Твоя судьба-попаданка, или Похищенная драконом бесплатное чтение
Пролог
– Безобразие! Ещё без пяти минут шесть, а вы уже закрываетесь! – возмущалась грузная женщина с малиновой авоськой, перегородившая мне выход из кабинета.
Я, отработав целую рабочую смену, готова была бороться за свою свободу до конца, потому указала на круглые настенные часы за её спиной:
– Без минуты шесть, вы опоздали. Касса уже закрыта.
– Но мне нужен абонемент в бассейн, я работала, и не могла придти раньше, – зудела женщина, нависая над стойкой администратора и буравя меня колючим взглядом.
Вот как такой объяснить, что, если продашь абонемент одному человеку, то потом придётся обслуживать очередь до семи вечера?
– Касса уже не работает, – уже беспомощно повторила я, возвращаясь за стойку, и кидая свою сумку на ближайший свободный стул.
– Да мне не нужен ваш чек, абонемент только выпишите. А то ведь, Динара Алексеевна, я и пожаловаться на вас могу, – вкрадчиво предупредила женщина, перед этим мельком глянув на мой бейджик.
Я, против воли, вздрогнула. Не хватало получить нагоняй от заведующей, или, ещё хуже, от директора. Такая угроза всегда действовала на меня отрезвляюще, и я начинала сюсюкаться с клиентами.
– Хорошо, за чеком можете зайти позже. Пробью его завтра с утра. Так, на какое время, и на сколько занятий хотите записаться? – я вымученно улыбнулась отрепетированной на работе улыбкой.
Дама, разом растеряв воинственность, полезла в сумку за кошельком.
… Выпроводив последнюю клиентку, я поторопилась закрыть за ней дверь. Сегодня у меня важный вечер. Мы с Иваном должны пойти на новый мюзикл «Великий Гэтсби», и ради этого случая я даже приобрела через интернет-магазин новое платье абрикосового цвета с широкой юбкой-клёш. Сейчас оно ждало своего часа, находясь в шкафу для верхней одежды.
Я не успевала заехать домой, но освежиться после долгого рабочего дня, проведенного в маленьком кабинете, было необходимо. И я решила посетить женскую душевую.
Покупатели часто спрашивают меня, посещаю ли я занятия нашего физкультурно-оздоровительного комплекса или бассейна. Мне надоело объяснять им, что я ещё учусь на вечернем и свободного времени у меня мало, чтобы проводить его в том же месте, где работаю. Поэтому я всегда говорю, что иногда плаваю в бассейне.
Полюбовавшись ночным видом пригорода Питера, я вспомнила, как впервые оказалась здесь. Тогда я работала уборщицей, и пределом моих мечтаний служила бумажная работа в чистом кабинете. Я драила окна, стены, пол и безумно завидовала женщине, продающей абонементы. Тогда я не знала, насколько ужасной может быть эта работа, когда случается наплыв клиентов, желающих посещать бассейн. В этой работе был разве что один плюс, по сравнению с другими фитнес-центрами: рабочий день, который заканчивался в шесть вечера, и я успеваю на занятия в институт.
Помещение ФОКа, где я продаю абонементы, находится в здании старой котельной. Ещё раньше на этом месте находились какие-то исторические развалины. Место пользуется дурной славой, мол, аномальная зона. На деле же здесь были известны случаи пропажи людей, но где их не бывает?! Но почему-то местные сюда на работу не рвутся.
Я стала кассиром случайно. Помогло, конечно, что одновременно училась на экономическом факультете. Женщина, работавшая здесь, попала в больницу, а затем ушла на пенсию. Я училась пробивать чеки по её рабочей тетради. Сама разбиралась в компьютерной программе и в особенностях начисления заработной платы тренерам. Директор оценила мои усилия и оставила на рабочем месте.
…Взяв из шкафа полотенце и свежее бельё, заранее принесённое из дома, я положила их в пакет и вышла из кабинета, заперев дверь на ключ. Спустившись по винтовой лестнице на первый этаж и краем уха услышав задорную музыку из тренажёрного зала, я облегчённо вздохнула, заметив, что в раздевалке пусто. Все девушки уже ушли на занятие, и я могла помыться в одиночестве.
Пока раздевалась, некстати вспомнились первые дни моей работы здесь уборщицей. Приходилось мыть мужскую душевую, и, как-то раз, я столкнулась с обнажённым мужчиной, когда пришла туда с тряпкой и ведром. Бросив и ведро, и тряпку, я сбежала и вернулась, лишь услышав, что посетитель ушёл домой. После того случая в моей голове копошился страх, что меня, молодую и довольно симпатичную, легко затащить в душ и надругаться, а потом сказать, что я сама этого хотела. Не по этой ли причине, после моего перехода на должность кассира, директор не нанимала молодых уборщиц?…
На самом деле я не очень любила и свою нынешнюю работу. Спасение от неё я видела в скором браке.
Мой взгляд упал на кольцо, которое я носила камнем вниз на безымянном пальце. Ваня подарил его на прошлой неделе, а я почему-то скрывала его от посторонних взглядов. Мне казалось, что, если другие люди будут любоваться бриллиантом так же, как и я, то непременно сглазят наши отношения, и до свадьбы дело не дойдёт. Удивительно, но никто пока не спросил о кольце, и откуда оно у меня.
А кольцо, к тому же, было старинным, с большим, ослепительно сверкающим, бриллиантом. Сначала я даже подумала, что камень поддельный. Я люблю винтажные украшения, Ваня знает это и расстарался на славу. Само кольцо состояло из двух ободков, соединённых изящными коваными элементами. Камень был обрамлён в золото, как в корону.
Стянув блузку и рейтузы, я раздумывала над тем, стоит ли снимать кольцо, пока я моюсь в душе. Вдруг оно соскользнёт с пальца… Но, оставить в шкафчикедрагоценность стоимостью в пять моих годовых зарплат, я не решилась. В итоге, так и не сняв кольца, я разделась полностью и прошлёпала босыми ногами в душевую. Меня преследовал медовый запах сауны, и я даже пожалела, что сейчас нет времени в ней погреться. Нужно выбрать другой день и нормально отдохнуть здесь после работы. А ещё лучше пойти в бассейн…
Я зашла в душевую, закрыла за собой дверь, повесила махровое полотенце с дельфинами на крючок и отправилась мыться, успев натянуть на голову душевую шапочку, предназначенную для посетителей. Включила душ, с наслаждением подставляя плечи и спину под горячие струи.
И вдруг почувствовала сильный порыв ветра. Я зябко поёжилась, оглядевшись по сторонам. Наверное, вентиляция… Или уборщица устроила проветривание. Задрав голову, я убедилась, что окна плотно закрыты. А, что касается вентиляции, её я проверить не могла. Но, настолько сильный ветер бывает на улице, откуда бы ему взяться в помещении?
Я решила не искать ответы на сложные вопросы и скорее принялась тереть тело мочалкой. Сделав напор воды сильнее, я зажмурила глаза и вдруг почувствовала запах гари. С удивлением открыв глаза, я обнаружила себя… пойманной в кольцо из пламени. Огонь поднимался до самых коленей, он был настоящим, обжигающим. И не гас под брызгами воды, которая щедро лилась на меня из душа. Я почувствовала себя цирковым зверьком, загнанным за стену огня, которую тот должен преодолеть. Ощутила приступ тошноты, и легкое головокружение. А затем на миг ослепла от сияния, исходящего от моей правой руки.
