. Секса хочется безумно, но этим надо было заниматься, когда еще живот не вырос.
Вновь кидаю взгляд на стол Лесницкого. Секретарша, уже не стесняясь, скользит ногой по ноге Игоря. Тот сидит в телефоне как ни в чем не бывало. Вот же козел. Бабник этот Лесницкий. Еще бы на столе потрахались.
– Ладно, я сейчас, – встаю я из-за стола.
Рядом раздается скрежет ножек отодвигаемых стульев.
Направляюсь в туалет. Здесь он огромный, разделенный на две половины. Посетителей немного, потому очереди нет. Я быстро делаю свои дела. Вот только когда выхожу из кабинки, то застаю у умывальника того мужчину, который сидел за соседним столиком.
– Вы ошиблись дверью, – говорю я и улыбаюсь.
– Почему? Я не ошибся, – отвечает парень. – Может, развлечемся? По-быстренькому.
Липкий страх расплывается по телу. Я даже телефон с собой сюда не взяла.
– Простите, но нет.
Парень отлипает от умывальника и приближается ко мне. Я нервно сглатываю. Это вот не та ситуация, в которой я хочу сейчас оказаться.
– Что нет? А чего ты тогда ложку так облизывала? – спрашивает мужчина.
Его лицо слегка кривится. Я недоуменно хлопаю ресницами.
– Вы же для этого сюда приходите, – продолжает он.
Он уже совсем близко.
– Вы меня не поняли, – говорю я. – Я же беременная!
– Да плевать. Дружка моего обслужить-то сможешь, – его руки тянутся к ремню. – Что ртом, что писечкой. Ты не бойся, малыш. Я заплачу. Я щедрый.
Я вновь сглатываю. Руки обхватывают живот. Неужели реально такие извращенцы существуют? Мне еще и заплатить хотят.
Я стою в ступоре, не зная, что делать. Но определенно надо валить отсюда. Кидаюсь к двери, но этот извращенец встает передо мной.
– Помогите! – кричу я, но мой голос глушится в его ладони.
Я только и думаю, что надо защитить ребенка, прижимаю одну руку к животу, а другой пытаюсь оттолкнуть его. Но куда мне против мужика? Так, спокойно, Аня. Мы же когда-то ходили на курсы самообороны. Вот надо срочно навыки вспоминать.
– Ты чего разоралась? – рявкает он. – Говорю же. Сейчас повеселимся.
Зажимает к кабинкам.
Слезы текут по щекам.
Тут в дверь туалета кто-то стучит. Извращенец на миг останавливается.
– Занято! Идите в мужской.
Затем вновь поворачивается ко мне. Задирает юбку.
Пытаюсь вырваться. Я все еще не понимаю, что это происходит со мной. Я будто не я. Но мне нужно защитить ребенка. Тут же в голове вспыхивают воспоминания, как и что делать. Не знаю, откуда у меня берутся силы. Поджидаю, когда он на секунду ослабит хватку. Подныриваю под него и отталкиваю. Тот отлетает к умывальникам. Ударяется спиной.
Я лечу к выходу, прижимая руку к животу. Ругательства летят в мою сторону.
Дверь оказывается закрыта. Дрожащими руками открываю замок.
Выскакиваю наружу, не видя никого перед собой. Врезаюсь в кого-то, а меня тут же хватают в объятья.
– Пустите! – рявкаю я.
– Спокойно, карамелька, – слышится знакомый голос.
Но я будто не слышу. Начинаю вновь вырываться.
– Карамелька, стой, – повторяет Игорь, удерживая меня.
Сердце лихорадочно бьется рядом с ним.
– Боже, Игорь, – замираю в его руках и поднимаю на него взгляд. – Боже… я там…
Мелю первое, что приходит в голову.
Мужчина внимательно смотрит на меня. В его руках я успокаиваюсь.
– Так, спокойно, – говорит жестко Игорь.
Он само спокойствие. Будто ничего не происходит. Стальные нервы. Я вытираю с лица слезы.
– Мужик, отойди от нее, – говорит извращенц, выглядывая из туалета.
Я еще больше прижимаюсь к Лесницкому.
– Это моя баба, – говорит тот, прижимая руку к спине. – Или проблемы будут.
– Я его не знаю, – выдыхаю я.
Игорь переводит взгляд с на меня на напавшего. Затем просто отодвигает меня в сторону и делает шаг к мужику. Сгребает того за шкирку.
Я прижимаю руки к груди.
– Да ты знаешь, кто я такой?
– Понятия не имею, – спокойно говорит Игорь. – Да и не интересует.
Он вталкивает его в мужской туалет.
Официанты и администратор ресторана стекаются в проход поглазеть на происходящее.
– Мужчины, не деритесь, – влезает администратор. – Или нам придется вызвать полицию.
– Я просто поговорю, – спокойно отвечает Игорь.
Он нависает над оппонентом.
Перед носом администратора тут же щелкает замок.
Администратор прилипает к двери, прислушиваясь к происходящему. Да мне и самой интересно. Не хотелось бы, чтоб Игорь кого-то бил. Я потихоньку успокаиваюсь, хотя дрожу как осиновый лист.
Тело все еще фантомно ощущает чужие касания. Так грязно. Хочется отмыться от всего этого.
Собравшиеся переводят на меня взгляд. Но мне так плевать на них. Хотя так и ощущается, что я виновата во всем. И что улыбалась, и что глазки строила. Но ведь все равно нельзя делать так, как делал тот мужик. Нельзя хватать людей и принуждать их.
– Аня, что случилось? – рядом оказывается Катя.
– Да вот. Пристал ко мне один, – выдыхаю я. – А там Лесницкий.
– Пойдем тогда отсюда, – она берет меня за локоть.
– Нет-нет. Надо подождать, – отвечаю я.
Зуб на зуб не попадает. Руки вновь опускаются на живот. Перед глазами встает картинка, как Игорь долбит несчастного об стену, как у того вылетают зубы, а нос весь в крови. И мужик лежит окровавленный на полу туалета. Вот умею я в самое фатальное.
Дверь мужского туалета открывается. Из нее выходит один Лесницкий. Того извращенца не видно. Но вскоре и он показывается. Смотрит волком на всех.
– Мы поговорили, – так же спокойно говорит Лесницкий, буравя меня взглядом.
Он подходит прямо ко мне. Смотрит таким взглядом, от которого у меня по телу пробегает дрожь. Приятная. Возбуждающая.
Инстинкты вопят, что надо брать самца. Точнее, чтоб он сам нас взял. Хочется остаться с ним наедине и…
– Вынужден принести извинения, – слышится мерзкий голос.
Игорь лишь вполоборота поворачивает голову в сторону извращенца.
– Так-то лучше.
– Я же не знал, что она ваша, – цедит тот мужик. – Лес? Ведь так?
Неужели это его кличка? Я вздрагиваю. И тут же вспоминаю Сергеева почему-то. И его слова, что лучше в лес не попадать, иначе пропадешь. И что-то я сомневаюсь, что он имел в виду лесополосу возле города.
Ну, да, ну да. Мажор… Либо у меня настолько бурная фантазия, что я представляю Лесницкого криминальным авторитетом.
– Так. Еще раз увижу на моей территории, – жестко говорит Игорь, – сам понимаешь, как будем разбираться.
– Понял-принял, – извращенец буквально просачивается между Игорем и стеной.
Я же просто уступаю ему проход.
Администратор и собравшиеся зеваки переводят взгляд на Игоря. И что-то мне становится не по себе. Опасно рядом с ним. Кажется, меня пронесло, что про ребенка не сказала. Иначе точно бы попала.
– Все в порядке? – не обращая ни на кого внимания, спрашивает Игорь.
– Игорь! – слышится визжащий голос, а на Лесницкого чуть ли не прыгает его секретарша, совсем не вовремя оказавшаяся рядом.
Игорь морщится.
– Снежана, отпусти меня, – говорит он, пытаясь вырваться из крепких лап.
Его секретарша вцепляется в него, как клещ в собаку во время прогулки.
А у меня слегка сердце екает от этой картины. Хотя я себе запрещаю реагировать! Ну правда. Зачем только терзать себя?
Темный взгляд Игоря устремляется на меня. И как же он смотрит. Его взгляд. Темный. Властный. Будто он победитель, требующий свою награду.
И да, у меня тут же тяжелеет внизу живота. И взгляд не могу отвести. Вновь смотрю на Игоря, а грудь будто фантомно ощущает его касания.
– Но Игорь, – тут же пищит Снежана.
Я выхожу из морока и перевожу взгляд на Катю. Уходить отсюда надо бы. Но вроде нельзя. Надо же хоть что-то сказать Лесницкому.
– Спасибо, – выдавливаю из себя хриплым голосом.
– Поговорим, – кратко кидает он и поворачивается к притихшей администратору ресторана. – Прошу прощения за данный инцидент. Надеюсь, что все у вас будет в порядке.
– Ой, – пищит та. – Это мы вынуждены принести прощения, что ваш отдых был испорчен. Может, бутылка лучшего шампанского за наш счет? Или обед? Или можем предложить на выбор.
Игорь машет рукой, мол, ничего не надо. Снежана наконец-то отцепляется от него и зыркает на администраторшу, глядящую на Игоря, чуть ли не как на произведение искусства.
– Лучше бы следили за своими посетителями, – вставляет Снежана.
Администратор смотрит на нее.
– Так, все, – вновь вставляет Игорь. – Ка… Анна за мной. А вы, Снежана, разберитесь с администрацией.
И отставляет свою секретаршу в сторону. Та дует свои губы, становясь сильно похожей на уточку.
Я же прижимаю руки к животу и иду вслед за Игорем. По дороге мужчина спрашивает у официанта, где тут вип-зона, и, когда тот отвечает, идет в заданном направлении.
В голове туман. Только и удивляюсь, что у них есть такое место. А почему мы раньше туда не ходили с Катей?
Но тут же эти вопросы улетучиваются, когда я остаюсь один на один с Игорем.
Здесь небольшая зона со столиком и диванчиками, огороженная перегородкой, которую легко сдвинуть. Огромное окно, закрытое шторами. Если их открыть, то можно будет увидеть весь зал.
Вот только я вся подрагиваю от того, что остаюсь один на один с Лесницким. Аромат его духов окутывает меня.
И я вновь его хочу. Да что со мной такое? Меня же чуть не изнасиловали, а я чуть ли не теку.
– Карамелька, вот умеешь ты выбирать мужиков, – говорит с улыбкой на губах Игорь, вновь обводя меня взглядом.
Лениво смотрит, высокомерно.
Я прищуриваюсь.
– Вас тоже в свое время выбрала, – тут же отвечаю я.
В его глазах вспыхивает огонек заинтересованности.
– Всегда можно повторить, – говорит он. – Ты одуряюще пахнешь сладостью. Я запомнил.
– Но это не значит, что мы опять должны. Мы же договорились в прошлый раз, – хрипло говорю я, глядя в его глаза.
– Договорились, но всегда можно отменить договоренности, – говорит Игорь.
– О, кстати, у нас там изменение в планах…
И я замолкаю, потому что он делает шаг ко мне.
– С тобой все в порядке? – спрашивает он участливо.
А в глазах все тот же огонь.
– Да, он не успел ничего сделать, – киваю я и отступаю.
Поясницей упираюсь в стол. Сердце бешено колотится, готовое вот-вот выскочить.
– А вы о работе хотели поговорить?
Мужчина подается вперед. Миг, и его губы опускаются на мои. Он как лавина надвигается на меня, а я не в силах сопротивляться. Прижимаюсь к нему. Давлю животом на него.
И тут он замирает. Его язык перестает терзать мой рот. Игорь слегка отстраняется и смотрит вниз. Туда, где живот упирается в него. Еще и малыш решает нас порадовать и начинает толкаться.
– Ты беременна? – удивленно спрашивает он.
– А, да, – киваю я.
Щеки и губы горят. Кровь, горячая, как лава, течет по венам. И опять я хочу.
– Оу, – только и может сказать Игорь.
– То есть вы не поняли? – почему-то спрашиваю я.
Становится обидно. Он же меня в кабинете зажал. Неужели еще там не понял, что я беременна?
– Можно я не буду говорить вслух, о чем подумал? – тут же говорит он ошарашенно.
Затем и вовсе отступает от меня.
– Ты замужем? – внезапно спрашивает Игорь и вновь смотрит мне в глаза.
Я густо краснею. Внезапный вопрос. Особенно после произошедшего. Особенно после поцелуя. Да за кого он меня принимает?
И весь спектр моих эмоций отображается в глазах Игоря. Так нельзя. Я профессионал. Я не имею права срываться на клиентов, даже если хочется послать их в пешее эротическое. Я должна быть спокойна. Но это не так. Пульс зашкаливает. Перед глазами чуть ли не расплывается все. Могу сорваться. Поэтому вспоминаю терапию успокоения и просто размеренно дышу.
Он переводит взгляд на мои руки. Я уже представляю, как в его голове проносятся мысли о том, что я замужем и целуюсь тут. М-да, ничего так работничка нанял.
– Нет, – признаюсь тут же я. – Я не замужем. Так что совесть мучить точно не будет.
Игоря аж отпускает. Он тяжело вздыхает и хмыкает. Потирает рукой свое лицо, а взгляд то и дело падает на живот. И хочется ему сказать о ребенке. Опять. Ведь неважно, кто он. Бандит, просто авторитет, бизнесмен или обычный менеджер. Отец должен знать о своем ребенке. И я готова ему сказать. Готова открыть рот. Это же так просто – сказать правду. Если б не мой страх. Для кого-то беременность и дети – радость. Особенно если это семейная пара. Но уж точно не для нас. Мы всего лишь случайно оказались в постели один раз. Ладно, перед постелью еще был коридор, ванная и так далее. Но все равно это не повод.
– Просто так вышло, – мой голос срывается на хрип.
– Так, ладно, – останавливает меня Игорь. – Ты извини, что я так полез. Я ж не знаю, как там у вас, беременных.
– Врач не запрещал, – отвечаю я.
И тут же сглатываю комок, подобравшийся к горлу. Боже, что я несу? Это все желание моего тела, которое не может просто так никуда деться.
Неловкая пауза виснет между нами.
– Кстати, раз уж мы здесь, тогда обсудим место проведения праздника? – тут же перевожу тему.
Потому что уж точно не хочу говорить сейчас с Игорем о сексе беременных женщин.
– Не сегодня, – морщится Игорь. – Ты же там все знаешь, все понимаешь – решай. Я только подпишу.
Я киваю. Как-то неловко рядом с ним. Ага, точно так же неловко, как и полгода назад было. Но его запах все еще витает в воздухе, и мне так приятно его вдыхать.
– Хорошо, – говорю я.
Уголки губ дергаются.
Ловлю темный взгляд. Тот самый глубокий и пристальный.
Игорь будто слегка подвисает. Его взгляд устремляется на окно вип-зоны. Руки то и дело сжимаются в кулаки.
Страшно становится, а потому я спешу на выход. Ну вот. Он узнал о том, что я беременна. Интересно, у него могла хотя бы появиться мысль, что это от него?
В груди начинает жечь. Огонь расползается по всему телу, а на глаза наворачиваются слезы. Я корю себя за то, что не сказала ему. Руки прижимаются к животу.
За дверью вип-зоны я обнаруживаю Снежану. Секретарша Лесницкого обводит меня взглядом. Опять задерживает взгляд на животе и хмыкает.
– До свидания, – выдавливаю из себя улыбку.
– До свидания, – получаю пищащий ответ.
Секретарша тут же влетает к Лесницкому в вип-зону.
Тут же жмурюсь. Грудь вновь сдавливает в районе сердца. Вот чего так реагировать? У нас просто случайная связь была.
Я же стараюсь не думать о том, что Лесницкий там с секретаршей будет делать. Это уже не мое дело. Но почему-то встреча с прошлым дает о себе знать.
У меня в сердце раздрай. Потому что задевает. Потому что не хочется думать о том, сколько у него любовниц было после меня, но все равно думаю. Не могу по-другому.
И стоит уже забыть и продолжать жить дальше. В конце концов, у меня будет ребенок. Ему точно нужна мать. Ну, желательно целая и здоровая. А все остальное не так важно. Или важно? Я запуталась. Действительно запуталась.
Забираю Катю из ресторана, и мы разъезжаемся по домам.
Глава 5
– Анечка, – слышится в трубке голос Надежды Михайловны. – Я ничего не понимаю, но от заказа нам нужно отказаться. Пришло указание сверху.
Я недоуменно смотрю на экран. Как это отказались?
– Точно? Просто мне Лесницкий ничего не говорил. Даже наоборот – поощрил и сказал предоставить ему идеи.
По телу пробегают неприятные мурашки.
– А нам вот сказали, что из-за того, что вы там с рестораном не договорились, сказали нанять другую фирму, – говорит она.
Ничего не понимаю.
– Надежда Михайловна, а вы мне можете дать номер Лесницкого? Или я сама приду, – говорю я.
– Анечка, не могу. Начальство же.
– Он мне давал когда-то. Но я не могу дозвониться, – поясняю я.
В кабинет заходит мать. Высокая темноволосая женщина пятидесяти лет. В брендовой одежде и с сумочкой такой стоимости, что можно несколько холодильников купить. Вот я и думаю, смотря на нее, точно ли у нас огромные проблемы на фирме?
– А, так я все равно не могу. Мне действительно очень жаль, – говорит Надежда Михайловна.
– Может, все же как-то договориться? – смотрю в карие глаза матери.
У нас цвет глаз похожий. Она грациозно садится на стул и смотрит на меня, ожидая, когда я договорю. Ее острый взгляд так и колет меня. Мать начинает постукивать ногтями по столу.
Я немного отвлекаюсь на нее, прослушивая половину того, что говорит Надежда Михайловна.
– Так что извините, но никак. До свидания, – и кладет трубку.
Я опускаю свой смартфон и перевожу взгляд на мать.
– Что такое? – надменно спрашивает она.
Я с ней по телефону не люблю говорить, а в жизни тем более. Как окатит волной презрения, так сразу желание общаться и пропадает.
– Заказ отменен, – говорю я.
– Да и плевать, пока у нас есть “Кондитре”, – машет рукой.
Я смотрю на нее и тяжело вздыхаю.
– “Кондитре” отказались? – ее глаза вмиг темнеют. – Аня, что ты натворила? Или это все из-за того, что ты беременна? Ну точно! Такая солидная фирма не может себе позволить…
– Мама, перестань, – обрываю ее. – Я и сама не понимаю, что происходит. Мы с Лесницким договорились, что как только я все подготовлю, то могу ему показать проект и смету.
Зинаида Павловна продолжает стучать ногтями по столу.
– Мы на тех заказах, что есть, далеко не уедем.
– Мам, что происходит?
– У нас долг. Там и за офис заплатить, и за обслуживание, и кредиты выплачивать.
– Так давай квартиры продадим. Твою, мою – и оплатим этот долг.
– Не все так просто, – говорит она.
– Я видела, это все подъемные суммы, – я тру лоб.
С мамой как начинаешь говорить, так сразу голова болеть начинает. Вот умеет она доводить. И про долг отца знаю, поэтому и пашу как лошадь. Кажется все какой-то бездонной черной дырой, из которой не выбраться.
– Не знаю, Аня, – говорит она. – Езжай к Лесницкому. На колени падай, но чтоб контракт вернулся к нам.
И переводит взгляд на мой живот. Я инстинктивно прижимаю руки к нему. Мать хмыкает. Такое от нее я слышу впервые. Даже поверить не могу, что она это сказала.
– Хватит, мама.
– А что хватит? Он молодой, неженатый. Могла бы лечь под него еще на прошлом корпоративе, – говорит она.
Кровь в венах стынет от ее слов. Нет, я догадывалась, почему она посылает именно меня к богатым клиентам, но не думала, что озвучит это вслух.
На глаза наворачиваются слезы. Любовь моей матери к деньгам превыше любви ко мне.
– К бандиту? – выдавливаю из себя.
Моя мать начинает хватать ртом воздух от возмущения.
– Не наше дело, чем его отец занимался когда-то. Сыночек у него что надо. Но тебе же надо было залететь от не пойми кого.
Щеки вспыхивают, а мне не хочется, чтоб мать заметила это.
– Я даже разговаривать на эту тему не хочу.
– И вообще, ты думаешь, наш отец просто так поднялся?
Я закатываю глаза. Понимаю, что не просто так. В жизни много что не просто так. Но это не означает, что надо не опасаться.
– Хватит, мам. Я найду другой заказ.
– Уж будь добра.
Зинаида Павловна просто встает, поджимая губы, и выходит из моего кабинета.
Меня же трясет. Достало все.
В кабинет входит Катя. Видит мое состояние, хочет выйти, но я прошу ее остаться.
Невыносимо находиться одной.
С мамой у меня теплые отношения только в детстве и были. И то – до смерти отца. Он будто невидимая нить, которая связывала нас вместе. Человек, устраивавший праздники, был сам праздником. Мы с ним никогда не нуждались. А вот после его смерти мать будто отстранилась от меня. Или она всегда была такой?
Я растерянно смотрю на свой стол.
Ага, кто у нас дома готовил? Мама. Как могло у человека так повернуться на деньгах все? За каких-то несколько лет она превратилась в черствого человека, не гнушающегося ничем.
Подложить меня под кого-то. Еще в Средневековье вернуться не хватает.
Я тру виски.
– Что на этот раз? – мягко и участливо спрашивает Катя.
– Да так, нахлынуло, – говорю я, потирая пальцами нос.
Мысли бродят где-то далеко, а я зарекаюсь в очередной раз быть самой лучшей матерью для своего ребенка.
* * *
– Анечка, а еще шарики, – говорит Василий Иванович – сухощавый дедушка в клетчатом костюме, владелец СТО, где я как-то оставила на починку свою машину. Мастера тут прекрасные. Ну и я, когда ждала, пока починят, посидела и попила чай с Василием Ивановичем. К нему же не так часто заходят девушки. Он как узнал, что я занимаюсь организацией праздников, так тут же решил, что в его СТО праздника не хватает. А мою машинку еще раз посмотрят и исправят все что можно. Да я и не против. Хотя совсем недавно проходила техосмотр. Но когда мне тут сказали про одну поломку, связанную с тормозами, я чуть не поседела. Тут же подумала, что меня разводят, но оказалось, что нет. Действительно была проблема. Мне даже показал мастер, где именно.
Ох, а ведь на тот момент эта неисправность могла стоить аж двух жизней.
Так что этому СТО я благодарна очень сильно. И вот сейчас жду, пока починят мою детку.
– Черные? – в шутку спрашиваю его и оглядываю площадку.
Сегодня мой заказчик решил меня вызвать, чтоб окончательно определиться с празднованием.
В воздухе царит запах бензина и мужского пота. Слишком тестостероново и брутально. И вдруг в этом месте – среди шин, разобранных машин и трехэтажного мата – мне предлагают заказать шарики. И сто процентов цветные.
– Вы что? – возмущается Василий Иванович. – Конечно, разноцветные. У нас должен быть праздник!
И так все воодушевленно, размахивая руками.
Я приветливо киваю ему. Да-да. Его мастера с какой-то тоской смотрят в мою сторону. Я помню. Водка! Вот что они хотят, в отличие от Василия Ивановича. И это мне тоже придется организовать. Все же еда, напитки – все заказывается через нашу фирму. Для этого у нас есть договоренности с некоторыми ресторанами. Главное, что клиент готов платить. А Василий Иванович готов, даже несмотря на то, что его СТО не премиум-класса.
Меня все еще беспокоит внезапный отказ “Кондитре” от моих услуг. Ну правда. Я же не смертельно больная, а всего лишь беременная. Это мне вообще никак не мешает работать. Но, видимо, мешает – по мнению Лесницкого.
– Анечка, все в порядке? – спрашивает Василий Иванович и предлагает жестом пройти в его кабинет.
– А, да. Я задумалась.
– У нас тут жарко, а у меня в кабинете прохладно. Думаю, вам не стоит долго на жаре стоять.
Я рассеянно киваю.
– Да, конечно. А как там с моей машиной?
– Мои мальчики на следующей неделе закончат.
Мы поднимаемся по железной лестнице, которая скрипит под нашими ногами, на верхний этаж СТО.
Здесь весьма мило и обустроено. От обстановки кабинета Василия Ивановича веет теплом и радушием. Даже несмотря на его работу, у него тут висят детские рисунки с розовой краской.
Очень мило и душевно тут.
Я присаживаюсь на кожаный диван.
– Будете чай? – участливо спрашивает хозяин.
– А, нет. Спасибо. Не пью летом чай.
– Да? Ну ладно. Водички? – спрашивает он.
– Хорошо, – киваю я.
Василий Иванович сам мне наливает. Ставит стаканчик рядом со мной.
– Я документы приготовила, – протягиваю ему папку. – Нужно будет подписать.
Стискиваю подол платья. Там такие суммы. Может, ему не понравится. Мысленно думаю, как бы скидку попросить у наших партнеров.
Но Василий Иванович довольно улыбается, ознакомившись с документами.
