Свет мой бесплатное чтение
![](/img/b/95584.jpg)
ГЛАВА 1
– Подлец! Я отдала тебе лучшие годы! А ты?! Как ты мог?! Как ты мог?!
На экране разгорались нешуточные страсти, но Полина ничего не видела и не слышала, хотя смотрела прямо на экран. Руслана опять не было дома, а время уже приближалось к полуночи. На этот раз он написал, что подвернулось непредвиденное дежурство. Он вообще часто брал дежурства, да ещё и заменял коллег при случае.
Поля поверила. Опять. А что делать?! Идти к нему на работу и проверять где он и с кем? Как-то это совсем уж унизительно. Опять же Дашку куда деть на это время? С собой взять? Ха-ха!
Не так, совсем не так начиналась их семейная жизнь. Прошло всего три года, а, кажется, никакой любви уже не осталось. По крайней мере, у Руслана к Полине. Он уже и разговаривает с ней через губу, и домой не торопится, про семейные праздники не помнит, и, кажется, даже стесняется появляться где-либо с Полиной.
Куда делись его прежние нежность, забота, опека?! Непонятно…
Хлесь! Звук пощёчины, донёсшийся от телевизора, всё-таки вывел Полину из транса и заставил взглянуть на экран. Там женщина с силой хлестала мужа по щекам, костеря на все лады и его, и его любовницу.
– Зачем? – вяло шепнула Поля экранной героине. – Ты хочешь его пристыдить и удержать рядом? Разве это вернёт любовь и мир в твою семью? Уже не вернёт, уже не будет, как прежде. Уже не будет доверия. Но, если тебе так легче, можешь ударить его ещё раз, – разрешила она героине, и на экране женщина, действительно, ещё раз ударила мужа.
– А я не смогу, наверное, – тихо прошептала Поля. – Или смогу?
В замке провернулся ключ, и Полина моментально выключив телевизор, метнулась в комнату дочери. Уже две недели она спала здесь на маленьком диванчике, и Руслана это, похоже, вполне устраивало. Он ничего не спрашивал, удовлетворившись в самом начале единственным ответом Полины, что Дашка плохо засыпает.
Натянув одеяло повыше, Полина замерла неподвижно, старательно делая вид, что спит. Но она зря беспокоилась. Муж ни разу не заглянул в детскую и не проверил их покой. Поля слышала, что он тщательно мылся, наскоро перекусывал и уходил в их спальню. Вот и сегодня всё повторилось в привычном виде, кроме того, что Руслан пришёл раньше, чем предполагалось дежурством.
Может, поменялся сменами? – думала Поля. – Или сорвалось свидание? А вот пойду завтра в их клинику и увижу всё сама! –вдруг решила Полина. – Сколько можно сомневаться и надумывать всякое?! А вдруг ничего такого нет, и неизвестный «доброжелатель», приславший ей злую эсэмэску, наврал?
Измученная тяжёлыми сомнениями и думами, к утру Поля всё же задремала и даже проспала уход Руслана на работу. Разбудила её дочка, которая залезла к ней на постель и, похлопав ладошками по лицу, потребовала «касу».
– Ох, прости, солнышко! Мама-то у тебя – соня. Проспала всё на свете.
– Мама холосая! – уверенно сообщило чадо и погладила Полю по плечу.
– Уж, куда лучше, – согласилась Полина, чмокая дочь в круглую щёчку.
– А, давай-ка, дорогая, мы с тобой умоемся, зубки почистим, а потом и кашу поедим.
– Не хоцю! Зубки не хоцю цистить, – заупрямилась малышка.
– А они тогда кашу не смогут поесть, – доверительно сообщила Поля. – Они скажут: мама умылась и свои зубки почистила, а Даша нас не чистит. Как мы будем кашу есть, такие грязные?
– Плавда? – серо-зелёные глазёнки недоверчиво уставились на мать.
– Истинная правда! – заверила Поля своё чудо. – Вот посмотри в зеркало, какие они сейчас грязненькие. Давай им поможем!
Дашка насупилась и решительно заняла место над раковиной, пытаясь медленно, но старательно совершить все положенные действия. Поля помогала лишь чуть-чуть, иначе навыка не добиться. Самой ей пришлось умываться над ванной. Ну, ничего! Капризничает Дашка редко, обычно она дисциплинированный и понятливый ребёнок.
В кухне Полина быстро разогрела рисовую кашу, сваренную с вечера. Добавила Дашке изюма и немного сиропа из варенья, а себе масла и сыра. Всё. Можно собираться в садик и на работу. В садике, правда бывает свой завтрак, но у Дашки с утра хороший аппетит, до завтрака в садике ещё много времени, и Полина не считает преступлением покормить ребёнка. Она и сама не может выйти утром из дома совсем голодной.
Вообще, Дашка только полгода как начала ходить в садик, но, слава богу, протеста не высказывала. Воспитателей слушалась и с другими детьми не ссорилась. Уложив в детский рюкзачок сменные трусики и колготки, Поля с дочерью вышли из квартиры. Так-то Дашуня уже давно знала горшок, и аварийные случаи у неё бывали очень редко. Но в садике требовали запасное бельё, и Полина дисциплинированно носила его. Вернее, носила сама Дашка в своём рюкзачке.
Дочке было три года, ровно столько, сколько их с Русланом браку. Они расписались за месяц до её рождения. Ей тогда казалось, что это простая формальность, лишняя бумажка, которая в их жизни ничего не меняет, ведь они любят друг друга. И разве может какая-то, пусть самая серьёзная бумажка, повлиять на любовь. Зато сейчас… Сейчас, когда запахло изменой и разводом, это многое меняло.
Оставив дочь в садике, Полина вновь села в машину, и её маленькая помощница резво покатила в центр, к Поле на работу. В настоящее время она работала продавцом в цветочном магазинчике, куда попала случайно, по знакомству. С хозяйкой магазинчика они водили детей в одну группу. Узнав, что Полина ищет работу после декрета, женщина сама предложила ей место, хотя бы на время.
У Полины было высшее педагогическое образование. Но, во-первых, в школу она не хотела, был уже опыт: жуткая постоянная занятость, а у неё Дашка есть. А, во-вторых, у молодых учителей даже при высокой нагрузке, зарплата едва-едва переваливает за минимальный уровень. А у неё Дашка опять же. Поэтому Полина искала место в колледже или вузе. Там денег тоже не так много, зато ученики гораздо старше и серьёзнее, кроме того остаётся больше времени для подработки, ведь у Поли – Дашка. Однако Поля не отметала и варианты офисной службы. Однако пока никаких подходящих вакансий не попадалось, а деньги были нужны. Очень.
Нет, Руслан деньги давал, но как-то ограниченно. А нужно было то одно, то другое. Дашке, не Поле же. Для себя она могла бы и подождать. Её вещи, купленные ещё до брака, были во вполне пригодном состоянии. Поэтому, несмотря на недовольство мужа, который был против её работы, Полина всё же устроилась в этот магазинчик.
– Полька, ну, что за блажь?! Зачем тебе эта работа?! Сиди дома, корми нас и оберегай домашний очаг! – возмущался муж. – Вот приду я с работы, а дома пожрать нечего. Я уставший, голодный, злюсь на тебя. Хорошо тебе?!
– Рус, да я уже на стены скоро полезу от сидения дома! А ужины я тебе заранее буду готовить. Придёшь, разогреешь, делов-то! – отстаивала свою позицию Поля.
Но тогда, полгода назад, Руслан ещё приходил вовремя. Ещё любил её. Ночами любил очень жарко. С Дашкой играл вечерами. А теперь…
– Нет, всё-таки поеду посмотрю, – сама себе сказала Полина. – Может, и нет ничего. а я тут извелась вся.
Грязная эсэмэска о том, что её муж изменяет ей с коллегой по работе, пришла две недели назад, и Полина всё ещё не знала, что с этим делать. Устроить скандал и потребовать правды? Проследить и удостовериться самой? Не обращать внимания и выбросить из головы?
Она решилась на второй вариант. Орать, истерить, топать ногами – это не по ней. Поля вообще сдержанная по жизни. Да и как-то некрасиво это что ли, по-базарному, вспомнила Поля вчерашний фильма и, перекошенное от ярости, залитое слезами лицо героини. Нет, не надо ей такого!
Совсем выкинуть сообщение из головы и не обращать внимания тоже не получится. Потому что последние полгода подозрения зародились у Полины сами собой. А после этой эсэмэски она извелась вся. Правда, Руслан не замечал этого. Он вообще их с Дашкой теперь мало замечал.
Значит, убедиться самой, что измена – это факт, оставалось единственным вариантом. «Ладно, разберёмся», – вздохнула она, подъезжая к месту работы.
Она опоздала на пять минут, но у двери уже топтался мужчина, нетерпеливо поглядывая на часы. Поля открыла дверь и извинилась за опоздание.
– Девушка, что мне ваши извинения! Давайте быстрее пять розовых роз, я опаздываю!
– Одну минуту!
Скинув плащ, Поля зашла в холодильник и быстро набрала пять крупных, хорошо распустившихся, цветов.
– Упаковать?
– Нет, только срежьте шипы на стеблях.
– Хорошо. Пожалуйста! – Поля протянула мужчине готовый букет.
Тот, не глядя, бросил на прилавок тысячу и рванул к машине, которую поставил чуть ли не на тротуаре.
«Какой торопыга», – улыбнулась Полина. Рабочий день начался и посторонние мысли из головы постепенно выветривались. Цветы всегда приводили Полино настроение в порядок. Вот и сейчас розовые розы подняли немного её дух и развеяли мрачные предчувствия.
Вновь звякнул колокольчик. Поля выглянула из подсобки, где ставила чайник. Место у метро было бойким и за цветами заходили часто. Но сейчас в магазин вошла хозяйка – Ирина.
– Как дела? Представитель упаковки был? А то у нас некоторые позиции уже заканчиваются, – раздеваясь, спросила женщина.
– Вчера никого не было, но, может быть, сегодня появится, – пожала плечами Полина. – Я заявку скидывала.
Ирина прошла в кабинет рядом с подсобкой и резко закрыла за собой дверь. «Не в духе», – поняла Поля и не стала лезть с расспросами. Женщина, хотя и приняла Полину на работу, всячески подчёркивала своё хозяйское положение и своим обращением требовала ответной субординации.
А Полина не из тех, кто будет навязываться в друзья-подружки и подлизываться. Это раз. А второе, она не доверяла людям, которые открыто показывали своё превосходство в чём-то. «Пора, наверное, другую работу подыскивать, – вздохнула про себя Поля. – Господи, всё к одному: Руслан со своей изменой, хозяйка вечно недовольная всем, безденежье…»
От размышлений её опять отвлёк звук колокольчика. Две девушки пришли за парой небольших букетов. Рабочий ритм нарастал, и Полина втянулась в процесс. Однако она уже приняла твёрдое решение проследить за мужем. А дальше всё будет зависеть от результата, но оставаться слепой курицей Полина больше не хотела.
Вечером ей пришлось пойти на серьёзное нарушение дисциплины. Руслан работал до восемнадцати часов, а магазин – до двадцати. Полина самовольно прекратила работу, благо хозяйка давно уже ушла. Включила сигнализацию, закрыла магазин и бегом направилась к своей машине. От центра до частной клиники, где работал Руслан, было минут двадцать езды.
Она успела. Не успела спрятаться среди других машин, но этого и не потребовалось. Руслан не смотрел по сторонам и ничего не опасался. Совершенно свободно и открыто он вёл под локоток к своей машине стройную девушку, чуть выше среднего роста. Яркую, холёную, раскованную.
Она шла рядом с Полиным мужем, открыто улыбаясь чему-то и бросая на него ласковые взгляды. Руслан отвечал тем же. Они вели себя, как давняя сложившаяся пара. Усадив женщину, Руслан задержался у машины и достал телефон. У Полины звякнул сигнал входящего сообщения: «Задержусь до вечера, сложный случай. Не ждите».
– Ну, да, – механически прошептала Полина с паузами. – Случай сложный, за один раз он не справится… Значит, правда всё… И что мне с этой правдой делать?
Она обессиленно опустила голову на руки, лежащие на руле. «Эх, Полька, Полька… встряпалась…» Слёз не было, но сердце рвалось на куски и стонало от боли. Эх, она не хотела замечать всех признаков измены. Не хотела! Списывала холодность мужа на усталость, нервное напряжение. Но неизвестный «доброжелатель» не оставил ей выбора. Ей пришлось самой убедиться в измене. Убедилась. А теперь что?
Мысли невольно переключились на их с Дашкой ближайшее будущее. Квартира принадлежала мужу, родители подарили. Придётся сразу съезжать, искать жильё, место в новом садике, а денег – кот наплакал.
«Недальновидная ты, Полька, не смогла за три года накопить ни рубля», – корила она себя. А с чего тут накопишь? Декрет, на работу полгода как вышла. Вся зарплата на Дашкины нужды уходит и на квартплату. Можно, конечно, квартиру где-то на окраине поискать, и садик там же. А работу?
И тут Полина поняла, что рассуждает уже о своём послеразводном будущем, о жизни без Руслана. И странно, но у неё нет никаких стремлений расправиться с соперницей, наорать на неё или волосы потрепать. Нет даже желания отвесить Руслану хлёстких пощёчин. О, как?!
Нет, героически расправляться с соперницей и мстить мужу-предателю – это не для неё. Это же унизительно требовать любви от человека, который тебя уже не любит, уже предал, уже выбросил из своего сердца и своей жизни. И ждать от него этой эмоциональной подачки, как победы? Упаси боже!
Раз мы ему стали не нужны, стали в тягость, вызываем только раздражение от того, что он вынужден возвращаться к нам каждый вечер (тут Полина вспомнила постоянно насупленное и недовольное лицо мужа), то незачем досаждать человеку дальше. Пусть живёт, как хочет.
А мы уедем. Уйдём из его жизни. Насильно мил не будешь. Что значит бороться за мужа, за любовь? Как это вообще будет выглядеть? Устроить драку с любовницей или с самим Русланом? Унизительно. Ну, даже если я расплачусь, взову к его совести, прикроюсь Дашкой, думала Поля, не факт, что он разорвёт связь с той женщиной. Скорее всего научится скрывать её. Дашку-то он раньше любил и, может быть, из-за неё до сих пор не ушёл из семьи. Хотя, кого сейчас держат дети?!
Но я-то, честно говоря, простить его уже не смогу. Тогда зачем удерживать этого человека рядом? Нет смысла. На алименты можно подать и на расстоянии. А больше нам ничего и не причитается. Сомневаюсь я, что новая женщина позволит ему каждый день бегать к дочери, а брать маленького ребёнка на выходные, я и сама не могу спокойно позволить. Ой, как сложно всё!
Но самое страшное было в том, что у Полины остались чувства к мужу. За один сильный удар их не выбьешь и не вытравишь оскорблениями. Однако и думать о восстановлении прежней жизни, желать возврата былых отношений, стало уже невозможно.
Неизвестный доброжелатель хорошо постарался. Ролики и фото влюблённой парочки из ресторанов, театров, загородных баз с указанием дат и времени, вновь веером рассыпались в Полиной памяти. И если раньше она ещё пытались найти в них следы монтажа, то увидев наяву мужа с этой женщиной, поняла, что никакого монтажа нет. Всё правда.
– Каких ещё доказательств тебе надо? – прошептала Полина самой себе, поднимая голову от руля. – Просто не хочешь верить фактам, но они от этого не перестают быть таковыми. Смирись и действуй уже, тряпка!
Как всегда, по жизни в случае неприятностей Полина винила в первую очередь себя: не предусмотрела, не рассчитала, ошиблась в оценке и так далее. И только потом уже начинала анализировать подробнее и оценивать внешние обстоятельства.
Но тут было всё ясно. Мужчина выбрал другую женщину, и это его право. Другое дело, что у них есть Дашка, а это уже его ответственность. Вернее, их общая ответственность. А у Полины было право осложнить жизнь бывшему мужу судами и разбирательствами. Но она этого делать не будет. Разберутся сами. Поля всё же надеялась на честность Руслана по отношению к дочери. Наконец, она пришла к определённому решению и прикинула примерный план действий.
– Надо завтра поговорить с Русланом, – опять самой себе наметила Поля. – Снять сегодня жильё на два-три дня – пока документы соберу, пока дела здесь все закрою. И придётся, наверное, переехать в Н-ск.
Там, в небольшом районном городке (по меркам миллионника небольшом, а так-то сто пятьдесят тысяч – вполне себе достаточно для приличного города) у Полины была двухкомнатная квартира, оставшаяся ей от родной тётки. Тётка была бездетна, всю жизнь прожила одиночкой в квартире своих родителей. И вот эта древность два года назад перешла в Полино владение.
Полина квартиру ещё не видела, у тётки была последний раз в детском возрасте. Все документы оформляли юристы, и квартира стояла закрытая.
Про возвращение к родителям Полина даже не думала. Они тоже жили в области, в небольшом городе. Но, во-первых, у них была ещё Маша – младшая сестра. А, во-вторых, отец начал прибаливать, много денег уходило на лечение, и Полина не хотела становиться им в тягость. Она взрослая женщина двадцати восьми лет, сама как-нибудь справится.
– Вот и уеду в Н-ск, – усмехнулась она вслух. – Не удалась у меня жизнь в большом городе. Не судьба, значит.
Полина завела машину и аккуратно двинулась от клиники, намереваясь ехать домой. И тут она заметила, что машина мужа идёт впереди через пару машин. Как так получилось? Ведь они давно должны были уехать? Или они тоже не сразу? Поля вспомнила про тёмные окна внедорожника мужа и поморщилась. Многое можно сделать незаметно за этими стёклами. Но её это уже не касается.
Она и не думала преследовать парочку, но, видимо, их маршрут частично совпадал. Да, убедилась Поля в своей догадке: совпадал до центра, до дорогого модного ресторана.
– Понятно, – тихо буркнула Полина, провожая взглядом пару, поднимающуюся к дверям ресторана. – Дама не заморачивается готовкой. Интересно, надолго у Руса хватит денег на такое питание? То-то он домой почти перестал приносить деньги.
«Хотя, откуда я знаю, сколько у него на самом деле денег? – рассуждала Полина уже про себя. – Он мне никогда не озвучивал размер своей зарплаты».
Ей было бы интересно узнать, куда пара поедет после ужина, но уже пора было забирать Дашку из садика. Девочка и так оставалась в группе до последнего срока. Не одна, конечно. Было ещё несколько детей, родители которых не могли забирать детей пораньше и приходили за ними к закрытию. Что делать, все работают.
Слава богу для Дашки это было не каждый день, потому что Полина работала два через два дня и в те дни, когда была дома забирала дочь даже раньше положенного.
А сегодня… Сегодня им надо было успеть собрать вещи и уехать на съёмное жильё. Руслан написал, что будет поздно, и Поля видела почему, но на всякий случай надо было поторопиться. Мало ли что. Вдруг его женщина живёт где-то рядом?
В своём сознании Полина сразу отделила себя от бывшего мужа. Именно бывшего. Просто человек, который так нежно и бережно вёл к машине другую женщину, явно не был Полиным мужем. Он был чужим мужчиной. Интересно, что даже те фото, которые ей прислал «доброжелатель», не подействовали на Полину так сильно, как вид пары, идущей к машине.
Может, в фото она ещё сомневалась, не доверяла им до конца. А своим глазам как не поверить?! Сразу все сомнения кончились. Встречаться с Русланом сегодня уже не было нужды, да и просто не было сил. Она обязательно расплакалась бы, раскричалась и получилась бы некрасивая сцена. Да и Дашка могла бы испугаться. Нет! Не стоит. Значит, надо поторопиться с временным пристанищем и со сборами.
Пока ждала дочку (у них ещё продолжался ужин), Полина забила запрос на дешёвую гостиницу. Поисковик выдал длинный список, из которого Полина выбрала гостевой дом на южном выезде из города. Во-первых, он был ближе всего к ним. Во-вторых, в том же направлении, куда Полина собиралась уезжать и, в-третьих, там был удобный и недорогой одноместный номер.
Полина созвонилась с администратором и перевела онлайн задаток за номер. К этому моменту подошло время забирать Дашку.
– Маргарита Сергеевна, хочу вас предупредить, что моя дочь была сегодня в садике последний раз. Понимаю, что надо было известить заранее, но так получилось, что я сама узнала о переезде только сегодня. Мы уезжаем из города на днях.
– Оу! Жаль, очень жаль. Девочка хорошая, контактная и воспитанная. Но, что поделаешь, – директриса дежурно улыбнулась. – Желаю вам всего доброго на новом месте.
– Спасибо, до свидания, – отзеркалила Полина.
Она тщательно проверила Дашкину кабинку и, взяв дочь за руку, повела к своей машине. Да, у них с Русланом были две машины. У Полины её хоженая, старенькая, но надёжная демешка, а у Руслана почти новый пятилетний ланд крузер. Муж взял его с рук и берёг неимоверно. Кстати, для этой покупки об брал кредит на себя. Сам и выплачивал. По Полиным сведениям, платить ему оставалось полгода. «Выплатит, – решила она. – В случае чего мама поможет».
Мама Руслана – Светлана Николаевна – была известным врачом и работала заместителем главврача в той же клинике, что и Руслан. С Полиной она практически не общалась. Считала, что сын совершил ошибку, женившись на приезжей. И даже рождение Дашки не примирило её с семьёй сына. Дашке тоже доставались лишь «визиты вежливости» и «подарки внимания».
– Мам, а мы больсе не пойдём в садик? – озаботилась дочка.
– В этот – нет, – вздохнула Полина. – Даша, послушай, ты уже большая девочка…
– Больсая, – важно согласилась кроха.
– Мы с тобой сегодня уедем в гостиницу, потому что завтра, в крайнем случае, послезавтра уедем в другой город. И там у тебя будет другой садик. Надеюсь, ты подружишься с новыми ребятами.
– Ладно, подлузус, – согласилась Дашуня. – А папа? Папа поедет с нами?
– Нет, доча. Папа очень занят, у него много работы, ты же знаешь. Он приедет, когда сможет.
– Знаю, – по-взрослому вздохнула малышка. – Папа всегда занят, но я его буду здать, оцень-оцень.
– Конечно, доча, – Полина облегчённо выдохнула.
Она боялась объяснять дочери внезапный отъезд, но, оказалась, Дашуня приняла всё как необходимость и не особо допрашивала мать о причинах. Слава богу!
От садика до дома минут десять езды. Так что они приехали засветло. Лето. Поля оставила машину у подъезда и поднялась с Дашуткой в квартиру. Руслана не было, и напряжение отпустило Полю. Она не хотела сейчас встречи с мужем и выяснения отношений тем более. Но всё же решила поторопиться.
Достала два больших чемодана, с которыми они однажды в начале совместной жизни ездили на юг, С тех пор они стояли без дела. Полина быстро сметала вещи с полок, не очень аккуратно складывала в чемоданы и всё время поглядывала на часы. Дашуткины вещи вошли не все. Но Поля расстелила на полу два покрывала и собрала на них все оставшиеся дочкины вещи и игрушки. Затянула, как могла, узлы и села на диван.
– У-фф! Караул, Дашка, мама устала.
– Я визу, – дочка погладила её по руке. – Давай дядю Селёзу позовём, и он нам помозет?
– Умница! – чмокнула Поля дочку.
Про соседа она и забыла. А вытащить такие чемоданы и узлы ещё надо постараться. Полина встала и окинула взглядом квартиру. Здесь она прожила три года. Счастливо или несчастливо сейчас не понять. Ей казалось, что счастливо. И вот они с дочкой покидают эту квартиру навсегда.
– Клининг бы вызвать. Да времени уже нет. Ладно, простит, надеюсь.
С трудом подтащила вещи к порогу и выставила на площадку. Закрыла дверь на ключ и позвонила соседям. Дверь открыл мужчина.
– Сергей, вы не поможете мне донести вещи до машины?
– Конечно, какой разговор! Уезжаете куда-то?
– Да, срочно пришлось планы менять.
Подошёл лифт, сосед перетаскал в него чемоданы и узлы, затем из лифта помог донести до машины. Больше он ничего не спрашивал и не заговаривал, но посматривал на Полину сочувствующим взглядом.
На улице уже стемнело, когда Поля усадила в кресло Дашу и, наконец, села за руль машины. Всё это время она постоянно оглядывалась на дорогу, опасаясь увидеть машину Руслана. Почему-то теперь ей казалось, что её побег какой-то неправильный. Не так надо было расставаться с мужем.
«А как?!» – огрызнулась она сама на себя и включила зажигание. Машина выкатилась из двора на проезжую часть и покатила к южному выезду. Там их ждала придорожная гостиница.
Уже в машине Поля позвонила хозяйке магазина. Завтра у неё был нерабочий день, но она хотела предупредить, что будет увольняться. Однако едва Поля заикнулась об этом, как Ирина буквально вскипела раздражением.
– Увольняться? А заранее предупредить? Где я сейчас возьму продавца?
– Но, Ирина, обстоятельства сложились так, что мне приходится уезжать немедленно. Я не могу отрабатывать. В конце концов я у вас даже не числюсь в штате. Вы не отчитываетесь за меня и не платите налоги. Я работник-неведимка. Думаю, что за неделю, максимум, вы найдёте человека, которому неважно официальное трудоустройство
– Можешь мне не указывать, грамотная нашлась. Ты уволена. Деньги скину на карту.
«Спасибо» Поля говорила уже в пикающую трубку.
– Ну, ладно! Лишь бы деньги перечислила.
Они подъехали к гостинице. Вещи Полина выгружать не стала, взяла только сумку с мыльно-рыльными принадлежностями, как говорил отец, и начала устраиваться на ночь. Выехать в Н-ск она решила завтра. Ну, раз уже и уволена, и вещи собрала. Чего тянуть резину?
ГЛАВА 2
Руслан приехал домой поздно, в первом часу ночи. Если Полина не будет спать, то он собирался с ней поговорить. Откладывать разговор дальше было некуда. Марина сегодня обрадовала его сообщением о беременности.
Вообще-то Руслан не готов был уходить от жены. Вернее, выгонять жену и ребёнка из своей квартиры. Но рано или поздно это пришлось бы делать. У Марины своего жилья не было. Она жила с родителями. Правда, родители Марины могли купить ей любое жильё в любое время, но не делали этого из каких-то своих соображений, и Марина за это на них сильно обижалась. Но Руслана их проблемы не касались. Как настоящий мужик он должен был привести жену в свой дом. Вот только его дом был занят пока прежней женщиной.
У Поли тоже не было своего жилья в этом городе. И Дашка, наверняка, останется с матерью. Куда же им идти?! Именно из-за этого вопроса Руслан тянул с разговором. Он хотел вначале хотя бы снять бывшей жене квартиру. Но как-то всё затянулось, и он всё откладывал и откладывал поиски жилья для бывшей, пока сегодня Марина не призналась, что беременна.
А теперь тянуть некуда. Ни мать Руслана, которая прекрасно знает Марину, ни родители Марины не позволят тянуть с регистрацией. Значит, с Полиной надо развестись как можно скорее.
– Если она не спит, поговорю сейчас же, – решил Руслан, открывая дверь.
Квартира, как обычно, встретила его тишиной и темнотой.