Кольцо светило не хуже, чем карманный фонарь. Я заворожено пялилась на свою руку, пока не почувствовала, что пол под ногами проваливается, и я с немым криком падаю в бездну.
Глава 1
Очнулась я от холода. Я лежала на земле совершенно голая. Некоторое время не могла даже перевернуться на другой бок. Руки и ноги затекли, малейшее движение причиняло боль. Я вытянула руку, уцепившись за пучок травы. В голове промелькнула мысль: откуда взялась трава, если в Питере по календарю февраль. Где я тогда нахожусь, чёрт возьми?!
Я была совершенно уверена, что не сошла с ума. И не умерла, оказавшись в раю. На рай это место никак не тянуло. Меня обступали здоровенные сосны, ели и берёзы. Деревья выглядели так, словно к ним ни разу не приближалась нога человека, и они росли в глухой запущенной чаще. Да, я оказалась в самом обычном лесу. Правда, весьма старом. А это доказывает, что произошло чудо, и сюда меня перебросила магия.
Некстати вспомнилась последняя книга Вани про девушку-попаданку. Там героиня очнулась в подводном царстве женой морского царя. Романтично. И совершенно не похоже на то, что случилось со мной. Голая, посреди леса, идеальная жертва для маньяка и хищного зверья. И да, похоже мюзикл «Великий Гэтсби» тоже отменяется…
Да о чём я думаю, когда моей единственной достойной целью должно стать выживание?
Я напрягла все мышцы, чтобы заставить себя оторваться от земли. Села на траве. Голова сильно кружилась. Я закрыла глаза и какое-то время просто ровно дышала, призывая на помощь свои навыки медитации. Медитировать я начала из-за постоянного стресса на работе, чтобы хоть немного сбрасывать негатив. Способов медитации много, но я использую простое очищение от всех мыслей. Просто сидишь с закрытыми глазами, опустив руки на колени, и стараешься ни о чём не думать. Если мысли всё же мелькают в сознании, то просто по одной отпускаешь их, не зацикливаясь.
Медитация помогла. Открыв глаза, я обнаружила, что окружающий мир вокруг меня больше не пляшет джигу. Скрипя зубами, осмотрела себя. Ну, повезло же! В книгах Вани девушки попадали в другой мир хотя бы в приличных, а часто даже брендовых шмотках. А я голая посреди леса, как Маугли, фильмы о котором я как раз и не любила за количество сцен обнажёнки.
Осмотрелась по сторонам в надежде увидеть крупные листы какого-нибудь растения, которым можно прикрыться. На глаза попался большой лопух и папоротник.
Я подползла к этой травке, сорвала несколько растений и принялась нанизывать их на тонкую ветвь от дерева, которая легко гнулась и даже завязывалась узелком. Соорудив себе что-то вроде топа из листьев, я проделала то же самое второй раз, уже для бёдер. Натянув на себя это безобразие, я подумала, что выгляжу как папуаска. Или нет, ещё хуже.
Внезапно земля под моими ногами содрогнулась. Я услышала чужие крики, правда, в отдалении, затем грохот, как будто кто-то уронил каменную глыбу.
Меня охватил ужас. Я вроде как привыкла, что в этом месте одна-одинёшенька. Хуже того, чтобы гулять по незнакомому лесу, может быть только пробежка по чаще, где ведутся боевые действия.
Но пока дрожала только земля, и крики доносились издалека. Подумав, я решила залезть на дерево и посмотреть, что происходит. Кинув взгляд на деревья, сообразила, что больше других для этих целей подойдёт берёза.
Я подошла к ней, пробравшись сквозь две плотно растущие рядом ели, и, разумеется, поймав заботливо протянутую между ними паутину. С омерзением стягивая с себя белую липкую сеть, я стала примеряться, на какую ветку лучше вставать. В итоге промучившись с четверть часа от того, что голые пятки скользили по коре, как начищенные воском лыжи по зимнему насту, я всё же смогла взобраться на дерево.
Я окинула окрестности внимательным взглядом, но тут же скривилась. Дело в том, что зрение никогда не было моей сильной стороной. Чтобы посмотреть телевизор или кино по компьютеру не в метре от него, мне приходилось надевать очки. Зрение у меня – минус два. И сейчас я разглядела только яркие вспышки, парящие в воздухе песок и камни, а также фигурки живых существ. Но больше всего меня поразило, что высоко над землёй над местом сражения парили какие-то непонятные твари. Сначала я думала – вертолёты. Но они не шумели, как им положено. Для воздушных змеев слишком большие. А вот для сказочных змеев-горынычей в самый раз.
Мне вдруг стало жутко. Змеи-горынычи? Неужели я действительно попала в фэнтези-мир?
До этого момента я ещё держалась, успокаивая себя мыслью, что просто провалилась в портал в проклятом физкультурном комплексе и оказалась где-то в иной части света. Значит, можно добраться до людей, потом до посольства, а потом до родного дома, до Катьки, моей соседке по съёмному жилью и, наконец, до Вани. Но…змеи?
Нет… драконы. У них не было десятка голов, как в сказках. Эти существа, разбрасывающие сейчас огонь направо и налево и укорачивающиеся от заклятий букашек с земли, были скорее похожи на тех драконов, которые любят показывать в китайских дорамах и фильмах-фэнтези.
***
Близкая к тому, чтобы разрыдаться, я подтянула ноги, охватив себя за колени. Желание выть белугой внезапно притупил другойрефлекс. Сильно захотелось есть. И все мои слова, что сейчас главное – затаиться и спрятаться, казались желудку неубедительными.
К сожалению, есть было нечего. Оставалось только радоваться, что я согрелась. Место, где я сидела, щедро освещалось ласковыми солнечными лучами. Значит, до ночи я не замёрзну.
Я решила, что ночью воюющие стороны временно утихнут. И можно будет осмотреться и поискать себе пищу. Наверное, глупо бродить по ночному лесу и довольно опасно. Но, выйти из леса сейчас, и попасть под обстрел разноцветными лучами, ещё более опасно.
Я заметила в десяти шагах от дерева, на котором сидела, пышно разросшиеся кусты малины. Придётся начать с неё. Может, хватит, чтобы перекусить.
Ощутив, как рот наполнился слюной, я тут же перестала думать о сладкой малине. Прикрыв глаза и обвив ствол дерева рукой, я уткнулась в него лбом, удерживая себя от желания постучаться об него, и решила использовать свободное время, чтобы подумать о том, как я здесь оказалась.
– И как вы докатились до этого, Кострова Динара Алексеевна? – риторически прошептала я.
Я вспомнила, как вспыхнуло кольцо с бриллиантом, в момент переноса в другой мир. Неужеливо всём виноват Иванушкин подарочек? На какой же знатной барахолке он его приобрёл?
Я принялась восстанавливать в голове события. Тот странный порыв ветра, потом огонь, а потом кольцо на пальце засияло. Дело определённо в этом кольце.
Я не удержалась и поскребла кольцом о кору берёзы. Ну же, давай, возвращай меня назад, имей совесть! Там меня ждёт Ванька с огромным букетом цветов. Белых роз, которые он всегда дарит, когда мы вместе идём на торжественные мероприятия. Ваня будет волноваться, если не обнаружит меня в физкультурно-оздоровительном комплексе. А уж когда в раздевалке найдут мои вещи, побежит в полицию заявлять о похищении. Чем больше шума вокруг этого дела, тем лучше. Вот только я не хотела, чтобы Ваня за меня переживал.