– Отлично, все готово. Буду очень ждать. Когда начнется подготовка?
– Через неделю приедут люди, начнут украшать. Можете отпустить мастеров на это время. Как все украсим, привезут еду, – говорю я. – Затем уже увеселительные мероприятия. С ведущим уже договорилась, он уже готовится.
– Здорово. Анечка, вы огромная молодец, – говорит он.
Вот нравится мне работать с такими приятными людьми. Так душевно. Это как вернуться в детство, когда папа был жив.
Мы мило побеседовали. Все напряжение, которое царит в моей душе после встречи и поцелуя с Лесницким, испаряется.
Но ненадолго. Я прихожу домой и буквально валюсь с ног. И вроде день прошел, а я все вспоминаю, как Игорь целовал меня.
Вот почему не могу выкинуть его из головы? Потому что где-то глубоко в мечтах мне чудилось, что он после той ночи пригласит меня на свидание, затем мы станем парой. Вот так наивно и глупо. Мечтать же не вредно. Мне хотелось, хотя понимала, что реальность будет другой.
Я поглаживаю живот. Малыш пинается мне в ответ.
Ничего. Все у нас будет хорошо.
Глава 6
С отказом “Кондитре” от заказа у меня появляется куча свободного времени. Я еще когда получала заказ, с содроганием думала, что все. Теперь придется бегать между заказами как угорелой. Еще и по жаре. Еще и без машины. Но все складывается как нельзя кстати. Хотя и обидно. Процент с “Кондитре” мог бы покрыть часть расходов, о которых говорила мать.
Но в конце концов, в нашей фирме, помимо меня, есть еще сотрудники. Вот они тоже приносят свой доход.
Так, ну это я уже совсем себя загоняю. Все вкладывают свои силы, и получают наши менеджеры честно заработанное. Хотя я слышала, в последние две недели стали увольняться люди. С новенькими частенько текучка случается, но вроде ничего критичного. Наверное. Те, кто давно в нашей фирме, так и работают. Работа все же стрессовая.
Я уже неделю занимаюсь оставшимися заказами. Все так спокойно. Только погода не радует. Слишком жарко. Еще и хожу на плановые обследования.
Вот как раз сегодня нужно зайти к своему гинекологу.
Но в последнюю неделю я заметила, что за мной ездит какая-то темная машина. Просто куда бы я ни пошла, везде она. Я уже было решила, что просто совпадение. Мало ли. Есть же такой эффект, когда думаешь, что видишь что-то слишком часто, начинает попадаться на глаза еще чаще. Вот и сейчас у меня такое же ощущение. Только одно “но” – номера машины. Они одни и те же. Значит, это точно не совпадение.
Тогда, может, случайность? Может, там какая-то беременная с моего района, которой надо в ту же консультацию, что и мне?
– Я вам выписываю витамины и направление на анализы, которые нужно сдать для контроля. Через пару недель на плановое УЗИ, – протягивает доктор мне листок с назначениями. – Если хотите, тут есть центр для занятий для беременных.
– О, я уже как раз записалась на курсы. Все же мне без отца воспитывать ребенка.
Я киваю и улыбаюсь ей.
Взгляд то и дело падает в окно на первом этаже. Вижу там двух мужчин, стоящих рядом с той машиной. Нервно сглатываю.
Что-то мне это совсем не нравится. Даже врача своего слушаю невпопад. Да что со мной такое?
Все же нахожу силы встать, когда врач несколько раз зовет меня.
Выхожу на улицу. Времени до конца рабочего дня вагон, но не хочется ехать в офис. Там душно. Решаю поехать домой. Все же там тоже можно будет спокойно договариваться с исполнителями. И потормошить ведущего для СТО тоже требуется.
Я направляюсь к остановке, то и дело озираюсь. Машины уже той нет, и я расслабляюсь. Действительно показалось, что за мной кто-то следит.
Втискиваюсь в жаркий салон автобуса, прижимая ладонь к животу. Тут же какой-то парень уступает мне место. Я благодарю его и сажусь. Ух, ну и жарень. И так хочется мороженого.
И не думать об Игоре. Хотя так и хочется понять причину того, почему он отменил заказ. А может, и не нужна мне та причина?
Заказы отменяются не в первый раз. Клиенты разные бывают. Есть вообще залетные. Сделку могут начать согласовывать, а потом не подписать, но от “Кондитре” такого не ожидалось. Все же в прошлый раз хорошо было. Так, ладно. Нечего загоняться.
Когда ж уже жара пройдет?
Я машу рукой себе на лицо, пока иду к подъезду. Позади раздается визг шин.
– Анна Владимировна? – слышится громкий бас.
– Да? – оборачиваюсь я с дежурной улыбкой на лице.
Мало ли, вдруг клиент какой.
Но нет.
Знакомые номера, черная машина. И те двое мужчин, что ездят за мной уже с неделю.
С наглыми небритыми лицами смотрят на меня. Еще и ухмыляются так, что становится не по себе. Братки из девяностых прямо. Карикатурно, хотя казалось, что они канули в лету.
– Нужно поговорить.
Я тут же вспоминаю, где успела накосячить, но в голову ничего такого не приходит. Да я даже соседку не затопила ни разу.
– По поводу? Вы наши клиенты? – спрашиваю я.
Главное – улыбка. И не конфликтовать.
– Это не мы ваши клиенты, это вы наши клиенты.
Я недоуменно смотрю на эту двоицу, пытаясь понять, кто они такие и что они имеют в виду.
Просто я их вижу впервые. Может, моя мама с ними работала?
– Простите, но я не совсем понимаю… Вы охрана?
Мужики переглядываются между собой и цокают языками. А один и вовсе сплевывает себе под ноги. Пусть радуется, что на скамейке нет соседки. Уже бежал бы от нее и ее сковородки за такое. Она такая гроза, что гопники обходят дом стороной. Но увы, ее сейчас нет, зато есть эти типы.
– Да, охрана, – гыгыкает один из них.
Второй начинает хмуро смотреть, давя своим взглядом. Я недоуменно смотрю на них.
– Эм, да вроде нам и не нужна.
– Нужна, нужна, Анна Владимировна. Вы ж еще долг не выплатили.
– Какой долг? – тут же спрашиваю, мысленно прикидывая, на что я брала кредиты. – За холодильник я уже давно расплатилась.
Мужики вновь ухмыляются.
– Так не за холодильник, – тут же отвечает один. – Зинаида Павловна Михайлова брала у нас деньги.
Я нервно сглатываю и округляю глаза.
– Так, может, тогда надо именно с нее и трясти? Она здесь не живет… – начинаю я.
– Ну вы же ее дочь, Анна Владимировна. Ваша задача работать. А наша – наблюдать. Просто познакомиться поближе не помешает.
Я вновь недоуменно смотрю на них.
– Ничего не понимаю. То есть вы будете наблюдать?
– У вас же есть кое-какие проблемы, которые в будущем могут помешать, – взгляд мужчины падает на мой живот. – А мы всего лишь будем вам напоминать, что нельзя останавливать работу.
Я тут же прижимаю руки к животу.
– Если вы меня не оставите в покое – я пойду в полицию, – тут же говорю я уверенней.
Руки начинают подрагивать, но я не позволяю себе ни опускать глаза, ни пятиться назад. Зато эта охрана вновь переглядывается между собой.
– Не надо нас пугать полицией, – на меня надвигаются.
Мне приходится отступать к двери подъезда.
– Мы вам еще раз говорим. Работайте, но не теряйте заказы. Иначе вашему агентству будет хуже. Хотя квартирка вам еще принадлежит. Можно и ее отдать, – подмигивает один. – Нам пригодится. А то крышевать вас тоже невыгодно.
Холодок пробегает по спине. Крышевать? Куда это нас мать втянула? Я же знаю о проблемах, но чтоб они были такие, я не представляла себе!
Страх сковывает тело. Мышцы сводит, и я едва могу двигаться. Перед глазами темнеет.
– Я не понимаю, – только и выдавливаю.
– Так, Костян. Нечего пугать девочку. Пусть работает. Только заказы хорошие пусть не теряет, – тот второй стукает говорящего по плечу. – А то мы и так ее запугали. Вон уже лица на ней нет. Запугаем девочку, и вообще все заказы растеряет.
Сейчас только одна мысль бьется в голове – чтоб не трогали ребенка. Все.
И мне так ужасно сейчас осознавать, что те времена, про которые я слышала только из рассказов живших в девяностые и немного от отца, никуда не делись. Что даже сейчас на меня наезжают, как было когда-то. Карикатурно так. А я стою и даже сдвинуться с места не могу.
– Так, что, Анна Владимировна, работайте. И заказики получше набирайте. А иначе, – они смотрят на мой живот.
Они угрожают ребенку? Мои глаза расширяются. Перед глазами темнеет. Вот-вот в обморок упаду.
Тень накрывает мужчин.
– Пропустите? – слышится знакомый голос, который звучит как из другой реальности.
Лесницкий. Он чуть выше этих братков. Возвышается над ними, как коршун над добычей.
– Игорь, – выдыхаю я, радуясь, что вижу его.
– Аня? – удивленно спрашивает он и обводит взглядом нашу компашку.
Надеюсь, что он не плод моего воображения. Потому что жарища стоит такая, что я бы не удивилась.
Братки оборачиваются. Их плечи тут же опускаются, когда они видят Лесницкого. Позади того тоже стоит охрана. Мне становится немного смешно. Все же я устраиваю праздники, а у меня тут чуть ли не стрелка под окнами. Кто бы мне сказал, что такое реально в наше время?
– У вас какие-то проблемы? – добродушно спрашивает Игорь.
– Мы всего лишь поговорили с Анной Владимировной, – говорит переговорщик.
– Вы ее клиенты? – тихо спрашивает Лесницкий, а мне становится не по себе от его голоса.
Такой жесткий и пронзительный. И взгляд скользит от одного к другому.
– У нас с ней деловые вопросы, – тут же отвечает переговорщик.
– Думаю, что вы их уже решили, – жестко говорит Лесницкий. – Ведь так?
– Да, конечно, – братки кидают на меня последний взгляд и отходят от подъезда.
Я же перевожу взгляд на Игоря. Он будто взялся из ниоткуда здесь. Кидаю взгляд на двор. А, вот его машина. Я ее даже не заметила, когда подошла к дому. Мысли были о другом.
– Эй, ты как? – спрашивает Игорь, делая ко мне шаг.
Нависает надо мной. Приятный аромат духов успокаивает.
– Нормально, – выдавливаю из себя.
– Что-то у тебя одни проблемы в последнее время, – на лице Игоря появляется улыбка.
– Вроде нет, – говорю я.
– А я гадал, почему ты отказалась от заказа? Думал, что ради таких клиентов, – делает он акцент на последнем слове.
Но я слегка подвисаю.
– Отказалась? – переспрашиваю и хмурюсь.
– Ну да, – четко говорит Игорь. – Если у тебя какие-то проблемы с этими, то я мог бы решить. Пришла бы в офис, обсудили бы.
– Так, стоять, – я поднимаю руку. – Я не отказывалась от заказа. Мне Надежда Михайловна позвонила и сказала, что это вы отказались от заказа.
Между нами виснет неловкая пауза. В глазах Игоря мелькает недоверие. Я же радуюсь, что он здесь со мной. И опять спас меня. Действительно могла бы прийти к нему в офис. Ага, как тогда, когда приходила сообщить о беременности, когда он трубку не брал. Тогда я поняла, что мужчины, переспав с женщинами, не берут трубки, потому что просто не хотят брать.
– Ладно, я этот вопрос выясню, кто там от чего отказался.
– А может, выпьем чаю? – тут же предлагаю я.
Совсем как полгода назад. Почти то же самое. Только тогда были кофе и зима. А сейчас безумная жара.
– Или лимонад. Свежий.
– Я не против. Все равно надо поговорить, – говорит Игорь, а его взгляд опускается на мой живот.
Глава 7
– Мать говорила про долги. Но я-то думала, что мы должны банку. В дела бухгалтерии я не лезла, – поясняю я.
Игорь расслабленно сидит на диване на кухне. Я все еще не верю, что он оказался вновь в моей квартире. Я засыпаю заварку в чайничек. Руки подрагивают.
– И какой там долг? – спрашивает Лесницкий.
– Не знаю, но выплачиваем ежемесячно. Мать говорит, что за аренду, – пожимаю плечами. – Да, но у нас никогда не было проблем. У нас заказы же не для последних людей!
Я наливаю кипяток по чашкам и разбавляю заваркой. Помню, что сахар Игорь не любит. Ох, избирательная у меня память. И главное, такие детали помню. Только зачем тогда запоминала? Знала ведь, что все на один раз. И все равно отложилось в памяти. Так бывает, когда было с кем-то хорошо. Такие моменты остаются в голове надолго. Их выветрить могут другие. Которые окажутся еще ярче. Но у меня таких не случилось, а работа всего лишь работа. Неспособна она все заглушить.
Ставлю перед Игорем чашку на стол и сажусь напротив. Мужчина что-то увлеченно печатает в телефоне. Я невольно любуюсь его длинными пальцами.
– Итак, ты без понятия, кто они и что? И что творится в твоей же фирме? – спрашивает Игорь, не поднимая взгляда.
– Фирмой занимается мать, – скрещиваю пальцы на столе. – Я работаю с заказчиками.
– Согласен, что они на ваших конкурентов не похожи, – говорит Лесницкий, внимательно что-то читая.
Я тут же вспоминаю контингент СТО. Там такие мужчины, что их тоже не отличишь от подошедших ко мне сегодня.
– У меня разные заказы, – пожимаю плечами. – И клиенты разные.
На меня переводят взгляд, а я краснею. Утыкаюсь взглядом в свой чай. Струйки пара поднимаются над чашкой. Еще немного, и он остынет. Кондиционер работает.
Так. Надо выяснить, что это только что было у меня перед домом.
– Я сейчас приду, – говорю Лесницкому.
Тот лишь кивает мне, даже не глядя на меня. Я же, закрывшись в соседней комнате, звоню матери. Трубку она не берет. Начинаю нервничать. Не случилось ли с ней чего? Вдруг и к ней подобные братки приехали?
Продолжаю звонить, пока она не берет трубку.
– Мама, – тут же говорю в трубку.
– Что случилось, Аня? – тут же жестко спрашивает она.
– С тобой все в порядке? Просто меня тут какие-то типы встретили под домом, – тут же поясняю я.
– А, я в курсе, – отзывается она.
Я зависаю. Липкий страх пробегает по спине.
– В смысле?
– Анечка, это просто люди, которые за тобой присмотрят, – говорит мать.
– Они угрожали ребенку, – шиплю я, белея еще больше.
– Ой, не накручивай. Аня, это долг еще твоего отца. А тебе работать надо. Просто ребята с тобой познакомились.
– Значит, так. Завтра я буду в офисе. И ты мне завтра же все рассказываешь. Надо будет – будем вместе решать эти проблемы. Мне подобные типы рядом со мной – не нужны.
– Не надо тут делать драму. Нам нужна была защита от конкурентов. Все, мне пора. Давай.
Она знает! Знает и не против.
И сама отключается.
Я недоуменно смотрю на экран. Действительно. Что я еще могла ожидать от матери?
Слезы собираются в глазах, а плечи опускаются. Вздрагиваю, чувствуя позади шорох.
– Все в порядке, – тут же говорю я, вытирая глаза.
Игорь входит в мою комнату. Его взгляд первым делом падает на маленькую кроватку. Я решила ее купить заранее. Да и скидка была, а мне она так понравилась. И с замирающим сердцем смотрю, как отец ребенка ее разглядывает. И взгляд такой… Не удивлюсь, если сбежит прямо сейчас. Иногда мне кажется, что мужчины боятся заводить детей. причем так панически, что если бы мы, женщины, не соблазняли или не затаскивали их в постель, то весь наш род вымер бы. Собственно, мужчинам тоже нравится нас затаскивать в постель, выставлять себя победителем и потом просто уходить в игнор. А ты начинаешь привыкать.
Вот и я так смотрю на Игоря и понимаю, что внутри начинает возрождаться то чувство, те воспоминания, как было хорошо тогда, когда мы тут, в квартире, были вместе.
– Да, я тут тоже кое-что смог выяснить, – говорит он.
Я нервно сглатываю. Руки опускаются на живот.
– Что именно? Кто эти люди? – тут же спрашиваю я.
– Не совсем. Скорее выяснил причину, почему корпоратив не ты делаешь. Ладно. А то я думаю, а чего мне подсовывают ваших конкурентов? – усмехается Игорь, а его взгляд скользит от моих губ к груди, а затем и к животу.
Я опять в просторном платье, в котором почти ничего не видно. Вот люблю такие носить летом. Вентиляция хорошая.
Но не об этом. Знаю, что у нашей фирмы есть конкуренты. Те, кто работает тоже только по элитным празднествам для звезд, для крупных компаний.
– А вы что? – спрашиваю я.
– Когда увидел в названии другую фирму и исполняющего, тут же отказался, – Игорь подходит еще ближе.
Мы сейчас на расстоянии вытянутой руки. Я сглатываю, а глаза Игоря вновь опускаются на мои губы.
– Мне понравилось сотрудничество с тобой, – его голос становится ниже.
До мурашек.
– Мне тоже, – говорю я.
Гормоны вновь начинают шалить. Иначе как объяснить, что внизу живота вновь тяжелеет? От его взгляда, от него самого. И я сама от себя не ожидаю того, что подаюсь вперед и просто обнимаю Игоря.
Мужчина замирает. А с меня будто сходит весь страх. Его запах успокаивает. Лимонно-цитрусовый и немного терпкий. И я не могу надышаться им. Да в конце концов, мы с ним спали, он мне тут много чего намекал, сам поцеловал. Так что имею полное право его первой обнять.
Даже приятно становится, что он ко мне приехал, а не позвонил. Внутри разгорается странное чувство. Оно подобно пробуждению вулкана, когда лава только только начинает расходится из недр.
И тут Игорь отмирает. Его руки опускаются на мою талию. В живот тут же упирается кое-что уже окрепшее. Я поднимаю голову и смотрю в его потемневшие глаза.
– Карамелька, – чуть ли не рычит Игорь мне в губы.
Его губы опускаются на мои. Руки еще сильнее сжимают меня. Я не могу сопротивляться его напору. Язык скользит по моему, подстегивая и вовлекая в один общий танец. Я стону ему в рот. По телу проходят волны возбуждения. Цепляюсь за его плечи.
Хочу его. Безумно. Из головы вылетает все, пока мы пятимся к дивану. С ним рядом исчезают все проблемы и неурядицы. Хотя он и есть моя главная проблема. А я вновь сдаюсь перед ним.
Очень бережно меня кладут на диван. Игорь нависает надо мной. Он так же тяжело дышит, как и я. Осматривает мое тело с восхищением в глазах. Вновь целует меня. Его язык вытворяет дикие танцы внутри моего рта. И я не могу не поддаваться.
Руки скользят по моему телу.
– Классное у тебя платье, – Игорь шепчет хрипло мне в губы, задирая подол.
Выгибаюсь, когда пальцы проходятся по намокшим трусикам, а затем он давит на клитор. Мириады электрических разрядов выстреливают в том месте. Выгибаюсь. Ловлю взгляд Игоря на себе.
Темный. Властный. Здесь и сейчас он хочет, чтоб я подчинялась ему.
Хочу большего, хочу чтоб он касался меня везде. Мое тело все настроено на его ласку.
– Сладкая карамелька, – шепчет Игорь и скользит губами ниже.
Кусает сквозь ткань мою грудь. Горячее дыхание скользит по животу, пока не останавливается внизу. Жаль, что живот выпирает, и я не могу смотреть на Игоря.
Только чувствую, как мужские пальцы задевают резинку трусиков и тянут их с моих ног.
– Хочу попробовать тебя на вкус, – слышится его голос там. – Еще в ресторане хотел.
Новая волна мурашек пробегает по телу. Мое тело будто электризуется, и главная точка там, внизу. И его слова. Там хотел. Но я понимаю, что это все иллюзия. Да и плевать. Мне хочется побыть в сладком тумане. Хочется удовлетворить свое желание, которое то и дело возникает внутри меня. Это все гормоны беременной.
Но я чувствую себя такой беззащитной, лежа перед ним на диване. Ловлю вновь дикий взгляд Игоря. Он так хочет меня, а я не могу сопротивляться той волне желания, что исходит от него.
Все стеснение уходит. Хочу почувствовать его в себе. Хочу, чтоб защитил меня. Как он сделал это в ресторане, как он сделал сегодня. Я как принцесса, к которой пришел ее рыцарь. Хоть и понимаю, что таких принцесс у него полно. Но сейчас он мне нужен. Пусть я буду слабой, без гордости и так далее. Но в конце концов, если женщина тоже хочет секса, то почему бы и нет? Ведь кроме Игоря сейчас я никому не доверяю. Главное – не думать о других его женщинах. Не думать о том, что он сам может быть связан с криминалом. Не сейчас. Он вновь уйдет, мы вновь больше не будем видеться и общаться. Плевать. Сейчас он со мной, а я открыта перед ним.
Я слегка приподнимаюсь и вздрагиваю от удовольствия, когда язык проходится по мокрым складкам.
– О, Боже, – только и могу выдохнуть.
Пальцами сжимаю покрывало. Помню, бабушка всегда говорила, что нельзя лежать, если постель застелена. Но как-то плевать. Я таю от умелого языка Игоря, от его движений.
Утопаю в собственных ощущениях, когда он вставляет внутрь палец. Мое тело будто просыпается после долгой спячки. Я начинаю ерзать и подаваться навстречу мужчине.
Стону, совершенно не стесняясь того, что могут услышать соседи.
Игорь задевает какую-то точку внутри меня и ускоряет движение пальцев. Мир будто взрывается, разлетаясь на сотни тысяч осколков, где остаемся только мы. Удовольствие раскатывается по телу. Оргазм настигает меня, и я поддаюсь ему. До звезд, до приятных мурашек.
По венам растекается острый жар.
Я даже не сразу понимаю, что Игорь вновь целует меня. На этот раз в щеку. Ловлю его улыбку. А затем он вновь накрывает мои губы. Он ложится рядом со мной.
Тянусь руками к его паху. Провожу по его длине. Быстрее. Хочу его внутри. Рука расстегивает пуговицы его джинсов. Вжикает змейка.
Не прерывая поцелуя, Игорь помогает мне стащить штаны.
– Карамелька, – шепчет он, глядя в мои глаза. – Ты же не против будешь? Я аккуратно.
В этом сладком тумане, который начинает возрождаться вновь, внезапно начинает что-то звонить. Мелодия незнакомая.
Игорь замирает на секунду. Я же разжимаю свою хватку на его плече.
Мы синхронно поворачиваемся к источнику шума, прервавшему нас на такой ноте. Телефон лежит на полу. Мне из моего положения не видно, а вот Игорю – спокойно.
– Я сейчас, – хмурится Игорь.
Я не вижу, кто звонит. Мужчина покидает меня, а я ложусь. Дыхание сбито. Смотрю в белый потолок. В горле сухо, и надо бы встать и попить. В теле легкость. Хоть, казалось бы, напряжение снято, но хочется еще.
Игорь берет трубку и подтягивает штаны. Бросает на меня темный взгляд, а я тут же прикрываюсь.
Все же стеснительно вот так лежать, когда вся на виду.
Сколько длится разговор, не засекаю. Просто лежу на кровати, притворяясь звездой.
В голове мыслей нет. Не хочется после приятного возвращаться к насущным проблемам. Только беру телефон в руки и отвечаю на набежавшие в мессенджерах сообщения. Мысленно молюсь, чтоб ничего не случилось ни с какими заказами. Какое-то тревожное чувство поселяется во мне. С матерью определенно нужно разговаривать про эту охрану. Меня такое не устраивает!
Они же ребенку угрожали. Я вновь начинаю нервничать. То и дело поглаживаю живот.
– Как ты? – спрашивает Игорь.
– Страшно. Я не думала, что попаду в такую ситуацию с ребенком.
– Кстати, если ты боишься эту “охрану”, – раздается низкий голос Игоря, – то можешь переехать ко мне. На время.
Глава 8
Я поднимаю глаза на него. А что? Переехать? Я хлопаю ресницами, недоуменно глядя на него. Чувство, что он шутит, так и не покидает меня, но Игорь смотрит так, будто нисколько не сомневается в своем предложении.
– Думаю, что это лишнее, – пожимаю плечами.
– Да не совсем, – говорит Игорь. – Серьезно, карамелька. Я могу тебя временно взять к себе. Ты мне не помешаешь. Дом у меня большой.
Я хмуро смотрю на него. Это точно какая-то нереальность. Лесницкий предлагает мне переехать к нему. У нас общий ребенок. Может, он об этом узнал?
– Я не думаю, что это уместно, – говорю я. – Я беременна. Мне рожать…
И тут я замолкаю. Потому что надо сказать, что через три месяца, а Игорь и посчитать может. С учетом того, что я могу вот сейчас ему сказать о том, что это его ребенок.