– Опять с Дашкой спит, что за моду взяла, – проворчал Руслан. – Раньше придёшь с работы – тебе супчик, котлетки, всё горяченькое…
«Так раньше ты приходил в семь вечера, а не в двенадцать ночи», – мелькнула ехидная мыслишка. Всё ушло куда-то, видимо, действительно пора расходиться. И Марина настаивает…
Руслан не стал заглядывать в комнату дочери, он никогда не будил их, если приходил поздно. Есть не хотелось, и он лишь выпил стакан воды на ночь. И только утром, одеваясь в прихожей, он обратил внимание, что на вешалке нет плаща Поли, на маленькой вешалке нет курточки Дашки, нет их обуви.
Руслан замер. Бросил свою ветровку и метнулся в спальню дочери. Их не было. Ни Полины, ни Дашки, ни их вещей. Распахнутые створки шкафа демонстрировали девственную чистоту полок. Ушла!
Несмотря на возможность опоздания, Руслан присел на диван и растерянно оглянулся. Всё! Полина забрала всё, что принадлежало ей и Дашке. И сейчас в квартире ничто не напоминало о присутствии в жизни Руслана жены и дочери.
– Узнала, – негромко произнёс Руслан. – Что ж, так даже проще. Надо быстро подать на развод, потому что это волокита ещё та. Но, надеюсь, Димка поможет. И надо матери сообщить. Клининг нанять и через недельку можно будет Марину перевозить.
И вдруг в памяти мелькнул вчерашний день и серая мазда на парковке ресторана.
– Точно! Это же была её машина. Как я вчера не понял! Не до того было, – усмехнулся сам себе. – Маринка как раз в беременности признавалась. Ну, тем лучше, ничего объяснять не надо, а оправдываться тем более.
Руслан встал и, ещё раз окинув взглядом опустевшую квартиру, вышел на площадку. Сосед Сергей, с которым они приятельствовали, поздоровался и спросил:
– Ну, как твои добрались?
– Нормально, – нервно кивнул ему Руслан и заторопился к машине.
Откуда он знает, как они добрались, если ему неизвестно даже куда именно его бывшая семья направилась. С одной стороны, ему было жалко Полину. Он понимал, что нанёс ей серьёзное оскорбление. С другой, Руслан испытывал даже облегчение от сложившейся ситуации: ничего не надо выяснить, выслушивать истерики, обиды, все эти слёзы, сопли… И ещё он был уверен, что Полина никогда не даст в обиду Дашку. И его ребёнок всегда будет присмотрен и ухожен. Насколько возможно. Алименты? Алименты он согласен платить, когда исполнительный лист придёт в их бухгалтерию.
Но где-то в душе всё-таки застряла заноза. Заноза разочарования. Полина ушла, не поговорив с ним и не простившись. Как будто не было трёх лет семейной жизни. Как будто он ничего для неё не стоил. Раз – и отрезала.
На телефоне звякнуло сообщение. Руслан открыл.
"Руслан, мы с Дашей уехали из города. Я видела твой "срочный случай". Действительно, такой случай ждать не будет (ироничный смайлик). На развод подай сам. Я подпишу без возражений. Не имею претензий к твоему имуществу. Прощай."
«Прощай и всё?!» Эсэмэска взбесила Руслана. Он как будто наяву услышал спокойно-насмешливый тон жены, и его задело! Ах, тебе ничего не надо?! Так ничего и не будет! Если до этого у него была мысль поделить денежные накопления, которые образовались за время жизни с Полиной и о которых она, кстати, ничего не знала, то теперь Руслан резко передумал делиться. С чего?! Мать права! Жена не работала, сидела с ребёнком на его шее, так что никаких делёжек!
Однако на Дашку Руслан не собирался жмотиться. Конечно, надо будет посоветоваться с Димой, но он слышал, что 50% алиментов можно перечислять на счёт ребёнка, чтобы БЖ не слишком шиковала. Надо будет узнать поточнее, решил Руслан. Надо же: она не претендует! Да кто тебе ещё даст?!
Он специально разжигал и разжигал своё самолюбие, чтобы разозлиться на Полю. Чтобы не чувствовать своей вины за измену, за любовницу… «Легка на помине», – с раздражением подумал он, принимая звонок.
– Да, Мариш, что случилось?
– Ты опаздываешь, Руслан, – Марина всегда называла его только полным именем. – Мы договорились с Денисом Анатольевичем на восемь утра, до приёма пациентов. Я тебя предупреждала, – повысила голос теперь уже его невеста.
– Извини, Мариш, кое-что произошло. Я задержусь немного. Подъеду минут через тридцать.
– Что кое-что? – переспросила женщина.
– Полина с Дашкой ушли из дома, а я обнаружил это только сейчас, утром. Она, кажется, видела нас вчера в ресторане. Я заметил её машину на парковке, но думал, что ошибся. Однако теперь понимаю, что нет.
– Вот как? Ну, что ж, так даже лучше, – повторила его же слова Марина. – Подъезжай, когда сможешь. Кстати, у тебя самого приём в десять начинается, не опаздывай.
– Спасибо, я помню, дорогая. Скоро буду.
– Бля-ь! – Руслан сбросил звонок и выругался.
Он забыл, что сегодня с утра Марина записалась на УЗИ по беременности. Он обещал присутствовать. Но бегство Полины с дочерью выбило у него из головы все прежние планы. Марина обидится, но у Руслана тоже нервы не железные. Ему надо прийти в себя хотя бы немного. Не каждый день от него жёны сбегают.
– Бл-ь! – опять выругался он, скрипнув зубами, казалось, у него не осталось других слов, чтобы выразить своё состояние.
Оказывается, это больно увидеть пустую спальню, пустые шкафы, пустую квартиру. Больно понять, что тебя уже никто не ждёт и не встречает. Не встречает тот, кому ещё вчера ты был дорог. Руслан тяжело поднялся и вышел из пустой квартиры. Теперь он там остался один. Нет, через неделю-другую, а, может, и раньше, здесь появится Марина, но это будет уже совсем другая жизнь. Совсем другая!
За полгода отношений с Мариной Руслан убедился, что домашний быт её не привлекает. В семье её родителей работали две наёмные служащие: повариха и горничная. Кто будет готовить, убирать и стирать в их с Русланом трёхкомнатной квартире, он не знал. «Может, передумает выходить за меня, – криво усмехнулся он, садясь в машину, – Или нет, скорее всего у них появится приходящая прислуга». И только сейчас он задумался: «А, правда, почему Марина выбрала именно его, простого сосудистого хирурга, без связей и без богатых родителей? В клинике, да и в её окружении есть достаточно одиноких и состоятельных мужчин. Интересно…»
Хотя, чтобы там Марина не надумала, какие бы планы не строила, Руслан поддержит её. Он уже прекрасно понял и увидел, какие возможности появятся у него в этом браке и терять их из глупых принципов не хотел. Жизнь даёт ему шанс подняться по социальной лестнице, и он его использует по полной. А бывшая жена… Бывшая жена найдёт со временем другого. Такая, как Полька, без внимания не останется. Дашке же он будет честно платить алименты. Не совсем уж он подлец.
Когда он подъехал к клинике, Марина уже была на УЗИ. У кабинета на диванчике осталась её сумка.
– Растеряша, – проворчал Руслан, садясь рядом.
Странно, но возле кабинета не было ни будущей тёщи, ни матери Руслана. Неужели отпустили Мариночку одну?
Внезапно в сумке Марины зазвонил телефон. Руслан не собирался брать трубку, но телефон звонил и звонил, и он всё же достал его из сумки.
Да, Ираида Павловна, – ответил он будущей тёще.
– Руслан? А Мариша где?
– На УЗИ. Я жду у кабинета.
– А-а, тогда я перезвоню позже, – отключилась хозяйка клиники.
И чёрт дёрнул Руслана пошариться в Маринкином телефоне. Никогда не было такого интереса – рыться в бабских переписках, а тут как под руку кто дёрнул. Открыл и увидел… Их с Маринкой откровенные снимки, текстовые сообщения, идиотские вопросы типа: «Тебе этого мало? Исчезай уже!» И вся эта грязь отправлялась на номер Полины уже почти две недели! Крайний файл как раз с последней встречи с Мариной.
– Вот почему Полина уехала… Добилась Маринка своего, – дошло до Руслана.
Руслан закрыл смартфон и сунул его на место. Нет, шок он не испытывал, но другими глазами теперь смотрел на свою будущую жену. Теперь он лучше знал, как с ней разговаривать, чего он может требовать, а чего лучше не касаться. Для него стало совершенно очевидно, что их брак будет, если будет, деловым соглашением. Ни о каких чувствах речи идти не может. И это правильно. Но почему всё-таки именно он? Это Руслану узнать хотелось.
О том, что успела испытать доверчивая Полинка, получив эти снимки и видео, он старался не думать. Незачем, всё уже произошло и теперь надо как-то выбраться из этой грязи, не размазав её ещё больше. Дима им в помощь.
***
К Н-ску Полина подъехала после обеда. Восемь часов дороги основательно вымотали. Как назло, трасса была забита фурами, и движение превратилось в бег с препятствиями: успеешь обойти- не успеешь. Поля не каждый раз шла на обгон, памятуя о Дашке на заднем сиденье. Поэтому и ехали долго. А так можно было бы часов за шесть долететь до их нового дома.
Хотя Полина давно не была в Н-ске, но сориентировалась правильно и даже без навигатора быстро добралась до старого дома сталинской постройки в тихом центре городка. Ей не терпелось посмотреть их новое жильё, но она заставила себя вначале по пути заехать в магазин и купить продукты на первое время.
А дом как раз порадовал своим внешним видом. Похоже, управляющая компания была порядочной и старому дому сделали приличный капитальный ремонт. Ключи у Полины были, юристы переслали их доставкой вместе с документами.
Закрыв машину и взяв Дашуню за руку, Полина вошла в подъезд. А вот лифта в этом пятиэтажном доме не было. И на четвёртый этаж (а этажи в сталинках высокие) им пришлось подниматься ногами. «Зато тренировка», – примирительно подумала Полина. А Дашка эти этажи даже не заметила.
На их площадке было не четыре, как обычно, а три двери. Значит. одна из квартир было большей площади. Полина достала ключи и начала открывать дверь. Но тут открылась дверь соседней квартиры, и на площадку вышел пожилой мужчина.
– Вы к кому? – строго спросил он.
– Мы к себе, – улыбнулась Полина. – Эта квартира досталась мне в наследство от тётушки.
– Полина Вересова? – назвал мужчина её девичью фамилию.
– Да, Вересова Полина с дочерью Дарьей, – представилась Поля. – А вы?
– Кулаков Сергей Юрьевич, – тоже представился мужчина. – Мария много рассказывала о вас и долго ждала. Просила присматривать за квартирой. Вас долго ждать пришлось, – укорил он.
– Мы не могли, – повинилась Полина и добавила: – Спасибо вам.
– Помочь чем? – поинтересовался мужчина, видя, что никаких вещей при них нет.
– У меня всё в машине, перетаскаю потихоньку.
– Да отчего ж потихоньку? Сразу всё и перенесём, – внезапно подобрел сосед. – Давай, Поль, открывай квартиру да начнём вас устраивать.
У Полины тоже отлегло от сердца. Она улыбнулась суетливому соседу и открыла дверь.
– Спасибо! – ещё раз и уже с удовольствием поблагодарила она мужчину.
В квартире было чисто, свежо и солнечно, видно, что за ней присматривали добросовестно: протирали пыль, проветривали. Окна выходили на южную сторону, и вся квартира была наполнена светом. Лёгкость, радость, своё место ощутила Поля и поверила, что всё у них с Дашкой будет хорошо!
Вдвоём с Сергеем Юрьевичем они споро перетаскали все их с дочерью немудрёные пожитки. Сосед попрощался и оставил их одних. Дашка убежала обследовать двухкомнатную квартиру, а Полина опустилась на диван, как будто из неё разом выпустили воздух.
Хорошо, что есть где жить. Но как же страшно начинать жизнь заново на новом месте! Посидев несколько минут, Полина вслед за дочерью начала обход квартиры. Планировка была старая, но удобная. Широкий коридор от входной двери упирался в раздельный санузел. По обе стороны коридора располагались три двери: слева две в гостиную и спальню, справа – в кухню. То есть окна выходили на обе стороны дома, и это было хорошо.
В гостиной, где они сейчас находились, мебели почти не было: очень старый потёртый диван и сервант у стены. Насчёт серванта Полина даже не заморочилась, постоит ещё. А вот диван явно надо было менять. На нём даже сидеть опасно было, того и гляди пружина в попу вопьётся. А у Поли – Дашка. Так что во избежание, как говорится.
Вторая комната была спальней, а у них будет детской, сразу решила Полина. Но только после небольшого обновления. Здесь стояла допотопная железная кровать с панцирной сеткой и тумбочка с телевизором. Полина и не подозревала, что тётушка предпочитала такой минимализм.
Да, собственно, Полина ничего толком и не помнила из тётушкиной жизни. Ей всего было лет пять-шесть, когда она здесь была. В общем, первый круг расходов нарисовался сразу: детская плюс диван. Всё остальное потерпит. Постепенно сделается.
В кухне не было даже гарнитура. Стоял большой деревянный стол для готовки и хранения, плита, два табурета, старый советских времён холодильник «Зил-Москва» и навесная полка над раковиной. Похоже, тётя Маша вообще не покупала никакую мебель, а пользовалась той, что осталась от родителей. Наверное, ей это было неважно.
– М-да! – оценила положение Полина. – Ну, ничего, справимся! Справимся, Дашуня?
– Сплавимся! Мне нлавится тут, балкон больсой!
– А я его ещё не видела.
Мельком заглянув в туалет и ванную, Поля ожидаемо увидела голые крашеные стены и старое оснащение. «Ладно, постепенно», определилась Поля и с этим участком.
Дашка тянула её на балкон, и Полина, с трудом открыв шпингалет старой деревянной рамы, открыла дверь.
– Ух, ты-ы! – завопила Дарья, выбегая на балкон.
Вид, действительно был оживлённым. Это окно выходило на шумную улицу, с постоянным потоком машин, с небольшим сквером под окнами и с панорамой города, видимой с четвёртого этажа.
– И хорошо, и плохо, – опять оценила Поля. – И с Дашкой надо провести серьёзную работу, чтобы на балкон лишний раз не лезла, а лучше закрыть его пока накрепко. Опасно.
Настало время разбирать вещи и готовить первый в новом доме ужин. Кастрюлек у тёти Маши было только две: на три литра и на полтора. Тарелок – четыре: две суповых и две для второго, старенький чайный сервиз, наполовину разбитый и всё.
Поля автоматически отмечала все эти нюансы, эту сознательную бедность и ей становилось горько, что она уже во взрослом возрасте ни разу не приехала к тётке – старшей сестре матери. Не проведала её, не утешила, ничем не помогла. Под влиянием матери относилась к далёкой тётушке настороженно, а теперь вот пользуется её квартирой. Стыдно!
Но теперь что уж, остаётся только оправдывать тёткино доверие. С толком использовать её смертный подарок. Не прокакать, а улучшить. Как-то так. Полина стёрла невольные слёзы, выступившие от раскаяния и разложила по тарелкам гречневую кашу.
– Всё сделаем помаленьку, тёть Маш, – тихо произнесла она в пространство.
После ужина постелила им с Дашкой на диване, подложив под простынь собственное шерстяное одеяло. Укладывать дочь в кровать, на которой скончалась тётушка, Поля не решилась из суеверия.
Когда Дашка уснула, она присела на старый табурет к кухонному столу и начала составлять список немедленных дел из расчёта имеющихся денег. Ясно, что полноценный ремонт даже в одной комнате, она сейчас не осилит. Но освежить обои, половую краску, купить недорогую детскую мебель, шторы ей, пожалуй, по силам. Это первое.
Второе. Сходить в УК, прописаться, вызвать электрика и сантехника. Заменить розетки и проводку, если надо, унитаз и ванну. Нет, ванну просто выбросить, а купить кабину.
Третье. Наполнить холодильник и шкаф продуктами.
На этом левый столбик с хотелками прервался, потому что закончился правый столбик с деньгами. У неё на карте оставалось около семидесяти тысяч. Руслан ей каждый месяц перечислял на карту определённую сумму, обычно пятьдесят тысяч. Но Полина – девушка экономная и не тратила всю сумму. Поэтому у неё и накопилась небольшая заначка. Но для самостоятельной жизни этого ничтожно мало.
– Работа! Срочно нужна работа! – месяц они с Дашкой протянут, но дальше – караул. И помощи ждать неоткуда. – Ладно, посмотрим в интернете.
Полина встала и налила себе чаю, бросила в него пакетик, а сахар она не покупала. Полезла в стол, достала старую сахарницу, открыла, понюхала этот старый сахар, решила, что сойдёт и ткнула ложкой, загребая поглубже.
Ложка упёрлась в какой-то кулёк. Полина вытащила его и сквозь плёнку пакета увидела тугую скрутку пятитысячных купюр. Ещё не понимая, что это такое, она разрезала и развернула пакет. Кроме денег, там было письмо.
«Дорогая Полюшка, если ты вступила в наследство, то рано или поздно найдёшь эту мою заначку. Мне же много не надо, а пенсия у меня была неплохая. Всю жизнь ведь работала на заводе. Вот накопила триста пятьдесят тысяч. Аня писала, что неудачно ты замуж вышла, из богатых он. И мать его тебя не приняла. Вот я и подумала, а вдруг тебе пригодится моя помощь. Живи спокойно, девочка. Жаль, я твою малышку не увидела. Аня говорит, на тебя похожа. Благословляю тебя, будьте здоровы, родные мои. Ваша тётя Мария».
Полина не замечала, что слёзы текут и текут по щекам, записка промокла и старая паста начала расплываться. Она бережно свернула письмо, спрятала его под чехол телефона, не считая положила деньги в кошелёк.
Не знала, как благодарить материну сестру за такой щедрый дар: и квартира, и деньги. И, главное, ни за что. Ведь при жизни они и не виделись! Бедная тётя Маша!
Поля перешла в гостиную к дочери, устроилась по привычке рядом и заснула тяжёлым сном. Слишком много для одного дня.
ГЛАВА 3
Руслан бесился. Эта курица, эта цветочница недоделанная, забрала ребёнка и выехала неизвестно куда! Без денег, без жилья, без работы, без поддержки! Дура! Ну, как можно быть такой бестолочью?! Ладно ты здоровая баба, как-то устроишься. А ребёнок?! Идиотка! И не звонит, ничего не просит, никаких намёков в сетях! Молчок! А он тут должен икру метать в беспокойстве!
Руслан сейчас находился в клинике. Пользуясь тем, что записанный пациент не пришёл, он заперся в кабинете и попытался связаться с женой. Но, похоже, эта гордячка занесла его в чёрный список. Эта дура, бля-ь, бегает где-то в поисках работы, а ты сиди и соображай, как им с ребёнком помочь?! Могла бы позвонить! Для Дашки Руслан никогда не откажет.
– Так, действительно, что я сам-то туплю? У неё же карта есть, и я номер знаю. Сброшу пока тысяч пятьдесят для ребёнка. Дашуня, куколка, папина доча, – забормотал он, набирая опции онлайн-банка.
Руслан невольно расплылся в улыбке, он на самом деле любил дочку. Ждал, когда родится, ночами вставал в первый год. А потом ушло куда-то. Дашке годика два было, когда у них в клинике появилась новая медсестричка. С ней он впервые изменил Поле. А нечего! Полька сама виновата. Вечно в супах, в котлетах, в Дашке! Рус то, Рус это, приготовит, погладит, оближет. А ему не это нах надо! Вернее, это тоже. Но ему трах хороший нужен, он молодой здоровый мужик! Баба горячая нужна, а не зачуханная кухней!
С той сестричкой у него быстро прошло. Надоела. Потом были случайные разовые перепихи. А потом появилась Марина. Вначале Руслан опьянел от эмоций: такая женщина обратила на него внимание! И флёр романтики держался долго, пока он не увидел те сообщения, что Марина посылала Польке. И та ему ничего ни разу не сказала! Больше недели эту грязь получала и терпела! Ох-ть! А он и не заметил, как погасла её улыбка, и она перестала встречать его с работы.
– С работы, ага, в два часа ночи, – горько усмехнулся Руслан.
Теперь он совсем другими глазами смотрел на Марину. Но не передумал встречаться с ней. Просто понял, что с этой женщиной может подняться на новый уровень. А Полька – она же провинциалка. С ней на корпоративы-то стыдно было ходить.
Родители Марины – хозяева клиники, где он сейчас работает. И это не единственная их собственность. Есть ещё медицинские центры в районах. Богатые люди, известные врачи. И большой бонус: мать Руслана училась вместе с матерью Марины. Поэтому её и приняли в клинику заместителем. А затем и Руслана УЗИ-диагностом. И это совсем не тот статус и не те деньги, которые он имел в районной поликлинике.
Так что Марину он выбрал осознанно, можно сказать. Но было неясно и настораживало, за что она выбрала его. Так что у Руслана появились сомнения в отцовстве. Хотя, даже если не он отец – это неважно. Собственный ребёнок у него уже есть, а этот всё равно будет расти с няньками (не сама же Марина будет ему попку мыть и подгузники менять), с бабушкой, дедушкой и их с Мариной обременять не будет.
Вот по Дашке он скучал. Но… Так и не дозвонившись до бывшей жены, Руслан всё же перевёл ей два раза по пятьдесят тысяч, решив, что один раз мало и немного успокоился. Время перерыва закончилось, и он открыл дверь. Но вместо пациента вошла его мать – Светлана Николаевна.
– Рус, ты не узнал, куда укатила твоя деревенская жёнушка?
– Мама, Полина не из деревни, она из города, хотя и не такого крупного. – Руслан терпеть не мог, когда кто-то начинал чморить Полинку.
– Ты жалеешь? – удивилась женщина. – Прости, я думала, что она пройденный этап. Мне кажется, она хотя бы единственный раз поступила мудро: просто уехала, не устраивая скандала.
– Она никогда не устраивала скандалов. И ты это прекрасно знаешь, мама! Хватит унижать мою жену!
– Хорошо, хорошо! Прости! – подняла руки женщина. – Я по другому поводу. Ты подал заявление на развод? Учти, время идёт, и беременность Мариночки скоро станет заметной. Поползут нежелательные слухи.
– Тебя как-то не интересовали слухи про Полину. Хотя мы с ней расписались всего за месяц до родов, причём по моей настоятельно просьбе, – язвительно усмехнулся Руслан.
– Не сравнивай, пожалуйста! – разгорячилась женщина. – Мне плевать было на слухи об этой деревенщине. Я ей сразу сказала, чтобы она не смела зариться на твою квартиру. Мы не для того тебе её дарили!
– Так вот почему Полька так долго отказывалась регистрироваться?! Всё говорила, что любить можно и без штампа в паспорте. Ну, спасибо, мама! Ты хорошо потопталась по моей семейной жизни!
– Конечно, – не сдалась женщина. – Если у тебя мозгов нет, кто-то должен побеспокоиться о твоём благополучии.
– Чувствуя я, отец поэтому ушёл от нас, – с насмешкой произнёс Руслан. – Не смог перенести твоей «заботы». Кстати, мы с ним иногда видимся, как бы ты ни старалась нас разъединить.
– Мне уже всё равно, – холодно ответила женщина. – Можешь видеться с ним хоть каждый день. У него новая семья, новые дети и ты ему не нужен.
– Какая же ты злая, мама, – с отвращением произнёс Руслан. – Так и хочешь кого-нибудь укусить. Сейчас нет Польки, и ты решила добраться до меня? Не выйдет! И покинь кабинет, пожалуйста, у меня приём.
– Не забудь про развод, – настырно оставила последнее слово за собой женщина.
– Не забуду, – буркнул уже в закрытую дверь Руслан.
Разговоры с матерью всегда заканчивались скандалом или раздражением. Руслан привык, но это уже начинало надоедать. Хотелось свободы. Но…
Кое в чём мать всё-таки права. Развод надо оформить как можно быстрее. Марина явно недовольна, что он до сих пор не подал заявление, но пока молчит.
– Ладно, сегодня зайду на госуслуги и позвоню Димке, – пообещал сам себе Руслан. – Куда же всё-таки уехала Полька?
Даже самому себе Руслан не хотел признаваться, что беспокоится о жене, что чувствует вину за многочисленные измены и особенно за подлый поступок Марины с отсылкой фото и видео. Для него самого было дико узнать, что вся такая интеллигентная и рафинированная Марина опустилась до банального шантажа интимными фото.
Но он уже принял решение не показывать вида и не собирался обсуждать, а тем более укорять невесту в сделанном. Как известно, фарш обратно не прокрутишь, уже ничего не изменишь, поэтому и кипишиться незачем.
А Полька… Полька она такая, она выяснять и скандалить не будет. Никогда этого не делала, верила ему наивная чукотская девочка. Да, что уж теперь. Всё равно она ему не подходит по статусу. Мать права. Кому нужно это её педагогическое образование?! Школьная училка! Русский и английский. Ой, не могу, какой специалист редкий! Сарказм пёр из Руслана и заставлял унижать жену, хотя бы мысленно.
Не-ет! Надо искать женщину своего круга, а ещё лучше – более высокого. Как Марина, например. Поженимся, осмотрюсь, пообвыкну и определюсь, что там и как в этом высшем обществе, решил Руслан.
В дверь нетерпеливо постучали. Руслан вздохнул и начал приём. Но мысли о Полине не покидали его голову. После работы он задержался в кабинете, благо его приём был последним, чтобы подать заявление и позвонить другу.
– Развод?! – прокричал в трубку Дмитрий. – Ты разводишься с Полей? Вот ты… баран, – нелицеприятно высказался друг. – Таких женщин днём с огнём ищут, а ты бросаешь, – удивлялся друг. – А кто на её место?
– Марина Репнина, – нехотя признался Руслан.
– К-кто?! – поперхнулся Дмитрий. – Да-а, – протянул он язвительно. – давно мы с тобой не виделись. Такие события пропустил. Охренеть! По любви или по залёту? – не стесняясь спросил он.
– И то, и то. Мне Марина нравится. Ребёнка не планировали сейчас, само получилось.
– Сто процентов твой? – осторожно спросил Дима.
– Надеюсь, не могу сказать точно. До меня у неё были отношения с московским мажором.
– Вон что… А с Дашуней как?
– Как, как! Алименты буду платить!
– Полина подала?
– Ни х*я она не подала! – заорал Руслан. – Гордая, бля*ь! Уехала и эсэмэску прислала, мол, ни на что не претендует.
– Ну, это в духе Полинки, – мягко отозвался Дмитрий. – Ладно, я понял всё. Сам позвоню Поле, договорюсь, а потом тебе скину. Надеюсь, разберёмся. Хотя, у вас ребёнок, так что суд всё равно возможен.
– Да мне всё равно: суд или без суда. Главное побыстрее. Сделай такую милость, реши всё сам. Видеть не хочу эту клушу! – сквозь зубы процедил Руслан.
– ОК! – отбился Дмитрий.
Руслан уставился на погасший экран, и пытался понять, что его задело сейчас в разговоре с другом и по совместительству адвокатом. Потом дошло: Димон обрадовался! Обрадовался нах, что он разводится с Полькой. Конечно, скрывал это, но Руслана не проведёшь! Бл*ь! До чего же противно всё! Развод этот! Полька, как мы до этого дошли, девочка наивная?! Что ж без тебя так плохо?!
***
Дашка была жаворонком, как и сама Полина. И сегодня на новом месте они проснулись рано почти одновременно.
– Доброе утро, принцесса, – чмокнула Полина дочку.
– Доблое утло, мамоцка! – серьёзно ответила дочура и спросила: – У нас сегодня много дел?
– Очень много, доча.
– Тогда пойдём нацинать их делать, – и Дашка решительно выбралась из постели.