Ах, Ваня… В голову полезли воспоминания о том, как мы познакомились. В тот день, полгода назад, в августе, у Катьки был день рождения. И она, незадолго до этого расставшаяся с парнем, пребывала в глубокой депрессии. Я помню, как она пожелала:
– Сегодня, Динка, ты целый день проведёшь со мной!
И я не нашлась, что возразить. Я ненавижу салоны красоты, и в частности, процедуру депиляции, но в тот день мне пришлось тащиться туда с Катей. А потом по магазинам, а потом в кино… Но, завершением безумного дня стало посещение автограф-сессии известного писателя Ивана Сударькова.
Я не читала у данного борзописца ни одной книжки, потому что вообще предпочитаю смотреть сериалы, а не тратить время на бумажные томики. Но вот Катька – та ещё фанатка. В курсе всех «звёздных» имён романистов России. На Сударькова вышла случайно, по рекомендации одной известной писательницы. И с тех пор Катька угодила в плен его фэнтезийных книг. Если бы не День рождения, она бы меня на встречу с ним не затащила. Но, судьба, как известно, и за печкой найдёт.
…Стоя в очереди за желанным для Катьки автографом, я отстранённо наблюдала сначала за поклонниками писательского дарования, а потом уже и за самим виновником торжества. Ему было около тридцати лет. Темноволосый, с короткими волосами, худощавого телосложения, что позволяло ему отлично выглядеть в черных брюках и белой рубашке, украшенной атласным бантом из тонкой тесьмы, концы которого двумя лентами свободно спадали вниз. Он выглядел очень серьёзным и собранным. Брови сведены к переносице и совсем не улыбается, даже детям. На первый взгляд он мне не очень понравился.
Но потом, после того как очередная поклонница его творчества отошла от него, Иван подцепил дужку очков, одним движением сместив очки на лоб и усталосощурился. И тут же стал выглядеть лет на шесть моложе своего возраста и как-то беззащитнее и милее. Он смешно сморщил нос и потёр пальцем переносицу.
Перед нами стояли трое человек, торопливо дожидаясь, когда мэтр фэнтези обратит на них внимание. Я крутила в руках бутылку с минералкой, разглядывая перегруженный предметами писательский стол. Помимо стопки новых одинаковых книг Сударькова под названием «Пропащая душа», здесь также стояли резные разноцветные ароматические свечи на бумажных салфетках в виде лебедей.
Я вдруг ощутила желание сама оказаться за столом на месте писателя и начать раздавать автографы. Интересно, каково это? Вон, пальцы Ивана еле заметно дрожат, значит, волнуется? А что испытывала бы я?
В этот момент произошло нечто из ряда вон выходящее. Одна из свечей вдруг упала на бок, и бумажную салфетку, на которой она стояла, мгновенно охватило пламя. Писатель шарахнулся в сторону от стола, и в тот же миг огонь лизнул его новые книги. Люди, стоявшие передо мной, с воплем кинулись прочь, а я сначала среагировала, а потом подумала. Щёлкнув крышкой своей бутылки минералки, я щедро облила ею стол.
Повалил дым. Но пламя погасло.
Иван подскочил ко мне. Выглядел он шокировано, очки сползли на лоб. Смотрел на меня во все глаза:
– У вас ожог! – ужаснулся он.
Я с удивлением заметила, что он прав. Впервые я не почувствовала боли от огня, а вот след на руке остался.
– Пожалуйста, присядьте на мой стул. Я раздам автографы и отвезу вас в больницу.
Я хотела было отказаться от такого «счастья», но Катя железной хваткой усадила меня на стул и зашипела на ухо:
– Только попробуй отказаться! Сегодня мой день, помни!
Желания спорить с подругой из-за такой ерунды, да ещё при людях, у меня не было. А Ваня, как и обещал, быстро раздал оставшимся читателям автографы. Затем мы поехали в больницу, после этого он пригласил меня на ужин, и… закрутилось.
Теперь у нас с ним всё серьёзно, и кольцо на моём пальце это доказывает… Это дурацкое кольцо, из-за которого я застряла здесь!
Глава 2
Когда стемнело, и звуки сражения стихли, я спустилась с дерева. Первым делом избавилась от душевой шапочки – закопала её в зарослях лопухов. Затем направилась к кустам малины. Несмотря на то, что на небе ярко светила луна, я умудрилась много раз уколоться об острые шипы. Поев ягод, я поняла, что мне этого мало. Значит, придётся рискнуть и отправиться на разведку. Мне нужно найти людей. Возможно, те помогут вернуться домой.
Я не придумала ничего лучше, чем направиться к тому месту, где днем видела драконов. Передвигаться по лесу босиком оказалось болезненно. Я молилась о том, чтобы не напороться на какой-нибудь сучок и не поранить ногу. В голову тут же закрались воспоминания, как в восьмом классе школы мы собрались в поход на берег Финского залива, и, оказавшись там, я сняла обувь, чтобы побегать по пляжу. Это стало моей роковой ошибкой, потому что в стопу мне вонзился острый край разбитой кем-то бутылки. Две недели после этого я хромала.
Здесь, конечно, вряд ли найдутся бутылки, но зато на земле полно сучков и мелких камешков. И, вероятно, водятся змеи. Я тяжело вздохнула. Что бы, интересно, сделали на моём месте Катька или Ваня? Ну, жених терпеливо сносил бы лишения и радовался каждой минуте, проведенной в другом мире, чтобы потом использовать это в романе. А вот Катька… Кричала бы и билась в истерике, распугав живность вокруг на десятки километров.
Немного повеселевшая, я вышла на поляну и в ужасе замерла. На земле лежал человек. Сначала я подумала, что он просто без сознания, но, приглядевшись, увидела стрелу в его шее. Первым порывом было сбежать отсюда подальше. Но тут я подумала, что человек может быть ещё жив. Возможно, ему нужна помощь. И он мне скажет, где поблизости живые люди, чтобы привести их сюда.
Поборов страх и некоторое отвращение, я подошла ближе и опустилась на колени рядом с телом. Коснулась чужого тонкого запястья и тут же разжала пальцы. Рука незнакомца была холодна, как лёд. Заглянув в остекленевшие глаза, я почувствовала, что покрываюсь липким потом. Собрав все силы, я медленно провела ладонью по чужому лицу, заставляя пустые глаза закрыться.
Что ж. Этот мёртв. Кстати, он – не человек. Уши, вытянутые как листы остролиста, украшены затейливыми серебряными кафами. Волосы – неестественно-пепельного оттенка. И лицо, слишком красивое и нежное, для мужчины. А от тела в темноте исходит слабый свет.
Эльф. В голове промелькнуло давнее воспоминание. У Леголаса из фильма «Властелин Колец», которого сыграл Орландо Блум, были уши похожей формы. Других отличий эльфа от обычных людей я не заметила. Ну, разве что, разрез глаз – азиатский и уголки глаз чуть-чуть приподняты, а ресницы значительно длиннее и почему-то ярко-синего цвета.
Разглядывать павшего воина оказалось одновременно и увлекательно, и омерзительно. В желудке завязался тугой комок, грозивший вырваться наружу. Я поняла, что могу увидеть и нечто похуже одного-единственного трупа, если буду двигаться в прежнем направлении.
Подавивприступ тошноты, я обыскала убитого. При нём не нашлось ничего, кроме браслета, драгоценные камни которого оказались повреждены. Браслет был надет на руку, над ним пестрела разноцветными символами татуировка.