– Ничего страшного. Думаю, к этому времени все разрешится, – тут же спокойно говорит он, а взгляд то и дело скользит к животу.
А если он знает? Ему же не составило труда выяснить всего за несколько минут, кто эти люди, следящие за мной.
– Все так серьезно?
– Да, – твердо говорит он.
– Но почему вы мне хотите помочь?
Игорь стискивает зубы.
– Не хочу бросать в беде хорошего человека.
– А объяснить?
Игорь закатывает глаза.
– Эти люди просто так от вас не отстанут. И нет, полиция вам не поможет. Пока я добрый, могу предложить помощь. Решим ваш вопрос.
Если такое произойдет во второй раз, то они не просто будут угрожать, а могут сделать куда хуже. А если у них оружие?
По крайней мере Лесницкий отец ребенка и ничего плохого мне не сделал.
– Что вы предлагаете? – намеренно перехожу на “вы”. – Это ведь не просто так?
Все же спрашиваю, сжимая платье. Сердце екает в груди, пока я смотрю в его глаза. Я не понимаю, что ожидать от него. Вот совсем.
– Серьезно. Ничего такого, – задумчиво говорит он. – Просто переговорили с тобой.
Я замираю. Взгляд вновь падает на кровать. А это у нас переговоры только что были?
– Нет, – говорю я.
– Карамелька. Это такие люди, которые просто так вас в покое не оставят.
– А вы все по доброте душевной? – спрашиваю я, начиная догадываться.
То есть мать или отец, скорее всего, заключили с кем-то сделку. Ну правда, нас конкуренты почти не трогали. Мы смогли пробиться на определенную высоту. Такими заказами, которые были у “Фортуны”, мало кто мог похвастаться.
Я задумываюсь.
– Да, – Игорь пропускает локон моих волос сквозь пальцы. – Но я серьезно. Переезжай ко мне.
– Это очень странно и неожиданно. Кто эти люди?
Вкратце Лесницкий объясняет, что это бывшие бандиты, что подтверждает мои мысли. Тогда понятно, почему пошли наезды, когда я забеременела. Но все равно, я не считаю себя главным винтиком в фирме. Там работают менеджеры не хуже меня. То есть доход не пропадет, когда я рожу ребенка и буду заниматься им.
Вот именно, что мне надо в первую очередь думать об этом. Все остальное неважно.
– Хорошо, я перееду, – отвечаю наконец Игорю. – Но на время.
– Безусловно, – кивает Лесницкий.
Я набираю в грудь воздуха.
– И одно условие, – все же говорю я.
Игорь прищуривается. Я опускаю взгляд на его ширинку.
– У нас больше ничего такого не будет. Я туда еду только ради защиты ребенка. Мне не хочется платить своим телом за это.
– У нас и так это было, – говорит Игорь, нагло улыбаясь.
* * *
То ли страх, то ли еще что, но я соглашаюсь на предложение Игоря. В конце концов, это ненадолго. Ну, я так думаю. Боже, как все сложно. И я не знаю, как правильно поступить. Но с другой стороны, я не знала, что наша фирма и так под кем-то. Я знаю, что по документам “Фортуна” принадлежит мне и матери. В разных долях, и моя доля больше. Больше никто не фигурирует. И тут выясняется, что мать платит за какую-то мифическую защиту кому-то от конкурентов. При этом не ставя меня в известность. Да боже – я этого вообще не собираюсь делать. Это дело моего отца, он компанию раскручивал и так далее. Я не могу в один момент все перечеркнуть. Нравится мне этим заниматься. И людей столько знаю.
Ох, тяжело.
Все же у меня будет ребенок. И о нем стоит думать в первую очередь. Тут и речи не может быть ни о чем другом.
Я кошусь на Игоря. Мы сидим на заднем сиденье его иномарки. Он вновь в телефоне. Мне тоже приходят сообщения и звонки, но я быстро разделываюсь с фронтом работ. Зато смотрю на его профиль. Прямой нос, немного раскосые глаза, высокие скулы. Интересно, а что ребенок возьмет от него? Мне вот нравятся его глаза. М-да, больше смахивает на то, что я его по частям сейчас отберу, но ничего.
Игорь ловит мой взгляд и подмигивает. Я густо краснею. Опять эта реакция на него.
А ведь он действительно ничего плохого не делает мне. Надо ему рассказать про ребенка. Только лучше в спокойной обстановке, а не в машине. Лучше уж не затягивать. Отец должен знать про своего ребенка. Значит, сегодня точно скажу.
Машина едет по трассе, пока не сворачивает в сторону элитных новостроек. Когда-то я тут хотела себе присмотреть жилье, но решила, что лет через никогда я смогу себе позволить там квартиру. Мы проезжаем многоэтажки и попадаем на улицу, где преимущественно стоят коттеджи.
Возле двухэтажного особняка бежевого цвета машина тормозит. Ворота открываются, пропуская нас внутрь.
– Сейчас познакомлю с домохозяйкой и слугами, – говорит Игорь.
На входе в дом нас встречают несколько женщин в серых платьях с передниками. Они мило и профессионально улыбаются нам.
Игорь знакомит меня с ними и просит, чтоб приготовили ужин.
Далее меня провожают в выделенную комнату. Видимо, Лесницкий еще в дороге предупредил прислугу, что ожидаются гости.
Мне поначалу совсем неловко. Я все же привыкла жить одна в квартире. А тут еще и целый дом.
Меня проводят в огромную комнату, где есть кровать, на которой с легкостью могут поместиться несколько человек. Так же тут стильный шкаф и плазма. Служанка показывает, как пользоваться каналами. Я благодарю ее и спрашиваю, где душ, туалет и сразу же интересуюсь комнатой Игоря.
Уборная находится в смежной комнатой с моей спальней. Комната Игоря на втором этаже. Если что-то нужно, то всегда можно набрать прислугу по стационарному телефону или связаться с хозяином дома.
Весьма удобно.
Служанка хочет помочь с вещами, но я благодарю ее и говорю, что сама все сделаю.
Та кивает и покидает комнату.
Спертый запах стоит здесь, и первое, что я делаю – открываю окно. Жара тут же проникает внутрь, но мне хочется проветрить комнату от неприятного запаха. Кондиционер здесь тоже есть, включу потом.
Ого, ничего себе. Это я изумленно замираю, глядя на красивый сад, раскинувшийся под окнами. Приятный запах роз проникает внутрь. Как же сладко они пахнут. В жизни бы не подумала, что у Лесницкого в саду розы. И что его дом совсем не похож на мрачный замок, какие, по идее, должны быть у бандитов. Здесь так красиво и по-домашнему, что ли. Даже несмотря на всю роскошь интерьера.
Я раскладываю вещи в шкафу. Они занимают совсем немного места.
Тело находится в каком-то вечном напряжении. Даже несмотря на то, что я получила разрядку. Но, видимо, мало. Мне же доктор советовала, что если хотите – делайте. Нет никаких причин не заниматься сексом.
Ага, только с кем? Игорь-то на меня и не посмотрит больше после моих слов. Да и неправильно это как-то. Но его взгляд, когда он посмотрел тогда на меня – мол, куда ты денешься? Все равно окажешься в постели! Да вот еще. Хотя если и окажусь, то только потому, что сама захочу. Напряжение же беременным тоже надо снимать. Доктора надо слушаться.
В общем, в этом вопросе еще надо бы разобраться в самой себе. Но главное, не забывать, что на первом месте должен стоять ребенок.
Я до вечера нахожусь в комнате. Выполняю свою работу по возможности через ноутбук. Проверяю корреспонденцию и отвечаю на звонки.
Делаю все, чтоб хоть как-то отвлечься от пасмурных мыслей. Меня даже нисколько не успокаивает то, что я нахожусь не у себя дома, что я уже в безопасности… Наверное. Ой, а ведь за нами мог быть хвост. А я со своими нервами могла и не заметить. И не подумать. Да и мысли тогда были о другом – о ребенке, о сидящем рядом Игоре.
Просто ужас какой-то.
Похотливая самка, не иначе.
Вновь погружаюсь в работу. И так сижу, пока не раздается звонок стационарного телефона. Я не сразу реагирую на него, воспринимая как что-то незначительное. И только со временем понимаю, что нахожусь в чужом доме. Тут же беру трубку.
– Карамелька, ужинать будешь? – слышится хриплый голос Игоря.
Невольно на моем лице расплывается улыбка.
– Да, буду, – тут же отвечаю ему.
– Отлично, жду тебя в зале. Пришлю служанку, она покажет, где именно.
И кладет трубку.
Я смотрю на телефон лишь несколько секунд, а затем как отмираю. Подхожу к шкафу. И чисто по-женски начинаю размышлять, что надеть. Не то чтобы я как-то сильно хотела впечатлить Лесницкого. Просто дом такой богатый, не хочется выглядеть в нем как пугало.
Но все же выбираю удобные леггинсы и футболку. Одежда обтягивает тело и живот. Не то что мои любимые просторные платья.
Все. Я точно ему расскажу. Обязательно. Он же не выгонит меня из дома, когда узнает правду. Если он меня пригласил, зная, что я просто беременная, то со своим ребенком тем более не выгонит.
Вскоре приходит служанка и провожает меня в тот самый зал.
Там уже накрыт стол, а Игорь в простой футболке и спортивных штанах стоит возле него. Как всегда, телефон в руках, а взгляд устремлен в него. И только заметив меня, Игорь поднимает глаза.
– Карамелька, – улыбается он, а взгляд опускается на живот.
Все же сейчас его еще больше видно.
Глава 9
Чувство тревоги не покидает меня, когда он так смотрит. Темный взгляд. Страшно. До дрожи. До мурашек.
Но нужно хотя бы подойти к столу. Что я и делаю. Стараюсь смотреть на столешницу из дорогого дерева. Темная и гладкая поверхность.
– Садись, – кивает мне Игорь на место рядом с собой.
Я уже смелее подхожу туда. Игорь галантно отодвигает для меня стул.
– Спасибо, – улыбаюсь ему.
Вскоре слуги приносят еду. Салаты, мясо, кашу и рыбу. Стол сервирован так, будто мы в каком-то фешенебельном ресторане. Только порция больше. В общем, выбирай не хочу. У меня аж слюнки текут от изобилия блюд.
Я слегка напряжена, но тут же расслабляюсь, когда Игорь начинает набирать еду себе на тарелку. Я же по-скромному беру немного себе.
– Может, добавки? – спрашивает Игорь, глядя на мою пустую тарелку и перехватывая мой тоскливый взгляд на блюда.
– А, нет, спасибо. Мне хватит, – я откидываюсь на стуле. – Все же приходится придерживаться диеты.
Игорь скользит взглядом по моему лицу, смотрит на живот, а затем возвращается опять к глазам.
– Тогда тебе должны готовить что-то другое? – спрашивает он.
Почему-то становится не по себе. Почему он так беспокоится за меня? Или так сильно беспокоится еще заодно и о ребенке?
– Нет, что ты. Не стоит, – краснею я.
Загадка. Вообще все, что с ним связано – загадка. То хочет меня, то исчезает и трубку не берет. А тут опять появляется – и опять интерес в мою сторону.
– Кстати, а что с нашим заказом? – спрашиваю его. – Вы уже заключили с кем-то договор или вернетесь к нам?
И вновь волна возбуждения пробежала по телу. Потому что он сказал про то, что заказ отменился, в такой момент. А потом мы с ним опять на моем диване. Ох, тяжело. Я же так не выдержу. Поэтому лучше переводить разговор в другое русло.
– Даже не знаю, – говорит Игорь. – На каком ты сроке?
И смотрит вновь пристально. До дрожи, до мурашек. Я готова к этому вопросу и разговору. Я же прокручивала его в голове, но сейчас все по-другому. Я не знаю, насколько сильно я могу доверять Игорю. Только это сказать проще, чем про то, что я беременна от него.
– Полгода, – спокойно отвечаю ему.
Все сомнения тут же вылетают из головы. Честность за честность, как говорится. Мой взгляд устремлен на Игоря. Даже сердце как-то слишком спокойно бьется в груди. Хотя я думала, что меня будет разрывать от нервов. Но страх исчез. Его нет. Я как каменная глыба сейчас. Видимо, уже пережила.
Глаза Игоря вспыхивают. На лице отражается мыслительный процесс. Ну, я так надеюсь, потому что его лоб покрывается складками.
Его взгляд устремляется на меня, как пуля из пистолета.
– Моего ребенка, Аня? – все же спрашивает он.
И смотрит пристально. Сжимает руки в кулаки до побелевших костяшек.
Ну надо же, догадался.
– Да, – не менее спокойно говорю я. – Ну и в целом уже поздно что-то делать. Да и не сделала бы я… ну, тогда.
А, нет. Все же срываюсь. Потому что больно. И воскресает в душе та обида на Игоря, ненадолго засевшая в голове, что не отвечал мне тогда. А мне страшно было. Первая беременность, хоть и зарабатываю я хорошо, и жилье есть. Все равно было ощущение, что мир из-под ног ушел.
И сейчас есть чувство, что уходит. Потому что страшно смотреть на него. Игорь не двигается, а лицо как застывшая каменная маска. Может, пощелкать пальцами перед его носом?
Да вот только сама не могу даже шевельнуть рукой.
– Точно мой, – утвердительно говорит он.
– Ну, я больше ни с кем тогда, – пожимаю плечами. – Да и работы много было. Ой, в общем, вы меня поняли.
Ну вот, беру и признаюсь в таком. Даже неловко стало. Хотя куда еще? Он же сам тогда, а я повелась. Так что беременность – ответственность двоих человек. Надеюсь, что Игорь это понимает.
Жду его ответа с замирающим сердцем.
– Хорошо, – говорит он.
Слишком спокойно. Ну, я и не рассчитываю, что он сейчас кинется ко мне с объятиями и кольцом. Пусть хоть переживет эту новость.
Утыкаюсь в тарелку, гипнотизируя крошки. Рука скользит по животу.
– Но ничего страшного. Я и сама могу с ребенком. Мне от вас ничего не надо такого. И окольцевать вас, если что, я тоже не хочу. Просто считаю, что вам надо знать, – продолжаю я. – А я молчать больше не могу.
– Почему раньше не сказала? Я про сейчас.
– Собиралась с мыслями. Все же и про вас ходят разные слухи.
Игорь иронично приподнимает бровь.
– Какие же?
Я густо краснею. По телу пробегает дрожь. Становится страшно. Я же не могу ему в лоб сказать про слухи о его бандитской деятельности. Если она вообще есть.
– Ну, что вы с многими женщинами. А если у вас есть невеста, то тут такое. Нет, я ни в коем случае никому ни слова, – тут же говорю я.
Понимаю, что звучит это очень наивно. Так не должно быть вовсе. Но главное я сделала – сказала ему о ребенке. И вновь улыбаюсь. А Игорь смахивает случайным движением вилку со стола.
Звон раздается рядом со столом. Что-то у нас все в последнее время то падает, то еще что.
Но по привычке я тоже тянусь за упавшей вещью.
Наши руки вновь соприкасаются. Точно так же, как и в кабинете до этого. Только я никуда не заваливаюсь, и меня не хватают за грудь.
Зато его рука сжимает мою, вызывая по телу мурашки.
Я поднимаю на него глаза, вновь сталкиваясь с темным взглядом. Опять! С тем самым, что и сегодня у меня дома.
Игорь смачно ругается. Я чуть уши не зажимаю от этого потока. Так и замираю с открытым ртом, на который скользит взгляд Игоря. Сердце начинает отбивать чечетку, не понимая, то ли радоваться, то ли просто болеть. Но ощущения такие, будто туда суют раскаленную кочергу. Горит все внутри. Распирает от непонятного чувства.
– Прости, карамелька, – на его лице расплывается улыбка. – Я просто пока не знаю, как реагировать на такую новость.
– Да, понимаю. Мы давно не виделись, а я тут так…– тут же говорю я.
Горечь собирается в горле. Я понимаю, что нельзя тут ждать никакой любви и свадьбы. Вообще ничего не надо ждать с ним. Не будет ничего такого. Но где-то глубоко в душе ведь хочется. Глупо так влюбляться, когда просто на одну ночь было. Глупо. И не люблю я его… Просто помню. И как хорошо было – тоже помню. Не смогла тогда больше ни с кем. Не должно же быть так. Но все равно есть. Только о нем и думаю. Еще больше, как завороженная.
– С такой новостью, – все же заканчиваю.
В горле сухо. А взгляд не могу отвести от его глаз. В них просто плещется коктейль эмоций. Темные такие. И не понимаешь, что в них? О чем он сейчас думает вообще?
Не понимаю, кто первый к кому тянется. Но точно могу сказать, что Игорь дергает меня на себя. Впечатываюсь в него, а его губы – в мои.
Жесткий поцелуй. Подчиняющий. Властный. Но в то же самое время его руки почти не сжимают, а плавно водят по моему телу. А я поддаюсь! Сама сказала, что подобного не будет, и в первый же день сдаюсь. Вот же Анька, молодец.
И не могу остановиться. Обвиваю руками его шею и отвечаю, поддаваясь той страсти, которую мне дарит он.
Грабли такие грабли. Ничему меня не учат. А чем больше я буду его целовать и поддаваться, тем сильнее буду привязываться к нему.
Так нельзя. Нужно остановиться. Потом будет слишком больно. Он ничего не обещает. Ничего не говорит. Хотя как говорить, когда его язык вытворяет такие грязные вещи в моем рту?
И даже после такой новости. Но ведь он уйдет. Уйдет, как полгода назад, оставив меня одну. Пусть я тогда и сказала, чтоб ушел и никому не говорил. Сама чуть ли не выгнала. Но, по правде говоря, завтраком накормила. И помню, как сидел и смотрел Игорь тогда, как жарю ему яичницу. Взглядом темным, возбужденным.
Просто я неопытная была. Не заметила, что поиграли со мной. И сейчас играют.
И все же нахожу в себе силы оторваться от него.
– Нет, – говорю я и упираюсь рукой в его грудь.
Хотя какое нет? Когда мне хочется, чтоб да. Безоговорочное да.
Мы тяжело дышим, глядя друг на друга.
– Я же говорила, что нет, – и смотрю на свою руку, будто не верю, что отталкиваю его.
Игорь тоже переводит на нее взгляд. Время будто останавливается. Я чувствую сбившееся биение его сердца. И не понимаю, чего мне ждать.
– Это странно, – выдает он.
– Что? – хрипло выдыхаю одно слово.
– Дурею с тебя, карамелька, – говорит он и опускает взгляд. – Понимаю, что столько не виделись, а ты оказалась с таким сюрпризом. Неожиданным. И все равно тебя хочу. И подумать надо, как дальше.
И вновь взгляд, как пуля, устремляется на меня.
Давит. Завораживает. Обещает.
– Я не претендую ни на что… Просто у ребенка должно быть двое родителей. Он же должен знать или нет? Если нет, то вы нас больше не увидите. Город большой…
И все равно он меня не слышит. Его пальцы поглаживают мои. До мурашек по всему телу.
– Я же сказал. Я тебе помогу. Если ты здесь из-за этой крыши, то с нашим общим ребенком я тебя точно не выставлю за дверь.
В глазах собираются слезы. Ведь не будет у нас ничего большего. Ни свадьбы, ничего. Я точно ему не пара. Это я уже понимаю.
Я киваю. В ушах звенит.
Взгляд мужчины опять темнеет, а я срываюсь.
Подскакиваю на ноги и сбегаю из зала. Горячий взгляд устремлен мне в спину.
Сама не помню, как добралась до комнаты. Только когда замок щелкает, я прижимаюсь спиной к двери. Сердце лихорадочно бьется. Я все еще ощущаю вкус его губ. Мои же горят.
Это все похоть. У него в голове только она. Ему плевать на меня и ребенка. Он играет сейчас в спасителя. Приютил нас, спасает от бандитов, да и только. А вот сейчас, наверное, хочет закрыть свой какой-то гештальт и трахнуть беременную. По-дикому, звериному. Даже когда узнал, у него все равно мысли в ширинке оказались. Кобель похотливый. А я ведь чуть не сорвалась. Благо, что хватило смелости сбежать.
И все равно вновь прокручиваю все в голове. Потому что ярко. Сейчас даже ярче, чем было.
Все тело горит, требуя развязки. Хочется опять позволить Лесницкому многое. Но я должна сопротивляться. В конце концов, мы же не животные какие-то.
И все равно мне не дает покоя происходящее. Как долго все это продлится?
Я имею в виду тех типов. И что в действительности делать с фирмой, если это правда, что мы платим им мзду какую-то? Как в старые времена. За крышу. Ох, тяжело.
И мать тут с этими проблемами, и Игорь вот такой. Настолько желанный, настолько и далекий.
Ведь не будем мы вместе. Это сейчас ему интересно. Удовлетворится в очередной раз и сбежит к другой юбке.
Глава 10
Заснуть этой ночью становится не так легко. И место чужое, и произошедшее никак не вылетает из головы. Но я сделала все правильно. Отец ребенка знает о нем, и это главное. Зато из головы вмиг вылетают все страхи насчет Лесницкого. Не отберет же он у меня ребенка. Так что все будет хорошо.
Но волнует меня больше реакция на Игоря. И его на меня. Его темный взгляд так и преследует меня. Даже когда я спать ложусь. Все равно тело фантомно ощущает его касания. Сердце то и дело заходится в лихорадочном биении.
Волнует меня все, что происходит. И волнует неопределенность. Но когда возникают такие моменты, я тут же переключаюсь на то, что сейчас самое главное – это ребенок. А здоровый ребенок – это когда здоровая мать. Так что следует думать о том, как сделать так, чтоб хорошо было моему малышу.
Нужно меньше нервничать. Я вспоминаю, что мне моя врач советовала центр для беременных. Там и йога, там и психологическая подготовка, бассейн и так далее есть. Надо бы попробовать туда походить. А то я кручусь с работой – и только.
Поэтому первое, что я делаю с утра – записываюсь в центр. У них как раз открыта группа.
Понимаю, что меня могут преследовать, но не думаю, что кто-то будет трогать беременных женщин. Тем более клуб элитный. Стоимость занятий дороговатая, но я решаю, что мне оно нужно. В конце концов, на одной диете далеко не уедешь, а мне бы еще понимание, что делать до родов, что после родов, как дальше быть.
Так я и решаю, что это звучит чудесно.
На завтрак меня зовут служанки. Сегодня я могу позволить себе работать из дома. До ближайшего корпоратива всего пару дней. А сегодня можно направиться в разведку в центр беременности.
Завтрак приносят в тот же зал, где мы вчера сидели с Лесницким. Я постоянно смотрю в телефон, отвечая на сообщения заказчиков и исполнителей. Опять заболела одна аниматор, которая должна выступать на одном из моих заказов. Я тяжело вздыхаю. Опять искать других.
Рядом слышится шорох. Вздрагиваю.
– Доброе утро, – раздается хриплый низкий голос рядом.
Темный взгляд устремлен на меня.
– Доброе утро, – улыбаюсь я.
– Как спалось на новом месте? – спрашивает Игорь, садясь на свое место во главе стола.
– Прекрасно, – отвечаю ему.
На мужчине футболка, обтягивающая его мышцы, и черные спортивные штаны. Вроде сегодня будний день, а он не выглядит как человек, который поедет в офис. Слишком расслабленный и по-домашнему одетый.
– Это здорово, – улыбается Игорь.
А взгляд пристальный устремлен на меня.
– Вы сегодня не работаете?
– Я всегда работаю. Могу себе позволить иногда и дома, – тут же отвечает он. – Карамелька, давай на “ты”.
Я киваю. Да, так проще.
– Понимаю. У самой такое же, – показываю на разрывающийся сообщениями телефон. – Клиенты.
Игорь скользит взглядом к моему телефону.
– Конечно. Тут связь хорошая, проблем у тебя не будет, – говорит он.
– О, а я записалась в один центр. Для беременных, – тут же продолжаю, теребя салфетку на столе. – У меня просто машина в ремонте. Сюда такси ездит?
Игорь на секунду задумывается. Его взгляд то и дело опускается на живот.
– Не проблема. Я выдам тебе водителя, который будет с тобой, – усмехается Лесницкий.
– Спасибо. Даже не знаю, как тебя отблагодарить, – говорю я.
– Знаешь… Продай мне свою фирму, – лениво отвечает Лесницкий.
Шок. Страх. Ужас.
То, что я испытываю после его слов. Даже полнейшее неверие. Комок застревает в горле. Пытаюсь его сглотнуть.
– Продать фирму? – руки начинают подрагивать.
– Я был бы не против купить вашу фирму, – спокойно говорит Игорь, глядя на меня.
Ну точно не по доброте душевной он меня сюда позвал. А вчера в моей квартире – это переговоры были?
Терять независимость не хочется.
– Нет, – тут же отвечаю я.
Руки опускаются на живот. Ну не выгонит же он нас? Или да? Так, неважно. Если вот сейчас скажет, чтоб я уходила с ребенком – я уйду. Даже просить его ни о чем не буду. И корпоратив для “Кондитре” тем более делать не буду.