Началась их новая жизнь на новом месте. Без Руслана. Без его улыбки, без его тёплых рук, без его быстрых обжигающих поцелуев по утрам, без… Да много без чего. Но так бывает. Мужчина выбирает другую женщину. А Полина… она привыкнет. У неё Дашка есть, если что. Судорожно вздохнув, чтобы не расплакаться, Полина натянула на лицо беспечную улыбку и заторопилась за дочерью в ванну. Одну Дашку с водой оставлять было опасно.
Первым их делом после завтрака, был поход в управляющую компанию. Прописка, вызов сантехника, электрика, подключение интернета и телевидения – всё это надо было решать в первую очередь, так как без прописки им не видать ни садика, ни поликлиники, а без интернета – нет связи с миром.
Этот забег Дашка перенесла легко, хотя в офисе они пробыли больше часа. УК находилась на первом этаже в соседнем доме, но скорости работы от этого у местных специалистов не прибавлялось. Полина не возмущалась, а терпеливо ждала. Всё равно сделается.
Мысленно она планировала дальнейшие шаги и заодно вспоминала мужа. Деньги, которые Руслан перевёл вчера, она решила совсем не тратить. А положить на счёт дочери. Ясно, что Руслан отправлял их Дашке, пусть ей и останутся. И все поступления от Руслана отправлять туда же. А в восемнадцать лет Дашка сама решит, как использовать эти накопления.
На повседневную жизнь Полина надеялась заработать сама. Она не лентяйка, хотя свекровь постоянно попрекала её двумя годами декрета. До замужества Полина успела два года поработать в школе и один год в коммерческой фирме переводчиком. А потом беременность, роды, декрет. Два года сидела дома, потому что нянчиться было некому. А на третьем вышла на работу.
Полины родители далеко, в другой области. За восемьсот километров не наездишься. Свекровь же не то что нянчиться, даже в гости к ним не ходила, и Дашку видела от силы несколько раз. Но Полина не обижалась и понимала женщину. Светлана Николаевна была очень занятым человеком и далеко не пенсионеркой. Ясно, ей не до внучки. И это без всякой иронии. Что ж насильно мил не будешь. Полина тоже перестала делать звонки вежливости, уже не ходила с Русланом на воскресные обеды, чтобы не выслушивать сентенции о наглых «понаехавших».
Руслана такое положение устраивало более чем. Раньше мать приходила к нему часто, контролировала и зудела нотациями. А из-за Польки ходить перестала, и Руслан вздохнул свободнее. Ему главное было сохранять и демонстрировать видимость благополучия.
А Полине и демонстрировать ничего не надо было. До этих последних событий, она искренне любила Руслана. Пылинки с него сдувала, холила и лелеяла, кормила и ублажала. В общем, старалась быть образцовой женой и матерью. Не помогло. Или не так старалась.
Так и получилось, что в двадцать восемь лет последним местом работы стал цветочный киоск, и даже без официального трудоустройства. Короче, сейчас Полине нужна была работа, и именно официальная.
– Мам, мам, – услышала она дочкин голос сквозь пелену воспоминаний, – тебя тётя зовёт.
– Ох, простите, задумалась. – извинилась Полина. – Повторите, пожалуйста.
– Прописка будет готова через неделю. Рабочие придут в течение недели, вам позвонят. Замки будете менять?
– Ой, точно! Только не замки, а дверь. Будем ставить новую дверь.
– Тогда вам лучше заказать установку сразу с покупкой. Они быстрее делают, – честно призналась женщина.
– Спасибо вам огромное, – искренне поблагодарила Поля.
– Ничего, обживайтесь, – улыбнулась им женщина на прощанье.
– Теперь, дочка, пойдём в большой красивый магазин.
– Пойдём! – согласилась Дашка и умчалась на детскую площадку.
А у Полины внезапно зазвонил телефон. Дима?
– Слушаю, Дим, какими судьбами? – приняла она вызов давнего друга Руслана.
– Ты поняла, наверное, что я по поводу развода. Рус скинул всё на меня. Дело такое, Поль, если ты не хочешь встречаться с мужем, то можно оформить всё дистанционно. Вы даже документы получите раздельно. Но у вас будут алименты, размер алиментов определяет суд, если у вас нет соглашения.
– Дим, – перебила его Полина. – Я ни черта в этом не понимаю. Скажи честно, как лучше: получать алименты или от них отказаться.
– Я тебе скину информацию, – через небольшую паузу ответил Дмитрий. – Это сложный вопрос не с точки зрения юриста, а с точки зрения морали. Я пока буду готовить документы. А ты подумай. Родителям сказала?
– Боюсь, – созналась Полина. – Но сегодня обязательно позвоню и всё расскажу. Мама очень любит Руслана, даже не знаю, как она наш развод переживёт.
– А отец?
– Папка строгий, – улыбнулась невольно Полина. – Он же военный бывший. Ему Руслан почему-то не нравился. Но он никогда ему не выговаривал ничего. А сейчас отец прибаливает, так ему и вовсе не до нас. У них же Маша ещё, ей всего двадцать. Учится в универе. Куда я со своими проблемами? Сама попробую справится.
– Понятно. Запрещать свидания с дочерью не будешь?
– Нет, конечно! Глупости какие! Только пусть предупреждает заранее. Мы можем уехать куда-нибудь, а он прикатит за шестьсот километров и будет под дверью куковать.
– Фьють! – присвистнул Дмитрий. – Ох, ничёсе! Это где вы так осели?
– Мы сейчас в Н-ске живём. Мне тут тётушка ещё два года назад квартиру оставила в наследство. Столько дел! Да, главное работу надо найти! Хорошо, что ты занялся разводом Руслана. Огромное спасибо!
– Вижу, торопишься? Пока тогда. Перезвоню.
– Пока, Дим. Звони! – Полина отбилась и посмотрела на дочь, играющую на площадке. – Так. значит, Дима узнал, где мы живём. Скоро узнает и Руслан. Как пережить его приезд?
«Если он приедет», – выскочила ехидная мыслишка, и сразу потерялась под напором неотложных дел. На машине они быстро добрались до торгового центра, где, кажется, было всё, что нужно для дома. Первым на пути им удачно попался салон «Окна и двери». Здесь всего было много на любой вкус и кошелёк. Но в том-то и дело, что ресурсы Полины были ограничены, а сделать хотелось хотя бы минимальный ремонт во всей квартире, раз уж ей выпала такая удача с тётушкиными деньгами.
И опять же, не из жадности, а исключительно из предусмотрительности, Полина решила тёти Машины деньги тратить не все. Сто тысяч она изначально отложила на непредвиденные нужды, то есть в заначку. А вот на оставшиеся двести пятьдесят решила развернуться. Полина даже невольно улыбнулась своим смелым планам.
Значит, будем брать, что попроще, но попроще – не значит похуже. Просто есть раскрученные марки, а есть скромные товары не хуже, но неизвестные. К ним и приглядимся.
На дверь и на три пластиковых окна у Полины ушли самые большие деньги – почти шестьдесят пять тысяч с установкой. На виниловые обои в две комнаты – десять тысяч. А ведь первоначально она рассчитывала на самые дешёвые бумажные. Так что теперь даже радовалась. На модульную кухню, новую плиту и большой холодильник ушло пятьдесят пять тысяч.
Полина, подсчитав общий результат, приостановилась. И даже дошла до детского уголка, где Дашка, ожидая её, прыгала в бассейне с шарами, чтобы обдумать положение. Она истратила уже больше ста тысяч. Осталось, если грубо округлить, сто пятьдесят. Что она ещё может себе позволить?
Получилось, что диван, маленький и средний телевизоры, готовую гардеробную из матового стекла с рисунком напылением, мебель в детскую – и всё!
Нет не всё. Она умудрилась выкроить деньги на два войлочных паласа: в детскую с ярким рисунком, и в гостиную в сдержанных тонах.
Всё, что можно было увести самим, они погрузили в машину: рулоны обоев, половую краску, клей обойный, валики и щётки и всякую другую мелочёвку. Подушки, одеяла, два комплекта белья на Дашкину кровать и два на Полин диван. Но даже всё это, взятое по самым скромным ценам потянуло на тридцать тысяч. Итого: почти двести тысяч! Придётся сразу же ополовинить заначку. Вот транжира! Ведь ещё предстоял визит электрика, сантехника и смена оборудования в санузле.
Полина, да и Дашка еле тащили ноги. Едва занесли в дом всё, что привезли в машине, Дашка сразу протопала к дивану и без слов улеглась спать. А всего несколько дней назад дневной сон был для неё проблемой.
Полина улыбнулась и начала разбирать покупки. Потом приготовила обед, сварила и остудила морс для Дашуни и тоже прилегла отдохнуть. «Обалдеть, какой насыщенный день», – подумала Поля, закрывая глаза на минутку…
– Мама, мама! Там кто-то плисол!
– Ох! – подскочила Полина.
Она крепко проспала целый час и не слышала, что Дашуня уже давно встала и бегает по квартире. В дверь настойчиво звонили, но звонок был тихим, и Полина его не услышала. Она бросилась к двери и открыла её. Оказывается, это привезли диван, гардеробную и два телевизора. Остальные заказы обещали доставить завтра и завтра же установить окна и двери. Это было хорошо!
Полина попросила мужчин занести диван в комнату и поставит на место, а старый вынести к мусорным ящикам. Естественно, за это пришлось доплатить.
Зато Дашка сразу обрадовалась и забралась на новый, собранный мужчинами диван, с огромным удовольствием. Собирать гардеробную Полина пока не стала. Сначала надо будет наклеить обои. Этим она займётся после того, как установят окна и двери. В общем, торопиться надо не спеша, решила она.
Они с Дашкой успели поужинать и разделить рулоны обоев: какие в гостиную, какие в детскую, какие в прихожую и к семи часам вечера пришли электрик и сантехник, как договаривались. Полина заказывала сменить унитаз и раковину на простые белые, а также убрать ванну, так как она собиралась установить душевую кабину.
Мужчины, похоже, привыкли работать в паре, помогая друг другу. Вначале они выполнили все работы по электрике заменив розетки, выключатели и навесив светильники-сферы, а затем занялись сантехникой. И тут возникли сложности с выносом ванны. Во-первых, просто так выносить крупногабаритные предметы на мусорку нельзя. Надо договориться о вывозе такого груза. Полина, не споря зашла на сайт УК и сделала заявку. А, во-вторых, у мужчин не хватало сил вынести старую чугунную ванну.
Полина позвонила к соседям.
– Сергей Юрьевич, я к вам за помощью. Не поможете вынести ванну?
– Меняешь? – не удивился сосед.
– Нет, совсем убираю. Душевую кабину поставлю.
– А у меня уголок только, – отреагировал сосед и крикнул кому-то в свою квартиру:
– Артём, подойди сюда, помочь надо!
– Кому, чем? – на площадку вышел высокий молодой мужчина, лет тридцати пяти.
– Да вот, соседке новой, – пояснил Сергей Юрьевич.
Вчетвером мужчины справились со старой ванной. Провожая работников УК, Полина договорилась с ними на завтра за умеренную плату выложить напольную плитку в санузле и обшить его стены пластиковыми панелями.
Пожилой сосед ушёл сразу, а молодой остался и с интересом разглядывал квартиру и новых жильцов.
– Артём Кулаков, – представился он, – программист.
– Полина Вересова, учитель, – повторила вслед Поля.
– Далья Голячева, – тоже подала руку Дашка.
– У вас разные фамилии? – удивился Артём.
– Нет, я пока тоже Горячева, но скоро снова стану Вересовой. А Дашуня, да, останется Горячевой.
– А как здесь оказались? – без особого стеснения спросил мужчина.
– Тётушка квартиру оставила по завещанию.
– Ну, устраивайтесь, новые соседи. Если помощь нужна, не стесняйтесь – спрашивайте.
Да так-то не особо. По заказам всё сделают рабочие, если только потом кухню собрать? Я заплачу! – забеспокоилась Полина, видя промелькнувшую улыбку.
– Да я и не беспокоюсь, просто времени может не быть. Я редко рано дома бываю. Работа такая.
– Кстати, – осмелела почему-то Полина. – Может, посоветуете какую-нибудь фирму, где неплохо платят?
– А ты, я гляжу, бойкая девчонка, – рассмеялся сосед, переходя на «ты». – Сразу быка за рога и про выгодное место интересуешься. Молодец, не пропадёшь.
– Ну, у меня же Дашка, – смутилась Полина, подумав, что действительно, что-то она принаглела немного.
– Да я это в шутку, – продолжал улыбаться Артём. – Понятно всё про вас. А насчёт работы я завтра тебе расклад сделаю. Город небольшой и все знают что, где и сколько платят. Просто ты пока не местная.
– Спасибо, – от души поблагодарила Полина.
Мужчина ей понравился открытой улыбкой, дружеским разговором и приличным поведением. Он не пытался флиртовать, не делал грязных намёков и совсем не выпендривался. Она бы ещё поговорила и поспрашивала про город, но Дашуня уже явно засобиралась спать, время-то уже десять вечера! Пока то, пока сё – и время вышло.
–Ладно, пойду я, – Артём тоже заметил зевающую Дарью. – Укладывайтесь, спокойной ночи!
– И вам, спокойной.
– Давай лучше на «ты», – предложил Артём. – Что мы будем, как чужие! – и опять открыто улыбнулся.
– Давай, согласилась Полина. Действительно, мы же соседи, а соседи ближе родственников.
Артём ушёл, а Полина так с улыбкой и ходила по квартире. Застелила на диван чистое постельное. Старенькая стиралка прекрасно справилась, и новые комплекты быстро высохли на кухне. Новые подушки, новые одеяла, вкусный запах порошка от белья – что ещё надо для хорошего спокойного сна. Дашка уснула. А Полина занялась сервантом. Днём она увидела в нём старый альбом с фотографиями. Сейчас такие редко кто использует, фото хранят на флешках. Она мало что знала о тёте Маше – родной старшей сестре матери, поэтому с интересом открыла альбом.
У них дома таких фотографий она не видела. Здесь были дед и бабушка ещё молодыми, потом с детьми. Тётя Маша в молодости, оказывается, она была просто красавица. Тётя Маша с Полиной матерью, у них была большая разница в возрасте – десять лет.
Свадьба матери Полины – Анны и отца – Кирилла. Тётя Маша стоит с краю и больными глазами смотрит на Кирилла, Полиного будущего отца. Что за? Полина нахмурилась. Она видела, что между сёстрами нет особой любви и дружбы, но списывала это на дальнее расстояние и детские размолвки. Однако, глядя сейчас на эту фотографию, подумала, что этим холодным отношениям есть другое объяснение.
Она подняла альбом, чтобы лучше рассмотреть фото, и из-под него выпал тонкий тетрадный лист в линейку, на каких писали в далёком уже времени. Полина развернула его.
«Не могу терпеть, надо кому-то высказаться, а нельзя! Совсем никому нельзя говорить о моей любви к Кириллу! Так хоть на листок перенесу. И ведь это я, я привела его в дом! Он помог мне донести книги. И мы потом даже два раза ходили на свидания. Да, я старше его на пять лет. Но разве это разница?! Он тоже уже не мальчик! Но Аня перебила. Сама липла к нему: восемнадцать лет, молодая, красивая. А я что? Простая служащая на заводе, хоть и с учительским дипломом! Отступила. Не судьба значит. Да и мать всеми силами старалась за Анютку, она всегда ей потакала.
А я теперь смотрю на это фото и думаю, что было бы, если… У них Полинка родилась, очень на Кирюшу похожа. Я её люблю, как родную. Но Анна сама ко мне не приезжает, и Полинку не отпускает. Только в детстве один раз и видела эту крошку. Вторую дочь они Машей назвали. Мать говорила, Кирилл очень настаивал. Но характером Маша в Анну удалась. Не Кирюшина девочка.
Я никогда не говорила о своей любви родственникам. Кириллу тем более не говорила. Ну, выбрал он из нас двоих Анну, что теперь?! Кричать о несправедливости? Сердцу не прикажешь. А я так и не смогла больше никого рядом представить. Лучше одной. Ох, Кирюша-а! Любимый мой! Будь счастлив, родной! Будь счастлив!»
– Ужас! -у Полины дрожали руки и слёзы сами капали из глаз. – Может, тётя Маша поэтому так рано ушла, всего в пятьдесят пять? Аритмия, – тихо шептала Поля. – Может, и отец поэтому болеть начал? Как раз после смерти тёти Маши и слёг с сердцем. И с матерью у них не такие уж тёплые отношения. Та вечно что-то требует, всегда чем-то недовольна. А ведь ни дня в жизни не работала. Отец полностью нас обеспечивал. Холодно у нас дома было, мне по крайней мере. Поэтому и уехала сразу после школы в К-ск. Там и универ окончила, там и Руслана встретила. Вот какие тайны хранят старые альбомы… И спрашивать о таком нельзя. Спросить – мир в доме порушить. Так что лучше молчать, как тётя Маша. Теперь же, после её смерти, и вовсе незачем говорить об этом.
Полина погладила рукой старый снимок и закрыла альбом. Да… как теперь отцу с матерью в глаза смотреть? Знают ли наверняка о любви тёти Маши или только догадывались? А, может, и не догадывались. Не спросишь…
ГЛАВА 4
– Руслан, моей беременности семь недель. Я не могу больше ждать. Регистрироваться с животом – это как-то не комильфо, – скривила губы Марина.
«Значит, ребёнок, скорее всего, мой», – мигом сообразил Руслан. Мы встречаемся с Мариной полгода и других мужиков я рядом не видел. Правда, первые три-четыре месяца она больше жила в Москве, а здесь бывала наездами, но потом переехала в К-ск окончательно и поселилась у родителей в загородном доме».
– Руслан! – нетерпеливый голос невесты вывел его из задумчивости.
–Да, дорогая, я слышу, просто соображаю, какие ещё полномочия дать Диме Заболотному, чтобы ускорить процесс. Хотя, он и так считает, что дело движется довольно быстро, несмотря на то, что у нас есть ребёнок.
– Кстати, о ребёнке, -Марина подошла ближе и провела рукой по щеке жениха. – Надеюсь, ты понимаешь, что никаких регулярных встреч, тем более на их территории, я не потерплю. Будешь встречаться с девочкой на нейтральной территории раз в месяц, если получится.
– Марина?! Какого?! – возмущённо уставился на невесту Руслан. – Это моя дочь, и я буду с ней встречаться так часто, как захочу!
– Ну, «как захочу» и «так часто» у тебя уже не получится, – спокойно заметила Марина. – Сам говорил, что они уехали. И я хочу напомнить тебе, что моим приданым станет наша клиника. Заметь, самая крупная и самая прибыльная частная клиника города. У нас будут дети, уже есть, – положила она руку на живот. – И никто не допустит, чтобы твой ребёнок имел одинаковые права на наследство с нашим! – усилила тон женщина. Понимаешь?! Было бы лучше, если бы ты вообще отказался от того ребёнка, – холодно и равнодушно предложила Марина.
– Марина?! – шокировано воскликнул Руслан. – Ты в своём уме?! Как я могу отказаться от дочери?!
– Так же, как это делают тысячи мужчин в твоём положении, – бросила женщина и вышла из кабинета.
– Зачем?! Зачем всё это?! Чем вам мешает Дашка?! – схватился за голову Руслан, бросая негодующие взгляды на дверь.
«За всё надо платить, – пришла в сознание трезвая мысль. – Хотел войти в высшее общество с голым задом и ничем не поступиться? Не вышло… Но даже хорошо, что этот разговор состоялся до свадьбы. Теперь ясно, какое место мне отвели в их жизни», – хладнокровно оценил Руслан.
У Репниных – одна дочь, других наследников нет. Хозяин, поручив Руслану поочерёдно несколько проектов, за два года его работы в клинике убедился, что тому удаётся совмещать коммерческую жилку с управлением людьми. И остановил на нём свой выбор.
Руслан вспомнил, как год назад хозяин уже приглашал его на приватный вечер в загородный дом. Марину он тогда видел, но познакомиться не смог. А полгода назад, она сама подошла к нему.
Что ж, они выбрали его, а он – их. И он, Руслан, далеко не простак и не лох. И за фокусы с Дашкой он с ними ещё рассчитается! А пока…
– Дим, – набрал он номер друга. – Как там дела с разводом? Дней десять уже прошло.
– Через пару недель будешь свободен, как ветер1 – весело отозвался друг.
– Полька злится?
– Я вживую её не видел, но по связи выглядит нормально. Похудела только и осунулась сильно, похоже, переживает, – осторожно ответил Дима.
– А Дашка?
– Этот чертёнок всем доволен! Показывала мне вчера свою новую комнату. Полина вначале ей ремонт сделала. Обои наклеила, мебель сама собирала, прикинь?! – восторгался Дмитрий. – Простенькое всё, конечно, не как у вас было, но вполне достойно. Кстати, твои деньги она положила Дарье на счёт.
– А жить на что будут? – грубо перебил его Руслан.
– Она карту оформила, так что снять, при случае, будет не проблема.
Руслана бесило, что жена так и не позвонила ему ни разу, не попросила помощи. Ушла и захлопнула дверь в их отношениях. А он страдал. Он хотел, чтобы она просила, молила, даже требовала! И он бы обязательно дал ей, хотя бы половину их общих накоплений. Но она ни хрена не просит! «Полька, Полька, как я же я хочу … тебя хочу! – внезапно дошло до Руслана, и он аж скрипнул зубами. – Поздно!»
– Полина работу ищет, надеется на удачу, – уклончиво пояснил Дима, и Руслан вздрогнул, возвращаясь в реальность, затем вспомнил, зачем вообще позвонил другу:
– Дима, дело такое. Я по-тихому начал продажу квартиры. Это трёхкомнатная, ухоженная с индивидуальным ремонтом в тихом центре квартира. Не хочу, чтобы знала мать или Марина. Она выставлена за восемь лямов, надеюсь, так и уйдёт. Так вот пять миллионов можешь смело ставить в оплату алиментов. Новые родственники всё равно не дадут платить полные суммы. А так они и знать не будут, что я рассчитался заранее. А на остальное я куплю себе жильё попроще где-нибудь в новостройке.
– Что, прижали уже? – понимающе оценил Дмитрий.
– Прижали, – признался Руслан. – Но я тоже не пальцем деланый. Они меня, а я их, так и будем сосуществовать, – с сарказмом в голосе заключил Руслан и отсоединился, никаких сочувствий и пожеланий он слушать не хотел даже от друга.
Но от Дмитрия тут же прилетела эсэмэска: «Ты бросил трубку. И я не успел сказать, что у тебя будет другой адвокат – Игорь Дрёмов – хороший мужик, упёртый спец. А я останусь у Полины. Вести вас обоих мне не положено. Полинке труднее, поэтому я с ней, сам понимаешь. Без обид!»
«Понял тебя», отбил в ответ Руслан и откинулся на спинку стула. Дмитрий прав: посвящать чужого человека в дела их развода, Руслан тоже не хотел, но ему с этим Дрёмовым будет договориться легче, чем Полине из её Н-ска. Забралась же, чёрт знает куда! Где она там работу нормальную найдёт?! Ищет она! Полька, Полька! Опять засосало под ложечкой, опять вспомнились её налитые груди, мягкая податливость, готовность открыться, приласкать… Какого хера он искал у других баб, когда своя горячая была под боком?! А ему всё казалось, что она душит его своей заботой и лаской. Дурак! Да, что уж теперь: обратной дороги нет! Он не откажется от своих планов, раз выпала ему фишка, пусть и цена за это будет такой высокой.
***
Прошло две недели после отъезда Полины из К-ска. Руслан уже знал, где они с Дашей обосновались, но никакой реакции не проявлял: не звонил, не заходил к ним на страницу, эсэмэски не присылал. Уехали – так уехали. Правда, Дима осторожно намекнул, что у Руслана серьёзные проблемы, но какие именно не говорил.
«У кого их нет, проблем этих, но поговорить с дочерью хотя бы по телефону можно?» – думала Поля. С другой стороны, неизвестно, что там за проблемы. Может, Руслану не до дочери сейчас.
Днём Полина ещё держалась, столько дел сразу навалилось, мама не горюй! Один ремонт чего стоил! Ведь побелку потолков, поклейку обоев, покраску полов Полина производила сама и уставала до чёртиков, потому что старалась сделать всё побыстрее. Не могла она растягивать ремонт надолго. Надо работу искать, надо уже Дашуню в садик оформлять. Прописка готова, и в поликлинику они уже тоже прикрепились. Не до переживаний днём, короче.
А ночью, когда подсознание обретало свободу, Полину мучили сны: то об их с Русланом счастливой когда-то жизни, то о коварной измене, то она кричала на мужа, то муж на неё. И сердце разрывалось от горя и обиды. А утром она просыпалась в слезах на мокрой подушке.
Однако к концу второй недели слёз стало меньше. Им просто не было подпитки. Если бы Руслан звонил, писал или как-то проявлял себя, то Полина снова и снова переживала бы ситуацию и плакала. А так – никакой связи, никаких напоминаний, и слёзы начали высыхать понемногу.
Иногда Полина останавливалась посередине работы и, вперив взгляд в одну точку, задумывалась об их с Русланом жизни. Раньше ей казалось, что у них счастливая семья. Счастье для неё ассоциировалось со светом, солнцем, ромашковым полем и улыбками. И всё же даже в самый первый, самый счастливый год их совместной жизни, она не могла сказать Руслану – Свет мой, потому что не говорилось, не ощущалось так. При этом Поля любила мужа, муж любил дочку. Любил ли муж её, Полину, она особо не задумывалась. Хотя понимала, что небрежное обращение, окрики, командный тон не относятся к счастливой семье. Однако во всех неурядицах привычно винила себя: недосмотрела, не успела, не подумала… Увлечение мужа другой женщиной Полина приняла стоически, но простить не могла.
Артём, как и обещал, скинул ей список предприятий и фирм, где можно было найти достойное место, и сам пообещал поспрашивать у знакомых о вакансиях. И, да, работа Полине уже нужна была срочно. Потому что деньги заканчивались и даже от заначки почти ничего не осталось.
Но было и радостное событие: к ним приехали Полины родители. Сами на машине. Привезли домашних заготовок с дачи, новые комплекты белья, скатерти, полотенца – полезные мелочи, на которые сейчас у Полины не было денег. Отец обещал, что теперь будет бывать у них чаще, даже если мать не поедет.
– Пап, ты как? Как здоровье?
– Да, что мне сделается, – отмахнулся отец. – Годы своё берут просто и всё, пятьдесят два уже. Рекомендовали вести здоровый образ жизни, – иронично усмехнулся он. – Теперь хожу по утрам в нашем парке, да таблетки пью каждый день. Вы-то как тут одни?
Он оглянулся на жену, которая за руку с внучкой обследовала квартиру и тихо спросил:
– Этот прохиндей не звонит?
– Нет, пап, некогда ему. Проблем много и вообще…
– Ну, ничего, ничего, – отец обнял Полину и прижал к себе. – Всё образуется, жизнь твоя только начинается. Всё будет хорошо, дочка! Всё будет…
– Ох, папка!
Полина уткнулась носом отцу в грудь и вдруг заплакала горькими слезами. Две недели держалась, загоняла всё в себя, а тут расплакалась.
– Это чего это вы тут мокреть развели?! – недовольно высказалась Анна, возвращаясь с Дашкой в гостиную. – Придумали тоже: мы в гости, а она в слёзы!
– Всё хорошо, мам, я уже не плачу, – улыбнулась Поля, вытирая слёзы.