Я ничем не могла помочь бедняге. А вот он мне, как не парадоксально, вполне мог. Я принялась стаскивать с него одежду – лёгкую, как пёрышко, серебристую жилетку, которая, возможно в нашем мире играла бы роль кольчуги. Затем расстегнула рубашку и стащила её с него. Дошла очередь до штанов и обуви. Нижнее бельё покрывал затейливый узор, но я смущённо не стала засматриваться. Нет уж, обойдусь пока без трусов. Ещё не хватало надевать мужские.
Несмотря на то, что я – худенькая и стройная, вещи оказались мне только-только. Этот эльфийский мужчина был слишком хрупок. В школе парни дразнили меня «плоскодонкой», что вызывало у меня ярость и потоки слез. Но сейчас я порадовалась, что, по моей фигуре трудно определить мой пол. Обувь оказалась на размер больше, а штаны не сползали даже без пояса, поэтому я не стала его забирать.
Я вдруг подумала, что женщине в этом мире опасно гулять в одиночестве. Военное время подразумевает разгул бандитов и насильников. В этой одежде я похожа если не на эльфа, то на юношу. Так почему бы не закрепить это сходство?
Поморщившись в очередной раз, я сделала попытку достать из мёртвого тела стрелу. Её острый металлический наконечник, по лезвию которого скользил лунный свет, мог послужить мне средством самозащиты. А также есть шанс попробовать обрезать им мои волосы.
Перед тем как лишиться волос, я горько вздохнула. Ване так нравились мои кудри цвета золотистой пшеницы. Он с удовольствием пропускал их сквозь пальцы и даже расчёсывал на ночь. Говорил, что чувствует, будто разливает кувшин топлёного молока на свои руки, когда перебирает мои пряди – такие они мягкие и шелковистые.
Атеперь я должна сама лишить себя этого богатства. Но выбора не было. Раз уж я решила косить под мальчика. С голосом проблем быть не должно – я в детстве ходила в школу ведущих в молодёжном центре, и там меня научили менять тембр на более низкий. А вот волосы…
В итоге я обрезала их, как смогла. Перед этим, конечно, вытерла лопухом кровь на наконечнике. Обрезав свою гриву, оставила одну длинную прядь, обрамляющую лицо. Вспомнила, что мальчишки с такими причёсками всегда привлекали моё внимание. Пусть эта прядь напоминает мне о доме и моей прежней жизни.
Тело я закопала. Оттащила его к ближайшей яме, засыпала песком, еловой и сосновой хвоёй и ветками. Не могла бросить тело на съедение диким зверям. Тем более, практически обнажённое тело, учитывая, что я забрала одежду эльфа.
Я решила больше не следовать в направлении поля битвы. Нет, лучше поброжу по лесу. Может, найду грибы или корнеплоды… В желудке так бурчало, что я поняла, что готова есть даже траву. Жаль, у убитого эльфа не нашлось ничего съедобного…
Какое-то время я неслышно пробиралась сквозь густой кустарник. В одежде и прочной обуви это оказалось куда комфортнее, чем в том, в чём я дефилировала ранее. Миновав канаву, в которую сумела провалиться по самое колено, ещё одну опушку и вволю пропетляв по лесным тропинкам, я вдруг вышла к небольшим скалам. И каково было моё удивление, когда я заметила женский силуэт, крепко привязанный к крупному валуну!
***
Я подошла ближе и увидела молодую женщину. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, словно не веря в мое существование. Я сразу обратила внимание на её уши – самые обычные, человеческие. Волосы женщины были заплетены в две косы, прическу украшала заколка в виде семиконечной звезды. Девушка была одета в простое светлое платье до земли с длинными рукавами-фонариками. Её талию подчеркивал алый пояс с необычным орнаментом.
– Помоги мне… – зашептала девушка, и я поняла, что она пыталась кричать, и, вероятно, сорвала голос.
Я удивилась, что сумела понять её. В романах Вани не всем попаданкам так везло: им приходилось учить язык и общаться с местным населением жестами. В конце-концов, не в тело же жены морского царя я попала!
Нет, меня затянуло целиком, не разделяя душу и физическую оболочку, не сделав ни ослепительной красавицей, ни чудовищем. Но меня и собственная внешность вполне устраивала.
– Пожалуйста, скорее… Здесь опасно, – прошелестела девушка, и я забегала вокруг камня, чтобы найти на верёвке, которая удерживала незнакомку, узел. Когда, наконец, обнаружила, потратила пару минут на попытки его развязать. Потом вспомнила про металлический наконечник, спрятанный за пазухой, и только тогда верёвка поддалась.
Я успела подхватить девушку, прежде чем она упала на землю. Вместе с ней мы аккуратно опустились на песок. Я прислонила незнакомку спиной к камню и тихо спросила:
– Как вы себя чувствуете?
– Ты – не эльф. Но похож на них, – первое, что сказала девушка, когда снова открыла глаза.
Я смущённо кашлянула. Кажется, «выкать» дальше будет глупо. Я не знаю, как здесьпринято общаться, так что лучше подстроиться под первого представителя этого мира. Я сделала глубокий вдох и заставила работать мышцы живота. Следовало говорить животом, а не горлом, раз уж я решила косить под парня. Голос получился красивый, с приятными хрипловатыми нотками:
– Я – человек. Что с тобой произошло? Почему тебя привязали?
Девушка смущённо опустила глаза:
– Всё из-за разбойников. Прежде чем началось Столкновение, они схватили меня. Хотели продать на чёрном рынке. Но в итоге, так испугались пролетающих над нашими землями драконов, которые плевались огнём направо и налево, что бросили меня здесь. Надеялись, что моё присутствие отвлечёт дракона от них. Боевые драконы плохо себя контролируют. Не их вина, если бы они сожрали меня. Или сожгли, какжертву, во благо их древнего рода. Чудо, что я до сих пор цела. Но мы должны уйти отсюда и спрятаться, как можно быстрее. Я хорошо знаю эти места. Если поможешь мне идти, я приведу тебя в безопасное место, где мы сможем передохнуть.
Я кивнула в знак того, что непременно помогу ей. И спросила:
– Как тебя зовут?
– Ольви, – тихо ответила она.
Я переспросила:
– Оля?
– Ольви, – удивлённо вытаращилась на меня девушка.
– Будешь Олей, так проще, – покачала головой я, придерживая её за талию и помогая подняться с земли. Девушка приобняла меня за шею, и мы пошли вперед, в том направлении, куда она указывала. По тропинке, огибающей низкую скалу, затем – по холму вверх, пробираясь в узкий проход между двумя скалами… На встречу нам, на наше счастье, никто не попался, кроме, разве что, стаи летучих мышей. Мы шли, молча, пока Ольви не спросила:
– А как звать тебя?
Я на автомате буркнула:
– Дина, – за что тут же дала себе мысленно подзатыльник, – Дин, – исправилась я, подумав, что это мужское имя у меня ассоциируется только с главным героем сериала «Сверхъестественное», Дином Винчестером. Вот только в этом мире, вместе с именем, у меня не появилось любящего брата, который вытаскивал бы мою тушку из неприятностей.
Мы прошли ещё небольшой лесок, затем вышли к высокой горе, утопающей в зелёных лишайниках,зарослях сорной травы и мелких кустарниках.
– Вон там, где голубая ель, – указала мне девушка, и мы подошли ближе.
– За этой елью вход в пещеру, – пояснила девушка.
Я растерянно пожала плечами. Голод притупился, ноги устали, и я готова была отдохнуть даже в темноте, лишь бы в безопасном месте. За мощной елью оказался узкий проход. Его трудно было заметить, если не обойти ель кругом, как это сделали мы. Мы вошли в пещеру, и я обомлела. Внутри оказалось светло, как днём!