Мое движение не скрывается от Игоря. Взгляд его останавливается на моем животе.
– Договоримся на приемлемых условиях, – говорит Игорь, поднимая глаза.
– Это как-то слишком. Мы точно не планируем продаваться, – отвечаю я, поглаживая ладонью живот.
Когда становится нервно, я всегда так делаю. Лесницкий тяжело вздыхает. На его лице появляется серьезность, а расслабленность тут же исчезает. Передо мной теперь предстает бизнесмен, который готов заключать сделки, давя на своих партнеров.
– Вы будете работать больше и больше, но никак не сможете выплатить долг. Ладно, просто обдумай. Могу со своей стороны предложить такой договор, где для вас ничего не изменится. Будете работать, как обычно.
Я лишь качаю головой. Понимаю, о чем он. Наша “охрана” может что угодно сделать. Опасные они.
– Вот значит, оно как и зачем ты меня сюда позвал, – все же говорю я.
Игорь закатывает глаза.
– Нет, карамелька. Не для покупки вашей фирмы. Конечно, я понимаю. Ты можешь обдумать. Но я от своих слов не отказываюсь. Я могу вашу фирму взять под свой контроль, и никто не будет больше вас тревожить, – продолжает Игорь. – Я просто думал над тем, как обезопасить вас.
Я лишь моргаю, глядя на него.
– Нет. Точно нет. Это фирма моего отца, и я буду с ней до конца, – четко говорю я.
– Я не собираюсь снимать тебя с должности, – продолжает Игорь.
Я качаю головой. А то я не знаю. Это сейчас он так говорит, а через время решит подарить какой-то любовнице фирму, и вот на тебе. Тут уж точно о таком не хочу и разговаривать.
– Нет. Я не собираюсь ее продавать, – повторяю я.
Игорь мягко улыбается, а взгляд такой, будто меня мелко шинкуют. Нет, тут ничего такого, что я себе напридумывала. Просто бизнес.
– Ладно. Когда в центр поедешь? – спрашивает он, сам переводя тему.
Вот только думается мне, что вопрос с продажей Фортуны далеко не первый.
– Ой, у меня сегодня на четыре, – говорю я. – Значит, где-то в три надо будет выехать.
Игорь кивает и что-то печатает в телефоне.
– Сегодня твой водитель – Владимир. Будет ждать тебя снаружи.
– Спасибо, – вновь говорю я, ощущая жуткую неловкость.
Но все равно. Несмотря на происходящее, я не могу продавать свою фирму ему. Нет, точно нет. Думаю, что так и так надо решать вопрос с этими бандитами. Но для этого надо разговаривать с матерью. А так не хочется. Хотя понимаю, что надо. Затягивать нельзя. Вскоре появится малыш.
– Ладно, если что, я у себя, – говорит Игорь после завтрака. – Будет что-то нужно – обращайся или ко мне или к служанкам.
Я киваю ему и возвращаюсь в свою комнату.
До трех я занимаюсь работой. И с трудом вспоминаю, что мне надо ехать в центр. Ну как вспоминаю, в дверь настойчиво стучатся.
Моим водителем оказывается мужчина средних лет. Мы здороваемся с ним. Немного неловко становится, что я забыла про то, что нужно ехать. Но совсем неловко становится, когда я вижу внедорожник, который мне выделяет Лесницкий. Дорогая машина. Очень.
Зато в дороге очень приятно ехать на ней. Даже типичные ямы и выбоины не так воспринимаются. Гладко едет машина по трассе.
Водитель лысый, хмурый и необщительный. И вообще выглядит как внушительный шкаф. Зато когда начинает говорить, то у меня начинают трястись поджилки. Глубокий бас, как из глубин ада. Еще и шрам на пол-лица. Не хотелось бы с таким увидеться в темной подворотне. В общем, не водитель, а какой-то робот-человек. Страшно с таким. Как взглянет исподлобья, так сразу в туалет хочется.
Всю дорогу я думаю только о Лесницком. Непонятный он для меня. То приглашает к себе с добрыми намерениями, то выясняется, что фирму купить хочет. И судя по всему, не то я о нем думала. Не бандит он. Зато бизнесмен такой, что просто так не упустит своей выгоды. Значит, ему нужна моя фирма. Но опять же – это потому что сейчас он ко мне хорошо относится, а что будет дальше – неизвестно.
И меня это пугает. До дрожи. Я не понимаю, что делать дальше. Я только и могу, что работать по инерции. Да и только.
Хотя такой выгодной сделке обрадовалась бы мама. Мне иногда кажется, что она спит и видит, как бы повыгоднее избавиться от фирмы. Ну или получать с нее больше. Непонятно. Так что пока ей сообщать такую радостную новость я не собираюсь точно.
Да и вообще продавать не собираюсь!
Добираемся по адресу довольно быстро. Это огромный детский центр. Курсы для беременных находятся на первом этаже. Рядом еще магазины для детей, а на верхнем этаже детская зона.
Столько шума тут. Детские голоса, матери, которые ведут их на площадки. В общем, очень пугающе. Ведь у меня тоже будет ребенок. И тоже придется вот так его тащить в сторону магазинов и упрашивать купить хоть что-нибудь. А если будет девочка? Тогда определенно будет маленькой принцессой. А если мальчик? Я кошусь на машинки на витрине одного из магазинов.
УЗИ по определению пола я только планирую сделать, хотя хотела оставить интригой.
Впрочем неважно, кто будет. Главное, что я все равно буду любить своего ребенка. Нашего с Лесницким. Сердце вновь щемяще вздрогнуло.
Я подхожу к рецепции центра для беременных. Подхожу к серой стойке с рассыпанными на ней флаерами.
Стены ярко-желтого цвета с наклеенными на них постерами с беременными и счастливыми девочками, позади которых стоят мужчины. Есть плакаты и с просто текстом. Я невольно пытаюсь прочесть, что там написано, но буквы слишком мелкие. Только улавливаю, что там что-то про правильные роды и про перечень занятий курса.
Улыбчивая администратор в белой блузке встречает меня.
– Добрый день.
– Добрый, – отвечаю ей с улыбкой. – Я сегодня по телефону записалась на четыре часа.
– Сейчас проверю, – говорит девочка и начинает что-то щелкать на компьютере, стоящем за стойкой. – Анна Владимировна Михайлова?
– Да, так.
Девочка что-то еще щелкает.
– Вот, заполните анкету, – протягивает мне бумажку. – А ваш партнер когда подойдет?
По телу пробегает дрожь. Я густо краснею.
– Партнер? – переспрашиваю ее.
– Да, это парные занятия.
– Оу, а я же на одиночные записывалась, – тяну я.
– Набор на одиночные закончился. Но вы можете на парные приходить… Это то же самое.
– Хорошо. Парные так парные, – отвечаю я, задумываясь.
– Конечно, первое занятие лучше с кем-то, – говорит она. – Дальше поймете, сможете сами.
Вот что-что, а я не представляю, как говорю Лесницкому, что нужно ходить на занятия со мной. Да он ни за что не согласится!
Глава 11
Я тянусь к телефону. Палец замирает над новым номером телефона Игоря. Так и представляю, как ему звоню и прошу приехать в зал. Да и вряд ли такой бизнесмен, как он, может таким заинтересоваться.
– Вы можете и одна пройти, – говорит администратор. – Или я вас запишу в другую группу на завтра. Правда, там людей больше ходит.
Я тяжело вздыхаю. Даже если я сейчас наберу Лесницкого, то он не успеет приехать к началу занятий. А так хочется начать именно сегодня, а не ждать не пойми чего.
Зато у меня есть водитель – Владимир.
– Я сейчас, – говорю администратору.
Вылетаю из центра и несусь на парковку. Часы тикают. Остается буквально несколько минут до начала.
Притормаживаю у машины.
Стучу по стеклу. Оно опускается. Первым делом в глаза бросается телефон в руках Владимира. На экране светится какая-то цветная игра “три в ряд”. Я даже подвисаю немного. Просто он такой суровый – и тут такая игра. Так что в декорациях центра для беременных он не будет выглядеть слишком инородно.
– Владимир, вы мне можете помочь? – спрашиваю его, склонившись над окном машины.
На улице уже не так жарко. Солнце уже прячется, но еще чувствуется жар остывающего дня. Прохладный воздух скользит по коже из кондиционера, включенного внутри иномарки.
– Чем? – излишне грубо спрашивает водитель, переводя на меня суровый взгляд.
– Вы не могли бы меня сопроводить на занятия? – спрашиваю его.
Я как представлю эту глыбу рядом с собой в окружении цветочков и мимишных картиночек этого центра, так на смех пробивает.
Но я смотрю в суровое лицо водителя Лесницкого. Он как каменная глыба, на которой не высечено ни одной эмоции. Понимаю, что это слишком нагло с моей стороны, и сама виновата, но что поделать. Завтра на курсы я не могу. Нужно будет договориться насчет очередного корпоратива. И что-то мне кажется, что все будет надолго. Так что завтра я точно не смогу сходить на занятие.
На лице Владимира проскальзывает истинное недоумение. Брови сходятся, на лбу появляются морщины. Даже шрам становится не таким зловещим.
– На занятия? – переспрашивает он.
– Да, там остались только групповые парные, – умоляюще смотрю на него.
Суровый взгляд скользит по моему лицу.
– Да мне нельзя. Я же вас тут жду, – басит грозно он.
Я аж нервно сглатываю.
– Ну пожалуйста, – вновь прибегаю я к приему улыбки.
После него сложно мне отказать.
– Так давайте я Игорю Константиновичу позвоню, – говорит он.
Его огромные пальцы замирают над дисплеем с игрой. Он тычет туда будто в панике. М-да, вот не думала, что такого мужчину можно напугать простой просьбой.
– Но ведь он далеко, и пока сюда приедет, то уже все закончится, – вновь тараторю я. – Пожалуйста. Это всего лишь одно занятие, – чуть ли не прыгаю перед ним.
Тот затравленно смотрит на меня, будто я его на пытки зову. Хотя, думаю, от последнего он сам бы не отказался, если б делал сам.
Никогда бы не подумала, что в человеческих глазах может скопиться столько страха.
– А может, не надо? – переспрашивает он.
– Я доплачу.
Владимир вмиг становится хмурым.
– Вот этого тем более не надо.
– Пожалуйста. Там одно вводное занятие, и все, – вновь хлопаю ресницами.
Водитель кладет телефон в карман.
– Ладно, идемте.
Я чуть ли не подпрыгиваю на месте. Просто прекрасно.
В центр мы идем вместе. Немного неловко, но что поделать. На Владимира тут же устремляются женские взгляды. Ох, я как-то не подумала о том, что могу напугать какую-то беременную девушку видом своего водителя. Но нет. Кажется, что их взгляды, наоборот, становятся заинтересованными.
Странно как-то. Он же страшный с виду. Нет, может, в душе хороший человек. Точнее, точно хороший. Все же идет мне навстречу. Так что душа точно отличная.
Первое впечатление администратора насчет Владимира – выпученные глаза. Она недоуменно переводит на меня взгляд.
– Это мой спутник, – говорю я, показывая на водителя.
– Хорошо, – кивает та. – Давайте я вас провожу. А у спутника сменная обувь есть? Если нет, я дам тапочки.
Я киваю. Действительно нет.
– Я сейчас, – басит Владимир и выходит.
Пока его нет, я заполняю анкету и передаю ее администратору. Правда, вызываю у нее в очередной раз удивление, потому что в графе имя отца ничего не прописываю. Ну, объяснять ей, что да как, меньше всего хочется. Главное, что и она понимающе отмалчивается.
Вскоре водитель возвращается со спортивной сумкой на плече. На мой немой взгляд получаю ответ:
– Я после работы в клуб хожу.
Я киваю. Вот и славненько. Хотя бы занятие первое будет нормальным.
И все равно понимаю, что с началом занятий все не так. Я-то думала, что там просто проведут инструктаж и лекции, но нет! Там упражнения, которые нужно выполнять вместе со своим партнером! Ладно еще партнеру там приседать или отжиматься. Так нет. Нужно помогать.
Тренером оказывается светловолосый мужчина лет тридцати пяти. Симпатичный на вид. Даже не скажешь, что он ведущий специалист, но именно таким он и оказывается. Что ж. Тут не стоит зацикливаться, что это не мужское дело – заниматься женским организмом. Но понимаю, что мужчина может щепетильно подойти к этому вопросу.
– Что вы боитесь держать свою женщину? – обращается тренер к нам.
Владимир как каменная статуя застывает на месте, боясь даже притронуться ко мне. Его руки невесомо близко, что я чувствую жар и волнение, исходящее от него.
– Касайтесь меня, – шепчу ему, когда тренер отходит от нас к соседней паре.
– Да я как-то это. Боюсь. Вы же беременная, – отвечает он мне.
У него, бедненького, даже пот стал проступать, а мне в ноздри ударяет излишне острый запах. Фу. М-да, не Лесницкий он.
– Да чего бояться? Это все ради тренировки.
– Понимаю, но если притронусь, мне потом… короче, голову оторвать могут.
Я замираю.
– Кто?
– Дак начальство, – вновь говорит он.
– Так, ребятки, меньше разговариваем, больше занимаемся, – доносится в нашу сторону от тренера.
– Давайте, – тут же надавливаю я на Владимира.
Вот оно как. Значит, начальство сказало ко мне не прикасаться. Улыбка появляется на моем лице.
Водитель же неловко берет меня за талию в том месте, куда показывает тренер. Тут нужно выполнить упражнение для дыхания. Потому приходится прогибаться в пояснице.
И все равно ощущаю, что что-то не так. Не тот мужчина, не тот запах, не те касания. Все не то. Но сейчас неважно.
Тренер показывает еще немного упражнений. В основном на спину, на дыхание. И столько нюансов. И чтоб спина не болела, и чтоб рожать было удобно, и чтоб растяжек не было. Следом еще и курс про правильное питание для беременных. Кто-то даже тяжко вздыхает из-за нагрузок.
Я же радуюсь. Давно хотела хоть немного напрячься. А потому даже записываю по возможности то, что говорит тренер.
Все для меня важно. Зато Владимир уже раскраснелся и запыхался.
Даже немного неловко, что я его так вытащила с собой.
Но все же Владимир собирается с силами и уже уверенней кладет руки мне на талию и помогает в упражнениях. Я же исполняю все то, что говорит тренер. Постепенно становится тяжело. Тело начинает ныть, но я упорно продолжаю все делать. Не могу иначе. Еще и Владимира приходится подбадривать.
Но мы справляемся. До самого конца занятий все проходит как по маслу. Уставшая и довольная, я радуюсь, что справляюсь с нагрузкой.
Но не по своей воле начинаю представлять рядом с собой Лесницкого. Что это он сжимает и помогает мне. Хотя понимаю, что он со мной точно не будет таскаться по занятиям для беременных. Будто есть ему дело до такого.
И все равно моя неуемная фантазия рисует рядом не Владимира, а Игоря. Фантомно ощущаю его руки, поддерживающие и скользящие по мне. Меня вновь бросает в жар. Кровь будто закипает в венах. Щеки наливаются румянцем. Слишком остро и слишком ярко я начинаю представлять себе.
Ох, все, хватит представлять себе Лесницкого в общественных местах.
– Вы прекрасно постарались, – говорит тренер после окончания тренировки.
Эту фразу он говорит всем уходящим с его занятий. Даже нам. Мы уже поравнялись с ним.
– Спасибо вам огромное.
– Будем рады вас видеть вновь.
– А мне можно будет одной заниматься? – спрашиваю я и улыбаюсь ему.
Тренер обводит меня взглядом и тоже дарит улыбку в ответ.
– Конечно, вы можете приходить одна, если ваш партнер не может. Но все же лучше, чтоб вникали во все вместе. Чтоб ваш партнер понимал, что вам тяжело. Ведь у вас появилась лишняя нагрузка на ваше тело. Через какое-то время мы обсудим важный аспект: секс при беременности.
Степень моей красноты, наверное, уже достигает Марса.
– О, это не мой партнер. Просто сегодня помочь согласился, – тут же говорю я.
Вижу, что глаза тренера вспыхивают заинтересованностью. Брови приподнимаются.
– Ладно, – говорю я. – Спасибо, мы пойдем.
– До новой встречи, – говорит он.
Мы выходим из центра. Я быстрым шагом направляюсь к машине. Владимир за мной.
Воздух все еще слишком теплый. Или это у меня после тренировки такое отношение к температуре.
Сажусь в машину. Там еще жарче, но Владимир включает кондиционер.
– Боже, как здорово, – довольно говорю я.
Водитель сжимает руль.
– Это, – начинает он. – Анна Владимировна, а можно кое-о чем попросить?
– Да, конечно.
– Только не говорите нашим, где я был сегодня и что делал.
– Игорю Константиновичу? – тут же хмурюсь я.
– Ну, охранникам там, – поясняет он. – Просто сами понимаете. Там все такое розовенькое и так далее.
– А-а, – тяну я. – Ладно, не вопрос.
Владимир заводит машину, и мы трогаемся.
Внутри все трепещет, а в мышцах приятная тяжесть. Вот чувствую, что будет крепатура, но ничего страшного. Переживу.
В доме, кажется, совсем никого нет. Владимир не идет за мной, остается с машиной. Зато в доме такая пустота, что любое движение может вызвать эхо.
Благо свет включается системой “умный дом”, что реагирует на движение.
Вхожу в комнату, принимаю душ и укладываюсь спать.
Вот только поутру ощущаю сильнейшую крепатуру. Ох, кажется, перестаралась вчера.
Глава 12
Ноги будто свинцом налиты. Только опускаю конечность на пол, как тут же чувствую острую боль, прострелившую мышцы.
– Ой-ой, – стону я.
И это я сегодня планировала в офис поехать с маман поговорить. Правда, должна была еще вчера, но перенесла на сегодня. А тут опять, видимо, все будет откладываться. Можно и домой к ней съездить, но нет. Так, ладно. Ничего страшного. Боль в мышцах пройдет.
Ой.
Я вновь пытаюсь подняться. Так, две ноги спущены на пол. До туалета я иду со скоростью черепахи. То и дело тело простреливает боль. Плохо, очень плохо.
Уже думаю попросить, чтоб мне завтрак в комнату принесли, но лучше не надо. Насколько знаю, крепатура не приговор, с ней жить можно. Потому растираю особо закаменевшие мышцы. Аж не верю, что для беременных занятия с такой физической нагрузкой.
Жар от растирания распространяется по телу. Становится немного легче.
Потому собираюсь с силами и выхожу из комнаты.
Я даже начинаю подмечать, что Игорь завтракает и ужинает в одно и то же время. График. Мне такого точно не хватает. Иногда ем по пути на работу или перехватываю где-то в кафешках. В общем, всегда в бегах. А тут всего второй день, и уже начинаю выходить по времени на завтраки, обеды и ужины.
В зале Игоря еще нет. Да и вчера вечером мы тоже не виделись.
Самого же Лесницкого я встречаю в коридоре. Хоть и стараюсь торопиться, но, завидев знакомую фигуру – торможу. Мышцы ног вновь простреливает боль. Морщусь, но тут же улыбаюсь, когда Игорь подходит ко мне.
– Доброе утро, – слышится его голос.
Лесницкий в строгом костюме входит в зал.
Я невольно любуюсь им, подмечая, что офисные вещи ему идут еще как. И не хуже подчеркивают его фигуру. Да ему все идет.
– Доброе утро, – говорю я и улыбаюсь. – Как твои дела?
– Отлично, – отвечает он, обводя меня взглядом.
И как-то слишком задерживает его на животе. Так и хочется спросить, а что он думает насчет нашего будущего ребенка? Но не решаюсь.
– Как прошли тренировки?
– О, здорово. Мне Владимир помог.
Игорь вмиг напрягся.
– А, ну да. Он хороший водитель с большим стажем вождения, – тут же говорит Лесницкий. – К тому же владеет боевыми искусствами. Так что бояться рядом с ним нечего.
Я похлопала ресницами. Ну да, действительно. Я точно под надежной защитой. Хотя Владимир просил не говорить другим парням про то, что он был в центре для беременных.
– О, это точно.
– Не за что. Твоя безопасность сейчас превыше всего, – продолжает Игорь, не сводя с меня взгляда.
Сердце трепетно бьется в груди. Так приятно, что он заботится обо мне.
– Спасибо.
– Идем на завтрак, – Игорь протягивает руку, пропуская меня вперед.
Я киваю. Только делаю шаг, как тело вновь простреливает боль. Слегка стону от боли, пока иду.
– Что такое? – тут же спрашивает Игорь.
Он так близко, что я чувствую тепло, исходящее от него. Жар проносится по телу. Низ живота тяжелеет. Ох, мне еще возбуждения к крепатуре не хватает.
– Да все в порядке. Просто после тренировок немного мышцы болят, – поясняю я.
– Я уже думал, что что-то не то с животом, – тут же говорит Игорь. – Ты, если что, сразу говори.
– Конечно, – отвечаю ему.
– И еще, Аня, может, лучше, чтоб тренеры сюда приезжали? – спрашивает Лесницкий внезапно.
– О, нет. Что ты. Не надо, – тут же говорю я.
Мы все еще медленным ходом бредем в зал на завтрак.
– Аня, – Игорь резко останавливается и поворачивается ко мне.
В коридоре не так много места, и мы слишком близко находимся друг к другу. Температура тела повышается. Щеки краснеют. Мурашки пробегают по телу от его близости.
И не сбежать, как в прошлый раз.
– Да?
– Ты можешь ко мне обращаться по любому поводу, если есть какие-то проблемы, – четко проговаривает он, а мой взгляд опускается на его губы.
Перед глазами тут же вспыхивают картинки, как он целовал меня. Не только в губы, но и внизу.
Мне определенно нужна разрядка.
– Пока все в порядке. Ну и цену, что ты назвал, я не могу заплатить. Поэтому давай так. Я тебе не мешаю. Езжу в центр, к своим врачам и на работу. Только и всего, – говорю я, стараясь придать голосу серьезность. – К тому же может попасть в прессу, что ты живешь с беременной девушкой. Лишний шум.
Но тяжело, потому что все проговариваю хрипло.
Игорь стискивает зубы.
– Ты мне не мешаешь. Ты носишь моего ребенка. Я тоже несу за него ответственность. И беспокоюсь, чтоб было хорошо.
Я киваю. Верю ему. Он всегда был честен со мной.
В груди будто разгорается сверхновая, грозящая взорваться пламенем. Мне становится очень легко. Улыбка появляется на губах. И Лесницкий отвечает мне такой же улыбкой.
К матери я решила не ехать, да и она не собирается выходить со мной на связь. Лишь в корпоративном чате раздает задания. Даже не пишет мне. Видимо, даже не в курсе, где я и что я. Да и плевать ей – что на меня, что на внука. Она же знает, что на меня вчера наезжали. Или не думает об этом? То есть для нее это норма!
Я гипнотизирую ее номер телефона. Но нет. Зинаида Павловна даже не соизволит написать! Ладно.
Подумала, что идти до комнаты мне немного тяжеловато, а потому решила усесться в зале на огромный диван, что стоит возле камина. На нем очень мягко и удобно. Так мне кажется по началу, но вскоре начинают затекать ноги и спина. Иногда по залу пробегают уборщицы.
Занимаюсь работой до самого вечера. Тут же и ем в течение дня. Мышцы как налитые, неприятные ощущения не проходят. Я даже расхаживаю взад и вперед, но и это не помогает. Ужас просто.
Но ничего. Сдаваться не хочу.
Под вечер уже ноют плечи. Все же сидение на неудобном диване дает о себе знать. Подхожу к окну, откуда открывается великолепный вид на сад. Красиво там. Если будет не так жарко, то можно будет прогуляться там. Уверена, что у Лесницкого там и гриль есть где-то. Я потягиваюсь и выгибаюсь, как в одной позе йоги, которую тренер показывал для расслабления затекших мышц.
Делаю разминку. Голова поднимается вверх, к белому потолку. Руки за спиной в замке, и я вытягиваю их назад.
– Все в порядке? – слышится голос Лесницкого.
Я тут же опускаю руки и оборачиваюсь в его сторону. Мужчина в футболке и спортивных штанах.
– О, ты вернулся, – говорю я. – Да я тут работаю в зале. Ой, а я уже поужинала. Да и доделать кое-что надо.
Перевожу взгляд на диван. Игорь смотрит туда же.
– Я на встрече поужинал, – хрипло говорит Лесницкий, вновь глядя мне в глаза. – Как ты себя чувствуешь?
– Уже получше.
Мужчина надвигается на меня.
С каждым его шагом мне становится жарче. Он идет медленно и расслабленно. Походка уверенного в себе человека. Я же засматриваюсь на его красивое лицо. Внутри клубится приятное чувство, когда он подходит все ближе. Я думала, что устала после работы, но рядом с ним опять появляется легкость.
И все же мне стоит быть настороже. Он же это все ради ребенка делает. Наверное. Вряд ли я ему нравлюсь.
– Я рад, – лениво, медленно говорит Лесницкий, обводя взглядом мое лицо и останавливаясь на губах. – Ты хоть снаружи была сегодня?