– А я тебе всегда говорила: держаться тебе за Руса надо, сейчас не ревела бы, как корова, – осуждающе покачала головой мать. – Такой мужик тебя взял, молиться на него надо было, а она гонор свой отцовский проявляет.
– Анна, перестань, – негромко скомандовал отец, и мать, которая раньше не допустила бы никакого поперечения, вдруг осеклась и виновато посмотрела на мужа. – Да, я ничего, Кирюш, ничего. Давайте вон лучше гостинцы в холодильник разложим. Холодильник-то у них какой, Кирюш, огромный. Я до верхней полки не достаю – защебетала женщина и потянула внучку за руку, давая отцу с дочерью договорить.
– Ты на мать не обижайся, Поль, она не со зла, а по характеру просто. Ну, вот такая родилась. У них Маша была добрая и спокойная, жаль своей семьи у неё не было. Всю жизнь вот в этой квартире с родителями прожила, бедная.
Полина промолчала. Что теперь говорить о несбывшемся, зачем ворошить прошлое? А отец, похоже, всё-таки не знал о тёти Машиных чувствах. Может, догадывался, но не знал точно. А вот мать, как раз знала, потому что Полина видела, как она смотрела на фотографию Марии, которую Поля поставила в рамку на видном месте в серванте. Поставила на память и в знак благодарности.
Анна же сейчас одарила фото сестры совсем не добрым взглядом, однако тоже ничего не сказала. «Вот такие невесёлые дела у нас», – сделала вывод Полина и тоже ничего не сказала. Все о чём-то промолчали, и эта общая недосказанность витала в воздухе и отравляла радость встречи.
Зато родители привезли им немного денег. Полина обещала вернуть, как только устроится на работу, несмотря на заверения отца, что возвращать не надо.
– Как не надо, пап?! У вас Машка ещё есть, она не работает, учится. А я взрослая женщина. Справлюсь!
– Ну, как знаешь, – погладил её отец по голове. – Я, честно говоря, тоже не люблю одалживаться. Не горюй, доча, ещё замуж выйдешь, – подначил отец, прощаясь. – Люди в сорок женятся и в шестьдесят.
– Чур, меня, чур! – рассмеялась Полина, не в силах представить для себя такую перспективу.
Ночевать родители не остались. Теперь, когда между ними было всего около трёхсот километров, обернуться можно было за день, считай, рядом.
***
После оформления прописки, остальные дела пошли быстрее. Дашу и саму Полину без слов приписали к поликлиникам, детской и взрослой, которые здесь находились в одном месте. Затем настала очередь садика. На удивление, место определили сразу и даже недалеко от дома: всего две остановки на маршрутке. Но, понятное дело, Полина возила дочь сама. Дашка, как и обещала, подружилась с новым коллективом быстро. И уже в первый день осталась в садике до вечера.
– Вецером заберёс меня, мама, – заявила она Полине, которая хотела забрать её в обед. – Я обесала Паске вместе его маму подоздать.
– А ты сама разве домой не хочешь? – осторожно поинтересовалась Полина.
– Оцень хоцу! – призналась дочка. – Но Паска плацет. Не могу зе я его оставить?! Длуг познаётся в беде! – глубокомысленно произнесла она.
– Кто так говорит? – спросила, улыбаясь, Поля.
– Дядя Алтём.
– Ну, ладно, доча, раз ты обещала Павлику помочь, то слово надо держать. Я зайду за тобой вечером.
– Буду здать! – согласилась Дашка и потянула назад в группу мальчишку, который так и простоял молча рядом с ними, крепко вцепившись в руку новой подружки.
Полине понравилась эта новая черта в характере дочери: держать слово, помогать более слабым. Прошло больше двух недель, как они уехали от Руслана, а, кажется, целая вечность. Они с Дашкой уже живут в другом городе, дочь ходит в другой садик и у неё даже появился друг. «Ничего, ничего! Справимся!» – подбадривала себя словами отца Полина.
Сама она такими успехами похвастаться не могла. Вакансий, вроде, было много, но не хотелось идти куда попало наобум. Хотелось стабильности. Поэтому Полина продолжала листать ленты сайтов и просматривать объявления в местных газетах, а также, банально, на столбах. Но одновременно она разместила свои предложения по проверке текстов на авито и услуги репетитора на местной доске объявлений.
Заказы на поверку текста появились сразу, но их было совсем немного. А для репетиторства, наверное, ещё не подошло время: кто в каникулы думает об учёбе. Так что ещё можно потерпеть.
Артём тоже скинул ей список мест, где были вакансии. В некоторые из них Полина разослала свои резюме. Артём вообще бывал у новых соседей довольно часто в эти дни. Для Дашки всегда приносил какую-то сладость, для Поли – полезность, типа новых прихваток, красивой солонки, заколки для волос.
Для Полины это было как-то неправильно, что ли. Она считала, что такие мелочи могут приносить в дом близкие люди. Артём, может, и хороший человек, но им совершенно чужой. Поэтому принимая такие дары, она испытывала неловкость и смущение.
Зато сам Артём, похоже, ничего ненормального не видел. Его отец, Сергей Юрьевич, кажется, тоже не обращал внимания на частые визиты сына к соседям. И Полина в некоторой степени примирилась.
Она уже знала, что Артём (сам рассказал), был женат. Развёлся из-за измены жены. Сыну десять лет. Бывшая семья живёт через два дома от них. У бывшей жены есть постоянный мужчина.
– Поль, – Артём заглянул в кухню. – Я завтра еду в К-ск. Тебе там ничего не надо?
– В К-ск?!
Полине было надо! Надо было увидеть Руслана, надо было узнать, как у него дела. Надо было понять, скучает ли он по ним с Дашкой. Но…
– Нет, – выдохнула она. – Мне там ничего не надо. Разводом занимается адвокат. Если что, он позвонит.
– Поль, – Артём прикрыл дверь на кухню и подошёл к ней совсем близко. – Позволь мне заботиться о вас. Мне тридцать пять лет, я взрослый мужик и оцениваю женщин уже не только глазами. А тебя и глазами, и умом оценивать приятно, Полинка.
Он слегка приобнял её, не наглея и не напирая, но всё в Полине воспротивилось даже этой весьма скромной ласке. Нет! Она не хотела этого мужчину! Не хотела его объятий, его заботы и внимания. Это были не те, не желанные знаки внимания! Но резко отвечать, грубить и ссориться было неправильно. Соседи много сделали для неё за это время, помогли, поддержали и обидеть их не стоило. Но как-то дать понять, что она против отношений с Артёмом, было надо. Как?!
– Артём, – Полина мягко высвободилась из объятий. – Ты торопишься. Мы едва знакомы. Давай не будем спешить. Мы могли бы быть добрыми соседями…
– Понял, не продолжай! Извини! Действительно поторопился, но … Извини! – повторил Артём и, не прощаясь, ушёл к себе.
А Полина расстроилась. Зачем он начал этот разговор? Зачем сказал эти слова? Теперь нельзя сделать вид, что ничего не было. И теперь не будет уже, по крайней мере, с Полиной стороны свободных и доброжелательных отношений. Теперь придётся контролировать слова и жесты на двойной, а то и тройной смысл. Жаль!
С отъездом Артёма сдвинулась с места проблема работы. Как будто он увёз с собой все препятствия. Он писал Полине по несколько раз в день, обещал вернуться через месяц. Она отвечала обычно вечером сразу на все эсэмэски.
На второй день после отъезда Артёма позвонил Дима. Звонил он им часто, но в основном только по делу. Дарёнка очень радовалась его звонкам и подолгу говорила со своим взрослым другом. Было видно, что и Диму эти детские разговоры не тяготят, и он общается с Дашей с удовольствием.
– Поль, у вас суд через неделю, – сразу огорошил её он. – Приедешь?
Уже?! Ледяные тиски сжали Полино сердце. Они с Русланом разводятся?! Да, Полина сама уехала. Обиделась сильно, не перенесла унижения. Не простила. Но она надеялась, что Руслан приедет за ними, извинится, заберёт обратно! Отменит, к чёрту, развод и бросит свою любовницу! Наивная! Это же Руслан. Он, даже если неправ, упрётся, как баран, и будет продолжать. Настырно. Назло всем и себе. Такой характер.
За это она его и любила: за настойчивость, за мужскую силу, за готовность брать на себя проблемы и решать их, за чувство защищённости рядом с ним, за покой и уверенность… И он сам всё это разрушил. И не хочет возвращаться. Значит, не ценно для него их общее прошлое. И как-то надо это принять.
– Поля? – хрипловатый голос Дмитрия вывел её из ступора. – Ты здесь?
– Да, Дима, я здесь, но я не приеду. Дашка совсем недавно в садик пошла, ещё привыкает, мало ли что. Собеседования у меня почти на неделю расписаны.
– Хорошо, можешь не приезжать. У меня наш договор есть, я тебя представляю. Кстати, насчёт работы. В Н-ске живёт мой друг, в армии вместе служили, но он постарше меня будет. Сейчас он начбез холдинга «Севернефть». Им требуется грамотный и ответственный секретарь-переводчик со знанием английского в техотдел. Пойдёшь? Если пойдёшь, он будет ждать тебя завтра в девять утра. Зовут – Тимур Булатов.
– Ой, Дим, как-то неожиданно, – растерялась Полина. – Я не видела их объявлений и вакансий.
– Они не подают такую информацию, обычно ищут по своим или по рекомендациям. Я предложил Тимуру твою кандидатуру, мы с ним вчера разговаривали и к слову пришлось.
– Я обязательно схожу, Дим! Спасибо тебе! Это крутая фирма. И я хотела бы там работать!
– Ну, вот и отлично! Удачи тебе, Поль! Я позвоню, когда документы будут готовы.
– И тебе удачи, Дима!
Настроение у Полины сразу улучшилось. Она и не заметила, что сидит с телефоном в руке и улыбается. Завтра, может быть, ей повезёт! Спасибо Диме! «Опять Диме», выскочила из подсознания хитрая мыслишка, и Полина почему-то рассмеялась.
Ей повезло! Тимур Булатов – коренастый, плотного телосложения мужчина, выглядел старше своих лет из-за лёгкой седины и сурового пристального взгляда. Он принял Полину в небольшом кабинете, внимательно просмотрел диплом и единственную характеристику с работы – из школы.
– Так, Полина Кирилловна, у нас очень ответственная и серьёзная работа. Спрашивать будут строго, некорректное поведение и флирт на службе запрещены.
– Я…, – почти возмутилась Полина, но сдержалась и закончила, – … поняла.
– А раз поняли, вот вам два текста, вот стол и ноутбук. Через час должны быть готовы перевод с английского и перенос текста в ворд. Приступайте!
Начбез вышел, оставив Полину в кабинете одну. Она не стала мелить. Подсела к столу и придвинула листы с заданиями. Первым решила выполнить перенос текста. На это ушло минут двадцать. Всё-таки два листа А4. Ошибок орфографических почти не было, в основном, пунктуационные. На листах Полина отметила ошибки жёлтым маркером.
А вот английский текст заставил потрудиться. Полина раньше не переводила специальную литературу, поэтому технические термины не знала. Пришлось открывать словарь. В общем, не успела.
Ровно в десять открылась дверь, и вошёл Булатов.
– Я не успела, – честно призналась Полина. – Нет опыта работы с технической документацией.
Застегнув сумку, Полина кивнула, прощаясь, и направилась к двери. Она понимала, что в такие места не берут слабых специалистов с улицы. Ладно, будет искать дальше.
– Стоять! – раздался за спиной властный окрик. – Вас ещё никто не отпускал. Объясните ваши затруднения.
– Я не знакома с терминами нефтедобычи и нефтепереработки. Пришлось обращаться к словарям, потеряла время. – Полина сглотнула нервный комок в горле и переступила с ноги на ногу. – Я отметила эти термины маркером, – заметила она тихо. – И ошибки тоже, – добавила ещё тише.
Булатов тем временем уткнулся в экран ноутбука, затем бросил короткий взгляд на Полину, отвёл глаза к окну и побарабанил пальцами по столу. В общем сделал вид, что усердно думает. А, может, и на самом деле думал.
– Кроме английского? – спросил он вдруг.
– Немецкий, не так свободно, – честно призналась Поля. – Практики не было.
Начбез опять отвернулся от неё к окну, и опять думал.
– Так, – через паузу произнёс он. – Ты, конечно, не подарок, – перешёл Булатов на «ты», – но время не терпит, а ничего лучшего пока не было. Берём тебя с испытательным сроком. Через месяц посмотрим, что ты за птица. Заодно узнаю, материть мне Димку или благодарить, – внезапно улыбнулся он. – Проблемы есть? Жильё? Дети? Ничто не будет влиять на рабочий процесс?
– Есть дочь, три года, ходит в садик. Жильё есть, собственное. Проблем не будет! – чётко ответила Полина.
– Что ж, посмотрим. Иди в кадры, триста восьмая комната, оформляйся.
– С-спасибо! – задохнулась от волнения Полина. – Я буду стараться!
– Конечно, куда ты денешься, – проворчал Булатов. – Начальником у вас временно буду я. Можешь идти!
«Ур-ра-а!» – мысленно завопила Поля, выходя в коридор. – Приняли!»
ГЛАВА 5
К моменту, когда Полина нашла работу, основной ремонт в квартире был завершен. Ведь уже почти неделю Дарья ходила в садик, и дни Полины были свободны для домашних дел. Молодая и здоровая женщина может многое сделать при желании и умении.
Полина желала (хотелось быстрее начать жить нормально) и умела (побелка, покраска, поклейка – обычные умения обычных женщин). Оставались мелочи: замена светильников, портьер, где-то перестановка, если первоначальный вариант не устраивал, но это Полина могла сделать вечером после работы или в выходные.
В первый день Полина собиралась на работу очень тщательно. Никаких требований по дресс-коду озвучено не было, но всё же Полина решила, что сдержанный деловой стиль подойдёт лучше всего, как и в школу. Для этого она покупала два брючных костюма насыщенного тёмно-зелёного и насыщенного шоколадного цветов. А вот блузки к ним исключительно белые, но не делового, а романтического стиля, однако с закрытым воротом.
Удобные туфли на среднем каблуке (а походите целый день на шпильке, опыт школы) и объёмная сумка, чтобы уместился формат А4 (опять же опыт школы подсказывал, что работу придётся брать на дом), дополнили её сборы.
К высотному, единственному в городе, зданию в двадцать пять этажей Полина подъехала за полчаса до начала рабочего дня. Охранник на входе потребовал пропуск, и Полина растерялась. Про пропуск ей ничего не было известно. Но мужчина, спросив её фамилию, сам позвонил куда-то и пропустил её через турникет.
«Фу-ух! – подумала Полина, – так недолго и испугаться». Подбадривая себя лёгкими насмешками, Поля добралась до рабочего места, которое ей вчера показал Булатов. Большое светлое помещение вмещало десять рабочих столов: по пять у противоположенных стен. Часть помещения у торцевой стены было отгорожено от общего зала зашторенной стеклянной перегородкой. В одном месте она была сдвинута, и за ней проглядывал уютный кабинет.
«Да, тут не забалуешь, – оценила Полина. – Начальство всё видит». Но пока в комнате находились лишь двое: мужчина и женщина. Они сидели за первыми столами каждого ряда. Оба уже включили свои компьютеры и уткнулись в экраны. На Полю – ноль внимания.
– Доброе утро, – с улыбкой поздоровалась Полина. – Меня зовут Полина Вересова, я новенькая.
– Здрассте, – глухо отозвался мужчина, не отрываясь от работы. – Ваш стол последний за моей спиной, рядом с «аквариумом».
– Простите? – не поняла Полина.
– Рядом с кабинетом, – уточнил мужчина и поднял на неё глаза. – Располагайтесь и ждите распоряжений. Булатов сегодня их даст сам.
– Спасибо, – Полина прошла к своему месту.
– Гос-споди, ещё одна, – услышала она от женщины, которая с ней даже не поздоровалась.
Полина села, огляделась и включила компьютер. Да, встретили её, мягко говоря, недружелюбно, но, может, тут вообще такой стиль общения. Тогда даже лучше. Каждый сам по себе, все молчком, ни с кем и ничем делиться не надо будет. Меньше слухов и пересудов. С другой стороны, работать в такой напряжённой обстановке довольно сложно.
Впрочем, выводы делать рано. Ни Булатова, ни других служащих она ещё не видела. И, кстати, дресс-кода здесь, кажется, не было. Женщина, по крайней мере, была одета в дорогое, отнюдь не офисное платье.
Булатов выскочил, как чёртик из табакерки.
– Полина, эти документы должны быть переведены и распечатаны в двух экземплярах к обеду! Бумагу, картриджи и всё, что тебе надо на стол, получи в хозчасти – последняя дверь по левой стороне. Обед в час, окончание работы – в шесть. Если не успеваешь, заканчивай работу здесь, только предупреждай своего старшего – Вячеслава Юрьевича. На дом ничего брать нельзя!
– Поняла, постараюсь успеть, – ответила Полина и бросила взгляд на мужчину за первым столом. Это, оказывается, старший специалист. «Хоть буду знать, как зовут».
Булатов вышел, и Полина уткнулась в задание. Хотела сразу открыть программу, но компьютер потребовал пароль. Пришлось обратиться к Вячеславу.
– Вот, держи, – он сунул ей в руки записанный на клочке бумаги, пароль. – Я сегодня передам айтишникам, чтобы настроили комп под твои нужды. Ты переводчик?
– Да, а что, тут не только переводчики? – удивилась Полина.
– Переводчиков здесь пятеро, больше и не надо. Я старший группы переводчиков. Вместе с нами здесь работают техноги, девочка. К тебе могут подойти коллеги с просьбой перевести что-то. Тогда откладываешь своё задание и делаешь перевод им. Их просьбы в приоритете.
– Но Булатов…
– Просьбу самого Булатова, естественно, надо выполнять в первую очередь.
– Понятно, – Полина отошла на своё место.
Ничего понятного пока не было, но первое задание уже было. Вот его и надо выполнить. Полина углубилась в работу и на время выпала из общего пространства.
– Поля! На обед!
Перед её столом стоял Булатов и нетерпеливо постукивал пальцами по столу.
– Ох, а я опять не успела! Сейчас закончу! Вы идите, Тимур Аминович, я к двум успею.
– Никаких к двум! Вставай, пошли! Ещё не хватала мне Димину женщину голодом замучить. Да он меня с потрохами съест!
– Я не Димина женщина, – покраснела и невольно зашипела Полина.
– Это вы сами разбирайтесь, – не сдался Тимур. – Пойдём, покажу тебе наше кафе, поговорим. Кстати, в субботу моя жена приглашает тебя в гости с дочкой вместе. С нашими познакомишься.
– У вас дети? – вежливо спросила Полина.
– Близняшки, четыре года, – улыбнулся Булатов, вмиг растеряв всю свою суровость.
Полина, идя рядом с Тимуром, невольно ловила взгляды сотрудников, тоже спешащих на обед. Во многих было любопытство и удивление. «Похоже, я заняла чьё-то место, – решила Поля. – Но если Булатов так рисковал, то никак нельзя его подводить. И Диму надо поблагодарить».
– Поль, скажу сразу, – начал Булатов, когда они расположились за столиком. – У нас очень неплохие зарплаты по сравнению с остальным городом. Сама понимаешь – нефтянка. Так что конкурсы на любое вакантное место у нас всегда высокие. Но вот именно переводчика мы давно не можем найти. Всё же Н-ску далеко до столицы в отношении кадров. Тем более, что важен не только английский, но и отличный русский. Ты очень удобный вариант: учитель русского и английского. А то, что термины пока не знаешь – не страшно. Познакомишься в процессе.
Понимаешь, девочки, которых принимали до тебя – три, представляешь! – владели языком слабо, но их приходилась принимать, потому что они были детьми или знакомыми работников корпорации. Но! Принять их по этому принципу можно, а вот оставить работать – нет, если они не справляются. И здесь неважно по чьей протекции они приняты. Платить за несделанную работу никто не будет, причём платить большие деньги. Так что ни одна из девочек не продержалась не то что месяца – недели!
– Всё равно не понимаю, – покачала головой Поля. – Зачем брать заведомо слабых работников? Давать надежду, а потом отбирать. И самолюбие родителей ущемлено. Может, поэтому у вас такая прохладная атмосфера?
– Что? Неласково приняли? – усмехнулся Булатов. – Прости их, они устали. Понимаешь, инженерам и технологам приходится разрабатывать новые технологические карты процессов, используя разные исходные данные. В том числе английские источники. Кое-что и основной смысл ребята знают и поймут, но перевести грамотно и точно всю инструкцию редко кто сможет. Тогда им и нужен переводчик. Быстро! Вот для этого ты там и сидишь.
Однако основное твоё занятие – перевод английской технической документации ЗАРАНЕЕ. Так что работы у тебя всегда будет много. Но вернёмся к неласковому приёму. Нынче на место переводчика претендовал сын Вячеслава, но парень настолько неграмотно пишет, что его кандидатура отпала с первого же переведённого листа. Так что не бери в голову! Тебя хотя и взяли по протекции, но оно того стоит.
– Да я так и поняла, – кивнула Полина.
– Вот и молодец! Повезло Димке!
Булатов быстро допил чай и извинившись, умчался по делам.
– Разреши? – на освободившееся место подсел Вячеслав. – Ты знакомая Булатова? – причём, «знакомая» он произнёс с пренебрежительно фривольным оттенком.
– Нет, мы познакомились на собеседовании, – сухо ответила Полина и резко встала.
В таком тоне она разговаривать не собиралась. Её возмутило, что мужчина, ничего не зная о ней, уже поставил оценку и сделал выводы. Причём, выводы неверные! Изменить недоброе мнение о себе, которое уже начало невольно складываться можно было только работой. Этим Полина и занялась.
Не к обеду, как просил Булатов, но к четырём пополудни, многостраничная инструкция была переведена и размножена в двух экземплярах. Подложив в каждый экземпляр титульный лист с названием процесса, указанием автора-разработчика и переводчика (так, по крайней мере, её учили в университете), Полина скрепила оба экземпляра и понесла Булатову.
– Вот, Тимур Аминович, работа готова.
Тот быстро пролистал перевод, хмыкнул, увидев титульный лист, и, хлопнув ладонью по документу, широко улыбнулся.
– Да ты клад, Полина! Диме благодарность передам! На сегодня всё, я тебя отпускаю. Знаю, что у тебя дел невпроворот, Димка рассказывал, как героически ты преображаешь старую квартиру. Кстати, помощь не нужна? А то у нас есть штатная ремонтно-строительная бригада.
– Нет, нет! – испуганно замотала головой Полина. – Я уже почти всё сделала!
– Молодец! Ну, иди! Кстати, – уже в спину произнёс Булатов. – У нас нет строгого дресс-кода, но мне нравится, как ты одета. Не бойся, всё наладится, – подмигнул он.
«Ага!», – подумала Полина, вспомнив своего старшего, который за целый день так и не подошёл к ней и не поинтересовался, как идут дела. «Да, бог с ним!»
Раз у неё выпала такая возможность, Полина хотела закончить с тяжёлыми портьерами в гостиной и фикусом. Фикус ей перепоручил сосед – Сергей Юрьевич, уже после отъезда Артёма в командировку. Объяснил, что этот монстр надоел им, а выбросить жалко. У Полины же в гостиной места ещё много, не всё мебелью заставлено. Вот они и выручат друг друга.
Поля посмеялась такой простоте: «На тебе боже, что нам не гоже», но фикус приняла. Он действительно оживил её скромную гостиную. И сегодня она хотела пересадить деревце в новый большой горшок с красивым рельефным рисунком.
Она успела доехать до дома, но сделать до вечера уже ничего не смогла. Едва она переступила порог квартиры, пришла вначале эсэмэска от Руслана, что он позвонит, а потом раздался звонок смартфона. Как бы не уговаривала себя Полина, что она в сильной обиде на мужа, но забыть его не получалось. И ненавидеть не получалось. Ночами она ловила себя на мысли, что простила бы Руслану измену, если бы он попросил об этом. Если бы он вернулся. Но муж не просил, не собирался возвращаться и ни разу не звонил до этого момента. Целый месяц!! Полина дрожащими пальцами сняла звонок.
– Полина! – рокочущий голос мужа моментально вызвал горячую волну мурашек и одновременно трезвых холодных мыслей. – Развод завершён. Дима привезёт тебе документы. На Дарью я оформил вклад и карту, так что текущих алиментов тебе не будет. Со вклада ты снять не сможешь, а на карте вторая половина в счёт алиментов. Ты сможешь получать раз в месяц установленную сумму. Но если понадобятся деньги, можешь звонить, я рассмотрю вопрос. На этом всё, дорогая. Пожалуй, больше мы не встретимся. Будь здорова!
– И тебе удачи, – тихо ответила Полина в уже замолчавшую трубку.
Все её тайные надежды с этим звонком рухнули. Не нужны они с Дашкой Тимуру. Муж уходит в другую богатую и красивую жизнь. Слёзы градом текли по щекам, но Полина не замечала их. Она вспоминала как они познакомились с Русланом, как встречались, как любили сильнее не бывает … ей казалось, любили на всю жизнь.
–Русла-ан…, – простонала она в голос. – Русла-а-ан…, – и зашлась в горьком безудержном плаче навзрыд, не вытирая слёз и некрасиво швыркая красным распухшим носом.
***
– Ну, что же, на первое время неплохо, – будущая тёща остановилась в гостиной. –Ремонт свежий, дизайн приличный. Какое агентство нанимал? Или кто-то из знакомых делал? – она повернулась к Руслану.
– Из знакомых, – буркнул Руслан.
Не говорить же ему, что весь дизайн и ремонт квартиры – дело рук бывшей жены. Только там, где не хватало её женских силёнок или требовались инструменты, нанимали специалистов. Полина сама всё придумала и своими руками выполнила большинство работ. Интересно, если бы Руслан в этом признался, Ираида потребовала бы всё переделать?
Сам Руслан не переносил даже простую генеральную уборку, не говоря уже о ремонте. Когда Поля затевала что-либо подобное, он старался улизнуть из дома под предлогами срочной работы.
А вот сейчас, когда Ираида осмотрела квартиру, где будет жить её дочь после свадьбы и осталась довольна, Руслан совсем по-другому оценил старания жены. Хотя друзья всегда говорили ему, что у них дома очень уютно и хвалили Полину – за уют, за тёплую встречу, за пироги. За пироги особенно.
Марина пироги печь не будет, хмыкнул про себя Руслан. Придут ли теперь к нему друзья? Димка точно нет. Если только по делу, он Марину на дух не переносит. Знает её давно, учились когда-то в одной школе, только она тогда в младших классах была, и жили в одном доме. А потом родители Марины поднялись высоко и перебрались в Москву. М-да, мир, оказывается, тесен.
А вот Руслан учился с Димкой, но Марину в школе уже не застал. Они переехали раньше, чем Руслан с матерью перебрались в престижный центр с рабочей окраины. Мать всегда стремилась к обеспеченной жизни. А после того, как от них ушёл отец, она и вовсе поставила своей целью «выбиться в люди». Утереть бывшему мужу нос, доказать, как он ошибся, уйдя из семьи. Только зря старалась.
Отец долгое время жил один и совсем не интересовался ни карьерой бывшей жены, ни её заработками. С сыном, Русланом, виделся часто, но на нейтральной территории и никогда не спрашивал его о матери. А потом у него появилась тихая скромная женщина, и сложилась новая спокойная семья, где его никто не дёргал, не заставлял прыгать выше головы и не пилил за отсутствие больших денег.