Сотни кристаллов освещали стены. Я ахнула.
– Как красиво!
– Что, в первый раз видишь? – спросила Ольви. – Если ты – человек, то должен знать тайну нашей страны. Рунит, камень, который добывают в шахтах и пещерах – главная ценность здешних мест. И причина, почему эльфы и драконы решили воевать на нашей территории.
Глава 3
Эльфы, драконы… Кто ещё здесь есть – оборотни и вампиры? Я уже хотела спросить, но желудку надоело терпеть отсутствие пищи. Послышалось тихое урчание, но в пещере этого звука оказалось достаточно, чтобы он отразился от каменных стен.
– Хочешь есть? – спросила Ольви, и я горестно кивнула.
– Не волнуйся. Сейчас я смагичу нам пирожков.
– Это как?
– Очень просто. Эти залежи рунита, как нельзя, кстати. Но сначала разведём огонь. Иначе замерзнем. Рунит сам по себе холодный камень. А когда его много, получается настоящая ледяная тюрьма. Но, рядом с огнём, он не опасен. К тому же, лесные звери залежи рунита стараются обходить.
Я подумала о том, что понятия не имею, как разжигать костёр. По этой причине никогда не рвалась в походах кашеварить. У меня сложилось стойкое ощущение, что стоит мне подойти к костру, как он начинает гаснуть. Поэтому я держалась подальше от огня, собирая хворост или устанавливая палатки.
Сейчас я пожалела, что не обладаю знаниями скаутов, и не могу выжечь искру с помощью двух камней. Зато Ольви в полной мере владела этим искусством.
Камни она нашла прямо в пещере. Попросила меня сходить за хворостом, что я и сделала, притащив целую охапку, а потом ещё три. На ночь должно хватить.
Когда вспыхнул огонь, Ольви отковыряла несколько мерцающих кристаллов от стены и положила их на крупный лист подорожника. Затем наклонилась над ними низко, закрыла сверху ладонью и прошептала:
– Делизмус дорекус сифра!
На секунду пещеру осветила вспышка. А затем Ольви протянула мне сразу два пирожка. На листе подорожника перед ней лежали уже не кристаллы, а зола.
– Это магия? – решила я не удивляться. Просто впилась зубами в пирожок. Тот оказался вкусным, с мясом и луком.
– Никогда не видел? Где же ты жил?
– Я… – вышла заминка, во время которой я сделала вид, что доедаю пирожок. В голову снова полезли глупые книги Вани и возможные отмазки, придуманные главными героями. – Меня держали взаперти. В монастыре.
– В монастыре? – нахмурилась девушка.
– Ну, в храме… Родители туда отдали совсем ребёнком… В услужение продали… – вдохновенно сочиняла я на ходу.
Лицо Ольви просветлело:
– Так ты храмовник? Конечно, им не пристало разбираться в мирских радостях. Но как ты оттуда сбежал?
Я призвала на помощь всю свою логику и полученную от Оли информацию:
– Когда началось Столкновение, мой храм был разрушен. Но один из прислужников храма помог мне выбраться через подземный ход. И вот теперь я оказался здесь… Помоги мне узнать об этом мире больше! Я же здесь, как новорождённый!
– Но почему на тебе одежда эльфа?
Я замерла. Ага, а казалось, что моё вдохновенное враньё почти идеально. И всё же, эта версия с храмовником мне нравилась больше, чем история про попаданку из чужого мира. Поверить в храмовника этой простодушной девице было проще.
– Ну, понимаешь, моя одежда сгорела… И мне пришлось забрать чужую.
– Ба, так ты, оказывается, вор? – Ольви глядела на меня сердито.
– А что здесь такого? Прежнему владельцу она уже не понадобиться, – я смущённо уставилась себе под ноги.
Последовала неловкая пауза, после чего Ольви снова заговорила, и голос её потеплел:
– Ну, не мне тебя судить. Ты меня спас. Хочешь ещё пирожков?
Я плюхнулась на песок рядом с ней:
– А ты умеешь делать только пирожки?
Ольви изящным движением отбросила одну из длинных чёрных кос за спину:
– Могу наколдовать салатик или суп. Но времени на это потребуется больше.
– А мы никуда не спешим. Ты мне можешь многое рассказать, пока я жду свой суп, – обрадовалась я. Пирожки я проглотила мгновенно, и теперь хотелось чего-нибудь посущественнее.
– Раз ты не слышал о магии, значит, не ведаешь, насколько труден этот процесс по созданию еды из ничего. Есть маленькие заклинания, а есть очень длинные. И, пока я их произношу, тебе придётся соблюдать полную тишину. Неверно сказанное заклинание может обернуться потерей пальцев или носа… А не хочу превратиться в калеку.
– Тогда я просто немного полежу. Разбудишь меня, как намагичешь еды, – милостиво согласилась я и тут же почувствовала укол совести, что заставляю человека работать, когда сама собираюсь спать. Но желудок снова забурчал. И я дала обещание, что в будущем непременно помогу Ольви, если выпадет случай. А пока нечего играть в благородство.
С этими мыслями я провалилась в сон.
***
Мне снился огонь, за которым плясали неясные тени. Слышались отголоски чужой беседы. Разговаривали двое – молодой и пожилой мужчины.
– Она в этом мире. Но почему ещё не со мной?
– О, господин! Произошла ошибка, и она перенеслась в совсем иное место, а не к вам и вашим людям.
– Кто-то помешал ритуалу? Ты понимаешь, чем это может грозить? И, главное, кто посмел? Как этот неизвестный узнал о наших планах?
– Понятия не имею. Но в нашем мире сейчас небезопасно. Девушка может погибнуть. И другого шанса исполнить моё пророчество не будет, – отозвался печальный старческий голос.
– Вот именно! Где теперь её искать?
– Будем надеяться, что она сама себя выдаст.
Я пришла в себя оттого, что кто-то осторожно, почти невесомо, хлопал меня ладонью по лицу. Открыв глаза, я увидела Ольви, подсевшую ко мне, которая коротко сообщила:
– Еда готова.
Затем она отсела от меня подальше, словно я её чем-то напугала.
– В чём дело? – спросила я, решив выяснить причину её волнений.
– Твоя кожа слишком нежная для мужчины… Словно твоего лица никогда не касался бритвенный нож. Ты точно не имеешь в себе эльфийской крови?
– Нет… Точнее, кто ж его знает. Я своих родителей даже не помню, – отмахнулась я, выдав очередную порцию лжи, и замолчала.
Из головы никак не шёл загадочный сон. Если он был вещим, значит, меня кто-то ищет. Вот только понять, к добру это, или наоборот. Но, если они силой притащили меня в этот мир, то, какое тут может быть добро?! Ещё, судя по всему, «благодетели» хотят, чтобы я исполнила неведомое пророчество. Всю жизнь мечтала стать Гарри Поттером! Да ни за что!
Они рассчитывают, что я сама проявлю себя? Как бы не так! Спешить с этим точно не стоит. Нужно изучить этот мир и найти способ вернуться домой, не прибегая к помощи этих странных мужчин. Не хочу быть замешанной в тёмную историю.
– Эй, не медли, кушай! А то остынет! – поторопила меня Ольви.