– А, нет. Хотя сад очень красивый, – показываю рукой за окно.
– Хочешь пройтись? Уже не так жарко, – говорит он.
– Можно, – киваю я.
Делаю шаг первой, а тело вновь простреливает боль крепатуры. Морщусь и невольно постанываю.
– Все еще болит? – спрашивает участливо Игорь.
– Уже не так сильно, как с утра. Да и при ходьбе становится легче. А если размять, – тут же говорю я и опускаю ладони на ноги.
Начинаю немного массировать мышцы.
– Помочь? – слышится хриплый голос Лесницкого.
Приподнимаю голову. Смотрю на него снизу вверх. Сглатываю комок, застрявший в горле. Глаза Игоря вмиг темнеют. И смотрит так. Властно. Возбуждающе.
Вот не хватает мне полноценной развязки. Но и не могу же я ему сказать о таком! Или еще хуже – самой на него запрыгнуть.
– Нет, – выталкиваю из себя слово.
Мой голос звучит еще ниже. Между нами воздух будто наэлектризован. Коснись – и точно получишь заряд по телу.
– Как хочешь, – пожимает плечами Игорь. – Идем.
Я киваю. Жар расплывается по размассированным ногам. Становится легче, но ненадолго. Я вновь стону от боли, на этот раз выпрямившись. Вот точно разваливаюсь. А я еще молодая, чтоб как старуха кряхтеть.
– Так, – Лесницкий подхватывает меня за руку.
– Да все нормально.
– Ага, – бурчит он и очень медленно ведет меня к дивану.
Там помогает усесться, не сводя взгляда с моего лица. Затем выходит из зала. Я недоуменно смотрю ему вслед. А рукой тянусь к ноутбуку. Там быстро закрываю всю работу. Хотя вижу, что пишет что-то ведущий, но уже завтра ему отвечу. Нет времени сейчас. Тем более Лесницкий уже возвращается в зал.
Сам же садится на корточки передо мной.
– Где болит? – спрашивает он.
И вроде сидит, но такой высокий, что наши лица почти на одном уровне.
– Тут, – показываю на бедро.
Игорь выдавливает из тюбика мазь, а затем касается моих ног. Прохладная субстанция при соприкосновении с кожей вызывает мириады мурашек. Жесткая мозолистая ладонь ложится сверху. Вздрагиваю, когда Игорь начинает ее медленно растирать. И все это, глядя мне в глаза.
Острый мятный запах распространяется по залу.
– Что ж у вас там за занятия такие были? – усмехается он.
А взгляд все равно внимательный. Его пальцы сжимают кожу, массируют ее и поглаживают.
– Групповые, – тут же отвечаю я и морщусь, когда он излишне сжимает.
Игорь вновь смотрит на меня.
– Большая группа? – спрашивает он.
Теперь массирует не так грубо и не так жестко. И все равно очень и очень приятно.
– Да не так много, – говорю я с улыбкой. – Правда, интересно, насколько мужей хватит.
– В смысле? – прищуривает Лесницкий. – Мужья?
Его рука замирает. От нее исходит жар.
– Так там же групповые занятия. С мужьями или партнерами, – поясняю я.
Наблюдаю, как брови Игоря сходятся на переносице.
– С партнерами? – переспрашивает он. – У меня не особо есть время на такие занятия.
– Да, я это и так понимаю, – машу рукой. – Все же у тебя тяжелая работа. Мне Владимир помог.
– С занятиями? – переспрашивает Игорь.
Теперь в его глазах будто ярость появляется.
– Да, – киваю я, глядя на Игоря.
Что он так смотрит? До дрожи. До мурашек. Еще и сжимает ногу, но я не чувствую боли в мышцах. Все же действует мазь.
Глава 13
Или это не мазь, а Игорь так на меня действует? Сталкиваюсь с ним взглядом. По телу проносятся разряды.
– Помогал как? – прищуривается Игорь.
Ох, какой взгляд темный. Смотрит, будто хищник перед броском.
– Там же упражнения, рассчитанные на двоих, – тут же поясняю я. – Йога и всякое такое. Ой!
Мою ногу еще сильнее сжимают и тут же отпускают.
– Рассчитанные на двоих, значит?
– Да, я просто перепутала дни и записалась не в обычную группу, где можно в одиночку заниматься, а на групповые для пар. К тому же те, что для пар, мне там по графику больше подходят, – хрипло отвечаю, глядя в глаза Лесницкого.
А там просто ураган. Буря. Неистовство.
– Ах, парные занятия, – продолжает Игорь, а затем просто берет и выдавливает мазь вновь себе на пальцы.
Размазывает уже по второй ноге. Разминает и ее, массируя затекшие мышцы. Очень приятно.
– Да, но говорят, что туда можно и по одному ходить.
– То есть Владимир помогал тебе? – еще раз спросил Игорь.
– Да, – киваю я, удивляясь нашему странному разговору.
Ну не будет же Игорь меня ревновать. Ну не к своему водителю так точно. Владимир очень брутальный и пугающий. Совсем как Лесницкий.
– И он пошел за тобой?
– Да. Ой, только не говори никому, что он со мной там был. Я имею в виду другим охранникам или водителям, – тут же говорю я.
Игорь вновь прекращает меня массировать и поднимает голову.
Опять его взгляд как выстрел. Прямо в сердце, которое начинает биться сильнее. Внутри разгорается вновь острое чувство. Хочется коснуться Игоря. Очень. Но я же сама себе запретила и ему.
Губы Игоря дрогнули. Я же понимаю, что моя просьба звучит очень комично.
– Как ты его вообще уговорила, карамелька? – спрашивает он, а глаза его вновь заволакивает тьма.
Желание скручивается внизу живота, когда он так смотрит на меня. Хочет. Взгляд падает вниз, к его штанам. И пусть они спортивные, но я вижу, что интерес ко мне присутствует. Ну явно не из-за разговоров о водителе.
– Просто попросила, – отвечаю я. – Владимир хороший человек.
Игорь усмехается. С таким едким сарказмом, вызывая у меня мурашки по телу.
– Спина болит? – спрашивает хрипло Игорь.
Ощущение, что сам едва сдерживается.
– Нет, – говорю я. – Спина нормально.
– Я понял. Надо будет как-то посетить эти занятия. Групповые, – говорит он.
Поднимается на ноги и протягивает мне руку.
– Прогуляемся или довести тебя к комнате? Могу и донести.
– Можно и прогуляться, – тут же говорю я, принимая его руку.
Вкладываю в шершавую ладонь свою. Миг, и я поднимаюсь. Только слегка не рассчитываю и впечатываюсь в Игоря.
Мы вновь прижимаемся друг к другу, как припаянные. Упираюсь в него животом. Поднимаю взгляд в его глаза.
Пролог
– Какое соблазнительное зрелище, – позади меня раздается мужской голос.
Я стою, наклонившись над коробкой с украшениями, которую нужно отнести в зал. И именно в этот пикантный момент, когда узкая юбка обтягивает мою пятую точку, меня застает главный спонсор новогоднего корпоратива.
– Игорь Константинович! – тут же выпрямляюсь я, подскочив как ошпаренная.
Мои щеки тут же краснеют, жар растекается по телу.
Наглый взгляд скользит по моему лицу, а затем спускается к груди. Сразу становится жарко. Игорь Лесницкий – владелец крупного предприятия по производству кондитерских изделий. И по совместительству мой клиент на сегодняшнее мероприятие.
Я работаю в ивент-агентстве и устраиваю праздники и торжества для многих богатых и элитных фирм. Вот сегодня у фирмы “Кондитре”, крупнейшего предприятия по производству кондитерских изделий, новогодний корпоратив. И каким бы ты ни был ответственным и продуманным сотрудником, всегда может случиться форс-мажор, когда будет не хватать рук. Поэтому я сегодня за разнорабочего. Вот и таскаю на сцену украшения.
– Давайте я помогу, – мягко говорит он.
Идет ко мне, будто хищник перед прыжком. Его взгляд игриво-обманчивый. Вроде чувствуется некая легкость, но с другой стороны, мужчина своего не упустит. От него веет опасностью. С его самоуверенностью даже солнце должно вращаться вокруг него.
Приятный запах его туалетной воды окутывает меня.
– О, спасибо, – улыбаюсь я ему. – А вы тут по какому поводу? Все идет по плану.
– Решил посмотреть, как все готовится, – поясняет он.
На красивом лице расплывается улыбка. Мне рядом с Игорем всегда становится не по себе. Тот еще бабник. Оно и понятно. На лицо симпатичный, высокий, широкоплечий. Видно, что человек любит ходить в спортзал.
И да, про его любовь к женщинам я уже наслышана. Не раз приходилось бывать в офисе его фирмы.
Правда, со стороны Игоря в мою сторону не было никаких поползновений. Мы спокойно подписали контракт на новогодний корпоратив. Мне даже казалось, что специально такой слух про него ходит. Но нет. Даже в новостях пишут про его встречи то с известной певицей, то с актрисой, то с моделью. При этом в его офисе секретарши менялись как перчатки.
В общем, как утверждает местная бухгалтерша, если ты молодая и красивая, то просто так из кабинета босса не выйдешь. А я выходила, и не раз. Хотя и ловила на себе заинтересованные взгляды Лесницкого.
– Что делаете сегодня вечером? – с хрипотцой в голосе спрашивает Игорь.
Он с легкостью поднимает коробку. Только не спешит никуда. Ждет моего ответа. А в зале ресторана тоже ждут.
– После сегодняшнего вечера только сразу спать, – честно отвечаю я, понимая, куда он клонит.
На меня кидают странный взгляд.
– А не хотите провести вечер со мной? У меня дома есть новое вино. Вот ищу компанию, с кем бы я мог его распробовать.
Жар вновь пробегает по телу от его предложения.
– Думаю, с той девушкой, с которой вы пришли, – отвечаю я, вспоминая симпатичную брюнетку.
Мы замираем у двери. Игорь вновь улыбается.
– Вы про мою сестру? – уточняет он.
Я же только пожимаю плечами. Ну да, сестру. Так я и поверила.
Вот только его взгляд меняется. Становится темным. Жестким.
– Игорь Константинович, – намеренно обращаюсь по имени отчеству. – Я к клиентам не езжу после корпоративов. И нарушать эту установку я не собираюсь.
Мужчина хмыкает и смотрит так, будто сильно сомневается в моем ответе. Ну конечно. Не привык к отказам. Любая бы прыгнула в его постель с радостью. А что я? Я просто показываю на дверь.
– Я уж думал, в каждом правиле есть свои исключения, – спокойно говорит он, но в этом голосе звучит нечто такое, что заставляет мое тело покрываться мурашками.
Я ошалело смотрю на него и только глупо хлопаю ресницами.
Хватаюсь за коробку.
– Простите, но нет. Деловая этика, – говорю я.
У меня репутация! Кто станет работать с менеджером, который спит с клиентами? Меня и так отправили на фирму, потому что я единственная из всех сотрудников, кто точно не будет спать с клиентами. Коллега Катя тяжко вздыхала, повторяя, что это же такой шанс! Поработать с самим Лесницким! И как же ей жаль, что она уже замужем. Коллега Костя тоже рвался поработать с этой фирмой, но его забраковал сам Лесницкий.
Слишком уж слащавый парень. Остальные незамужние, но с перспективой провалить задание.
Оставалась еще Зинаида Павловна – начальница наша и моя мать в одном флаконе. Но как увидела список пожеланий, так сразу передала всю работу мне.
А мне не впервой. Тут и артистов закажи, и звезду выцепи через менеджеров. Звезду как раз еще надо немного подождать. Помимо Лесницкого у меня есть еще один заказ новогодний. Для одной крупной строительной фирмы. Там хоть полегче. Не нужно столько приготовлений. Даже весьма скромно, хотя владелец тоже не бедный человек.
А работа мне нужна.
– Ну хорошо, – лениво произносит он. – Этика так этика.
– Давайте я понесу. Вы все же заказчик на этот вечер. Не пристало вам.
– Что вы. Я не могу позволить девушке носить тяжести, – говорит он и вновь смотрит так, будто я никуда не денусь от него, а пропитаюсь его рыцарским подвигом.
Хочу выхватить у него из рук ношу, но проще скалу сдвинуть.
Я ее на себя тяну, а в ответ получаю темный взгляд. И тут Игорь поворачивается к двери, совсем не обращая на меня внимания.
Слышится треск. Миг – и все содержимое коробки вываливается наружу. Яркие гирлянды расстилаются под ногами, огромные шарики катятся по полу.
– Боже! – восклицаю я.
Нужно срочно уже быть с этим всем на сцене. Просто как раз перед речью Лесницкого это и нужно развесить.
Я бросаюсь на пол, лихорадочно собирая все. Рядом опускается Игорь. Помогает, сгребая все своими огромными ручищами.
– Не все так плохо, – говорит он.
Я хмуро смотрю на него. Мы так близко, что я чувствую жар его тела. Какая странная реакция на этого мужчину. Мы же не впервые остаемся один на один. Просто в офисе это было как-то по-другому. Официально. А тут, в тесной каморке, Игорь занимает половину пространства.
Наши взгляды сталкиваются. Я сглатываю. В горле пересыхает, когда я смотрю в его глаза.
Игорь подается вперед. Его губы накрывают мои. Жар проносится по телу.
Это все неправильно. Я же на работе. Там же скоро начнется корпоратив. Надо развесить украшения, а не целоваться со спонсором!
Только по телу разливается жар, воспламеняющий кровь. Слишком уж умело меня целуют. Соски вмиг напрягаются.
Мир будто исчезает вокруг нас. Где-то на задворках сознания я напоминаю себе, что надо в зал! Надо!
Я отрываюсь от Игоря. Мы тяжело дышим, глядя друг на друга. Мужчина довольно улыбается. Я опускаю взгляд ниже. На моей груди лежит его огромная ладонь. И нагло сжимает.
Дальше все происходит как в тумане. Сама от себя не ожидаю. Рука горит болью, после того как опускается на щеку Игоря.
Я тут же подскакиваю на ноги.
– Простите. Я нечаянно.
Игорь касается своего лица с каким-то удивлением в глазах. На его лице расплывается улыбка.
Я тут же хватаю остатки коробки с украшениями и вылетаю из подсобки.
Я вся горю. Особенно от темного взгляда, направленного в мою спину. Неважно, что захватить удалось лишь половину нужных украшений. Хуже всего, что я дала пощечину самому Лесницкому. Да он за такое может всю нашу фирму закопать.
Я ускоряюсь в направлении сцены. Все. Не простит пощечину Лесницкий – это точно.
Игорь проходит мимо меня как ни в чем не бывало. Даже не смотрит в мою сторону.
Он произносит свою речь, пока я бегаю по сцене и развешиваю украшения. В целях безопасности, пока выступали факиры, здесь, на сцене, никаких гирлянд не было. Заранее был украшен только огромный зал ресторана.
А впереди еще выступление звезды.
Я быстренько все развешиваю и слетаю со сцены, прячась вновь за кулисами. Дрожащими руками достаю ежедневник и сверяюсь с планами. Ага, остается выступление звезды. Она уже прибыла. После речи уже выйдет. Затем дискотека до самого конца празднования.
Все идет по плану. Звезда выступает, а меня отпускает потихоньку. Может, ничего и не будет за эту пощечину? Да нет. Надо извиниться. По-нормальному.
Только пока что я не могу. А Игорь то и дело кидает на меня взгляды. Вот если б не они, то я бы уже подошла и извинилась. Я стою у сцены, оглядывая происходящее. Вот уже на танцпол выходят парочки и группки сотрудников “Кондитре”.
– Анечка! – ко мне приближается Надежда Михайловна – главный бухгалтер “Кондитре”.
Под конец вечера я просто валюсь от усталости. И все время чувствую темный взгляд Игоря, куда бы ни пошла.
– Да? Все в порядке? – спрашиваю ее.
Сама взглядом ищу Игоря. Может, он через бухгалтера что-то передал? Например, уведомление о том, что наша фирма не получит никакой оплаты?
– А что вы тут стоите? Идемте с нами посидите. В конце концов – новый год скоро, – причитает она.
От нее веет легким ароматами цветочных духов и нескромным алкоголем.
– Не могу, я же слежу за порядком, – поясняю я.
– Тю, да наша звезда и без вас выступит, – Надежда Михайловна подхватывает меня под локоток. – Вы же не замужем?
Я густо краснею.
– Нет.
– У нас на фирме столько холостых парней. Вон даже взять нашего Лесницкого.
Мы синхронно смотрим в сторону внезапно объявившегося на горизонте босса. Его облепляют другие сотрудницы в коротких платьях и глубоких декольте.
– Хотя его лучше не брать, – говорит главбух. – У нас айтишников целый отдел неженатых.
А я все никак не могу отвести взгляд от Игоря. Да что я так? Ну подумаешь, целовался со мной недавно. Это для него точно ничего не значит.
Еще и бухгалтер фирмы тащит меня к себе за стол. Еще бы – ей не откажешь точно.
– Анечка, надо выпить. Немного. Вы такая умница. Все так устроили нам, – Надежда Михайловна наливает мне немного. – Вот, угощайтесь.
– Да мне нельзя. Еще не конец вечера, – склоняюсь к ней.
В зале стоит шум из-за громкой музыки. Я уже думаю, что оглохну, но напоминаю себе, что это не первый корпоратив такой. И все станет в порядке, когда я высплюсь дома. Еще дают знать о себе два корпоратива подряд. Благо ближе к новому году заказов не будет, и я хоть неделю, но отдохну.
– Ничего страшного. Без вас разберутся. В ресторане есть свои администраторы и люди. Вы и так тут все украшали сами. Ничего страшного.
Ко мне приближается бокал с вином. Я тяжело вздыхаю. Не отлипнут же.
Отказать главбуху очень тяжело. Приходится выпить глоточек.
Жар разливается по телу, и я слегка морщусь. Я не любительница алкоголя. И это огромная редкость, что позволила себе.
– Анечка, смотрите. Это наш Павлик, – показывает в сторону соседнего стола главбух. – Неженатый мальчик. Своя квартира.
Я поворачиваю голову в сторону этого “мальчика”. Тот салютует мне своим стаканом.
Красивый парень, но ни в какое сравнение не идет со своим боссом. На какое-то время с отвлекаюсь от главного начальника. Хотя его самого отвлекает “сестра”, то и дело дергая его с недовольным лицом.
Я же стараюсь общаться со своим новым собеседником. Парень оказался очень интересным. Даже несмотря на то, что подвыпивший. Хотя когда ты сама подвыпившая, то тебе и забор покажется интересным.
Так, пора отсюда уходить. Айтишник поднимается со мной. Его ведет и шатает.
– Анечка, а поехали ко мне? – спрашивает еще и он.
– Нет, я домой, – усмехаюсь я. – Но можем обменяться телефонами и как-нибудь встретиться.
Все же неплохой парень и приятный. Не то что его босс, который лез со своим языком мне в рот. Щеки вспыхивают вновь от того, как я вспоминаю этот поцелуй.
Павлик слегка кривится, но идет за мной.
Мы вместе поднимаемся и идем на выход из зала. К этому моменту уже почти никого не осталось внутри. Половина пошла смотреть салюты, кто-то вяло танцевал, а кто-то уже собирался домой.
Я беру в руки телефон, чтоб вызвать такси.
– Анечка, вы такая красивая, – айтишник лезет ко мне.
Хватает за талию и тянет на себя. Я уворачиваюсь как могу, но он сильнее. Слюнявые губы проходят по моей щеке. В сотый раз жалею о своем решении посидеть в зале.
– Пусти, – взвизгиваю.
Хватка рук айтишника слабеет.
Я отшатнулась, замечая рядом с нами Лесницкого.
Тот прикрывает меня собой. Айтишник валяется в сугробе.
– Ты не слышал, что дама сказала? – жестко спрашивает он.
– Да она сама хотела, – протягивает он руку в мою сторону и пытается подняться.
– Будем считать, что это временное недоразумение, – жестко говорит Лесницкий. – Или будешь уволен.
Айтишник пышет гневом, глядя на нас.
– Простите меня, Анна, – говорит он.
– Идем, – кидает мне Игорь.
Прежде чем успеваю сообразить, подхватывает меня за руку.
– Нет, спасибо. Скоро такси приедет, – говорю я.
Голос и руки дрожат. Я уже не соображаю, что несу. Это все просто шок.
Игорь переводит взгляд на телефон, на экране которого до сих пор отображается поиск.
– Со мной поедете, а то опять вляпаетесь, – говорит он.
– Да я же не специально, – оправдываюсь.
Хотя вообще не должна. Ага, как и не должна была вообще быть в зале. Это неприемлемо. Сама начинаю себя бичевать своим глупым поступком.
Вот только передо мной уже открытая дверца иномарки Лесницкого и его злющее лицо. Тут даже спорить не хочется.
Усаживаюсь в иномарку Лесницкого. За рулем водитель.
Я так дрожу, что даже не сразу понимаю, что меня спрашивают о моем адресе. Называю улицу и номер дома.
Подспудно не верю, что меня сейчас точно повезут домой. Мою руку накрывает мужская рука. И мне становится так спокойно, хотя мужчина даже не смотрит в мою сторону. От него даже не пахнет алкоголем.
Я расслабляюсь. Все же хорошо. Он спас меня. И позволяю так себя держать до самого дома.
– Спасибо, – говорю я, когда машина останавливается у моего подъезда.
– Всегда пожалуйста, – отвечает Игорь и смотрит на меня.
– А как же ваша сестра? – спрашиваю его.
– У нее своя машина, – говорит Лесницкий, поглядывая на меня.
Его взгляд такой темный. Задерживается на моих губах, которые я тут же облизываю.
По телу вновь расплывается волна возбуждения. Та самая, что была в тесной подсобке, когда он, не спрашивая меня, взял и поцеловал.
И я буду винить алкоголь, потому что решаюсь спросить:
– А вы на меня не обижаетесь за пощечину? Повела себя как истеричка.
Сжимаю край куртки в ожидании его ответа. Мужчина вальяжно сидит, глядя на меня с улыбкой на лице.
– Ничего страшного. Это и с моей стороны было весьма неприлично – лезть к вам за поцелуем, – хриплым голосом говорит он, а его веки полуопущены.
Вот и здорово. Мы же больше не увидимся.
Игорь большим пальцем проводит по коже моей руки. И это куда интимней, чем поцелуй.
Я вновь засматриваюсь на его красивое лицо.
– Вы не хотели бы выпить со мной кофе? – срывается с моих губ внезапный вопрос. – У меня дома.
Мой мозг позволяет себе отключиться. Ну как по-другому объяснить мой внезапный вопрос, не хочет ли он подняться ко мне?
Игорь вновь хищно улыбается. Еще крепче сжимает мою руку, но не давит.
– С удовольствием.
Я едва помню, как мы поднимаемся по лестнице. Зато постоянно ощущаю руку Лесницкого на своей талии. Достаю из кармана ключ. Едва попадаю дрожащими пальцами в замочную скважину. Сама не понимаю, почему спешу – то ли от сжимающей мою талию руки, то ли от того, что Игорь давит своим присутствием.
И я хочу его. С того самого поцелуя в подсобке, хоть и не хотела себе в этом признаваться. но все дело в одном бокале. По-любому, в нем! Раз я решилась привести его домой. Квартира у меня скромненькая. Маленькая двушка, доставшаяся в наследство от бабушки. Зато с ремонтом.
Жесткие губы сминают мои. Едва отросшая щетина слегка щекочет, вызывая по телу мурашки. Но все это мелочи по сравнению с тем, какой жар расплывается по моему телу.
– Я сейчас… Надо раздеться, Игорь, – отлипаю от мужчины.
Только у него немного другое мнение обо всем. Он уже стягивает мою куртку, а затем и свою. И вновь целует, прижимает к своему крепкому телу. Поцелуи опускаются на шею.
– Может, в душ?
– И в душе тоже, карамелька, – хрипло шепчет он.
Блузку он просто срывает с меня. Мелкие пуговки скачут по полу. Игорь отстраняется и восторженно смотрит на мою небольшую грудь.
Кладет на нее ладони и сжимает. Я и сама будто отмираю. Дергаю его пиджак, а дальше рубашку. Добираюсь до его тела. Он точно производит сладости? Потому что по его мускулистой, натренированной фигуре в жизни не подумаешь. Провожу по его торсу рукой, наслаждаясь тем, как тот вздрагивает от моего касания.
Мужчина дергает пряжку ремня. И вновь прижимается ко мне. Ох, ничего себе у него там. В меня такое точно поместится?
Только мое желание куда больше. Хочется ощутить его в себе. Безумие! Но мне нравится происходящее. Жалеть уж точно не буду. Это всего лишь на раз. И я это четко осознаю, поэтому надо брать все по полной.
– Надо на кровать.
– Ага, – хрипло шепчет Игорь и дергает вверх мою юбку.
Огромная ладонь скользит по моим ягодицам. Трусики соскальзывают на пол.
– Так же нельзя, – шепчу я, – надо в кровать.