Руслану у них в доме было спокойно, но он ни разу в те годы не признался матери, что бывает у отца. А, повзрослев, всё же решил, что такой уровень жизни ему не подходит. Ему, Руслану, надо гораздо больше, тут он был согласен с матерью.
Характер матери без отца окончательно озверел. Она стала стервозной начальницей на работе и дома. Вначале Руслан ещё терпел её закидоны, но потом всё чаще стал уходить из дома надолго. А когда родители вскладчину купили ему квартиру, он сразу съехал от матери. Он и на Польке женился больше всего в пику ей. Уж очень мать была против. «Теперь радуется», – вздохнул Руслан.
Он выпал из реальности, вспомнив жену и дочь. Сам не ожидал, что будет так скучать по ним. Но выбрать время и съездить к дочери было совершенно невозможно. Да и Марина в первом же серьёзном разговоре после отъезда Полинки, предупредила, что будет против таких встреч. И Руслан не стал перечить. Ему сейчас надо было закрепиться в будущей семье, завоевать их доверие, чтобы потом поиметь бонусы. Поэтому ни при Марине, ни тем более при будущей тёще, он не вспоминал первую жену. Голос Ираиды вернул его из забытья.
– Ладно, Руслан, в гостиной всё оставим пока на месте, но в вашей спальне надо заменить мебель полностью. Я купила вам гарнитур на свадьбу, его привезут завтра и сразу соберут. Ничего, что раньше, зато сразу будет, где спать. Не приведёшь же ты Марину на ту же постель, на которой спал со своей нищенкой. Светлана говорила, она к тебе с одним чемоданчиком пришла, – Ираида брезгливо поморщилась. Боже, какие вы мужики бываете слепыми! – она немного помолчала, пережидая собственное раздражение и уже более спокойно продолжила. – Я свою домработницу вам подошлю. Приберёт всё и поможет разложить Маринины вещи. Но, Руслан, тебе самому надо побеспокоиться об обслуживающем персонале. Стыдно! Не жена же тебе будет щи варить и носки стирать?! И, да, детскую от старой мебели надо полностью освободить. Нашему ребёнку мы купим всё новое. Тем более и пол пока неизвестен. Может, у вас мальчик родится. В общем, Руслан, пошевеливайся уже! Свадьба скоро, куда жену приведёшь?!
Ираида ушла, оставив Руслана одного. Вот и закончилась его свобода. Это он на брак с Полькой жаловался, что живёт в тисках?! Денег не хватает, времени не хватает, с друзьями некогда встретиться?!
Ну, так сейчас самое время сравнить. Денег хватает, по сравнению с прошлой жизнью, время откуда-то появилось, вот с друзьями, бля-ь, по-прежнему некогда встретиться. Вернее, со своими друзьями некогда, а с друзьями новой семьи – пожалуйста! Однако эти новые друзья – ему совсем не друзья. Но он потерпит. Потерпит, ради себя самого и своего будущего. Потом он покажет, кто в доме хозяин!
Вдруг его взгляд зацепился за маленького плюшевого цыплёнка на подоконнике. Клининг, наверное, нашёл игрушку и положил на подоконник. Руслан взял цыплёнка и повертел его в руках. Он помнил, что Дашуня очень любила этого яркого цыплёнка, и долго плакала, когда он затерялся. Нашёлся вот… Руслан машинально потёр игрушку, снимая невидимую пыль, и сунул в карман пиджака. На столе в кабинете поставит. Дашку будет напоминать и пациентов отвлекать от негатива.
Достал телефон и уставился на контакт бывшей жены. Позвонить?
Нет! Она ни разу не позвонила, и он не будет. Обойдётся! Димка говорил, что у неё всё в порядке. Вот с деньгами на Дашку Руслан сглупил. Лучше бы квартиру купить в этом Мухосранске, где они сейчас живут. Надо у Димы узнать, что можно сделать. А то эта гордячка будет на хлебе с водой сидеть, но у него денег не возьмёт. Или загонит себя на работе до смерти, дура! Как она там, без него?! Даже в самых потаённых мыслях Руслан не признавался себе, что тоскует по первой жене, желает её тела, бредит её поцелуями, что он её всё-таки… любит. Но… он уже выбрал.
***
Артём вернулся из командировки через месяц. Поля уже получила развод и с трудом привыкала к мысли, что она теперь – разведёнка. В первое время из-за хлопот и переезда было даже легче, а сейчас, когда всё более-менее устаканилось, наоборот стало невыносимо тяжело.
После той истерики, что накатила на Полину перед судом, она больше не плакала, но зато замкнулась в себе, не замечала окружающих, на работе была занята только работой, ни с кем не разговаривала, ничем не делилась. И только Дашка временами могла вызвать улыбку на её осунувшемся лице, и то мимолётную и грустную.
Артём вернулся и снова зачастил к ним по вечерам. Он как будто не замечал состояния Полины. Был шумным, шутил, смеялся, напрашивался на пироги. Дашка уже и привыкать к нему начала. А у Полины такая настойчивость мужчины вызывала только раздражение. Но она не могла резко отказать ему в гостеприимстве.
Потому что всё-таки именно Кулаковы, отец и сын, первыми встретили её в этом городе. Помогли советом и делом, поддержали в трудную минуту, и Полине было совестно грубо отшить Артёма. А мягко он не понимал, или делал вид, что не понимает. Поля даже собралась поговорить с Сергеем Юрьевичем, чтобы он угомонил сына, но не успела…
Как-то вечером Полина, занятая домашними делами, услышала настойчивый звонок в дверь. Человек нажал кнопку и не отпускал, явно выражая своё недовольство. Полина посмотрела в глазок. На площадке стояла молодая женщина со злым выражением лица.
Поля открыла. Она не знала эту женщину, никакой вины перед ней не чувствовала, и думала, что та, скорее всего, ошиблась адресом.
– Вы к кому?
– К тебе, давалка бесстыжая! – выплюнула женщина и попёрла в Полину квартиру.
Но Полина сама сделала стремительный шаг на площадку и захлопнула дверь в квартиру. Не дай бог, Дашка услышит и испугается!
– Вы не ошиблись? – ещё попыталась разобраться Поля.
– Да, как же! – зло ощерилась незнакомка. – Это ты меня не знаешь, а я прекрасно знаю, что ты спишь с моим мужем! А у него, между прочим, жена есть и сыну десять лет!
– А кто ваш муж, простите? – всё равно ничего не понимала Полина.
– Ах, ах! Святая невинность! Не делай вид, что не понимаешь! Весь подъезд знает, что Тёмка от тебя не вылезает, а она строит тут из себя невинную овечку!
– Так вы жена Артёма Кулакова? – дошло до Полины. – Вы не по адресу. Мы не любовники, не были ими и не будем. Так что все претензии предъявляйте вашему мужу.
Полина старалась говорить спокойно и негромко, чтобы не напугать дочь, которая уже стучала по двери с той стороны и требовала открыть.
Зато женщина, наоборот, каждую следующую фразу выкрикивала всё громче, совсем не слушая Полиных ответов.
– Ах, ты, тварь мелкая, (женщина была существенно выше Поли)! Ещё отбрёхиваешься?! Я тебе сейчас волосёнки-то повыдергаю, – и она ринулась на Полю, отнюдь не с объятьями.
Полина едва успела отскочить в сторону, ударившись о перила, но рука женщины всё же достала её и на щеке Полины расцвела длинная красная полоса. На площадку, привлечённые скандалом, высыпали соседи. Сверху спустилась женщина, которая весь месяц выражала недовольство Полиным ремонтом, требуя заканчивать работы не позднее восьми часов, а то у неё собака беспокоится.
– Ой, Лилечка! Как я рада тебя видеть! Ты вернулась к Тёме?! Как я рада за вас! Правильно, правильно, а то тут всякие поселились и стучат, и стучат, а потом мужей уводят. А Тёма он же мужчина: привечают, вот и ходит.
– Послушайте! – не выдержала Полина этого бреда. – Я скажу один раз, а потом буду писать заявление участковому, если вы не оставите меня в покое. У меня не было, нет и не будет никакой связи с вашим мужем! Мы только соседи.
Не слушая больше оскорблений, Поля открыла дверь, но зайти не успела. Лилия перехватила её за руку. В дверях заплакала Дашка, увидев, что обижают мать. Полина разозлилась. Да, что эта дура ревнивая себе надумала?! Да ещё и ребёнка пугает идиотка! Она резко толкнула скандалистку, и та, не удержавшись на ногах, отлетела к двери Кулаковых. В этот момент дверь открылась, и Лилия упала прямо в руки бывшего свёкра.
– Что здесь происходит? – грозно сдвинул он брови. – Лилия, ты опять за старое? Ты чего прицепилась к нашей новой соседке? Мало тебе было прошлого раза? Только из-за ребёнка тебе дали условно, а теперь, если Полина подаст заявление, у тебя будет уже рецидив. Пойдёшь в колонию. А Славку куда?! Дура!
– Защищаете новую невестку, папа? – ехидно отозвалась женщина, поправляя платье. – А у меня свидетели есть.
– Да твои свидетели ничего не значат, пойми! Вы с Артёмом в разводе! Он может встречаться с кем хочет. Но тут и этого нет. Они с Полей не встречаются, хотя он, может, и хотел бы, – добавил зачем-то мужчина и этим вызвал новый поток проклятий и матов от женщины.
Скандал набирал обороты, вовлекая всё больше участников. Полина не стала слушать эту ересь. Зашла в квартиру и закрылась на оба замка. Села на пуфик у двери и не могла больше сделать и шага. Дашка обняла её за ногу и подняла к ней глазёнки:
– Они дулаки, да, мамоцка?
– Они ошибаются, – погладила её Поля.
Её всю трясло, как в лихорадке, и изо рта вырывались то судорожные всхлипы, то истерический смех. Вот это она нарвалась на ревнивую жену. Бывшую! Вот как надо чужих баб от мужика отгонять!
Не-ет! Никаких больше визитов Артёма, дружеских там – недружеских, она больше не допустит. Ещё не хватало ребёнка заикой оставить. С трудом удалось объяснить дочке, что женщина ошиблась квартирой. Ужас какой-то! За что ей это?!
ГЛАВА 6
Царапина на щеке заживала долго. Полина обработала её сразу, но ноготь задел не только верхний слой кожи, и поэтому воспаление держалось несколько дней. Поля думала даже, что останется шрам, но обошлось.
После этого громкого представления, она не видела Артёма целую неделю. Не хотела. Поэтому уходила пораньше, чтобы не встречаться на площадке, приходила с Дашкой попозже, специально заходя в магазины. Не открывала, если он звонил в дверь. В общем, как могла избегала встречи. Однако Артём всё же подловил её однажды утром у подъезда.
– Поль, – он встал на поребрик, загораживая им с Дашкой дорогу. – Ты избегаешь меня, но прошу, выслушай! Мы с Лилией развелись ещё пять лет назад, а она по-прежнему следит за мной и не даёт нормально жить. Совсем с ума сошла со своей ревностью! Мы из-за этого и развелись. Невозможно стало жить. Я уехал в наш филиал в Норильск. Три года работал на Севере, чтобы заработать на квартиру. Вернулся на материк и купил себе двушку в Б-ске. Хотел Славку себе забрать. Да тут отец приболел, пришлось задержаться у него. Но теперь, после случая с тобой, я уеду. Она не даст жить ни мне, ни тебе. Сына всё равно заберу, документы уже оформляю. Короче, прости Поль, что так вышло. Отец мне всё рассказал. Вижу, досталось тебе, – он кинул взгляд на царапину. – Будешь заявление на неё подавать?
– Нет, -покачала головой Полина. – Не хочу связываться, да и не до этого мне сейчас. Сергей Юрьевич обещал с ней поговорить.
– Да, он специально ходил к ним, пригрозил ей полицией. Вроде бы притихла. Но, когда я уеду, у неё не будет повода здесь появляться, так что будете жить спокойно. Прости, стыдно даже, – покаялся Артём.
– Да, при чём тут ты, – отмахнулась Поля. – Просто человек такой, и любила тебя, наверное, сильно.
– Ну, знаешь, любовь любовью, но голову-то надо включать?! – не согласился Артём. – Ты же не кинулась на любовницу мужа!
– Ещё не хватало так унижаться, – фыркнула Поля. «Зато сколько слёз в подушку пролила», – добавила она про себя.
– В общем, до свидания, соседка. Долго теперь не увидимся. Прости ещё раз, – уже уходя, извинился Артём.
– Пока, – ответила Полина уже в спину уходящему мужчине. – Зато буду теперь умнее и осторожнее.
Отведя Дашу в садик, Полина поехала на работу. Здесь у неё отношения с коллегами медленно, но верно налаживались. Булатов оказался прав, по уровню языка Полина превосходила большую часть переводчиков, поэтому технологи с инженерами по вопросам срочного перевода неизменно стали обращаться к ней. Это сразу повысило её рейтинг и статус в коллективе. Тем более, что Полина не задирала нос, не акцентировала внимание на себе, а делала всё по-дружески и с улыбкой.
Сам Булатов стал часто привлекать её на видеоконференции с зарубежными партнёрами. Он, правда, и сам свободно владел английским, испанским и итальянским, но подстраховка лишней не бывает, и Полина теперь присутствовала на переговорах.
Трое из их группы переводчиков к её стремительному взлёту относились нормально, но Степанов – начальник группы переводчиков – смотрел на неё неприязненно и придирался к каждому переводу, который Полина сдавала ему на подпись.
Она решила просто не обращать внимания на придирки и сплетни, которые распускает о них с Булатовым этот недомужик. Слухи и сплетни стихнут сами, если не будет фактов подтверждения или не будет интереса к ним.
С семьёй Булатовых Полина, наоборот, подружилась. Вернее, стала приятельствовать. Олеся Булатова была на семь лет старше её, но их сближали дети. Булатовским двойняшкам было четыре годика, а Дашуне – три. Раз в неделю, по субботам, они встречались в парке на детской площадке и на аттракционах.
Многие сослуживцы видели их вместе, городок-то небольшой, и парков в нём немного. По субботам в них многолюдно. Так что сослуживцы вскоре остыли к этим грязным намёкам. Но Степанов продолжал пакостить по-мелкому. Целью задался – выжить Полину с работы. А куда она пойдёт?! И чего ради?!
Жаловалась Полинка только Диме. Разговаривали они по ватсапу почти каждый вечер. Как и сегодня, например.
– Поля, Даринка, привет! Как вы?
– Пливет, Дима, – Дашка подлезла к столу и уставилась на экран смартфона. – А у нас дядя Алтём уехал. Далеко, в длугой голод. А мы с мамой сейцас пиццу будем делать! А ты?
– Мне кусочек оставьте, – смеётся Дима. – Я голодный до ужаса, мамонта могу съесть.
– Неплавда! – смеётся в ответ Дашка. – Мамонт больсой, ты его не съес!
– Я попробую, – угрожающе рычит Дима, и Дашка заливается счастливым смехом.
А Поля, глядя на них, грустно улыбается. Ведь Дашка могла бы также смеяться с родным отцом, но он почему-то им не звонит.
– Поль, – переключается Дима на неё, когда Дарья увлекается мультиками в телевизоре. – Я хотел приехать пораньше, но не получается. Дело затягивается и когда освобожусь – непонятно. Но к декабрю точно постараюсь приехать. Держитесь! Немного осталось.
– Да мы держимся. Знаешь, мне сегодня благодарность объявили и премию выписали, десять тысяч. Вот! – похвасталась Полина
– Молодец! Я всегда знал, что ты умница и красавица. Чмоки-чмоки! Это я тебя целую в милые щёчки, которые стали бледненькие. На улице бываешь мало, кушаешь плохо, ай-я-яй! Вот приеду – разберусь!
– Приезжай! Надолго хочешь пожаловать? – смеясь спрашивает Полина.
– Там видно будет, – уклоняется от прямого ответа Дима. – Ждите!
– Мы ждём, – соглашается Поля. – Ладно, Дим, ты извини, у меня тут пицца дошла. Завтра договорим.
– До завтра, мои хорошие, – прощается Дима и отключается.
Такие разговоры вносили не только нотки тепла и покоя в напряжённые Полины будни, но и нотку грусти. Дима связывал её с прошлым, с Русланом, которого она, как ни старалась, не могла забыть. Вернее, не забыть, а отпустить из сердца. Чтобы не болело, не стонало, не рвалось от боли, хотя уже приглушённой временем и расстоянием.
С Димой и Русланом она познакомилась одновременно шесть лет назад. Она первый год работала в школе после универа, а ребята пришли на вечер встречи выпускников. Учились, оказывается, в этой школе. Первым на Полю обратил внимание Дима. Подсел на концерте к ним с коллегой, сыпал шутками и вёл себя, как хороший знакомый. Сел с ними за столик, когда все перешли в столовую. А потом к ним присоединился Руслан, и Поля пропала.
Роман у них закрутился быстро и жарко. Через месяц они съехались. Два года жили без ребёнка, а потом Поля забеременела. Однако регистрироваться согласилась только на последнем месяце, ради ребёнка. Всё из-за свекрови, которая открыто показывала своё негативное отношение к «деревенской» невестке, считая её недостойной парой своему сыну.
Дима всё это время был неподалёку, но в гостях бывал редко, звонил редко, однако всегда знал, что у них происходит и в чём нуждаются Поля с Дашей. В общем, был другом тогда и оставался им теперь. Ближе него у Полины, пожалуй, никого и не было.
***
В один из пасмурных ноябрьских дней Полина задержалась на работе. Ненадолго, минут на тридцать-сорок. Надо было добить перевод, чтобы не оставлять назавтра. О задержке следовало предупредить начальника отдела, то есть Булатова, или начальника группы, то есть Степанова. Полина торопилась, забылась и не сделала ни того, ни другого.
Но зато правильно закончила работу: сложила документы в папку, папку – в сейфовый шкаф, шкаф закрыла на кодовый замок, выключила свет, закрыла дверь офиса на ключ и ключ сдала на пульт охраны.
Дома у них в тот вечер было всё спокойно. Дашка в садике научилась выговаривать букву «р» и теперь «рычала» на всё подряд, часто вместо «л», вставляя новое для неё «р». Она вообще как-то внезапно стала говорить гораздо чище. Полина смеялась и снимала дочь на телефон, чтобы показать потом Диме. И, да, поймала себя на мысли – хотела показать Диме, а не Руслану. Но это, скорее, потому, что Руслан им так ни разу и не позвонил.
А утром, едва она поднялась на свой этаж в офис, её вызвала секретарша Булатова. Полина ещё удивилась, что их кабинете нет ни одного сотрудника и все компьютеры выключены.
– Полина Кирилловна, зайдите к Булатову срочно! – раздался по селектору вызов.
Ничего не подозревая, Полина сразу прошла к кабинету шефа. Секретарша молча кивнула ей на дверь и уткнулась в свои записи. Полина вошла и…
Все коллеги из их отдела, оба начальника групп, пара подчинённых Булатова из службы безопасности и пара айтишников плотно сидели за столом в кабинете Булатова.
– Ну, вот и Полина Кирилловна. Теперь все в сборе, – начал Булатов. – Господин Степанов, вам слово.
Начальник группы мельком бросил взгляд на Полю и с наигранным сожалением доложил короткими чёткими фразами.
– Сегодня с утра я не смог включить компьютер. Обратился к айтишникам. Оказалось, рухнула вся внутренняя сеть. Ребята установили, что вирус был занесён с компьютера Полины Кирилловны. Дежурный доложил, что вчера Полина Кирилловна ушла позднее всех. Вот, собственно, и всё.
Полина побледнела. Её охватила внутренняя дрожь и паника. Ладони покрылись холодным липким потом. Это в чём её обвиняют?! Она испугалась даже не за себя: знала, что ничего противозаконного не делала. Разберутся рано или поздно. Испугалась за Диму. Это он рекомендовал её Булатову, а она так его подвела!
Стиснув кулаки, Полина твёрдо посмотрела в глаза начбезу и заявила:
– Я не запускала никакой вирус, Я и не умею этого делать. Мне незачем рушить компьютерную сеть фирмы.
– А деньги? Деньги вам нужны, Полина Кирилловна? – вкрадчиво поинтересовался Степанов. – Вас кто-то о чём-то попросил за приличную сумму, вы и согласились. Иначе откуда у вас разведённой и ранее не работающей женщины деньги на дорогой ремонт двухкомнатной квартиры. Ваши соседи даже жалобу писали на поздние ремонтные работы. Торопились, Полина Кирилловна?
Полина поразилась абсурдному обвинению и беспомощно оглянулась на Булатова, но тот сохранял непроницаемое выражение лица. Что происходит?!
– Я ничего ни у кого не брала, – возмутилась Поля. – Ремонт делала на свои деньги. В чём дело?! Я вообще здесь человек новый. Какой мне смысл?!
– Вот именно, новый! – поддакнул Степанов. – Кто вы и что вы никто не проверял. Приняли и доверили компьютер и коды человеку с улицы, и вот результат.
Степанов осуждающе посмотрел в сторону Булатова, мол, знаем, чья вина. Сам Булатов продолжал молчать, сохраняя невозмутимый вид. Степанова неожиданно поддержал один из переводчиков.
– Полина Кирилловна часто нарушает правила внутреннего распорядка. Оставляет включённым компьютер, когда выходит из кабинета, задерживается после работы, не оповещая старшего группы.
Полина рыпнулась было возразить, но прикусила язык. Всё было: и на обед уходила, не выключив комп, и задерживалась, не оповещая. Бестолочь, никак доверчивую наивность из себя выжить не может. Дура! Поля бесилась на себя, да что теперь толку.
Она поджала губы и опустила глаза. Чем закончится эта история, даже боялась думать. Ущерб, который понесла компания из-за рухнувшей сети ей и представить было сложно. Как расплачиваться?!
В сердце впилась острая игла, и Полине перестало хватать воздуха, глаза закатились, и она неуклюже завалилась на сидящего рядом человека. Последнее, что она уловила исчезающим сознанием, был окрик Булатова:
– Врача быстро!
В себя Полина пришла в палате под капельницей, опутанная проводами от системы жизнеобеспечения и мониторинга. Рядом сидел Дима, держал её за руку и, прислонившись головой к установке, спал беспокойным сном.
– Дима, – тихо позвала его Полина, тот сразу распахнул глаза и склонился к ней с беспокойством вглядываясь в лицо.
– Поля! Слава богу, ты очнулась! Вторые сутки спишь. Девочка моя, разве можно так!
– А что со мной, Дим, – медленно ворочая языком, спросила Полина. – Я помню, что меня вызвали к Булатову…
– Я этому Булатову за его эксперименты голову оторву, – взорвался Дима. – Придумал тоже – на живца ловить. Идиот!
– Акх-ха! – Полина невольно прыснула и закашлялась, представив, как высокий стройный, но далеко не массивный Дима, отрывает голову коренастому мощному Булатову, но тут же скривилась, вспомнив о дочери.
– Дим, а Дашка с кем?
– Со мной! А сейчас в садике. Первую ночь у Булатовых ночевала, они её из садика и забирали, а к утру я приехал. Дашка со мной, дома. Не волнуйся, всё хорошо.
– Слава богу, – Полина прикрыла глаза. – А что вообще случилось?
Булатов «крысу» давно искал, ну и нашёл с твоей помощью, – хмуро ответил Дмитрий, – выйдешь из больницы – расскажу подробнее.
– Ладно, – согласилась Поля.
В другое время, она, может быть, потребовала бы полной информации. Но сейчас её состояние было таково, что она с трудом осознавала себя. И ей было неважно что там и кого искал Булатов. Единственная важная мысль была – состояние дочери. Но раз Дашка с Димой, значит, всё нормально.
– С Дашкой всё в порядке? – на всякий случай спросила Поля.
– В порядке, Поль. Мы с ней договор заключили: ждём маму из больницы и не вредничаем. Она у нас умница. Спи, родная – уже сквозь дрёму услышала Полина и провалилась в темноту.
А бережный поцелуй в висок ей, наверное, почудился.
***
– Булат, ты реально зарвался! А, если бы с Полей Что?! Я убил бы тебя нахрен!
– Прости, Дим! Не подумал, что она такая хрупкая. Всегда так хорошо держалась. Ни разу не пожаловалась! Он же, сука, чморил её постоянно, а она слова в ответ не говорила. Сильная! Ну, я и подумал, что выдержит небольшой спектакль. Прости, друг, – снова покаялся Булатов. – Так ты скоро к нам? – перевёл он тему.
– В декабре, не раньше. У клиента процесс затягивается, вторая сторона не хочет на уступки идти. Но последнее заседание уже скоро. Добьём, надеюсь.
– А Полине сказал, что переезжаешь сюда насовсем?
– Нет пока, боюсь. И ты молчи.
– Дурак ты, Димка, надо было про первые же измены Руса ей сказать. Она бы давно от него ушла.
– Нет, не смог я стать вестником несчастья. Она бы и меня заодно возненавидела. Любила она его, Тим, сильно. И ещё, кажется, любит.
– Ху-во тебе…
– И не говори…
– Про Полю, что врач говорит?
– Сейчас уже нормально всё, прокапали, подлечили. Кардионевроз диагностировали, слава богу, не инфаркт. Молодая она для него, хотя, говорят, и у молодых теперь бывает. Но ты, Тимур, реально неправ в этом случае.
– Да, понял, понял, не грузи ещё больше. По-дурацки получилось. Сам испугался, когда она на нашего инженера завалилась. Наша медичка прибежала, нашатырь ей суёт, а там, наверное, уже посерьёзнее что-то надо. Скорая приехала, забрали её в нашу клинику. Сразу под капельницу, усыпили. Ну, а потом ты и сам приехал. Береги её, Дим, хорошая девочка, светлая такая. Столько пакостей приняла от жизни, а на людей не обозлилась. Со всеми приветливая, всем верит и помогает.
– Полинка такая, – согласился Дмитрий. – За себя скандалить не будет, а за других – горой встанет. Но ты её больше не привлекай и не используй.
– Ни за что! Я бы и в этот раз её не использовал. Но уж больно удачно всё складывалось. Мы же скрытые камеры везде установили и наблюдение на мой кабинет вывели. Никто об этом не знал, так что я все выверты этого сучонка прекрасно видел. Он должен был вирус нам подогнать, чтобы мы задание центрального офиса не выполнили. И это, оказывается, не только в нашем филиале было. По всем филиалам нашлись крысы. Европейцы постарались. Купили их в своё время, а теперь требуют отдачи, за оплаченные денежки. Сам понимаешь, им сейчас обязательно нагадить нам надо, если сотрудничать не получается. Ну, ничего! Я этого гада уже в Москву отправил. Пусть в головном офисе сами с ним разбираются. А Полинке премию выписали в размере квартальной зарплаты. Извинились. Я передам ей, когда она из больницы выйдет. …А ты квартиру купил или ищешь?
– Пока не купил, но присмотрел уже в новостройке четырёхкомнатную, на два санузла. Дом уже сдаётся и мне обещали закончить отделку в декабре. Но, думаю, мне ещё дом нужен за городом. Недалеко, с коммуникациями. Подскажешь место?
– В бору! – тут же откликнулся Тимур. – У нас вдоль реки бор идёт широкой полосой. Ягоды, грибы, шишки. Там раньше пионерские лагеря были, а сейчас базы отдыха, коттеджи, дачи.