Я подхватила тарелку с неизвестным варевом, на поверку оказавшимся куриным супом, и заработала ложкой. Хлеб лежал на отдельной тарелке, и я подхватила кусочек. Как, оказывается, полезно быть волшебником! Особенно удобно в походе – можно не брать с собой кучу ненужных вещей, вроде посуды и продуктов. Тут я мысленно фыркнула. Без исходного материала еду всё равно не получишь. Пришлось бы мешками таскать с собой рунит. И нам с Олей необходимо взять камни, если мы не хотим изображать из себя охотников.
– Очень вкусно, – прошамкала я, пережёвывая кусочек курицы, – Оля, скажи, а чем ты занимаешься? Как оказалась в лесу в столь неподходящий момент?
Девушка, помешивая ложкой горячий суп в тарелке, ответила не сразу:
– Я специализируюсь на мыльных отварах. Продаю их, этим зарабатываю на жизнь. Магию изучала по книжкам деда, который в своё время был известным магом. Но эти знания ничтожно малы. По книгам невозможно постичь большинство заклятий, которые также требуют движения тела и рук. У меня два старших брата, один из которых поступил в Академию магических ключей. Ему повезло, он получит настоящие знания. Кстати, людям это стало доступно недавно. Прежде в Академию принимали только представителей эльфов и драконов…
– Драконов? То есть как? Эти зверюги способны обучаться? То есть я слышала, конечно, что они очень умные, но… как они вообще перемещаются внутри здания с их-то размерами?
– Ты не знаешь, что в нашем мире драконы – это люди-оборотни? Естественно, они обучаются, обернувшись человеком. Есть, конечно, ряд занятий, вроде полётов, которые требуют их изначальной формы. Но, чаще всего, драконов трудно отличить от людей, если не обращать внимания на мелкие золотистые чешуйки на их шее. Они предпочитают прятать их под шарфом.
Я переваривала услышанную информацию. Отлично, змеи-горынычи здесьоборачиваются принцами. Только, добрыми или злыми? Опять вспомнился нелепый сон. Кто же были эти незнакомцы – драконы, эльфы или люди?
Сделав большой глоток из кувшина с водой, я спросила:
– А почему людей раньше не брали в эту… Академию магических ключей?
– Ну, до недавнего времени, наше королевство было закрыто и для эльфов, и для драконов. Никто из них не слышал о рунитах.Знаниями о том, как использовать камень, владели единицы, и эти маги окружали барьером территорию людей. Но совсем недавно и эльфы, и драконы узнали правду о руните. И решили наложить лапу на чужое добро. Хотя изначально это выглядело, будто драконы помогали нам, а эльфы противостояли. Но на самом деле драконы лишь пытаются хорошо выглядеть в чужих глазах. В итоге, благодаря драконам, нашим одарённым и открылся вход в Академию магических ключей. Теперь в ней обучают и людей, способных управлять рунитом…
– Они воюют на нашей территории и приглашают в свою Академию? Более того, там же обучаются эльфы? Типа, мир, дружба, жвачка? Или двойные стандарты? Как это всё… пахнет демократией…
– Чем? – удивилась Ольви.
– Неважно, – сказала я. – Спасибо за еду. Посуду мыть?
– Конечно! Я не буду снова магичить нам тарелки. А путь предстоит неблизкий, – «обрадовала» меня Ольви, наполняя кувшин доверху водой при помощи очередного заклинания.
Глава 4
4.1
Мы убрали всю чистую посуду в наплечный мешок. Ольви наколдовала два таких мешка: один для меня, другой для себя. Мы также собрали рунита столько, сколько можно было унести. Закончив сборы, Ольви предложила отдохнуть. Она сказала, что путь лучше держать на рассвете.
– А куда именно мы направляемся? – спросила я.
– Эльфы с драконами заключили своеобразный договор – военные действия не должны касаться третьей стороны, то есть людей. Они боялись магического отката, если пострадают невинные. Люди должны переселиться, либо в земли драконов, либо в эльфийские деревни. Я тоже могла бы сейчас находиться в безопасности, но мой отец заболел, и я отправилась в лес за целебными травами. Я видела, как горела деревня. Но, перед этим, драконы на своих спинах перевезли жителей в свои земли. А эльфы перемещали людей с помощью специальных заклинаний. Так что я уверена, что с моими близкими все в порядке… Ой, я отвлеклась, и не сказала, куда мы с тобой отправимся. На границу земель Райзии и Тарвеллиума.
– Райзии и Тарвеллиума? – переспросила я.
– Ну да. А что ты так удивляешься? Или даже не знаешь, что страна, в которой ты живёшь, называется Райзия?
– Как-то не интересовался… – уклончиво ответила я.
– Ты, и правда, очень странный. Ну, тогда слушай. Райзия – царство людей. Тарвеллиумом правят эльфы, а Эндогаром – драконы. Вот и всё, что ты должен понять. И мы движемся на смежную территорию к эльфам. Возможно, на границе поселения людей ещё не разрушены, и мы сможем найти временный приют. Или вообще придётся перебраться на землю эльфов.
– Почему не драконов? – заинтересовалась я. Ситуация всё больше напоминала какой-то странный фанфик, которые я в школе любила читать. Ещё бы понять, по какому фандому.
– Очень просто. От драконов нас отделяет скалы, ущелья, море. Время, когда мирному населению полагалось помогать, прошло. Никто не полетит сюда за нами. Так что, проще добраться до эльфов. Хотя, эта дорога тоже таит в себе опасности. Но, всё-таки, шансов уцелеть на ней больше. А теперь давай отдохнём, пока есть время.
С тяжким вздохом уставшего человека, Ольви устроилась на подстилке из травы и отвернулась от меня. Я какое-то время наблюдала за угольками в костре, после чего легла рядом с ней. Ольви бросила через плечо настороженный взгляд, но отгонять меня не стала. Так мы и заснули.
***
Разбудила меня попутчица на рассвете следующего дня. Мы наспех перекусили мясными пирожками, а затем отправились в путь. Хотя мне не очень хотелось покидать наше убежище. С такими-то залежами рунита мы могли остаться здесь на пару недель… А что нас ждет снаружи – неизвестно. Но Оля даже слушать не хотела о том, чтобы задержаться:
– Если хочешь, можешь жить в этой пещере. А я отправлюсь на границу к эльфам, с помощью их магической связи, узнаю, что с родными. Тебе этого не понять…
– Ну, конечно, – мрачно отозвалась я.
Мне-то и не понять! Когда Ваня мечется по Питеру в поисках меня, а Катька обзвонила все больницы и морги, и наверняка уже сообщила родителям, в Зеленогорск, мне-то, возможно, за миллионы световых лет от Земли, и не понять, каково это, быть в разлуке с родственниками.
– Прости, – по-своему поняла мой суровый тон Ольви, – я не хотела тебя обидеть.
Я тут же припомнила своё придуманное прошлое и решила остановить первую начинающуюся ссору:
– Это я должен извиниться. Понимаешь… После закрытого пространства в храме оказалось непросто увидеть весь этот…сумасшедший мир.
Мои слова удовлетворили Ольви:
– Спасибо, что понимаешь меня. Мало ли куда переместиться сражение между эльфами и драконами. Оказаться в его гуще и случайно погибнуть не хотелось бы. Я и за тебя тоже переживаю.
Я согласно кивнула. Всё равно, сидя в этой пещере, не вернёшься домой. Только если…
– Оля, слушай… Вот ты, например, в силах творить магию с помощью рунита. Создавать еду. А получится у тебя открыть врата в параллельный мир?