Нет, ну правда, кто делает это в коридоре? Я, конечно, не особо искушена в сексе. Мой максимум экстрима – в машине. И то не понравилось. А тут собственный коридор! Кошмар.
Слышится шелест.
Темные глаза смотрят мне в лицо. Взгляд будто в душу проникает. И наши губы вновь соприкасаются.
Меня подхватывают под ягодицы. Я тут же обнимаю мужчину ногами за талию. Поцелуи не прекращаются.
– Карамелька, меня заводит твоя правильность, но я так сильно тебя хочу, что до кровати не дотерплю, – шепчет Игорь.
Гладкая головка прижимается к влажным складкам. Я ерзаю на нем от нетерпения. Да в конце концов. Можно и попробовать что-то новенькое хоть раз в жизни.
Выгибаюсь и стону, когда он входит в меня. Слишком большой. Я задыхаюсь, но вдох мне дарит Игорь своим поцелуем. Ждет, пока я привыкну к его размеру. Потому что слишком долго не было секса. Слишком.
Темп он задает то медленный, то быстрый. Я вздрагиваю в его объятьях. То падаю, то возношусь от каждого толчка. От хриплого “карамелька”. Мне слишком хорошо. Ладно, я была не права. В коридоре это тоже можно делать. И не только там.
И потом говорить, что никакого кофе не было. Зато был мужчина рядом. Ага, этика, наставления. Я все нарушила за одну ночь. Но я знаю, что такие, как он, не перезванивают, не предлагают встречаться. Это всего лишь на один раз.
Глава 1
Полгода спустя
– Анна Владимировна, – слышится в трубке телефона довольный женский голос.
– Да, это я.
– Это Надежда Михайловна. Из “Кондитре”, – представляется она.
По телу пробегает холодок, хотя на улице плюс тридцать градусов, а я стою на балконе и развешиваю одежду.
– Здравствуйте, – говорю я, зажимая телефон между ухом и плечом. – Какими судьбами?
Цепляю футболку на веревку.
– Анечка, у нас скоро десять лет предприятию. И нам очень хочется, чтоб именно вы организовали праздник. Я слышала, что вы сейчас почти никого не берете, но очень нужно, – тараторит она в трубку.
Насколько я помню, от Надежды Михайловны просто так не скроешься. Она и мертвого поднимет, если надо будет для работы. С ней работает только одно – умри, но сделай.
– Ох, я просто действительно не могу, – отвечаю я. – Давайте передам Екатерине.
– Анна, – тут же перебивает меня Надежда Михайловна. – Только вы с этим справитесь. Тем более Игорь Константинович будет рад вас видеть.
Я вздрагиваю. Руки машинально опускаются на шестимесячный живот. Жар проносится по телу, когда я вспоминаю прошлый корпоратив. Мой малыш внутри слегка пинает меня.
– Но…
– Анна, хорошие деньги. Мы согласимся на любую оплату. В разумных пределах, – заканчивает бухгалтер.
Я тяжело вздыхаю. С заказа в “Кондитре” в прошлый раз я получила неплохие деньги. И сейчас они бы мне тоже пригодились. Хотя у меня хватает. Еще нынешние заказы сделать, и точно будет достаточно. Но главная причина еще и в том, что я не хочу видеть владельца “Кондитре”.
– С нашим юбилеем справитесь только вы, – говорит она.
– Ох, – выдаю я в трубку.
– Если вы согласны, мы вызовем вам служебную машину. Сегодня же все подпишем.
– Извините, но я не могу. Правда не могу, – объясняю я. – У меня сейчас очень много заказов.
Я прикусываю язык. Врать не люблю. Хотя где-то и теплится надежда все-таки увидеть отца моего ребенка.
– Что ж. Ладно, Анна. Тогда все равно до скорой встречи, – говорит Надежда Михайловна и кладет трубку.
Я недоуменно смотрю на экран и хмыкаю.
Ну да. Встреча.
Продолжаю вывешивать одежду.
Мой телефон вновь звенит. На этот раз начальница и по совместительству моя мама.
Я беру трубку.
– Аня, выручай. Они только тебя хотят, – тут же говорит она, а я понимаю, что это про “Кондитре”.
– Но я же просила – сложные заказы пока что не ко мне, – говорю я.
– Ты же понимаешь, что у нас некому. Мы не должны потерять этот крупный заказ. Аня, очень тебя прошу. Сама понимаешь. Фирма вот-вот обанкротится. Мы еле держимся. Ты понимаешь, что ее придется продать?
Наше ивент-агентство – это целиком идея отца. Он создал фирму, которая просуществовала на рынке развлечений уже тридцать лет. Но после его смерти, когда мне было всего семнадцать – бразды правления взяла на себя моя мать. Много сотрудников и клиентов ушли от нас, а те, что остались, были не совсем довольны. К тому же конкуренция возросла. К сожалению, отец не успел написать завещание, поэтому мать и стала единоправной владелицей. Я отучилась в институте и пошла к ней работать. Поднимать отцовский бизнес. Мне за нашу фирму обиднее всего было. Но худо-бедно да выехали из ямы. Затем появились богатые клиенты. Элита, как говорится.
Мне не хочется приписывать себе все заслуги. Я просто работаю с клиентами на выездах и так далее. Думаю, что все же самое главное, что мы сделали – набрали хороших сотрудников. Да и мать мне обещала, что как только я смогу нормально работать – она мне отдаст фирму.
– Тебе же деньги нужны будут. Хочешь, твои заказы заберем. Раскидаем по отделу. Вон у нас новенькая. Пусть учится.
– Я правда боюсь брать этот заказ, – говорю я.
– Ага, а залетать от какого-то мужика ты не боялась, – вставляет мать.
Она не знает, кто виноват в этом и почему я так сильно не хочу опять к Лесницкому идти.
– Мама, перестань.
– Боишься сказать? Один из клиентов или из друзей клиентов? Если там богатый мужик, так могла бы сказать да алименты тянуть, а ты сидишь на месте.
Я закатываю глаза. Алчность моей матери бежит впереди планеты.
– Или он тебе платит за молчание? Так могла бы долги выплатить.
Холод пробегает по спине. Помню, я помню. Мы и выплачиваем. Она меня и так упрекнула, когда поздно было, что аборт не сделала. А разве я могла так поступить? Нет, конечно, я мечтаю о полноценной семье, но в тот момент не смогла. Сидела в кабинете гинеколога и не смогла. В нашей-то ситуации, когда одни долги. Но хоть нашей фирме доверяют. Хоть мы висим в пограничном состоянии – то ли рухнем, то ли воспрянем. И бросить нельзя – будущее наследство вместе с долгами.
– Так, Аня. За тобой заедет машина. Вот сама едешь в офис. Надо будет – идешь к Лесницкому и сама отказываешься, – говорит жестко мама.
И тоже бросает трубку. И ведь не отцепятся. Ни те, ни она! Я их знаю. И мне, как оказалось, порой трудно отказать людям.
Я боюсь, что лишняя нервотрепка может навредить, но уже выбора нет.
Мои пальцы дрожат, пока я надеваю платье. Причем решаю надеть легкое и свободное. Едва не размазываю косметику по лицу.
Раздается очередной звонок – машина уже внизу.
В пути я как на иголках. Мне не хочется туда идти. Не хочется видеть его. Когда я пыталась поговорить с Игорем, когда узнала, что беременна – он просто сбросил мой звонок!
С фирмой “Кондитре” у меня определенно какой-то сбой. Или как еще объяснить то, что я сижу в их бухгалтерии и подписываю документы на проведение торжества? Мы как удав и кролик, когда первый плотно держит свою жертву и душит, пока не получит необходимое.
Вот не знаю, что за гипнотические средства они тут применяют. Ни с одним из клиентов такого нет и не было.
– Конфетку? – спрашивает бухгалтер, протягивая мне коробку.
В кабинете дует кондиционер, хоть немного сбивая жар.
Я кошусь на угощение.
– Ой, вы не на диете? – спрашивает она, осматривая меня.
М-да, с беременностью я обрела пышные формы, но при этом мой живот еще не настолько выдается, чтоб понять, что я ношу ребенка.
– Да нет, – беру одну штучку. – Мне уже все можно.
– Это хорошо. Так, ладно. Анна, как вы помните, то надо подписать бумаги у главного. Я бы сбегала сама, – она косится на мой живот.
– Я схожу, – говорю я, беря документы в руки.
И помню, где кабинет Лесницкого. Только с каждым шагом руки подрагивают. Может, он не заметит? Я платье пышное надела.
Здороваюсь на ресепшене с его секретарем – красивой блондинкой с глубоким декольте. Мысленно хмыкаю – опять новенькая. В этом офисе реально часто меняются секретарши.
Нынешняя сидит в кресле и пилит пилочкой ногти. Мне всегда казалось, что здесь их держат для красоты. Хотя не стоит забывать, что Лесницкий еще тот бабник.
– Я к Игорю Константиновичу, – говорю я.
– Его нет на месте. Что-то передать?
– Документы подписать, – улыбаюсь ей.
На меня кидают оценивающий взгляд. Она как хищница осматривает меня, будто решая – пропускать меня к своему боссу или нет. И лишь удостоверившись, что я точно угрозы не представляю, уже менее пафосно начинает смотреть мне в глаза.
– Подождите снаружи, – показывает наманикюренным пальчиком на выход.
Просто тут еще кондиционер есть, а в коридоре нет. Духота там стоит неимоверная.
– Я тут подожду, – и показываю на стулья.
Они же тут как раз для ожидания стоят.
– Идите отсюда. Когда Игорь Константинович придет – я вас позову, – внезапно говорит она, перегораживая мне путь.
Я уж совсем не ожидала подобного напора. Не хочет – не надо.
Дверь в приемную открывается.
– Снежана, – слышится хриплый голос Лесницкого позади.
Я замираю, хоть позвали не меня. По телу вновь пробегают мурашки, а меня бросает в дрожь. Руки непроизвольно опускаются на живот.
Воспоминания полугодовой давности вновь захлестывают меня. Мне слишком тяжело обернуться, но я же понимаю, что стоять статуей посреди рецепции тоже не вариант. Заставляю себя сделать поворот. Лесницкий выглядит безупречно в своей белой рубашке, плотно облегающей его мускулистое тело.
Наши взгляды встречаются. На какую-то долю секунды ловлю себя на мысли, что он пытается меня вспомнить.
– Анна, добрый день, – добродушно отзывается он, осматривая меня с головы до ног.
Не заметить мой живот практически невозможно. Игорь таки останавливает свой взгляд на нем, но с каким-то безразличием.
Внутри вскипает мимолетная буря. Вот я же так и думала, что не нужен ему ребенок.
– Добрый, – говорю я, улыбаясь.
Сохранять профессионализм в любой ситуации необходимо.
– Вы какими судьбами? – продолжает он.
– Она зашла сюда. Я говорила, чтоб подождала вас в коридоре, – немного обиженно говорит Снежана за моей спиной.
Я и вовсе забыла о ней.
– Документы подписать, – показываю целую стопку. – И обсудить ваш будущий корпоратив на юбилей компании.
Игорь кивает, чтоб шла за ним.
Снежане ничего не остается, как вернуться на свое рабочее место. При этом она дефилирует походкой от бедра, аж грудь подпрыгивает в декольте. Игорь даже не обращает на нее внимания. Останавливается у двери и открывает, пропуская меня первой.
Прохожу мимо, вдыхая аромат его парфюма. Запах не поменялся, а меня вновь ведет от него. От парфюма! Не от Игоря. Он вообще козел.
И вообще, я здесь для работы. Но тело покрывается мурашками от того, что он рядом. Даже малыш чувствует папу и начинает слегка пинаться.
Я усаживаюсь напротив его стола. Ловлю вновь темный взгляд, но на этот раз на своей груди. Она за время беременности из твердой двоечки выросла до уверенной тройки, чуть ли не переходящей в четверку. Платье и вовсе слишком просторное, и со стороны кажется, что я просто растолстела, а не забеременела.
Начинаю все объяснять. На тот случай, если у клиента нет идей насчет праздника, я накидываю свои. Так я и сделала при Надежде Михайловне, но теперь я с непосредственным начальником.
– Вот. Тут смета. Я еще детально все уточню, – начинаю объяснять я, показывая пальцем на строчки.
И начинаю говорить про то, что можно устроить. Вскоре понимаю, что меня не слушают. Мужчина листает документы, которые я ему дала.
– Игорь Константинович, – зову его.
– Да-да, я согласен, – говорит он. – В общем, предварительно меня все устраивает, когда будет подробная смета – можете сообщить, и я подпишу. А это пока можете забрать.
– Хорошо.
Я неловко сгребаю бумаги, случайно задевая карандашницу. Она падает на стол, и письменные принадлежности с легким шорохом катятся к краю стола. Я пыталась предотвратить их падение, но безуспешно – несколько карандашей все-таки шлепнулись на пол.
К ним кидаемся мы вдвоем. Я и Игорь. Я слегка подминаю свое платье, чтоб оно не сильно разлеталось в стороны. Усаживаться на корточки уже немного трудновато. Упирается живот в колени, и все. Мы начинаем вместе поднимать карандаши.
– Ой, извините, – причитаю я.
И тут чувствую, что меня ведет. Я заваливаюсь на бок, но меня успевают подхватить мужские руки.
И прямо за грудь.
Глава 2
Тело пронзают электрические разряды. Одно касание, а у меня внизу живота тяжелеет. И это не от того, что я хочу в туалет.
У него такие крепкие руки. Я вновь густо краснею. А он тоже не спешит убирать свои лапищи. Вздрагиваю, когда он ненароком касается сосков. И стону. Протяжно.
Прямо рядом с ним. По правде сказать, давно у меня не было мужчины. Боже, да его не было с того самого вечера с Лесницким. И вот я опять в его руках.
Ох-ох. Не только на улице жарко, но еще и тут, под кондиционером. Я слишком чувствительная стала с беременностью. Секса хочется почти постоянно, но я убивала это желание как могла работой. Еще как-то обманываю себя, что не с кем заниматься,
а самостоятельно сбрасывать напряжение не особо помогает.
– Все в порядке? – слишком хрипло спрашивает Игорь, а сам сжимает мою грудь.
Как же это… классно. Вот да. Не могу не признаться себе в том, что мне это нравится. И я еще хочу проторчать вот так. Но не могу. Я же тут по работе.
– Ага, – киваю я. – Пустите?
– Конечно, – Игорь помогает подняться.
И все равно стоит так близко ко мне, обхватывая меня со спины, что я чувствую жар, исходящий от него. В ягодицы и вовсе упирается эрекция.
Анька, очнись. У вас один раз было.
Откашливаюсь и отхожу от Игоря. Поворачиваюсь к нему и смотрю в его глаза. Мы так близко. Так и хочется сказать, что я ношу его ребенка. Но как вспомню то, как он пропускал мои звонки, так сразу передумываю. Ему ребенок точно не нужен будет, а мне слишком страшно сказать. Потому что помню, что мне говорили о нем.
– Что ж, был рад вас видеть, – он вновь осматривает меня.
– Я тоже, – говорю я и улыбаюсь. – Так что я тогда наберу вас или Надежду Михайловну, когда подготовлю варианты ресторанов.
– “Авизион”? – спрашивает он.
Щеки вспыхивают вновь. Это же тот ресторан, где я организовывала новогодний корпоратив для его фирмы.
Взгляд то и дело опускается на его ширинку, где уже торчит внушительный бугор. Помню, как сейчас, его внутри меня. Так и хочется вновь ощутить. Мне даже сейчас легче попросить трахнуть меня, чем рассказать о беременности.
– Я поговорю с владельцем. Можно еще в отель-ресторан “Апролина”.
– Отель-ресторан, – задумчиво тянет он.
Я вбиваю пока в ежедневник, чтоб связаться с “Апролиной”.
– Нет. Там не надо, – говорит Лесницкий. – “Авизион” мне кажется куда более удачным местом.
– Хорошо, – пишу ниже напоминание о другом ресторане.
– Помнится, в прошлый раз вам не приходилось записывать – вы все запоминали, – внезапно говорит Лесницкий.
Я перевожу на него взгляд.
– Приходится записывать, – пожимаю плечами.
С этой беременностью память становится так себе.
– Или все же лучше в отель-ресторан? – тянет он задумчиво.
Обводит меня жарким взглядом, задерживая его на груди.
– Да, если много выпить, то будет где переночевать.
– Или уединиться, – поддакивает Игорь.
Я вновь смотрю в его глаза, замечаю в них темноту. Облизываю губы, а Лесницкий видит это. Прищуривается и даже делает шаг ко мне. Так. Вот это уже совсем плохо. Я хмыкаю.
– Кому что, – хрипло говорю я. – Но зато можно будет попросить на всю ночь ресторан. У вас молодежи полно. И Надежда Михайловна.
И все я это говорю, глядя в свой ежедневник. Помню, бухгалтер еще тогда говорила, что дом так далеко, что она бы с радостью легла бы где-то в ресторане поспать.
– Или на всю ночь номера, – хрипло с придыханием шепчет мне на ухо. – Можем продолжить…
– Что? – спрашиваю его.
– Обсуждение нужно продолжить в следующий раз. Ты же успеешь что-нибудь придумать?
– А, ну да. А у вас есть идеи?
– Стриптиз, шоколадный торт во весь рост, комики, – перечисляет он.
Я улыбаюсь.
– Вы несерьезно?
– Да, конечно, шучу, карамелька. Там будут мои родители, какие комики, – говорит он. – Ладно. Отель-ресторан оставляем, чтоб их далеко не везти. Попробуй договориться с “Апролиной”. Ты же так отлично придумала все на новый год. Давай еще раз. Не зря же тебе отличный гонорар платят. Премия будет непременно. Как и в прошлый раз.
О да, в прошлый раз он не поскупился.
Его рука накрывает мою.
– Я тут что-то вспомнил, как мы неплохо провели время в прошлый раз, – внезапно говорит он.
Глаза темнючие смотрят в мои. Я только и могу лишь охнуть от неожиданности. И вновь мое тело предательски отзывается на его касание. Я убеждаю себя, что это не из-за того, что это он.
– Я же вижу, что ты хочешь, – проводит большим пальцем по моей коже.
– Вот еще. Мы с вами договорились обо всем еще в прошлый раз, – я тяжело дышу, вопреки собственным желаниям.
– Да-да, я помню, – теперь на его лице расплывается чарующая улыбка, но я знаю, что за ней скрывается.
Игорь как поезд, который будет идти без остановки до своей цели. И никаких преград на его пути не будет. Только по моей глупости я оказалась на тех рельсах.
Он наступает на меня слишком неизбежно. У меня слишком давно не было мужчины. Да, блин. Он и был моим последним мужчиной полгода назад.
Это все беременные гормоны.
Его лицо так близко. Мне уже точно никуда не сбежать. Мое тело признает свою капитуляцию перед ним.
Но тут раздается спасительный стук в дверь.
– Игорь Константинович, – слышится голос его секретаря.
– Ладно, карамелька, иди. Я на сегодня слишком занят, – подмигивает мне Игорь.
Я и так рыжая, а тут опять он упоминает прозвище, которым называл в прошлый раз.
***
Как бы я себя ни настраивала, но мысли все равно возвращаются к тому дню. Я же тогда понимала, что с Лесницким все будет на одну ночь. Что бабник он. И удалось убедить свое сердце не биться так часто от упоминания его имени. Зато честно звонила. Трубку он не взял. Два дня звонила. Даже утром и вечером, но все звонки он просто сбрасывал. А когда я пришла в офис, то и вовсе оказалось, что он уехал в другую страну. Потом и мне было не до того, чтоб гоняться за ним. Завалила себя работой. Что я тогда чувствовала – сложно объяснить. Страшно было. Первая беременность – и такая глупая. Но мы ведь предохранялись. Точно предохранялись.
Ох, я не помню.
Запускаю руки в волосы и слегка встряхиваю рыжие пряди. Сложно и тяжело что-либо помнить. Нет, точно защищались. Видимо, защита не сработала. И саму себя не понимаю, почему смолчала. Ведь могла сказать. Я же столько раз представляла себе, как говорю ему о ребенке. Не монстр же он, в конце концов. Хотя…
Страшно это все. Что там богатым в голову взбредет? Уж я-то косвенно насмотрелась. То один магнат отобрал у любовницы ребенка, то еще один на суррогатной матери женился. Ладно, это хороший сценарий. А, точно. Вспомнила. Был еще один женатый. От него девочка забеременела, а потом внезапно умерла. И такие истории были, от которых волосы дыбом становятся.
Поэтому, что бы моя мать ни говорила, я никогда не признаюсь, от кого я беременна. Да Лесницкий может просто отобрать у меня ребенка, и все. Никто не защитит.
Хотя я помню, как устраивала некоему Сергееву праздник. Ощущение было, что попала во времена девяностых. Все блатное, и праздник соответствующий пришлось устроить. Так вот. Он мне тогда сказал – будет кто обижать, то сразу обращаться к нему. Он вопрос порешает. И цыкнул золотым зубом. А меня прям в дрожь бросило. Страшно, очень страшно с такими людьми находиться рядом. Еще что-то про старшего Лесницкого говорил. Что дела какие-то у них были. Невзначай. В общем, опасный человек. И сын мог быть таким же. Но не мое дело спрашивать.
Естественно, я поблагодарила его. И больше мы не виделись. Я аж выдохнула, но номерочек записан.
Лесницкий – темная лошадка. Я про него пыталась искать информацию. Да, владелец кондитерской фирмы, продукция которой расходится не только по стране, но и за рубежом. Куча заводов везде. Ему тридцать пять. Компания досталась от отца по наследству.
В соцсетях хоть он и есть, но там только он. Я аж слюнки немного пускала, когда видела его там. Красивое накачанное мускулистое тело.
И помню ту ночь как сейчас!
Те поцелуи-укусы, которыми он покрывал мое тело.
Как уложил на столешницу на кухне. Мы же туда пошли за кофе. Как его руки спускались по моему телу. Он шептал и называл меня карамелькой. А мне было жарко. До безумия, до одури какой-то странной. Зарывалась в его волосы, сжимала бедрами. И как же было жарко.
Я выгибалась в его руках. В голове будто пустота образовалась. Было лишь желание, которое сквозило между нами. Удовольствие и страсть. И его взгляд. Тот самый, темный, что был в первую встречу, что был и сегодня.
Я закрываю глаза, вновь представляя, как это было с ним. Но тут мой телефон начинает звонить.
Я выныриваю из приятных воспоминаний. Как ни крути, а все же относиться к произошедшему надо так: ну было и было. Нельзя на этом зацикливаться.
И сама не понимаю, что со мной тогда произошло. Видимо, сказалось длительное отсутствие мужчины и личной жизни. Вот и расслабилась.
Мама.
Я нехотя беру трубку. Вообще странно, что он звонит так часто. Она в последнее время сильно волнуется чуть ли не за каждый заказ.
– Да?
– Ну что, Ань? Он подписал?
– А, нет еще. Сказал, что надо подготовить договор с рестораном.
– Каким рестораном?
– “Апролина”, – говорю я.
– Ну, там можно договориться. Аня, нам очень нужен этот заказ.
– Но там у Кости тоже немаленький, – тут же вставляю я, напоминая про владельца “Авизиона”.
– Знаю, но у нас на тебя вся надежда!
Я закатываю глаза.
– Мне еще три месяца до родов и потом на восстановление.
– Ой, наймем тебе няньку. Или пусть папаша платит. Делать – сделал, так пусть и платит.
– Хватит, – резко вставляю я.
– Что хватит? Ты сама знаешь, что мы едва держимся на плаву. Так нет. Именно сейчас, точнее, полгода назад ты решила раздвинуть ноги не пойми перед кем.
– Мама. Полгода назад я не знала, что фирма на грани, – вставляю я.
И это правда. Все всплыло в один момент. Беременность и новость от мамы. Нет, я понимала, что мы работаем и вполне конкурентоспособны. И справляемся с поставленной задачей, но что у нас долги, мать поставила перед фактом. Хотя казалось бы, элитная фирма, работаем не с бедными людьми. А тут на тебе.
– Давай Сергееву скажем, – внезапно говорит мать. – Приструнит папашку этого нерадивого. Может, денег получим.
– Мам, а если отец не из клиентов, а если он небогатый? Что, тоже приструнять будешь? – раздраженно высказываюсь. – Я и так работаю постоянно. Все, хватит.
– Ой, вот надо было тебя выдать замуж. Сейчас бы пристроенная была…
Я отключаюсь. Выслушивать все остальное по кругу просто невозможно. Хорошо хоть в собственной квартире живу. Досталась от бабушки в наследство.
Я потираю лицо. Жарко дома. Включаю кондиционер. На душе кошки скребут. Да ладно. Я же здоровая вполне. Беременность не мешает, а то, что испытываю сейчас – мелочи.
Вся моя жизнь с восемнадцати лет – работа. И главное, мне нравится приносить людям радость. Так что, думаю, меня с какого-нибудь корпоратива будут в роддом увозить.