– Нет, мне дачу не надо. Заморочек и ограничений много. Или коттеджный посёлок, или просто село, но, чтобы была дорога, газ, вода, интернет…
– Губа не дура, – усмехнулся Булатов. – Я своих напрягу, поищут. Ты лучше Полинке о своих планах расскажи. А то опять опоздаешь.
– Сам боюсь, – сознался Дмитрий. – Но и признаваться боюсь, рано. Не отошла она ещё.
– А мне кажется как раз, – не согласился Тимур. – знаешь, как психологи говорят: эмоциональная боль длится до пятнадцати минут. Всё остальное – самовнушение. Вот и развей её самовнушение, помоги выйти из состояния краха. Отвлеки, вытащи! Действуй!
– Спасибо за поддержку, Тим, попробую!
ГЛАВА 7
Полину выписала через сутки, и Дима сразу уехал. Он не мог отсутствовать на работе дольше. Полина после выписки ещё неделю была дома. Успокоилась, отдохнула, съездила с Дашуней к родителям.
Отец был очень рад. Конечно, про разборки на работе и причину болезни, Поля им не рассказывала. Но скрыть пребывание в больнице всё равно было нельзя: Дашка расскажет. Однако Поля вывернулась, объяснив своё попадание в клинику стрессом. Мать губы поджала, но в этот раз защищать Руслана не стала, а отец по голове погладил и заверил, что всё будет хорошо.
– Пап, я вам деньги привезла. Спасибо, что выручили нас вначале. Сейчас уже всё наладилось.
– Да, брось ты, доча, – отмахнулся было отец.
– Нет, пап, возьми. Пятьдесят тысяч на дороге не валяются. У вас Машка ещё не работает.
– Да, Кирюш, мы же хотели Маше кое-что купить, – вступила в разговор мать.
Отец вздохнул и подвинул эти деньги жене. Машка переглянулась с матерью, выдохнула и на радостях призналась Полине:
– Я же курсы вождения заканчиваю. Отец обещал недорогую иномарку в хорошем состоянии взять, чтобы практику накатывала. Да не хватало немного. А теперь до Нового года сможем купить! На Новый год к тебе сама приеду! Примешь?!
– Конечно, приезжай!
– Пр-риезжай! – подтвердила Дашка.
У родителей они задержались на два дня, а по возвращении Полина решила подумать о себе. Ей нужно было удобное стационарное место для сна, и не в Дашиной комнате. Оставался только вариант как-то перекроить гостиную. И она придумала.
Простенок у двери в гостиную составлял два с половиной метра, а гардеробная в длину составляла полтора метра. Полина вызвала мастера, и они вдвоём передвинули гардеробную торцом к дверному проёму. От входа теперь получился своеобразный тамбур.
Дверцы гардеробной оказались на внутренней стороне и там образовался уголок примерно два на два с половиной метра. Вполне достаточно места для полутораспальной кровати и тумбочки. А со стороны гостиной и окна, кровать отделилась стеклянным стеллажом на стальных полированных трубах.
На полки Полина установила цветы, безделушки, фоторамки и в итоге получила почти изолированный спальный угол, в который сквозь прозрачный стеллаж проникал свет из окна. Конечно, гостиная существенно сократилась, но Полине важнее была функциональность. А гостей она почему-то в доме принимать не хотела. Если нужно встретиться – есть кафе и ТРЦ. А дом – личная зона, только для них с Дашкой и очень близких людей. Родителей, например, Димы или Маши. Им места хватит, а для всех остальных – нет. «Мой дом – моя крепость», теперь Полина хорошо понимала смысл этой поговорки.
***
После недельного перерыва выход на работу вызывал у Полины некоторое волнение. Как её встретят сослуживцы? Кто вместо Степанова будет начальником группы? Но она зря переживала. Встретили её тепло, интересовались здоровьем, сочувствовали, подшучивали, в общем, признали за свою, наконец-то.
Начальником группы был назначен – Мореходов Илья, мужчина сорока пяти лет со знанием китайского. Раньше он сидел за столом перед Полиной. Теперь в их группе снова открылась вакансия. Из этих изменений можно было сделать вывод, что фирма начинает ориентироваться на восточный рынок. Но и «европейцы» без работы не останутся, успокоил её Булатов.
Жизнь продолжалась, и Полина с Дашкой медленно, но верно адаптировались к новым условиям. Очень помогал и поддерживал Дима. Он им звонил каждый вечер, спрашивал, обсуждал, хвалил или выговаривал, как настоящий член семьи. Подолгу слушал Дашку, которая делилась с ним садовскими проблемами. Она вообще воспринимала Диму как своего, почти как отца. Да и сама Полина уже называла его «наш Дима», испытывая к нему искреннюю благодарность.
Душевная боль от измены и от игнора со стороны Руслана постепенно утихла. Нет, не ушла совсем, а затаилась где-то глубоко, готовая в любой момент выплеснуться слезами и криками, но Полина уже научилась справляться с ней и сдерживаться.
Легко говорить психологам: оставьте негативное прошлое за спиной и идите дальше. Как?! Как оставить за спиной несколько лет счастливой жизни, пусть даже счастливыми они казались ей одной?! Как забыть первый поцелуй с любимым мужчиной, первый секс с ним (вообще первый в жизни Поли)?! Как забыть рождение ребёнка и ошалелые глаза Руслана, когда он впервые взял дочь на руки?! Ну, как это всё забыть?!
Полина не понимала и поэтому продолжала помнить … и поцелуи, и объятья, и крышесносный секс…
То ли мысли и, правда, материальны (Поля много думала о муже), то ли карты так легли, но в последние выходные ноября к ним приехал Руслан. Утром в восемь часов. Значит, из дома выехал ночью.
Была суббота, и Полина намеревалась поваляться подольше, раз некуда спешить. Однако настойчивый звонок в дверь не дал этого сделать. Хорошо, что Дашка спала крепко и звонков обычно не слышала, тем более что Полина специально делала его негромким.
Позёвывая и затягивая на ходу поясок халата, Поля открыла дверь, даже не глянув в глазок. Думала, кто-то из соседей. Но на пороге стоял Руслан. Один, с небольшой дорожной сумкой.
– Можно? – сдержанно спросил он.
– П-проходи, – запинаясь пригласила Полина и отступила, освобождая проход.
– Привет, – Руслан спокойно разулся на банкетке и прошёл в гостиную, обдав Полину знакомым запахом мужского парфюма.
Она аж носом невольно потянула, как шибанул её этот аромат хвои и можжевельника. Муж остановился в дверях и окинул взглядом прихожую, гостиную и Полю в халате.
– Неплохо устроилась. Дашка спит?
– Спит, – односложно ответила Поля, безуспешно пытаясь привести себя в порядок: пригладить волосы, поправить халат.
– Да, ладно, не старайся – иронично хмыкнул Руслан. – Что я, не видел тебя в халатах? Это же твоя обычная домашняя униформа.
Вот вроде необидно сказал, а Полина сразу вспыхнула и разозлилась. А как она должна выглядеть в восемь утра выходного дня?! Но раздувать скандал не стала, а молча указала Руслану на диван.
– Слушаю тебя, зачем ты приехал?
– Соскучился? – выгнул бровь Руслан.
– Ну, да, – согласилась Полина язвительно. – Через пять месяцев можно и соскучиться.
– Не начинай, – скривился Руслан. – Я по серьёзному вопросу. Здесь, – он подтянул к себе сумку. – Пять миллионов. Это Дашкины деньги. Я их положил вначале на счёт: пятьдесят процентов до восемнадцати лет, а пятьдесят с фиксированной суммой ежемесячных выплат. Но ты не сняла ни копейки. Поэтому мне без проблем удалось закрыть счета и забрать наличку, естественно, заплатив бешеную комиссию. Сейчас нам надо срочно купить на имя Дарьи квартиру в вашем Мухосранске, а остатки оформить на карту.
– А зачем такие активные телодвижения? – не вытерпела Поля. – Я не просила алиментов, не требовала делёжки, с чего вдруг такая щедрость?!
–Это мой ребёнок, – скрипнул зубами Руслан. – И я не могу оставить её ни с чем. Но у меня сейчас проблемы. Не хочу, чтобы жена узнала об этих деньгах, пока она не знает о них, вернее, об их количестве, поэтому их надо быстрее пристроить.
«Жена, – мелькнула у Поли горькая мысль. – Не я, другая женщина – жена.»
– Вообще ничего не хочу! – глухо бросила Поля, стягивая у самого горла ворот халата.
– Не дури! Я бы о тебе и не парился, х-й с тобой! Дашку жалко. Ребёнок-то почему должен страдать из-за твоей гордыни?! Надо же, принцесса нашлась!
– А почему ты так со мной разговариваешь?! – возмутилась Полина. – Я совершенно от тебя свободна и не собираюсь выслушивать грязную брань в моём доме!
– Полька, не зли меня ещё больше! – Руслан подошёл совсем близко и тяжело дышал ей в лицо. – Я и так с трудом вынес эти пять месяцев без тебя. Трахнуть тебя хочу! Будешь сейчас возникать – буду трахать тебя два дня без перерыва, пока не уеду.
– Руслан, зачем ты так? Разве со мной нельзя поговорить по-человечески? Почему ты всё время пытаешься меня задеть, унизить, обидеть?
– Потому что! Хочу тебя зверски и не знаю как от этого наваждения избавиться! Полька, дай, а…, – Руслан вмиг оказался рядом и упав на колени, вжался лицом в живот Полины, крепко обхватив её бёдра.
Полина побелела, судорожно стягивая у горла свою хлипкую защиту, она не понимала, что ей сейчас делать. Как утихомирить бывшего мужа?! Она испытывала колоссальное напряжение. Руслан своим обращением и поведением поставил её в ряд с доступными женщинами и это было … унизительно и отвратительно.
Неизвестно чем закончилась бы эта сцена, но в коридоре послышались шлепки босых ног и к гостиную, щуря глаза, вошла Дашунька. Увидев у ног матери какого-то мужчину, она растерянно спросила:
– Мама, а это кто?
– Доченька, ты меня не узнала, – засюсюкал Руслан, поднимаясь. – Иди ко мне, родная, я соскучился.
– Ты папа? – засомневалась Дашка.
Руслан повернулся к Полине с немым вопросом, но она лишь развела руками, мол, что поделаешь. Ребёнку всего четвёртый год, полгода отца не видела. Могла и не узнать.
–Дашуня, а ты разве не узнала папу? – Полина сделала шаг в сторону, отдаляясь от Руслана.
– Он будет у нас жить? – Дашка перевела взгляд на Руслана.
– Нет, дочка, папа приехал к тебе в гости, потому что соскучился. Давай сделаем вам завтрак, и вы пойдёте с ним погуляете.
– А ты?
– А я другими делами займусь. Ну, иди покажи папе ванну, руки помойте и на кухню.
Полина быстро скрылась в своей крошечной спальне, переоделась в джинсы и плотную футболку, ей казалось, что так она больше защищена, и вернулась на кухню. Омлет – самое быстрое и сытное, что она могла сейчас придумать. Сделать брускеты с паштетом – ещё пара минут. Кофе, молоко для Дашки и завтрак готов.
По голосам было слышно, что Дарья повела отца в свою комнату и хвастается игрушками. «Может, успокоится немного», – надеется Полина. Такого Руслана она раньше не знала. Такого грубого, откровенно похабного: «Хочу! Дай!» Что это вообще?! Он теперь чужой мужчина! У него, на минуточку, жена есть!
После этих слов, которые Руслан жарко произнёс ей в живот, Полина испытывала сильнейшее омерзение и возмущение. Сразу пропали без следа романтические воспоминания, а всплыли, наоборот, случаи его хамства, грубости, равнодушия. И до Полины дошло: Руслан не изменился, это она изменилась и перестала прощать ему гадости.
«А зачем, собственно, терпеть его здесь два дня?» – пришла ей в голову светлая мысль. За несколько месяцев проживания в Н-ске она и сама уже узнала приличные агентства в городе. Но решила позвонить Булатову. У него связей и возможностей было на несколько порядков больше. Пока Дашка и Руслан завтракали, она вышла в гостиную, позвонить.
– Тимур, извини, что беспокою с утра, но дело срочное.
– Ты удачно попала, я уже поел и добр как никогда, – пошутил Булатов. – Что у тебя стряслось?
– У меня случился бывший муж с требованием срочно купить Дашке квартиру. У тебя нет на примете знакомого риелтора?
– У меня есть всё! – пафосно воскликнул Булатов.
На фоне послышался голос его жены Олеси: «Передавай привет Поле». – Угу, – откликнулся Булатов и перевёл: – Тебе привет, Поль от Леськи. А насчёт квартиры: есть двушка в тихом центре. Дом новый, строился для чиновников. Планировка удобная, но квартиры дорогие. Сколько вы сможете зарядить?
– Руслан привёз пять миллионов…
– Фьють! – не удержался Булатов и присвистнул. – На эти деньги в нашем городе можно купить приличное жильё. А почему у нас?
– Дима ещё в прошлый раз объяснял, что у себя в Кр-ске Руслан брать квартиру не хотел. Во-первых, там намного дороже. Во-вторых, некому за ней приглядывать. Он сам не хотел ею заниматься, а мы живём далеко. Не буду же я за шестьсот километров ездить проверять квартиросъёмщиков. И ещё неизвестно какие попадутся. Так что они тогда с Димкой решили квартиру не покупать. А теперь у него со счетами проблемы и он хочет их закрыть. Поэтому обналичил деньги и предлагает купить квартиру на Дашку у нас в городе. Мы же здесь живём, можем сами квартиру сдавать и контролировать.
– Ну, так-то правильно. Тогда я сейчас Татьяне-риелтору звоню и сегодня можете оформлять. Там старики уже на чемоданах сидят. Это родители моего друга переезжают к сыну на юг и продают квартиру. Не пожалеешь, Поль, стоящее жильё.
– Договорились!
Полина с облегчением скинула вызов. Всё! Хорошо иметь таких знакомых как Тимур. Все проблемы решает по щелчку пальцев. Но как бы Поля не признавала авторитет босса, она его откровенно побаивалась. Ведь Булатов был именно тем человеком, который, не задумываясь, сделал из неё наживку для Степанова. Бр-р! До сих пор вспомнить страшно! Такой сбой в своём здоровье Полина испытала тогда впервые в жизни. Больше не хотелось.
Отзвонившись, Полина вернулась на кухню. Руслан уже поел и мыл за собой и Дашкой тарелки. Дашка доедала печенье с молоком. Руслан обернулся, и Полина встретила его обжигающий вопросительный взгляд.
– Дашуня, беги к себе, я сейчас приду, – попросил он дочь. – Мне надо маме кое-что сказать.
– Только не ругайся, – погрозила пальчиком Дашка и важно пошагала к себе.
– Поль, – тут же ринулся к ней Руслан, обнимая и тесно прижимаясь пахом к её животу. – Пойдём в ванну, не могу больше терпеть!
– Ты с ума сошёл?! Мы посторонние друг другу люди! У тебя жена есть! – Полина кипела от возмущения и от страха одновременно.
– Ты тоже была моей женой, – не сдавался Руслан. – Мы не чужие люди, у нас Дашка есть. А жена уехала с родителями в Сочи, не бойся, никто не узнает, – бормотал он, уже не сдерживаясь и покрывая Полину рваными поцелуями.
– Я не хочу! – силилась она вырваться из горячих рук. – Прекрати! Это грязно!
– Полька, как же я скучал по тебе, – не слушал и не реагировал Руслан. – Маринку на секс раскрутить надо ещё постараться, тем более сейчас на половине беременности. А ты такая отзывчивая была… Такая сладкая…, – бормотал Руслан, забираясь рукой под футболку.
– Я сейчас закричу – почти истерично заявила Полина. – Дашка испугается. Отпусти, ты мне противен! Неужели будешь насиловать?!
– Дура! – Руслан нехотя разжал руки, выпуская Полину из объятий и оглядываясь на дверь. – Ты же сама хочешь!
– Ошибаешься! Раньше я скучала по тебе, да! Но ты нам не звонил, ты о нас забыл, а теперь приехал и требуешь любить тебя. А за что?! Так что теперь я не скучаю и не желаю. И вообще не приучена брать чужое. А ты чужой муж.
Полина отошла к окну и настороженно наблюдала за Русланом: не захочет ли он повторить.
– Сейчас к нам приедет риелтор, и мы поедем смотреть квартиру, – сообщила она. – Можешь поехать с нами, а можешь отдохнуть перед дорогой. Надеюсь, ночевать у нас ты не останешься. Сам видишь, лишнего места нет.
– Вот как, Полина, рвёшь окончательно. А, может, ты и любовничка уже завела?
– Даже если и завела, тебя это не касается.
– Хорошо, Полина. Я всё понял, учту. И, да, я поеду с вами, хочу убедиться, что отдам деньги не зря.
Руслан ушёл к Дашке. Полина слышала, как они начали что-то строить, и Дашка рассказывала отцу о садике. Полина осталась на кухне. Делать сейчас перед Дашкой вид, что ничего не произошло, она была не в состоянии.
Через полчаса подъехала Татьяна и отзвонилась, что ждёт их в машине. Полина быстро собрала Дашку и оделась сама. Руслан демонстративно взял ключи от своей машины.
– Поедем на моей. Ещё я на твоей пузотёрке не ездил.
Полина пожала плечами, мол, не вопрос. У подъезда их ожидала новенький кроссовер яркого красного цвета и роскошная блондинка с папкой в руках.
– Татьяна? – поздоровалась с ней Поля.
– Полина? – отзеркалила риелтор.
Обе улыбнулись, и Татьяна, оглядев их, бросила:
– Следуйте за мной. Тут недалеко.
Руслана она демонстративно «не заметила». Из чего Полина заключила, что Булатов как-то намекнул на их положение.
Ехать действительно было недалеко. Через десять минут они подъехали к двенадцатиэтажному дому с огороженной территорией, выделенной парковкой и заездами с каждой стороны. С другой стороны дома были детская и спортивная площадки, небольшой сквер со скамейками и вдоль всего периметра бордюрные газоны. Зимой, понятно, цветов не увидишь, но летом здесь, похоже, было красиво. Татьяна подтвердила догадки Поли.
– Давайте я вначале вам покажу картинки, а потом мы поднимемся в квартиру, – предложила она.
Снимков было много. Вокруг дома летом и зимой, в квартире, в подъезде, вид с балкона.
– Цена? – угрюмо спросил Руслан.
– Три с половиной. Они торопятся сильно. Вы вовремя позвонили. Мы уже нашли покупателя, но Булатову я отказать не могу. Поэтому первыми смотрите вы. Если устроит, сегодня же и оформим.
– Пока мне всё нравится, – заторопилась Полина. – Пойдёмте уже квартиру смотреть.
– Да, поднимаемся. Я хозяев уже предупредила, – согласилась Татьяна.
Квартира оказалась на седьмом этаже. Но уже в холле первого этажа Полина поняла, что надо брать. Здесь было просторно. Выделено место для колясок, для консьержа. Два лифта- грузовой и пассажирский. Очень светло и уютно от зелени в кадках.
Хозяева квартиры были пенсионерами лет по шестьдесят-семьдесят.
– Валерий Сергеевич.
– Альбина Михайловна, – представились они по очереди.
– Полина.
– Руслан,
– Дар-рья, – теперь по очереди представились покупатели.
– Квартира для маленькой мадмуазель? – с улыбкой спросил хозяин.
– Да, квартира для дочери, – опередил Полину Руслан.
– Проходите, не разувайтесь, – сразу предложил хозяин. – Мы уже собрали все вещи, которые заберём. Но мебель и техника остаются в квартире. В условиях продажи это указано.
Руслан с Дашкой двинулся за хозяином в комнаты, а Полина прошла за хозяйкой на кухню. Квартира ей понравилась сразу: солнечная сторона, просторная, комнаты большие, кухня метров десять, не меньше. Санузел раздельный и не тесный. Чего ещё?
Цена? Для их Н-ска – это средняя цена, хотя квартира стоит явно дороже на рынке. Но это же не областной центр, где живёт Руслан, и не Москва, так что цены кусаются не сильно.
Они с хозяйкой вернулись в гостиную, где встретились с Русланом и Дашкой. Судя по виду, ему квартира тоже понравилась. Только Руслан никогда не выскажет открыто своего отношения.
– Предложение нас устраивает, – высказался бывший муж. – Я тоже тороплюсь, потому что живу в другом городе и нет времени пересматривать много вариантов. Татьяна, можно оформить сегодня?
– Можно прямо здесь и сейчас. Все документы у меня с собой. А если вы будете передавать наличные деньги, то я смогу заверить это печатью агентства. Если деньги будете передавать через банк, то придётся проехать в ближайшее отделение.
– Здесь и сейчас, – кивнул Руслан и, кажется, все с облегчением выдохнули.
– Нам тоже так удобнее, – прокомментировала хозяйка. – Мы на побережье купили домик в селе, не с сыном же нам жить, а там хозяева просят наличные. Не хотят через банк такие суммы отражать. Это же сразу налоговая будет знать. Им не выгодно. Мы сегодня на машине уезжаем, всё, что нам надо уже погрузили. Остальное вам, – улыбнулась она.
– Но это же далеко, опасно, – забеспокоилась Полина.
– Не опаснее, чем другим транспортом. Будем останавливаться, отдыхать, меняться за рулём.
Полина с уважением посмотрела на эту ухоженную моложавую женщину. На пенсионерку та и правда походила мало. Поля притихла, прижав к себе Дашку, и только наблюдала за оформлением договора. Татьяна действительно подготовила всё заранее. Ясно, не конкретно под них, а вообще под любого покупателя. Оставалось только подставить фамилии и данные документов. Одновременно оформили и расписку о передаче денег.
Хозяева передали Руслану ключи и, кажется, вздохнули с облегчением, обещав освободить квартиру к вечеру. Татьяна говорила, что квартира стоит на продаже уже месяц. Для местных такая покупка за полную наличку дороговата, а хозяева не хотели связываться ни с маткапиталом, ни с любого вида рассрочкой.
Домой ехали молча. Но в квартире Руслан сразу высказал своё мнение.
– Замки сменишь завтра же. Я бы посоветовал жить в той квартире, она гораздо удобнее, чем эта. Эту можете сдавать. На алименты не надейся…
Полина вскинулась было возмутиться, мол, она и так не подавала иск, но взглянув на равнодушного Руслана, промолчала.
– Марина сразу предупредила, что их будут перечислять от начальной ставки. А это копейки. Я буду время от времени перечислять на твой счёт разные суммы, сколько получится. Большего не жди. Деньги, что остались от сделки, положи на карту и особо не транжирь…
– Я не претендую, Руслан, – успела вклиниться Полина.
– Я знаю, но вдруг передумаешь, – усмехнулся бывший. – И, да, прости за утренний инцидент. Это вышло спонтанно. Просто увидел тебя такую домашнюю, со сна, такую мягкую… родную…, – дёрнул кадыком Руслан, – и переклинило. Прости. И ты права, я уезжаю сейчас. Если что, вздремну где-нибудь по дороге.
– Ты меня напугал, – призналась Полина. – Но я тебя прощаю, не хочу копить зло в душе. Иди с богом, Руслан. Ты сам по себе. Мы с Дашкой сами по себе.
Они оба замолчали и долго смотрели в глаза друг другу. Оба понимали, что, скорее всего, эта встреча будет последней. Если у Руслана не было времени приехать или хотя бы позвонить дочери раньше, то откуда это время появится теперь?!
Потом Руслан коротко бросил: «Пока!», подхватил свою полегчавшую сумку и не оглядываясь вышел из квартиры. Он даже с дочерью не простился, которая так умаялась за первые полдня, что уснула прямо на диване в гостиной. Но свой долг он выполнил и возвращался со спокойной совестью. Марина, даже если и обнаружит эту сделку, вернуть ничего не сможет. А скандалов с ней Руслан не боялся. Это он им нужен, поэтому поорут, да перестанут.
Руслан гнал машину назад в Кр-ск и вспоминал Польку. Как они встретились и ему снесло голову от желания обладать этой девчонкой. Как жили… Полька старалась стать хорошей женой, училась готовить, даже курсы закончила. Старалась всё успевать и ему лишний раз не отказывать в сексе. Сама его хотела.
Марина совсем другая. Эта привыкла, чтобы её желания исполнялись по мановению волшебной палочки. Готовить ему завтраки и гладить рубашки Марина не будет. Но ведь это и хорошо. Это значит, что их уровень жизни достаточен для найма прислуги.
«Так что, прости. Полина, и прощай, – вздохнул про себя Руслан. – Я шагнул вперёд, а ты осталась позади. Так бывает в жизни. Дороги расходятся. Но я благодарен тебе за прожитые годы. Благодаря нашему браку, я понял, какая жизнь мне нужна».
ГЛАВА 8
Дима всё-таки не выдержал и в ближайшие выходные снова поехал к Полине. Хотя дела требовали его присутствия, он смог договориться с клиентом о перерыве на два дня. Ну, не мог он уже без Полины и Дашуни. А тут ещё новость такая: Руслан приезжал, квартиру купили. И ведь ему ни слова не сказал.
Они с Русланом, правда, и видится стали совсем редко. У Руслана появился новый круг общения, в котором школьным товарищам места не было. Но дело в том, что Дмитрий работал в довольно известной адвокатской конторе и, хотя хозяином не был, считался отличным специалистом. Поэтому у него тоже были знакомые из круга миллионеров, которые частенько приглашали топового адвоката на различные вечеринки. Там они теперь с Русланом и встречались, но близкого дружеского общения уже не было. Вежливо здоровались и расходились. Потому что Дмитрий сразу после развода честно известил Руслана, что будет добиваться Полину. Тот пожал плечами, мол, твоё дело. Но с того времени напрямую с Дмитрием не общался.
А Дмитрий не мог промолчать и действовать втихую. Считал честным предупредить и друга, как оказалось, бывшего, и Полину. Вот в эту поездку и собирался ей признаться, пусть это будет даже не вовремя.
Раньше он, как многие холостяки, смотрел на женщин потребительски и не задумывался о семье, особенно после того как Руслан походя и без усилий отбил у него Полину. Но ему «повезло». Руслан спалился на измене. И, кстати, не сам. Марина «любезно» переслала Полине горячие фото и видео. Дима их не видел, но Руслан описал кратко содержание, когда передавал ему дело о разводе.
Однако обращаться к этим данным не пришлось. Полина была против, да и обе стороны отказались от участия в процессе, поэтому обошлось без острых моментов.
Эту Марину, которая доставила Полине столько переживаний, Дмитрий готов был на куски порвать. Но, с другой стороны, это был, наверное, его последний шанс приблизиться к женщине, которую он полюбил с первого взгляда. Так что, если Руслан выбрал эту стерву, то Дима мог только пожелать ему удачи. Как и себе. И тем не менее их дружбе пришёл тихий конец.
Н-ск встретил Дмитрия лёгким буранчиком, белоснежными сугробами и полупустыми дорогами. Вот оно – преимущество малых городов – тишина, покой, малолюдье, по сравнению с крупным городом. Их областной Кр-ск практически не спит. Дмитрию не раз приходилось выезжать из дома по делам ночью и каждый раз он удивлялся: откуда в три часа ночи на дорогах столько машин?! Куда люди едут?!
А тут лепота! Темп жизни совсем другой. Но не для каждого. Такие как Руслан здесь жить не смогут. А вот, например, сам Дима – с удовольствием. Поэтому уже договорился с Тимуром о работе в их юротделе. И жильё купил. Осталось с Полиной договориться. Но к этому Дмитрий и подступиться боялся.
Припарковавшись во дворе, Дима всё же позвонил Полине и предупредил о приезде. Она обрадовалась, по голосу услышал.