Ольви покрутила у виска, также как Катька, когда я говорила какую—то глупость:
– Ты… Такой же, как эльфы. Знаешь ли, у них тоже идея, ради которой они и начали эту войну. Они давно мечтают выгнать всех драконов из нашего мира. И, якобы, большие залежи рунита в силах в этом помочь. На самом деле, это полная ерунда. Никогда прежде в истории людей не слыхивали о подобном использовании камня. Нет, увы, Дин, но камень не открывает миры и порталы. Его использование более прозаично. Придётся тебе топать до безопасного места своими ножками!
– Я не струсил, просто… – мои щёки покрылись обиженным румянцем.
– Просто пошли уже, – отрезала Ольви.
4.2
Прогуляться утром оказалось неожиданно приятно. Рассветная дымка и лёгкий туман, стелившийся над землей, надежно скрывали нас от чужих глаз. Мы шли по краю огромного поля, когда-то засеянного пшеницей, а сейчас, покрытого травой, полевыми цветами и даже крохотными ёлочками.
Мне было скучно идти в полной тишине, и я спросила у спутницы:
– Понятно, зачем эльфам потребовались залежи рунита. А, что, драконы сражаются по той же причине?
– Драконы нестабильны по своей природе. Часть их сознания принадлежит монстру, другая, человеческая, ей противостоит. Их тело постоянно испытывает дискомфорт от превращений. Нередки случаи отдельных заболеваний, связанных с этим. Рунит имеет способность уравновешивать внутреннюю магию драконов. С его помощью они надеются взять под контроль собственные инстинкты.
– Любопытно, – сказала я, – а почему эльфы с драконами не ладят? Неужели, всё дело в разных расах, где одни не в состоянии понять других?
Ольви задумалась, остановившись перед кустом дикой чёрной смородины и обирая с него ягоды. Одну горсточку она предложила мне:
– Всё началось с драконов. Конечно, появлению огнедышащих в этом мире никто не обрадовался. Но они первые стали сражаться. Кажется, в месте, откуда они явились, им постоянно приходилось защищать своютерриторию, вот и у нас онипродолжили делать то, что умеют лучше всего. Столкновения вспыхивали по всей территории Элькарини – так мы называем все земли этого мира. А потом их король убил королеву эльфов, и это стало причиной вечного разлада между эльфами и драконами. По сей день эльфы ненавидят чешуйчатых. Никто не хочет уступать. Но, до недавнего времени, они соблюдали хотя бы видимость мирных отношений. Только рунит стал причиной их нарушить…
– Силы, как видно, много не бывает, – мрачно произнесла я, перекатывая во рту ароматные, слегка кисловатые, ягоды.
– Видимо, так, – пожала плечами Ольви, – но пойдём быстрее. Нам лучше добраться до лесной полосы, прежде чем солнце поднимется выше.
… Я чувствовала, как по спине стекает пот. Шагать под жарким солнцем без головного убора оказалось тяжеловато. К тому же, появились комары. Мне пришлось пожалеть, что я не захватила из нашего мира «Раптор».
Ольви, заметив мои попытки отбиться от насекомых, предложила остановиться. Вскоре она вернулась с двумя растениями, похожими на колокольчики, от которых исходил сильный резкий запах. Протянув одно из них мне, она велела:
– Обмахивайся им!
Я, в очередной раз, вспомнив о руните, оттягивающем мне плечи, спросила:
– А нельзя для защиты от насекомых воспользоваться рунитом?
Ольви посмотрела на меня, как на круглую дуру:
– Тратить рунит на такую ерунду мы точно не будем. Понимаю, ты сидел взаперти, и в храме комары доставали меньше, но придётся тебе привыкать к новым условиям…
Дальше мы шли в молчании, то, поднимаясь вверх, то продираясь сквозь колючий кустарник. Тропинки в лесу оказались до того незаметными, что было трудно поверить, что по ним ходили люди.
Забыв о гордости, я уже собиралась умолять Ольви об отдыхе, когда она вдруг сказала:
– Здесь остановимся на привал.
Мы вышли к небольшому озерку, больше похожему на пруд. Воды в нём было мало, и по краям его окружала стена высоких камышей. От озерка тянуло прохладой. Вдалеке слышались голоса птиц. Я бы даже порадовалась красоте окружающего мира, если б находилась сейчас в своём мире, а моим спутником был Ваня.
«Хватит, – приказала я себе, – нельзя расслабляться и мечтать о несбыточном. Чтобы встретиться с ним, тебе нужно выжить. Это – главное».
Выбросив из головы плохие мысли, я достала посуду из мешка, потом отправилась за водой к озеру. Вода оказалась такой прозрачной, что на дне просвечивали песок и крупные камни. Ольви присела на корточки, рядом со мной, умыла лицо, а затем зачерпнула полную ладонь жидкости и с удовольствием выпила.
Для привала мы выбрали место на песчаном пригорке, рядом с озером.
Мне очень хотелось искупаться, но тогда пришлось бы объясняться с Ольви, почему я притворяюсь мужчиной. Хотя… почему это Оля должна следить за купанием незнакомца?
Я уже хотела сообщить девушке о своем желании прогуляться, но тут произошло нечто неожиданное. Меня бросило в жар, словно я оказалась внутри раскаленной печи. Взглянув на свои руки, я заметила, что они покрылись волдырями, как от ожога…
***
4.3
Громко закричав, я бросилась к Ольви, надеясь, что она поможет. Но девушка тоже упала на землю, корчась от боли. Я посмотрела на её руки и лицо – все открытые участки кожи были поражены волдырями и язвами.
– Я знаю, что это, – прошептала Ольви, – жгучая болезнь. Заболевание драконов, передающееся только через кожу. Дин, вода в озере отравлена! Мы не должны были её пить и умываться ей.
– Но зачем это драконам?
– Может, надеялись вывести из строя часть воинства эльфов? Или, возможно, отравили воду вовсе не драконы… Но для людей эта болезнь опасна вдвойне. Человек может умереть. А лекарства … лекарства я не знаю.
– Рунит, – простонала я, борясь с желанием снова подбежать к озеру, чтобы окунуть зудящие руки в воду.
– Нет, не получится… Я не знаю, как… – Ольви не договорила, громко застонав. Её красивые черты исказились.
И тут на моей руке вспыхнуло кольцо. Оно не просто нагрелось, его окружили искры пламени. Я испугалась, что моя рука вспыхнет факелом, и тут же, сняв украшение, швырнула его на землю. Песок под ним задымился. Зато мои руки… Язвы и волдыри, покрывавшие их, стали мгновенно исчезать.
Ольви, наблюдавшая это, смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Прежде чем осознала, что делаю, я подошла к ней и коснулась её тела ладонями. Спустя мгновение страшные ожоги на коже Ольви исчезли.
Благодарная девушка начала что-то говорить, но я не разобрала ни слова. Её язык, я вдруг разучилась его понимать!
Бросив взгляд на дымящееся кольцо, я поняла, что именно благодаря ему до этого момента воспринимала речь девушки, как русскую. Придётся носить его дальше…
Потом я посмотрела на озеро, и в голову пришла идея. Напрасно Ольви кричала мне в спину, я всё равно подошла к воде и погрузила в неё руки. Ничего не произошло. Новых волдырей не появилось. Но по воде вдруг пошли круги, и я, словно в зеркале, увидела…. ярко-жёлтый глаз с вертикальным зрачком.
«Дракон?» – подумала я, судорожно сглотнув слюну.
Раздался смешок. Огромный глаз, смотревший за мной из воды, вдруг моргнул, и в моей голове явственно прозвучал голос:
«Как интересно. Похоже, дитя, ты не бесполезна. Что ж, до новых встреч!»