Глава 3
– Вот здесь у нас место для банкетов, – меня провожает администратор, показывая помещение “Апролины”.
Это огромный зал, поделенный на две зоны – верхнюю и нижнюю. Верхняя была отделена перегородкой от нижней, так что было все видно. Так же тут была небольшая сцена. Все в светлых тонах. Даже скатерти на столах белые снизу, а сверху бежевые. Очень красивое и нежное сочетание. В принципе, удобное место.
– Сколько номеров вам нужно забронировать? – уточняет она.
– О, пару этажей, наверное. А сколько есть на двадцать третье? – спрашиваю я.
Ну и жарень тут. Солнце бьет сквозь высокие окна. Кондиционеры едва справляются, хоть и чувствуется прохлада. Если стоять прямо под ними. Представляю, что будет, когда зал набьется посетителями по полной.
– Хорошо, я посмотрю, есть ли вообще места. Вам только ресторан или в совокупности надо?
– Оба варианта. Главное, чтоб был ресторан, – улыбаюсь я. – Если номеров не будет, то ничего страшного.
– Ладно. Скажите, пожалуйста, а как называется фирма, которую вы представляете?
– Мое ивент-агентство – “Фортуна”, – отвечаю я. – Юбилей собирается отмечать компания “Кондитре”.
Администратор немного удивленно на меня смотрит, а затем хмыкает.
Я всегда обращаю внимание на то, как реагируют люди. И ее реакция кажется мне слегка странной. А может, Игорь тут уже успел отметиться? Приводил сюда своих любовниц?
Ну конечно. И вообще, меня это не должно задевать. А то один раз его встретила, он тебе грудь полапал, и вновь готова в ту же прорубь. Это все гормоны беременной.
– Я передам руководству вашу просьбу. После подтверждения мы сможем обсудить меню, – говорит администратор.
На этой прекрасной ноте мы расстаемся.
Я радуюсь. Думаю, что будут места, а на случай, если не будет, я сажусь и подыскиваю еще варианты, похожие на “Апролину”. Стараюсь ради “Кондитре”, будто это моя компания.
Решаю сегодня зайти к нам в офис.
Сегодня полно народу.
– Анна Владимировна, – здороваются со мной сотрудники. – Прекрасно выглядите.
Я киваю и улыбаюсь всем.
И тут же офисное пространство заполняется звонками и стуком клавиатуры. Здесь у меня свой кабинет. Места тут не особо много. Узенькая комнатка, где помещается только стол и кресло. Я сажусь и включаю компьютер. Монитор вспыхивает заставкой.
Ко мне тут же заходит Катя. Это темноволосая девушка двадцати пяти лет.
– Ну что, как оно? – спрашивает она.
Я обычно не завожу дружбу на работе, но в этом случае сделала исключение. Мы вместе начали работать в свое время. Тогда как-то сразу у нас и сложились отношения. Нам поручили один праздник на двоих. Мы как-то быстро с ним справились, так и сблизились. Могу с уверенностью сказать, что на нее я могу положиться. Но все равно не во всем. Только по работе.
– Нормально. Вот, новый заказ от “Кондитре” получила, – откидываюсь в кресле, а затем включаю настольный вентилятор.
Гул вертящихся лопастей заполняет кабинет. Тут же становится хорошо.
– О, – ахает Катя. – Это здорово. Мать твоя сегодня рвет и мечет.
– Она это делает последние полгода, – морщусь я. – Она в офисе?
– Нет. Уехала на встречу, – говорит Катя.
То-то я думаю, почему она зашла ко мне. Когда мать в офисе, такие посиделки практически не происходят. Зинаида Павловна как залетит, как вставит всем по самое не балуйся. Сразу мотивация к работе появляется. Так и хочется бежать и заключать сделки с клиентами.
– Сергеев сегодня приходил в офис, – невзначай говорит Катя, склоняясь ко мне.
На ее лице появляется озорная улыбка.
– Оу. И что?
– Так с ним твоя мать и ушла. Может, у них там шуры-муры? – улыбается она.
Я закатываю глаза, мысленно представляя мать на свиданиях. Да хотелось бы. Чтоб хоть от меня отстала. Вот только мужчина на орбите ее жизни мог появиться исключительно по работе. Как-то после смерти отца она сторонилась всяких связей. Может, и с этим Сергеевым точно так же? Потому что я его помню. Страшно быть рядом с ним, но не быть рядом с ним может быть еще страшнее.
Я стучу пальцами по столу.
– Понятия не имею, – пожимаю плечами. – Я же с ней не живу.
– Я думала, ты в курсе, – Катя склоняется над столом. – Он сюда зачастил в последнее время.
Я хмурюсь. Хоть я и боялась пересекаться с Сергеевым, но буду рада, если мама на какое-то время побудет в отношениях. У нее свои заботы, а мне своих хватает.
– Нет. Меня же почти не бывает, – говорю я и поглаживаю живот.
– Ох, завидую тебе. Счастье-то какое. Папаша хоть радуется ребенку?
Я густо краснею.
– Я – мать-одиночка.
– Ох, попадаются такие козлы, – тяжко вздыхает Катя.
Да тут скорее я попалась. Аж сама не верю.
– Слушай, а что там с твоими заказами? – тут же перевожу тему.
Мы с ней всего лишь чуть больше, чем коллеги по работе, но вовсе не близкие подруги. Хотя по рабочим моментам мы очень много общаемся. Сплетничаем о всяком и иногда рассказываем веселые истории, происходящие на корпоративах. Разговоры о личном я стараюсь пресекать, хотя Катя иногда рассказывает про мужа. Она с ним познакомилась на одной свадьбе. Причем он был женихом, а она совсем недавно рассталась со своим. И вот как-то завязалось у них общение такое, что вскоре после свадьбы тот развелся и женился на Кате. Потом у них появился ребенок.
В общем, жизнь у нее веселая.
– Ань, давай хоть посидим вечером где-то. Я своему напишу, что приду позже. И тебе расслабиться надо. Выпьем по безалкогольному коктейльчику, повеселимся, – с улыбкой предлагает она.
И я киваю. Расслабиться мне точно нужно. И стараться не думать о руках Лесницкого на моей груди. Вот опять жарко становится, хотя вентилятор дует в лицо. Даже задумываюсь, как далеко могло зайти, если б в кабинет не ворвалась его секретарша.
Тут телефон Кати начинает звонить. Она берет трубку.
– Все, я пойду, – она тут же поднимается и вылетает из кабинета.
Я вздыхаю и включаюсь в работу. Нужно подобрать украшения на праздник. Помимо “Кондитре” есть еще клиенты. Вон, например, небольшая СТО, где я оставила недавно свою машину на починку. Так теперь просят меня устроить праздник в стиле “надо, чтоб красиво, ярко и блестело”. Да, заказчик немного странненький дедулька. Я так и представляю блестки среди бензина и мазута. Хотя его сотрудники просто предлагали скинуться на водку.
До вечера вожусь с остальными заказами. Надо будет еще подготовить документацию для Лесницкого.
Мой телефон вновь трещит звонком. Неизвестный номер. Беру его.
– Да? – спрашиваю.
– Анна Владимировна?
– Да.
– Я администратор “Апролины”. Вы были у нас сегодня. К сожалению, у нас нет свободных дней для празднования вашей компании на нужные вам сроки. Можем предложить на сентябрь.
Я вздыхаю.
– Ладно, а может, как-то перенести другой заказ на иную дату? Мой клиент готов оплатить любые расходы.
– Извините, но нет. Все забито. Мы правда хотели бы увидеть вас, но увы.
– А может, все же как-то договориться? – не собираюсь сдаваться. – Я могу обсудить с вашими другими заказчиками вариант переноса.
– Простите, но нет. До свидания, – говорит она и бросает трубку, прежде чем я успеваю что-то сказать.
Вот те на. Ладно. “Апролина” всего лишь вариант.
Я набираю “Кондитре”. Надежда Михайловна говорит, что лучше вопрос с рестораном решать через Лесницкого. Но проблема в том, что личный номер Лесницкого вообще выключен, что очень странно. Приходится набирать приемную. Там только секретарша. Ей я и передаю информацию о ресторане, на что получаю заверение, что она передаст все Лесницкому, а там уже и получу дальнейшие указания.
Когда попадаешь в общественное место не по работе, то нужно расслабиться. Но вместо этого я просматриваю слишком тщательно цены в меню, думая, а не выбить ли нам скидочку.
Катя тоже смотрит в меню, не зная, что выбрать.
Мы сидим в небольшом ресторанчике, находящемся неподалеку от нашего офиса. В зале царит полумрак. На столах стоят свечи.
Людей здесь не так много, все же середина рабочей недели. И здесь обычно собираются такие же работяги клавиатуры и компьютера, как и мы. Только если мы в своем агентстве больше на выезде работаем, то здесь собираются сотрудники ближайшего бизнес-центра.
Я заказываю себе десерт и чай. Миловидная официантка приносит заказ. Катя берет то же, что и я.
А я себя ловлю на мысли, что то и дело посматриваю на мужчин, сидящих за соседним столиком. Обычные менеджеры, судя по виду, но то и дело кидают на нас заинтересованные взгляды.
Вот я вроде беременная, но моего живота особо не видно. Бывает такое, но врачи говорят, что с ребенком все в порядке, растет как положено. Еще и грудь выросла.
Только без одежды видно, что есть беременность. Вновь жар окутывает меня. Без одежды.
Аж рычать на саму себя хочется за то, что заглядываюсь по сторонам. Это все потому, что секса давно не было. Еще и умножается на то, что беременная. Но по-честному могу себе сказать, что все усилилось, когда Игорь коснулся меня.
Одно касание, а я вспыхнула как спичка.
– Аня, – щелкает почти у меня под носом Катя.
– А, я тут, – улыбаюсь ей. – Просто задумалась.
Катя нагибается над столом и с улыбкой смотрит на меня.
– О мужчинах за соседним столиком? – и тоже косится в их сторону. – Понимаю, не хватает рядом сильного плеча.
– Ой, да ну ладно, – отмахиваюсь я.
– Слушай, вот тебе беременной-то этого хочется?
Я перевожу на нее взгляд.
– Чего этого?
– Близости с мужчиной.
Я усмехаюсь.
– Да, – киваю я.
– О, мне, значит, не повезло. Была со своим богатырем несколько недель на сохранении. На мужа даже смотреть не могла, – говорит она. – А у тебя был секс уже в этом состоянии?
Тут уж мне приходится краснеть по полной.
– Откуда?
– Ну, отец.
Я вновь хмуро смотрю на нее. Какой отец? Отцу этому ребенок в лучшем случае не нужен, а в худшем – он заберет его. Но даже таким не хочу делиться с ней.
– Или на сайтах знакомств. Ты что, не заходила туда даже? Попробуй. Есть такие мужчины, которым нравится близость с беременными.
У меня аж глаза на лоб полезли. М-да, я даже не могла подумать о таком. Хотя мысль об этом кажется просто дикой. Но пары занимаются сексом… Ох, не о том я думаю. Лучше о работе. Что делать, если “Апролина” отказалась?
– Все, я поняла. Ань, с тобой хоть в разведку ходи, – шутит Катя.
– Нет, ну почему? Я с радостью помогу с работой. Вот если есть проблема с клиентами – обращайся, – тут же говорю я.
Катя вновь усмехается. Я ей доверяю, но рассказывать о сокровенном не спешу. Тем более об отце ребенка!
М-м, а десерты тут просто объедение. Прям тает во рту. Я облизываю ложку. Встречаюсь взглядом с мужчиной с соседнего столика. Тот пристально смотрит на меня, а затем на его лице появляется улыбка. Жилистый, с симпатичным лицом.
Становится как-то неловко. Я опускаю руку на живот, показывая, что я беременная. Мужчина внимательно следит за моим движением. Становится не по себе, что его это совершенно не отталкивает, а даже наоборот. Улыбка становится шире.
Я теперь начинаю понимать, что извращенцев у нас полно. Даже на беременных смотрят.
Я вновь перевожу взгляд на Катю.
Слышится звоночек. Мы сидим так, что вход находится за моей спиной, а Катя, наоборот, на него смотрит.
Кто-то входит в ресторан. Коллега замирает и с расширенными глазами смотрит на вошедших.
– Что такое? – спрашиваю я, отправляя очередной кусочек тортика себе в рот.
– Это же Лесницкий? – она склоняется ко мне.
Я аж поперхнулась. Липкая сладость застревает в горле. Отпиваю чая, чтоб хоть немного расслабиться.
А затем поворачиваю голову. Встречаюсь с темным взглядом Игоря. Он удивленно смотрит на меня. Рядом с ним высокая черноволосая девушка на шпильках, в которой я еле-еле узнаю его секретаршу.
Глава 4
Впрочем, мне не должно быть никакого дела, с кем он там ходит по ресторанам. Зато тело покрывается мурашками от его пристального взгляда в мою сторону.
Я вскидываю руку в приветствии, и Игорь отвечает мне тем же. Затем переключается на свою спутницу и отводит ее в сторону.
– И что, не будешь к нему подходить? – спрашивает Катя.
– Нет, зачем? – поворачиваюсь к ней.
У меня щеки горят. Что он здесь забыл? У него же офис в другом районе города.
– Как зачем? – удивленно говорит она. – А по заказу? Ты же работаешь на него.
– Но это не значит, что я должна за ним везде бегать. Мы сюда пришли просто отдохнуть, – поясняю ей.
Катя, прищурившись, смотрит на меня.
– Вот ты опытней меня, а не знаешь такой фишки, что клиентам нравится, когда мы за ними бегаем. Когда рассказываем, что все идет по плану.
– Ну, у меня не все по плану. И тем более, если б я ему нужна была сейчас, то он бы ко мне обратился, – поясняю я. – Я знаю эту фишку.
Я вновь смотрю в сторону стола, где сидит Лесницкий. Не, ну там определенно нет смысла подходить. Разве что разорвать эту идиллию. Они сидят сбоку от нас. Но небольшая перегородка скрывает от нас Игоря. Не видно, что делает он, зато прекрасно заметно, как глупо улыбается его секретарша. Смотрит на него огромными глазами и улыбается.
Не понимаю почему, но меня это задевает. И было бы из-за чего. Я всего лишь ношу его ребенка. Все, что было между нами – было полгода назад. Так что нечего сейчас включать обиду.
– Аня, – перед носом щелкает пальцами Катя. – Ты чего?
– Да я задумалась, – улыбаюсь ей.
– Расслабиться тебе надо, – говорит она.
– Так мы отдыхаем.
– Да я не про это.
Я закатываю глаза. Секса хочется безумно, но этим надо было заниматься, когда еще живот не вырос.
Вновь кидаю взгляд на стол Лесницкого. Секретарша, уже не стесняясь, скользит ногой по ноге Игоря. Тот сидит в телефоне как ни в чем не бывало. Вот же козел. Бабник этот Лесницкий. Еще бы на столе потрахались.
– Ладно, я сейчас, – встаю я из-за стола.
Рядом раздается скрежет ножек отодвигаемых стульев.
Направляюсь в туалет. Здесь он огромный, разделенный на две половины. Посетителей немного, потому очереди нет. Я быстро делаю свои дела. Вот только когда выхожу из кабинки, то застаю у умывальника того мужчину, который сидел за соседним столиком.
– Вы ошиблись дверью, – говорю я и улыбаюсь.
– Почему? Я не ошибся, – отвечает парень. – Может, развлечемся? По-быстренькому.
Липкий страх расплывается по телу. Я даже телефон с собой сюда не взяла.
– Простите, но нет.
Парень отлипает от умывальника и приближается ко мне. Я нервно сглатываю. Это вот не та ситуация, в которой я хочу сейчас оказаться.
– Что нет? А чего ты тогда ложку так облизывала? – спрашивает мужчина.
Его лицо слегка кривится. Я недоуменно хлопаю ресницами.
– Вы же для этого сюда приходите, – продолжает он.
Он уже совсем близко.
– Вы меня не поняли, – говорю я. – Я же беременная!
– Да плевать. Дружка моего обслужить-то сможешь, – его руки тянутся к ремню. – Что ртом, что писечкой. Ты не бойся, малыш. Я заплачу. Я щедрый.
Я вновь сглатываю. Руки обхватывают живот. Неужели реально такие извращенцы существуют? Мне еще и заплатить хотят.
Я стою в ступоре, не зная, что делать. Но определенно надо валить отсюда. Кидаюсь к двери, но этот извращенец встает передо мной.
– Помогите! – кричу я, но мой голос глушится в его ладони.
Я только и думаю, что надо защитить ребенка, прижимаю одну руку к животу, а другой пытаюсь оттолкнуть его. Но куда мне против мужика? Так, спокойно, Аня. Мы же когда-то ходили на курсы самообороны. Вот надо срочно навыки вспоминать.
– Ты чего разоралась? – рявкает он. – Говорю же. Сейчас повеселимся.
Зажимает к кабинкам.
Слезы текут по щекам.
Тут в дверь туалета кто-то стучит. Извращенец на миг останавливается.
– Занято! Идите в мужской.
Затем вновь поворачивается ко мне. Задирает юбку.
Пытаюсь вырваться. Я все еще не понимаю, что это происходит со мной. Я будто не я. Но мне нужно защитить ребенка. Тут же в голове вспыхивают воспоминания, как и что делать. Не знаю, откуда у меня берутся силы. Поджидаю, когда он на секунду ослабит хватку. Подныриваю под него и отталкиваю. Тот отлетает к умывальникам. Ударяется спиной.
Я лечу к выходу, прижимая руку к животу. Ругательства летят в мою сторону.
Дверь оказывается закрыта. Дрожащими руками открываю замок.
Выскакиваю наружу, не видя никого перед собой. Врезаюсь в кого-то, а меня тут же хватают в объятья.
– Пустите! – рявкаю я.
– Спокойно, карамелька, – слышится знакомый голос.
Но я будто не слышу. Начинаю вновь вырываться.
– Карамелька, стой, – повторяет Игорь, удерживая меня.
Сердце лихорадочно бьется рядом с ним.
– Боже, Игорь, – замираю в его руках и поднимаю на него взгляд. – Боже… я там…
Мелю первое, что приходит в голову.
Мужчина внимательно смотрит на меня. В его руках я успокаиваюсь.
– Так, спокойно, – говорит жестко Игорь.
Он само спокойствие. Будто ничего не происходит. Стальные нервы. Я вытираю с лица слезы.
– Мужик, отойди от нее, – говорит извращенц, выглядывая из туалета.
Я еще больше прижимаюсь к Лесницкому.
– Это моя баба, – говорит тот, прижимая руку к спине. – Или проблемы будут.
– Я его не знаю, – выдыхаю я.
Игорь переводит взгляд с на меня на напавшего. Затем просто отодвигает меня в сторону и делает шаг к мужику. Сгребает того за шкирку.
Я прижимаю руки к груди.
– Да ты знаешь, кто я такой?
– Понятия не имею, – спокойно говорит Игорь. – Да и не интересует.
Он вталкивает его в мужской туалет.
Официанты и администратор ресторана стекаются в проход поглазеть на происходящее.
– Мужчины, не деритесь, – влезает администратор. – Или нам придется вызвать полицию.
– Я просто поговорю, – спокойно отвечает Игорь.
Он нависает над оппонентом.
Перед носом администратора тут же щелкает замок.
Администратор прилипает к двери, прислушиваясь к происходящему. Да мне и самой интересно. Не хотелось бы, чтоб Игорь кого-то бил. Я потихоньку успокаиваюсь, хотя дрожу как осиновый лист.
Тело все еще фантомно ощущает чужие касания. Так грязно. Хочется отмыться от всего этого.
Собравшиеся переводят на меня взгляд. Но мне так плевать на них. Хотя так и ощущается, что я виновата во всем. И что улыбалась, и что глазки строила. Но ведь все равно нельзя делать так, как делал тот мужик. Нельзя хватать людей и принуждать их.
– Аня, что случилось? – рядом оказывается Катя.
– Да вот. Пристал ко мне один, – выдыхаю я. – А там Лесницкий.
– Пойдем тогда отсюда, – она берет меня за локоть.
– Нет-нет. Надо подождать, – отвечаю я.
Зуб на зуб не попадает. Руки вновь опускаются на живот. Перед глазами встает картинка, как Игорь долбит несчастного об стену, как у того вылетают зубы, а нос весь в крови. И мужик лежит окровавленный на полу туалета. Вот умею я в самое фатальное.
Дверь мужского туалета открывается. Из нее выходит один Лесницкий. Того извращенца не видно. Но вскоре и он показывается. Смотрит волком на всех.
– Мы поговорили, – так же спокойно говорит Лесницкий, буравя меня взглядом.
Он подходит прямо ко мне. Смотрит таким взглядом, от которого у меня по телу пробегает дрожь. Приятная. Возбуждающая.
Инстинкты вопят, что надо брать самца. Точнее, чтоб он сам нас взял. Хочется остаться с ним наедине и…
– Вынужден принести извинения, – слышится мерзкий голос.
Игорь лишь вполоборота поворачивает голову в сторону извращенца.
– Так-то лучше.
– Я же не знал, что она ваша, – цедит тот мужик. – Лес? Ведь так?
Неужели это его кличка? Я вздрагиваю. И тут же вспоминаю Сергеева почему-то. И его слова, что лучше в лес не попадать, иначе пропадешь. И что-то я сомневаюсь, что он имел в виду лесополосу возле города.
Ну, да, ну да. Мажор… Либо у меня настолько бурная фантазия, что я представляю Лесницкого криминальным авторитетом.
– Так. Еще раз увижу на моей территории, – жестко говорит Игорь, – сам понимаешь, как будем разбираться.
– Понял-принял, – извращенец буквально просачивается между Игорем и стеной.
Я же просто уступаю ему проход.
Администратор и собравшиеся зеваки переводят взгляд на Игоря. И что-то мне становится не по себе. Опасно рядом с ним. Кажется, меня пронесло, что про ребенка не сказала. Иначе точно бы попала.
– Все в порядке? – не обращая ни на кого внимания, спрашивает Игорь.
– Игорь! – слышится визжащий голос, а на Лесницкого чуть ли не прыгает его секретарша, совсем не вовремя оказавшаяся рядом.
Игорь морщится.
– Снежана, отпусти меня, – говорит он, пытаясь вырваться из крепких лап.
Его секретарша вцепляется в него, как клещ в собаку во время прогулки.
А у меня слегка сердце екает от этой картины. Хотя я себе запрещаю реагировать! Ну правда. Зачем только терзать себя?
Темный взгляд Игоря устремляется на меня. И как же он смотрит. Его взгляд. Темный. Властный. Будто он победитель, требующий свою награду.
И да, у меня тут же тяжелеет внизу живота. И взгляд не могу отвести. Вновь смотрю на Игоря, а грудь будто фантомно ощущает его касания.
– Но Игорь, – тут же пищит Снежана.
Я выхожу из морока и перевожу взгляд на Катю. Уходить отсюда надо бы. Но вроде нельзя. Надо же хоть что-то сказать Лесницкому.
– Спасибо, – выдавливаю из себя хриплым голосом.
– Поговорим, – кратко кидает он и поворачивается к притихшей администратору ресторана. – Прошу прощения за данный инцидент. Надеюсь, что все у вас будет в порядке.
– Ой, – пищит та. – Это мы вынуждены принести прощения, что ваш отдых был испорчен. Может, бутылка лучшего шампанского за наш счет? Или обед? Или можем предложить на выбор.
Игорь машет рукой, мол, ничего не надо. Снежана наконец-то отцепляется от него и зыркает на администраторшу, глядящую на Игоря, чуть ли не как на произведение искусства.
– Лучше бы следили за своими посетителями, – вставляет Снежана.
Администратор смотрит на нее.
– Так, все, – вновь вставляет Игорь. – Ка… Анна за мной. А вы, Снежана, разберитесь с администрацией.
И отставляет свою секретаршу в сторону. Та дует свои губы, становясь сильно похожей на уточку.
Я же прижимаю руки к животу и иду вслед за Игорем. По дороге мужчина спрашивает у официанта, где тут вип-зона, и, когда тот отвечает, идет в заданном направлении.
В голове туман. Только и удивляюсь, что у них есть такое место. А почему мы раньше туда не ходили с Катей?
Но тут же эти вопросы улетучиваются, когда я остаюсь один на один с Игорем.
Здесь небольшая зона со столиком и диванчиками, огороженная перегородкой, которую легко сдвинуть. Огромное окно, закрытое шторами. Если их открыть, то можно будет увидеть весь зал.
Вот только я вся подрагиваю от того, что остаюсь один на один с Лесницким. Аромат его духов окутывает меня.
И я вновь его хочу. Да что со мной такое? Меня же чуть не изнасиловали, а я чуть ли не теку.
– Карамелька, вот умеешь ты выбирать мужиков, – говорит с улыбкой на губах Игорь, вновь обводя меня взглядом.
Лениво смотрит, высокомерно.
Я прищуриваюсь.
– Вас тоже в свое время выбрала, – тут же отвечаю я.
В его глазах вспыхивает огонек заинтересованности.