– Ой, – пискнула она как девчонка и закричала дочке: – Даша, Дима приехал!
– Папа Дима? – откликнулась малышка, и у Димы стало горячо в груди.
– Девочка моя, – невольно прошептал он и начал торопливо открывать дверь машины и вытаскивать подарки и гостинцы.
Почти бегом он взбежал на четвёртый этаж, а у сталинки этажи высокие, и, переводя дыхание остановился на площадке. Они ждали его – Поля и Даша. Стояли на пороге с открытой дверью и с нетерпением ждали дорогого гостя. Из квартиры тянуло запахом вкусного пирога, и у Димы возникло ощущение, что он, наконец-то, вернулся домой.
И говорить ничего не пришлось. Только увидев эти лучащиеся радостью глаза, Дмитрий сгрёб свою женщину в охапку и крепко прижал к себе, утыкаясь носом в пучок шёлковых волос.
– Полинка, родная моя… желанная…
Глаз зацепил стоящую рядом Дашку, которая с ожиданием смотрела на него и, кажется, уже готова была заплакать. Ну, нельзя бросать ребёнка в такой ситуации! Присев на корточки, Дима поднял девочку на руки и снова обнял Полину.
– Здравствуйте, любимые мои девчонки! Как же без вас плохо! Но скоро мы будем вместе!
– Ты приедешь к нам насовсем? – сразу просекла Дашка.
– Да, цыплёнок, – целуя её в щёку, ответил Дима. – Примешь?
– Конечно, – авторитетно заверила Дарья. – Ты хороший папа!
– Ну, вот и договорились! – подмигнул ей Дима.
Полина только головой покачала. Она рада, очень рада была видеть Диму, но таких далекоидущих планов в отношении его даже не строила.
Эти выходные с Димой были самыми светлыми и счастливыми днями за последнее время. В первый день они долго гуляли в парке, благо морозец был совсем небольшой, катались в карете, запряжённой парой гнедых, опробовали почти все аттракционы и совершенно довольные вернулись домой. Дима занёс уже сонную Дашку в квартиру, раздел и уложил в кровать. Малышка набегалась за день и уснула на пару часо�
ГЛАВА 1 – Подлец! Я отдала тебе лучшие годы! А ты?! Как ты мог?! Как ты мог?! На экране разгорались нешуточные страсти, но Полина ничего не видела и не слышала, хотя смотрела прямо на экран. Руслана опять не было дома, а время уже приближалось к полуночи. На этот раз он написал, что подвернулось непредвиденное дежурство. Он вообще часто брал дежурства, да ещё и заменял коллег при случае. Поля поверила. Опять. А что делать?! Идти к нему на работу и проверять где он и с кем? Как-то это совсем уж унизительно. Опять же Дашку куда деть на это время? С собой взять? Ха-ха! Не так, совсем не так начиналась их семейная жизнь. Прошло всего три года, а, кажется, никакой любви уже не осталось. По крайней мере, у Руслана к Полине. Он уже и разговаривает с ней через губу, и домой не торопится, про семейные праздники не помнит, и, кажется, даже стесняется появляться где-либо с Полиной. Куда делись его прежние нежность, забота, опека?! Непонятно… Хлесь! Звук пощёчины, донёсшийся от телевизора, всё-таки вывел Полину из транса и заставил взглянуть на экран. Там женщина с силой хлестала мужа по щекам, костеря на все лады и его, и его любовницу. – Зачем? – вяло шепнула Поля экранной героине. – Ты хочешь его пристыдить и удержать рядом? Разве это вернёт любовь и мир в твою семью? Уже не вернёт, уже не будет, как прежде. Уже не будет доверия. Но, если тебе так легче, можешь ударить его ещё раз, – разрешила она героине, и на экране женщина, действительно, ещё раз ударила мужа. – А я не смогу, наверное, – тихо прошептала Поля. – Или смогу? В замке провернулся ключ, и Полина моментально выключив телевизор, метнулась в комнату дочери. Уже две недели она спала здесь на маленьком диванчике, и Руслана это, похоже, вполне устраивало. Он ничего не спрашивал, удовлетворившись в самом начале единственным ответом Полины, что Дашка плохо засыпает. Натянув одеяло повыше, Полина замерла неподвижно, старательно делая вид, что спит. Но она зря беспокоилась. Муж ни разу не заглянул в детскую и не проверил их покой. Поля слышала, что он тщательно мылся, наскоро перекусывал и уходил в их спальню. Вот и сегодня всё повторилось в привычном виде, кроме того, что Руслан пришёл раньше, чем предполагалось дежурством. Может, поменялся сменами? – думала Поля. – Или сорвалось свидание? А вот пойду завтра в их клинику и увижу всё сама! –вдруг решила Полина. – Сколько можно сомневаться и надумывать всякое?! А вдруг ничего такого нет, и неизвестный «доброжелатель», приславший ей злую эсэмэску, наврал? Измученная тяжёлыми сомнениями и думами, к утру Поля всё же задремала и даже проспала уход Руслана на работу. Разбудила её дочка, которая залезла к ней на постель и, похлопав ладошками по лицу, потребовала «касу». – Ох, прости, солнышко! Мама-то у тебя – соня. Проспала всё на свете. – Мама холосая! – уверенно сообщило чадо и погладила Полю по плечу. – Уж, куда лучше, – согласилась Полина, чмокая дочь в круглую щёчку. – А, давай-ка, дорогая, мы с тобой умоемся, зубки почистим, а потом и кашу поедим. – Не хоцю! Зубки не хоцю цистить, – заупрямилась малышка. – А они тогда кашу не смогут поесть, – доверительно сообщила Поля. – Они скажут: мама умылась и свои зубки почистила, а Даша нас не чистит. Как мы будем кашу есть, такие грязные? – Плавда? – серо-зелёные глазёнки недоверчиво уставились на мать. – Истинная правда! – заверила Поля своё чудо. – Вот посмотри в зеркало, какие они сейчас грязненькие. Давай им поможем! Дашка насупилась и решительно заняла место над раковиной, пытаясь медленно, но старательно совершить все положенные действия. Поля помогала лишь чуть-чуть, иначе навыка не добиться. Самой ей пришлось умываться над ванной. Ну, ничего! Капризничает Дашка редко, обычно она дисциплинированный и понятливый ребёнок. В кухне Полина быстро разогрела рисовую кашу, сваренную с вечера. Добавила Дашке изюма и немного сиропа из варенья, а себе масла и сыра. Всё. Можно собираться в садик и на работу. В садике, правда бывает свой завтрак, но у Дашки с утра хороший аппетит, до завтрака в садике ещё много времени, и Полина не считает преступлением покормить ребёнка. Она и сама не может выйти утром из дома совсем голодной. Вообще, Дашка только полгода как начала ходить в садик, но, слава богу, протеста не высказывала. Воспитателей слушалась и с другими детьми не ссорилась. Уложив в детский рюкзачок сменные трусики и колготки, Поля с дочерью вышли из квартиры. Так-то Дашуня уже давно знала горшок, и аварийные случаи у неё бывали очень редко. Но в садике требовали запасное бельё, и Полина дисциплинированно носила его. Вернее, носила сама Дашка в своём рюкзачке. Дочке было три года, ровно столько, сколько их с Русланом браку. Они расписались за месяц до её рождения. Ей тогда казалось, что это простая формальность, лишняя бумажка, которая в их жизни ничего не меняет, ведь они любят друг друга. И разве может какая-то, пусть самая серьёзная бумажка, повлиять на любовь. Зато сейчас… Сейчас, когда запахло изменой и разводом, это многое меняло. Оставив дочь в садике, Полина вновь села в машину, и её маленькая помощница резво покатила в центр, к Поле на работу. В настоящее время она работала продавцом в цветочном магазинчике, куда попала случайно, по знакомству. С хозяйкой магазинчика они водили детей в одну группу. Узнав, что Полина ищет работу после декрета, женщина сама предложила ей место, хотя бы на время. У Полины было высшее педагогическое образование. Но, во-первых, в школу она не хотела, был уже опыт: жуткая постоянная занятость, а у неё Дашка есть. А, во-вторых, у молодых учителей даже при высокой нагрузке, зарплата едва-едва переваливает за минимальный уровень. А у неё Дашка опять же. Поэтому Полина искала место в колледже или вузе. Там денег тоже не так много, зато ученики гораздо старше и серьёзнее, кроме того остаётся больше времени для подработки, ведь у Поли – Дашка. Однако Поля не отметала и варианты офисной службы. Однако пока никаких подходящих вакансий не попадалось, а деньги были нужны. Очень. Нет, Руслан деньги давал, но как-то ограниченно. А нужно было то одно, то другое. Дашке, не Поле же. Для себя она могла бы и подождать. Её вещи, купленные ещё до брака, были во вполне пригодном состоянии. Поэтому, несмотря на недовольство мужа, который был против её работы, Полина всё же устроилась в этот магазинчик. – Полька, ну, что за блажь?! Зачем тебе эта работа?! Сиди дома, корми нас и оберегай домашний очаг! – возмущался муж. – Вот приду я с работы, а дома пожрать нечего. Я уставший, голодный, злюсь на тебя. Хорошо тебе?! – Рус, да я уже на стены скоро полезу от сидения дома! А ужины я тебе заранее буду готовить. Придёшь, разогреешь, делов-то! – отстаивала свою позицию Поля. Но тогда, полгода назад, Руслан ещё приходил вовремя. Ещё любил её. Ночами любил очень жарко. С Дашкой играл вечерами. А теперь… – Нет, всё-таки поеду посмотрю, – сама себе сказала Полина. – Может, и нет ничего. а я тут извелась вся. Грязная эсэмэска о том, что её муж изменяет ей с коллегой по работе, пришла две недели назад, и Полина всё ещё не знала, что с этим делать. Устроить скандал и потребовать правды? Проследить и удостовериться самой? Не обращать внимания и выбросить из головы? Она решилась на второй вариант. Орать, истерить, топать ногами – это не по ней. Поля вообще сдержанная по жизни. Да и как-то некрасиво это что ли, по-базарному, вспомнила Поля вчерашний фильма и, перекошенное от ярости, залитое слезами лицо героини. Нет, не надо ей такого! Совсем выкинуть сообщение из головы и не обращать внимания тоже не получится. Потому что последние полгода подозрения зародились у Полины сами собой. А после этой эсэмэски она извелась вся. Правда, Руслан не замечал этого. Он вообще их с Дашкой теперь мало замечал. Значит, убедиться самой, что измена – это факт, оставалось единственным вариантом. «Ладно, разберёмся», – вздохнула она, подъезжая к месту работы. Она опоздала на пять минут, но у двери уже топтался мужчина, нетерпеливо поглядывая на часы. Поля открыла дверь и извинилась за опоздание. – Девушка, что мне ваши извинения! Давайте быстрее пять розовых роз, я опаздываю! – Одну минуту! Скинув плащ, Поля зашла в холодильник и быстро набрала пять крупных, хорошо распустившихся, цветов. – Упаковать? – Нет, только срежьте шипы на стеблях. – Хорошо. Пожалуйста! – Поля протянула мужчине готовый букет. Тот, не глядя, бросил на прилавок тысячу и рванул к машине, которую поставил чуть ли не на тротуаре. «Какой торопыга», – улыбнулась Полина. Рабочий день начался и посторонние мысли из головы постепенно выветривались. Цветы всегда приводили Полино настроение в порядок. Вот и сейчас розовые розы подняли немного её дух и развеяли мрачные предчувствия. Вновь звякнул колокольчик. Поля выглянула из подсобки, где ставила чайник. Место у метро было бойким и за цветами заходили часто. Но сейчас в магазин вошла хозяйка – Ирина. – Как дела? Представитель упаковки был? А то у нас некоторые позиции уже заканчиваются, – раздеваясь, спросила женщина. – Вчера никого не было, но, может быть, сегодня появится, – пожала плечами Полина. – Я заявку скидывала. Ирина прошла в кабинет рядом с подсобкой и резко закрыла за собой дверь. «Не в духе», – поняла Поля и не стала лезть с расспросами. Женщина, хотя и приняла Полину на работу, всячески подчёркивала своё хозяйское положение и своим обращением требовала ответной субординации. А Полина не из тех, кто будет навязываться в друзья-подружки и подлизываться. Это раз. А второе, она не доверяла людям, которые открыто показывали своё превосходство в чём-то. «Пора, наверное, другую работу подыскивать, – вздохнула про себя Поля. – Господи, всё к одному: Руслан со своей изменой, хозяйка вечно недовольная всем, безденежье…» От размышлений её опять отвлёк звук колокольчика. Две девушки пришли за парой небольших букетов. Рабочий ритм нарастал, и Полина втянулась в процесс. Однако она уже приняла твёрдое решение проследить за мужем. А дальше всё будет зависеть от результата, но оставаться слепой курицей Полина больше не хотела. Вечером ей пришлось пойти на серьёзное нарушение дисциплины. Руслан работал до восемнадцати часов, а магазин – до двадцати. Полина самовольно прекратила работу, благо хозяйка давно уже ушла. Включила сигнализацию, закрыла магазин и бегом направилась к своей машине. От центра до частной клиники, где работал Руслан, было минут двадцать езды. Она успела. Не успела спрятаться среди других машин, но этого и не потребовалось. Руслан не смотрел по сторонам и ничего не опасался. Совершенно свободно и открыто он вёл под локоток к своей машине стройную девушку, чуть выше среднего роста. Яркую, холёную, раскованную. Она шла рядом с Полиным мужем, открыто улыбаясь чему-то и бросая на него ласковые взгляды. Руслан отвечал тем же. Они вели себя, как давняя сложившаяся пара. Усадив женщину, Руслан задержался у машины и достал телефон. У Полины звякнул сигнал входящего сообщения: «Задержусь до вечера, сложный случай. Не ждите». – Ну, да, – механически прошептала Полина с паузами. – Случай сложный, за один раз он не справится… Значит, правда всё… И что мне с этой правдой делать? Она обессиленно опустила голову на руки, лежащие на руле. «Эх, Полька, Полька… встряпалась…» Слёз не было, но сердце рвалось на куски и стонало от боли. Эх, она не хотела замечать всех признаков измены. Не хотела! Списывала холодность мужа на усталость, нервное напряжение. Но неизвестный «доброжелатель» не оставил ей выбора. Ей пришлось самой убедиться в измене. Убедилась. А теперь что? Мысли невольно переключились на их с Дашкой ближайшее будущее. Квартира принадлежала мужу, родители подарили. Придётся сразу съезжать, искать жильё, место в новом садике, а денег – кот наплакал. «Недальновидная ты, Полька, не смогла за три года накопить ни рубля», – корила она себя. А с чего тут накопишь? Декрет, на работу полгода как вышла. Вся зарплата на Дашкины нужды уходит и на квартплату. Можно, конечно, квартиру где-то на окраине поискать, и садик там же. А работу? И тут Полина поняла, что рассуждает уже о своём послеразводном будущем, о жизни без Руслана. И странно, но у неё нет никаких стремлений расправиться с соперницей, наорать на неё или волосы потрепать. Нет даже желания отвесить Руслану хлёстких пощёчин. О, как?! Нет, героически расправляться с соперницей и мстить мужу-предателю – это не для неё. Это же унизительно требовать любви от человека, который тебя уже не любит, уже предал, уже выбросил из своего сердца и своей жизни. И ждать от него этой эмоциональной подачки, как победы? Упаси боже! Раз мы ему стали не нужны, стали в тягость, вызываем только раздражение от того, что он вынужден возвращаться к нам каждый вечер (тут Полина вспомнила постоянно насупленное и недовольное лицо мужа), то незачем досаждать человеку дальше. Пусть живёт, как хочет. А мы уедем. Уйдём из его жизни. Насильно мил не будешь. Что значит бороться за мужа, за любовь? Как это вообще будет выглядеть? Устроить драку с любовницей или с самим Русланом? Унизительно. Ну, даже если я расплачусь, взову к его совести, прикроюсь Дашкой, думала Поля, не факт, что он разорвёт связь с той женщиной. Скорее всего научится скрывать её. Дашку-то он раньше любил и, может быть, из-за неё до сих пор не ушёл из семьи. Хотя, кого сейчас держат дети?! Но я-то, честно говоря, простить его уже не смогу. Тогда зачем удерживать этого человека рядом? Нет смысла. На алименты можно подать и на расстоянии. А больше нам ничего и не причитается. Сомневаюсь я, что новая женщина позволит ему каждый день бегать к дочери, а брать маленького ребёнка на выходные, я и сама не могу спокойно позволить. Ой, как сложно всё! Но самое страшное было в том, что у Полины остались чувства к мужу. За один сильный удар их не выбьешь и не вытравишь оскорблениями. Однако и думать о восстановлении прежней жизни, желать возврата былых отношений, стало уже невозможно. Неизвестный доброжелатель хорошо постарался. Ролики и фото влюблённой парочки из ресторанов, театров, загородных баз с указанием дат и времени, вновь веером рассыпались в Полиной памяти. И если раньше она ещё пытались найти в них следы монтажа, то увидев наяву мужа с этой женщиной, поняла, что никакого монтажа нет. Всё правда. – Каких ещё доказательств тебе надо? – прошептала Полина самой себе, поднимая голову от руля. – Просто не хочешь верить фактам, но они от этого не перестают быть таковыми. Смирись и действуй уже, тряпка! Как всегда, по жизни в случае неприятностей Полина винила в первую очередь себя: не предусмотрела, не рассчитала, ошиблась в оценке и так далее. И только потом уже начинала анализировать подробнее и оценивать внешние обстоятельства. Но тут было всё ясно. Мужчина выбрал другую женщину, и это его право. Другое дело, что у них есть Дашка, а это уже его ответственность. Вернее, их общая ответственность. А у Полины было право осложнить жизнь бывшему мужу судами и разбирательствами. Но она этого делать не будет. Разберутся сами. Поля всё же надеялась на честность Руслана по отношению к дочери. Наконец, она пришла к определённому решению и прикинула примерный план действий. – Надо завтра поговорить с Русланом, – опять самой себе наметила Поля. – Снять сегодня жильё на два-три дня – пока документы соберу, пока дела здесь все закрою. И придётся, наверное, переехать в Н-ск. Там, в небольшом районном городке (по меркам миллионника небольшом, а так-то сто пятьдесят тысяч – вполне себе достаточно для приличного города) у Полины была двухкомнатная квартира, оставшаяся ей от родной тётки. Тётка была бездетна, всю жизнь прожила одиночкой в квартире своих родителей. И вот эта древность два года назад перешла в Полино владение. Полина квартиру ещё не видела, у тётки была последний раз в детском возрасте. Все документы оформляли юристы, и квартира стояла закрытая. Про возвращение к родителям Полина даже не думала. Они тоже жили в области, в небольшом городе. Но, во-первых, у них была ещё Маша – младшая сестра. А, во-вторых, отец начал прибаливать, много денег уходило на лечение, и Полина не хотела становиться им в тягость. Она взрослая женщина двадцати восьми лет, сама как-нибудь справится. – Вот и уеду в Н-ск, – усмехнулась она вслух. – Не удалась у меня жизнь в большом городе. Не судьба, значит. Полина завела машину и аккуратно двинулась от клиники, намереваясь ехать домой. И тут она заметила, что машина мужа идёт впереди через пару машин. Как так получилось? Ведь они давно должны были уехать? Или они тоже не сразу? Поля вспомнила про тёмные окна внедорожника мужа и поморщилась. Многое можно сделать незаметно за этими стёклами. Но её это уже не касается. Она и не думала преследовать парочку, но, видимо, их маршрут частично совпадал. Да, убедилась Поля в своей догадке: совпадал до центра, до дорогого модного ресторана. – Понятно, – тихо буркнула Полина, провожая взглядом пару, поднимающуюся к дверям ресторана. – Дама не заморачивается готовкой. Интересно, надолго у Руса хватит денег на такое питание? То-то он домой почти перестал приносить деньги. «Хотя, откуда я знаю, сколько у него на самом деле денег? – рассуждала Полина уже про себя. – Он мне никогда не озвучивал размер своей зарплаты». Ей было бы интересно узнать, куда пара поедет после ужина, но уже пора было забирать Дашку из садика. Девочка и так оставалась в группе до последнего срока. Не одна, конечно. Было ещё несколько детей, родители которых не могли забирать детей пораньше и приходили за ними к закрытию. Что делать, все работают. Слава богу для Дашки это было не каждый день, потому что Полина работала два через два дня и в те дни, когда была дома забирала дочь даже раньше положенного. А сегодня… Сегодня им надо было успеть собрать вещи и уехать на съёмное жильё. Руслан написал, что будет поздно, и Поля видела почему, но на всякий случай надо было поторопиться. Мало ли что. Вдруг его женщина живёт где-то рядом? В своём сознании Полина сразу отделила себя от бывшего мужа. Именно бывшего. Просто человек, который так нежно и бережно вёл к машине другую женщину, явно не был Полиным мужем. Он был чужим мужчиной. Интересно, что даже те фото, которые ей прислал «доброжелатель», не подействовали на Полину так сильно, как вид пары, идущей к машине. Может, в фото она ещё сомневалась, не доверяла им до конца. А своим глазам как не поверить?! Сразу все сомнения кончились. Встречаться с Русланом сегодня уже не было нужды, да и просто не было сил. Она обязательно расплакалась бы, раскричалась и получилась бы некрасивая сцена. Да и Дашка могла бы испугаться. Нет! Не стоит. Значит, надо поторопиться с временным пристанищем и со сборами. Пока ждала дочку (у них ещё продолжался ужин), Полина забила запрос на дешёвую гостиницу. Поисковик выдал длинный список, из которого Полина выбрала гостевой дом на южном выезде из города. Во-первых, он был ближе всего к ним. Во-вторых, в том же направлении, куда Полина собиралась уезжать и, в-третьих, там был удобный и недорогой одноместный номер. Полина созвонилась с администратором и перевела онлайн задаток за номер. К этому моменту подошло время забирать Дашку. – Маргарита Сергеевна, хочу вас предупредить, что моя дочь была сегодня в садике последний раз. Понимаю, что надо было известить заранее, но так получилось, что я сама узнала о переезде только сегодня. Мы уезжаем из города на днях. – Оу! Жаль, очень жаль. Девочка хорошая, контактная и воспитанная. Но, что поделаешь, – директриса дежурно улыбнулась. – Желаю вам всего доброго на новом месте. – Спасибо, до свидания, – отзеркалила Полина. Она тщательно проверила Дашкину кабинку и, взяв дочь за руку, повела к своей машине. Да, у них с Русланом были две машины. У Полины её хоженая, старенькая, но надёжная демешка, а у Руслана почти новый пятилетний ланд крузер. Муж взял его с рук и берёг неимоверно. Кстати, для этой покупки об брал кредит на себя. Сам и выплачивал. По Полиным сведениям, платить ему оставалось полгода. «Выплатит, – решила она. – В случае чего мама поможет». Мама Руслана – Светлана Николаевна – была известным врачом и работала заместителем главврача в той же клинике, что и Руслан. С Полиной она практически не общалась. Считала, что сын совершил ошибку, женившись на приезжей. И даже рождение Дашки не примирило её с семьёй сына. Дашке тоже доставались лишь «визиты вежливости» и «подарки внимания». – Мам, а мы больсе не пойдём в садик? – озаботилась дочка. – В этот – нет, – вздохнула Полина. – Даша, послушай, ты уже большая девочка… – Больсая, – важно согласилась кроха. – Мы с тобой сегодня уедем в гостиницу, потому что завтра, в крайнем случае, послезавтра уедем в другой город. И там у тебя будет другой садик. Надеюсь, ты подружишься с новыми ребятами. – Ладно, подлузус, – согласилась Дашуня. – А папа? Папа поедет с нами? – Нет, доча. Папа очень занят, у него много работы, ты же знаешь. Он приедет, когда сможет. – Знаю, – по-взрослому вздохнула малышка. – Папа всегда занят, но я его буду здать, оцень-оцень. – Конечно, доча, – Полина облегчённо выдохнула. Она боялась объяснять дочери внезапный отъезд, но, оказалась, Дашуня приняла всё как необходимость и не особо допрашивала мать о причинах. Слава богу! От садика до дома минут десять езды. Так что они приехали засветло. Лето. Поля оставила машину у подъезда и поднялась с Дашуткой в квартиру. Руслана не было, и напряжение отпустило Полю. Она не хотела сейчас встречи с мужем и выяснения отношений тем более. Но всё же решила поторопиться. Достала два больших чемодана, с которыми они однажды в начале совместной жизни ездили на юг, С тех пор они стояли без дела. Полина быстро сметала вещи с полок, не очень аккуратно складывала в чемоданы и всё время поглядывала на часы. Дашуткины вещи вошли не все. Но Поля расстелила на полу два покрывала и собрала на них все оставшиеся дочкины вещи и игрушки. Затянула, как могла, узлы и села на диван. – У-фф! Караул, Дашка, мама устала. – Я визу, – дочка погладила её по руке. – Давай дядю Селёзу позовём, и он нам помозет? – Умница! – чмокнула Поля дочку. Про соседа она и забыла. А вытащить такие чемоданы и узлы ещё надо постараться. Полина встала и окинула взглядом квартиру. Здесь она прожила три года. Счастливо или несчастливо сейчас не понять. Ей казалось, что счастливо. И вот они с дочкой покидают эту квартиру навсегда. – Клининг бы вызвать. Да времени уже нет. Ладно, простит, надеюсь. С трудом подтащила вещи к порогу и выставила на площадку. Закрыла дверь на ключ и позвонила соседям. Дверь открыл мужчина. – Сергей, вы не поможете мне донести вещи до машины? – Конечно, какой разговор! Уезжаете куда-то? – Да, срочно пришлось планы менять. Подошёл лифт, сосед перетаскал в него чемоданы и узлы, затем из лифта помог донести до машины. Больше он ничего не спрашивал и не заговаривал, но посматривал на Полину сочувствующим взглядом. На улице уже стемнело, когда Поля усадила в кресло Дашу и, наконец, села за руль машины. Всё это время она постоянно оглядывалась на дорогу, опасаясь увидеть машину Руслана. Почему-то теперь ей казалось, что её побег какой-то неправильный. Не так надо было расставаться с мужем. «А как?!» – огрызнулась она сама на себя и включила зажигание. Машина выкатилась из двора на проезжую часть и покатила к южному выезду. Там их ждала придорожная гостиница. Уже в машине Поля позвонила хозяйке магазина. Завтра у неё был нерабочий день, но она хотела предупредить, что будет увольняться. Однако едва Поля заикнулась об этом, как Ирина буквально вскипела раздражением. – Увольняться? А заранее предупредить? Где я сейчас возьму продавца? – Но, Ирина, обстоятельства сложились так, что мне приходится уезжать немедленно. Я не могу отрабатывать. В конце концов я у вас даже не числюсь в штате. Вы не отчитываетесь за меня и не платите налоги. Я работник-неведимка. Думаю, что за неделю, максимум, вы найдёте человека, которому неважно официальное трудоустройство – Можешь мне не указывать, грамотная нашлась. Ты уволена. Деньги скину на карту. «Спасибо» Поля говорила уже в пикающую трубку. – Ну, ладно! Лишь бы деньги перечислила. Они подъехали к гостинице. Вещи Полина выгружать не стала, взяла только сумку с мыльно-рыльными принадлежностями, как говорил отец, и начала устраиваться на ночь. Выехать в Н-ск она решила завтра. Ну, раз уже и уволена, и