После этого глаз закрылся, и видение исчезло, точно его и не было. Я с надеждой посмотрела на Ольви, которая всё ещё лежала на земле. Но, по выражению её лица, поняла, что она ничего не видела.
Девушка знаками показывала, чтобы я отошла от воды. Кажется, она решила, что из-за жгучей болезни у Дина начались проблемы с головой. Я торопливо подняла кольцо, чтобы вернуть его на законное место на пальце. Не хотелось бы лишиться единственного«переводчика» в чужом мире!
А о своих внезапных способностях можно подумать и в другой раз…
Глава 5
5.1
Где-то вдалеке громыхнуло. Испугавшись, что скоро пойдет дождь, мы стали поспешно собираться. До этого, из-за вопросов и причитаний Ольви, я так и не искупалась. Моя идея прогуляться вокруг озера ей не понравилась. Онарешила, что, поскольку вода была отравлена, значит, место нехорошее, и не стоит здесь задерживаться. И воды из озера взять с собой не позволила.
– В этот раз обойдёмся рунитами. Я не хочу заразиться ещё чем-нибудь, кроме жгучей болезни, из-за этой воды.
Бросив последний взгляд на зеркальную гладь озерца, я последовалаза моей хмурой спутницей. Ко всему прочему, мне стало казаться, что Оля поглядывает на меня с подозрением. Она не понимала, откуда у меня взялся дар исцеления, избавивший нас от заболевания.
Чтобы развеять эту тяжёлую атмосферу, я принялась травить байки о секретах храмовников, которые выполняют суровые аскезы, чтобы на них снизошла благодать высших сил. Это мне некстати вспомнились индийские фильмы, герои которых часто совершают их по собственной воле. Через некоторое время Оле надоело слушать мою болтовню, и она тихонько запела себе под нос. Оказалось, у неё удивительно приятный голос, напомнивший мне корейских исполнительниц.
На небо набежали тучи, похолодало, и идти сразу стало легче. Густой лес сменился высоким, сосновым, травы тут почти не было – голый песок, из которого выпирали огромные древесные корни и редкие камни-валуны, поросшие мхом.
По дороге мы съели шесть пирожков, заготовленных Ольви ещё в пещере с рунитом. Заметив, что спутница задумалась о чём-то своём, я просто шла за ней и тоже размышляла, пока не врезалась в её спину.
– Эй, я же просила тебя остановиться, – фыркнула Оля, дёрнув меня за рукав.
Я передёрнула плечами. Подумаешь, врезалась в неё. Ну, упали бы, что после этого бы случилось? Просто поднялись и пошли бы дальше.
Но Ольви застыла перед зарослями высокой травы. Только сейчас я заметила, что конца-края этой траве не видно. А сама трава уходит корнями… под воду.
– Что это ещё? – удивилась я.
– Гиблое место, – сузила глаза Оля, – которое мы должны преодолеть до наступления ночи. Даже днём переходить его опасно, но ночью оно нас точно не пропустит.
– Не так уж много времени осталось до наступления вечера. Часов пять, не больше, – посетовала я.
– Мы успеем. Останавливаться рядом с этим болотом Потерянных душ нельзя, а возвращаться в лес не хочется.
– Но, как же мы здесь пройдём? – я даже нагнулась, чтобы сквозь травяные заросли посмотреть, насколько топкое место нам предстоит преодолеть.
Ольви улыбнулась:
– А зачем нам руниты?
– Чтобы ты вкусно меня кормила? – уже с некоторым разочарованием протянула я. Так вот, зачем мы тащили сюда эти тяжеленные мешки!
– Прежде всего, рунит нужен для преодоления болота Потерянных душ. Я построю с помощью него мостик, по нему мы пройдем через болото. Конечно, мостик разрушится уже через сутки, потому что магия строительства недолговечна, в отличие от пищевой. Но мы успеем перебраться на другую сторону.
– А что такого опасного в этом болоте? – продолжала расспрашивать я девушку. Меня не покидало стойкое ощущение, что от меня что-то скрывают.
– Ну… – Ольви нахмурилась, – я ни разу его не проходила. Для сообщения с миром эльфов и дальними поселениями людей у нас есть магический транспорт. Но сейчас нам негде его достать. Значит, придется использовать рунит. Что касается этого болота, то ходят слухи, что слабые путники не могут его преодолеть. Самое главное правило – не заговаривать самой и не отвечать духам этого болота. Они будут пытаться привлечь наше внимание. Ты должна делать вид, что не замечаешь их. Пока ты так делаешь, они не смогут тебя коснуться. Тебе понятно?
– Вроде да. А нельзя пойти другим путём? – засомневалась я. Дальнейшее наше путешествие потеряло всякую привлекательность, превращаясь в опасный квест с духами умерших.
– Увы, но нет, нельзя, – выпрямилась Ольви, словно старшая сестра, объяснившая ребенку всем известные вещи. Заметив моё обречённое выражение лица, она достала из сумки рунит, села на землю и начала бормотать заклинание, создающее деревянный мосток. Я только диву давалась, как трава сама собой расступалась, образовывая проход, через который стал проявляться мостик шириной в два бревна…
***
5.2
Работа по «строительству» моста закончилась через час. Рунита остался маленький мешочек. Я с тоской глядела на его остатки, глядя, как Ольви затягивает на мешочке узел. Наконец, пришло время проверить мостик.
– А он не потонет? – засомневалась я, прежде чем ступить на его деревянный край.
На этот раз Ольви уверенно помотала головой:
– День точно продержится. И, так как мостик волшебный, ему не нужны дополнительные подпорки. Под воду он не уйдёт, ни при каких обстоятельствах. Я зачаровала его от этого. Так что можешь спокойно шагать.
– Я пойду первым? – спросила я, прежде чем себя одёрнуть. Ну, конечно, первым. Мужчина должен показывать пример.
– Если хочешь, могу и я. Если ты снова боишься… – вдруг сказала Ольви, заметив моё замешательство.
– Вот ещё, – я сделала вид, что оскорбилась и смело ступила на мостик. Удивительно, но он оказался прочным, и, несмотря на мои страхи, не ушёл под воду.
Я смело зашагала вперёд, стараясь не смотреть по сторонам. Даже не стала оглядываться, следует ли за мной Ольви.
Сначала всё было хорошо, кроме мошкары, которая не отгонялась даже дурно пахнущими колокольчиками. Но потом я начала слышать голоса… С каждым шагом их становилось всё больше. И они звучали всё четче.
Я вдруг подумала, что выполнить условие – не общаться с болотными тварями – оказалось легко, будь у меня вата или обыкновенные беруши. Впрочем, защитили ли они меня от голосов, звучавших в голове, ещё вопрос.
Кстати, о голосах в подсознании… Например, тот странный дракон, которого слышала только я… Пока он ничем не навредил, кроме того, что отравил воду в озерке, подготовив для меня ловушку. А зачем? Очевидно, хотел проверить, на что я, попаданка, способна. Похоже, это тот самый гад (или хороший «человек»?) благодаря которому я попала не по месту назначения. И он меня испытывал. А ведь жгучая болезнь могла прикончить и меня, и Ольви! Ну, попадись мне только!
Погрузившись в невесёлые мысли, я даже не обращала внимания голоса болотных духов. Но они шумели всё громче и яростнее.
– Помоги мне! Если подашь руку, я, наконец, смогу покинуть это болото.
Я в ответ лишь удобнее перехватила мешок и двинулась дальше.
Далее послышался голос юного мальчика. И мне показалось, или за высокой трав