– Всегда можно повторить, – говорит он. – Ты одуряюще пахнешь сладостью. Я запомнил.
– Но это не значит, что мы опять должны. Мы же договорились в прошлый раз, – хрипло говорю я, глядя в его глаза.
– Договорились, но всегда можно отменить договоренности, – говорит Игорь.
– О, кстати, у нас там изменение в планах…
И я замолкаю, потому что он делает шаг ко мне.
– С тобой все в порядке? – спрашивает он участливо.
А в глазах все тот же огонь.
– Да, он не успел ничего сделать, – киваю я и отступаю.
Поясницей упираюсь в стол. Сердце бешено колотится, готовое вот-вот выскочить.
– А вы о работе хотели поговорить?
Мужчина подается вперед. Миг, и его губы опускаются на мои. Он как лавина надвигается на меня, а я не в силах сопротивляться. Прижимаюсь к нему. Давлю животом на него.
И тут он замирает. Его язык перестает терзать мой рот. Игорь слегка отстраняется и смотрит вниз. Туда, где живот упирается в него. Еще и малыш решает нас порадовать и начинает толкаться.
– Ты беременна? – удивленно спрашивает он.
– А, да, – киваю я.
Щеки и губы горят. Кровь, горячая, как лава, течет по венам. И опять я хочу.
– Оу, – только и может сказать Игорь.
– То есть вы не поняли? – почему-то спрашиваю я.
Становится обидно. Он же меня в кабинете зажал. Неужели еще там не понял, что я беременна?
– Можно я не буду говорить вслух, о чем подумал? – тут же говорит он ошарашенно.
Затем и вовсе отступает от меня.
– Ты замужем? – внезапно спрашивает Игорь и вновь смотрит мне в глаза.
Я густо краснею. Внезапный вопрос. Особенно после произошедшего. Особенно после поцелуя. Да за кого он меня принимает?
И весь спектр моих эмоций отображается в глазах Игоря. Так нельзя. Я профессионал. Я не имею права срываться на клиентов, даже если хочется послать их в пешее эротическое. Я должна быть спокойна. Но это не так. Пульс зашкаливает. Перед глазами чуть ли не расплывается все. Могу сорваться. Поэтому вспоминаю терапию успокоения и просто размеренно дышу.
Он переводит взгляд на мои руки. Я уже представляю, как в его голове проносятся мысли о том, что я замужем и целуюсь тут. М-да, ничего так работничка нанял.
– Нет, – признаюсь тут же я. – Я не замужем. Так что совесть мучить точно не будет.
Игоря аж отпускает. Он тяжело вздыхает и хмыкает. Потирает рукой свое лицо, а взгляд то и дело падает на живот. И хочется ему сказать о ребенке. Опять. Ведь неважно, кто он. Бандит, просто авторитет, бизнесмен или обычный менеджер. Отец должен знать о своем ребенке. И я готова ему сказать. Готова открыть рот. Это же так просто – сказать правду. Если б не мой страх. Для кого-то беременность и дети – радость. Особенно если это семейная пара. Но уж точно не для нас. Мы всего лишь случайно оказались в постели один раз. Ладно, перед постелью еще был коридор, ванная и так далее. Но все равно это не повод.
– Просто так вышло, – мой голос срывается на хрип.
– Так, ладно, – останавливает меня Игорь. – Ты извини, что я так полез. Я ж не знаю, как там у вас, беременных.
– Врач не запрещал, – отвечаю я.
И тут же сглатываю комок, подобравшийся к горлу. Боже, что я несу? Это все желание моего тела, которое не может просто так никуда деться.
Неловкая пауза виснет между нами.
– Кстати, раз уж мы здесь, тогда обсудим место проведения праздника? – тут же перевожу тему.
Потому что уж точно не хочу говорить сейчас с Игорем о сексе беременных женщин.
– Не сегодня, – морщится Игорь. – Ты же там все знаешь, все понимаешь – решай. Я только подпишу.
Я киваю. Как-то неловко рядом с ним. Ага, точно так же неловко, как и полгода назад было. Но его запах все еще витает в воздухе, и мне так приятно его вдыхать.
– Хорошо, – говорю я.
Уголки губ дергаются.
Ловлю темный взгляд. Тот самый глубокий и пристальный.
Игорь будто слегка подвисает. Его взгляд устремляется на окно вип-зоны. Руки то и дело сжимаются в кулаки.
Страшно становится, а потому я спешу на выход. Ну вот. Он узнал о том, что я беременна. Интересно, у него могла хотя бы появиться мысль, что это от него?
В груди начинает жечь. Огонь расползается по всему телу, а на глаза наворачиваются слезы. Я корю себя за то, что не сказала ему. Руки прижимаются к животу.
За дверью вип-зоны я обнаруживаю Снежану. Секретарша Лесницкого обводит меня взглядом. Опять задерживает взгляд на животе и хмыкает.
– До свидания, – выдавливаю из себя улыбку.
– До свидания, – получаю пищащий ответ.
Секретарша тут же влетает к Лесницкому в вип-зону.
Тут же жмурюсь. Грудь вновь сдавливает в районе сердца. Вот чего так реагировать? У нас просто случайная связь была.
Я же стараюсь не думать о том, что Лесницкий там с секретаршей будет делать. Это уже не мое дело. Но почему-то встреча с прошлым дает о себе знать.
У меня в сердце раздрай. Потому что задевает. Потому что не хочется думать о том, сколько у него любовниц было после меня, но все равно думаю. Не могу по-другому.
И стоит уже забыть и продолжать жить дальше. В конце концов, у меня будет ребенок. Ему точно нужна мать. Ну, желательно целая и здоровая. А все остальное не так важно. Или важно? Я запуталась. Действительно запуталась.
Забираю Катю из ресторана, и мы разъезжаемся по домам.
Глава 5
– Анечка, – слышится в трубке голос Надежды Михайловны. – Я ничего не понимаю, но от заказа нам нужно отказаться. Пришло указание сверху.
Я недоуменно смотрю на экран. Как это отказались?
– Точно? Просто мне Лесницкий ничего не говорил. Даже наоборот – поощрил и сказал предоставить ему идеи.
По телу пробегают неприятные мурашки.
– А нам вот сказали, что из-за того, что вы там с рестораном не договорились, сказали нанять другую фирму, – говорит она.
Ничего не понимаю.
– Надежда Михайловна, а вы мне можете дать номер Лесницкого? Или я сама приду, – говорю я.
– Анечка, не могу. Начальство же.
– Он мне давал когда-то. Но я не могу дозвониться, – поясняю я.
В кабинет заходит мать. Высокая темноволосая женщина пятидесяти лет. В брендовой одежде и с сумочкой такой стоимости, что можно несколько холодильников купить. Вот я и думаю, смотря на нее, точно ли у нас огромные проблемы на фирме?
– А, так я все равно не могу. Мне действительно очень жаль, – говорит Надежда Михайловна.
– Может, все же как-то договориться? – смотрю в карие глаза матери.
У нас цвет глаз похожий. Она грациозно садится на стул и смотрит на меня, ожидая, когда я договорю. Ее острый взгляд так и колет меня. Мать начинает постукивать ногтями по столу.
Я немного отвлекаюсь на нее, прослушивая половину того, что говорит Надежда Михайловна.
– Так что извините, но никак. До свидания, – и кладет трубку.
Я опускаю свой смартфон и перевожу взгляд на мать.
– Что такое? – надменно спрашивает она.
Я с ней по телефону не люблю говорить, а в жизни тем более. Как окатит волной презрения, так сразу желание общаться и пропадает.
– Заказ отменен, – говорю я.
– Да и плевать, пока у нас есть “Кондитре”, – машет рукой.
Я смотрю на нее и тяжело вздыхаю.
– “Кондитре” отказались? – ее глаза вмиг темнеют. – Аня, что ты натворила? Или это все из-за того, что ты беременна? Ну точно! Такая солидная фирма не может себе позволить…
– Мама, перестань, – обрываю ее. – Я и сама не понимаю, что происходит. Мы с Лесницким договорились, что как только я все подготовлю, то могу ему показать проект и смету.
Зинаида Павловна продолжает стучать ногтями по столу.
– Мы на тех заказах, что есть, далеко не уедем.
– Мам, что происходит?
– У нас долг. Там и за офис заплатить, и за обслуживание, и кредиты выплачивать.
– Так давай квартиры продадим. Твою, мою – и оплатим этот долг.
– Не все так просто, – говорит она.
– Я видела, это все подъемные суммы, – я тру лоб.
С мамой как начинаешь говорить, так сразу голова болеть начинает. Вот умеет она доводить. И про долг отца знаю, поэтому и пашу как лошадь. Кажется все какой-то бездонной черной дырой, из которой не выбраться.
– Не знаю, Аня, – говорит она. – Езжай к Лесницкому. На колени падай, но чтоб контракт вернулся к нам.
И переводит взгляд на мой живот. Я инстинктивно прижимаю руки к нему. Мать хмыкает. Такое от нее я слышу впервые. Даже поверить не могу, что она это сказала.
– Хватит, мама.
– А что хватит? Он молодой, неженатый. Могла бы лечь под него еще на прошлом корпоративе, – говорит она.
Кровь в венах стынет от ее слов. Нет, я догадывалась, почему она посылает именно меня к богатым клиентам, но не думала, что озвучит это вслух.
На глаза наворачиваются слезы. Любовь моей матери к деньгам превыше любви ко мне.
– К бандиту? – выдавливаю из себя.
Моя мать начинает хватать ртом воздух от возмущения.
– Не наше дело, чем его отец занимался когда-то. Сыночек у него что надо. Но тебе же надо было залететь от не пойми кого.
Щеки вспыхивают, а мне не хочется, чтоб мать заметила это.
– Я даже разговаривать на эту тему не хочу.
– И вообще, ты думаешь, наш отец просто так поднялся?
Я закатываю глаза. Понимаю, что не просто так. В жизни много что не просто так. Но это не означает, что надо не опасаться.
– Хватит, мам. Я найду другой заказ.
– Уж будь добра.
Зинаида Павловна просто встает, поджимая губы, и выходит из моего кабинета.
Меня же трясет. Достало все.
В кабинет входит Катя. Видит мое состояние, хочет выйти, но я прошу ее остаться.
Невыносимо находиться одной.
С мамой у меня теплые отношения только в детстве и были. И то – до смерти отца. Он будто невидимая нить, которая связывала нас вместе. Человек, устраивавший праздники, был сам праздником. Мы с ним никогда не нуждались. А вот после его смерти мать будто отстранилась от меня. Или она всегда была такой?
Я растерянно смотрю на свой стол.
Ага, кто у нас дома готовил? Мама. Как могло у человека так повернуться на деньгах все? За каких-то несколько лет она превратилась в черствого человека, не гнушающегося ничем.
Подложить меня под кого-то. Еще в Средневековье вернуться не хватает.
Я тру виски.
– Что на этот раз? – мягко и участливо спрашивает Катя.
– Да так, нахлынуло, – говорю я, потирая пальцами нос.
Мысли бродят где-то далеко, а я зарекаюсь в очередной раз быть самой лучшей матерью для своего ребенка.
***
– Анечка, а еще шарики, – говорит Василий Иванович – сухощавый дедушка в клетчатом костюме, владелец СТО, где я как-то оставила на починку свою машину. Мастера тут прекрасные. Ну и я, когда ждала, пока починят, посидела и попила чай с Василием Ивановичем. К нему же не так часто заходят девушки. Он как узнал, что я занимаюсь организацией праздников, так тут же решил, что в его СТО праздника не хватает. А мою машинку еще раз посмотрят и исправят все что можно. Да я и не против. Хотя совсем недавно проходила техосмотр. Но когда мне тут сказали про одну поломку, связанную с тормозами, я чуть не поседела. Тут же подумала, что меня разводят, но оказалось, что нет. Действительно была проблема. Мне даже показал мастер, где именно.
Ох, а ведь на тот момент эта неисправность могла стоить аж двух жизней.
Так что этому СТО я благодарна очень сильно. И вот сейчас жду, пока починят мою детку.
– Черные? – в шутку спрашиваю его и оглядываю площадку.
Сегодня мой заказчик решил меня вызвать, чтоб окончательно определиться с празднованием.
В воздухе царит запах бензина и мужского пота. Слишком тестостероново и брутально. И вдруг в этом месте – среди шин, разобранных машин и трехэтажного мата – мне предлагают заказать шарики. И сто процентов цветные.
– Вы что? – возмущается Василий Иванович. – Конечно, разноцветные. У нас должен быть праздник!
И так все воодушевленно, размахивая руками.
Я приветливо киваю ему. Да-да. Его мастера с какой-то тоской смотрят в мою сторону. Я помню. Водка! Вот что они хотят, в отличие от Василия Ивановича. И это мне тоже придется организовать. Все же еда, напитки – все заказывается через нашу фирму. Для этого у нас есть договоренности с некоторыми ресторанами. Главное, что клиент готов платить. А Василий Иванович готов, даже несмотря на то, что его СТО не премиум-класса.
Меня все еще беспокоит внезапный отказ “Кондитре” от моих услуг. Ну правда. Я же не смертельно больная, а всего лишь беременная. Это мне вообще никак не мешает работать. Но, видимо, мешает – по мнению Лесницкого.
– Анечка, все в порядке? – спрашивает Василий Иванович и предлагает жестом пройти в его кабинет.
– А, да. Я задумалась.
– У нас тут жарко, а у меня в кабинете прохладно. Думаю, вам не стоит долго на жаре стоять.
Я рассеянно киваю.
– Да, конечно. А как там с моей машиной?
– Мои мальчики на следующей неделе закончат.
Мы поднимаемся по железной лестнице, которая скрипит под нашими ногами, на верхний этаж СТО.
Здесь весьма мило и обустроено. От обстановки кабинета Василия Ивановича веет теплом и радушием. Даже несмотря на его работу, у него тут висят детские рисунки с розовой краской.
Очень мило и душевно тут.
Я присаживаюсь на кожаный диван.
– Будете чай? – участливо спрашивает хозяин.
– А, нет. Спасибо. Не пью летом чай.
– Да? Ну ладно. Водички? – спрашивает он.
– Хорошо, – киваю я.
Василий Иванович сам мне наливает. Ставит стаканчик рядом со мной.
– Я документы приготовила, – протягиваю ему папку. – Нужно будет подписать.
Стискиваю подол платья. Там такие суммы. Может, ему не понравится. Мысленно думаю, как бы скидку попросить у наших партнеров.
Но Василий Иванович довольно улыбается, ознакомившись с документами.
– Отлично, все готово. Буду очень ждать. Когда начнется подготовка?
– Через неделю приедут люди, начнут украшать. Можете отпустить мастеров на это время. Как все украсим, привезут еду, – говорю я. – Затем уже увеселительные мероприятия. С ведущим уже договорилась, он уже готовится.
– Здорово. Анечка, вы огромная молодец, – говорит он.
Вот нравится мне работать с такими приятными людьми. Так душевно. Это как вернуться в детство, когда папа был жив.
Мы мило побеседовали. Все напряжение, которое царит в моей душе после встречи и поцелуя с Лесницким, испаряется.
Но ненадолго. Я прихожу домой и буквально валюсь с ног. И вроде день прошел, а я все вспоминаю, как Игорь целовал меня.
Вот почему не могу выкинуть его из головы? Потому что где-то глубоко в мечтах мне чудилось, что он после той ночи пригласит меня на свидание, затем мы станем парой. Вот так наивно и глупо. Мечтать же не вредно. Мне хотелось, хотя понимала, что реальность будет другой.
Я поглаживаю живот. Малыш пинается мне в ответ.
Ничего. Все у нас будет хорошо.
Глава 6
С отказом “Кондитре” от заказа у меня появляется куча свободного времени. Я еще когда получала заказ, с содроганием думала, что все. Теперь придется бегать между заказами как угорелой. Еще и по жаре. Еще и без машины. Но все складывается как нельзя кстати. Хотя и обидно. Процент с “Кондитре” мог бы покрыть часть расходов, о которых говорила мать.
Но в конце концов, в нашей фирме, помимо меня, есть еще сотрудники. Вот они тоже приносят свой доход.
Так, ну это я уже совсем себя загоняю. Все вкладывают свои силы, и получают наши менеджеры честно заработанное. Хотя я слышала, в последние две недели стали увольняться люди. С новенькими частенько текучка случается, но вроде ничего критичного. Наверное. Те, кто давно в нашей фирме, так и работают. Работа все же стрессовая.
Я уже неделю занимаюсь оставшимися заказами. Все так спокойно. Только погода не радует. Слишком жарко. Еще и хожу на плановые обследования.
Вот как раз сегодня нужно зайти к своему гинекологу.
Но в последнюю неделю я заметила, что за мной ездит какая-то темная машина. Просто куда бы я ни пошла, везде она. Я уже было решила, что просто совпадение. Мало ли. Есть же такой эффект, когда думаешь, что видишь что-то слишком часто, начинает попадаться на глаза еще чаще. Вот и сейчас у меня такое же ощущение. Только одно “но” – номера машины. Они одни и те же. Значит, это точно не совпадение.
Тогда, может, случайность? Может, там какая-то беременная с моего района, которой надо в ту же консультацию, что и мне?
– Я вам выписываю витамины и направление на анализы, которые нужно сдать для контроля. Через пару недель на плановое УЗИ, – протягивает доктор мне листок с назначениями. – Если хотите, тут есть центр для занятий для беременных.
– О, я уже как раз записалась на курсы. Все же мне без отца воспитывать ребенка.
Я киваю и улыбаюсь ей.
Взгляд то и дело падает в окно на первом этаже. Вижу там двух мужчин, стоящих рядом с той машиной. Нервно сглатываю.
Что-то мне это совсем не нравится. Даже врача своего слушаю невпопад. Да что со мной такое?
Все же нахожу силы встать, когда врач несколько раз зовет меня.
Выхожу на улицу. Времени до конца рабочего дня вагон, но не хочется ехать в офис. Там душно. Решаю поехать домой. Все же там тоже можно будет спокойно договариваться с исполнителями. И потормошить ведущего для СТО тоже требуется.
Я направляюсь к остановке, то и дело озираюсь. Машины уже той нет, и я расслабляюсь. Действительно показалось, что за мной кто-то следит.
Втискиваюсь в жаркий салон автобуса, прижимая ладонь к животу. Тут же какой-то парень уступает мне место. Я благодарю его и сажусь. Ух, ну и жарень. И так хочется мороженого.
И не думать об Игоре. Хотя так и хочется понять причину того, почему он отменил заказ. А может, и не нужна мне та причина?
Заказы отменяются не в первый раз. Клиенты разные бывают. Есть вообще залетные. Сделку могут начать согласовывать, а потом не подписать, но от “Кондитре” такого не ожидалось. Все же в прошлый раз хорошо было. Так, ладно. Нечего загоняться.
Когда ж уже жара пройдет?
Я машу рукой себе на лицо, пока иду к подъезду. Позади раздается визг шин.
– Анна Владимировна? – слышится громкий бас.
– Да? – оборачиваюсь я с дежурной улыбкой на лице.
Мало ли, вдруг клиент какой.
Но нет.
Знакомые номера, черная машина. И те двое мужчин, что ездят за мной уже с неделю.
С наглыми небритыми лицами смотрят на меня. Еще и ухмыляются так, что становится не по себе. Братки из девяностых прямо. Карикатурно, хотя казалось, что они канули в лету.
– Нужно поговорить.
Я тут же вспоминаю, где успела накосячить, но в голову ничего такого не приходит. Да я даже соседку не затопила ни разу.
– По поводу? Вы наши клиенты? – спрашиваю я.
Главное – улыбка. И не конфликтовать.
– Это не мы ваши клиенты, это вы наши клиенты.
Я недоуменно смотрю на эту двоицу, пытаясь понять, кто они такие и что они имеют в виду.
Просто я их вижу впервые. Может, моя мама с ними работала?
– Простите, но я не совсем понимаю… Вы охрана?
Мужики переглядываются между собой и цокают языками. А один и вовсе сплевывает себе под ноги. Пусть радуется, что на скамейке нет соседки. Уже бежал бы от нее и ее сковородки за такое. Она такая гроза, что гопники обходят дом стороной. Но увы, ее сейчас нет, зато есть эти типы.
– Да, охрана, – гыгыкает один из них.
Второй начинает хмуро смотреть, давя своим взглядом. Я недоуменно смотрю на них.
– Эм, да вроде нам и не нужна.
– Нужна, нужна, Анна Владимировна. Вы ж еще долг не выплатили.
– Какой долг? – тут же спрашиваю, мысленно прикидывая, на что я брала кредиты. – За холодильник я уже давно расплатилась.
Мужики вновь ухмыляются.
– Так не за холодильник, – тут же отвечает один. – Зинаида Павловна Михайлова брала у нас деньги.
Я нервно сглатываю и округляю глаза.
– Так, может, тогда надо именно с нее и трясти? Она здесь не живет… – начинаю я.
– Ну вы же ее дочь, Анна Владимировна. Ваша задача работать. А наша – наблюдать. Просто познакомиться поближе не помешает.
Я вновь недоуменно смотрю на них.
– Ничего не понимаю. То есть вы будете наблюдать?
– У вас же есть кое-какие проблемы, которые в будущем могут помешать, – взгляд мужчины падает на мой живот. – А мы всего лишь будем вам напоминать, что нельзя останавливать работу.
Я тут же прижимаю руки к животу.
– Если вы меня не оставите в покое – я пойду в полицию, – тут же говорю я уверенней.
Руки начинают подрагивать, но я не позволяю себе ни опускать глаза, ни пятиться назад. Зато эта охрана вновь переглядывается между собой.
– Не надо нас пугать полицией, – на меня надвигаются.
Мне приходится отступать к двери подъезда.
– Мы вам еще раз говорим. Работайте, но не теряйте заказы. Иначе вашему агентству будет хуже. Хотя квартирка вам еще принадлежит. Можно и ее отдать, – подмигивает один. – Нам пригодится. А то крышевать вас тоже невыгодно.
Холодок пробегает по спине. Крышевать? Куда это нас мать втянула? Я же знаю о проблемах, но чтоб они были такие, я не представляла себе!
Страх сковывает тело. Мышцы сводит, и я едва могу двигаться. Перед глазами темнеет.
– Я не понимаю, – только и выдавливаю.
– Так, Костян. Нечего пугать девочку. Пусть работает. Только заказы хорошие пусть не теряет, – тот второй стукает говорящего по плечу. – А то мы и так ее запугали. Вон уже лица на ней нет. Запугаем девочку, и вообще все заказы растеряет.
Сейчас только одна мысль бьется в голове – чтоб не трогали ребенка. Все.
И мне так ужасно сейчас осознавать, что те времена, про которые я слышала только из рассказов живших в девяностые и немного от отца, никуда не делись. Что даже сейчас на меня наезжают, как было когда-то. Карикатурно так. А я стою и даже сдвинуться с места не могу.
– Так, что, Анна Владимировна, работайте. И заказики получше набирайте. А иначе, – они смотрят на мой живот.
Они угрожают ребенку? Мои глаза расширяются. Перед глазами темнеет. Вот-вот в обморок упаду.
Тень накрывает мужчин.
– Пропустите? – слышится знакомый голос, который звучит как из другой реальности.
Лесницкий. Он чуть выше этих братков. Возвышается над ними, как коршун над добычей.
– Игорь, – выдыхаю я, радуясь, что вижу его.
– Аня? – удивленно спрашивает он и обводит взглядом нашу компашку.
Надеюсь, что он не плод моего воображения. Потому что жарища стоит такая, что я бы не удивилась.
Братки оборачиваются. Их плечи тут же опускаются, когда они видят Лесницкого. Позади того тоже стоит охрана. Мне становится немного смешно. Все же я устраиваю праздники, а у меня тут чуть ли не стрелка под окнами. Кто бы мне сказал, что такое реально в наше время?
– У вас какие-то проблемы? – добродушно спрашивает Игорь.
– Мы всего лишь поговорили с Анной Владимировной, – говорит переговорщик.
– Вы ее клиенты? – тихо спрашивает Лесницкий, а мне становится не по себе от его голоса.
Такой жесткий и пронзительный. И взгляд скользит от одного к другому.
– У нас с ней деловые вопросы, – тут же отвечает переговорщик.
– Думаю, что вы их уже решили, – жестко говорит Лесницкий. – Ведь так?
– Да, конечно, – братки кидают на меня последний взгляд и отходят от подъезда.
Я же перевожу взгляд на Игоря. Он будто взялся из ниоткуда здесь. Кидаю взгляд на двор. А, вот его машина. Я ее даже не заметила, когда подошла к дому. Мысли были о другом.
– Эй, ты как? – спрашивает Игорь, делая ко мне шаг.
Нависает надо мной. Приятный аромат духов успокаивает.
– Нормально, – выдавливаю из себя.
– Что-то у тебя одни проблемы в последнее время, – на лице Игоря появляется улыбка.
– Вроде нет, – говорю я.
– А я гадал, почему ты отказалась от заказа? Думал, что ради таких клиентов, – делает он акцент на последнем слове.