вещи собрала. Чего тянуть резину? ГЛАВА 2 Руслан приехал домой поздно, в первом часу ночи. Если Полина не будет спать, то он собирался с ней поговорить. Откладывать разговор дальше было некуда. Марина сегодня обрадовала его сообщением о беременности. Вообще-то Руслан не готов был уходить от жены. Вернее, выгонять жену и ребёнка из своей квартиры. Но рано или поздно это пришлось бы делать. У Марины своего жилья не было. Она жила с родителями. Правда, родители Марины могли купить ей любое жильё в любое время, но не делали этого из каких-то своих соображений, и Марина за это на них сильно обижалась. Но Руслана их проблемы не касались. Как настоящий мужик он должен был привести жену в свой дом. Вот только его дом был занят пока прежней женщиной. У Поли тоже не было своего жилья в этом городе. И Дашка, наверняка, останется с матерью. Куда же им идти?! Именно из-за этого вопроса Руслан тянул с разговором. Он хотел вначале хотя бы снять бывшей жене квартиру. Но как-то всё затянулось, и он всё откладывал и откладывал поиски жилья для бывшей, пока сегодня Марина не призналась, что беременна. А теперь тянуть некуда. Ни мать Руслана, которая прекрасно знает Марину, ни родители Марины не позволят тянуть с регистрацией. Значит, с Полиной надо развестись как можно скорее. – Если она не спит, поговорю сейчас же, – решил Руслан, открывая дверь. Квартира, как обычно, встретила его тишиной и темнотой. – Опять с Дашкой спит, что за моду взяла, – проворчал Руслан. – Раньше придёшь с работы – тебе супчик, котлетки, всё горяченькое… «Так раньше ты приходил в семь вечера, а не в двенадцать ночи», – мелькнула ехидная мыслишка. Всё ушло куда-то, видимо, действительно пора расходиться. И Марина настаивает… Руслан не стал заглядывать в комнату дочери, он никогда не будил их, если приходил поздно. Есть не хотелось, и он лишь выпил стакан воды на ночь. И только утром, одеваясь в прихожей, он обратил внимание, что на вешалке нет плаща Поли, на маленькой вешалке нет курточки Дашки, нет их обуви. Руслан замер. Бросил свою ветровку и метнулся в спальню дочери. Их не было. Ни Полины, ни Дашки, ни их вещей. Распахнутые створки шкафа демонстрировали девственную чистоту полок. Ушла! Несмотря на возможность опоздания, Руслан присел на диван и растерянно оглянулся. Всё! Полина забрала всё, что принадлежало ей и Дашке. И сейчас в квартире ничто не напоминало о присутствии в жизни Руслана жены и дочери. – Узнала, – негромко произнёс Руслан. – Что ж, так даже проще. Надо быстро подать на развод, потому что это волокита ещё та. Но, надеюсь, Димка поможет. И надо матери сообщить. Клининг нанять и через недельку можно будет Марину перевозить. И вдруг в памяти мелькнул вчерашний день и серая мазда на парковке ресторана. – Точно! Это же была её машина. Как я вчера не понял! Не до того было, – усмехнулся сам себе. – Маринка как раз в беременности признавалась. Ну, тем лучше, ничего объяснять не надо, а оправдываться тем более. Руслан встал и, ещё раз окинув взглядом опустевшую квартиру, вышел на площадку. Сосед Сергей, с которым они приятельствовали, поздоровался и спросил: – Ну, как твои добрались? – Нормально, – нервно кивнул ему Руслан и заторопился к машине. Откуда он знает, как они добрались, если ему неизвестно даже куда именно его бывшая семья направилась. С одной стороны, ему было жалко Полину. Он понимал, что нанёс ей серьёзное оскорбление. С другой, Руслан испытывал даже облегчение от сложившейся ситуации: ничего не надо выяснить, выслушивать истерики, обиды, все эти слёзы, сопли… И ещё он был уверен, что Полина никогда не даст в обиду Дашку. И его ребёнок всегда будет присмотрен и ухожен. Насколько возможно. Алименты? Алименты он согласен платить, когда исполнительный лист придёт в их бухгалтерию. Но где-то в душе всё-таки застряла заноза. Заноза разочарования. Полина ушла, не поговорив с ним и не простившись. Как будто не было трёх лет семейной жизни. Как будто он ничего для неё не стоил. Раз – и отрезала. На телефоне звякнуло сообщение. Руслан открыл. "Руслан, мы с Дашей уехали из города. Я видела твой "срочный случай". Действительно, такой случай ждать не будет (ироничный смайлик). На развод подай сам. Я подпишу без возражений. Не имею претензий к твоему имуществу. Прощай." «Прощай и всё?!» Эсэмэска взбесила Руслана. Он как будто наяву услышал спокойно-насмешливый тон жены, и его задело! Ах, тебе ничего не надо?! Так ничего и не будет! Если до этого у него была мысль поделить денежные накопления, которые образовались за время жизни с Полиной и о которых она, кстати, ничего не знала, то теперь Руслан резко передумал делиться. С чего?! Мать права! Жена не работала, сидела с ребёнком на его шее, так что никаких делёжек! Однако на Дашку Руслан не собирался жмотиться. Конечно, надо будет посоветоваться с Димой, но он слышал, что 50% алиментов можно перечислять на счёт ребёнка, чтобы БЖ не слишком шиковала. Надо будет узнать поточнее, решил Руслан. Надо же: она не претендует! Да кто тебе ещё даст?! Он специально разжигал и разжигал своё самолюбие, чтобы разозлиться на Полю. Чтобы не чувствовать своей вины за измену, за любовницу… «Легка на помине», – с раздражением подумал он, принимая звонок. – Да, Мариш, что случилось? – Ты опаздываешь, Руслан, – Марина всегда называла его только полным именем. – Мы договорились с Денисом Анатольевичем на восемь утра, до приёма пациентов. Я тебя предупреждала, – повысила голос теперь уже его невеста. – Извини, Мариш, кое-что произошло. Я задержусь немного. Подъеду минут через тридцать. – Что кое-что? – переспросила женщина. – Полина с Дашкой ушли из дома, а я обнаружил это только сейчас, утром. Она, кажется, видела нас вчера в ресторане. Я заметил её машину на парковке, но думал, что ошибся. Однако теперь понимаю, что нет. – Вот как? Ну, что ж, так даже лучше, – повторила его же слова Марина. – Подъезжай, когда сможешь. Кстати, у тебя самого приём в десять начинается, не опаздывай. – Спасибо, я помню, дорогая. Скоро буду. – Бля-ь! – Руслан сбросил звонок и выругался. Он забыл, что сегодня с утра Марина записалась на УЗИ по беременности. Он обещал присутствовать. Но бегство Полины с дочерью выбило у него из головы все прежние планы. Марина обидится, но у Руслана тоже нервы не железные. Ему надо прийти в себя хотя бы немного. Не каждый день от него жёны сбегают. – Бл-ь! – опять выругался он, скрипнув зубами, казалось, у него не осталось других слов, чтобы выразить своё состояние. Оказывается, это больно увидеть пустую спальню, пустые шкафы, пустую квартиру. Больно понять, что тебя уже никто не ждёт и не встречает. Не встречает тот, кому ещё вчера ты был дорог. Руслан тяжело поднялся и вышел из пустой квартиры. Теперь он там остался один. Нет, через неделю-другую, а, может, и раньше, здесь появится Марина, но это будет уже совсем другая жизнь. Совсем другая! За полгода отношений с Мариной Руслан убедился, что домашний быт её не привлекает. В семье её родителей работали две наёмные служащие: повариха и горничная. Кто будет готовить, убирать и стирать в их с Русланом трёхкомнатной квартире, он не знал. «Может, передумает выходить за меня, – криво усмехнулся он, садясь в машину, – Или нет, скорее всего у них появится приходящая прислуга». И только сейчас он задумался: «А, правда, почему Марина выбрала именно его, простого сосудистого хирурга, без связей и без богатых родителей? В клинике, да и в её окружении есть достаточно одиноких и состоятельных мужчин. Интересно…» Хотя, чтобы там Марина не надумала, какие бы планы не строила, Руслан поддержит её. Он уже прекрасно понял и увидел, какие возможности появятся у него в этом браке и терять их из глупых принципов не хотел. Жизнь даёт ему шанс подняться по социальной лестнице, и он его использует по полной. А бывшая жена… Бывшая жена найдёт со временем другого. Такая, как Полька, без внимания не останется. Дашке же он будет честно платить алименты. Не совсем уж он подлец. Когда он подъехал к клинике, Марина уже была на УЗИ. У кабинета на диванчике осталась её сумка. – Растеряша, – проворчал Руслан, садясь рядом. Странно, но возле кабинета не было ни будущей тёщи, ни матери Руслана. Неужели отпустили Мариночку одну? Внезапно в сумке Марины зазвонил телефон. Руслан не собирался брать трубку, но телефон звонил и звонил, и он всё же достал его из сумки. Да, Ираида Павловна, – ответил он будущей тёще. – Руслан? А Мариша где? – На УЗИ. Я жду у кабинета. – А-а, тогда я перезвоню позже, – отключилась хозяйка клиники. И чёрт дёрнул Руслана пошариться в Маринкином телефоне. Никогда не было такого интереса – рыться в бабских переписках, а тут как под руку кто дёрнул. Открыл и увидел… Их с Маринкой откровенные снимки, текстовые сообщения, идиотские вопросы типа: «Тебе этого мало? Исчезай уже!» И вся эта грязь отправлялась на номер Полины уже почти две недели! Крайний файл как раз с последней встречи с Мариной. – Вот почему Полина уехала… Добилась Маринка своего, – дошло до Руслана. Руслан закрыл смартфон и сунул его на место. Нет, шок он не испытывал, но другими глазами теперь смотрел на свою будущую жену. Теперь он лучше знал, как с ней разговаривать, чего он может требовать, а чего лучше не касаться. Для него стало совершенно очевидно, что их брак будет, если будет, деловым соглашением. Ни о каких чувствах речи идти не может. И это правильно. Но почему всё-таки именно он? Это Руслану узнать хотелось. О том, что успела испытать доверчивая Полинка, получив эти снимки и видео, он старался не думать. Незачем, всё уже произошло и теперь надо как-то выбраться из этой грязи, не размазав её ещё больше. Дима им в помощь. *** К Н-ску Полина подъехала после обеда. Восемь часов дороги основательно вымотали. Как назло, трасса была забита фурами, и движение превратилось в бег с препятствиями: успеешь обойти- не успеешь. Поля не каждый раз шла на обгон, памятуя о Дашке на заднем сиденье. Поэтому и ехали долго. А так можно было бы часов за шесть долететь до их нового дома. Хотя Полина давно не была в Н-ске, но сориентировалась правильно и даже без навигатора быстро добралась до старого дома сталинской постройки в тихом центре городка. Ей не терпелось посмотреть их новое жильё, но она заставила себя вначале по пути заехать в магазин и купить продукты на первое время. А дом как раз порадовал своим внешним видом. Похоже, управляющая компания была порядочной и старому дому сделали приличный капитальный ремонт. Ключи у Полины были, юристы переслали их доставкой вместе с документами. Закрыв машину и взяв Дашуню за руку, Полина вошла в подъезд. А вот лифта в этом пятиэтажном доме не было. И на четвёртый этаж (а этажи в сталинках высокие) им пришлось подниматься ногами. «Зато тренировка», – примирительно подумала Полина. А Дашка эти этажи даже не заметила. На их площадке было не четыре, как обычно, а три двери. Значит. одна из квартир было большей площади. Полина достала ключи и начала открывать дверь. Но тут открылась дверь соседней квартиры, и на площадку вышел пожилой мужчина. – Вы к кому? – строго спросил он. – Мы к себе, – улыбнулась Полина. – Эта квартира досталась мне в наследство от тётушки. – Полина Вересова? – назвал мужчина её девичью фамилию. – Да, Вересова Полина с дочерью Дарьей, – представилась Поля. – А вы? – Кулаков Сергей Юрьевич, – тоже представился мужчина. – Мария много рассказывала о вас и долго ждала. Просила присматривать за квартирой. Вас долго ждать пришлось, – укорил он. – Мы не могли, – повинилась Полина и добавила: – Спасибо вам. – Помочь чем? – поинтересовался мужчина, видя, что никаких вещей при них нет. – У меня всё в машине, перетаскаю потихоньку. – Да отчего ж потихоньку? Сразу всё и перенесём, – внезапно подобрел сосед. – Давай, Поль, открывай квартиру да начнём вас устраивать. У Полины тоже отлегло от сердца. Она улыбнулась суетливому соседу и открыла дверь. – Спасибо! – ещё раз и уже с удовольствием поблагодарила она мужчину. В квартире было чисто, свежо и солнечно, видно, что за ней присматривали добросовестно: протирали пыль, проветривали. Окна выходили на южную сторону, и вся квартира была наполнена светом. Лёгкость, радость, своё место ощутила Поля и поверила, что всё у них с Дашкой будет хорошо! Вдвоём с Сергеем Юрьевичем они споро перетаскали все их с дочерью немудрёные пожитки. Сосед попрощался и оставил их одних. Дашка убежала обследовать двухкомнатную квартиру, а Полина опустилась на диван, как будто из неё разом выпустили воздух. Хорошо, что есть где жить. Но как же страшно начинать жизнь заново на новом месте! Посидев несколько минут, Полина вслед за дочерью начала обход квартиры. Планировка была старая, но удобная. Широкий коридор от входной двери упирался в раздельный санузел. По обе стороны коридора располагались три двери: слева две в гостиную и спальню, справа – в кухню. То есть окна выходили на обе стороны дома, и это было хорошо. В гостиной, где они сейчас находились, мебели почти не было: очень старый потёртый диван и сервант у стены. Насчёт серванта Полина даже не заморочилась, постоит ещё. А вот диван явно надо было менять. На нём даже сидеть опасно было, того и гляди пружина в попу вопьётся. А у Поли – Дашка. Так что во избежание, как говорится. Вторая комната была спальней, а у них будет детской, сразу решила Полина. Но только после небольшого обновления. Здесь стояла допотопная железная кровать с панцирной сеткой и тумбочка с телевизором. Полина и не подозревала, что тётушка предпочитала такой минимализм. Да, собственно, Полина ничего толком и не помнила из тётушкиной жизни. Ей всего было лет пять-шесть, когда она здесь была. В общем, первый круг расходов нарисовался сразу: детская плюс диван. Всё остальное потерпит. Постепенно сделается. В кухне не было даже гарнитура. Стоял большой деревянный стол для готовки и хранения, плита, два табурета, старый советских времён холодильник «Зил-Москва» и навесная полка над раковиной. Похоже, тётя Маша вообще не покупала никакую мебель, а пользовалась той, что осталась от родителей. Наверное, ей это было неважно. – М-да! – оценила положение Полина. – Ну, ничего, справимся! Справимся, Дашуня? – Сплавимся! Мне нлавится тут, балкон больсой! – А я его ещё не видела. Мельком заглянув в туалет и ванную, Поля ожидаемо увидела голые крашеные стены и старое оснащение. «Ладно, постепенно», определилась Поля и с этим участком. Дашка тянула её на балкон, и Полина, с трудом открыв шпингалет старой деревянной рамы, открыла дверь. – Ух, ты-ы! – завопила Дарья, выбегая на балкон. Вид, действительно был оживлённым. Это окно выходило на шумную улицу, с постоянным потоком машин, с небольшим сквером под окнами и с панорамой города, видимой с четвёртого этажа. – И хорошо, и плохо, – опять оценила Поля. – И с Дашкой надо провести серьёзную работу, чтобы на балкон лишний раз не лезла, а лучше закрыть его пока накрепко. Опасно. Настало время разбирать вещи и готовить первый в новом доме ужин. Кастрюлек у тёти Маши было только две: на три литра и на полтора. Тарелок – четыре: две суповых и две для второго, старенький чайный сервиз, наполовину разбитый и всё. Поля автоматически отмечала все эти нюансы, эту сознательную бедность и ей становилось горько, что она уже во взрослом возрасте ни разу не приехала к тётке – старшей сестре матери. Не проведала её, не утешила, ничем не помогла. Под влиянием матери относилась к далёкой тётушке настороженно, а теперь вот пользуется её квартирой. Стыдно! Но теперь что уж, остаётся только оправдывать тёткино доверие. С толком использовать её смертный подарок. Не прокакать, а улучшить. Как-то так. Полина стёрла невольные слёзы, выступившие от раскаяния и разложила по тарелкам гречневую кашу. – Всё сделаем помаленьку, тёть Маш, – тихо произнесла она в пространство. После ужина постелила им с Дашкой на диване, подложив под простынь собственное шерстяное одеяло. Укладывать дочь в кровать, на которой скончалась тётушка, Поля не решилась из суеверия. Когда Дашка уснула, она присела на старый табурет к кухонному столу и начала составлять список немедленных дел из расчёта имеющихся денег. Ясно, что полноценный ремонт даже в одной комнате, она сейчас не осилит. Но освежить обои, половую краску, купить недорогую детскую мебель, шторы ей, пожалуй, по силам. Это первое. Второе. Сходить в УК, прописаться, вызвать электрика и сантехника. Заменить розетки и проводку, если надо, унитаз и ванну. Нет, ванну просто выбросить, а купить кабину. Третье. Наполнить холодильник и шкаф продуктами. На этом левый столбик с хотелками прервался, потому что закончился правый столбик с деньгами. У неё на карте оставалось около семидесяти тысяч. Руслан ей каждый месяц перечислял на карту определённую сумму, обычно пятьдесят тысяч. Но Полина – девушка экономная и не тратила всю сумму. Поэтому у неё и накопилась небольшая заначка. Но для самостоятельной жизни этого ничтожно мало. – Работа! Срочно нужна работа! – месяц они с Дашкой протянут, но дальше – караул. И помощи ждать неоткуда. – Ладно, посмотрим в интернете. Полина встала и налила себе чаю, бросила в него пакетик, а сахар она не покупала. Полезла в стол, достала старую сахарницу, открыла, понюхала этот старый сахар, решила, что сойдёт и ткнула ложкой, загребая поглубже. Ложка упёрлась в какой-то кулёк. Полина вытащила его и сквозь плёнку пакета увидела тугую скрутку пятитысячных купюр. Ещё не понимая, что это такое, она разрезала и развернула пакет. Кроме денег, там было письмо. «Дорогая Полюшка, если ты вступила в наследство, то рано или поздно найдёшь эту мою заначку. Мне же много не надо, а пенсия у меня была неплохая. Всю жизнь ведь работала на заводе. Вот накопила триста пятьдесят тысяч. Аня писала, что неудачно ты замуж вышла, из богатых он. И мать его тебя не приняла. Вот я и подумала, а вдруг тебе пригодится моя помощь. Живи спокойно, девочка. Жаль, я твою малышку не увидела. Аня говорит, на тебя похожа. Благословляю тебя, будьте здоровы, родные мои. Ваша тётя Мария». Полина не замечала, что слёзы текут и текут по щекам, записка промокла и старая паста начала расплываться. Она бережно свернула письмо, спрятала его под чехол телефона, не считая положила деньги в кошелёк. Не знала, как благодарить материну сестру за такой щедрый дар: и квартира, и деньги. И, главное, ни за что. Ведь при жизни они и не виделись! Бедная тётя Маша! Поля перешла в гостиную к дочери, устроилась по привычке рядом и заснула тяжёлым сном. Слишком много для одного дня. ГЛАВА 3 Руслан бесился. Эта курица, эта цветочница недоделанная, забрала ребёнка и выехала неизвестно куда! Без денег, без жилья, без работы, без поддержки! Дура! Ну, как можно быть такой бестолочью?! Ладно ты здоровая баба, как-то устроишься. А ребёнок?! Идиотка! И не звонит, ничего не просит, никаких намёков в сетях! Молчок! А он тут должен икру метать в беспокойстве! Руслан сейчас находился в клинике. Пользуясь тем, что записанный пациент не пришёл, он заперся в кабинете и попытался связаться с женой. Но, похоже, эта гордячка занесла его в чёрный список. Эта дура, бля-ь, бегает где-то в поисках работы, а ты сиди и соображай, как им с ребёнком помочь?! Могла бы позвонить! Для Дашки Руслан никогда не откажет. – Так, действительно, что я сам-то туплю? У неё же карта есть, и я номер знаю. Сброшу пока тысяч пятьдесят для ребёнка. Дашуня, куколка, папина доча, – забормотал он, набирая опции онлайн-банка. Руслан невольно расплылся в улыбке, он на самом деле любил дочку. Ждал, когда родится, ночами вставал в первый год. А потом ушло куда-то. Дашке годика два было, когда у них в клинике появилась новая медсестричка. С ней он впервые изменил Поле. А нечего! Полька сама виновата. Вечно в супах, в котлетах, в Дашке! Рус то, Рус это, приготовит, погладит, оближет. А ему не это нах надо! Вернее, это тоже. Но ему трах хороший нужен, он молодой здоровый мужик! Баба горячая нужна, а не зачуханная кухней! С той сестричкой у него быстро прошло. Надоела. Потом были случайные разовые перепихи. А потом появилась Марина. Вначале Руслан опьянел от эмоций: такая женщина обратила на него внимание! И флёр романтики держался долго, пока он не увидел те сообщения, что Марина посылала Польке. И та ему ничего ни разу не сказала! Больше недели эту грязь получала и терпела! Ох-ть! А он и не заметил, как погасла её улыбка, и она перестала встречать его с работы. – С работы, ага, в два часа ночи, – горько усмехнулся Руслан. Теперь он совсем другими глазами смотрел на Марину. Но не передумал встречаться с ней. Просто понял, что с этой женщиной может подняться на новый уровень. А Полька – она же провинциалка. С ней на корпоративы-то стыдно было ходить. Родители Марины – хозяева клиники, где он сейчас работает. И это не единственная их собственность. Есть ещё медицинские центры в районах. Богатые люди, известные врачи. И большой бонус: мать Руслана училась вместе с матерью Марины. Поэтому её и приняли в клинику заместителем. А затем и Руслана УЗИ-диагностом. И это совсем не тот статус и не те деньги, которые он имел в районной поликлинике. Так что Марину он выбрал осознанно, можно сказать. Но было неясно и настораживало, за что она выбрала его. Так что у Руслана появились сомнения в отцовстве. Хотя, даже если не он отец – это неважно. Собственный ребёнок у него уже есть, а этот всё равно будет расти с няньками (не сама же Марина будет ему попку мыть и подгузники менять), с бабушкой, дедушкой и их с Мариной обременять не будет. Вот по Дашке он скучал. Но… Так и не дозвонившись до бывшей жены, Руслан всё же перевёл ей два раза по пятьдесят тысяч, решив, что один раз мало и немного успокоился. Время перерыва закончилось, и он открыл дверь. Но вместо пациента вошла его мать – Светлана Николаевна. – Рус, ты не узнал, куда укатила твоя деревенская жёнушка? – Мама, Полина не из деревни, она из города, хотя и не такого крупного. – Руслан терпеть не мог, когда кто-то начинал чморить Полинку. – Ты жалеешь? – удивилась женщина. – Прости, я думала, что она пройденный этап. Мне кажется, она хотя бы единственный раз поступила мудро: просто уехала, не устраивая скандала. – Она никогда не устраивала скандалов. И ты это прекрасно знаешь, мама! Хватит унижать мою жену! – Хорошо, хорошо! Прости! – подняла руки женщина. – Я по другому поводу. Ты подал заявление на развод? Учти, время идёт, и беременность Мариночки скоро станет заметной. Поползут нежелательные слухи. – Тебя как-то не интересовали слухи про Полину. Хотя мы с ней расписались всего за месяц до родов, причём по моей настоятельно просьбе, – язвительно усмехнулся Руслан. – Не сравнивай, пожалуйста! – разгорячилась женщина. – Мне плевать было на слухи об этой деревенщине. Я ей сразу сказала, чтобы она не смела зариться на твою квартиру. Мы не для того тебе её дарили! – Так вот почему Полька так долго отказывалась регистрироваться?! Всё говорила, что любить можно и без штампа в паспорте. Ну, спасибо, мама! Ты хорошо потопталась по моей семейной жизни! – Конечно, – не сдалась женщина. – Если у тебя мозгов нет, кто-то должен побеспокоиться о твоём благополучии. – Чувствуя я, отец поэтому ушёл от нас, – с насмешкой произнёс Руслан. – Не смог перенести твоей «заботы». Кстати, мы с ним иногда видимся, как бы ты ни старалась нас разъединить. – Мне уже всё равно, – холодно ответила женщина. – Можешь видеться с ним хоть каждый день. У него новая семья, новые дети и ты ему не нужен. – Какая же ты злая, мама, – с отвращением произнёс Руслан. – Так и хочешь кого-нибудь укусить. Сейчас нет Польки, и ты решила добраться до меня? Не выйдет! И покинь кабинет, пожалуйста, у меня приём. – Не забудь про развод, – настырно оставила последнее слово за собой женщина. – Не забуду, – буркнул уже в закрытую дверь Руслан. Разговоры с матерью всегда заканчивались скандалом или раздражением. Руслан привык, но это уже начинало надоедать. Хотелось свободы. Но… Кое в чём мать всё-таки права. Развод надо оформить как можно быстрее. Марина явно недовольна, что он до сих пор не подал заявление, но пока молчит. – Ладно, сегодня зайду на госуслуги и позвоню Димке, – пообещал сам себе Руслан. – Куда же всё-таки уехала Полька? Даже самому себе Руслан не хотел признаваться, что беспокоится о жене, что чувствует вину за многочисленные измены и особенно за подлый поступок Марины с отсылкой фото и видео. Для него самого было дико узнать, что вся такая интеллигентная и рафинированная Марина опустилась до банального шантажа интимными фото. Но он уже принял решение не показывать вида и не собирался обсуждать, а тем более укорять невесту в сделанном. Как известно, фарш обратно не прокрутишь, уже ничего не изменишь, поэтому и кипишиться незачем. А Полька… Полька она такая, она выяснять и скандалить не будет. Никогда этого не делала, верила ему наивная чукотская девочка. Да, что уж теперь. Всё равно она ему не подходит по статусу. Мать права. Кому нужно это её педагогическое образование?! Школьная училка! Русский и английский. Ой, не могу, какой специалист редкий! Сарказм пёр из Руслана и заставлял унижать жену, хотя бы мысленно. Не-ет! Надо искать женщину своего круга, а ещё лучше – более высокого. Как Марина, например. Поженимся, осмотрюсь, пообвыкну и определюсь, что там и как в этом высшем обществе, решил Руслан. В дверь нетерпеливо постучали. Руслан вздохнул и начал приём. Но мысли о Полине не покидали его голову. После работы он задержался в кабинете, благо его приём был последним, чтобы подать заявление и позвонить другу. – Развод?! – прокричал в трубку Дмитрий. – Ты разводишься с Полей? Вот ты… баран, – нелицеприятно высказался друг. – Таких женщин днём с огнём ищут, а ты бросаешь, – удивлялся друг. – А кто на её место? – Марина Репнина, – нехотя признался Руслан. – К-кто?! – поперхнулся Дмитрий. – Да-а, – протянул он язвительно. – давно мы с тобой не виделись. Такие события пропустил. Охренеть! По любви или по залёту? – не стесняясь спросил он. – И то, и то. Мне Марина нравится. Ребёнка не планировали сейчас, само получилось. – Сто процентов твой? – осторожно спросил Дима. – Надеюсь, не могу сказать точно. До меня у неё были отношения с московским мажором. – Вон что… А с Дашуней как? – Как, как! Алименты буду платить!